Зачем любить, если можно страдать

1 часть

1 глава

Я вышла из машины, перекинула рюкзак за спину и последовала за матерью к дому. Отец остался у машины разгружать вещи из багажника. На крыльце стояли цветочные горшки, в некоторых из них была земля, в других же ничего. Пока мама искала ключи в своей черной сумочке на длинном ремешке, я стояла и размышляла о том, как же меня все-таки смогли уговорить приехать в дом, умершей бабушки, которую я видела, когда мне было лет шесть или семь. Возможно, я бы даже не знала, как она выглядит, если бы не фотографии в семейном альбоме.

У отца с его матерью были не очень хорошие отношения. Пару раз я пыталась спросить о том, почему так получилось. Но он ничего конкретного не отвечал, а я и старалась не допытываться. В каждой семье есть свои тайны, и это нормально.

Когда мать нашла ключи от дома, мы, наконец, зашли внутрь. Там было прохладно, даже сыро, темно и пахло затхлостью. Оглядев прихожую, в которой на стене висело овальное зеркало, и стоял деревянный шкаф у левой стены, я прошла в просторную гостиную и увидела мышиный помет.

– О, боже! – Произнесла я.

– Что? – Мама проследила за моим взглядом и поморщилась. – Да, надо бы тут хорошенько убраться.

– Может, вернемся домой?

Мать ничего не ответила, может, потому, что уже ушла в сторону кухни и не услышала меня, или просто не захотела отвечать на мой вопрос. Когда отец вошел в дом с чемоданами в обеих руках, он громко присвистнул:

– А тут пыльно.

– Это можно исправить мокрой тряпкой и улыбчивой дочерью. – Сказала мама, быстро обойдя, все комнаты в доме.

– Значит, вы притащили меня сюда, чтобы я была вашей горничной?

– Конечно! А ты как хотела? – Улыбнулся отец, почесав шею. – Мама для этого тебя и родила.

Родители вместе рассмеялись.

– Да, очень хорошая шутка, папа.

– Ладно, давайте, приступим к делу, а потом уже будем дурака валять. – Скомандовала мать, и все занялись делами.

Для себя я выбрала комнату, находившуюся на втором этаже, окна которой выходили в сад, за которым была видна терраса соседского дома, и все из-за того, что наш дом находился как-бы немного в низине, чем другие дома в округе.

Когда с уборкой было покончено, я убрала одежду в шкаф и спустилась вниз на кухню. Мама протирала кухонный стол, когда задняя дверь, которая так же находилась на кухне, открылась, и в дом вошли отец и не знакомая мне женщина.

– Смотри, кого я встретил, Эдит. – Произнес отец и указал на незнакомку.

– Марил! – Воскликнула мама, кинула тряпку, которую держала в руках, и обняла женщину. – Сколько лет!

– Рада тебя видеть, дорогая! – Марил была высокой и худощавой женщиной, которой было уже за сорок. Ее вьющиеся пышные волосы мне почти сразу понравились. Она была одета в зеленый комбинезон и синюю крутку.

– Не знала, что ты все еще сюда ездишь. – Сказала мама, сделав шаг в сторону мойки.

– Корсика – моя любовь. Куда я без нее?! – Марил поправила рукав крутки и взглянула на меня с приветливой улыбкой. – Это ваша дочь, да?

Мама подошла ко мне и приобняв, ответила:

– Да, эта Изабель.

– Здравствуйте! – Сказала я.

– Очень похожа на тебя, Эдит. Хотя, что-то есть и от папы, конечно.

После этого отец и мать болтали с моей новой знакомой, которая, оказывается, живет в Марселе, но иногда бывает в гостях у своего младшего брата в Париже. Из разговора я поняла, что площадка, которая видна из моей комнаты, относится к дому, в котором живет Марил.

– Ладно, мне уже пора бежать. – Спохватилась соседка и открыла дверь, из которой недавно только вошла к нам. – Кстати, если есть желание, то приходите ко мне завтра на ужин.

Родители легко приняли соглашение. Мне же было все равно.

~

Следующим вечером мы все же пошли на ужин к Марил, хотя утром мать пару раз вскользь упоминала что-то типа, зря они с отцом так быстро поддались на уговоры. Я промолчала и ничего не сказала, хотя следовало заметить, что никто никого и не уговаривал. Дом Марил был больше нашего, но немного. Дизайнерским интерьером он не отличался. В комнатах было чисто и свежо, пахло апельсинами.

