Ворона, Кошка и Лягушка

Глава 1

Ворона

Находиться здесь невозможно. Не хватает воздуха, а голова разрывается от боли, но выбора нет. Я забилась в самый угол комнаты под стол, но это не помогло. Меня уже несколько раз вырвало, поэтому к тёмной энергетике примешался ещё и запах рвоты. Зажмурилась, ощущая кожей страдания и боли тех ведьм, что побывали здесь до меня. Хорошо, что центры под покровительством храма были разрушены ещё до моего рождения. Ведьмам в них жилось нелегко. Их мучили, а потом с жестокостью убивали, потому что какой-то человеческий Бог так решил. Старшие редко об этом вспоминали, но всегда шепотом и с огромной ненавистью. Могла их понять. Просто находиться в этой пыточной комнате под землей – испытание не из легких. Меня угнетали длинные темные коридоры центра, клетки и эта небольшая комнатка с цепями. Прочувствовать отголоски прошлого можно было только встав на первую ступеньку лестницы, что вела в этот ад.

Когда уже думала, что потеряю сознание, в коридоре раздались шаги. Услышав их, вздрогнула. В них было моё спасение и наказание одновременно. Замок щелкнул и в комнату зашла высокая женщина с прищуренными глазами. Увиденное ей не понравилось.

– Ровена, немедленно встань, – приказным тоном сказала наставница.

Меня потянуло к ней. Игнорировать нашу связь – бессмысленное занятие. Сней дала мне имя и тем самым привязала к ведьмовской природе и к самой себе. Теперь, пока она не признает меня равной, эта связь будет заставлять подчиняться.

Я кое-как вылезла из-под стола. Всё тело дрожало. Наставница разочарованно щелкнула языком. Стало стыдно из-за того, что не могу оправдать еë ожиданий. Наверное, стоило попытаться продержаться подольше. Сней развернулась и пошла к выходу. Поплелась следом, споткнувшись пару раз. Мне очень сильно хотелось побыстрее покинуть оставленный всеми живыми центр.

Свежий воздух на поверхности привёл меня в чувство. Лето уже подходило к концу, но рассветное солнце всё ещё хорошо грело. Вдалеке запели птицы. В этот раз просидела взаперти всю ночь. Сней оставила меня там дольше обычного. Значит ли это, что наставница начала больше верить в мои силы?

– Уже год прошёл, а толку никакого, – резко произнесла Сней, прервав мои мысли.

Смутилась, поняв, насколько сильно ошиблась. Снова опустила взгляд на собственные грязные ноги. После того, как отчитают, надо будет отмыть с них засохшую рвоту.

– Простите, – промямлила я.

– Видимо, мотивации всё ещё недостаточно. Окажись Арахна в такой ситуации, непременно нашла бы выход. – Наставница продолжала злиться.

От еë сравнения я вздрогнула и скривилась. Моя знаменитая мать умерла четыре года назад в тот день, когда новая глава ковена дала мне ведьмовское имя. С тех пор только и слышу: Арахна то, да Арахна это… Она была великолепным лидером до тех пор, пока Медуза не промыла ей мозги. Потом совершила ошибку в заклинании и бессмысленно умерла. Конец истории.

Для меня еë смерть стала ударом. Вместо того, чтобы защищать свою дочь, она решила умереть. Чудесно. Пусть катится к Богу Шери! Я справляюсь и без неë. От этих мыслей начала злиться. Было бы лучше, если бы Сней перестала видеть во мне тень Арахны. Мы с ней совершенно не похожи. Я не собираюсь пытаться разговаривать с людьми, как Арахна или Медуза. Они столько лет мучили нас. Диалог с ними невозможен. Люди даже создали оружие разрубающее магию. Кирасиры, которые им владели, представляли для нас наибольшую опасность. Они подчиняются храму и аристократии в равной мере, но и те, и другие хотят от нас избавиться из-за их веры. Мне сейчас и с рядовым кирасиром не справиться, что уж говорить об офицерах, что могут использовать магию оружия или вообще всемогущих генералах. Как это оружие создают – неизвестно, хотя ходит слух, что эту тайну забрала с собой в могилу Арахна. Зато ведьмы разобрались в том, как можно попытаться противостоять их оружию. Надо укрепить свои силу воли, жажду жизни и иммунитет к темной энергетике. Собственно, именно поэтому наставница закрывала меня в той комнате в центре.

