Бывшие. Докажи, что любишь

Глава

1

– Мам, не дёргайся. Ты выглядишь классно! – успокаивает меня дочь, а я в зеркале вместо себя вижу незнакомку.

Эта блондинка в элегантном платье, совсем не я.

– Платье слишком откровенное. И вообще, зачем это всё? Я обычный продавец, и хоть сколько ни малюйся, реальности не скрыть. Какая из меня леди? Я и вести-то себя так не умею.

– А что там уметь? – возражает Зоя. – Подбородок подняла, плечи расправила и уверенный взгляд. Осанка – это самое главное. Она выдаёт неуверенного в себе человека.

Смотрю на свою красавицу-дочь. Единственное достижение за всю жизнь, которым я безумно горжусь. Красивая, умная, добрая. А ведь двадцать лет назад новость о беременности едва не довела меня до огромной ошибки. Не перестану благодарить свою маму за то, что поняла и приняла свою непутёвую дочь. Прийти к ней через три месяца после окончания школы с новостью о беременности, казалось, мне тогда самоубийством. Но мама лишь взглянула на меня долгим и грустным взглядом и сказала: “Будешь рожать”.

Мне пришлось попрощаться и с высшим образованием и переездом в Москву. Я стала мамой. На три года погрузилась в свою маленькую черноглазую дочку, которая так сильно напоминала его.

Дочку назвала Зоей. Совершенно не модное имя. Все тогда называли дочек Дианами и Евами. Хотя Зоя значила то же самое, что и Ева "дающая жизнь".

Моя жизнь была заключена в этой девочке. Я старалась быть для неё самой лучшей мамой и папой одновременно. И вот результат: отличница, закончила школу с красным дипломом, поступила в университет и самое главное – ни разу не повелась на красивые слова парней, которые пытались переспать с ней.

У моей Зои есть замечательный парень ,который ценит и любит её. И как только она закончит университет, они поженятся. У моей дочки всё всегда расписано наперёд. Наверно в ней я вижу себя и то, какой хотела бы быть, если бы не сделала огромную ошибку на выпускном.

Опять же вопрос: ошибку ли?

Сейчас я даже не представляю своей жизни без моей девочки.

В памяти всплывает лицо её отца. Тот вечер, как он шептал мне, что любит и хочет жениться, а я верила, и казалось, что всё так и будет ,как говорит он. Всё было по обоюдному согласию, винить мне его не в чём. Только в том, что он просто уехал. Сказал, что вернётся, и я больше никогда его не видела.

Внезапно меня будто молнией пронзает мысль.

А что, если он тоже приедет на встречу одноклассников?

Ой, нет. Я этого не переживу. Не хочу видеть его. Не хочу знать, как сложилась его жизнь. Нет, нет, нет.

– Я, наверно, не пойду.

Понимаю, что поступаю сейчас трусливо, но я действительно до ужаса боюсь встретить Сергея.

– Мам, не смей отказываться. Ты должна пойти на эту встречу. Двадцать лет уже прошло, а ты ни разу с ними не встречалась. Я не думаю, что все твои одноклассники стали президентами или бизнесменами. Не понимаю, чего ты стесняешься. Посмотри на себя. Ты красивая женщина. У тебя всё хорошо. Своя квартира, ребёнок уже взрослый, работа стабильная.

– Это тебе так кажется, а одноклассники посчитают меня неудачницей, – начинаю загибать пальцы. – Замужем не была, ребёнка нагуляла, карьеру не сделала, ничего в жизни не добилась. Чем гордиться? А? Лучше не пойду.

Начинаю расстёгивать серёжки, которые специально купила для встречи одноклассников, но Зоя перехватывает мою руку.

– Мам, если ты не пойдёшь, я обижусь. Неужели ты зря готовилась? Забей ты уже на эти все достижения, кто чего достиг, разве это важно?

– Как оказалось, да. Мне важно.

Зоя смотрит на меня расстроено. Будто это не я отказываюсь идти на встречу, а ей не разрешаю.

– Мам, ну, пожалуйста. Прошу тебя! Начни ты уже жить для себя. Сделай ты хоть раз то, что хочешь. Без оглядки на прошлое. Расслабься и просто наслаждайся.

