Дефективные: Новый мир

Пролог

Сидя в камере, задавалась одним единственным вопросом: «Когда моя жизнь пошла под откос?».

Свет проходил через полупрозрачную стенку, показывая, насколько пыльной была маленькая комнатка, которую можно было обойти кругом шагов за шесть.

Платье от Рафа было здесь совсем ни к месту. Я и раньше чувствовала себя в нем, как колба в шелках, но сейчас это было до абсурда смешным. Хотя события последних дней оно пережило с трудом и уже начало представлять из себя то, что носила обычно в своём секторе.

Грязное и порванное, одного рукава не хватало, а подол сама порвала, чтобы не мешал двигаться. Туфли не известно где потеряла, да и вспоминать не хотелось. На голове было гнездо, но это волновало меня в последнюю очередь.

Нет, конечно, есть девушки, которых очень волнует умрут они в красном нижнем белье или в розовом, но точно не была одной из них.

Возвращаясь к моему вопросу… Может, это был тот момент, когда решила помочь, зная, что мне это выйдет боком? Может, когда сунула нос куда не следует? Или ещё раньше, когда закончилось распределение?

Может, дело даже не в событиях в столице? Насколько помню, в своем секторе, тоже дел натворила… Может, дело в моей первой любви? Хотя, может, и во второй… Нет, не думаю, что он что-то мог испортить. Мы держались друг от друга на расстоянии. Лишь бы теперь не пожалеть об этом.

Если вот так сидеть и просматривать свою жизнь, то начинало тошнить, как от долгого катания на машинах без магнитных дорог. Хорошо подумав, дала себе ответ на свой мысленный вопрос. Моя жизнь пошла к чертям в момент моего рождения. Почти двадцать один год назад в секторе 999. Самом внешнем кругу из всех.

Вздохнула. Вспоминать дальше не хотелось, но и ждать принца, который вытащит меня отсюда было крайне глупо. Во-первых, на эти грабли уже наступала, а, во-вторых, если хочешь что-то сделать, то сделай это сама! Хотя положение у меня сейчас было не сильно располагающее.

Меня тут, в общем то, покаяться оставили. Не то, чтобы было не в чем… Если так подумать, то нарушила законов десять точно, а за один из них меня вполне могли расстрелять. Хотя у нас здесь цивилизованное общество, так что мне скорее яд предложат.

Услышала, как наверху открылась дверь. Стук тяжёлых ботинок прошелся по каменному полу, отражаясь эхом от стен. К моей камере подошёл парень с серьезной миной на лице, и я демонстративно отвернулась.

Он присел, сделав так, чтобы наш взгляд оказался примерно на одном уровне.

– Я знаю, что ты злишься на меня, – выдохнул он, чуть слышно.

– Правда? – саркастично уточнила, вспомнив, что меня обвинили в госизмене, а он и пальцем не пошевелил, либо не удосужился уверить в обратном.

– У тебя есть право на это, – более уверенно сказал Эйн, пытаясь поймать мой взгляд.

На это ничего не ответила.

– Пожалуйста, дай помочь тебе, – попросил он, но я проигнорировала. – Просто доверься мне.

– Довериться? – взорвалась хохотом. – Можно подумать, что я тут оказалась не из-за помощи вам, выше высочество!

– Чтобы я сейчас не сказал, всё прозвучит, как оправдание, – он покачал головой.

Посмотрела на него. Выглядел принц печальным, но это не было поводом прощать его. Если снова поверю ему, а он предаст, то это меня уничтожит.

– Кесси, я знаю, что тебе страшно. Как бы ты не показывала свою язвительность, знаю, какая ты. Скажи им правду. Обещаю, что никто тебя не тронет. Я сделаю для этого всё, даже если мне придется принять условия Валленберга, – его голос вновь отразился от стен и остался без ответа.

Эйн встал, кинул на меня ещё один печальный взгляд и ушел, оставив наедине со своими мыслями. Появился новый вопрос: «Смогу ли я доверится ему?». Благо времени для размышлений было предостаточно…

Глава 1

Утро было пасмурным, собственно, почти, как и всегда, в нашем секторе. Сегодня намечался день уборки, поэтому мне очень хотелось улизнуть на улицу, чтобы поиграть с дворовыми ребятами, но меня поймала Вивьен и впихнула мне вместо завтрака веник.

