Последний из рода Демидовых

Говорят, жизнь как зебра, чёрная полоса сменяется белой. Всё так! От себя могу лишь добавить, что любая зебра всегда заканчивается жопой!

– Я пойду! – наконец решил я закончить этот неудобный разговор, и с усилием поднялся с деревянной скамьи, опираясь на трость.

– А отпущение грехов?! – батюшка спросил это с некоторой долей обиды в голосе и плохо скрываемым возмущением.

– В другой раз! – мне пришлось натянуть на лицо улыбку.

Я вышел из церкви, позвякивая тростью об пол. Я любил эту трость, она была подарком фронтового друга, командировавшегося в Индию в послевоенное время. Белая ручка трости была выполнена из слоновой кости и имела форму оскалившейся головы тигра. Выйдя из-под тени церкви на солнышко, я вновь набрал полные лёгкие свежего летнего воздуха и осмотрелся. Всё-таки весна заставляла радоваться жизни без всякой на то причины.

От моего взгляда не укрылось, что возле церкви припарковалась машина представительского класса. Задняя дверь бесшумно открылась, и из неё вышел мужчина в сером деловом костюме и затемнённых очках. Последняя деталь сильно контрастировала с образом мужчины.

– Виктор! – воскликнул мужчина в костюме, словно увидел старого друга, – Уделите минутку?!

Тон мужчины располагал, и я не смог отказать.

– Если только минутку.

– Вы же Виктор Александрович Пасечников?

Я кивнул.

– У меня к вам предложение, – начал было человек, он пожевал губами, не зная, как продолжить разговор, – вы боитесь смерти, правда?

– Кто же её не боится?! – я усмехнулся, но в душе что-то сжалось от напряжения и робкой надежды.

– Дело в том, что я могу вам предложить второй шанс, если можно так выразиться. – человек обаятельно улыбнулся.

– Вы знаете о моём заболевании? И хотите предложить альтернативное лечение? – у меня диагностировали рак поджелудочной, и врачи развели руками. Проводить химиотерапию или оперировать в восемьдесят девять лет, не имело смысла, организм не выдержит в любом случае.

Человек на миг замялся, и будто стесняясь, ответил:

– Нет! Буквально – второй шанс! Новое тело и новую жизнь.

– Что пересадка мозга в новое тело? – мне такое предложение показалось фантастикой, но если это правда, то такой вариант выглядел как минимум заманчиво.

– Опять нет! Вы подпишите со мной договор и получите тело восемнадцатилетнего пацана, но в другом мире.

А вот это прозвучало как полный бред. Нет, я читал о таком в фантастических романах, но поверить в другие миры, да ещё с переселением душ… Собеседник снял очки. Я отстранился и чуть не упал. На меня смотрели внимательные, но отчего-то красные, как свежая кровь, глаза.

Он, что вампир?! – первое, что пришло в голову.

– И нет, я не вампир! – мужчина тяжело вздохнул и вновь улыбнулся, но уже натянуто, – Я демон, Виктор Александрович. Самый настоящий – высший демон! А имя моё – Велиофон!

Последнюю фразу демон произнёс с нескрываемой гордостью.

– Что нужно сделать, продать бессмертную душу?! – с насмешкой спросил я, – А договор подписать кровью?

В то, что этот человек – демон, мне не верилось. Но в нём действительно было что-то, ощущение скрытой силы и опасности. Депутат или олигарх, решивший разыграть смертельно бального пенсионера? Есть же всякие модификации тела, сейчас это модно, или просто дорогие линзы… Но зачем?! Разумного ответа я не находил.

– Нет, это не линзы! – человек даже глазом не моргнул.

Он что, мысли читает? В душу закрались нехорошие сомнения.

– А душа… – Велиофон вновь пожевал губами, – уже уплачена! Договора, который нужно подписывать, вообще не будет. Всё на доверии, максимально честная сделка!

Я от души расхохотался:

– Честная сделка с демоном?! Хорошая шутка!

Моя реакция демона нисколько не смутила.

– Спрашивайте! Я честно отвечу на все ваши вопросы, обещаю. – он вновь улыбался, но фальшиво, как в американских фильмах.