Последний раз, когда я расслабилась и наслаждалась, закончилось разбитым сердцем, – отвечаю мысленно дочери, но не осмеливаюсь сказать ей об этом вслух.

– Не хочешь для себя, сделай для меня. Я очень хочу, чтобы ты пошла, – Зоя поднимает мою руку и прижимает к своей груди, заглядывая в мои глаза пронзительным взглядом, и я сдаюсь.

Никогда не умела противостоять силе убеждения своей дочери.

– Хорошо, – соглашаюсь я.

А через полчаса уже стою перед дорогим рестораном, где назначена встреча, не решаясь сделать первый шаг.

– О, Петрова! Обалдеть, – слышу позади себя женский голос.

Поворачиваюсь, а передо мной стоит темноволосая женщина, отдалённо напоминающая мою школьную подругу.

– Даша? – переспрашиваю я.

– Ну а кто ещё? Я, конечно.

Она бросается ко мне с распростёртыми объятиями, сминает меня, и я едва стою на ногах от такого напора.

– Сколько лет не виделись, а ты всё такая же. Ты что, узнала эликсир молодости? Давай делись.

Я не успеваю и рта открыть, как перед рестораном появляется машина неизвестной мне марки, но видно, что очень дорогая. А Даша восхищённо шепчет.

– Да ладно. Ролс Ройс. Охренеть! И кто это у нас такой богатый?

Глава 2

Мы зачарованно смотрим, как машина паркуется, а когда дверь открывается, и из неё выходит тот самый, кого я больше всего боялась встретить, ноги самопроизвольно начинают пятиться. Только крепкие руки Даши не дают мне сбежать.

– Кира, ты смотри это же Серёга Аксаков. Господи, какой красавчик. Вы же вроде бы встречались в школе. Я думала, вы вместе.

Понимаю, что Даше надо что-то ответить, но моё горло сейчас не способно издать ничего кроме хрипа.

Зря я сегодня приехала. Ох, как зря.

– Нет…как видишь, мы не …вместе, – после пятисекундной заминки я, наконец, выдавливаю из себя несколько слов.

Ледяной пот прошибает меня насквозь. Хочется стать невидимой. Я не хочу с ним разговаривать просто потому, что вряд ли смогу вообще с ним говорить. А как провести весь вечер в одном помещении с человеком, который одним своим видом будит во мне бурю эмоций и воспоминаний.

И хоть Даша говорит, что Сергей не изменился, я вижу, что изменения, произошедшие с ним за двадцать лет просто разительные. Раньше он был высоким худым, носил очки, немного горбился. Но это не мешало ему быть популярным среди одноклассниц и сверстниц.

Сейчас же он без очков, плечи обтянуты чёрной рубашкой, одна рука в кармане брюк, в другой телефон. Он идёт, не спеша, уверенной походкой, не сутулится и что-то смотрит в телефоне, иногда вскидывает голову и смотрит вперёд.

Мне хочется спрятаться за Дашу. Я вполне могу поместиться за неё, и он пройдёт мимо, не заметив меня. И когда я уже готова так поступить, Даша поднимает руку и что есть сил кричит.

– Привет очкарикам!

О господи, Даша так и осталось бесцеремонной и прямолинейной. Ещё в школе она часто вгоняла учителей в краску своими выражениями.

– Даша, тише, – цыкаю на неё, но уже поздно.

Взгляд Аксакова цепляется за пухлую фигуру Даши, на лице появляется ослепительная улыбка, он машет рукой и меняет траекторию своего пути.

– Даша, пусти, – шепчу тихонько, делаю последнюю попытку сбежать незамеченной.

Боже, мне кажется, я сейчас в обморок грохнусь.

На секунду зажмуриваюсь, делаю глубокий вдох, пытаюсь усмирить панику. Как там Зоя говорила “Подбородок повыше, плечи расправить и уверенный взгляд”.

Если уж придётся встретиться с бывшим, то ни в коем случае нельзя показать своего страха.

Да и вообще, почему это мне должно быть страшно и стыдно с ним встречаться?

Это он бросил меня.

Это он не позаботился о защите, когда лишал меня девственности.

Это он даже не позаботился найти меня или оставить данные, чтобы я могла с ним связаться.