– Где ты учишься, Изабель? – Спросила Марил, когда отец подал мне тарелку с салатом.

– В Сарбонне.

– Похвально. Какое направление?

– Я учусь на переводчика итальянского языка.

– Нравится?

– Да.

– Моя дочь тоже учится в университете. Но не Сорбонне. Но в университете и это главное.

– Я совсем забыл спросить, как дела у Жюли. – Сказал отец, положив в рот кусок картофеля. – Помню ее еще маленькой девочкой.

– В этом году окончит первый курс экономического. – Ответила Марил. – Возможно, этим летом она приедет на Корсику. Поживет несколько недель здесь.

– Как раз составит тебе компанию в изучении местности. – Обратилась ко мне мама, держа в левой руке бокал с красным вином.

– Было бы здорово. – Согласилась я.

Сейчас февраль и сюда мы приехали на несколько дней. Летом родители хотят провести здесь все три месяца. Не знаю, насколько меня хватит, но было бы неплохо покупаться, поваляться на местном пляже и отдохнуть от шумного Парижа.

– А как дела у Луи? – Спросила Марил, расположившись на стуле вальяжнее, чем раньше. – Сколько ему? Двадцати шесть или двадцать семь?

– Двадцать шесть исполнилось в прошлом месяце. – Сказал отец, разлив остатки вина по нашим бокалам. – Он работает юристом и, кажется, доволен жизнью.

– Отдельно живет от вас?

– Конечно! Как окончил университет, так и съехал.

– Это хорошо, когда дети не застревают в объятиях родителей. – Кивнула Марил.

Остаток вечера прошел спокойно. Обстановка за столом была непринужденная. Марил много болтала, как и пила. Когда мы собрались домой, я встала со своего места и не пошатнулась, будто эти бокалы с вином кто-то выпил за нее.

Перед сном я немного почитала книгу на итальянском языке, которую купила на рынке около полугода назад. В доме было тихо, а на улице где-то вдалеке лаяла собака. Я подумала, о том, каково будет лежать в этой же самой кровати летом. Возможно, будет так жарко, что сна не будет ни в одном глазу. Думая об этом, я не заметила, как заснула.

Через два дня мы собрали некоторые вещи, которые привезли с собой, закрыли дом на замок, сели в наше синее “пежо” и уехали обратно в Париж.

2

глава

Сидеть в кафе после экзамена стало уже традицией. Выпив кофе, ребята начали обсуждать, кто и куда отправится на каникулах. Когда подошла моя очередь, я объявила, что, скорее всего, поеду на Корсику. В ответ я услышала: круто! Да, это здорово!

– Ты говорила, что не очень хочешь отдыхать с родителями. – Заметила моя подруга Сюзанна.

– Да, это правда. Но другого выбора нет. – Пожала я плечами. – Не хочу оставаться в Париже.

– Ну да, лучше съездить куда-то, а то потом снова начнется эта учеба. – Кивнула Клариса – девушка, которую я практически не знала.

– Я не жалуюсь на учебу. – Вставил Эдгард. Он сидела рядом со мной на мягком диване. Плечом я чувствовала мокрую ткань его ветровки.

– Потому что ты зубрила! – Улыбнулась Сюзанна и встала со стула. – Ладно, мне пора. Изабель, ты со мной?

– Да.

Мы попрощались со всеми, и вышли из кафе на улицу, где было сыро и промозгло. Я застегнула куртку и положила руки в карманы. Сюзанна шла рядом и говорила о том, как было бы круто сходить после последнего экзамена в клуб. Мне не очень нравились столичные клубы, но я всегда ходила с друзьями, если меня звали. Старалась я пить не много, но пару раз напивалась до такой степени, что сидела в туалете на следующий день и думала, что умру.

– Подождите! – Мы услышали голос Эдгарда и остановились посреди тротуара.

– Почему не остался со всеми? – Спросила я.

– Скучно с ними. – Ответил он и пошел дальше вместе с нами.

– Ой, посмотрите, какой ужас! – Сюзанна тыкнула на витрину магазина нижнего белья. – Мне кажется, или это слишком вульгарно?

– Вроде, ничего. – Сказала я, смотря на манекен в красном кружевном белье.

– Серьезно?! – Нахмурилась Сюзанна, взглянув на меня.

