Незапертые двери

Глава 2

Наташа решила на майские праздники поехатьв деревню. Лариса со Светкой тоже туда собирались. Наташа поехала с родителямина машине: надо было сажать картошку, да и вообще помочь бабушке привестиогород и палисадник в порядок после зимы.

Подставив лицо весеннему солнцу, она стояла,оперевшись о грабли, которыми собирала старую жухлую листву, и смотрела, думая о чём-то своём,вдаль на поля за озером, по краю которых только-только начинал просвечивать насолнце тонкими свёрнутыми листочками берёзовый лес. Ветер приятно обдувал лицо,было уже совсем тепло. Из-под прошлогодней листвы пробивались бледно-зелёныесъёжившиеся ростки цветов на клумбах. На яблонях стали потихоньку раскрыватьсяпушистые почки.

Наташа обернулась на звук машины,спускающейся вниз по улице с дороги: серебристый «ситроен» остановился как разнапротив её дома. Соседский дом наконец-то купили: родственники бывшей хозяйкиникак не могли его продать уже два года.

Из машины вылезли мужчина лет пятидесяти иженщина примерно его возраста. Затем открылась задняя дверца, и оттуда вышладевушка лет восемнадцати-двадцати на вид. Заметив Наташу, она ей кивнула. Лицобыло явно знакомым, но она не помнила, кто это.

К вечеру подъехала Лара. Они договорилисьсходить погулять после того, как Лара уложит дочку спать.

Лариса уже сидела на крыльце, нетерпеливопоглядывая сквозь частые вишнёвые ветви в сторону Наташиного дома.

‒Ну что, пойдём? – спросила, заходя в калитку, Наташа. – Куда, кстати, двинемся?

‒А пошли в клуб допрёмся, что ли?

‒Да ладно! А оттуда вдвоём топать по темноте с того конца деревни? – возразилаНаташа.

‒Да ладно, первый раз, что ли?! Вспомним годы молодые! – хохотнула Лара. – Хотьразвеемся, а то я уже сто лет никуда не вылезала, хоть речь родную послушаю, ато целыми днями один английский в ушах.

‒Да уж, роднее некуда! – засмеялась Наташа.

‒Да ну, как будто тебе самой неохота! – Лариса сделала выжидательную паузу иглянула на Наташу хитренько. ‒ Сашка твой, говорят, женится! –многозначительным шёпотом сообщила она новость.

‒Да ладно? – Наташа была действительно удивлена. ‒ Откуда ветер дует?

‒Да Ленка Макарова болтанула! Помнишь, с нами на английском училась? Она жСашкину сестру каким-то боком знает, вот я её видела недавно, говорит, чуть неосенью уже свадьба.

‒Ох ты, боже ж мой! – растерянно пробормотала Наташа. Такого варианта она точноне ожидала, не думала, что Сашка захочет этого в ближайшее время.

‒Вот я тебе и говорю, ‒ требовательно дёргая её за руку, продолжала Лараподначивать, ‒ пойдём поглядим, что там и как!

‒Ну ладно, пошли! – сдалась Наташа. Её уже и саму стало разбирать любопытство,как оно там на самом деле, и насколько врут слухи.

‒У тебя-то какие новости?

Ларисазамялась и помедлила с ответом, но потом всё же выговорила:

‒Мне тут… ну, короче…Ромка звонил, ‒ она вдруг вспыхнула, как будто её в чём-тоуличили.

‒Ромка – это хорошо, ‒ произнесла задумчиво Наташа, ‒ и чего сказал?

‒Да так, поздравил с днём рождения, спросил, как дела…, ‒ продолжала мятьсяЛара.

‒А чего ещё говорил?

‒Да не, ничё больше, только позвонить попозже обещал.

Наташаулыбнулась. Лара взглянула на неё и вдруг тыкнула рукой в бок:

‒Твоих рук дело, да? Ты его подговорила?

Наташа молча улыбалась. Лара хмыкнуласкептически и прищурившись, ответила:

‒Да ты, кто ж ещё-то! Чего ты ему там про меня наговорила, ну, колись давай? –она подозрительно поглядывала на Наташу.

‒Да Лар, ничего такого! – с самым простодушным видом отвечала Наташа. ‒ Ты жпросила прощупать обстановку, ну вот я тихо и ненавязчиво…

‒Ничего себе – ненавязчиво! – воскликнула Лара. Потом, судя по выражению лица,ей пришла в голову какая-то внезапная мысль:

‒Значит, он не ненавидит меня? Так что ли? Простил? – она смотрела на подругутак, как будто от её слов зависела судьба вселенной.

