Из жизни отдыхающих, или Отголоски прошлого

…Рановато. Она еще спит…

Он представил свою Софушку, безмятежно вкушающую сладость утреннего сна, вспомнил вчерашнюю утреннюю встречу…

Через пятнадцать минут на крыльце базы появились дети Софьи Михайловны.

– Ну что? Идем, купаться? – Глаша, позевывая, посмотрела на брата.

– Скукота какая… – недовольно пробурчал Дима. – Давай для разнообразия хоть в прятки поиграем…

– Вот еще… детским садом заниматься, – в свою очередь пессимистично заметила Глаша.

– Во! – Дима встрепенулся. – Я придумал: тот, кто прячется, дает подсказки в виде СМСок, где искать! Тут столько классных мест, где можно спрятаться! Давай попробуем!

– Ну… хорошо, – не до конца поборов сомнения, все-таки согласилась Глаша.

И они скрылись на лесной тропинке.

Владлен Иванович опять посмотрел на часы. Было 8.20. Пора. Он решительно поднялся, закрыл на ключ дверь. «Сердцем чист и не спесив, – мурлыкал он свой любимый куплет. – Или я в масштабах ваших недостаточно красив…» Мягкие тапочки бесшумно ступали по ковровым дорожкам. Спустя минуту он оказался у двери номера Софьи Михайловны и постучал условным стуком.

Софья Михайловна, уже ожидавшая его в легком халатике какого-то невыразимо приятного для глаз Владлена Ивановича нежно-зеленого оттенка, так идущего к ее веснушкам и рыжим локонам, олицетворяла для него свежее летнее утро.

– Тебе кофе, как обычно, с молоком?

Он, не ответив, подошел к ней, привлек к себе и поцеловал.

– Подожди, – Софья Михайловна мягко, но уверенно высвободилась из его объятий, подошла к окну и еще плотнее задернула штору.

В 8.30 Евгений осторожно, чтобы не разбудить Ксению, вышел из номера и покинул базу, держа путь к озеру.

Через двадцать минут после Евгения из своего номера с внушительным пакетом в руках вышла Изольда Антоновна. Осторожными шагами она пересекла холл и, подойдя к номеру Софьи Михайловны, приложила ухо к двери. Некоторое время она стояла неподвижно, прислушиваясь, и на ее лице можно было заметить разнообразные, сменяющие друг друга эмоции, затем, недовольно покачав головой, она засеменила вниз по лестнице на кухню.

Евгений бежал по извилистой тропинке, огибающей озеро. Порывы ветра разгоняли утреннюю дымку тумана над озером, оставляя на его поверхности поля зыбкой ряби. Беспокойно кружили чайки, словно хохоча и перекрикивая друг друга. Эхо донесло звук далекой электрички. Затем опять все стихло, если не считать бисера из дождевых капель, брошенного ветром в лицо. Евгений отмечал все знакомые изгибы тропинки, огромные камни то тут, то там встречающиеся на пути. Наконец вдали замаячил знакомый понтон на берегу озера. Евгений быстро вбежал на него и, спустя несколько мгновений, прохладная вода озера приятно освежила его разгоряченное тело. Он плыл, глядя на причудливые изгибы берега. Среди сосен мелькнула фигурка девочки. Она неторопливо прогуливалась вдоль берега. Евгений узнал ее – это была дочка рыжеволосой женщины из номера на их этаже. Выйдя из воды, Евгений почувствовал негу и легкость, мягко окутывающие тело.

– Алло, Димка, ты где? – Глаша, растерянно озираясь по сторонам, позвонила брату. – Я уже сбилась с ног, не могу тебя найти.

– Ищи лучше, я недалеко, – Дима говорил тихо, прикрыв ладонью телефон.

– Сдаюсь, я уже набегалась. Давай выходи, ты выиграл.

– Разиня… да я тут, недалеко от тебя… – шептал в ответ брат.

– У озера?

– Да, у озера… видишь этого… нашего соседа-бегуна на понтоне?

– Ну да, вижу, – Глаша рассеянно посмотрела на Евгения, наслаждающегося на понтоне солнечными ваннами.

– Так вот, а я… сижу на дереве, – шептал Дима, – это тебе подсказка, теперь ищи дальше.

– Ну, хорошо, – Глаша уныло отключила телефон. Играть в прятки ей уже расхотелось, но пересилило желание не уступить брату, и она, напряженно всматриваясь в окружающие деревья, пошла вдоль берега.

В 9.20 из своего номера показалась Ксения. Телевизор у соседки, не умолкая, одаривал окружающих очередным сериалом. Позевывая, девушка спустилась на первый этаж и, открыв дверь кухни, нырнула в аромат свежесваренного кофе. Изольда Антоновна колдовала над плитой.

– Утро, но не доброе, – буркнула она в ответ на приветствие Ксении. – Посмотрите, какой поднялся ветер – штора так и колышется.

Молча с ней согласившись, Ксения взяла из холодильника пакет с молоком и, не задерживаясь, покинула кухню. Придя в свой номер, она поставила кипятить чайник и распахнула окно.

