Последний принцип: "А-21"

Алексей почувствовал холод.

— Значит, А-21 связан с ним.

На экране появилась новая надпись:

«ДА».

А затем:

«ПОТОМУ ЧТО НИКИТА — ЭТО А-21».

Михаил отступил.

— Нет.

Алексей посмотрел на него.

— Ты его знал?

Михаил молчал.

— Михаил!

Он закрыл глаза.

— Мне было семь.

— Что?

— Мне было семь лет.

— И?

— Я помню мальчика.

— Никиту?

Михаил кивнул.

— Мы играли вместе.

— Где?

— В лаборатории.

Елена нахмурилась.

— Дети не должны были находиться в лаборатории.

— Знаю.

— Тогда почему вы там были?

Михаил открыл глаза.

— Потому что это была не лаборатория.

Алексей почувствовал неприятный холод.

— Что тогда?

Михаил посмотрел на него.

— Это был наш дом.

На экране появилась новая фотография.

Семья.

Виктор.

Елена.

Маленький Алексей.

Михаил.

И Никита.

Елена смотрела на снимок, не моргая.

— Я ничего этого не помню.

Михаил ответил:

— Я тоже.

Алексей подошёл к экрану.

— Тогда почему мы видим это сейчас?

Голос А-21 ответил:

— Потому что память больше не принадлежит вам.

Елена резко повернулась.

— Что это значит?

— Вы можете помнить только то, что вам позволено помнить.

Алексей почувствовал злость.

— Ты изменил наши воспоминания?

— Нет.

— Тогда кто?

Пауза.

— Вы сами.

— Что?

— Каждый из вас когда-то сделал выбор забыть.

Михаил посмотрел на Алексея.

— Ты веришь ему?

Алексей ответил:

— Не знаю.

— А должен?

— Нет.

— Почему?

Алексей посмотрел на экран.

— Потому что он хочет, чтобы мы сомневались друг в друге.

В этот момент на экране появилась надпись:

2:01

Затем:

«НЕВЕРНО».

Алексей нахмурился.

— Что неверно?

Ответ появился мгновенно:

«Я НЕ ХОЧУ, ЧТОБЫ ВЫ СОМНЕВАЛИСЬ ДРУГ В ДРУГЕ».

Пауза.

«Я ХОЧУ, ЧТОБЫ ВЫ ВСПОМНИЛИ».

Секунды продолжали отсчитываться.

1:42.

Михаил подошёл к Алексею.

— Если он говорит правду, у нас есть ещё один человек.

— Никита.

— Да.

— Но Никита — А-21.

— Тогда кто сейчас с нами разговаривает?

Алексей посмотрел на экран.

— Не знаю.

Илья тихо сказал:

— Я знаю.

Все повернулись к нему.

— Кто?

Илья посмотрел на фотографию.

— Никита умер.

Михаил резко спросил:

— Откуда ты знаешь?

— Потому что я был там.

— Ты был младше.

— Да.

— Тогда как помнишь?

Илья ответил:

— Потому что это единственное воспоминание, которое у меня никогда не смогли стереть.

Алексей подошёл к нему.

— Что произошло?

Илья посмотрел ему в глаза.

— Никита умер не в лаборатории.

Пауза.

— Он умер в твоей голове.

Алексей замер.

На экране исчез таймер.

Появилась последняя фраза:

«ТЕПЕРЬ ВЫ ГОТОВЫ К ВТОРОЙ ПРОВЕРКЕ».

И дверь мастерской открылась.

За ней стоял человек.

Молодой.

С тёмными волосами.

Бледным лицом.

И знакомыми глазами.

Он посмотрел прямо на Алексея.

— Привет.

Алексей не мог произнести ни слова.

Человек улыбнулся.

— Ты меня не помнишь.

Пауза.

— Но я тебя помню.

Глава 4. Четвёртая память

Человек на пороге не двигался.

Алексей смотрел на него и чувствовал странное, почти физическое ощущение узнавания.

Не лицо.

Не голос.

Что-то глубже.

Как будто мозг пытался открыть дверь, которую ему давно запретили открывать.

— Никита?.. — наконец произнёс он.

