Незапертые двери

Глава 12

Погода была плохая, хотя вполне типичнаядля ноября: было холодно, ветер гнал мелкий противный дождь в лобовое стекло,под колёсами разлетались грязные брызги, и небо было унылого серого цвета.

‒Наташ, у тебя ничего не случилось?

–Да с чего ты взял?

‒Да ты со вчерашнего дня почти всё время молчишь, и сегодня тоже какая-то нетакая…, ‒ Саша на мгновение отвлёкся от дороги и посмотрел внимательно на неё: ‒Натась, ну, колись давай!

‒Да ты понимаешь, ‒ она замялась и взглянула на него: он уже снова смотрел надорогу, ‒ ты ведь знаешь, Лариска сейчас у родителей живёт? – он кивнул. ‒ Ну,чтоб квартиру не снимать, и чтоб с мелкой помогали. Да и вообще, одной ейкак-то хреново, Дмитрий же постоянно на работе и в разъездах…

‒Ну, ну? – поторопил её Сашка.

‒Ну вот, ‒ продолжила она уже смелей, ‒ а вчера, когда мы с тобой в кафе сидели,ты покурить вышел, помнишь? – Сашка угукнул. ‒ Туда зашёл Дмитрий…

‒И? – воскликнул Сашка нетерпеливо, бикнув машине в соседнем ряду, решившей былосунуться.

‒Он был с девушкой, ‒ Наташа почему-то покраснела.

‒Ну и что, что с девушкой? Что ты в этом криминального усмотрела? Может, этопросто знакомая? – предположил Саша.

‒Не, ‒ покачала головой Наташа, ‒ мне так не думается. Они сидели рядом, а ненапротив. Да к тому же он ей что-то шептал на ухо, потом чмокнул в шею, ну и…, ‒Наташа вконец засмущалась, ‒ короче, со знакомыми себя так не ведут, ‒ онаумолкла, выжидательно смотря на него.

‒Да, засада…, ‒ протянул Сашка, ‒ И что ты думаешь по этому поводу?

‒А теперь вот я не знаю, что делать: рассказать ей или промолчать?

‒Ну, а у них в последнее время как вообще? Ну, между собой?

‒Да я толком не знаю даже! Она ведь после родов к родителям сразу уехала, а яещё у неё не была. Вроде как ребёнок маленький – не принято же, пока непозовут… Ну, а по телефону особо-то и не поймёшь.

‒Ну а тебе самой как кажется? – Саша остановился у тротуара и выключилзажигание. Откинувшись на спинку сидения, он серьёзно посмотрел на Наташу.

‒Ты знаешь, он мне ведь никогда особо не нравился: что-то вот в нём отталкивает!А Лариска втюрилась в него, как дура! – Наташа со злости стукнула перчатками,которые держала в руке, о панель. Сашка усмехнулся:

‒Ну, это и так понятно, Дмитрий – товарищ тот ещё! Но мне казалось, что дородов-то всё было более-менее, ‒ он пожал плечами, ‒ ну, по крайней мере, онавыглядела спокойно, я полагал, что у них всё нормально.

‒Да вроде как так и было…, ‒ Наташа вздохнула, размышляя.

‒Ну?

‒А вот потом, как только она родила, всё резко переменилось! Ему как будто сразунаплевать на всё стало! Он три дня квасил, пока она была в роддоме, даже непришёл к ней! Я всё ходила на выписку покупала. Ларка всё расстраивалась, что унеё не мальчик родился, а девочка. У него бзик какой-то: ему почему-тонепременно нужен был мальчик, а тут вот наоборот получилось! Хотя, какаяразница – не понимаю, хоть убейся! Ну, после родов он их забрал, конечно, нопочти сразу отвёз её к матери. А сейчас появляется там от силы раз в двенедели. Короче говоря, ‒ подытожила Наташа, ‒ он приезжает к ней только тогда,когда у него какие-то дела с магазином там, в городе.

‒Наташ, а хочешь, я тебя отвезу? Ты к ней хоть в гости съездишь? – предложилСашка. ‒ Только не говори ей ничего про него сначала, посмотри по ситуации, апотом увидишь, стоит или нет. Наташа повернулась к нему:

‒Ты правда отвезёшь?

‒Ну, я ж говорил тебе: если нужно – обращайся, я всегда – пожалуйста, ‒улыбнулся он добродушно.

‒Саш, я тебя обожаю! – Наташа бросилась ему на шею и чмокнула в щёку.

‒Ну, меня все обожают! ‒ отшутился он,высвобождаясь из её благодарственных объятий, – Я ж тебе друг, в конце концов!

