Милоа – спасители Эбери. Книга 2. Милоа-госпожа

– Кристаллами?

– Да, странное это местечко. Я бы даже сказал, жуткое. В определенное время Луна под каким-то особым углом освещает Кристаллы, и они проецируют тело человека с Земли на площадку в ущелье. Причем на Земле тоже необходимо активировать так называемую точку силы. Только тогда возможен переход из мира в мир.

– А как же я? Почему я попала сюда? И твои предки? Они же пришли сюда целым родом, так? – недоумевала я.

– Именно это и изучают наши ученые в горах. Вернее, их тайное общество. Видимо, иногда происходит смещение Кристаллов, и механизм начинает работать иначе. Насколько я знаю, лет сорок назад один не слишком осторожный ученый-жрец сдвинул ряд Кристаллов. С тех пор переправка людей на Землю стала куда сложнее, а в последние годы, как я понимаю, хранители и вовсе потеряли контроль над механизмом. Зато, как оказалось, земляне стали попадать сюда без всякого разбора.

– А что, кто-то был до меня с Мефом? – затаив дыхание, спросила я.

– При моем правлении нет. Хотя… кто знает? Ведь вам с Мефом просто повезло, что вы попались на глаза Амирошу, а он решил показать вас мне. Другие земляне могут бродить по этой земле, ничего не понимая…

Казалось, мой мозг сейчас взорвется. Атамурлан сам с Земли… его предки веками изучали и пытались управлять аномалией… люди с Земли без разбора попадают на Эбери, и императора это не слишком волнует… тайна Триниана, по сути, не имеет смысла!

«Зато цивилизация Триниана имеет», – перебивая свои же мысли, подумала я.

– А Амирош знает о Портале?

– Да, он один из его хранителей, – многозначительно произнес Атамурлан.

– Хранителей? То есть, из тех ученых, которые там работают? Но когда мы с ним говорили, он сделал вид, что не знает, будто я с Земли, – растерянно пробормотала я.

– Это я просил его ничего тебе не рассказывать. На тебя и так много свалилось, а о земном происхождении Арланов и пещере Кристаллов вообще мало кто знает. Это одна из тайн, оберегаемая хранителями.

Теперь слушай меня внимательно, Ли. Ты правильно поняла: хранители, ученые, исследователи, алхимики – это одни и те же люди. Хотя в народе их давно называют жрецами. И тут начинается самое сложное. Сама подумай – пять веков назад, а может, и больше, Арланы уже имели немалое влияние в регионе. Но при этом они разделились на две ветви – тех, кто правил Эберианом, и тех, кто исследовал Кристаллы. Причем каждая из ветвей считала себя главной. Первые – потому что владели землей и обладали властью, вторые – потому что были близки к источнику необыкновенной силы и знали путь в иной мир. При этом само существование Портала хранилось в тайне. Постепенно обе ветви перемешались с местными жителями и отдалились друг от друга. Началось тайное перетягивание каната.

Бывало, когда кто-то из правителей Эбериана попадал в опалу, он искал помощи у своих сородичей-ученых в горах. И те частенько скрывали свергнутых императоров или членов их семей, а иногда и переправляли их на Землю, как это произошло со мной и моим отцом. Когда интриги Турмалона приводили к заговорам и свержению одного императора в пользу другого, страдали целые аристократические семьи, поддерживавшие проигравшую коалицию, и многие из них укрывались в горах, а их потомки – вливались в общество ученых-исследователей. В каждом случае уровень доступа к знанию был свой – одни считали, что их укрывает сильный жреческий культ, имеющий общие с Арланами корни, и просто жили в тайных поселениях бок о бок с ним; другие становились последователями этого культа, толком не представляя, какую тайну он на самом деле скрывает; и лишь немногие внутри самого общества, включая некоторых представителей правящей династии, знали, что истинной целью существования культа является изучение и охрана Портала в другой мир.