‒Ну, коль позвонил, наверное, простил. Мне так кажется, по крайней мере. В концеконцов, он почти год думал, ‒ со свойственным ей спокойствием в подобныхситуациях, когда у Лары, наоборот, были нервы на пределе, рассуждала Наташа.

‒Это ты с ним так давно сговорилась и молчишь?! – ошарашенная, Лара остановиласьпосереди дороги.

‒А ты что хотела-то? Чтоб я тебе распечатку наших переговоров принесла? Я всеголишь сказала ему, что ты развелась и теперь в Рязани, ‒ невозмутимо продолжалаона, с интересом наблюдая за переменами, происходившими поочерёдно на лицеЛары: первый шок сменился лихорадочной мысленной работой, потом затаённойрадостью, потом – счастливой улыбкой.

‒А он? – еле смогла выговорить Лара.

‒Не ожидал, конечно. Он был уверен, что у вас с Дмитрием всё зашибись.

‒Значит… ‒ Лара осеклась на полуслове, словно испугавшись своих догадок.

‒Значит, дурында, ‒ тепло улыбнулась Наташа, ‒ что Ромка такой человек, чтонесмотря на всё то гэ, которое ты ему сделала, он по-прежнему тебя любит.

Лариса виновато потупилась.

‒Лар, ну не заморачивайся ты так! Если начинается по-новой, значит, так и должнобыть! Ну пусть идёт как идёт! – она замолкла на секунду и посмотрела на Ларису.Та выглядела совершенно растерянной. ‒ Только если встретитесь, ради бога, некидайся ему в ноги прощенья просить, а то судя по твоему выражению лица, у тебяуже возникли такие поползновения.

Ларавздохнула:

‒А что он про меня думает?

‒Ну я ж не спрашивала его впрямую! Я тебе просто говорю, что я вижу со своейстороны.

‒Но у меня же теперь Светка! ‒ Лара всё никак не могла свыкнуться с мыслью, чтопосле этого периода в её жизни всё сможет начаться заново.

‒Светка! ‒ фыркнула Наташа. ‒ Ларис, ты мне лучше скажи, ‒ она вдруг заговорилаабсолютно серьёзным голосом, ‒ скажи, он-то тебе нужен, или ты опять?

Ларисапомолчала какое-то время, потом резко выдохнула:

‒Нужен! Теперь поняла, что нужен. Я так разозлилась на саму себя за то, что ятак глупо это растеряла, что не удосужилась тогда разобраться в себе и понять,что действительно стоило ценить, а что отбросить! Ведь он же единственныйчеловек, который меня любил. Любил такую, какая я есть! Со всей моей придурью! Ане потому что у меня рост метр семьдесят или хорошо смотрюсь на фоне чьей-томашины!

‒Лар, да у тебя талант был именно таких выбирать: деньги, машина,презентабельная внешность. Поэтому ты и зациклилась на Дмитрии своём! Ты менявечно попрекала, что я неразумная, не понимаю, каких парней выискивать надо.

Ларисапотихоньку шла по обочине шоссе, смотря себе под ноги:

‒Говорила… и учила… но ведь пока сам не попадёшься – не поймёшь… Научиться можнотолько на своих граблях. Я вообще думала, он меня видеть не захочет! Он ведьсчитает, что я на деньги его променяла, по расчёту замуж вышла, так ведь? – онабыстро глянула на Наташу, словно желая убедиться в этом. Та слегка задумалась:

‒Я не знаю, что он думает по этому поводу, но я знаю, что он предпочёл бы сейчассделать вид, что ничего этого не было.

‒Но ведь было же! – с нажимом сказала Лара. ‒ И теперь уже никуда от этого неденешься! Да и мы с ним уже другие, значит, и отношения другие будут! И Светка…

‒Ну что ты всё «Светка да Светка»! – перебила Наташа. ‒ Да если б его этообстоятельство смущало, он бы не стал…

‒Но он всегда будет знать, что она – дочь Дмитрия! – чуть ли не со слезами вголосе воскликнула Лара.

‒Ну, если ты будешь так настойчиво упирать на это – то да! – раздражённоответила Наташа. – Лар, если мужчина действительно любит женщину, то онпринимает и её настоящее, и её прошлое! Но при этом делает всё, чтобы это настоящее стало общим для обоих, а неразделённым на «до» и «после»! Для него она – твоя дочь, а значит часть тебя! Ачеловек не может любить только одну часть: он либо любит целиком, либо не любитсовсем!

