Энн в стране Потерянного Времени

В одном маленьком городке, который так и назывался – Смолл-Таун, жила-была девочка 8 лет и звали ее Энн. Ее отец, Фрэнк, работал в сувенирной лавке, где продавалась куча диковинных предметов, было темно, пыльно и пахло старыми вещами.

Гостья

И вот однажды, а дело было под Новый Год, в лавку к Фрэнку зашла дряхлая старушка. «Милок, – сказала она скрипучим голосом, – покажи-ка мне вон ту штукенцию». И старушка указала черной тростью с бронзовым набалдашником в форме черепа, в котором светились зеленые камушки, на старую керосиновую лампу.

Лампа стояла на шкафу под самым потолком. Фрэнк принес табуретку и кряхтя полез наверх. Кое-как достав потемневший от времени и стояния на шкафу светильник, он подал его покупательнице.

Старушка осмотрела лампу со всех сторон и прищурилась на Фрэнка: «Что ж ты, милок, такую драгоценность на шкафу-то держишь? Разве ты не знаешь, что это та самая лампа Аладдина?» Фрэнк только крякнул в ответ – мало ли какой еще вздор придет в голову сумасшедшей бабуле.

И тут вдруг старушка выпучила глаза, схватилась за сердце и начала медленно оседать на пол.

«Бог мой, только этого еще не хватало!», – подумал Фрэнк и ринулся к гостье. Он успел подхватить ее под руки и аккуратно уложил на пол, подстелив под голову старый пиджак. Фрэнк достал из кармана телефон и, подняв очки на лоб, приготовился было набрать номер скорой помощи, как вдруг бабушка дотронулась до него своей холодной рукой. Фрэнк вздрогнул.

– Не зови, милок, никого, все равно мне умирать скоро. А сделай лучше то, что я скажу. Пригласи сюда свою дочку и оставь нас наедине. У меня для нее кое-что есть. Не пожалеешь, если сделаешь, как я скажу. Моего наследства вам на всю оставшуюся жизнь хватит, – проскрипела старушка.

Фрэнк встал с пола, отряхнулся и подумал: «А что, если в самом деле, бабуля – сумасшедшая миллионерша? Вдруг нам с Энн повезет и мы на всю жизнь останемся богатыми?

Уедем отсюда, купим домик в Калифорнии на берегу моря и будем каждый день гулять по песку и слушать крики чаек…»

И с этими мыслями Фрэнк позвонил дочери.

– Солнышко, приходи ко мне в лавку. У меня для тебя кое-что есть.

Через полчаса Энн была в лавке. Переступив порог, она крикнула: «Папа, ты где?» И вдруг наткнулась взглядом на лежащую на полу бабушку. Она лежала с закрытыми глазами и не двигалась. Медленно приблизившись, Энн потрогала ее за плечо: «Бабушка, с вами все в порядке?»

Как вдруг та открыла глаза, и из них заструился зеленый свет.

Энн закричала. Все погрузилось во тьму.

Страна Потерянного Времени

Когда тьма рассеялась, оказалось, что комнаты больше нет. Вместо нее простиралось на холме огромное поле, а у подножия холма раскинулся незнакомый город.

Энн стояла на краю холма, а рядом с ней – о чудо! – щипала травку белая лошадь. Энн подошла к ней, погладила и сказала: «Что мы с тобой здесь делаем? И где, интересно, мой папка и та странная бабушка?»

Лошадь ничего ей не ответила, только всхрапнула, помотала головой и снова принялась за траву. Пока Энн разглядывала лошадь, на холме появился новый персонаж. Это был кролик.

«Совсем как в сказке про Алису в Стране Чудес», – улыбнувшись, подумала Энн. И она решила поздороваться с кроликом.

Но тот, не обращая внимания, пробежал мимо. Он поглядывал на свои часы и что-то бормотал.

И вдруг кролик затормозил и повернулся к Энн. Сделав пару прыжков к девочке, он спросил: «Привет, а ты что здесь делаешь? Это же Страна Потерянного Времени, здесь все его ищут!» Энн захлопала длинными ресницами: «Я не знаю, меня сюда бабушка отправила».

– «Это такая с зелеными глазами?», – уточнил кролик. Энн кивнула. – «Ну что же, тогда давай за мной», – и он пустился бежать по полю. Энн, недолго думая, взобралась на лошадку (та присела на передние ноги) и поскакала вслед за кроликом.

– Вот, – кролик остановился у раскидистого старого дуба и с шумом выдохнул воздух. Рядом с лошадки спешивалась Энн.