Спустя время уже стало сложно отличить, кто есть кто. В результате переворотов и расколов на протяжении нашей истории правители Эбериана постепенно потеряли знание о своем происхождении. При этом Арланы-императоры и породнившаяся с ними знать и Арланы-ученые, скрывающие Портал, жили рядом, ведь Турмалон расположен всего в паре сотен миль от Западных гор, и примерно в четырехстах от пещеры с Кристаллами. Поэтому, чтобы прикрыть свою основную деятельность по изучению Портала, Арланы-ученые стали называть себя жрецами и окружили свою деятельность ореолом таинственности, чтобы любопытные не совали к ним свои носы. Скажем так, они организовали что-то типа тайного религиозного сообщества. Туда вступали лишь посвященные – либо заранее подготовленные аристократы, либо случайные гости, доказавшие свою пригодность. Но вскоре даже не все в этом обществе стали понимать, что оно является лишь прикрытием. Ты ведь читала в школе про масонство? Когда я узнал об этом обществе на Земле, мне оно напомнило наш якобы религиозный культ. Целое тщательно охраняемое учение выросло всего за каких-нибудь сто лет с целью отвести глаза людей от настоящих хранителей Портала. Сейчас многие аристократы присоединяются к этому обществу, зачастую отдавая ему все свое состояние, и якобы посвящают себя служению во благо мира. Может, они сами в это и верят, но даже не подозревают, куда в итоге утекают их деньги. Я не раз говорил, что все это плохо пахнет, ведь если правящие Арланы добыли себе власть огнем и мечом, то Арланы-жрецы в конце концов оказались хитрыми крысами, плетущими свои интриги изнутри. И их влияние в последние годы сильно выросло.

Атамурлан вздохнул, делая перерыв, и налил нам два кубка легкого напитка.

– Как я уже сказал, – продолжил он, сделав глоток, – после некоторых переворотов к власти в Эбериане пришли те из Арланов, которые ничего о Земле не знали. Мой дед относился к ним. Уторан понятия не имел ни о перемещении из мира в мир, ни о том, что он – прямой потомок выходцев с другой планеты. Он правил, как умел, фактически являясь марионеткой в руках жрецов-хранителей Портала. А до него еще несколько императоров жили так же, считая Эбери единственным существующим миром. Но мой отец все изменил.

Так как он был третьим сыном и не собирался занимать трон, они с дядей Сурбаном посвятили себя путешествиям и приключениям. В то время наши «родственники» из жрецов-хранителей решили, что неплохо было бы перетянуть его и Сурбана на свою сторону. Просто чтобы иметь еще большее влияние на императорскую семью. Конечно, жрецы сказали им далеко не всю правду. Но когда мою мать отравили, и отец испугался за мою жизнь, он пошел за помощью именно к ним. И они, понимая важность ситуации, открыли ему правду. Подробностей я, к сожалению, не знаю, видимо, мой отец о чем-то договорился с хранителями или что-то им обещал. В итоге он ничего не рассказал о Земле брату, но заставил его поклясться, что, когда через много лет он или я, его сын, вернемся ко двору, тот уступит трон. После чего хранители переправили нас на Землю. Там меня воспитала женщина, которую я называл матерью. Ты помнишь ее, не так ли? – чуть грустно улыбнувшись, спросил вдруг Дима.

– Да, помню. Твоя мама… – вспоминая невысокую женщину с черными кудрявыми волосами, произнесла я.

– Она – одна из хранителей, но ее род давно живет на Земле. Они как связные для нас. И она, благодаря земному образованию и образу мышления, куда лучше эберианских хранителей понимала, в какой мир мне предстоит вернуться, когда я вырасту. Она научила меня всему, чему могла – отдавала в спортивные секции, заставляла много читать, а сама посвящала меня в историю Эбериана и тонкости местного этикета. А потом за мной пришли жрецы.

– Их не устраивало, как ведет дела твой дядя? – предположила я.

– Ты права. Мой дядя, хоть и не знал всей правды, быстро понял, кто дергает за ниточки. Чтобы избежать влияния хранителей, которым подчинялись многие придворные, он взял солдат и принялся кочевать по империи. С одной стороны, никто этому не удивился – ведь они с отцом изъездили почти весь Эбериан. С другой стороны, его власть при этом усилилась, а вот влияние хранителей уменьшилось. Конечно, им это не понравилось. Они хотели заставить его вернуться, навязывали ему брак, строили козни… Но он смог создать свою систему, где советники вынуждены были приезжать к нему и принимать новые законы в том месте, куда он их пригласит.

– Так вот почему он долго не брал себе жены… боялся, что ее подсунут ему эти хранители… – догадалась я.