Сней продолжала бурчать что-то всю дорогу до Виджестики, единственной в своем роде деревни ведьм. На дворе стояло раннее утро, поэтому ведьмы только начали выползать из своих деревянных домов. Они сонно потягивались и уважительно кивали Сней, когда та проходила мимо. Старалась не привлекать к себе ничье внимание и быстро шагала рядом по каменным дорожкам.

Моё внимание привлекла академия. Её башня уходила вверх на несколько этажей, а множество окон сверкали на солнце. Мне уже исполнилось одиннадцать, поэтому в начале нового учебного года я должна была поступить туда, но Сней считала это пустой тратой времени и моего таланта. Наставница поймала мой взгляд, направленный на академию. Я тут же потупила глаза. Не стоило злить еë ещё больше. Мы дошли до маленького домика, в который я переехала после того, как мне дали имя. Сней устало вздохнула.

– Приведи себя в порядок и отдохни до обеда, после этого садись за учёбу. Вечером я проверю твои успехи, – строго произнесла она.

Послушно кивнула. После ночи в том месте спать хотелось очень сильно. Поднялась на несколько ступенек, открыла дверь и проскользнула внутрь. Меня встретила обычная одинокая тишина и полностью пустая комната. Я широко зевнула и вытащила свой серебристый гримуар из груди: его тяжесть в руках всегда успокаивала, хотя Сней бранила меня за его чрезмерное использование. Сейчас я слишком устала, чтобы воспроизводить заклинания без него, что было вполне возможно, но требовало в несколько раз больше сконцентрированности.

Листы гримуара зашуршали. Когда они остановились, положила на него руку. Из пола выросло большое деревянное корыто. Земельная магия давалась мне довольно просто. Принцип у неë простой. Если разобраться в структуре, размерах составных частиц и свойствах материалов, то создать можно что, когда и из чего угодно. Обо всём этом в своих учебниках писала Небула. Эта ведьма являлась одной из состава высшего ковена и управляла в деревне строительством, выращиванием еды и пошивом одежды для тех, кто этого сделать не мог. Больше всего меня в их магии интересовало перемещение в пространстве, но пока даже не пробовала его тренировать. В случае неудачи последствия могут быть тяжелыми.

Я налила в корыто воду, вытащив капли из утреннего влажного воздуха. Это действие не требовало больших усилий, поэтому гримуар даже не шелохнулся. Моё водное сродство ещё ни разу не подводило, в каком бы состоянии я не находилась. Его применять начала очень давно. Тогда ещё даже Арахна была жива.

Одежда полетела на пол. Было ошибкой идти в то место в платье – ноги продрогли до костей. В следующий раз непременно надену штаны с рубашкой. Вода в корыте оказалась ледяной. Я поежилась. Помыться так или попробовать разогреть воду? Огненная магия мне всё ещё не давалась. Она слишком сильно отличалась от моего сродства. Я попробовала сосредоточиться на огне и чуть не уснула.

Пришлось залезть в ледяную воду. Сидеть в ней не хотелось. Я быстро оттерла грязь с лица, рвоту с ног и помыла голову. Из корыта просто выпрыгнула. Теперь утренний воздух казался мне ещё более тёплым, чем до этого. Гримуар зашелестел страницами. Я подавила соблазн создать кровать и просто завалиться спать. Если после такой ванны заболею, то Сней может меня придушить. Итак, много проблем ей доставляю.

Создала зеркало и расчёску. Воздух подчинялся мне менее охотно, чем земля, но жаловаться не приходилось. С помощью гримуара сдвинула пласт воздуха. Ветер начал шевелить волосы. Прошлась по ним пару раз расчёской. Распутать получилось с трудом: несколько локонов упало мне на глаза. С раздражением смахнула их и встретилась взглядом со своим отражением.

