- -
- 100%
- +
Глава 1
– Слова, слова, словечки слова, – любовно пробормотал Петр Леонидович, открывая ноутбук. – Пора, дорогие мои, вами заняться.
Он принялся строчить сообщение в чате Телеграма:
«Как вы смеете предлагать молочные смеси в чате? Все знают, что они вредные! Сами есть не стали, хотите травить чужих деток? Выкиньте это дерьмо на помойку!»
Чат назывался «Детская барахолка: р-н Строитель». Почти триста участников и все мамаши.
Петр Леонидович не стал дожидаться реакции и открыл следующий чат: «Медицина на Строителе». Там кто-то на счастье спрашивал ближайший пункт вакцинации от ковида, и зацепиться было проще простого.
«Вы зачем решили колоться этой дрянью? В ней вирус ещё похлеще короны. Поберегите себя и близких, вы ведь и их заразите! Все мои знакомые врачи отказались прививаться, а они-то знают…»
Петр Леонидович вздохнул, задумавшись, сочиняя особо едкую фразу. Так в открытую он давно не троллил, но обстоятельства требовали немедленного ответа аудитории.
Оставалось «обежать» таким образом ещё два канала. А потом по кругу вступить в обсуждения со всеми, кто среагировал. И так пока не иссякнет поток комментариев. Потом зайти уже из-под админа и под ликующие возгласы удалить «тролля».
Через пару дней завести новую симку, на случай, если придётся повторить фокус.
– Да не иссякнет поток слов в чатах и будут долгими мои дни, – произнёс Пётр Леонидович удовлетворённо отмечая, как замигали значки уведомлений.
В чужих чатах-тысячниках слов ему доставалось больше, но если начать открыто троллить, то бан прилетал почти сразу. Там он вёл осторожные дискуссии на грани, собирал по крохам. От души флудил во флудилках, болтал в болталках.
Свои чаты были экстренными, когда реакцию нужно быстро и сразу. Поездка к Ольге Валентиновне оказалась рискованным мероприятием. Кто же знал, что на даче связь почти не ловит, а интернет и вовсе лежит? Так и самому откинуться недолго.
Петр Леонидович, закусил кончик языка и начал строчить ответ в первый чат:
«Для ребёночка подходит только молоко мамы, а не эта ваша дрянь. У меня все подруги, кто отказался от грудного вскармливания, теперь из поликлиники не вылезают. А мои двое здоровенькие! Мы не дурачки синтетику кушать!»
Перешёл в следующий чат:
«Все, кто сделал прививку, всё равно заболели. Какой в ней тогда толк? Корпорации кормить и колоть себе непонятную жижу? Травиться только зря. Фармацевтические компании на вашем здоровье наживаются. Вот как дела обстоят!…»
Петр Леонидович выдохнул и почувствовал, как слабость отступила. Ему стало лучше. Не от злословия, конечно, это ему удовольствия не доставляло. От слов, а точнее от их количества, напрямую зависела его жизнь.
Это случилось год назад…
Он был болен. Неизлечимо. Или, как сказали врачи, «некурабельный», и выписали его умирать, снабдив рецептом на сильные обезболивающие.
Так и получилось, что тёплым майским утром Пётр Леонидович шёл с этим рецептом в аптеку и катал на языке неуклюжее и непонятное слово: некурабельный. Он уже придумал хороший план: выпить все купленные обезболивающие разом – и делу конец. А тёплый майский ветер обдувал лицо и уговаривал пожить ещё немного.
«До первого дождя, – мысленно согласился Петр Леонидович и махнул рукой. – Хотя, вот на что она мне эта жизнь? Таня пять лет как умерла. Сердце прихватило – и всё. Как и не было человека. Сын вырос, в Америку рванул, будь она неладна. На похороны матери последний раз и прилетал. У него там своя жизнь. И вот он я, семьдесят годов скоро, и не нужен никому. Один остался, как перст. Пора, получается, на тот свет».
– Дайте телефон, пожалуйста! У вас есть?
Петр Леонидович вынырнул из потока размышлений и уставился на словно из-под земли выросшего паренька.
Худой страшно, бледнющий, волосы растрёпаны, очки на нос съехали. Видно попал в какую-то передрягу: рукав кожаной куртки разодран, через прореху видно тощую голую руку, на тощей же шее болтаются большие наушники, им тоже досталось. Дужка сломана и амбушюры висят на проводах. А глаза у паренька влажные и горят ярко. Как у больного с сильным жаром.
– Прошу вас, очень нужно!
Наркоман что ли? Такой молодой, а уже смотреть больно.
– Смартфон, телефон! Срочно нужен, подключиться к сети. Умираю!! – умоляюще закричал паренёк и тонкими белыми пальцами впился в руку.
– Умирает он. Это я умираю! – в сердцах ругнулся Петр Леонидович. – На, забирай! На кой он мне теперь! Всё равно сдохну.