‒Ещё какой! – заулыбалась она.

В субботу утром они выехали к Ларисе.Погода улучшилась заметно, было солнечно, хотя и морозно. На траве кое-гдележал иней, и стёкла машины запотевали из-за разницы температур. Сашка включилобдув на лобовое стекло.

Наташа позёвывала на пассажирском сиденье.

‒Наташ, а ты как – ночевать останешься там?

‒Ну да, я думаю…

‒Значит, завтра позвони, во сколько за тобой заехать.

‒Да не болтай ты ерунды! Я завтра сама на автобусе, чего тебе мотатьсятуда-сюда!

‒Слушай, я раз тебе предлагаю – значит, мне не трудно! – чуть ли не с обидойвоскликнул Сашка. ‒ Что ты всё время так упираешься, а? Я, вон, может, вдеревню поеду, там у бабушки переночую.

Он завернул к дому Ларисы. Та увиделамашину в окно и выбежала на улицу им навстречу.

‒Давайте заходите! – позвала Лариса.

Сашакрикнул из машины, что он поедет. Лара подошла и наклонилась к окошку:

‒Саш, даже не думай! Вылазь давай, я тебе чай сделаю. А хочешь, даже кофе! Ятебя уже сто лет не видела, хоть пообщаемся!

Сашавздохнул и вылез из машины:

‒Ну, раз чаем напоишь, так и быть, я остаюсь.

Они сидели за столом, Лариса поставилавазочку с печеньем и раскрыла вафельный тортик. Усевшись напротив, онаразглядывала их обоих, пытаясь понять, изменилось ли что-нибудь в их отношенияхили нет за то время, пока они не виделись. Но, похоже, ничего такого неугадывалось, к её большой досаде.

‒Так, ну рассказывайте! – сказала она.

‒Нет, это уж ты рассказывай! На ляльку-то хоть можно посмотреть? ‒ спросилаНаташа.

‒Ой, ‒ спохватилась Лара, ‒ я вообще чего-то! Так обрадовалась, что вы приехали,что у меня совсем из головы вылетело всё остальное! Она, правда, спит, но всёравно, пойдём, только тихонько.

Лариса поднялась со стула и пошла к дверикомнаты. Аккуратно открыла дверь, чтоб не скрипела, и прошла к кроватке. Потомоглянулась на них и поманила рукой. Они также тихо вошли, стараясь не топать пополу. В кроватке сопела Светланка, раскинув ручки и ножки в стороны. Лара,улыбаясь, погладила её по животику. Саша легонько тронул Наташу за руку, кивнулна Ларису и улыбнулся.

После обеда Саша поехал в деревню, аподруги пошли выгуливать Светланку.

‒Ну что, как у вас с Сашкой, есть какие-нибудь подвижки? – спросила Лара,наконец дождавшись нужного момента.

‒В плане? – повернулась к ней Наташа.

‒Ну не прикидывайся! – нетерпеливо воскликнула Лариса. ‒ Вы вместе наконец илинет?

‒Ларис, да с чего мы должны быть вместе? Я уже сто раз говорила тебе, что онпросто друг!

‒Эх, бедный Сашка! – сочувственно покачала головой Лара. ‒ Парень так надеетсяна взаимность!

‒Лар, ну а что, по-твоему, я притвориться должна, что ли? Я знаю, что он давно ждёт,что я переменю к нему отношение. Но я не могу с ним так нечестно обойтись –ведь я же не отвечу ему тем же! К тому же, если дать ему хоть какой-то намёк,он сразу воспримет это как знак к действию. И тогда конец нашей дружбе! А дляменя она очень важна! Неужели ты не понимаешь?

‒Да ладно, враки это всё про женско-мужскую дружбу! Обязательно кто-нибудь всёиспортит! – фыркнула Лара. ‒ Ты вот чудная: если б ты хотя бы попробовала! А тыотбрыкиваешься! Ты же видишь, как он на тебя смотрит! – продолжала уговаривать Лара,– уж больно нравился ей Сашка как кандидатура.

‒Ну я не могу так! – пыталась объяснить Наташа, не замечая, что уже слишкомгромко говорит. ‒ Я очень хорошо к нему отношусь, но не люблю его! А он ждётименно этого!

‒А кого ты любишь? Только не говори, что всё ещё Лёшку своего вспоминаешь, чтобего! ‒ разозлилась Лариса.