Ему должно быть стыдно. Не мне.

Открываю глаза и сразу же встречаюсь взглядом с янтарно-карими глазами Аксакова. Моё бедное сердце летит в пропасть, ухает так сильно вниз, что, кажется, все слышат звон от мощного удара.

– Кира? – удивлённо произносит Аксаков.

Даже голос стал другим, настоящий мужской, низкий с хрипотцой. Именно таким голосом можно сводить с ума женщин по телефону и заставлять терять голову.

Кобелина, – проносится в голове мамино любимое выражение. Так она часто красивых мужчин называла.

Так и есть. Я уверена процентов на девяносто девять, что из Аксакова отменный кобелина получился. Скольким ещё девчонкам он голову вскружил после меня.

А я ведь года два ждала его. Ждала, что вспомнит и приедет. Я ведь я не уезжала и не терялась. Адрес он знал.

Теперь всё встало на свои места.

Он просто наслаждался жизнью и получал всё, что хотел. Зачем ему было вспоминать про какую-то девчонку.

– Разве я сильно изменилась? – злость от осознания придаёт мне сил. И голос звучит так, как я и хочу, спокойно с ноткой высокомерия.

– Наоборот. Нисколько не изменилась…Выглядишь прекрасно. Очень рад тебя видеть, – Аксаков протягивает мне руку.

Но я бросаю на неё взгляд, полный брезгливости, будто мне не руку протянули, а ящерицу.

– Не могу ответить тем же. Я надеялась, ты не приедешь.

Разворачиваюсь и поднимаюсь по ступеням не оглядываясь. Надеюсь, мне удалось сделать это достойно.

Стоит только мне зайти в здание ресторана, ко мне подходит администратор и приглашает к столу, который находится по правую сторону, в отдельном помещении. За столом уже все. Даже удивительно, что почти весь класс смог собраться. Чаще всего даже половина с трудом собирается. Здесь и наши отличницы Лиза с Катей,и вечно веселящий всех Ренат. И Димка-химик, правда, слегка полысевший, неужели от своих экспериментов? Он обожал экспериментировать на химии, у него всё время что-то дымило, пузырилось.

И все так сильно изменились. Пополневшие девчонки, парни с животиками, кто-то, наоборот, очень спортивный. С трудом в широкоплечем квадратном дяденьке узнаю Алёшку. В школе он был ниже почти всех парней.

Голова идёт кругом от старо-новых лиц. Зато каждый, кто подходит ко мне, чтобы лично поздороваться, повторяет заезженную фразу.

– Кира, ты совсем не изменилась.

– Петрова, делись секретом, как ты смогла так сохраниться?

– Тебя, случайно, вампир не кусал?

Нет, вампир не кусал. Просто жизнь была такой, что приходилось экономить, питаться овощами.

Но вслух отвечаю:

– Это всё генетика, – людям проще сказать то, что они ждут от тебя.

Правду никто не любит.

Таня Новосёлова громко кричит и даже звонит в колокольчик, созывая всех к столу.

– Ребята, ребята, давайте поднимем тост за нас, за то, что мы все, наконец, собрались. И представляете, нас сегодня даже Серёжа Аксаков посетил. Он смог вырваться из своих миллионерских будней и приехал сегодня на встречу.

В зал входит Серёжа, жмёт руку одноклассникам, и то, что происходило со мной несколько минут назад, вереница приветствий, сейчас то же самое происходит с Сергеем. И хоть он всем улыбается, его взгляд шарит по головам присутствующих, кого-то выискивая.

А когда мы снова встречаемся взглядами, я понимаю, что искал он как раз меня.

Визуал

Дорогие читатели, приглашаю вас познакомиться с главными героями.

Кира Петрова 38 лет. Мама Зои Петровой. Продавец-кассир в магазине. Всю жизнь прожила в родном городе. Замуж так и не вышла. Встречалась с несколькими мужчинами, но так и не смогла с ними сблизиться. ЖИвет с дочкой в двухкомнатной квартире, которая досталась ей после смерти матери.

Зоя Петрова, 20 лет, студентка. Умница, красавица. Любит маму. Про отца только знает, что он обманул маму и бросил её. Про то, что отец её одноклассник Кира дочери не стала рассказывать.