– Я вам не верю! – хмуро ответил я.

– Понимаю, но всё именно так, как я сказал. Договор можно расторгнуть, если я где-то навру или слукавлю. Единственное, что я могу сделать, это умолчать о некоторых нюансах, но только если вы сами не спросите, тем самым обозначив эти нюансы незначительными для вас!

Всё встало на свои места. Демон темнил, что неудивительно. Наверняка нюансов было вагон и маленькая тележка.

– Неинтересно! – отмахнулся я, – Теперь я знаю, что Бог есть. Если есть демоны, то и высшие силы тоже в наличие, а значит, есть ад и рай. Так что я лучше спокойно помру и отправлюсь в рай!

– Вот только рай вам не светит! – холодно сообщил демон. – Помните, город Самару, раньше он назывался Куйбышев? Дело было в тысяче девятьсот шестьдесят седьмом! Вы прибыли на завод «Прогресс» с проверкой? А там вам повстречалась совсем юная практикантка Вера. Милая девушка, вот только она ничего не понимала в этих ваших спутниках и ракетах! И вы сделали ей поблажку, а после вечером повели её в ресторан. Помните?

В груди у меня кольнуло. Конечно, я помнил… Как можно забыть Верочку? Милую практикантку с розовыми щёчками и синими как море глазами. А потом действительно был ресторан и гостиница… А наутро Верочка, смущаясь и краснея, убежала, даже не позавтракав. Я помнил и всегда корил себя за то, что не сдержался.

– У Веры родился сын от вас. А вот личная жизнь не сложилась, девушка перестала верить мужчинам и больше никого к себе не подпускала!

– Мне жаль… – невнятно буркнул я.

– Священник, – лицо демона исказила гримаса отвращения, – вам правильно сказал, что нужно покаяться и грехи будут прощены. Но вы отказались! А я был уверен, что вы именно так и поступите, поэтому я здесь.

На лице демона заиграла злорадная ухмылка. На миг мне показалось, что лицо твари удлинилось, челюсть вытянулась, а зубы стали острее. Кажется, демон понял это, и наваждение спало. Передо мной вновь стоял почти человек. Только глаза по-прежнему были красными.

– Прелюбодеяние – грех, Виктор! Рай вам не светит.

Я оглянулся и сделал было шаг в сторону церкви. Но грудь пронзила острая боль, сердце защемило, и оно предательски пропустило удар, а затем ещё один. Голова закружилась, и я схватился за трость двумя трясущимися руками, изо всех сил стараясь не упасть.

– Поздно, Виктор! – с наигранной грустью сообщил демон, – Через две минуты вы умрёте от сердечного приступа! Но вы ещё можете воспользоваться моим предложением.

В глазах замелькали чёрные мошки, холодный пот выступил на лбу и спине, колени согнулись. Я чувствовал, что сердце бьётся через раз и что жизнь меня вот-вот покинет.

– Детали! Мелкие нюансы! Я хочу знать все условия контракта! – задыхаясь и хрипя, потребовал я подробностей от демона.

Перед моим лицом пролетала пчела, как вдруг она остановилась на месте. Всё вокруг застыло, замедлилось, словно попало в медовую патоку. Я наблюдал, как крылья пчелы еле заметно движутся навстречу друг другу. А вот демон ускорился, затараторил как ненормальный. На пределе человеческих возможностей. Или всё же нечеловеческих?

– Ты попадёшь в тело юноши восемнадцати лет от роду. Тело абсолютно здорово без дефектов, за исключением трёх шрамов на правой руке. Это метка Призыва, она делает тебя одержимым и позволяет стимулировать в нужном направлении. – кто и зачем будет стимулировать меня, демон благоразумно умолчал.

– Бывший владелец тела заключил контракт со мной по древнему ритуалу, отдав за выполнение контракта свою душу. Суть соглашения – месть! Нужно убить трёх разумных, виновных в гибели рода мальчишки. – кого именно нужно убить, демон тоже не сказал.

Я с трудом оставался в сознании. Боль в сердце разрасталась, а глаза так и норовили закрыться. Месть за истреблённый род, не такая уж и плохая цель. Да и что я теряю?! Если всё равно в ад? Но скверный старческий характер меня подвёл.