Молодой человек улыбнулся.

— Уже лучше.

Михаил сделал шаг вперёд.

— Ты умер.

Никита посмотрел на него.

— Да.

— Тогда что ты здесь делаешь?

— Хороший вопрос.

— Я серьёзно.

— Я тоже.

Елена осторожно приблизилась к Алексею.

— Это человек?

Никита перевёл взгляд на неё.

— А ты всё ещё задаёшь правильные вопросы.

— А ты всё ещё избегаешь ответов.

Он усмехнулся.

— Значит, кое-что действительно сохранилось.

Алексей почувствовал раздражение.

— Хватит загадок. Если ты Никита, скажи прямо: что произошло?

Никита посмотрел на него.

— Ты хочешь правду?

— Да.

— Всю?

— Всю.

— Тогда тебе не понравится.

Михаил нервно усмехнулся.

— У нас давно нет хороших новостей. Можешь не церемониться.

Никита посмотрел на него.

— Ты всегда так шутил, когда боялся.

Михаил перестал улыбаться.

— Откуда ты это знаешь?

— Потому что я был рядом.

— Когда?

— Когда ты впервые понял, что твой отец тебе лжёт.

Михаил побледнел.

Алексей повернулся к нему.

— Ты никогда мне об этом не рассказывал.

— Потому что не помнил.

Никита тихо сказал:

— Именно.

За окном снова пошёл дождь.

Капли застучали по металлическому навесу.

Никита вошёл внутрь и закрыл дверь.

Теперь они стояли друг напротив друга.

Четверо людей.

И одна тайна, которая становилась всё больше.

Алексей указал на стул.

— Садись.

Никита сел.

— Начинай.

— С чего?

— С того момента, когда ты умер.

Никита посмотрел на Михаила.

— Ты уверен?

— Да.

— Тогда слушай.

Он положил руки на колени.

— Мне было девять лет.

— Девять? — переспросила Елена.

— Да.

— На фотографии тебе больше.

— Потому что фотография сделана позже.

Алексей нахмурился.

— Значит, фотография не соответствует воспоминанию.

— Фотография соответствует реальности.

— Тогда почему ты выглядишь старше?

Никита посмотрел на него.

— Потому что это не фотография.

Он достал из кармана маленький металлический предмет.

Положил его на стол.

Михаил сразу узнал его.

— Что это?

— Носитель.

— Чего?

— Памяти.

В мастерской стало тихо.

Елена посмотрела на предмет.

— Ты хочешь сказать, что память можно записывать?

Никита кивнул.

— Можно.

— И переносить?

— Можно.

— В другого человека?

— Можно.

Алексей почувствовал холод.

— Поэтому А-19?

Никита посмотрел ему в глаза.

— Нет.

— Тогда зачем?

— А-19 был попыткой создать искусственную личность.

— А ты?

— Я был первой попыткой сохранить человеческую.

Михаил тихо произнёс:

— Значит, А-21...

Никита кивнул.

— Это не номер человека.

— А что?

— Количество циклов.

Алексей нахмурился.

— Каких циклов?

— Переноса.

Никита поднял металлический носитель.

— Когда я умер, моя память не исчезла.

— Ты хочешь сказать, что сознание продолжило существовать?

— Нет.

— Тогда что?

— Запись.

Алексей покачал головой.

— Запись — это не человек.

— Именно.

Никита впервые перестал улыбаться.

— Поэтому первые двадцать попыток были провалом.

— А двадцать первая?

— Получилась.

Елена тихо спросила:

— Получился кто?

Никита посмотрел на неё.

— Я.

Михаил резко встал.

— Нет.

— Почему?

— Потому что ты сидишь передо мной.

— Да.

— Ты выглядишь на двадцать пять.

— Да.

— А умер в девять.

— Да.

Михаил сделал шаг назад.

— Тогда кто ты?

Никита ответил:

— Последняя версия меня.

Алексей смотрел на него.

— Что стало с предыдущими двадцатью?

Никита молчал.

— Никита.

— Они умерли.

— Все?

— Все.

— Почему?

— Потому что память не хочет жить в чужом теле.

Елена нахмурилась.

— Но ты жив.

— Пока.