‒Думаешь? – неуверенно спросила Лариса. ‒ Мне вот сейчас кажется, что я тогдатакая дура была! Говорила, что у Ромки ничего нет, точнее, что ему нечего мнедать… А сейчас, как это ни тривиально звучит, отлично понимаю, что совсем не в деньгахсчастье… Лучше попроще, но зато с нормальным, хорошим, любящим человеком,который ценит и уважает тебя…

Наташа не стала рассказывать ей, что уРомана сейчас финансовое положение куда как более чем «попроще». Пусть самаувидит, чего он добился, каким стал.

‒Ладно, Лар, не мучь себя! Если б, да кабы…

‒Ладно, вздыхая и встряхивая головой, чтобы развеяться от мыслей, ответила Лара,- теперь ведь буду сидеть и ждать, когда он в следующий раз позвонит! ‒ онавдруг примолкла, потому что навстречу им кто-то шёл. Приглядевшись, Наташапоняла, что это и есть соседская девчонка.

‒Привет, куда направляетесь? – спросила она.

‒Ой, Алька, это ты, что ли? – удивилась Лара.

‒Я самая! – горделиво оглядывая их, ответила Аля.

Алька

‒Я тебя прям не узнала! – удивлённо продолжила Лариса.

‒Ну, стало быть, богатой буду! – усмехнулась Аля.

‒Да я её тоже не узнала сначала, ‒ вмешалась в разговор Наташа, ‒ ты приезжалалет пять назад, если не больше?

‒Не, не больше, всего четыре, ‒ улыбнулась Алька, ‒ Что, так сильно изменилась?

‒Ну, есть немного, ‒ осматривая её, чуть наклонив голову, произнесла Лариса.

‒Так куда идёте-то? – вернулась к своему вопросу Аля, – Или это секрет?

‒Конечно, тайна мадридского двора! – засмеялась Наташа. ‒ В клуб мы идём.

‒А можно с вами? А то дома делать совсем нефига, а? Родоки сейчас врубят телек иблагополучно задрыхнут перед ним, а мне чё делать? Я ж так совсем тут окуклюсь,‒ развела она руками.

К десяти часам они дошли до клуба.

Алька предложила:

‒Может, по пиву?

Измагазина на улицу торчал внушительный хвост очереди.

На самом деле, очередь рассосаласьбыстрее, чем они ожидали. Перед ними стоял только подвыпивший парень, которыйпытался купить водки.

‒Людка, ну продай, а? – облокотившись на прилавок, упрашивал он продавщицу,стоявшую с замученным видом, которая, чувствуется, устала уже отвечать одно и тоже.

‒Да нету! – вскричала она, ‒ Не-ту! Кон-чи-лась! – отчеканила она, наклоняясь ксамому его уху. ‒ Слышно!?

‒Чё, жалко, да? – укоризненно произнёс парень в забрызганной чем-то старойболоньевой чёрной куртке на оранжевой подкладке и в спортивных штанах.

‒Да была б, я тебе цистерну продала бы, только бы ты отвязался от меня! – сотчаянием воскликнула продавщица.

‒Ну Людк! – не унимался парень.

‒Только пиво! Вон – видишь? – она показала рукой на полки за прилавком. ‒ Толькопиво, портвейн и бутылка коньяка! Выбирай!

‒А где водка? – блуждающим взором окинув ряды бутылок и бутылочек, недоумённоспросил парень.

Продавщица уже совсем одурела и уставиласьна него, как на умалишённого, потом вздохнула и, видно, решила, сменитьтактику:

‒Слушай, ‒ примирительно сказала она, возьми «Балтику -девятку», а? Даже таквозьми, я тебе дарю, только уйди, Христа ради, у меня люди в очереди ждут! –она открыла холодильник и поставила перед ним банку крепкого пива.

‒О! – обрадовано воскликнул парень, сфокусировашись на драгоценном сосуде. ‒Чего ж ты раньше-то молчала! – парень схватил обеими руками банку, развернулсяи пошёл к выходу.

‒Слава тебе, господи, если говорить культурно! – продавщица с облегчениемвздохнула, - Каждый вечер, етить его мать, одно и то же! – хлопнула она ладоньюо прилавок ему вслед. Потом обернулась к Альке, которая, нетерпеливопереминаясь, ждала, когда же окончится эта беседа:

‒Говорите!