Наташасразу как-то сникла:

‒Да не то чтобы вспоминаю…, ‒ медленно произнесла она, ‒ просто вот такоеощущение, как будто из меня что-то вынули, и там, где это было – пусто… Илиуснуло, замерло всё до поры, до времени…

‒Вот, блин, загоняться меньше надо по этому поводу! А то так всех парней от себяотгонишь! Ведь стоит тебе ему только намекнуть, ‒ Лара не собиралась так легкосдаваться, надеясь, что всё же сумеет повлиять на подругу, ‒ и он будет прыгатьот счастья! Ведь такой будет замечательным мужем, будет заботиться о тебе,постоянно рядом будет, не то что…, ‒ вдруг вырвалось у неё нечаянно и она резкоумолкла, махнув рукой с досады.

‒Ты о чём? – уцепилась за её неоконченную фразу Наташа.

‒Да так…

‒У вас с Дмитрием не ладится? ‒ Наташа всё время называла его официально,почему-то не ассоциировался он у неё с более мягкими и короткими вариантамиэтого имени.

‒Да как тебе сказать? ‒ Лара вздохнула ивсё-таки решила рассказать. ‒ Такое впечатление, что ему ни до меня, ни доСветланки дела нет, ‒ Лариса опустила глаза.

‒Лар, ну а как он вообще себя ведёт?

‒Ну как? – пожала она плечами. ‒ Позвонит, спросит, как дела. Но так, дежурно.Больше для проформы. Приезжает редко, со мной особо не разговаривает. Здесь повечерам уходит к друзьям, а возвращается уже ночью. К Светке совсем неподходит. Вот вообще! – в голосе слышалась искренняя обида. ‒ Мне кажется, онаего раздражает! Особенно, если плачет. Он начинает орать, что и так устал, атут ещё я с ребёнком справиться не могу…, ‒ поникшим голосом произнесла она.

‒А поговорить если? Пробовала?

‒Да пробовала… Он мне начинает: «А чё тебя не устраивает? Я тебя содержу, наребёнка даю!» ‒ Лара почувствовала, что сейчас разревётся от жалости к самойсебе.

Наташа аккуратно пыталась выяснить, в чёмдело, всё ещё умалчивая о том, что видела Дмитрия с другой:

‒А как ты думаешь, в чём причина?

‒Не знаю… Вот такое впечатление, что кто-то у него там есть, ‒ осторожно сказалаЛара, но чувствовалась, что эта мысль давно у неё возникла.

‒Ой, не знаю, Лар, ‒ ответила Наташа, стараясь не смотреть на неё, ‒ почему тытак решила?

‒А в чём ещё может быть причина такой резкой перемены? Он на меня сейчас таксмотрит, как будто я на жабу похожа! Хотя я ведь и не растолстела даже, и какклуша не хожу! ‒ она на время умолкла. ‒ Да, у него и раньше бывали интрижки, ‒как-то неловко продолжила Лара, ‒ но я считала, что ведь это у многих бывает,потом просто перебешиваются и успокаиваются…

‒Лар, и ты считаешь – это нормально? – изумилась Наташа.

‒Ну, ты знаешь, ведь многие мужики налево ходят, у них это вроде как в крови, даи я тут то с токсикозом, то потом нельзя было, ‒ попыталась оправдаться Лариса.

‒А смысл тогда жениться какой был? Ну, гулял бы себе дальше!

‒Ну, я ж беременная была, ‒ виновато ответила Лара.

‒А, ‒ вскипятилась Наташа, её такое зло взяло из-за Дмитрия, ‒ это что, он тебевроде как одолжение сделал? Облагодетельствовал!? Так что ли!? – Наташа былавозмущена до предела. – А теперь наигрался в семейную жизнь, и ты ему мешаешьжить спокойно?

‒Наташ, ну… Не знаю я, что мне с этим делать… Ты понимаешь, мне вот даже необидно, как будто всё уже перегорело, ‒ каким-то бесцветным голосом сказалаЛариса, не поднимая взгляда, ‒ Я сначала очень расстроилась и обиделась нанего, когда он после выписки сразу сюда нас отвёз. Даже не притворился, что радменя видеть. Что счастлив от того, что у него дочь родилась! ‒ тут она невыдержала и начала выкладывать Наташе всё то, что у неё накопилось на душе заэто время. ‒ Я ещё когда беременная была, он начал уходить часто по вечерам ивозвращался уже за полночь. Я, конечно, вся на нервах была, полночи от окна неотходила, ‒ Лара с силой сжимала ручку коляски, ‒ всё ждала, когда он придёт,спать без него не ложилась. А он как будто считал, что это в порядке вещей…

‒Ну, ты хоть раз ему высказала, я надеюсь? – перебила её Наташа.