Это слово прозвучало особенно тяжело.

— Что значит «пока»?

Никита посмотрел на металлический носитель.

— Каждый перенос что-то разрушает.

— Что?

— Границы личности.

— Объясни.

— Ты начинаешь помнить то, чего никогда не переживал.

— И?

— Потом начинаешь чувствовать чужие эмоции.

— И?

— Потом перестаёшь понимать, какие мысли принадлежат тебе.

Алексей тихо сказал:

— Поэтому ты сказал, что помнишь меня.

Никита кивнул.

— Я помню тебя.

— Но ты был ребёнком.

— Да.

— Тогда откуда знаешь меня взрослым?

Никита посмотрел ему прямо в глаза.

— Потому что часть твоих воспоминаний находится во мне.

Елена резко отступила.

— Что?

Алексей тоже замер.

— Повтори.

— Ты слышал.

— Какие мои воспоминания?

— Не знаю.

— Ты должен знать.

— Нет.

— Почему?

Никита посмотрел на него.

— Потому что я не могу отличить их от своих.

Алексей медленно сел.

В голове вспыхнуло несколько образов.

Старая комната.

Запах лекарств.

Женский голос.

Красная лампа.

Маленький мальчик.

И кто-то говорил:

«Не открывай глаза».

Алексей схватился за голову.

Елена подбежала к нему.

— Алексей!

— Я в порядке.

— Ты побледнел.

— Я вспомнил.

Никита тихо спросил:

— Что?

Алексей поднял глаза.

— Тебя.

— Что именно?

— Ты стоял рядом со мной.

Никита замер.

— Где?

— В комнате.

— Какой?

Алексей закрыл глаза.

— Не знаю.

— Что ещё?

— Ты плакал.

Никита отвернулся.

— Я не плакал.

— Плакал.

— Мне было девять.

— Именно.

Никита молчал.

Алексей продолжил:

— Ты сказал мне: «Если они сотрут меня, не забывай».

Михаил медленно сел.

Елена смотрела то на одного, то на другого.

Никита прошептал:

— Ты не мог этого помнить.

— Почему?

— Потому что после этого тебе стёрли память.

Алексей замер.

— Кому?

Никита ответил:

— Мне.

Пауза.

— И тебе.

Внезапно все компьютеры в мастерской включились одновременно.

На каждом появилась одна и та же надпись:

ЧЕТВЁРТАЯ ПАМЯТЬ ОБНАРУЖЕНА.

Алексей посмотрел на Никиту.

— Что это значит?

Никита побледнел.

— Плохо.

— Насколько?

— Очень.

— Объясни.

Никита встал.

— Я думал, что четвёртая память уничтожена.

— Что такое четвёртая память?

Никита посмотрел на экран.

— Это память человека, которого никогда не существовало.

Елена нахмурилась.

— Но как можно хранить память того, кого не было?

Никита ответил:

— Вот в этом и была главная ошибка проекта.

Алексей почувствовал, как напряжение снова возвращается.

— Что за человек?

Никита посмотрел прямо на него.

— Ты.

Алексей замер.

— Что?

— Тот Алексей, которого ты помнишь, никогда не существовал.

— Не говори ерунды.

— Я хотел бы.

— Тогда кто я?

Никита медленно произнёс:

— Именно это А-21 пытается выяснить.

На всех экранах одновременно появилась новая надпись:

ПРОВЕРКА №4.

ВОПРОС:

«КТО ИЗ ВАС НАСТОЯЩИЙ?»

А затем появилась фотография.

На ней стояли два Алексея.

Один — нынешний.

Второй — моложе.

И оба смотрели прямо в камеру.

Михаил прошептал:

— Их двое...

Алексей смотрел на экран, не в силах отвести взгляд.

Никита сказал:

— Нет.

Пауза.

— Их было больше.

Экран погас.

А в полной темноте раздался голос А-21:

— Теперь начинается четвёртая память.

Глава 5. Два Алексея

В мастерской стало тихо.

Настолько тихо, что Алексей слышал собственное дыхание.

На экране всё ещё оставалась фотография.

Два человека.

Одинаковое лицо.

Одинаковый взгляд.