Сней как-то сказала, что у нас с матерью одинаковые жёлтые глаза. Насколько это правда, не знала. Вернее, не помнила. Мои воспоминания об Арахне расплывчатые. Помню только то, что рядом с ней когда-то давно было комфортно, зато её сестра Медуза отпечаталась перед глазами.

«Когда тебе понадобится информация, найди меня», – вспомнились мне еë слова.

Зачем мне искать эту предательницу? Какие ответы она хотела мне дать? Всё это только раздражало, особенно еë взгляд в тот момент, когда она покидала Виджестику. Не знаю насчёт Арахны, но Медуза имела точно такие же глаза, как у меня. Тётка ведь, как-никак.

Я снова зевнула. Голова переставала работать. Кровать появилась посередине комнаты, но мне уже было всё равно. Свалилась на неë и тут же уснула. Когда пришла в себя, уже начало темнеть. Резко вскочила на ноги, поняв, что проспала. Впопыхах оделась, убрала мебель и выскочила из дома.

– Мне нужны книги по огненному сродству, – произнесла, как только влетела в небольшую пристройку у академии.

Там меня встретили плетеные книжные шкафы, море книг и не очень довольная управляющая Ронзет. Эта работа считалась не опасной, поэтому на неë часто брали беременных. Круглолицая Ронзет сидела здесь уже семь месяцев и живот у неë рос будто по часам.

– Второй этаж, слева, – неохотно ответила она.

Вбежав вверх по лестнице, быстро нашла нужные книги. Отдышаться не получалось. Я сделала пару глубоких вдохов и погрузилась в чтение. Времени до прихода Сней осталось очень мало.

«Для возникновения пламени необходимы три основных компонента:

1. То, что будет гореть (например, дерево);

2. То, что позволит осуществить процесс (например, наличие воздуха);

3. Температура».

С первыми двумя никаких проблем не было. Как нагнать температуру? Я открыла содержание и перешла на нужную мне страницу.

«Увеличить температуру можно с помощью трения материалов друг о друга или концентрирования частиц света в одной точке. Для изучения рекомендуется использовать первый способ. Он более долгий, но впоследствии его можно ускорить добавлением определённых элементов таких, как сахар или фиолетовый заживляющий порошок (за элементами обратитесь к преподавателю, и не используйте их без присмотра)».

Я разочарованно вздохнула. Трение мне давалось сложно. Очень мешала влажность, которую чувствовала буквально повсюду.

– Ровена здесь? – услышала я голос Сней снизу.

Мне отчаянно захотелось слиться со шкафом.

– Наверху, – ответила Ронзет.

Я закрыла книгу, поставила еë на место и спустилась вниз.

– Наше занятие переносится на завтра, – сказала наставница, как только увидела меня.

Почувствовала волну облегчения, но никак его не выразила.

– Продолжай учиться, – произнесла Сней и задумалась. – Если справишься со стихиями и научишься не блевать в…

Она перевела взгляд на подслушивающую Ронзет. Давно заметила, что Сней не хотела распространяться о моем обучении. Наверное, я слишком жалко выгляжу, когда выполняю её поручения.

– Я поняла, о чем вы, – смиренно ответила я.

– Тогда я подумаю о том, чтобы дать тебе возможность учиться в академии, – неохотно закончила она.

– Правда? – не смогла сдержать своего энтузиазма, и он просочился в голос.

Сней кинула на меня недовольный взгляд. Я откашлялась.

– Я вас поняла. Спасибо, – спокойно ответила я.

Сней снова что-то проворчала и ушла. Я же вернулась на второй этаж и решила поискать ещё книг про огненное сродство. У меня почти не осталось времени до нового учебного года, а наставница может быстро передумать, если буду тянуть с освоением стихий.

Глава 2

Кошка

Заснуть получилось только с рассветом, поэтому бабушка не сразу смогла меня разбудить.