Дочь Киры Петровой и Сергея Аксакова

Сергей Аксаков 38 лет, одноклассник, бывший парень, бизнесмен, живёт на Бали. Своё состояние сделал на майнинге, когда работал с криптовалютой.

Отец Зои, но о существовании дочери даже не догадывается.

Глава 3

И снова меня спасает Даша.

– Ну ничего, ты загнула. Отбрила так отбрила. Вы что поругались с ним? – она подлетает ко мне, как это было ещё в школе. Налетала всегда вороном и настырно спрашивала обо всём, что ей было интересно.

– Это старая история. Не хочу вспоминать, – пытаюсь отвязаться от подруги.

А в толпе одноклассников уже вижу высокую фигуру, которая движется к нам.

– Где здесь туалет? – в панике цепляюсь за руку Даши.

– Да там, – кивает Даша куда-то в сторону и я несусь не разбирая дороги.

Мне надо в туалет. Надо собраться с мыслями, успокоиться.

Чем я думала, когда решила остаться?

Одно дело ответить один раз, другое дело выдержать разговор. Сама не понимаю, откуда у меня этот страх, но он не даёт мне стоять на месте и гонит меня дальше от Сергея. Будто я в лапы тигра сейчас попаду, и он растерзает меня. А ещё больше всего я боюсь, что он узнает про дочь. Если раньше мне хотелось этого, то теперь считаю, что он не заслужил такой дочери, какой стала Зоя.

К моему счастью, в туалете никого нет. Белая дверь туалета отсекает звуки зала и становится моей единственной защитой от Аксакова.

Поворачиваюсь к зеркалу, на меня оттуда смотрит немного дёрганная блондинка, с ошалелыми глазами и безумным блеском в них.

Боже, какая же я трусиха. Другая бы даже сбегать не стала, высказала бы всё не задумываясь, а у меня патологический страх обидеть кого-нибудь. Терпеть не могу разборки в общественных местах.

Смачиваю холодной водой щеки и шеи. На секунду становится легче. И когда я решаю отсидеться в туалет до конца вечера, дверь распахивается и в туалет входит Сергей.

Моя душа, как трусливый заяц трепыхается в теле, и давно бы уже сбежала, если бы не была закреплена за этим телом.

Молча смотрю на Аксакова. Наши взгляды на несколько секунд встречаются.

– Привет! – здоровается Сергей как ни в чём не бывало, будто просто подругу встретил. И я его совсем не обидела своим поведением.

– Здоровались уже, – резко выдаю и хочу обойти его, чтобы выйти из туалета, но он делает шаг в сторону, преграждая мне путь.

– Может, всё-таки поговорим?

Аксаков оказывается от меня так близко, что я чувствую запах его парфюма. Древесный кедровый запах вперемежку с цитрусовыми нотками и море свежести.

Чёрт! Он даже пахнет вкусно. Рот наполняется слюной. Меня пугает реакция собственного тела. Уж на кого-кого, а с Аксаковым я точно никаких дел иметь не хочу: ни амурных, ни деловых и тем более родственных. А Сергей тянется ко мне, но я тут же отшатываюсь назад, если прикоснётся ко мне, я точно его ударю.

– Нам не о чем говорить, – пресекаю со злостью, его настойчивость будит во мне сопротивление. – Пропусти сейчас же!

– Кира, я не ожидал тебя сегодня увидеть.

– И?

– Может, присядем за столик? Поговорим? Всё-таки двадцать лет не виделись.

– Как я уже сказала раньше, нам не о чём с тобой разговаривать. Если ты думаешь, что я буду делать вид, что между нами ничего не было, то зря надеешься.

– Ты злишься из-за той ночи? До сих пор?

А меня накрывает от возмущения. То есть он даже не понимает, что сделал. Для него это была просто ночь?

– В смысле злюсь? Я просто патологически не переношу лжецов, – фыркаю не сдержавшись.

Сергей смотрит удивлённо, приподнимает бровь.

– Очень интересно. И с каких пор я стал лжецом?

– Ты издеваешься?

– Нет.

Видит бог, я не хотела этого разговора, но оставаться спокойной в такой ситуации у меня не хватает терпения.

