Ловушка «Голден Рока»

© Виата Л., 2025

Пролог

За окном светило яркое солнышко первых дней лета, стояла жара, и большинство людей уже начали мечтать о поездке к воде на отдых. Человек в строгом отглаженном костюме, сидевший у себя в кабинете офиса, был совсем не из их числа.

Он наотрез отказался избавиться от пиджака, включить кондиционер или хотя бы открыть окна, чтобы снизить температуру в комнате. Для него она, как и для всех, была высоковата, но он слишком нервничал, чтобы предпринять хоть что-то.

Он посмотрел на часы на столе. Стрелки почти доползли до семи утра. Скоро всё должно решиться.

Он поправил и без того ровные документы на столе, затем встал и подошёл к окну. Вид безграничного чистого неба вызвал внутри отторжение, и он опустил жалюзи. Серый офис погрузился в полумрак.

Он сложил руки за спиной и сжал их. Идти к цели пришлось долго, но последние перед началом мести минуты действовали на нервы сильнее всего. Возможность неудачи этот человек не рассматривал. Он продумал и прокрутил в голове всё. Даже если его поймают, а он в этом, собственно, и не сомневался, то жалеть будет не о чем. Он утащит за собой всю грязь и мерзость современного общества.

В кармане зазвонил телефон. Хоть он и ждал звонка, но всё равно подпрыгнул. Ненавязчивая детская мелодия вызвала чувство ностальгии. Его дочери она очень нравилась. Её уже давно не было в живых, но она продолжала периодически ему сниться. В основном они ели во снах мороженое или катались на аттракционах, которые девочка очень любила, но иногда… Иногда он видел её изувеченное тело и смеющегося в суде виновника, который избежал наказания. Дальше жизнь начала разваливаться на кусочки. Жена, не выдержав подобного поворота судьбы, ушла от него, а мир потускнел и утратил всё веселье и краски.

Человек сжал телефон крепче в руке, нажал на экран и поднёс его к уху, чтобы услышать самые приятные в его жизни слова:

– Он мёртв.

По телу разлилось тепло, во много раз лучше, чем от дорогого алкоголя. Он почувствовал, что волнение отступает. Теперь ему придётся идти до самого конца. Да простит его Всевышний за все грехи.

– Отлично. Приступай ко второй фазе, – сказав это, человек завершил разговор.

Настроение у него улучшилось. Он улыбнулся сам себе и вернулся за стол. Работу за него никто не сделает, так что даже если это его последние подписи, ему придётся их поставить.

Взгляд Христа с иконы в углу офиса начал прожигать в нём дыру. Он поднял на него упрямый взгляд.

– Не надо так осуждающе смотреть. Я признаю, что не смог смириться и поверить в возмездие после смерти. Дорога мне теперь только в ад, а раз так, то постараюсь принести как можно больше пользы обществу. – Он встал, подошёл к иконе и с печальным видом провёл по ней пальцем. – Думаю, тебе пока не стоит смотреть на всё это. Когда придёт время, я окажусь на твоём суде и даже не подумаю откупиться или соврать. Я грешен, такова моя человеческая суть. Позволь мне довести это дело до конца.

Он осторожно положил икону лицевой стороной вниз. Легче не стало. Он вздохнул и вернулся к столу. В дверь постучали, и внутрь заглянула улыбающаяся секретарша с чашкой кофе в руках. Человек перевёл взгляд на часы. Ровно семь ноль пять. Она, как обычно, пунктуальна.

– Я принесла вам кофе, – на всякий случай пояснила она, будто бы не делала этого каждый будний день в это время на протяжении пяти лет.

Человек мягко ей улыбнулся, взял белоснежную чашечку и глубоко вдохнул бодрящий запах эспрессо.

– Ой, – неожиданно воскликнула девушка и заспешила к иконе в углу, чтобы поставить её как надо.

– Оставь её, – холодно приказал он.

– Но как же так? Упавшая икона – к беде, – растерянно пробормотала она.

– Чему быть, того не миновать. Будь добра, вернись к себе и освободи мне две недели в конце июня. Я собираюсь поехать в отпуск, – попросил он.

Глаза секретарши изумлённо распахнулись. Он хмыкнул. Да, от него действительно странно слышать такие слова. С тех пор как он занял этот кабинет, прошло почти десять лет, и он ни разу не попросил об отдыхе, даже когда болел.