‒Попробовала…, ‒ она остановилась и опустила голову, счищая носком сапога снег,налипший на колесо, ‒ он слушать не стал. Сказал, что имеет право расслабиться,когда ему нужно! ‒ стукнув с ожесточением по колесу, Лара вдруг почувствовала,как по щекам потекли слёзы. Наташе стало её невыносимо жалко:

‒ Тише, тише ты! Не стоит он того, не надо! –пыталась она успокоить подругу. ‒ Ты что ж молчала-то всё это время?

‒Да? А что б я тебе сказала? – Лариса повернула к ней заплаканное лицо. ‒ Тыведь предупреждала! И правильно предупреждала насчёт него! Но, видимо, людиучатся только на своих ошибках: пока лбом не треснутся, не доходит! – она сталавытирать перчаткой слёзы. ‒ Сначала – да, больно было. Переживала. Даже думала,что это я виновата: как-то не так себя веду, что ему чего-то во мне не хватает…

‒Вот тоже – придумала! Это элементарное кобелинство, и ты тут ни при чём! – возмутиласьНаташа.

‒Да теперь-то уже поняла, что ни при чём! – согласилась Лариса. ‒Ты вотпонимаешь, когда Светка родилась, я как будто по-другому на всё посмотрела.что-то во мне поменялось, ‒ попыталась объяснить она своё состояние, ‒ я вродекак со стороны и себя, и его увидела. И тут до меня дошло, что он совершенночужой мне человек. Что он меня совсем не знает, понимаешь? Мы вообще как будто друг другу никто! Не то,что тогда было с Ромкой…

‒Эх, Ларка, говорила я тебе, что ты с ним поспешила!

‒Наташ, не надо! Мне до сих пор стыдно перед ним! Я ему, представь себе, звониладаже…, призналась она, ‒ Но у него, наверное, номер сменился…

‒Горе ты моё! – усмехнулась невесело Наташа. ‒ Ладно, не будем пока Ромкутрогать. Я только вот от Валерки узнала, ну, когда на выпускной наш мы еговстретили, помнишь? – Лара кивнула. – Он сказал, что Ромка теперь в Москвеработает, а больше я ничего не знаю про него.

‒Да Наташ! Ты думаешь, он захочет теперь со мной разговаривать? Ведь я емуизменила! Предала по сути! Я представляю, как он себя тогда чувствовал! Хотямне-то казалось, что я всё верно делаю.

‒Ларис, так всегда кажется…, ‒ грустно произнесла Наташа.

‒А ты его вижу так и не можешь из головы выкинуть? – спросила Лара, имеяв виду Лёшку.

Наташа покачала головой.

‒ Иногда снится, будто мы с ним вместе, ну,как тогда, летом… Просыпаюсь и так тошно! Ох, я даже фотки, на которых он есть,засунула подальше! А всё равно – не отпускает!

‒Ну, Наташ, ну ты так и будешь, что ли? По-моему, ты малость зациклилась, такнельзя! Ты же можешь вообще его реально больше не встретить, а что-то важноемимо пройдёт в это время!

‒Ты опять про Сашку?

-Ну, и про него, в частности!

‒Да знаю я, чего он от меня ждёт, но пойми ты, я-то этого не чувствую! Ну не могуя – и всё тут! Вот вроде мне с ним хорошо, спокойно, когда он рядом. Поговоритьс ним могу буквально обо всём: никакой неловкости или напряжения, но это какбудто… ну, как с братом, что ли! Не знаю даже, как объяснить…, ‒ замяласьНаташа, ‒ А он, знаешь, так иногда посмотрит! – Наташа наклонилась и вытащилаветку, застрявшую в колесе коляски.

‒Он ведь меня спрашивал как-то, ‒ сказала Лариса, ‒ есть у тебя кто, или нет. Ясказала, что нет.

‒Ну, а он чего? – обречённо спросила Наташа.

‒Да ничего. Он так и думал, просто хотел лишний раз убедиться. Может, поэтому онпостоянно около тебя? Надеется, что рано или поздно ему повезёт?

Ввоскресенье вечером они с Сашей ехали обратно по дороге в Рязань.

‒Ну как деревня – стоит? – улыбнулась Наташа.

‒Да что ей сделается-то! ‒ ответил он. ‒ Ну, наболтались с Лариской?

‒Да уж! ‒ довольно промурлыкала Наташа. ‒ Вчера аж до четырёх утра досиделись.

‒Ну, как там у неё?

‒Ты имеешь в виду, с Дмитрием?

‒Да. Собирается на развод подавать!

‒Что, вот прям так вот? Может, им обсудить всё для начала? – с сомнениемпроизнёс Сашка.

‒Она говорит, что уже всё решила. Ну, я так думаю, она ж не с бухты-барахты этоделает. Видимо, уже дозрела просто.