Он сунул руку в карман и достал телефон, подарок сына с прошлого визита. Аппарат устарел, зависал и постоянно ругался на недостаток памяти.
– Спасибо! – парень схватил телефон и побежал прочь, только пятки засверкали.
– Жить бы тебе, да жить, – качнул головой Петр Леонидович. – Придумают себе сами беду на свою же голову. В наше время и наркоманов-то не видели. Некогда было дурью-то маяться.
Настроение испортилось, майский ветер казался теперь злым и назойливым, коварно забирался под куртку и гонял мурашки по спине. Солнце закрыли облака. Этот май только притворялся добрым, а всё одно, ночью будут боли, бессонница и мысли об одиночестве. Пётр Леонидович вошёл в аптеку, твёрдо решив посчитаться с проклятой опухолью прямо сегодня. Выпить все таблетки разом. Ничья будет. Ни ему, ни ей не жить. Сдохнуть вместе.
Он и думать забыл о странном пареньке, а тот появился снова.
Петр Леонидович как раз собирался писать предсмертную записку. Планировать было легко, а вот осуществить затею… Он держал ручку над листом бумаги и представлял, как соседка, Ольга Валентиновна, милая пожилая женщина, найдёт эту записку в почтовом ящике вместе с ключом от квартиры. Наверное, первым делом, она кинется к нему домой, найдёт тело, потом вызовет полицию, позвонит сыну. А он может лишь предполагать, как это произойдёт, он будет мёртв. Как это, больше не думать, не видеть, не чувствовать? Мир для него погаснет, как выключают свет, одним щелчком. И всё. А там пустота.
Петр Леонидович как человек просвещённый, всё же учитель физики, пусть и на пенсии, в бога не верил, и от того не находил опоры. Он ощущал себя маленьким мальчиком, который стоит на пороге тёмной комнаты, в которой никто и никогда не зажжёт свет. Ведь комната тёмная не потому, что там не включили лампу, а потому, что там ничего, вакуум, пустота. Не за что зацепиться. С некоторой неприязнью Петр Леонидович осознал, что умирать боится.
И тут в квартире раздался звонок. Коротко тренькнул старомодный соловей и смолк. Потом снова, и на этот раз трель доиграла до конца. Тот, кто стоял за дверью, был настойчив и уходить не собирался.
– Помереть не дадут спокойно, – проворчал Петр Леонидович, втайне радуясь небольшой отсрочке, и потащился в коридор. Проклятая опухоль напомнила о себе ноющей болью, там внутри. Будь она неладна, зараза!
– Здравствуйте, ещё раз. Хотя нет, в первый раз. Я ведь тогда не поздоровался? – за дверью стоял тот самый парень, который убежал с телефоном, но теперь он выглядел повеселее.
На щеках появилось подобие румянца, волосы были аккуратно причесаны, а куртка и наушники оказались совершенно целыми. Когда только починить успел? Или это новые?
– Я вам телефон вернуть пришёл, – паренёк радостно улыбнулся и протянул девайс. – Вы меня спасли, спасибо! Теперь я ваш должник.
Петр Леонидович на автомате взял смартфон и удивлённо вскинул брови.
– Как ты меня нашёл-то?
– Ну это просто: зная устройство, всегда можно по ниточке выйти на хозяина. Вы ведь связаны, – улыбнулся паренёк.
Петр Леонидович ничего не понял и засомневался, наркоман парень или нет. А если да, то почему вернул телефон? Разве не должен был продать за дозу? С минуту они смотрели друг на друга. Взгляд парнишки с простого и открытого сменился на острый, пронизывающий. Весёлые искорки, плясавшие в голубых глазах, сделались ледяными и колючими. Петру Леонидовичу стало не по себе. По спине побежали мурашки, а внутри всё схватилось болезненным спазмом. Игру в гляделки он проиграл.
– Ладно, ты давай за ум берись, нечего дурью маятся, – для виду пригрозил он и собрался закрыть дверь.
Парень ловко сунул худую ногу в проём и запротестовал:
– Нет, вы меня не поняли, теперь я ваш должник и обязан помочь вам.
Он снова смотрел тепло и открыто.
– Что? – Петр Леонидович ещё не мог отделаться от странного ощущения озноба во всём теле. – Не нужно мне твоей помощи.
– Но вы же сказали, что умираете. Да я и сам вижу, что умираете. Не помочь с моей стороны было бы неправильно. Создать дисбаланс, – заявил паренёк и крепче упёрся в дверь ещё и рукой, не оставляя никаких шансов закрыть её. – Вы же меня выручили!
– Что? Да как ты мне поможешь, мальчишка? Ты себе лучше помоги! – В сердцах воскликнул Пётр Леонидович.
– Я уже в полном порядке, не без вашего участия, конечно. Теперь моя очередь, – парень уверенно шагнул в квартиру прямо на Петра Леонидовича. Тот отпрянул и освободил дорогу нежданному гостю.