Устало вздохнула. Хоть дом и рушился на глазах, но всё ещё занимал приличную площадь, которая, по её мнению, нуждалась в уборке раз в три-четыре дня.

Вив была нам тут вместо мамы. В основном она была милейшим созданием, которое занималось с младшими и помогало старшим, но, когда дело доходило до уборки из неё вылазили внутренние демоны. Она была всего на три года старше меня, хотя порой казалось, что на все десять.

Её любили намного больше, чем управляющую. Честно говоря, даже не помню, как её там зовут, ибо она к нам приходила, только когда приезжала проверка, что было на моей памяти один раз, или присылали счета. Во втором случае ей было просто необходимо отругать нас за транжирство.

– Рафаэль, возьми тряпку, пожалуйста, – с угрозой проворковала Вия, держа её в правой руке.

– Она склизкая, – с отвращением скривил нос он и отпрянул.

– Ра-фа-эль, – по слогам произнесла Вия, не убирая с лица улыбку.

– Да понял я, – пошел он на попятную, беря тряпку двумя пальцами.

– Спасибо, – искренне улыбнулась она и взяла его за свободную руку в знак поддержки.

Для них двоих прикосновения были способом особого общения и наблюдать за этим было занятно. Вия и Раф, который был младше её на год, были абсолютно слепыми от рождения. Я смела мусор в коридоре и, увидев, что оставила совок внизу в кладовке, шустро затолкала мусор под ковер.

– Закончила, – улыбнулась я, надеясь, что меня выпустят на улицу.

– Молодец, – похвалила меня Вия. – Только, пожалуйста, убери мусор из-под ковра.

Вия развернулась и убежала проверять других. Чак разразился хохотом.

– И кто вообще решил, что Вия у нас слепая? – высказался он, пока я выметала мусор из-под ковра.

Он сидел на подоконнике и стирал с него пыль. Рядом стоял его костыль, который он любовно обклеивал разноцветной изолентой. С отсутствующей стопы слетел ботинок и валялся рядом. Работать он не любил, но с Вивьен было очень сложно спорить.

– Так говорят только глупцы. У неё точно есть глаза на затылке, – подтвердила я, плавно перемещаясь в комнату мальчиков.

В комнату следом вошла расстроенная Ханна и плюхнулась на кровать.

– Эй, я только её застелил, – воскликнул Раф, заканчивая с последней кроватью.

– «Прости», – озвучила я её ответ.

Ханна ничего не слышала, поэтому и ответить сама не могла. Зато на языке жестов она разговаривала просто отлично. С чтением по губам у неё не всегда ладилось, но это был единственный способ для Ханны понимать таких, как Шерия, которая родилась без рук. Должна заметить, ногами она могла делать порою больше, чем другие руками.

Ханна встала и заправила кровать.

– Что-то случилось? – уточнила я у неё.

– «Вия попросила меня присмотреть за младшими, но они совсем не слушаются», – огорчённо жестикулировала она.

– И почему старшие не помогают с уборкой? – надулся Чак.

В доме было всего трое ребят старше Вии. Паул, Кира и Джена. Паулу было уже почти девятнадцать. Приближалось время его распределения. Церемонию проходят все молодые люди возрастом двадцати лет в середине апреля. Проходит она просто. Прикладываешь руку к огромному экрану, подключенному к неизвестно где находящейся машине, которая вычисляет твою полезность для общества. Говоря проще, определяет твоё будущее.

Если повезёт, то можно стать чиновником или изобретателем. Если нет, то тебе прямая дорога разгребать свалку. Для таких, как мы – смертный приговор. Больше двух месяцев инвалид там просто не протянет. Чтобы не называть нас инвалидами, общество придумало термин дефектные. Как будто от этого менялся смысл! Так вот, я не была дефектной в привычном смысле слова. Руки, ноги, глаза, рот, уши и органы работали как надо. Единственный вопрос, который мне задавали не разбирающиеся люди, что я забыла в приюте для дефектных. Ответ был прост меня подкинули сюда, когда ещё почти ничего не соображала. Никому не нужны были дополнительные подробности.

– Говори тише, мало ли услышат ещё, – прижал палец к губам Раф.

Наконец, расквиталась с ковром. Шустро сбежав вниз по лестнице, крикнула Вие, что закончила. Схватила со стола галету и выбежала наружу. Свобода. Мне до распределения ещё целых одиннадцать лет. Это же целая жизнь!