‒А как же ребёнок?

‒А я так поняла, ему он скорее обуза, чем «цветок жизни»! ‒ едко сказала Наташа.‒ Лара, скорее, будет существовать как мать-одиночка. Я так полагаю, ему всёравно будет, что там у них и как.

‒Да уж, не понимаю я этого! ‒ возмутился Сашка. – Зачем тогда было жениться,если ответственность на себя брать не собирался? Ну, пусть не по любви, а позалёту, грубо говоря, но ведь ребёнок-то его, а не чей-нибудь! Ведь, простите,в том, что он появился на свет, он принимал самое непосредственное участие! –для него это вообще было дико и непонятно, как так можно поступать. ‒ Раз ужженился, значит, должен был представлять, чем всё это обернётся! – недоумевалон.

‒Ну, Саш, ты как будто с другой планетысвалился! – воскликнула Наташа. ‒ Такое сплошь и рядом происходит! По-моему,сейчас это уже скорее правило, чем исключение!

‒Да вот всё как раз из-за того, что все относятся к этому, как к обыденномуявлению! – распалился Сашка.

‒Да потому что мужики такие пошли! ‒ невыдержала в свою очередь Наташа. ‒ Чуть что – сразу в кусты!

‒Ну, спасибо! – ответил ей в том же тоне Сашка.

‒Я тебя не имела в виду!

‒Вот и нечего обобщать тогда! – почти обиделся он. ‒ Я вот считаю, если уж тырешил жениться, значит, ты должен отвечать за эту женщину! Потому что онадоверилась тебе! В конце концов, никто ж никого в ЗАГС на аркане не тащит!

‒Да это понятно! – запальчиво отвечала Наташа. ‒Только многие считают, что разони женились, типа, не оставили её с ребёнком одну, значит, сделали ей большоеодолжение! Подвиг, мать их, совершили! И им по гроб жизни в ножки за этокланяться должны и уж ни в коем случае не вякать поперёк! Уж сколько я такихсемей знаю!

‒Не, ну тут я с тобой согласен! Это не мужики, это – говнюки полные! Я этого непонимаю! Пусть она для него нелюбимая, но она ему ребёнка родила! Это он ей вножки за это кланяться должен! Она ж могла пойти и вообще аборт сделать! – ондаже поперхнулся от избытка эмоций. – Дети – это же здорово! – Сашка улыбнулсямечтательно.

Наташа с интересом наблюдала за ним:

‒ Да, Саш, повезёт той девушке, которая станеттвоей женой! – то ли в шутку, то ли всерьёз сказала Наташа, он так и не понял.

‒Если только она когда-нибудь ею станет, - пробормотал он очень тихо, не глядяна Наташу.

Глава 13

‒Это что такое, а? – орал Дмитрий, войдя в комнату, где Лариса сидела за столоми что-то подсчитывала на бумажке.

‒Не ори, ребёнка разбудишь, ‒ спокойно сказала ему Лариса, хотя сама внутренневся сжалась: она давно ждала этого разговора. Продумывала, что она ему скажет,как будет реагировать, что ответит. Но всё равно сейчас сидела и боялась, чтоне сможет высказать и попросту испугается.

Дмитрий подошёл к ней и бросил на столконверт с казённым штемпелем:

‒Это – что? – разделяя каждое слово, хотя и гораздо тише, повторил он.Лариса прекрасно знала, что это была повестка в суд по её заявлению о разводе.Не глядя на него, она ответила:

‒Ну, так прочти и узнаешь, в чём сложность-то?

‒Ты дурой-то не прикидывайся! – продолжил он, снова повышая голос. ‒ Почему яузнаю, что моя жена собралась разводиться со мной вот через это? – он потрясписьмом перед её носом.

‒Ну, так ты у нас вечно занят, зачем тебя отвлекать было. ‒ проговорила Лариса,всё ещё стараясь сохранять спокойный тон, при этом нервно покусывая кончикручки и продолжая делать вид, что занята какими-то подсчётами. Но, несмотря навсе её старания не терять самообладания, Дмитрий всё же уловил эту ноткуязвительной иронии в её словах, и это взбесило его ещё больше. Он резко схватилеё за плечо и развернул к себе:

‒Смотри на меня, когда я тобой разговариваю!

Лариса подняла на него глаза: Дмитрийпорывисто дышал, смотря на неё взбешённым взглядом. Лицо исказилось от злости,на лбу пульсировала жилка. Ей стало совсем не по себе. Она прекрасно знала, чтоон может не только наорать, но и ударить, если был разозлён. Но из последнихсил она старалась не выдать свой страх.