Но один был примерно двадцатилетним, второй — нынешним.

Михаил подошёл к монитору.

— Это невозможно.

Никита покачал головой.

— Уже нет.

— Ты хочешь сказать, что это...

— Да.

— Двойник?

— Нет.

Елена нахмурилась.

— Тогда что?

Никита посмотрел на неё.

— Предыдущая версия.

Алексей медленно поднялся.

— Предыдущая версия чего?

Никита не ответил сразу.

— Тебя.

— Меня не может быть две версии.

— Может.

— Я один.

— Ты уверен?

Алексей хотел ответить сразу.

Но не смог.

Потому что в этот момент в голове снова возник образ.

Белая комната.

Холодный металлический стол.

Красная лампа.

И мальчик.

Никита.

А рядом с ним — молодой Алексей.

Только Алексей помнил это место совершенно иначе.

Он помнил, что ему было лет двадцать.

Но на фотографии ему было не больше десяти.

Он закрыл глаза.

— Нет...

Елена подошла ближе.

— Что ты вспомнил?

— Не знаю.

— Алексей.

— Я помню комнату.

Никита спросил:

— Белую?

Алексей кивнул.

— Да.

— Значит, ты уже начал вспоминать.

— Что?

— То, что тебе стерли.

Михаил включил настольную лампу.

— Стоп.

Все посмотрели на него.

— Если существует предыдущая версия Алексея, — сказал он, — тогда кто перед нами?

Никита ответил:

— Вот это и есть главный вопрос.

— Нет. Главный вопрос — кто его создал?

— Я не знаю.

Михаил усмехнулся.

— Ты слишком часто говоришь «не знаю».

— Потому что память повреждена.

— У тебя?

— У всех.

Михаил повернулся к Алексею.

— Ты что-нибудь помнишь о проекте?

— Нет.

— О Н-0?

— Отрывки.

— О «Севере»?

— Только то, что мы узнали позже.

— О твоём отце?

Алексей замолчал.

Это имя всегда было для него болезненным.

— Что именно ты хочешь узнать?

— Был ли он связан с экспериментом.

Алексей посмотрел на Никиту.

— Был?

Никита кивнул.

— Да.

— Насколько?

— Он был одним из создателей.

Елена резко спросила:

— И он экспериментировал на собственных детях?

Никита ответил:

— Не совсем.

— Что значит «не совсем»?

— Он не считал вас детьми.

Михаил нахмурился.

— А кем?

Никита посмотрел на него.

— Носителями.

Алексей почувствовал злость.

— Хватит.

Никита замолчал.

— Я не хочу больше слушать слова вроде «носитель», «объект», «версия». Мы люди.

— Именно это я и пытаюсь вам доказать.

— Тогда говори нормально.

Никита кивнул.

— Хорошо.

Он сделал паузу.

— Ваш отец хотел победить смерть.

Михаил тихо сказал:

— Классика.

— Но он быстро понял, что тело нельзя сохранить навсегда.

— Поэтому память?

— Поэтому память.

Никита продолжил:

— Он решил, что человек — это не тело. Не кровь. Не органы.

— А что?

— Память.

Алексей нахмурился.

— Но память можно изменить.

— Именно.

— Тогда что остаётся?

Никита посмотрел ему прямо в глаза.

— Выбор.

В мастерской снова стало тихо.

Михаил усмехнулся.

— Последний принцип.

Никита кивнул.

— Да.

— Значит, всё это время...

— Ваш отец пытался доказать обратное.

— Что человек определяется не выбором?

— Что человеком можно управлять, если управлять его памятью.

Елена спросила:

— А А-21?

Никита посмотрел на неё.

— А-21 должен был стать доказательством того, что память можно передавать без потери личности.

— Но ты сказал, что двадцать попыток провалились.

— Потому что они умирали.

— А ты выжил.

— Да.

— Почему?

Никита ответил:

— Потому что двадцать первый был создан иначе.

Алексей подошёл к фотографии.

— Почему там я?

Никита посмотрел на экран.

— Потому что ты был частью эксперимента.

— Я?

— Да.

— Но я ничего не помню.

— Именно этого они и хотели.

— Кто?