В 9.45 Владлен Иванович в приподнятом настроении вышел из номера Софьи Михайловны. Мурлыкая любимый мотивчик: «С неба звездочку достану и в кармашек положу…», он спустился на первый этаж, открыл свой кабинет и удобно устроился в кресле. Внезапно он вздрогнул. Бумаги на столе были перемешаны, ящик стола выдвинут. Взгляд метнулся к сейфу. Сейф был приоткрыт. Владлен Иванович одним резким порывом оказался перед ним: деньги и пожелтевший лист карты отсутствовали.

Он поднялся и подошел к окну: оно было приоткрыто.

– Как я мог забыть закрыть его? Захотелось глотнуть свежего воздуха…

Он бессильно опустился в кресло, провел рукой по лбу, отирая внезапно выступившую испарину. Постепенно первый шок от случившегося поутих, уступив место рассуждениям:

– Ну, во-первых, не надо ничего трогать до приезда полиции…

В том, что вызов полиции необходим, у него не было никаких сомнений, а что касалось насчет «во-вторых», Владлен Иванович пока не решил. Поборов волнение, он взял телефон и набрал номер своего давнего приятеля, следователя Василия.

Находясь в превосходном расположении духа и заканчивая последние приготовления к завтраку, Лев Соломонович плеснул на ладони щедрую порцию одеколона и, зажмурившись, с удовольствием похлопал себя по щекам. Затем, поправив галстук, взглянул на часы:

– Если мама считает, что вы много едите и много спите, значит это не ваша мама, а ее мама, – он рассмеялся, вспомнив старый анекдот.

Услышав звук подъехавшей машины, Лев Соломонович подошел к окну:

– Та-та-та, знакомые все лица!

Он с недоумением смотрел на вышедшего из полицейской машины таксиста Василия, который на этот раз был в форме офицера полиции.

– Лева, а это уже тебе намек – надо таки отдыхать скорее…

Попятившись от окна, Лев Соломонович подошел к двери и осторожно приоткрыл ее. Некоторое время он прислушивался к разговору внизу, в холе. Дождавшись, когда голоса стихли, Лев Соломонович, стараясь не производить лишнего шума, спустился вниз и вышел на улицу.

Владлен Иванович провел Василия в свой кабинет и плотно затворил за собой дверь.

– Проходи, садись, – он указал Василию на гостевое кресло, – коньяк будешь?

– Ну… я же на службе… – неуверенно начал Василий.

– Вся наша жизнь – служба.

Владлен Иванович наполнил две рюмки, поставил их на стол между креслами.

– Закуску не предлагаю, вон плитка шоколада, отламывай… или лимончик, – он придвинул Василию блюдце, сам же залпом осушил рюмку и, резко выдохнув, мотнул головой:

– Хорошо помогает при стрессе и смене погоды. Ну, что? Давай я все расскажу по порядку…

Василий в отличие от Владлена Ивановича не сразу опустошил свою рюмку. Слушая рассказ директора, он маленькими глотками смаковал коньяк, поглядывая на своего собеседника из-за толстых линз очков.

– Подведем первый итог, – Василий задумчивым взглядом обвел комнату. – Некто, скорее всего, из своих, знал о наличии собранной с отдыхающих немалой суммы денег.

– Согласен. Вчера Зинаида Парамоновна, наша горничная, в течение дня всех оповестила, что надо внести вторую часть оплаты за отдых.

– И, как я понял, последним внес деньги Лев Соломонович Шницель?

– Да, он зашел уже вечером. Мы посидели немного, побеседовали…

– Деньги приносили в этот кабинет?

– Да.

– Ты при них убирал деньги в сейф?

– Да, пересчитывал и убирал.

– Кто-нибудь мог видеть, как ты набирал шифр кодового замка сейфа?

– Нет. Я помню, – Владлен Иванович уверенно покачал головой, – что загораживал сейф спиной.

– Но… тогда как вор смог открыть сейф? Сейф не взломан, а шифр преступник не знал.

– Я, конечно, не уверен, но, видишь ли, в чем дело, – Владлен Иванович потер рукой подбородок, – я человек уже не молодой, память иногда подводит, да и код периодически меняю. Поэтому в качестве шифра, я использовал буквы из названия вот этой книги, – он встал, подошел к сейфу и взял с его матовой металлической поверхности книгу в глянцевой обложке. Ее название было набрано отражающими свет золотистым тиснением буквами: «Великая страсть».

Василий взял книгу, повертел ее в руках, даже принюхался… ничего.

– Там, с тыльной стороны обложки цифры… посмотри.

Василий открыл книгу и обнаружил последовательность цифр: 1-3-6-8-9-14. Погруженный в раздумья, он вернул книгу директору:

– Зачем ты хранишь шифр в таком доступном месте?

– Не такой я и профан, каким ты меня считаешь, – усмехнулся Владлен Иванович, – здесь записан закодированный шифр.

– Но… тогда получается, – Василий размышлял вслух, – преступник проникает в кабинет, берет книгу, быстро разгадывает зашифрованный код и открывает сейф.