– Да, поэтому он взял в жены постороннюю девушку из провинции. И когда хранители поняли, что ситуация выходит из-под контроля, они призвали меня. И просчитались вдвойне.

Атамурлан снова отхлебнул из своего кубка. Я последовала его примеру.

– Мне они сразу не понравились. Я вырос на Земле, воспитанный совсем с иным взглядом на мир. Мне претила идея о кукловодах, и уж тем более не понравилось, что следующей их марионеткой должен быть я. Поэтому, когда я прибыл на Эбери и немного освоился, я хотел тайком переговорить с дядей и выступить против них. Но все оказалось куда сложнее… Дядя оказался человеком недоверчивым. И во мне он углядел еще одну подсадную утку хранителей. Чем больше я уверял его в обратном, тем больше он подозревал меня. Мне же приходилось делать вид, что я полностью доверяю хранителям. Поэтому неудивительно, что он так и не поверил. В итоге я выступил против него, а потом произошел тот странный случай, когда он упал с лошади. Не знаю, постарались ли это люди хранителей или так распорядилась сама высшая сила – но мой дядя Сурбан-хан скончался, а трон перешел ко мне.

Казалось бы, дрязги между двумя ветвями династии Арланов должны были прекратиться. Но тут окончательно вышли из-под контроля Кристаллы. Связь с Землей, по крайне мере, стабильная, была утеряна. Да и среди хранителей мало осталось истинных ученых, ставящих исследования выше борьбы за власть – чувство собственного превосходства и владение великой тайной постепенно превратили хранителей в горстку зазнавшихся высокомерных жрецов. И внутри их общества тоже стали происходить расколы.

Пока я укреплял свою власть, ко мне присоединилось много людей из этого культа, которых не устраивало состояние дел в обществе хранителей. Амирош, кстати, один из них, как и Курт. Только вот Курт, кажется, все же пытается играть за обе стороны, в то время как Амирош и многие другие, вне зависимости от их знаний о Земле, давно хотят свергнуть верхушку хранителей и лишить их влияния на Эбериан и династию. Тем более, что после потери власти над Кристаллами они сдали позиции и последнее время затаились у себя в горах. И даже несмотря на это мне пришлось попотеть, прежде чем я смог выйти из-под их контроля. Я продолжил тактику дяди, стал много путешествовать, собирая вокруг себя верных людей, разделяющих мои интересы. И хотя манией преследования я не страдаю, но вот к представителям знати, то и дело приезжающим ко мне для принятия законов или для решения своих дел, отношение у меня не слишком доверительное.

– И как же ты планируешь одолеть этих хранителей? Неужели нельзя просто взять и напасть на них – вырезать, как опухоль на теле? – предположила я.

Атамурлан устало покачал головой.

– Я же говорил, все не так просто. Их мало, но они имеют большое влияние. Их агенты могут быть моими приближенными и предать меня в любой момент. А несколько специальных отрядов, насколько я знаю, оснащены далеко не средневековым оружием.

– То есть, хочешь сказать, где-то по Эбериану разгуливают ребята с автоматами? – с горьким сарказмом от собственного удивления спросила я.

– Хранители не дураки. Они прекрасно знают, что, если смешать эпохи и доставить в этот мир технику с Земли, это нарушит равновесие и рано или поздно приведет к концу нашей цивилизации. Есть правила, которых мы все вынуждены придерживаться, живя в этом мире и зная о другой планете. Но я не верю, что они за эти годы не соблазнились подстраховаться…

Я потерла рукой лоб. Да уж, такой паутины событий я точно не ожидала.

– И что в планах? – спросила я, ощущая, как на меня в одночасье обрушилась вся тяжесть положения Атамурлана.

– Я постепенно строю свою шпионскую сеть и пытаюсь перетянуть на свою сторону хранителей, несогласных с порядком в их культе. Проблема в том, что само это общество, заносчиво называющее себя «спасителями», исчисляется десятками тысяч последователей, а вот истинных хранителей, которые знают о Портале, там от силы пару сотен, и они-то и правят бал.

– А то общество, которым прикрываются эти хранители? С чего бы им называть себя «спасителями»? – решила уточнить я.