– Это твое дерево, – продолжил кролик. – Попробуй поговорить с ним, оно тебе все объяснит: зачем ты здесь и как отсюда выбраться, – кролик начал подпрыгивать на месте. – А мне пора, меня ждет еще куча дел, да-да, куча дел, куча… – И с этими словами кролика словно сдуло ветром в лесную чащу.

Энн подошла к дереву: оно было таким огромным, что чтобы его обхватить, потребовалось бы три таких, как Энн.

– Эй, дерево, ты слышишь меня? – спросила она.

– Слышу, грубая девочка, – прогудел дуб. – А ты слышишь себя?

– Я не очень понимаю, о чем вы спрашиваете, – сказала Энн. – И вообще, мне пора выбираться, здесь скоро стемнеет, а дома меня папа ждет. Отправьте меня домой! – Она не понимала, откуда в ней взялось столько храбрости – пытаться командовать взрослыми раньше ей не приходилось.

– Отправлю, – ответил дуб. – Да только сначала помоги мне. Возьми вон ту палочку и начерти на мне знаки – три последних буквы вашего алфавита.

«О, это я запросто», – подумала Энн, – «в школе мы уже проходили алфавит, и я его помню». Она взяла палочку и начертила на коре дуба символы XYZ.

Буквы начали мерцать, искрить огоньками, и вскоре в этом месте открылась ниша. В ней было темно-темно.

– «Сунь туда руку», – приказал дуб. Энн подошла ближе и, слегка побаиваясь, просунула руку в нишу. Когда она вытащила руку, в ней был маленький светящийся сундучок.

– Знаешь, что это? – спросил дуб у девочки.

– Наверное, это сундук с секретами, которые надо разгадать, и тогда вы отправите меня домой, – предположила Энн.

– И да, и нет, – ответил дуб. – Сначала мы с тобой немного поиграем, а потом ты сама решишь, отправлять мне тебя домой или нет. Согласна?

Энн кивнула.

– Открывай!

Она подняла крышку, и пространство вокруг нее озарилось ярким светом. Из сундучка вылетели три феи-эльфа – с блестящими розовыми, нежно-голубыми и фиолетовыми крылышками.

Они начали потягиваться, резвиться и гоняться друг за другом, не обращая никакого внимания на девочку.

– Стойте, проказницы, – проговорил дуб. – У меня для вас есть задание. Энн, приоткрыв от удивления рот, смотрела, как феи замерли в воздухе словно колибри и покачивались в ожидании распоряжения дуба.

– В общем, так. Нам нужно показать этой молодой леди, как проходит жизнь на Земле, чтобы она сама сделала свой выбор, хочет ли возвращаться назад.

Феи кивнули и начали кружиться вокруг Энн. От этого вихря-танца у Энн закружилась голова, глаза сами собой закрылись, и она оказалась… Дома. Рядом на коврике мирно похрапывал ее любимый сенбернар, и кто-то гремел посудой на кухне. «Папа!», – обрадовалась Энн и со всех ног бросилась на кухню.

Прозрение Энн

Забежав туда, девочка оторопела: в ее с папой кухне хозяйничала прежняя старушонка.

– «Явилась», – удовлетворенно констатировала та. – «Садись, есть будешь?»

– Н-нет, а что вы делаете на нашей кухне? И где папа?

– Милая моя девочка, твой папа там, где он хочет быть, – на берегу моря в Калифорнии, а я тут по хозяйству пока управляюсь и тебя жду.

– Да какая Калифорния? Вы в своем уме? У нас с папой даже на новый велосипед денег не было! – вскричала Энн и всхлипнула.

Вдруг она осознала, что папа всю жизнь ее обманывал: он откладывал деньги на свою заветную Калифорнию, говоря ей, любимой дочке, что у него нет денег даже на лишнюю игрушку. Энн зарыдала, закрыв лицо руками.

– Ну-ну, моя девочка, не плачь. Не все так плохо. – Старушка стояла перед ней и утирала своими морщинистыми пальцами слезы с щечек Энн. – Он пока еще здесь, но вот мыслями и чувствами – там. – Старушка подмигнула Энн. – Иди, сама посмотри. – И она подтолкнула девочку к окну.

За окном валил снег. Под падающими хлопьями шел ее папка, в парусиновых летних штанах, гавайской рубашке, белой шляпе и очках от солнца.

Он словно не замечал падающих на лицо снежинок и шагал вперед легкой походкой, будто бы прогуливался по набережной.

– Поняла теперь? Он живет не здесь, а там, не сейчас, а в будущем, – заключила старуха.

