- -
- 100%
- +
***
Капитан Грегори Финчли сидел в каюте и курил трубку. Дым затейливо клубился, поднимаясь вверх и там невидимой рукой превращался в текст на куске старого пергамента. Слова складывались в строчки. Строчки в абзацы. Но капитан ничего не замечал. Ни странного соседа в каюте, ни письма. Хотя содержание его было прелюбопытнейшим.
Письмо первое
"Дорогая Мардж!
Пишу тебе с борта «Неуловимого Джо». С тех пор как англичане потопили «Крошку Сью» мне пришлось сменить посудину, что согласись в моём теперешнем положении не так-то и легко. Благо в той заварушке на помощь нам пришел Старый Финчли со своими ребятами и потопил англичан, не забыв забрать на борт большую часть богатств с охваченной огнём бригантины. Собственно, это меня и спасло. Я спрятался в золотом кубке и спокойно проник на свой новый корабль. Обживаюсь. Знакомлюсь со здешними обитателями.
Капитан этого славного брига похож на моржа. Тебе бы он понравился. Курит трубку в каюте. И табак приличный! А значит я могу всегда послать весточку моей милой старушке Мардж. На «Крошке Сью» капитан пил дрянной ром, курил дрянной табак. Такой, что дым от него мало подходил для посланий призраков.
С командой пока знаком мало. Присматриваюсь. Однако, похоже все они добрые католики, так как не устраивают набегов по средам и пятницам. Если же приходится нарушать святые обеты, что в последнее время случается частенько, то на палубу из кубрика извлекают папашу Рони.
Папаша Рони, в бытность свою казначеем братства святого Кракена, здорово поднаторел разруливать проблемы, когда мирское и небесное вступало в непримиримый конфликт. Потом обстоятельства вынудили папашу Рони сменить место обитания и теперь он денно и нощно возносит молитвы всем известным богам, если только не занят выпивкой и игрой в кости.
За сим заканчиваю своё послание. Надеюсь, планы мои увенчаются успехом, и мы свидимся не позднее следующего Рождества.
Твой любящий брат Фрэнсис Гогенло, бриг «Неуловимый Джо», Атлантика, каюта капитана Грегори Финчли, шестая потолочная балка.
Мисс Мардж Гогенло, Плимут, Аббатство Бакленд, Седьмая угловая башня, чердак."
Внезапный сквозняк распахнул дверь каюты. Тишину нарушили крики чаек. А воздух наполнился запахом моря, смолы и чего-то ещё неуловимого. Может быть приключений? Свежий порыв дошёл до старого пергамента. Письмена стали бледнеть и вскоре бесследно исчезли. Письмо к мисс Мардж Гогенло отправилось в путь.
Письмо второе
"Дорогая Мардж!
Спасибо тебе за баночку крыжовенного варенья и плед. Однако доставка прошла самым неожиданным образом и чуть не отправила весь экипаж на корм рыбам. Однако обо всем по порядку.
Когда пробило две склянки, прибежал Тупица Герти – здешний штурман. Тупицей его зовут, потому что он путает право и лево. Не всегда, конечно, а только когда выпьет. Когда же он трезв, то страдает по любому поводу и глушит чувство несправедливости бытия ромом. После чего начинает путать право и лево. Но об этом, дорогая сестра, я уже писал.
Так вот, не успел я отправить тебе предыдущее письмо как вбежал Герти.
– Сэр, осмелюсь доложить компас сошел с ума.
Капитан даже бровью не повёл.
– Что ты мелешь?
Однако в ту же минуту наша посудина накренилась и затрещала.
Мы выскочили наружу. Вернее, это они выскочили. Я, как ты понимаешь, выскочить по понятным причинам не могу. Но могу передвигаться посредством предметов, которые по праву считаю своей собственностью. Поскольку богатства с "Крошки Сью" большей частью мои или почти что мои и квартирмейстер распихал их по всему кораблю, то мало есть закутков, дорогая Мардж, которые недоступны для меня. А те, что есть – доступ туда вопрос времени. Однако, не о том речь. Финчли и Герти выскочили наружу, а я, прицепившись к золотой булавке, воткнутой в воротник, отправился с ними.
Я никогда не видел, чтобы так внезапно менялась погода.
Наш корабль болтало между небом и землёй. Все стихии сразу, сойдясь в бешенной схватке, предъявили свои права на корабль, экипаж и сокровища. Которые, между прочим, мои. Шторм обрушился на нашу посудину. Матросы пытались убрать паруса, но их смывало за борт как котят. Обезумев, один из канониров вытащил на палубу сундук. Мне было противно смотреть на это подобие мужчины.