Воздух сегодня был чище, чем обычно, так что решила не брать с собой маску и очки. Довольная, сбежала вниз с пригорка, направляясь в центр сектора. На центральной площади было шумно. Лавочники зазывали к себе, толпились люди и шумели дети, что-то где-то падало, звенело и скрипело.

– Опаздываешь, – надменно произнес Жан, ожидая меня около бакалейной лавки.

Он был сыном главы сектора и считался нашей элитой, от того и был главным в команде.

– Припахали дома, – буркнула я в ответ, подходя ближе.

На слове «дом» прыщавый Сэм рассмеялся, за что наградила его толчком в бок.

– Это приют, а не дом, сопля, – возмутился он.

– Хватит, – не дал мне сказать Жан. – Иначе мы никогда отсюда не уйдем, а мне надо вернуться до обеда.

– Значит по плану? – загорелись глаза у Ширли.

– Ага, – улыбнулся он и мы начали протискиваться через толпу, направляясь к окраине.

Там стоял маленький покосившийся домик. Из-за непосредственной близости к свалке и отдаленности от лавок, он уже давно пустовал, однако пару дней назад пошел слух, что там завелось приведение. Что мы, собственно, и хотели проверить.

– Ну что? Кто пойдет первым? – спросил Жан, осматривая дом.

– Кесси провинилась пусть шурует первая, – сглотнул Сэм, поежившись.

– Согласна, – поддакнула Ширли.

– Трусы, – вздохнув, бросила я им и пошла вперёд.

Свет в окнах не горел, а за слоем пыли не было ничего видно. Осторожно подергала за ручку, дверь послушно отворилась. Внутри было довольно темно. Зажгла лампу, покрутив колёсико. Оказывается, здесь была мастерская или что-то типа того. Повсюду стояли какие-то механизмы, аккуратно лежали какие-то пластиковые пыльные прямоугольники и валялись промасленные тряпки. Рассмотрев ближе, поняла, что эти прямоугольники представляли собой книги старой версии. Дорогая вещь, но сбыть её у нас не выйдет. Чуть в отдалении заметила инструменты. В отличие от всего остального они выглядели совершенно новыми и очень ярко блестели.

Моё внимание привлек маленький складной ножик. Взяла его и уже хотела уйти, как неожиданно порвалась леска, которая была прикреплена к ножу и ранее осталась мною не замеченной. Я дернула за леску, убрав палочку, которая держала шар. Он прокатился по выемке почти у самого потолка, упал на деревяшку, которая захлопнула дверь и толкнула лопату. Та в свою очередь упала, практически отрезав ручку от двери.

– Черт… – прошептала я, осмотрев место трагедии.

Выйти через дверь теперь не представлялось возможным. Кинулась к окнам. Естественно закрыты. Здесь было много металла, так что разбить его было бы просто. Однако, со своим ростом я бы не забралась так высоко, чтобы выбраться. Глаза мигом нашли подходящий ящик. Шустро подвинула его к окну. Схватила ближайшую трубу, забралась на ящик и уже замахнулась, как кто-то стащил меня вниз за шиворот.

– Мамочка, – пискнула я, оказавшись на полу.

На меня хмуро смотрел довольно молодой мужчина, который, явно, не напоминал собой приведение.

– Не думаю, что похож на твою мамочку, маленькая воровка, – буркнул он, нагнувшись ко мне.

– Я не воровала, – возмутилась я, уперев руки в бока.

– Тогда что мой нож делает в твоём кармане? – с усмешкой спросил он.

– Хотела показать его ребятам, – честно ответила я.

– А потом? – ещё шире усмехнулся он.

– Ладно, может и воровка, – задумчиво, согласилась я. – Простите.

Вытащила нож из кармана и протянула его ему. Он ловко выхватил его у меня из рук.

– Почему ты решила разбить окно? – неожиданно спросил он, выпрямляясь.

– Дверь то закрыта, как бы я ещё смогла выйти? – посмотрела я на него, как на идиота.

– Через вторую комнату. Там тоже есть проход, – кивнул он в сторону другой двери, из которой вышел.

– Так вы же там были, – снова не поняла его.

– Ты этого не знала, – упрямо продолжил он.

– Это было логично, – скрестила я на груди руки, этот разговор мне надоел.

– Стой здесь и ничего не трогай, – задумчиво произнес он и вышел в другую комнату.

– Будто у меня есть выбор, – скривилась я.