Энн словно озарило. Она просияла и кинулась к старушке: «Да, бабушка, конечно, я поняла! Мой папка такой странный, потому что у него выбора нет! Мы всегда жили бедно – в сувенирной лавке много не заработаешь, вот он и чудит, представляя себя в Калифорнии». Она замедлилась, остановилась и спросила: «А разве это плохо?»

– Милая, ну конечно, чего ж тут хорошего. Вот ты представь, сегодня идет снег – чудесный, сказочный… Он мог бы принести твоему папке новые идеи, например, что стоит добавить в ассортимент лавки, чтобы к Новому году у вас денег прибавилось, а он в своих калифорнийских мечтах пребывает…

Вот если бы он жил здесь и сейчас, то, глядишь, через пару лет вы бы уж точно в Калифорнию уехали.

– Да, бабушка, ты права! Что же мне с ним делать, как ему помочь осуществить мечту?

– Возвращайся пока к дубу и реши, хочешь ли ты быть здесь в качестве не помощника, а обычного человека. Так-то вы все друг другу помогаете, но мы специально сбиваем вас с толку, чтобы вы об этом не сразу догадывались. Так еще интереснее играть, – бабушка подмигнула Энн.

Девочка кивнула и тут же очутилась возле старого дуба.

Прощай, Страна Потерянного Времени!

– Ну что, – пробасил старик, – посмотрела, как люди живут?

– Да, дедушка, – прошептала Энн. – Посмотрела. Мы все такие, да? Ходим будто спим…

– А на самом деле, жизнь проходит мимо и время утекает как песок сквозь пальцы, – закончил за нее дуб.

И продолжил:

– Все не все, но начинают с этого все. Когда-нибудь человек понимает, что вокруг него – помощники, да и мы готовы, в случае чего, прийти на помощь. Нужно только позвать. В общем, живи да радуйся, да осуществляй свои мечты. Да ведь не просят!

Ходят в своих парусиновых брюках в зимнюю стужу и не чувствуют, что лето в прошлом осталось, и что ноги пора во что потеплее одеть, а то так и помереть можно от охлаждения…

– А ведь как еще бывает, – дедушка разохотился на разговор, видя, как внимательно слушает его Энн. – Позовут, а потом сами прогоняют, сумасшедшими называя. А ведь мы не сошли с ума – мы в нем никогда и не бывали, – и дед захохотал, довольный.

И в этот миг Энн показалось, что он вовсе не старый. Наоборот, в нем столько жизни, что он любому молодому фору даст!

– Ну что, милая, – обратился дуб к Энн, – ты хочешь вернуться назад? А то оставайся с нами, будешь с моими феюшками играть да резвиться, да жизни радоваться.

Но Энн покачала головой.

– Нет, дедушка, отправляй меня назад. Все-таки я человек и хочу жить по-человечески, не надо мне этого фейского времяпрепровождения. Я лучше на Земле останусь и сделаю все, чтобы самой чувствовать жизнь, и чтобы мой любимый папка тоже стал тем, кем он всегда хотел. Настоящим жителем Калифорнии – беззаботным, богатым и легким! Как какой-нибудь миллионер!

Дуб усмехнулся и сказал: «Ну, будь по-твоему. Отправляю тебя на Землю, к папке. Только смотри, не забудь, что ты была в Стране Потерянного Времени, куда попадают те, кто не слышит себя и то, что происходит вокруг, не чувствует, как выпадает из потока жизни. В общем, не засни, а то попадешь к нам снова!»

Он прошептал волшебное слово, и все погрузилось во тьму.

Эпилог

Энн почувствовала, как ее хлопают по щекам.

– Энн, Энн, ну что же ты, лапочка моя, ну очнись, девочка, – причитал над дочкой Фрэнк, легонько похлопывая ее то по одной щеке, то по другой.

– Папа? – Энн села на полу. – Что со мной было?

– Ты пришла из школы – наверное, хотела узнать, когда я буду дома и что можно покушать, да, видимо, от голода и упала в обморок.

– Пап, а где бабушка? – Энн вспомнила, как отправилась в путешествие.

– Да ты что, дочка, приснилось тебе что ли? Не было тут никакой бабушки. Я отлучился к себе в каморку, вернулся, а ты тут лежишь в обмороке. Я сразу и вспомнил, что надо делать в таких случаях, – Фрэнк гордо приосанился.

– Понятно, – с этими словами Энн посмотрела на приоткрытую входную дверь. В проеме стояла уличная кошка. Вдруг Энн на секунду показалось, что ее глаза вспыхнули ярко-зеленым светом и замерцали новогодними искрами.