– Эти сокровища прокляты! Избавимся от них не то отправимся в ад!
Мардж, ты представляешь какой наглец? Мой сундук с моими сокровищами, видите ли, проклят. Между прочим, половина оттуда – это твоё приданое, дорогая сестра. Нежно люблю тебя.
А безумец не унимался:
– Отправим к дьяволу это золото! И да поможет нам Бог!
Видали бессребреника?! Однако он сам днём раньше украл бархатный костюм, кинжал и треуголка с «Крошки Сью». Я был вне себя от негодования и хотел вмешаться, но похоже сама судьба решила утихомирить крикуна: волна подхватила несчастного и бросила на палубу, а рухнувшая мачта раздробила ноги. Он сразу присмирел и отказался от грабежа. Вот что я называю эффективным убеждением. А может начинаю думать, как пират.
Внезапно настала тишина. Ветер утих. И представь, Мардж, в кромешной мгле наш корабль тянет в гигантскую воронку, которая вдруг нарисовалась на горизонте. Не иначе как сам дьявол решил поиграть с нами! Весла и шлюпки невозможно было сдвинуть с места, паруса мёртвыми саванами висели на том, что раньше было мачтами.
На палубу извлекли папашу Рони, дабы дал отпущение грехов команде «Неуловимого Джо» перед неминуемой гибелью. Я, честно говоря, себя тоже чувствовал неуютно. И вот когда мы приблизились настолько, что из преисподней уже были видны приготовленные для нас сковородки, из воронки появился «Ползучий Фламандец» с Червивым Джоном на борту.
Прямо скажу у команды от этой встречи оптимизма не прибавилось: мало кто мог уцелеть после встречи с «Ползучим Фламандцем». Однако призрачные матросы отсалютовали нам и Червивый Джон проскрипел:
– Почта для мистера Френсиса Гогенло.
Старик Финчли попытался что-то сказать. Пришлось вмешаться. Чтобы Финчли не болтал ерунды я немного придушил его. Совсем чуть-чуть. Просто чтобы он заткнулся и не мешал двум джентльменам разговаривать. При полнейшем изумлении команды я выступил вперёд. Положим видеть они меня не видели – это было под силу только Джону с его оборванцами. Но слышали очень хорошо.
– Я Френсис Гогенло.
Червивый Джон снял то, что раньше было треуголкой, и отсалютовав бросил нам на палубу груз.
– Вам посылка, сэр, от мисс Мардж Гогенло.
– Благодарю. Да пребудет с вами милость Кракена. Могу ли я оказать вам услугу?
Червивый Джон кивнул:
– Пожалуй да.
В мгновение ока он оказался на «Неуловимом Джоне» и выбрал себе плату: ничего особенного – воришку канонира.
Юнус Гретцки визжал от ужаса. Но его всё равно перебросили на «Ползучий Фламандец» и отправили покорять морские просторы, обеспечив бессмертие. Последнее, что мы видели на «Фламандце» – это как Червивый Джон обратился к вновь прибывшему, потребовав присягнуть на верность. Мне воришку было не жалко. Это лучше, чем болтаться на рее или пройти по доске на корм рыбам.
И в тот самый миг, как призрачный бриг исчез, гармония и свет снова озарили небесную твердь. Море стихло. А я смог насладиться крыжовенным вареньем и укутаться в плед. Не то чтобы мне это было нужно. Призраки не испытывают голод и холод, но забота любящей сестры – настоящее сокровище, Мардж. И я очень тебе благодарен. Однако прошу по возможности не пользоваться экспресс-доставкой грузов. Иначе боюсь однажды я останусь без экипажа или без корабля, что в моём положении крайне нежелательно.
За сим целую ручки. И шлю тебе привет и нежный поцелуй.
P.S. Надеюсь, мисс Брюквер не сильно огорчилась, не досчитавшись запасов варенья? При возможности передай ей привет. Она так забавно падает в обморок.
P.P.S. Кстати, я теперь владелец «Неуловимого Джо». И эта сделка мне почти ничего не стоила. Однако об этом в следующем письме.
Твой любящий брат Фрэнсис Гогенло, бриг «Неуловимый Джо», Атлантика, каюта капитана Грегори Финчли.