– Ты обманул меня.

– Напомни.

– Ты не помнишь? – вглядываюсь в его глаза, выискивая в нём насмешку, но Сергей смотрит серьёзно.

– Я был твоим первым парнем. Мы переспали. Но когда я тебя обманул?

– Что?

Господи, я двадцать лет мучилась вопросом, почему он исчез, а он просто считал, что мы провели приятную ночь и разбежались.

– Ты говорил мне, что любишь. Ты кольцо мне надел, сказал, что мы поженимся.

Аксаков кивает.

– Кир, ну мы детьми были. Не думал, что ты поверила. Это же было несерьёзно. Мы просто мечтали о будущем. А потом я тебя поцеловал и не смог остановиться.

Воспоминания мгновенно уносят меня в прошлое.

Его горячие губы на моих губах. И сердце замирало оттого, что я чувствовала себя неимоверно взрослой и любимой. Я готова была отдать ему и сердце, и душу. Прижималась и неумело отвечала на поцелуй. Я так хотела забыть те мгновения, остервенело, заталкивала их вглубь себя, а сейчас они выползли и разбередили душу.

– Твоё несерьёзно испортило мне жизнь. Я ждала тебя. Ждала, когда ты приедешь за мной и выполнишь обещание, – слова вырываются неожиданно, будто корни дерева прорываются насквозь через грудь. Мне так больно.

– Кира, ну же... не плачь. Я не думал, что ты так серьёзно отнеслась к моим словам.

Глава 4

Только после слов Аксакова я чувствую, как по лицу текут слёзы. Тут же смахиваю их. Злюсь на себя за то, что не смогла сдержаться. Вроде бы столько времени прошло, а мне всё так же больно. Хотя время вроде бы должно было вылечить.

– Забудь. Это не из-за тебя, – снова порываюсь обойти его, чтобы вырваться на волю и снова Аксаков не даёт пройти.

– Чем я могу исправить свой поступок? – спрашивает Сергей.

– Просто отстань от меня и больше не подходи.

В туалет входят бывшие одноклассницы Наташа Дегтярёва и Катя Дубилина. Застывают в нерешительности, глядя на нас.

– Ой, а мы в туалет хотели. Серёж, ты неисправим, – смеётся Дубилина. Изящная стройная шатенка. – Может, и к нам попристаёшь ради исключения?

Пользуясь заминкой, я проскальзываю мимо и, наконец, выхожу на свободу. Делаю глубокий вдох, чтобы успокоить своё колотящееся сердце.

Сколько лет я ждала эту встречу, и как же всё оказалось банально, он даже не понял ничего. А я для него оказалась обычной девочкой на одну ночь. Поверить не могу. А я ведь какие только оправдания для него не придумывала. И то, что он потерял память, и что в аварию попал или, может быть, денег не было приехать.

Какая же дура!

– Петрова, а ты чего тут стоишь одна? – ко мне подходит Ренат Исмагулов, берёт под руку, несмотря на моё сопротивление и тянет на танцпол.

– Всегда мечтал с тобой потанцевать, – перекрикивает музыку. Его руки ложатся мне на талию, и я уже стою, покачиваясь в такт музыки.

– Извини, я не хочу танцевать, – говорю ему.

– Кир, не будь злюкой. Дай мечту, наконец, осуществить.

– Мечту?

– Ага. Ты мне в школе сильно нравилась, но к тебе же не подступиться было. Да и я дурак, стеснялся.

От Рената пахнет алкоголем. Неудивительно, что он решил пооткровенничать. Сегодня прям день открытий.

Судя по тому, как Ренат вечно дразнил меня, обзывал кнопкой с косичками, я думала, что он меня терпеть не может. А я его не то чтобы ненавидела, он был мне неприятен. Слишком энергичный, слишком громкий. Мешал на уроках учителям.

– А ты замужем?

– Нет, – отрезаю я. – И не собираюсь.

Скорей бы уже закончилась мелодия. Даже после признания он мне всё так же неприятен. А его руки держат меня слишком крепко, словно сейчас он решил непросто осуществить мечту с танцем, а ещё заодно и полапать меня.