Мужчина пришел обратно с каким-то странным сооружением в руках. К деревянной дощечке были присоединены довольно тонкие стеклянные трубки, по которым ездил шарик.

– Если хочешь, чтобы я открыл дверь, то достань для меня шарик, – сказал он и протянул мне эту штуку.

– Старик, а ты точно дверь откроешь? – уточнила я, совсем ему не доверяя.

– Тоже мне старик, мне всего тридцать пять… Открою. Шарик доставай как хочешь, – махнул он на меня рукой.

Осмотрела конструкцию. Она была довольно сложной. У меня точно не один час займет это задание… Если только…

– Как хочу? – снова уточнила я и, как только он кивнул, с размаху кинула конструкцию в стену.

Шарик тут же отлетел, и я шустро подняла его, гордо продемонстрировав. На моё удивление, мужчина заливисто рассмеялся.

– В стену… – на его глазах выступили слезы, он никак не мог успокоиться, а я почувствовала себя неловко.

– Дверь, – напомнила я.

Он быстро преодолел расстояние до двери, поднял ручку, покрутил её и вставил на место, дверь послушно открылась. Пошла на выход, но меня опять схватили за шиворот.

– Вы обещали! – воскликнула я, вырываясь.

– Да, обещал открыть дверь, а не выпустить тебя, маленькая воровка, – улыбнулся он.

– У меня имя есть. Кессиди! – возмутилась я, переставая брыкаться.

– А я Саймон, – спокойно ответил он.

– Лживый старик больше подходит, – фыркнула я.

– Как скажешь, маленькая воровка, – согласился он и отпустил меня. – Ты испортила мне конструкцию, а значит должна отработать. Жду тебя завтра в то же время. Не придёшь сама, притащу за шкирку, как котёнка. Свободна.

Показала ему язык и убежала. Если он пойдет к управляющей это будет катастрофа. Значит, придется прийти самой. Вот же влипла!

Глава 2

Я постаралась выбраться ещё до того, как кто-нибудь проснётся. Очень мне не хотелось отвечать на вопросы. Лестница противно скрипела под ногами и даже старый ковер её не заглушал. К счастью, меня никто не услышал.

Солнце только-только показало свои лучи на востоке. Прищурилась от смога. Сегодня он был на удивление густым. Думаю, даже до центра сектора дойдёт. Шустро надела маску и очки. С нашего пригорка открывался отличный вид на огромную свалку, чем точно не приходилось хвастаться. Люди старались веками, чтобы создать её, а нам приходилось разгребать. Вернее, не совсем нам, до двадцати лет мы не имеем права на самостоятельную работу без одобренной опекуном и правительством лицензии. Можно, конечно, устроиться на подработку, но туда мало кому хотелось.

У некоторых с непривычки запах сектора даже глаза режет, но я прожила здесь всю жизнь, так что он приелся. Свалка окружена высоким забором, но перелезть через него было совсем не трудно. Иногда выкидывали вполне интересные вещицы с первых секторов, и мы изредка туда заглядывали.

Впрочем, сегодня я шла совсем не туда. Хижина выглядела так же, как и вчера. Мне от неё было не по себе.

– Лучше бы сдал копам. Детский труд запрещён! – угрюмо буркнула я себе под нос, когда подошла к двери.

Постучала. Мне никто не ответил, на радостях хотела свалить, но тут открылось окно другой комнаты.

– Вчера ты стуком не удосуживалась, – сонно произнёс тот же мужчина, его волосы были в беспорядке, а на лице образовалась щетина.

– Что мне теперь просто вваливаться? – дерзко спросила я.

– Именно, как ты там сказала… вваливайся и приступай к работе, – он зевнул и закрыл окно.

Зашла внутрь, отметив про себя, что всё вернулось на свои места. В том числе нож и привязанная к нему леска.

– Старик, что мне надо делать? – громко спросила, решив, что если начну раньше, то и закончу тоже.

Ответом меня удостоили только через пять минут. Саймон вышел из другой комнаты уже с прилизанными волосами и выбритый. Попытался закатать рукава на рубашке, которая была ему большевата, но быстро сдался. Что-то в нём сильно отличалось от здешних, но понять, что именно я не могла. Не удивительно, что его приняли за приведение, хотя я в них совсем не верю. Уже слишком взрослая для подобных сказок.

Ещё раз зевнув, он что-то нацарапал на эластичном пластике ручкой и всучил её мне. Там были какие-то слова.