– Всё сделаю сегодня, – согласилась девушка и пошла к двери, но вдруг застыла в проёме. – Кстати, пока не забыла. Родители мальчика, которому вы оплатили трансплантацию искусственного сердца, продолжают названивать. Может, ответите им?

– Нет, игнорируй. Я делал это не благодарности ради. Всего лишь замаливал грехи, – туманно ответил он.

Секретарша заливисто рассмеялась, чем заставила его нахмуриться.

– Простите, но вы и грехи – это у меня в голове не укладывается. Более благородным и всепрощающим разве что сам Иисус во время жизни был, – пояснила она.

Он поморщился и, чтобы скрыть это, залпом выпил весь кофе. Девушка поняла, что ответа не дождется, и ушла, а он остался наедине со своими мыслями и чувством вины, которое, впрочем, сразу ушло, стоило ему посмотреть на фотографию дочери и жены на столе. Нет, всё же он всё делает правильно. Пусть не по Божьим законам, но эти твари ответят за всё, испытав тот же ужас и отчаяние. Уж он-то об этом позаботится.

Глава 1

– Нет, нежно-светло-розовый отличается от холодного светло-розового. Принеси другую ткань! – раздражённо, но всё ещё с энтузиазмом попросила Лора Чериез.

Черноволосая низкая Карен за стойкой уже, наверное, трижды пожалела о том, что сегодня вышла на работу, но всё равно улыбнулась и скрылась в подсобке. Пенелопа закатила глаза. Она тоже никакой разницы между этими цветами не видела.

– Прежде чем ты спросишь. Холодный светло-розовый делает тебя бледной и оттеняет синяки под глазами. Я не могу позволить своей подруге так выглядеть во время свадьбы. – Лора перекинула копну своих пшеничных волос за плечо.

– Как скажешь, великий гуру свадеб. – Пенелопа рассмеялась и посмотрела на себя в зеркало в полный рост.

Чего у Лоры нельзя было отнять, так это чувство стиля. Пусть они торчали уже четыре часа в единственном свадебном салоне торгового центра в Сент-Ривере, но этот результат того явно стоил. Даже в одном только приталенном платье, расходящемся к низу, она чувствовала себя чуть ли не принцессой. Оно очень грациозно очерчивало её подтянутый силуэт, визуально уменьшало плечи и скрывало мелкие незначительные недостатки, а именно шрамы, которые она получила во время работы в полиции.

Карен принесла новый рулон ткани, поднялась на помост и приложила ткань к груди Пенелопы. Лора прищурилась, будто хищная птица, а потом кивнула.

– Да, это то, что надо. Мы оформим заказ, – сказала она.

Пенелопа и Карен облегчённо выдохнули. Пока подруга не передумала, Пенелопа поспешила скрыться в кабине и переодеться. Даже с её физической подготовкой стоять неподвижно столько времени оказалось не самой простой задачей. Любимые джинсы и затёртая футболка после этого казались удобнее всего на свете.

Лора ждала её у стеклянных дверей, уткнувшись носом в список.

– С платьем, туфлями, украшениями, развлечениями, фотографом, цветами и музыкой мы разобрались. Остались причёска, маникюр и меню, – задумчиво пробормотала она.

– Я голосую за последний вариант, – резво произнесла Пенелопа.

В животе у неё начало урчать ещё час назад. Лора кивнула, и они вышли из торгового центра на улицу Лилий. На секунду Пенелопа зажмурилась от палящего летнего солнца. Температура в последние дни била все рекорды, и находиться где-то без кондиционера не представлялось возможным.

Они выбрали самый короткий маршрут к ресторану и пошли через парк. Даже тень от высоких деревьев не помогала. Пенелопа с жалостью посмотрела на пару лебедей, усиленно прячущихся под ветвями ивы и не вылезающих из воды. Выглядели птицы измученными. Казалось, ещё немного – и даже фонтан со статуями по другую сторону от пруда расплавится.

Когда они зашли в прохладное помещение дорогого ресторана на улице Орхидей, с них уже семь потов сошло.

– Господи, ну почему так жарко? – обмахиваясь списком, спросила Лора.

– Не знаю, но я уже подумываю перенести свадьбу на осень. – Пенелопа устало рухнула на стул около огромного фикуса.

Даже не поднимая глаз на подругу, она поняла, что Лора сейчас может её на части порвать за такие слова.