Упираюсь ему рукой в грудь, чтобы сохранить дистанцию. А другой рукой пытаюсь оторвать его руку от своих ягодиц.

– ДА ладно Кир, не зажимайся. Ты ж не девочка. Дай хоть потрогать. Ты всегда была самой красивой в классе, а сейчас вообще секси стала.

– Ренат, перестань! – вскрикиваю от того, как грубо сжимает меня и наклоняется ко мне.

Боже, я не хочу целоваться с ним. Но как вырваться из рук мужчины, когда он выше и шире тебя.

– Ренат, привет!

Поворачиваем одновременно головы, Аксаков держит Рената за плечо, прожигая тяжёлым взглядом карих глаз. Он возвышается над ним словно Пизанская башня. Выше Рената на голову и шире в плечах, хотя Ренат тоже не маленький.

– Отпусти Киру, – приказывает бархатным голосом, но в нём столько стали, что даже мне становится не по себе.

– Так, мы танцем, – блеет Ренат.

– Потанцевали уже.

– Я не хочу танцевать! Ни с тобой, – отталкиваю от себя Рената, – ни с тобой, – окидываю яростным взглядом Аксакова.

вырываюсь из лап одноклассника и иду к столу.

Я будто в квест какой-то попала, в котором надо прожить один вечер, сохранив достоинство и разум.

Плюхаюсь на своё место у стола, в надежде посидеть хоть пару секунд спокойно, без признаний и домогательств.

Остаток вечера проходит намного спокойнее, если это можно так назвать. Одноклассники пьянеют слишком быстро. С разных концов стола доносятся и жаркие споры, и ностальгические разговоры: “А помнишь?”, и просто весёлый хохот.

Когда на часах появляется заветные двадцать один ноль-ноль, я вызываю такси. Прощаюсь с одноклассниками, выдержав десяток вопросов: “ А чё так рано”, оказываюсь в тишине салона такси. Благодать.

– Ну как мам? Ты была самой красивой? – Зоя встречает меня уже с порога, заваливая вопросами.

– Не знаю. Все были красивыми.

Снимаю туфли на высоком каблуке и прохожу в зал.

Как же хорошо и спокойно.

– А ты что совсем не пила? Я думала, ты оторвёшься по полной. Одноклассники же, – немного расстроено замечает дочь.

– Зой, ну ты же знаешь, что я не люблю алкоголь. От вина у меня пятна на коже, а водку вообще не переношу. Да и одноклассники уже не одноклассники. Все так изменились.

– Расскажи, – глаза Зои загораются неподдельным любопытством.

– Доча, давай попозже. Мне в себя надо прийти и в душ хочу сходить. Просто это было так…

– Волнительно? – подсказывает дочь.

– Угу. Очень.

Остаток вечера мы проводим с дочей в разговорах и воспоминаниях. После душа я даже достаю школьный альбом. Мы сидим с ней до полуночи, пьём чай, я рассказываю ей про свои школьные годы и одноклассников. Вспоминаются и смешные случаи, и не очень.

Она внимательно слушает и удивляется тому, как все изменились.

А утром я снова вливаюсь в свою обычную жизнь. Собираюсь на работу, бужу Зою, чтобы не опоздала на пары. Полчаса в маршрутке и к десяти открываю магазин. Напарница должна прийти к двенадцати. Проверяю, как она вчера закрыла смена. Считаю деньги в кассе. Протираю пыль. В десять ноль-ноль открываю магазин, а в десять ноль один на пороге уже первый покупатель.

С которым мне совсем не хочется ни работать, ни разговаривать.

Аксаков собственной персоной.

Что ему надо от меня?

Глава 5.

(Сергей)

– Привет, Кира! – здороваюсь и прохожу вглубь магазина.

Она стоит возле стола, в чёрной юбке и белой рубашке. Тоненькая, красивая, как будто её не коснулись прошедшие двадцать лет. Она мне всегда нравилась. Ещё в школе многие на неё слюну пускали. Сколько раз пришлось после школы оставаться на разборки, чтобы к ней даже на метр не приближались. Хотел её до потери пульса. А когда получил, как-то глупо просрал.

Она кивает мне, видимо, решает, как ей себя вести. Как с обычным клиентом или полностью игнорировать.