– Согласен, немного через-чур. – Отозвался Эдгард.

– Видишь! Даже мужчина сказал, что это слишком.

– Ага. – Произнесла я, и мы двинулись дальше.

– Эдгард, скажи, почему мужчины любят красивых девушек? – Спросила Сюзанна, когда мы проходили очередное кафе.

– А почему женщины выбирают красивых мужчин? – Задал он обратный вопрос.

– Ну, мне нравится в мужчинах хорошее чувство юмора. Мне все равно до их внешности. – Сказала Сюзанна, перепрыгнув маленькую лужу на своем пути.

– А мне нравятся умные и образованные девушки. Внешность не играет для меня важную роль.

– Хм-м, а ты, что думаешь? – Задала мне вопрос Сюзанна. – Юмор, ум или красивое личико?

– Лицо и тело красивые сейчас. Никто не даст вам гарантию, что ваш спутник будет вечно таким, какой он сейчас. – Произнесла я и улыбнулась своим же заумным словам.

– Да. – Поддержал меня Эдгард.

– В этом есть смысл. – Согласилась Сюзанна.

После мы снова поговорили о нынешних стандартах красоты. Сюзанна сказала, что ее бесит бодипозитивщицы, хотя она сама иногда не бреет ноги, потому что ей лень. Я попыталась объяснить ей, что бодипозитив не заключается только в волосатых подмышках и ногах. Она послушала меня внимательно и ответила, что, возможно, я и права.

В конце концов, обменявшись объятиями и пожелав друг другу хорошего дня, мы с друзьями разошлись по разным улицам. Придя домой, я выпила стакан холодного молока и легла на диван в гостиной, включив телевизор.

Около восьми часов вечера позвонила мать и сказала, что она купила мне билет на самолет. Я поблагодарила ее и сообщила, что сдала предпоследний экзамен на “отлично”. Она сказала, что я молодец. Мама всегда так говорит. Это меня успокаивает и дает надежду, что я делаю все правильно.

~

Последний экзамен прошел, как и все перед ним, успешно. Сюзанна сказала, что мы обязаны отпраздновать наши хорошие и не очень оценки. Многие ребята из университета согласились с ней и предложили сходить в ночной клуб, который находился недалеко от центра города. Осознавая, что поход в клуб состоится перед днем вылета из Парижа на Корсику, я думала отказаться от приглашения, но Сюзанна сказала, что без меня веселье будет совсем не то. Согласившись, я дала обещание себе, что буду воздерживаться от алкогольных напитков.

– О, платье отпад! – Сказала Кларис мне, когда мы сели за столик, за которым сидело около десяти человек.

– Да, твое мне тоже нравится.

– А мне не нравятся платья, поэтому я надел брюки. – Влез в разговор Питер. Он и Сюзанна встречались на первом курсе. Сейчас они стараются не контактировать друг с другом, то ли из-за чувства неловкости, то ли от неприязни совместного прошлого.

В один миг все потянулись на танцпол. Сюзанна и я танцевали недалеко от барной стойки. Быстро стало жарко – захотелось пить. Выпив по одному коктейлю, к нам подошла Кларис и предложила выпить с ней тоника. Мы не отказались. Осушив стакан, я почувствовала, как мне стало веселее, чем раньше. Алкоголь начал делать свое дело.

Домой я пришла только под утро, часов в пять или чуть позже. Перед глазами все немного кружилось. Почистив зубы и смыв косметику, я пошла в родительскую комнату и плюхнулась на огромную мягкую кровать. Утром было желание взять ножик, разрезать живот и вытащить оттуда всю гадость, что там накопилась за последние сутки.

3

глава

Медленным шагом я шла по дорожке к дому, щурясь от яркого солнца. На мне были джинсы и майка, жаль, что не что-то легкое. Отец, который встретил меня в аэропорту, нес мой чемодан. Он рассказывал о том, как они с мамой на днях попали в небольшую аварию, в которой, к счастью, никто не пострадал кроме бампера их машины.

– Привет, милая! – Сказала мама и крепко меня обняла, как только я переступила порог дома. – Вы быстро доехали.

– Да, машин на дороге было немного. – Ответил папа и сообщил мне, что отнесет чемодан ко мне в комнату.

– Выглядишь неважно. – Заметила мама и послала меня принять душ, что я и сделала, поднявшись на второй этаж.