– Собери всё это здесь и положи на стол, – произнёс он и уже хотел уйти, когда поймал мой отрешенный взгляд. – Что не так?

– Ничего, – попыталась соврать, но голос меня выдал.

Саймон сложил руки на груди и испытующе на меня посмотрел.

– Вранье явно не входит в число твоих талантов. Прочитать можешь? – серьёзно произнёс он и кивнул на записку.

– Нет, – решила побыстрее отмучится.

– Понятно, – Саймон закатил глаза.

Уже было приготовилась огрызаться. В нашем секторе из детей моего возраста хорошо умел читать только Жан. Родители дают ему образцовое образование. Саймон ничего не сказал, порылся среди книг и вытащил одну с довольно яркой и облезлой обложкой.

– Учись, – просто сказал он, впихнул мне в руки книгу и вышел.

Признала в книге обычную азбуку и разозлилась. Вия уже год как выучила меня буквам. Только вот это мне не сильно помогало. В приюте не было книг, чтобы читать, а в секторе многие обходились вообще без этого знания. В итоге, я с трудом смогла складывать буквы в слова, а его каракули так тем более не поддавались расшифровке.

С усилием, подавила желание кинуть азбуку в стену.

– Я знаю все буквы, – вместо этого холодно прозвучал мой голос.

– Тогда в чем проблема? – раздался голос из другой комнаты.

– В твоих письменах! – зло воскликнула, тряся в руке записку.

– Возьми ближайшую к тебе книгу и открой на пятнадцатой странице, – проигнорировал он мой выпад.

Послушно взяла в руки толстую книжку с потрепанным тёмно-коричневом переплётом, название которой стерло время. Открыла и чуть не задохнулась от пыли, встряхнула её, мысленно провела в уме счёт от одного до пятнадцати. Опять же, спасибо Вив за познания в математике, хотя с ней всё было уже не так плохо, как с чтением. Даже самые бедные люди любят считать свои деньги.

Нашла нужную страницу и только открыла рот, как снова услышала голос Саймона.

– Зачитай вслух третий абзац сверху, – потребовал он.

– Всё три закона Ньмю… Ньи… Ну… – начала читать и тут же столкнулась со сложностью.

– Ньютона, – нетерпеливо сказал Саймон. – Великий учёный прошлого.

– Ньютона, – послушно повторила я и продолжила: – для широ-кого класса мех. меха… механических систем связаны с различными вар. вари… варить?

– Попробуй по слогам, – вздохнул он.

– Ва-риа-ци-он-ны-ми прин-ци-па-ми, – я устало вздохнула.

– Не так плохо, как могло бы быть, – буркнул Саймон, возвращаясь в комнату.

Он снова порылся среди книг и вытащил мне одну, потоньше той, что я читала.

– Тренируйся. Про себя, а то к концу дня мои уши отвалятся, – буркнул он, поставил красную книгу на место и начал сам собирать себе инструменты.

Я устроилась на табурете в углу комнаты и постаралась слиться со стенкой. Читать было сложно. Мне нестерпимо хотелось выйти на улицу и поиграть с друзьями. Однако, через пару часов история показалась мне вполне интересной. Хотя бы понимала смысл того, что читала.

Саймон всё это время сидел за столом и ковырялся в старом нагревателе, представляющем собой цепь каких-то металлических спиралей. Выглядел он при этом крайне умиротворенно. Когда время уже подошло к обеду, он вышел в соседнюю комнату и принёс бутерброды. К моему удивлению, один из них перекочевал в мои руки.

Уже успела забыть каков на вкус свежий хлеб, а мясо или его заменитель на нём было вообще в новинку. Проглотила еду на одном дыхании. В целом, если он собирается меня кормить, то я не против здесь иногда сидеть. Интересно, а можно ли будет что-нибудь для приютских утащить?

– Дочитала? – Саймон заметил, как я витала в облаках.

– Да, – бодро отозвалась в ответ.

– О чем была книга? – без особого интереса спросил он.

– Про то, что люди очень глупые, – вздохнула, перекладывая предмет из одной руки в другую.

– Занятный вывод, – он наконец-то посмотрел на меня. – Аргументы?

– Раньше у нас было всё. Растения, пресная вода, чистый воздух, но им было всего мало… В итоге сейчас мы имеем только одну большую свалку. А растения правда зелёные? – задумчиво произнесла я.