Выходя из магазина, Наташа увиделаподъезжающую к нему «двенашку».

«Сашка?»– удивилась она и посмотрела ещё раз на номер, не успев додумать свою мысль доконца, потому что услышала возглас Альки, не менее ошарашенной, чем она сама:

‒Смотри, это же Сашка! – она дёрнула Наташу за руку. Наташа оторопело на неёвзглянула:

‒А ты его откуда знаешь?

‒Да, было дело, ‒ как-то саркастически произнесла Алька с ухмылкой, ‒ Ща,отойдём подальше отсюда, расскажу.

«Да,мир тесен», ‒ подумала Наташа, подняла глаза и… Прямо напротив неё – его такой знакомыйвзгляд.

Сашка уже некоторое время смотрел на неёсквозь лобовое стекло, находясь в каком-то ступорическом состоянии, и не могзаставить себя отвернуться.

В памяти сразу возник тот вечер в сквере.И она вдруг подумала, что он, наверное, тоже об этом вспомнил. Саша доставал изпачки сигарету, по-прежнему не отрывая от неё взгляда, словно что-то егоудерживало, и он не мог с этим совладать.

Алькаеё одёрнула:

‒Наташ, ты чё уставилась-то?

‒Да так. Просто не ожидала его сегодня встретить, ‒ она наконец перевела взглядна пассажирское сиденье и удивлённо приподняла брови: ‒ Значит, всё-таки она?Любопытно! ‒ в машине сидела Света, подруга Сашиной сестры.

‒А ведь он на ней женится! Представляешь? – Алька резко затянулась сигаретой. ‒Лерка-таки своего добилась, коза!

‒Это уж точно! И то, и другое, ‒ скорее самой себе ответила Наташа.

Сашка наконец вылез из машины и подошёл ккрыльцу магазина, улыбаясь вроде бы, но как-то искусственно это выглядело.

‒Здравствуй, Наташ, ‒ спокойно и немного грустно произнёс он.

‒Здравствуй, ‒ Наташа пыталась понять, обижен ли он на неё до сих пор или нет. Аещё она была рада, что они всё-таки наконец-то встретились. Спустя год.

В тот вечер, когда состоялся их последнийразговор, Наташа до поздней ночи просидела перед телевизором, пытаясь доказатьсебе, что всё сделала верно. Ведь нечестно было бы ему врать, что она тожелюбит его. Врать в том, в чём он меньше всего хотел быть обманутым… Да и вконце концов, врать самой себе, что это тот самый, единственный и любимый, скоторым следует связать свою жизнь. Она же понимала, чего ждал Сашка. Но приэтом у неё никак не шла из головы его фраза: «Да может, я хотел обманываться…чем так!»

Ей, с одной стороны, было жалко его истыдно в каком-то роде, что она так с ним поступила. А с другой стороны, еслибы она даже попробовала изменить их отношения в новую сторону, то рано илипоздно всё равно наступил бы переломный момент, когда она уже не смогла бы идтипоперёк себя. А чем дальше, тем было бы труднее объяснить ему то, чтоотсутствовало с самого начала – взаимность.

За то время, пока они общались, она честностаралась увидеть в нём кого-то, кроме друга. Прислушивалась к себе, пытаясь представить, как у них всё могло бы быть.Но не получалось. Единственное, за что она на себя злилась, так это тот егопоцелуй, который она не оттолкнула. А надо было бы, сразу! А почему не сделалатогда? Хотела понять, что с ней самой в этот момент произойдёт, почувствуетсяли что-нибудь, изменится ли? Но она не почувствовала. А получилось ещё больнеедля него.

Сейчас она видела его напряжённый взгляд,плотно сжатые губы, которые казалось, никогда больше не заговорят с нейпо-прежнему.

Из машины вылезла Света и с торжествующимвидом подошла к ним. Сашка обернулся:

‒Ты что-то хотела в магазине? Так иди! – зло бросил он.

‒Строго ты с ней, однако! – Наташа недумала, что он может быть таким.

‒Нормально! – буркнул он.

‒Саш, а со мной ты как теперь, не здороваешься? – Аля устала наблюдать и решилавмешаться в разговор.

‒Ну почему же? – воскликнул он. – И тебе тоже – здравствуй! – с плохо скрываемымраздражением ответил он Але.

«Интересно,что такое между ними было? ‒ подумала Наташа, поглядывая на них обоих, ‒ Кто откого ушёл?»