Переодевшись в легкое желтое платье, я спустилась в гостиную и обнаружила, что в ней пусто. Я прошла на кухню, открыла холодильник, взяла кувшин с соком и налила его себе в высокий стакан. Сделав глоток, поморщилась от кислоты напитка, но через секунду снова прильнула губами к стакану. Возможно, жажда была вызвана жарой или же похмельем.

Когда я помыла стакан, то вышла в сад, где увидела уже знакомую мне Марил и девушку лет двадцати. Я сразу догадалась, что это Жюли – дочь Марил, о которой она говорила за ужином в прошлый наш разговор. Поздоровавшись друг с другом, Марил спросила меня о перелете. Потом она сказала, что Жюли и я можем сходить на пляж ближе к вечеру, чтобы поближе познакомиться друг с другом. Я согласилась.

~

Днем солнце пекло очень сильно. Мать предостерегла меня, чтобы я не увлекалась нахождением на солнце. Кожа у меня была светлая от природы, поэтому загорать нужно было постепенно, остерегаясь сильного ожога. К вечеру солнце начало заходить за облака, и я отправилась к Жюли, чтобы она показала короткую дорогу к пляжу.

– У тебя красивые волосы. – Сказала я Жюли, когда мы вышла из ее дома.

– Да, как у мамы.

– Я бы тоже хотела иметь что-то подобное на голове.

– У тебя тоже хорошие волосы. Длинные.

– Думаю их обрезать, когда вернусь в Париж.

– Да? Это ты зря. Хотя, знаешь, это же твои волосы, а не мои. – После этой фразы я поняла, что мы подружимся с Жюли. Тон ее разговора был не резким, и говорила она так, будто ей все равно на все, что делают окружающие. Хотя, может, это и было правдой.

На пляж мы пришли за каких-то пятнадцать минут. Людей было немного. Дети строили песчаные замки, а взрослые болтали друг с другом, почти не смотря друг на друга. Жюли предложила искупаться. Я сказала, что на мне нет купальника. Она пожала плечами, сняла шорты и топ и пошла к воде. Сев возле ее одежды, я закрыла глаза и сосредоточилась на музыке волн. На душе стало спокойно. Почти сразу возникла мысль, что я нахожусь там, где должна.

После того, как Жюли вышла из воды, мы побродили еще немного по пляжу, иногда разговаривая так, словно знаем друг друга очень давно. Мне понравилось, что она говорит, что думает. И она не выглядела на свои годы. Это мне тоже нравилось в ней.

Вернувшись, домой, я сказала родителям, что, кажется, думаю остаться на Корсике дольше, чем планировала до этого. Мое заявление почему-то не удивило их. Перед тем как лечь спать, я спросила у мамы, во сколько лучше завести будильник, чтобы пойти на пробежку.

– В шесть будет самое то.

– А с водой здесь нет проблем? – Задала я вопрос, крутя в руках шариковую ручку.

– Бывает. Но рядом море, поэтому не беспокойся. Можешь, бегать, сколько душе угодно.

Лежа в кровати и читая “Доводы рассудка” на английском языке, я снова услышала лай собаки. Кажется, это была та самая, которая лаяла в прошлый мой приезд сюда. Зевнув, я вложила закладку между страниц, где остановилась, выключила лампу и быстро заснула, даже не считая до ста, как обычно делаю перед сном.

4

глава

Неделя после моего приезда пролетела, как один день. Каждый день Жюли и я ходили на пляж загорать. Мы расстилали полотенца и ложились на них сначала лицом к солнцу, затем спиной. Моя мама давала нам с собой солнцезащитный крем, который использовала только я, потому как Жюли не была против всякого рода кремов. Она считала, что там нет ничего хорошего – одна химия.

– Скоро должен приехать дядя. – Сообщила Жюли, когда мы пришли в субботу на пляж.

– Это проблема? – Поправив очки, спросила я.

– Нет. Он хороший. Никогда не отчитывает меня, как другие родственники.

– Повезло.

– А у тебя, как дела с другими членами семьи?

– У нас их почти нет. – Призналась я. – У мамы есть сестра, но она живет в Америке, поэтому мы с ней не встречаемся часто.

– Повезло. – Усмехнулась Жюли и встала со своего места. – Пойдем, искупаемся?

– Ага.

Вода была теплой и блестела на солнце. Когда я зашла по пояс в воду, то поняла, что не оставила солнечные очки на суше, поэтому все вокруг было темно-коричневым.