– Вынужден согласится с твоим мнением, – Саймон вздохнул. – В столице ещё сохранился небольшой парк. Туда, правда, сложно попасть, но может быть, когда-нибудь… В целом, ответ на твой вопрос положительный.

– Ты был в столице? – по-настоящему удивилась я.

Столица или первый сектор. Туда нельзя было попасть просто так. Всё зависело от твоей полезности обществу. Если машина говорила, что тебе суждено быть портным, то как ни крути дальше внешнего круга среднего уровня тебе не жить, а если назовут мусорщиком, то и за пределы тысячного сектора не выпустят.

– Там всё далеко не так, как ты себе это представляешь, – скривился он и отвернулся.

Видимо, отвечать на мои вопросы он больше не собирался. Голова разболелась от большого количества букв. Ноги и руки затекли. Я встала и потянулась. Саймон всё ещё возился с древним на вид чайником. Он так ловко откручивал и закручивал обратно болты, скреплял провода и протирал детали, что это вызывало почти гипнотическое действие.

– Не стой над душой, – минут через десять буркнул он.

– Мне нечем заняться, – протянула я в надежде, что он меня отпустит.

– Знаешь что такое шахматы? – спросил Саймон.

В ответ отрицательно покачала головой.

– Это настольная игра, поищи доску с белыми и чёрными квадратиками, она должна где-то здесь валяться, – не отрываясь от работы сказал он.

На поиски ушло минут двадцать, по прошествии которых я гордо продемонстрировала ему доску. Внутри лежали разные деревянные фигурки и лист с правилами, которые Саймон сказал мне прочитать и запомнить.

Почти к ужину, худо-бедно разобралась с правилами. Проверив меня, Саймон, наконец-то, меня отпустил и сказал прийти завтра.

В целом всё было не так плохо, как я это себе представляла, так что решила не спорить с ним. Домой пришла как раз к концу ужина.

– Опаздываешь, – вздохнула Вия, ставя полную тарелку на поднос.

– Прости, меня задержали. У меня вроде как появился новый… – я на секунду запнулась, размышляя, – друг?

– Это хорошо, – дружелюбно улыбнулась она.

– Помочь отнести? – спросила, глядя на тяжёлый поднос.

– Если тебе не сложно, – смущённо ответила она.

Ловко подхватила ношу и поднялась по лестнице, два поворота и буквально упёрлась в нужную дверь. Она была чуть-чуть приоткрыта. Подцепила её ногой и осторожно открыла.

– Привет, Дан, – широко улыбнулась я.

– Привет, Кесси, – ответил он мне такой же улыбкой.

Вия вошла вслед за мной. Я поставила поднос на тумбочку, что стояла у кровати, ловко смахнув провода.

– Что сегодня на ужин? – с интересом спросил Дан.

– Консервированный суп, – закатила глаза Вия.

– Ух ты! Прямо как и всегда, – наигранно удивлённо сказал Дан. – Есть что-то новое?

– У Кесси появился новый друг, – проворковала Вия.

– Не то чтобы прям друг… Я ему немного задолжала, но там ничего плохого, честно, – я почувствовала, как отчаянно начала краснеть.

– Чем вы занимались? – Дан проигнорировал моё смущение, чему я была очень рада.

– Он что-то мастерил, а я читала, – ответила я.

– Книги? – удивлённо спросила Вия.

– Да. Хоть они и редкость, но у него их довольно много. Они жутко старые, – скривилась я.

– Тебе стоит спуститься и поесть, тебя же не было на обеде, – шустро сказал Дан, прерывая возможный допрос от Вии.

– Да, но я не сильно голодная. Он меня покормил, – сказала я.

– Кажется, он не плохой человек, – улыбнулся Дан, не давая Вие вставить хоть слово.

– Да, и завтра я тоже к нему пойду, – так же быстро протараторила я.

– Ладно, я поняла, что не стоит ничего спрашивать, не старайтесь. Кесси… Просто будь осторожнее, – вздохнув, попросила она.

Вия села на стул, взяла в руки тарелку и начала потихоньку кормить Дана.

– Хорошо, – я улыбнулась и вышла из комнаты.

Из всех обитателей приюта мне всегда было больше всего жалко Дана. Быть парализованным от шеи и прикованным к аппаратам – полный отстой. Съев почти безвкусный ужин, поднялась наверх, легла на кровать и тут же уснула. Всё-таки вставать до рассвета явный перебор.