– Хрен тебе, а не контракт!

Демон зажал мне рот рукой, хватка адского порождения оказалась железной.

– Это не всё! – голос демона изменился, он стал рычащим и низким. – Ты получишь проклятый дар, он называется – Магия Крови, этот дар запрещён в том мире, куда ты отправляешься.

Я посмотрел на лицо демона, вернее, уже не лицо, а морду с хищным оскалом. Он глядел на меня, прожигая взглядом, как могут только демоны, лишённые совести и души.

– Никто не сможет почувствовать твою магию, кроме инквизиции.

– Что?! Средневековье… – не удержался я от вопроса и тут же пожалел, грудь пронзил острый укол боли.

– Нет, всё тот же две тысячи двадцать четвёртый, но альтернативная Москва, Российская империя, в которой правит Александр IV Романов! И да, у нас тоже есть душа, когда-то очень давно я был человеком!

– Я… – моё горло жгло, телу не хватало кислорода, а мозг уже толком ничего не соображал.

Сердце билось всё медленнее: не нужно быть врачом-реаниматологом, чтобы понять: я скоро умру. Руки похолодели, а измученный организм потряхивало в предсмертной судороге. На ногах я стоял, поддерживаемый Велиофоном. Жизнь, наконец, покинула меня. Асфальт с треском разверзся у меня под ногами, я начал падать. Огонь и смрад серных испарений ударил в лицо, и я увидел…

От горизонта до горизонта – ровное поле из тел, тянущих руки к небу и окутанных огнём. Кто-то варился в котле, кто-то был прикован к перевёрнутому кресту, кого-то привязали цепями и били кнутами черти. А кого-то рвали на части трёхглавые церберы. Но все без исключения страдали, бились в агонии, и длилось это вечно. Но я почему-то не падал к ним. Медленно повернув голову назад, я увидел чудовищную лапу высшего демона, удерживающую меня над бездной ада.

– Всё ещё хочешь в ад, Пасечников?!

Велиофон более не скрывал своё истинное обличие. В глазах пылал огонь преисподней. Зубы безобразно торчали из уродливой пасти. А старого пенсионера удерживала лапа с когтями, размером не уступавшими мексиканским мачете. Мне стало легче, сглотнув, я сказал своим привычным голосом:

– Я согласен!

Через секунду я вновь стоял на асфальте, под ногами лежало моё собственное, измученное годами тело. Время возобновило свой ход, застывшая пчела полетела дальше по своим пчелиным делам. Раздался колокольный звон, отчего демон скривился, словно от зубной боли. Велиофон размахнулся и с силой швырнул мою душу в другой мир.

Двадцать седьмое мая две тысячи двадцать четвёртого года

Российская империя. Москва

Большой Толмачёвский переулок – дом три

Фамильная усадьба Демидовых

Пахло гарью, кровью и смертью. Руки мне словно не принадлежали и были измазаны в чём-то липком. Я открыл глаза, метрах в пяти пылал огонь, горел деревянный шкаф из красного дерева, украшенный резьбой. Такие шкафы я видел только в исторических фильмах. Большой зал был заставлен узкими полками в тон горящему шкафу, на них лежали книги.

Кажется, это – Библиотека!

Пошатываясь, я приподнялся и присел на колени. Посмотрел на руки, они были все в крови. Одежда тоже липла к телу. Рубашка оказалась разорвана в нескольких местах и пропитана кровью. В голове прозвучал голос Велиофона:

– Это тело убили, и теперь у него новый хозяин! Этот хозяин – ты!

В подтверждение слов демона на полу были начертаны какие-то символы, причём сделано это было кровью. Сука! Везде кровь, и она явно принадлежит мне…

Опять прозвучал голос демона:

– Это сделал прежний владелец твоей тушки! Причём голыми руками, а кровь соскребал с живота. Мы тебя подлечили, иначе ты бы не выжил, можешь не благодарить.

Я задрал превратившуюся в лохмотья рубашку и посмотрел на живот. Ран не было. А вот правая рука сильно чесалась. Задрав рукав до локтя, увидел три уродливых розовых шрама.