– Даже не вздумай опять в кусты прятаться. Тебе уже тридцать! – прошипела та, садясь за белый, с изящной резьбой столик напротив неё.

Пенелопа в ответ скривила нос. Они с Итаном Хейзелом встречались всего два с небольшим года, но знали друг друга с университета. Признаться, ещё три года назад их отношения оставляли желать лучшего. Он не мог выразить ей свои чувства, а она их в упор не замечала. Свёл их, как бы странно это ни звучало, труп на считавшейся элитной в Сент-Ривере улице Роз.

Пенелопа как глава следственного отдела взялась за расследование, а Итан как адвокат взялся защищать единственного подозреваемого. Никто тогда не знал о том, что по ходу этого дела она влюбится, приобретёт новый дом, заденет интересы богатейших и сильнейших мира сего и влипнет в почти смертельные неприятности.

Хорошо то, что хорошо кончается. С «Дела об альтернативной медицине» прошли спокойные полтора года, но полностью расслабиться после срочной поездки в Россию под прикрытием она всё ещё не могла. Ей повсюду чудились заговоры и враги.

– Ладно-ладно. Выйду я за этого саркастичного красавчика. Вот и он, кстати, лёгок на помине, – сказала она, наблюдая через окно, как рядом с рестораном останавливается красный и начищенный до блеска «Роллс-Ройс».

Черноволосый Итан вышел из машины, глянул на безоблачное небо своими яркими зелёными глазами, потом заметил девушек и с широкой улыбкой направился к ним.

– Так и знал, что найду вас здесь, – со смешком сказал он, поцеловав Пенелопу в щёку и сев рядом.

– Я такая предсказуемая? – уточнила Пенелопа.

– О нет. Ты женщина-неожиданность, а вот твой желудок вполне предсказуем, – с иронией заметил он.

Пенелопа закатила глаза, но вынужденно признала его правоту. К их столику наконец подошёл сухощавый и высокий Люк, начавший работать здесь всего месяц назад.

– Мне, пожалуйста, сома в томатном соусе и пиццу с ананасами, – не глядя заказала она и поймала на себе взгляды Итана и Лоры. – Не надо так на меня смотреть. Я не беременна.

– Я тоже так думала полтора года назад. А сейчас уже замужем и ращу милашку Мишель. Хорошо хоть роды на фигуре не сказались, хотя беременность – то ещё приключение, – меланхолично заметила Лора и заказала салат с креветками.

– Будь ты беременна, это сделало бы меня самым счастливым человеком в мире, но, боюсь, ты слишком упряма для этого, – проворчал Итан.

Глаза Лоры распахнулись от удивления. Она дождалась, пока он закажет себе крем-суп и официант уйдёт, а потом наклонилась ближе и понизила голос:

– Только не говорите, что вы всё ещё используете защиту.

– Именно это я и имел в виду, – кисло заметил Итан и подался ближе к Лоре. – А я ведь не молодею. Совсем старик уже почти.

Он наигранно вздохнул и хлопнул себя по торсу с кубиками пресса. Пенелопа фыркнула от этой неубедительной попытки надавить на жалость.

– Всему своё время. Я пока не готова к детям, – ответила она.

– К первенцу нельзя быть на сто процентов готовой. – Лора с пренебрежением махнула рукой.

Пенелопа вздохнула. На самом деле она ничего более не имела против детей после вынужденной работы в школе, но представить себя мамой не могла. Всё это казалось ей таким далёким и невероятно сложным, что она старалась об этом не думать.

– Ну ничего. Я возьму тебя измором. С отношениями и свадьбой сработало, значит, и детьми так же обзаведёмся. – Итан кивнул сам себе со знающим видом.

Пенелопа не выдержала и пихнула его под столом. Он заливисто рассмеялся и собрался продолжить эту тему, когда телевизор над ними заорал:

– Сегодня ночью бывший министр финансов покончил с собой в камере тюрьмы особо строгого режима…

Звук резко пропал. У Пенелопы от этого в ушах зазвенело.

– Простите! – воскликнул Люк, покраснев с головы до пят.

В руках он держал злополучный пульт, которым и включил ранее телевизор.

– Всё в порядке. Мне всё равно два слышащих уха были без надобности. На суде и одного хватит, – громко ответил Итан, заставив парня переживать ещё больше.

– Он просто шутит. У нас правда всё хорошо, – с нажимом сказала Пенелопа, глянув на жениха.