– А я говорила, чтобы ты допоздна не сидела, – проворчала она. – Катра, если ты сейчас же не встанешь, то опоздаешь в свой первый день.

Я слышала еë, но кровать слишком сильно манила. Оторвать голову просто невозможно: она срослась с этой мягкой подушкой магическим образом. Бабушка вздохнула и применила самое жёсткое своё оружие:

– Арахна никогда не опаздывала на совещания. Она была бы разочарована твоим поведением.

Резко откинула одеяло в сторону и встретилась с хитрым взглядом всё ещё рыжей не смотря на возраст ведьмой.

– Это не честно, – пробубнила я, но с кровати встала.

– У тебя не так много времени. Поторопись со сборами и разгреби этот хлам. Помнится, я тебя об этом ещё вчера просила, – назидательно произнесла она, разведя руки в стороны.

– Это не хлам! – раздражённо воскликнула я и любовно осмотрела свою комнату.

Вещи в шкафу у меня никогда не хранились. Вместо этого они украшали спинку простого с виду стула. Всё равно одевалась я каждый день: зачем утруждаться и складывать их на полки? Это пустая трата времени. На полу ровно через шаг стояла моя обувь. Логика была та же, что и с одеждой. На столе красовалась груда книг и моих записей. Бабушка хорошо прятала книги, читать которые мне было ещё не положено, а я отлично умела их находить.

Взгляд уткнулся в стеклянный шкаф с самыми любимыми моими вещами. Он был чистым и красиво сверкал в утреннем солнце. Там хранила всё, что было связано с самой сильной, мудрой и прекрасной ведьмой на свете – Арахной. Деревянные фигурки, еë старый шарф, кружка, несколько ненужных документов с еë почерком. Обычно каждое начало недели переставляла их в новой последовательности, но теперь у меня появится слишком много дел. Я оживилась. Бабушка недовольно покачала головой. Интересно, когда она сдастся в попытках приучить меня к еë чистоте?

– Небула? Катра уже встала? – услышали мы голос моей наставницы снизу.

Вот ведь… Линей ненавидела ждать, а я всё ещё стояла в сорочке.

– Да, – одновременно ответили мы с бабушкой.

Начала стягивать сорочку и одновременно идти ко стулу с одеждой. Мне под ноги попался зимний сапог, и я чуть не упала. Бабушка закатила глаза и вышла. Через пять минут я уже спрыгнула с последних ступенек лестницы на первый этаж в штанах и рубашке.

Смуглая Линей окинула меня придирчивым взглядом почти чёрных глаз, создала расчёску и протянула еë мне. Я поморщилась. Хоть мои волосы и не были кудрявыми, но они постоянно торчали во все стороны, будто языки пламени. Приводить их в порядок – очередное бесполезное и неблагодарное занятие. Послушно взяла расчёску и несколько раз для виду провела еë по волосам.

– Теперь пойдём? Нам стоит поторопиться. Вдруг мы опоздаем? Я хочу занять самое лучшее место в классе! – начала тараторить я.

Наставница подняла правую руку, останавливая мой словесный поток. Бабушка чуть виновато посмотрела на Линей. Я же ещё ничего не сделала… Во всяком случае сегодня, да и на неделе старалась вести себя тихо. Взорванный цветочный горшок около дома не в счёт! Он не хотел вырастить мне какой-то жалкий росток, значит, сам напросился.

– Ты помнишь правила? – серьёзно спросила наставница.

– Не создавать проблем? – неловко уточнила я.

– Не использовать магию в коридорах и на улице, – пояснила Линей.

– А… – разочарованно протянула я, но спорить не стала.

Я упрашивала еë стать моей наставницей с тех пор, как Арахна умерла, ведь Линей была еë приближенной и входила в высший совет ковена. Пришлось постараться! Я упрямо терпела свои болезненные припадки, что начинают происходить у всех ведьм, когда магия не находит выхода. Мучилась знатно, не желая быть связанной непонятно с кем. В итоге Линей сдалась. Наставница из неë вышла хорошая, но слишком уж она любила правила.