– Давай, до буйков и обратно? – Предложила Жюли. Мы часто так делали. Туда плыли, как настоящие спортсменки, а обратно почти по-собачьи. Слишком было большое расстояние.

– Твой дядя приедет один? – Спросила я, когда мы возвращались домой.

– Не знаю. Может, с женой.

– Ладишь с ней?

– Не то, чтобы мы хорошо общаемся. Она, вроде ничего, но, знаешь, я бы не хотела с ней оказаться на необитаемом острове.

– Забавно.

– Точно.

~

На следующий день за ужином к нам с родителями присоединились Марил и Жюли. Разговор начался с погоды и продолжился работой отца. Он работал в школе – преподавал историю. Порой он рассказывал до нелепости забавные истории, связанные с его учениками. Например, как и в этот вечер.

Отец поведал нам историю о мальчике, который не очень хорошо учился, но метил в отличника. Его родители поставили ему ультиматум, мол, учишься на хорошие оценки – получаешь свободу на каникулах, если нет, то отправляешься куда-то за город к тетке, которая терпеть не может детей. Ученик был не из робкого десятка и решил пронести телефон на экзамен. Но сделал все это так осторожно, что никто его и не заподозрил в каком-то дурном поступке. Однако на тот момент была мода на складные телефоны, и у этого парня он был тоже. Кажется, серый или синий. Впрочем, не суть. Но, как уже было ранее сказано, ученик был не таким и глупым, как можно было подумать, смотря на его школьные оценки. Перед экзаменом он положил телефон в штаны, а если быть точным, то прямо в трусы.

– В трусы? – Захихикала Марил.

– Точно. Прямо туда. – С нотками издевки и жалости повторил папа. – Значит, решил он посмотреть ответ на какой-то вопрос, засунул руку в свои штаны, посмотрел в телефоне, что нужно и, кладя его обратно, прищемил себе хозяйство этим же самым телефоном, который как-бы должен был быть его спасением от дето-ненавистной тетки.

Все за столом разом засмеялись. Даже, мама и я, хотя слышали эту историю не первый и не второй раз.

– Ох, тяжко тебе приходится, Франсуа. – Похлопала Марил отца по спине и ковырнула огурец с тарелки.

– Нет, я рад, что я занимаюсь делом, которое мне нравится.

– Вот, как? – Спросила Марил.

– Я подтверждаю его слова. – Кивнула мать. – Нет, бывает, что Франсуа приходит домой раздраженный и усталый. Но, давайте, говорить на чистоту, кто здесь, из сидящих за столом, не чувствует того же, когда приходит из, будь это школа, университет или работа?

– Да, верно сказано. – Сказала Марил. – Хотя, знаете, если бы сейчас передо мной стоял выбор – идти на адвоката или на садовника, я бы выбрала второй вариант.

– Да ну? – Повернулась Жюли к своей матери.

– Говорю, как есть. Ничего не скрываю!

Вечер плавно перешел в ночь. Марил и Жюли ушли к себе домой. Я, помогая матери убирать со стола, говорила о том, почему взрослые люди все еще думают о том, чтобы было бы “если”. Мама сказала, что я буду говорить подобным образом, когда стану старше. Еще она сказала, что, возможно, это связано со страхом оказаться неправым.

– Интересная теория. – Сказала я, перед тем, как подать ей пустой графин, в котором ранее находилось вино.

5

глава

Прошло четыре дня после совместного ужина с нашими соседями. Я много читала на итальянском языке, помогала маме с садом, разговаривала с отцом на какие-то заумные беседы, которые были понятны только нам с ним. С Жюли мы почти не виделись. Марил сказала, что она приболела, поэтому плавать я ходила одна или совсем не ходила, когда не было настроения.

Однажды утром мать попросила меня сходить к Марил и одолжить у нее кофе – наш закончился. Выйдя на улицу, я собрала волосы в высокий хвост и пошла по направлению соседского дома. Ветер колыхал ветки деревьев, которые были высажены вдоль проезжей части. Я открыла калитку и побрела медленным шагом к крыльцу. Открыв дверь, я почувствовала знакомый приятный аромат, но только теперь к нему прибавилось что-то, цитрусовое, возможно, это был лимон или лайм. Было не совсем ясно.

– О, привет! – Сказал незнакомый мужчина, выйдя со стороны кухни.

– Привет! – Ответила я и зачем-то кивнула.