Итан состроил невинное выражение лица. Люк скрылся на кухне, а потом принёс им по холодному лимонаду.

– Это за счёт заведения. Ещё раз простите, – пробормотал он и исчез.

Пенелопа попробовала напиток и поняла, что сочетание мяты с лимоном в нём идеальное. Настроение у неё улучшилось.

– А он разве не был одним из верхушки ГБО? – с хмурым видом спросила Лора, продолжая смотреть телевизор.

Пенелопа пожала плечами. О государственной благотворительной организации, оказавшейся настоящей теневой фирмой по созданию клонов богатых людей, ей совсем не хотелось говорить.

– Понятия не имею. Я в отпуске, так что давай лучше обсудим меню на свадьбу. Ты точно уверена, что стоит проводить её именно здесь? В кафе у Маргарет дешевле и еда ничуть не хуже, – заявила она.

Лора оторвала взгляд от экрана и вновь вернулась к разговору о торжестве. Пенелопа краем глаза глянула на телевизор. Там всё ещё показывали тюрьму. Ей не очень верилось, что такой человек, как министр финансов, мог взять и просто повеситься.

Она слышала, что он не единожды оспаривал приговор в суде и уже смог скостить себе половину срока, значит, положил слишком много сил на освобождение, чтобы всё так закончить. Странное дело, но ни её, ни кого-либо из присутствующих оно, к счастью, не касается.

Глава 2

Следующие несколько часов Пенелопа убеждала Лору перенести место торжества с ресторана на улице Орхидей в кафе у Маргарет. Подруга долго упиралась, но в итоге согласилась, признав, что там порции будут больше. После этого они заехали и договорились об оплате и меню в милейшее розовое кафе. Пухлая маленькая владелица, едва закончив со всем официальным, хитро подмигнула Пенелопе, будто заранее знала, что она всё же остановит выбор на её заведении. Та в ответ улыбнулась и пожала плечами. Если бы не мокко Маргарет по утрам, то она бы, наверное, уже умерла от тоски на работе.

Следующей остановкой стал салон красоты. Вычурный Захария Кьюри в разноцветной одежде чуть все волосы Пенелопе не выдернул, рассматривая их структуру и причитая над тем, что убрать эту копну длинных каштановых волос «во что-то более приемлемое», чем её любимая коса, дело очень трудоёмкое. Целых два часа ей пришлось слушать про гели, маски и лаки, которые Захария обсуждал с Лорой. К Пенелопе, к счастью, никто не обращался. Мастер, наверное, всё понял, когда на вопрос: «Милочка, вы каким кондиционером пользуетесь?» – Пенелопа понюхала одежду и ответила: «Альпийская свежесть»…

В общем, мучение подошло к концу, только когда солнце село. Довольная Лора и очень уставшая Пенелопа вышли из салона у торгового центра на улицу. Жара немного спала, и дышать стало куда легче.

– Мы отлично потрудились сегодня и закончили все основные приготовления. Я проконтролирую, чтобы все всё сделали в срок, а ты не забудь про репетицию в церкви в понедельник, – назидательно сказала подруга.

Пенелопа подавила протяжный стон. Вся эта праздничная мишура ей не очень-то нравилась, но Итан настоял на традиционной свадьбе, а она проиграла ему пари, несколько месяцев назад неправильно угадав, в какой цвет перекрасил свою машину её коллега. Хорошо хоть Лора согласилась помочь, иначе бы она ещё пару лет всё подготавливала.

– Спасибо. Тогда увидимся в понедельник? – спросила она.

– Угу, – промычала Лора, что-то печатая в телефоне. – Мишель пролила вишнёвый сок на диван, и у Саймона, кажется, скоро начнётся нервный тик от того, что пятно не сходит. Пойду спасать.

Даже несмотря на то, что их дочь появилась на свет всего несколько месяцев назад Лора мало того что успела вернуть себе былую форму, так ещё и вернулась на работу, оставив в декрете мужа.

– Советую попробовать пенный пятновыводитель, – заметила Пенелопа, знавшая, что Лора знакома с уборкой примерно так же, как и Саймон, который большую часть жизни провёл в больнице.

Лора улыбнулась, послала ей воздушный поцелуй и убежала. Пенелопа потянулась и тоже решила отправиться домой.