– Так же прошу тебя вернуть в пристройку книги с разбором чёрного пламени Арахны, – категорично заявила она.

– Но… – я встретилась глазами с еë пристальным взглядом. – Хорошо.

– Жду тебя на улице. Небула хотела кое-что тебе отдать, – произнесла наставница и вышла.

С ожиданием уставилась на бабушку.

– Очень тебя прошу, слушайся Линей. Она пытается помочь, – назидательно сказала она, а я закивала головой, стараясь быстрее отделаться от формальностей.

Бабушка подошла ко мне и крепко обняла. Терпеливо ждала, когда она отстранится. Эти нежности были не для меня. Объятия, казалось, длились сутки.

– Возьми вот это. – Бабушка протянула мне медальон.

Я взяла кругляш в руки. Форма была у него неровной, а поверхность выпуклой. Он чем-то напомнил мне ракушку.

– Что это? Он какой-то странный. У него есть магические свойства? – сразу задала все вопросы, которые мне на ум пришли.

– Это принадлежало твоей матери. Ты стала совсем взрослой, поэтому я решила отдать его тебе, – мягко сказала бабушка.

– О… – смогла выдавить из себя я.

Воспоминаний о жизни до Виджестики у меня практически не было. Помню, как мы втроем с матерью и сестрой прятались и голодали, как старшая сестра пела мне колыбельные и как я лежала под еë безжизненным телом на холодной земле… Мама же часто оставляла нас одних. Не могу сказать, что испытывала к ней тёплые чувства. Будь она чуть более смелой, моя сестра могла бы выжить. Постаралась прогнать эти мрачные мысли.

– Спасибо, – чуть более собрано произнесла я, надела медальон на шею и выскочила на улицу.

Эта побрякушка мне мешать не будет, а бабушка останется довольна. Возможно даже как-нибудь возьмет меня с собой на совет, как одна из высших ведьм. Линей проводила меня до академии. Кое-как сдерживалась от того, чтобы пуститься бегом. Сегодня надо создать приятное первое впечатление. Учитывая, что мы одногодки, она тоже должна сегодня появиться. Интересно, сильно ли она изменилась за четыре года? Забавно, что мы жили в одной деревне, но за всё это время даже ни разу не пересеклись. Связующий нас фактор в лице Арахны после её смерти растворился. С тех пор с её дочерью мне видеться запретили.

– Катра! – весело окликнул меня знакомый голос.

Худенькая Савра в компании остроносой Глиарры махала мне рукой с крыльца академии. Я бросила взгляд на Линей, прося разрешения пойти к ним.

– Иди, но помни…

– Никакой магии не на уроках! – перебила еë я и сорвалась на бег.

Линей позади меня тяжко вздохнула.

– Вы готовы? – с энтузиазмом спросила я у своих новых одноклассниц.

– Я немного переживаю, – хмуро ответила Глиарра.

– Честно говоря, я тоже. Всю ночь не спала. – Савра широко зевнула.

Мы зашли в Башню. Нас встретил длинный и чистый коридор с ковром и огромными окнами.

– Мне также спалось с трудом. Нам столько всего предстоит выучить. Жду не дождусь! Как думаете реальный бой у нас когда будет? Сомневаюсь, что кирасиры такие уж страшные. Разве что генералы напряжные. Мне бы хотелось побыстрее начать выполнять боевые задания ковена. Арахна в нашем возрасте уже была способна на многое, а раз мы новое поколение, то должны быть сильнее. Во всяком случае об этом говорит теория накопления магии Киконы. Кстати, вы Ровену не видели? Линей показала мне списки… Ну, не совсем показала, но в общем, там было еë имя, – тараторила я всю дорогу.

– Мы еë не видели. Ты правда раньше с ней общалась? – с восхищением спросила Савра.

Несмотря на то, что мы с Ровеной с того мрачного дня больше не виделись, еë слава шла впереди неë. Гений с огромным магическим потенциалом, единственная ученица главы ковена и кровная дочь знаменитой Арахны – всё это было про неë. Впрочем, потенциал не являлся решающим фактором для становления легендарной ведьмой. У меня потенциал чуть выше среднего, но здесь важнее то, как его развивать.