Дверь закрылась.
– Пойдёмте на кухню, выпьем чаю, поговорим. Лет сто не пил настоящего чаю, – предложил паренёк оторопевшему Петру Леонидовичу. – У вас же есть кухня и чай?
– Есть конечно, – ответил тот и мотнул головой в сторону раскрытой двери.
– Вот и замечательно, – просиял паренёк и отправился туда не дожидаясь хозяина.
Совершенно не смущаясь, он подвинул вываленные на стол лекарства, ручку и белый лист бумаги, который должен был стать предсмертной запиской.
– Это вам не понадобится, – уверенно заявил он. – Вы мне чаю заварите, а я всё расскажу.
– Вам с сахаром? – Пётр Леонидович перешёл на вы. Он теперь ощущал, что паренёк старше, чем может показаться, и опаснее что ли. Странное несоответствие внешнего и внутреннего. Он обманулся в первый раз в своих суждениях «по одёжке».
– А варенье есть? – вдруг совсем по-детски поинтересовался гость, и снова сбил Петра Леонидовича с толку.
– Вишнёвое. И мед ещё. И пряники.
– Давайте, всё буду! – улыбнулся паренёк и откинулся на спинку дивана.
Пётр Леонидович открыл маленький керамический чайник и обнаружил там заварку недельной давности, а на ней пушистый плесневый гриб.
Неловко вышло.
Пётр Леонидович понёс чайничек к раковине, а чтобы отвлечь гостя спросил:
– И как так вышло, что я встретил тебя в таком виде на улице? Что случилось?
Он незаметно для себя снова перешёл на "ты".
– Наткнулся на стражей, – ответил паренёк. – Еле живым ушёл. Но вы не волнуйтесь, я ушёл чисто. Следы запутал.
"Ага, полиция, – отметил про себя Пётр Леонидович. – Получается всё-таки наркоман. Или что похуже?"
– Законы нарушаешь, значит? – строго спросил он паренька, выполаскивая гриб из чайника.
– Есть такое, но не ваши законы, не людей, – уточнил парень.
– Что? – Пётр Леонидович замер с чайником.
– Давайте вы заварите чай, а я объясню всё по порядку, – ответил гость. Взгляд его снова стал колючим.
Петр Леонидович спешно отвернулся к шкафчикам и достал банку чая. Пока он негнущимися от артрита пальцами засыпал в маленький пузатый чайничек заварку, гость рассказал свою историю.
– Я – путешественник по мирам, а ещё я маг. Вообще слоняться по мирам запрещено, система не любит. Нарушается баланс. И есть всякого рода твари, которые этот баланс охраняют, стражи. Вот на них я и нарвался в путеводном тоннеле. Еле ноги унёс. Пришлось прыгать без подбора координат, вслепую. Вот и выскочил в ваш мир. А тут, такой сюрприз, нет магии! Никакой возможности восстановиться! А помяли меня, сами видели как.
Обращаюсь к Источнику, а Источника нет. Пусто! Думал, мне конец, и тут нащупал нить. Вроде как Источник, но другого рода. Признаться, я слышал о цивилизациях избравших техногенный путь. Но не верил. Забыть о магии, променять её на вот это вот? – Парень постучал бледным пальцем по смартфону. – Технозамещение. У вас есть подходящее словечко, техномагия. Но на самом деле это замещение магии сетью. И я эту сеть нащупал. Нужно было только устройство, чтобы подключиться, войти в поток. И тут мне попались вы.
Парень встретился взглядом с Петром Леонидовичем. Тот давно уже позабыл про чай, просыпав заварку на стол, и стоял, с недоумением взирая на гостя.
– А ну да, вы же в магию не верите. Сейчас покажу, – улыбнулся паренёк.
Он протянул руку, и экран кухонного телевизора ожил, один за другим стали переключаться каналы. Лампочки в люстре замигали, как новогодние гирлянды. Зашумела микроволновка, разогревая пустое нутро. Старый холодильник забушевал и затрясся, будто собрался выкинуть вон все продукты.
– Ну вот, сойдёт за доказательство? – улыбнулся парень и снова взмахнул рукой. Техника отключилась, лампочки перестали мигать. Одна из них затрещала и погасла.
– Простите, дал много нагрузки, – без тени раскаяния на лице извинился парень. – А как же чай-то?
Петр Леонидович на одеревеневших ногах повернулся к плите. В полной тишине он дождался кипятка, залил заварку, достал из холодильника варенье, из шкафчика – мёд. Пододвинул к гостю тарелку с пряниками. Давненько их Ольга Валентиновна приносила. Наверное и зачерствели уже, но других нет.
Парень всё это время молча наблюдал за действиями хозяина. А Петр Леонидович молчал, переваривая увиденное. Басни про экстрасенсов он слышал не раз, особенно в 90-е, даже помнил, как Таня воду заряжала у телевизора. Смеялся над ней. Не верил. А теперь – вот.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.