‒Так значит, всё-таки Светик? – продолжала Аля, вторя ему интонацией инастроением в голосе.

‒Тебе-то что? – ответил он ей, пытаясь отодвинуться от наступавшей на негоАльки, и в то же время смотря на Наташу. Он не видел её целый год! Точнее, нетак: всего год, а кажется, что это всё было лет десять назад. Наташа смотрелана него так, как будто хотела найти в его взгляде какой-то подтекст. Хорошо,что он первый увидел её, и она не успела заметить, как он сначала растерялся отнеожиданности, потом обрадовался. А потом вспомнил, что всё ещё злится на неё. Ипочти забыл, что рядом Светка, которая всё это время смотрит на них обоих.

В это время подошла Лариса, и Сашкавздохнул с облегчением, потому что почувствовал себя в каком-то капкане междуАлей и Наташей.

‒Я договорилась, Ленкин брат нас подвезёт до дома. О, кого я вижу! – Ларанаконец заметила Сашу. ‒ Какими судьбами?

‒Да вот, видишь ли, решил навестить любимую бабушку! – съязвил он, сам не знаяотчего, ведь Лариса вообще тут была ни при чём. Но общаться миролюбиво онсегодня был явно не настроен.

‒Ну, и как бабуля? – улыбнулась Лара, прекрасно понимая, откуда этот настройвзялся.

‒Замечательно! – выдохнул Сашка. А самому хотелось сейчас больше всего, чтобывсе испарились. Все, разом! И оставили их вдвоём с Наташкой. А тут, как назло,ещё и Света слишком быстро вышла из магазина.

‒Отвези меня к Лере, а? – она сделала милые глазки.

‒Не видишь, я разговариваю? Что за манера такая – влезать в разговор?! До Леркипешком дотопаешь – не развалишься!

Лара переглянулась с Наташей и отвела Алюв сторону. Она сообразила, что им нужно вдвоём переговорить. Хотя бы парой фразобменяться, чтобы дать выход тому, что накопилось.

Напряжение в Сашином взгляде ушло, онкак-то тоскливо смотрел на её пальцы, беспрерывно теребившие простенькуюпластмассовую зажигалку за четыре рубля.

‒Саш…

‒Давай не будем, пожалуйста, ‒ сказал он, по-прежнему не поднимая на неё глаза, ‒теперь это уже не важно…

‒Наверное, ‒ она присела на корточки и заглянула ему в лицо, ‒ просто давай мыбудем хотя бы разговаривать!

‒Ну почему бы нет…, ‒ выдавил он из себя, ‒ … Наташ, мне пора. Я поеду…

Наташавстала:

‒Конечно, езжай…

‒Завтра придёшь? – вдруг спросил он.

‒Не знаю… возможно…, ‒ тихо ответила она.

‒Приходи…

Он сел в машину, развернулся и уехал.

‒Как думаешь, он правда женится? ‒спросила Наташа.

‒ А тебя что, это задевает?

‒ Да скорее, удивляет! - пожала плечами Наташа.‒ Я предполагала, что он элементарно пустится во все тяжкие, без разницы, скем, главное, чтоб в душу не лезли.

‒Ну я что-то не вижу у него особой душевной привязанности к Светке... Кстати, ятут у Альки всё выспросила, ‒ Лара выглядела жутко довольной.

‒ Чего именно? ‒ без особого интереса спросилаНаташа.

‒Ну, про неё с Сашкой! Они ж даже это самое, чего говоришь!

‒ Ну, а что тебя в этом факте так удивляет?

‒Да просто он для неё, ну как бы это сказать, - она поморщила нос, задумавшись,- особенный, что ли... Вот, как говорятобычно, ‒ попыталась она объяснить в ответ на вопросительный взгляд Наташи, ‒что женщины всегда своего первого помнят. А у неё первый был что-то вообще ни то,ни сё. Ну, может из любопытства, может, он настоял. Короче, всё это ейпоказалось малоприятным и впечатления не произвело, а вот с Сашкой получилосьпо-другому.

‒ Возможно. Но почему они всё-таки расстались?

‒Говорит, он сам как-то свёл всё на нет. Может, он испугался, что будет что-тосерьёзное?

‒ Вряд ли. Тут что-то другое. В конце концов,мы ж не знаем, как оно там на самом деле было. Она-то рассказывает так, как ейэто представляется, а он, может, вообще по-другому всё оценивает.