Я вновь посмотрел на символы, странные и чуждые. От них веяло силой и чем-то опасным, отвратительным.

Позади стоял… Вот как назвать помесь сейфа и книжного шкафа с толстыми металлическими створками и четырьмя замками? На нём тоже виднелись символы, но защитные. Шкаф, который сейф, оказался открыт, в замках торчали ключи. Кто-то, я даже догадывался кто, влез в шкаф с опасными книгами и достал одну для создания запрещённого ритуала! Но весь этот гвалт событий требовал хоть какого-то выхода эмоций, и я закричал:

– Да что за чертовщина здесь происходит?!

Но никакого ответа не последовало, а вот голос оказался не мой. Голос… голос был звонким, без вкраплений хрипоты и явно молодым.

Сомнений не осталось, всё это происходило на самом деле. Я понял, что занял чьё-то тело. Но всё равно было ощущение, что вот-вот ещё минута, я проснусь, и всё будет по-старому. Тело затекло и мне пришлось встать.

Рядом нашлась раскрытая книга. Страницы оказались заляпаны следами от окровавленных пальцев. Я начал с трудом улавливать смысл описываемой процедуры. Если коротко, то здесь описывался ритуал по призыву Духа Мщения, платой служила душа призывателя.

Это я-то, Дух Мщения? Тоже мне, нашли Зорро! Мать их перемать…

Я побрёл в сторону двери. Не дойдя до неё, остановился. Приблизившись к горящему шкафу, махнул на огонь рукой, и он потух. Это что, магия? Но я двинулся дальше.

Огромная дверь, уходившая к четырёхметровому потолку, открылась со скрипом. А за ней обнаружились тела, лежавшие на полу в коридоре. Нет, я насмотрелся на трупы в своё время, работая в КГБ, но меня всё же накрыли чувства. Видимо, дали о себе знать остатки личности предыдущего владельца, который знал убитых. Я осторожно переступил через ближайшее тело и направился в конец коридора.

У меня возникло незнакомое ощущение, я чувствовал окружающее пространство. Около сорока алеющих и пульсирующих точек находились по всей усадьбе. Пришло осознание: это тела умирающих людей. Ещё несколько минут назад они были живы, а сейчас жизненная энергия покидает коченеющие трупы. И все они были или моими родственниками, или слугами рода…

Те, кто это сделал, преследовали определённую цель – вырезать всех, кто находился в усадьбе.

Твари! Подонки! Ублюдки! Меня накрыла волна бессильной ярости. Но чувства были не мои, а того, чьё тело я занял. Но капля за каплей он уходил, оставляя тело мне, не знаю как и почему, но я это очень хорошо чувствовал, даже знал наверняка.

Когда я понял, что прежний владелец тела покинул его окончательно, острая, нечеловеческая боль пронзила правую руку. Схватившись за неё в попытке отбросить то, что так сильно жгло кожу, я оторвал окровавленный рукав.

На руке пульсировали три безобразных красных шрама. Это они почему-то так обжигали кожу. Вновь заговорил демон:

– Это Печать Призыва! Она будет контролировать твоё поведение, Виктор. Чтобы ты не забывал, зачем здесь и с кем заключил контракт!

– Какая прелесть! А если я буду спать с… Я на миг замялся. С графиней буду, на сеновале кувыркаться, то ты тоже станешь мне советы раздавать?! – возмутился я.

– Графини по сеновалам не шляются! – резонно заметил Велиофон, – А мне давно неинтересны ваши обезьяньи ужимки в постели. – презрительно фыркнул он.

Но от пререканий с демоном меня отвлекло новое чувство. Фокус Жизни показал ещё одну точку, жёлтую. Человек, причём живой, вошёл в дверь. Его пламя заметалось, прижалось к земле. Чувства захлестнули вошедшего, мне передалось его смятение и боль.

Пройдя по коридору и подойдя к лестнице, я увидел человека внизу, возле входной двери.

Полный мужчина лет сорока, может, немногим старше, стоял посреди зала и изумлённо рассматривал труп на полу. Одет он был в некое подобие халата из грубо сшитой ткани. А в паре шагов от него на полу валялась плетёная корзинка, наполненная травами.