Никита ответил:

— Все.

Алексей резко повернулся.

— Все?

— Проект существовал десятилетиями. Люди приходили и уходили. Учёные менялись. Руководители исчезали. Но задача оставалась.

— Какая?

Никита посмотрел на него.

— Создать человека, который сможет самостоятельно переписывать собственную память.

Елена тихо сказала:

— Чтобы его невозможно было контролировать.

— Наоборот.

Никита покачал головой.

— Чтобы его невозможно было отличить от того, кого контролируют.

Алексей почувствовал неприятный холод.

— Что это значит?

— Если человек сам меняет свою память, система уже не знает, где заканчивается приказ и начинается собственное решение.

Михаил медленно произнёс:

— И тогда предсказать его невозможно.

Никита кивнул.

— Именно.

Алексей посмотрел на него.

— Значит, А-21 не пытается управлять нами.

— Нет.

— Тогда что он делает?

— Он ищет человека, которого невозможно предсказать.

В этот момент старый телефон Михаила зазвонил.

Все вздрогнули.

Он лежал на верстаке.

Экран показывал:

ВХОДЯЩИЙ ВЫЗОВ: АЛЕКСЕЙ

Михаил посмотрел на настоящего Алексея.

— Ты мне звонишь?

— Нет.

Телефон продолжал звонить.

Алексей подошёл.

— Ответь.

— Ты уверен?

— Да.

Михаил нажал кнопку.

— Алло?

Несколько секунд — тишина.

Затем голос.

Голос Алексея.

Но немного моложе.

— Михаил?

Михаил побледнел.

— Кто это?

— Ты знаешь.

— Где ты?

— Там, где всё началось.

— Где?

— В доме.

Михаил замер.

— Каком доме?

— Нашем.

Связь оборвалась.

Елена посмотрела на Алексея.

— У вас был общий дом?

Михаил медленно кивнул.

— Да.

— Где?

Он ответил не сразу.

— За городом.

Алексей нахмурился.

— Я его не помню.

Никита тихо сказал:

— Потому что ты там умер.

Алексей резко повернулся.

— Что?

— Первая версия тебя.

— Она умерла?

— Да.

— А я?

Никита посмотрел на него.

— Ты — результат.

На экране снова появилась надпись.

АДРЕС ОБНАРУЖЕН.

Ниже появились координаты.

Михаил узнал их сразу.

— Это наш дом.

Алексей почувствовал, как внутри всё сжалось.

— Ты уверен?

— Да.

— Мы должны туда ехать.

Елена посмотрела на него.

— Конечно.

Михаил взял куртку.

— Я поеду.

Никита остался стоять.

Алексей посмотрел на него.

— Ты с нами?

— Нет.

— Почему?

Никита ответил:

— Потому что там меня уже ждут.

— Кто?

Никита посмотрел на экран.

На нём появилась новая надпись:

А-21: ДОСТУП ОТКРЫТ.

Никита тихо сказал:

— Я.

Алексей нахмурился.

— Что?

Никита посмотрел на него.

— Я не А-21.

Пауза.

— А-21 — это тот, кто мной управляет.

Михаил медленно опустил руку.

— Тогда кто ты?

Никита ответил:

— Я был его первой памятью.

В ту же секунду в мастерской погас свет.

А на экране осталось только одно слово:

ДОМ.

Алексей посмотрел на Михаила.

— Едем.

— Да.

Елена взяла куртку.

— И что нас там ждёт?

Алексей посмотрел на чёрный экран.

— Наверное, ответы.

Михаил усмехнулся.

— В нашей жизни это обычно означает неприятности.

Алексей открыл дверь.

— Тогда всё нормально.

— Почему?

— Потому что мы уже привыкли.

Они вышли под дождь.

А в мастерской, за их спинами, экран снова включился.

На нём появилась фотография.

Маленький Алексей.

Маленький Михаил.

Маленький Никита.

И четвёртый ребёнок.

На этот раз лицо ребёнка было отчётливо видно.

Под фотографией появилась надпись:

«ВЫ ЗАБЫЛИ ЕЩЁ ОДНОГО».

А ниже:

«ОН ЖДЁТ ВАС ДОМА».