– Здравствуй, Изабель, ты за кофе? – Выглянула Марил из-за двери, которая вела в ванную комнату. – Знакомься, это мой брат Андре. Андре, это Изабель – дочь Франсуа и Эдит. Я рассказывала тебе про них.

– Приятно познакомиться. – Сказала я.

– Мне тоже приятно. – Произнес Андре и скрылся в одной из спальных комнат.

– Так, ладно, пойдем, я тебе кофе отсыплю в банку.

~

Вернувшись домой с кофе, я сообщила родителям, что приехал брат Марил. Они отреагировали на новость более бурно, чем следовало. Отец предложил пригласить его и Марил с Жюли как-нибудь к нам на ужин. Мать кивнула и сказала, что это не нужно делать сегодня, но в ближайшем будущем это было бы хорошо.

Около трех часов дня к нам зашла Жюли и сказала, что ей стало намного лучше. Эта новость меня обрадовала. Без общения с кем-то типа нее мое существование на Корсике было не таким веселым и интересным. Хотя, я и считала своих родителей, умными и образованными людьми, все равно чего-то не хватало. Договорившись сходить сегодня вечером на пляж, Жюли ушла домой. Я же вышла в сад, села за небольшой металлический столик и приступила к чтению очередного романа, но уже на английском языке. Мама сказала, что ей нравится мое рвение знать, как можно больше иностранных языков. Мне тоже это нравилось. В будущем хотелось освоить испанский или греческий языки.

Когда солнце начало близиться к закату, я собрала сумку и пошла за Жюли. По дороге к пляжу я уколола большой палец ноги об острый камень, но кровь мне пошла. Искупавшись, мы посидели на мокрых полотенцах и решили в ближайшее время завести с кем-нибудь знакомство. Днем на пляже бывали компании из молодых людей, которые играли в волейбол, либо просто дурачились, громко крича, вызывая тем самым раздражение окружающих. Жюли считала их интересными. Мне казалось, что некоторые из них ведут себя, как дети. Жюли ответила, что это нормально так думать, когда тебе уже почти двадцать два года. Я ничего не ответила, но потом еще долго думала о том, что, мне и правда, почти двадцать два года, и это не так круто, как казалось, когда мне было всего двадцать один.

6

глава

Это была пятница. Отец и мама решили поехать в супермаркет, а я сказала, что пойду на пляж вместе с Жюли. Мать спросила, купить ли мне прокладки. Я ответила, что было бы неплохо, потому что в старой пачке осталось всего две шутки. Когда она и папа сели в машину и отъехали от дома, я положила полотенце, солнцезащитный крем и воду в сумку, и направилась к дому Марил.

– Привет! – Махнул рукой Андре, когда я подходила к крыльцу. Он стоял у окна и курил.

– А, да, привет!

– На пляж?

– Да.

– Там много народу обычно?

– Когда как.

– Понятно. – Он сделал еще несколько затяжек и погасил сигарету о стеклянный край пепельницы, которая стояла на одной из ступенек. – Может, и мне с вами сходить?

– Как хочешь. – Пожала я плечами. – Думаю, Жюли не будет против.

– А ты?

– Мне все равно.

Андре вошел в дом и после некоторого отсутствия вышел на улицу с полотенцем на правом плече, Жюли шла сзади. К морю мы шли все той же старой дорогой, но только уже другим составом, нежели чем обычно. Придя на пляж, мы расстелили наши полотенца на горячий песок, разделись и легли под лучи солнца.

– Ты же не против, что Андре пошел с нами? – Спросила Жюли, когда он после слов: “пойду, попробую воду”, встал со своего места и направился к воде, около берега которой, бегали и меленькие дети.

– Нет. Совсем не против.

– Круто! – Жюли поправила шляпу на голове кончиком указательного пальца. – Ему полезен такой отдых.

– В каком смысле?

– Он работает врачом. Хирургом.

– Никогда раньше не лежала рядом с полураздетым хирургом. – Пошутила я, и Жюли громко рассмеялась.

– Только пользы от него нет.

– Про что ты?

– Ну-у, ты же знаешь, что хирург не должен оперировать своих родственников.

– Да, что-то слышала об этом.

– Для мамы это полная трагедия, а мне как-то все равно.

– Это ты сейчас так говоришь. – Произнесла я и легла на грудь, чувствуя, что дышать стало немного тяжелее.