Я спустился по лестнице на первый этаж и подошёл ближе к мужчине. Подойдя ближе, смог рассмотреть его получше, это оказался азиат с круглым лицом. Слуга рода, память почему-то именно так предлагала называть мужчину, сидел на корточках возле трупа молодого мальчишки. Мужчина держал на руках его голову, судя по внешности, пацан приходился мужчине сыном.

– Как это произошло?! – изумлённо прошептал он.

– Я тоже хочу это знать, – недовольным тоном обронил я.

– Если бы вы не пьянствовали, а учились… Тогда! – в глазах азиата застыли слёзы, он еле себя сдерживал от того, чтобы не расплакаться.

Я закатил глаза. Только этого мне не хватало! Чтобы меня попрекал какой-то нерадивый слуга. Стоп! Что за надменная манера речи? Это во мне всё ещё не выветрился дух предыдущего хозяина?

– Остаточная память, – подтвердил демон, – на уровне рефлексов. Для мальчишки слуга был чем-то вроде дворового пса. Ничего, пройдёт!

– Что я делал, не твоего ума забота! – я решил всё же подыграть, чтобы не проколоться при первой же встрече в новом для меня мире.

Полный мужчина посмотрел на меня глазами, полными боли и презрения, но вслух произнёс совсем не то, чего я от него ожидал.

– Вы правы, господин, – он склонил голову и начал извиняться, – простите мне мою дерзость!

На миг я увидел, как огонь, догоравший в пареньке, вновь вспыхнул и угас. Его сердце! Оно всё ещё билось. А значит… значит, мальчишка ещё жив!

Демон говорил что-то о силах, данных мне. Но я был несколько ошеломлён происходящим, чтобы запоминать, что мне там всучил высший демон, будь он трижды неладен!

Я опустился на колени рядом с мужчиной и положил руки на грудь его сына. Он удивлённо уставился на меня, но препятствовать не стал.

– Эй, Валиан! Демон! – мысленно воззвал я к исчадию ада, – Мне нужна твоя помощь!

– Правильно говорить – Велиофон! – с раздражением поправил меня демон, – Чего тебе?!

– Нужно исцелить этого мальчишку! – с надеждой мысленно попросил я.

– Ты издеваешься?! – расхохотался Велиофон, – Я, по-твоему, кто? Эльфийский друид?!

– А они существуют? – заинтересовался я.

– Не в этом мире… – с презрением ответил демон, – тратить силы на спасение людишек в моё резюме не входит!

Грёбаный демон! Нет, его чувством жалости не проймёшь. Нужен другой подход, понятный этой твари… практичный и логичный!

– Понимаешь, – начал я, – у меня в этом мире нет ни друзей, ни родственников, и судя по реакции на меня этого человека, слуг тоже нет. Мне никто не разъяснит элементарных вещей, а значит, выполнить твоё задание будет несколько затруднительно!

– Ничего страшного. Справишься! – отрезал демон.

– А если кто-то заподозрит во мне другого человека, не того паренька, что склеил ласты? То твой контракт накроется! Оно тебе надо?

– Придётся вернуть душу… – мрачно и задумчиво протянул демон, – А ещё тебя может схватить инквизиция.

Повисла неловкая тишина. Я чувствовал, что демон не прервал связь, а лишь думает, как сделать лучше.

– Ладно. Положи руки парню на горло, нужно для начала ему артерию на шее залатать!

Я обрадованно подчинился, а от моих рук пошёл красный демонический свет. Слуга от изумления открыл рот, но продолжил благоразумно молчать.

– Теперь положи руки на сердце, – приказал мне Велиофон.

Я вновь выполнил его распоряжение. Под руками очень тихо забилось сердце.

Парень закашлялся, приоткрыл веки, сплюнул запёкшуюся кровь.

– Отец?! – с трудом выговорил он.

– Господин! – с глазами, полными восторга, обратился ко мне полный азиат, – Благодарю вас за спасение моего сына!

Но красноречивее всего были его действия. Полный мужчина упал передо мной на колени и поклонился до самого пола.