Глава 6. Дом

Дорога за город заняла чуть больше часа.

Почти всю поездку они молчали.

Дождь закончился ещё на выезде из города, но асфальт оставался мокрым, и фары автомобиля выхватывали из темноты дорожные знаки, деревья и редкие придорожные дома.

За рулём сидел Михаил.

Алексей — рядом.

Елена и Илья устроились сзади.

Никита остался в мастерской.

И это почему-то беспокоило Алексея сильнее всего.

— Ты уверен, что координаты правильные? — спросил он.

— На сто процентов.

— Давно там не был?

Михаил усмехнулся.

— Смотря что считать «давно».

— Например?

— Последний раз — двадцать семь лет назад.

Елена с заднего сиденья тихо сказала:

— Отличное место для семейной поездки.

Михаил посмотрел в зеркало.

— Зато без пробок.

Илья впервые за всю дорогу улыбнулся.

— А там есть интернет?

— Нет.

— Тогда зачем мы туда едем?

— Потому что там есть ответы.

— А интернет был бы лучше.

Михаил рассмеялся.

— Вот. Наконец-то в нашей компании появился разумный человек.

Алексей покачал головой.

— Вы двое нашли друг друга.

Несколько секунд все молчали.

А потом Илья спросил:

— Алексей?

— Что?

— Если там действительно был ещё один ребёнок...

— Да?

— Почему мы его забыли?

Алексей посмотрел в окно.

— Не знаю.

Илья подумал.

— А если он нас не забыл?

На этот вопрос Алексей уже ничего не ответил.

Потому что сам думал об этом последние двадцать минут.

Дом появился неожиданно.

Сначала между деревьями показалась крыша.

Потом тёмные стены.

Затем ворота.

Михаил сбросил скорость.

— Здесь.

Алексей смотрел на дом.

Внутри что-то болезненно отозвалось.

Он никогда здесь не был.

По крайней мере, так ему казалось.

Но он знал, где находится каждое окно.

Знал, что справа от крыльца стоит старая яблоня.

Знал, что дверь открывается наружу.

Знал даже, что на втором этаже третье окно слева заклеено изнутри.

Он резко повернулся к Михаилу.

— Остановись.

— Что?

— Я знаю этот дом.

Михаил затормозил.

— Откуда?

— Не знаю.

Елена посмотрела на него.

— Ты никогда здесь не был?

— Я думал, что нет.

— Но ты всё узнаёшь.

Алексей кивнул.

— Да.

Илья посмотрел в окно.

— Там кто-то стоит.

Все замолчали.

На втором этаже действительно виднелся силуэт.

Человек стоял за занавеской.

Неподвижно.

Михаил выключил двигатель.

— Никого там быть не должно.

— Тогда кто это? — спросила Елена.

Михаил достал оружие.

— Сейчас узнаем.

Они вышли из машины.

Воздух был холодным.

Пахло мокрой землёй и листьями.

Алексей посмотрел на дом.

И вдруг вспомнил.

Красная дверь.

Старая лестница.

Деревянные перила.

Запах корицы.

Женский голос:

— Алексей, не бегай!

Он закрыл глаза.

Ещё одно воспоминание.

Маленький мальчик сидит на полу.

Рядом другой ребёнок.

Они собирают деревянную железную дорогу.

Третий мальчик смеётся.

А затем появляется девочка.

Алексей открыл глаза.

— Девочка...

Михаил остановился.

— Что?

— На фотографии был ещё один ребёнок.

— Мальчик.

— Нет.

— Алексей...

— Девочка.

Елена подошла ближе.

— Ты уверен?

Алексей посмотрел на неё.

— Я её помню.

Дверь дома была открыта.

Михаил поднял оружие.

— Странно.

— Почему?

— Я запирал её.

— Двадцать семь лет назад?

— Да.

Елена посмотрела на него.

— Очень полезная информация.

— Спасибо.

Они вошли.

Внутри почти ничего не изменилось.

Старая мебель.

Камин.

Книжный шкаф.

Пыль.

На стене висели фотографии.

Алексей подошёл к одной.

Семья.

Он узнал родителей.

Михаил.