Она пошла по улице Лилий мимо вычищенной до блеска школы. Пусть сейчас она и видела лишь крышу, выглядывающую из-за высокого непрозрачного забора, но отлично помнила как внешний, так и внутренний вид учебного заведения. Её как главу следственного отдела иногда приглашали провести занятия для детей. Пенелопа всегда соглашалась, так как считала, что знания о безопасности никогда и никому ещё не были лишними.

Впереди показались тоненькая лесополоса и поворот налево, который вёл к песчаному пляжу у небольшой, но очень чистой речки. Пенелопа прошла чуть дальше и упёрлась в блокпост. Чед Вайлс отсалютовал ей и поднял шлагбаум, Пенелопа помахала ему рукой. Пожив на улице Роз какое-то время, она окончательно изменила своё мнение об этом габаритном парне, любившем в подростковом возрасте хорошенько похулиганить. Сейчас же между ними сложились весьма дружеские отношения.

Пенелопа ещё издалека увидела свой современный двухэтажный дом, стоявший чуть в отдалении от других. Пусть все дома на улице Роз славились своей роскошью, красотой и изяществом, этот стал для неё особенным по многим, в том числе и не самым приятным, причинам.

Она подошла к калитке, взялась за ручку и замерла. Что-то шло не так, как обычно? Она потерянно осмотрелась. Дорожки были ярко освещены фонарями и светом луны, а в траве стрекотали сверчки. Покой и спокойствие. Вот в чём дело.

Пенелопа с сочувствием посмотрела на дом, находившийся чуть дальше по улице. В нем жила вредная старая женщина, потерявшая мужа, двух сыновей и, совсем недавно, любимую собаку. Пантелеймон никогда Пенелопе не нравился, но Веронике Никсон она всё же посочувствовала, когда до неё дошла весть о смерти старого пса. Соседка устроила ему настоящие похороны с гробом, священником и плакальщицами.

Они с Итаном тоже получили приглашение на эту скорбную церемонию, но синхронно сослались на занятость и специально задержались на рабочих местах в тот день. С тех пор Вероника демонстративно задирала нос при их приближении и сразу уходила. Наладить с ней отношения Пенелопа ни разу до этого не пыталась, так и зачем было начинать?

Она зашла на свой участок и прошла по каменной дорожке между туями к двери. Рядом приветливо сверкнул «Роллс-Ройс», говоривший о том, что его хозяин уже дома. Она зашла и включила свет в чистом холле. Как же всё-таки хорошо, что Доротея работает у них с Итаном горничной три дня в неделю.

Пенелопа поднялась на второй этаж в спальню и переоделась в домашнюю одежду. Итана нигде не было видно, что настораживало. Она заглянула на кухню, а потом в ванную, которую они полностью переделали после «Дела о проклятом завещании». Его и там не оказалось. Она нахмурилась и вышла в сад, встретивший её цветочным благоуханием. Садовник Григорий, осознавая, что его новые работодатели – люди занятые, высадил поближе к дому разноцветные мирабилисы и гладиолусы, которые распускались ночью и радовали их своим видом.

Пенелопа вдохнула сладкий аромат и осмотрелась. Вдалеке показался странный огонёк. Она нахмурилась, лёгким движением руки подхватила стоявшие неподалёку грабли и пошла на свет.

Подойдя чуть ближе, она поняла, что кто-то развёл костёр на территории у реки, и покрепче ухватилась за орудие. Даже если это Итан, терять бдительность пока рано. Через пару метров она увидела лежавший на песке плед и своего жениха, с увлечённым видом жарившего на костре маршмеллоу. Девушка облегчённо вздохнула и начала судорожно искать место, чтобы спрятать грабли, пока он их не заметил, но опоздала.

– Я, конечно, не подарок, но на сорняк тоже не похож, – саркастично сказал Итан, улыбнувшись ей.

– Ты мог бы оставить записку, что у нас сегодня ночной пикник, – проворчала Пенелопа, садясь рядом.

– Тогда у меня не получился бы сюрприз. – Он широко улыбнулся и продемонстрировал ей сосиски, запечённую в фольге картошку и бутылку вина: – Видишь, какой я молодец!

Она широко улыбнулась и наклонилась к нему поближе.

– Ты просто самый лучший мужчина из всех возможных, – прошептала она.

Зелёные глаза Итана потемнели. Он резко отстранился и немного отодвинулся.

– Сначала еда, а потом всё остальное. Я после работы ещё ничего не ел, – произнёс он.