– Ну… выходит так, – Владлен Иванович растерянно посмотрел на Василия.

– Тогда следующий вопрос – кто либо из отдыхающих брал в руки эту книгу?

Владлен Иванович некоторое время сидел в задумчивости, потом усмехнулся:

– Ты не поверишь, но почти все ее брали. Изольда Антоновна и Лев Соломонович, будучи в моем кабинете, полистали ее так, якобы из любопытства, а … – Владлен Иванович на несколько мгновений замялся, – Софья Михайловна брала ее почитать. Получается, только супруги из девятого номера Евгений с Ксенией ее не касались.

– Так, так, так, ну что же… хорошо… С твоего позволения и я возьму книгу, чтобы посмотреть, насколько легко расшифровывается код, – Василий положил книгу в пакет. – Значит, ты говоришь, дверь кабинета была закрыта на ключ, который существует только в единственном экземпляре, и все время находился у тебя.

– Да.

– А окно ты забыл закрыть?

– Если честно, когда я здесь, я его не закрываю. Душно, а я привык к свежему воздуху. Ну и потом… у нас же есть камеры видеонаблюдения, на которых просматриваются коридоры этажей и крыльцо входной двери на базу.

– Хорошо, хорошо, мы просмотрим эти записи.

Василий подошел к окну. На подоконнике он заметил следы песка и несколько сухих сосновых хвоинок.

– Так, так, так, похоже, преступник проник через окно, – Василий высунулся наружу. До асфальтовой отмостки4 внизу было метра полтора. – А видеокамера над крыльцом не захватывает пространство около этого окна?

– К сожалению, нет.

– Ну что… пойдем смотреть кино. Заодно побеседуем с охранником.

Когда они вошли в небольшую комнату в конце коридора, Степан хмурился и всем своим видом выражал недовольство:

– Я же не должен неотлучно смотреть на картинки с камер! На мне же еще обязанности дворника.

– Никто не обвиняет тебя, Степан, – Владлен Иванович доверительно похлопал его по плечу. – Нам надо только просмотреть записи.

Просмотр камер видеонаблюдения показал передвижения отдыхающих внутри базы. Никто из них не приближался к кабинету директора. Из здания базы на улицу в 8.15 вышли дети Софьи Михайловны. В руках у мальчика был пакет. В 8.30 в спортивном костюме базу покинул Евгений.

– Я с 7.50 сидел у себя, – буркнул Степан, – камеры подтверждают.

– Не волнуйся, Степан. Мы доверяем тебе, – Владлен Иванович бросил ободряющий взгляд на охранника. – А Зинаида Парамоновна пришла как обычно?

– Ну… да, – Степан приободрился, взгляд его потеплел, – в 10.00 же она приходит.

Еще немного побеседовав со Степаном, мужчины вернулись в кабинет директора.

– Итак, что у нас получается, – задумчиво начал Василий, – с 8.20 до 9.45 ты был… – следователь деликатно прокашлялся, – э-э… вне кабинета, и в этот промежуток времени некто проникает через приоткрытое окно в кабинет, расшифровав код, либо сделав это ранее, открывает сейф, похищает деньги и карту, покидает место преступления также через окно. Вывод очевиден: этот некто знал твой… э-э… распорядок утра.

– Нервы сдают, – Владлен Иванович опять наполнил рюмку.

Василий, сощурившись, наблюдал за ним через толстые линзы очков:

– Если с деньгами все понятно, то чем же преступника могла привлечь эта, насколько я понял, довольно старая карта? Что на ней было изображено?

Владлен Иванович резко, со стуком, поставил пустую рюмку на стол:

– Да ну ерунда это все. Какая-то старая карта. Осталась после гибели отца… Там схема какого-то здания, какие-то обозначения, знаки. Ни я, ни моя мать не знали, что там было изображено. Поэтому, думаю, не стоит так заострять внимание на ней. Главное – найти деньги. Там было восемьдесят тысяч, причем все пяти и однотысячными купюрами.

– Ну… что ж, – Василий хлопнул руками по коленям, – тогда надо начинать работу с отдыхающими.

– Василий, только я попрошу, – Владлен Иванович испытывал чувство неловкости, касаясь деликатной темы, – по возможности тактично и обходительно проводить… работу с Софьей Михайловной.

Василий понимающе кивнул:

– После того, как мой бывший начальник Глеб Непрухин переехал в областной центр5, я использую в работе его разработки, – на лице Василия появилось глубокомысленное выражение. – И как только у меня появляется рабочая гипотеза, то с целью ее подкрепления я провожу следственный эксперимент, – Василий со значимостью посмотрел на директора, – здесь целая психология! Важно внимательно отслеживать действия подозреваемого лица во время эксперимента. И если ты попал в точку, преступник выдаст себя: побледнеет, будет дрожать, короче – занервничает. И здесь бери его тепленьким!

Закончив с утренней уборкой и наскоро просушив руки о фартук, Зинаида Парамоновна заглянула в комнату Степана. Унылая фигура охранника неподвижно замерла перед монитором. Подвинув свободный стул поближе, она зашептала:

Примечания