– Да это профанация! – махнул рукой Атамурлан. – В их священном уставе так и написано: «Тайное знание, что мы храним, избавит мир от болезней, войн и голода. Придет время, и будет провозглашено: «Милоа – спасители Эбери!»

В этот момент будто вся кровь отхлынула от моего лица. Наверное, я тогда сильно побледнела.

– М-милоа? – шепнула я пересохшими вдруг губами.

– Да, Милоа! Красивое название для сборища глупцов, которым задурили голову! – не заметив перемены в моем голосе, раздраженно фыркнул Атамурлан.

А мне показалось, будто жизнь дала мне хорошую пощечину.

«Совпадение? Или еще один коварный план? Но ведь хранители, по словам Димы, больше не контролируют Кристаллы… Или они только ему так сказали… Милоа Триниана и Милоа Западных гор… знают ли они друг о друге? Что, черт возьми, тут вообще творится?!»

Стараясь скрыть дрожь в руках, я залпом опрокинула в себя стакан сладковатого напитка. К счастью, он был безалкогольным.

А Дима тем временем продолжал.

– Я уже говорил, Ли, что тебе я могу доверять здесь больше, чем кому-либо. Ты в таком же положении, как и я. И поэтому я хотел попросить твоей помощи в достижении моей цели.

– В борьбе с Милоа? – с горькой ухмылкой спросила я. Для меня эти слова звучали, как настоящая насмешка судьбы.

– Грудью на амбразуру бросаться не надо. Это – холодная война. Просто стоит немного перетянуть канат на нашу сторону.

– И что же мне делать? – даже немного обреченно поинтересовалась я.

– Недалеко от Портала, у подножья Западных гор, находятся земли. Фактически они принадлежат мне, вернее, одной знатной даме, которой я их даровал. Но хранители желают заполучить эти земли себе, дабы обрести большую самостоятельность. В горах не много мест, пригодных для пастбищ или пахотных земель, понимаешь? Видимо, они решили переориентироваться и накопить силы. Стали активно развивать горное дело, строят или выкупают мелкие производства, их люди держат в Турмалоне пару частных банков. В общем, стремятся обрести финансовую независимость… Но Западные горы не слишком богаты полезными ископаемыми, а самые плодоносные шахты относятся к тем землям, которые я все еще контролирую. И на тех землях культ Милоа уже разбил что-то типа своего лагеря. Нет-нет, совершенно мирного – проводят там разные ритуалы, набирают в свои ряды новобранцев и прочее. Короче, они пытаются всеми силами закрепиться в регионе. Бличетта, коей я даровал эти земли, несколько лет назад вышла замуж и переселилась к мужу. Земли остались без присмотра, и, я боюсь, Милоа цепко ухватились за них с намерением еще глубже пустить там свои корни. Это совершенно не в моих интересах. Бличетта, по закону, обязана принимать участие в жизни и развитии поселений, расположенных на ее землях, но я вижу, насколько ей это в тягость. Думаю, она вскоре прибудет сюда, чтобы попросить снять с нее все обязательства и вернуть мне земли.

Атамурлан метнул в мою сторону многозначительный взгляд. Я прищурилась.

– Только не говори мне, что…

– Да, ты встанешь во главе этих земель, – отрезал император голосом, от которого что-то съежилось у меня внутри. – Это стратегически важные территории, и было бы неплохо уменьшить влияние хранителей в этом регионе.

– Но что я знаю об управлении землями? Что я вообще знаю о подобных вещах? – признаться, я испугалась, что на меня в одночасье была возложена столь тяжелая ноша.

– Успокойся, Ли. Тебе не надо приезжать туда и уничтожать культ. И он для тебя тоже не опасен. Скорее всего, тебя воспримут, как и везде – за дикарку, ставшую вдруг каганеттой, которая едва ли что-то понимает в политике.

Такая неприглядная характеристика серьезно зацепила мое самолюбие.

– Это тебе же выгодно, – в успокаивающем жесте поднял руку Атамурлан. – Они вряд ли подумают, что ты пришла туда с каким-то особым заданием. Все логично – я сделал тебя каганеттой, восстановил справедливость и потом даровал территории, отослав тебя туда…

– Они что, идиоты? Разве они не поймут, что такие важные территории ты абы кому не даруешь? – практически перебила Диму я.