Мисс Мардж Гогенло, Плимут, Аббатство Бакленд, Седьмая угловая башня, чердак."
Письмо третье
"Дорогая Мардж!
Обстоятельства вынуждают меня просить тебя прислать злосчастное письмо, явившееся причиной наших несчастий. Прошу используй все возможности, чтобы сделать это как можно быстрее. Пусть и с помощью славной команды Червивого Джона. Поверь дело не терпит отлагательства, ибо в самое ближайшее время я ожидаю и надеюсь на изменение нашей судьбы.
Началось всё аккурат в прошлый четверг. После нашей встречи с «Ползучим Фламандцем» команда растеряла всё мужество. Я воспользовался ситуацией и присвоил себе корабль. Собственно, старику Финчли я об этом не сообщил. И команде тоже. Но ты же понимаешь, Мардж, что это условность? Поскольку эти глупцы взяли моё золото, а я не возражал, можно считать, что мы поменялись: я им золото, а они мне корабль.
Однако команда деморализована, и капитан решил встать на стоянку рядом с островом Терри. Я не возражал, т.к. соскучился по суше. Мы пристали к каменистому островку и, почувствовав под ногами твёрдую почву, сразу уснули. Мы с тобой не спим, Мардж, но бывает погружаемся в воспоминания. Надеюсь твои воспоминания не мучат тебя слишком часто. Что касается меня, я видел отца в последний день его земной жизни и страшную клятву, которой он обрёк нас на жалкое существование. Очнулся я от страшного грохота.
Родная, это был не остров! Тупица Герти опять всё перепутал. За остров мы приняли вершину панциря гигантской черепахи. И похоже злая судьба привела нас туда как раз в тот момент, когда эта махина проснулась и решила отправиться в путь. Мы пытались добраться до судна. Безуспешно. С каждой минутой вода уходила и в конце концов оказалось, что корабль застрял в огромном панцире. С палубы нам сбросили трап. И как раз вовремя. Черепаха отправилась в путь. Сначала мы плыли по Атлантике, потом поднялись ввысь и рассекая воздушный океан двинулись по Млечному пути в саму неизвестность.
Я не знаю кто строил "Неуловимый Джо", но пьяницы Плимута явно не рассчитывали на космические пространства. Судно заледенело и сейчас выглядит устрашающе. Что же касается команды, она тоже оказалась не готова к такому повороту. Некоторые слабые духом "селёдки" повыпрыгивали за борт. Разумеется разбились. Но монеты из моего сундука в их карманах ещё сослужат службу. Каждая из них станет якорем для стоянки Френсиса Гогенло на старушке Земле, когда Святому Кракену будет угодно моё возвращение.
Те же, кто остался, не смогли выжить в условиях космических просторов. Они стали моей новой командой. И в своём новом состоянии смогли наконец увидеть твоего брата и присягнуть на верность.
За сим прощаюсь с тобой, родная. Не забудь про письмо и отправь мне его с Червивым Джоном как можно быстрее. А чтобы мисс Брюквер не сильно расстраивалась пропаже, можно поджечь что-нибудь. Не обязательно устраивать большой фейерверк. Старый каретный сарай вполне подойдёт. Яркие огненные искры порадуют бедняжку и, надеюсь, отогреют её замерзшее сердце. К сожалению у малышки слишком мало праздников.
Целую ручки. И надеюсь на скорую встречу.
Твой любящий брат Фрэнсис Гогенло, бриг «Неуловимый Джо», галактика Млечный путь, каюта капитана Грегори Финчли.
Мисс Мардж Гогенло, Плимут, Аббатство Бакленд, Седьмая угловая башня, чердак".
Письмо четвёртое
"Дорогая Мардж!
Позволь выразить своё восхищение твоей изобретательности. Честно не верил, что в скором времени получу от тебя весточку – ведь мы не на Земле. Однако самым неожиданным образом на «Неуловимом Джо» появился гость – Червивый Джон. И если в прошлый раз его появление чуть не погубило нас, то сегодня – он поистине посланец небес, ибо спас и нас и корабль от неминуемой гибели.
Как ты помнишь, родная, мы оказались прицеплены к панцирю гигантской черепахи – их ещё называют Астро-земными тортугами. Об этом мне поведал папаша Рони. Еще в бытность свою в монастыре ему как-то довелось видеть книжку, которую конфисковали у еретика. Еретика, кажется, убили во славу Кракена, имущество и жену отдали местному лорду, а вот книжку братия потом долго листала и любовалась картинками.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.