– Как скажешь. – Пенелопа взяла в руки тёплую сосиску и медленно съела её, облизав затем каждый палец. – Это очень вкусно.

Итан сглотнул, неотрывно наблюдая за её действиями. Пенелопа потянулась за следующей, но он резко схватил её за талию и уложил на плед.

– Ты порой бываешь просто невыносимой, – томно произнёс он.

– Мне есть у кого поучиться, – со смешком ответила она.

Итан наклонился и поцеловал её. Она зарылась руками в его волосы, позволяя ему исследовать руками её тело. Он всегда всё делал очень осторожно и нежно, что сводило её с ума. Этот раз не стал исключением. Пенелопа даже не заметила, как они оба оказались без одежды. Неподалёку журчала река, костёр выбрасывал наверх свои языки в яркое звёздное небо, а они – только вдвоём – наслаждались друг другом снова и снова, не в состоянии насытиться. Их жизнь уже поистине прекрасна и должна стать только лучше, когда она скажет ему заветное «да» у алтаря.

Глава 3

Пенелопу разбудил раздражающий звонок. Она высунула из-под одеяла руку и нащупала на тумбочке злополучный телефон. Звонили с незнакомого номера.

– Алло? – широко зевнув, произнесла она и посмотрела на время.

Часы показывали без пяти шесть. Слишком рано для звонков без дела. На неё нашло нехорошее предчувствие.

– Здравствуйте, вы Пенелопа Стилсон? – спросил женский голос.

– Верно. Если вы по поводу каких-то документов из участка, то я в отпуске. Могу написать вам номер Лоры Чериез…

– Я не по поводу вашей работы в полиции. Меня зовут Николь Шейрон. Мэр Барлоу дал мне ваш номер. Можем ли мы переговорить лично? – спросила девушка.

Ну вот и оправдались её опасения. Пенелопа вздохнула. То, что мэр дал кому-то её контакты, означало лишь одно – сейчас она говорит с очень важным в правительстве человеком. Да и имя девушки звучало как-то знакомо.

– Да, хорошо. Где вы хотите встретиться? – уточнила она.

– Меня устроит любое место без лишних свидетелей, – ответила девушка.

Пенелопа на миг задумалась. Летним утром в будний день меньше всего людей будет на кладбище или…

– Тогда как насчёт пляжа? – спросила она, не желая приглашать незнакомку в дом.

– Буду ждать вас там через полчаса. – Девушка сбросила вызов.

Пенелопа поморщилась, осознав, что собеседница привыкла раздавать приказы. Она точно не простая личность. Пришлось встать и второпях собраться. Хорошо хоть Итан уже уехал на работу и никак не мог отвлечь её ненужными вопросами.

От улицы Роз до пляжа была всего пара километров, поэтому она не стала брать машину и решила пробежаться и заодно до конца проснуться. Ровно через двадцать семь минут после звонка она остановилась на конце дорожки и осмотрелась. Солнце уже давно встало, над головой летали стрижи и ласточки. Погода оказалась безветренной, поэтому река больше напоминала зеркало, чем что-то текучее.

Посреди всего этого стояла женщина в строгом сером деловом костюме и с пучком на голове. Она заметила Пенелопу и кивнула, поправив очки. Пенелопа почувствовала себя одетой жутко неуместно в футболке и шортах, с хвостом на голове. Всё же надо было потратить больше времени на сборы и приехать на «Феррари».

– Здравствуйте, – незнакомка протянула руку, и Пенелопа наконец смогла оценить её возраст.

К удивлению, несмотря на молодой голос, она оказалась женщиной лет сорока пяти, которую Пенелопа сразу узнала.

– Позвольте, я представлюсь ещё раз. Меня зовут Николь Шейрон. Я одна из двенадцати советников президента Тесвиерии Уильяма Жензель, – сказала она.

Пенелопа кивнула, напрягаясь и готовясь к неизбежному.

– Зачем вы меня искали? – спросила она.

– Что вы знаете про «Голден Рок»? – вместо ответа произнесла Николь.

Пенелопа задумалась, а потом выдала без запинок:

– «Голден Рок» – новый современный курорт, оснащённый всеми видами техники, который решено было построить в Сент-Ривере пятнадцать лет назад, но из-за недостаточного финансирования стройку прикрыли.

– Его официально достроили, и вчера вечером закончились все испытания аппаратуры, – ответила Николь. – Через два часа запустят рекламу, а первых гостей курорт примет уже через две недели.