– А вот пусть и думают. Ведь ты и вправду попала ко мне случайно. Амирош, Курт, Синая – они все имеют связи с хранителями и запросто заверят их, что тебя действительно неожиданно нашли, и что ты совершенно не ориентируешься в общественных делах. А тут как раз бличетта Иранэш попросит меня забрать у нее территории. Да и даже если они догадаются – они будут обязаны тебе подчиниться как моему представителю.

– Все равно это идиотизм! Они явно там давно все взяли в свои руки. Меня могут загнать в угол и заставить плясать под свою дудку! – фыркнула я.

– У тебя есть варианты получше? Предлагай, – нагнувшись ко мне через стол, сказал Дима. И я снова ощутила, как жар прокатывается по моему телу и заставляет цепенеть. Все-таки этот юноша в полной мере обладал магнетической силой, заставляющей людей преклоняться перед ним – даже я, свободолюбивая землянка, начинала трепетать.

– Ты бросаешь меня в горячую точку, как пушечное мясо, – справившись со своими эмоциями, негромко произнесла я.

– Я посылаю тебя защищать мои земли и разобраться в ситуации. Ни одному из своих советников я это не доверил бы! – ударив ладонью по столу, тем не менее спокойно произнес Дима.

– Спасибо за доверие, но мне не хватает опыта и знаний, чтобы справиться с таким заданием, – хмуро отметила я.

– Это на Земле ты была просто девочкой-школьницей. А здесь ты каганетта, моя кузина – и если выжила за год в горах, то освоишься и в роли землевладелицы! – отрезал Дима, поставив точку в нашем разговоре.

Я понимала, что ему сложно сдерживаться. Все здесь по малейшему велению мчались исполнять его приказы, а я мало того, что упиралась, – я еще и спорила.

Вышла я из его кабинета с тяжелым сердцем. В этот момент мне отчаянно захотелось иметь рядом кого-то, с кем я могла бы поделиться своими переживаниями. Но у меня был только щенок… К нему я и отправилась.

* * *

В мечтах мы часто представляем, как стали вдруг именитыми личностями благородных кровей. Сколько девушек зачитывается романами про придворную знать, мысленно жаждая увидеть вдруг себя в роли графини, герцогини, а то и принцессы. Но когда подобная роль становится частью твоей реальности, понимаешь, скольких свобод ты лишился. Этикет, множество традиций, помпезность высшего общества, невольное участие в политических играх – ты уже не сможешь отделаться от всех этих вещей.

А теперь еще управление землями… Одно дело представлять, как ты разъезжаешь на коне по своим территориям, общаешься с простолюдинами и снисходительно треплешь по головке крестьянского мальчугана. На деле же тебе придется столкнуться с талмудами финансовых отчетов по ведению хозяйства, неотесанным, грубоватым по натуре людом и лицемерными слугами, сдувающими с тебя пылинки и обсуждающими твои привычки за спиной. Укрепиться в авторитете и доказать свое право вершить здесь закон – немалый труд, даже если земли и поселения принадлежат тебе, и договор на них скреплен печатью самого императора.

Теперь, когда на меня обрушилась вся эта информация о хитросплетении интриг, а Атамурлан бесцеремонно поместил меня в самый центр своей негласной войны с хранителями, вся безмятежность моего положения испарилась как по мановению руки. Я сидела у себя в комнате, смотрела в окно и пыталась разобраться в себе. С одной стороны, вроде бы все шло по плану – я приближалась к разгадке аномалии, причем очень стремительно. Получить территории у самых Западных гор – могла ли шпионка Триниана даже помыслить об этом!? С другой стороны, мне не давал покоя вопрос о западных Милоа. Возможно, создание цивилизации Триниана было изначальным планом хранителей, желающих ослабить Диму и увести его подальше от Турмалона? Если это так, то мне претили их методы. В душе я чувствовала все возрастающую потребность не просто разобраться в происходящем, но и исполнить приказ императора – несмотря на всю сложность задания, я должна была втереться в доверие к западным Милоа и вызнать хотя бы часть их тайн…

Помимо всего этого, я чувствовала, что меня засасывает в такое болото, из которого я не смогу вылезти, даже если убегу обратно в горы. Обреченность. Вот что я ощущала. А дороги назад уже не было.