Глиарра открыла резную дверь класса, и мы вошли внутрь. В его середине расположился помост, а вокруг на одинаковом расстоянии стояли маленькие столики для нас. Савра пихнула меня в бок привлекая внимание к девочке в светло-розовом платье с оборками и толстой светлой косой из волос. Обычно ведьмы предпочитали носить более тёмные оттенки. Арахна любила темно-алый. Его же носила и я.

– А я думала, что это просто плохая шутка, – насмешливо сказала Глиарра.

– Ты о чем? – уточнила, поняв, что что-то выпало из моего поля зрения.

– Ходил слух, что с нами будет учиться ведьма, что живёт с людьми. – Савра скривилась.

Интереснее не стало. Люди меня мало волновали. Я пожала плечами и поспешила занять своё место. Ведьмы прибывали, и вскоре одиннадцать из двенадцати мест были заняты. В кабинет вошла полная и низкая ведьма в чёрном платье.

– Всем здравствуйте. Меня зовут Перистерия. Вижу, что все в сборе, поэтому начнём урок…

– Не все, – дерзко и громко произнесла я. – Где Ровена? Она должна быть здесь. Разве не она двенадцатая?

Только закончив свой монолог, поняла, что мне не надо было открывать рот. Первое впечатление удалось на славу. Перистерия окинула меня недовольным взглядом.

– Попрошу вас не перебивать меня. Что же касается Ровены, то у неë своё особое расписание занятий.

На столы из шкафов вылетели и опустились книги от лёгкого щелчка пальцев ведьмы.

– Откройте первую страницу и начнём урок…

Уставилась на единственный пустующий стол и почувствовала укол разочарования. Неужели только я ждала нашей встречи?

Глава 3

Лягушка

– Я не хочу! Можно я просто останусь дома? – тихо проскулила я, ковыряя вилкой завтрак.

– Цветочек, тебе не нравится обучение? – ласково спросил дедушка.

Отложила вилку в сторону, протерла салфеткой рот и повернулась к главе нашей семьи, сидящей за большим столом в обеденной зале. Завтрак проходил тихо. Этикет не позволял даже звенеть столовыми приборами, поэтому этот диалог показался всем до жути громким. Папа кинул на меня предупреждающий взгляд. Я его проигнорировала: если кто-то и мог вытащить меня из академии, то это мой прекрасный статный дедушка Таурис Бормонте.

– Ведьмы грубые. Они совсем не знают правил этикета – ходят в чем попало и отпускают жёсткие шутки. Мне там не нравится, – чётко произнесла я, описав все прелести обучения.

– Прости, но это не обсуждается. Мир очень опасен, а я не смогу вечно защищать тебя, – мягко, но твёрдо ответил дедушка.

– Мамочка? – перевела умоляющий взгляд на самую красивую женщину за этим столом.

Мама замялась и отвела взгляд своих насыщенных синих глаз в сторону. Я была очень похожа на неë и очень этим гордилась. Когда вырасту, то тоже стану такой же красивой.

– Элила, не потакай Дайсериз, – холодно произнёс отец матери, когда та собралась хоть что-то сказать, сделав ударение на её человеческом имени.

В итоге мама промолчала. Я потупилась. Видимо, мне всё-таки придётся посещать ту отвратительную академию. Одинаково тощие и светловолосые Изур с Лангом рядом со мной захихикали. Им всегда очень нравилось, когда я не получала того, чего хотела. Дядя Ристер кинул на них всего один взгляд миндалевидных серых глаз, а их будто к месту прибило. Я подавила улыбку. Дедушка с таким трепетом ждал внучку, что на меня никто не смел как-то не так посмотреть. Даже папа мог получить от него подзатыльник за подобное.

– Дея, тебе пора в академию, – мягко заметила мама.

Я встала из-за огромного стола, уважительно кивнула дедушке и пошла к двери. Слуги молча отворили её передо мной. Мама догнала меня во дворе.

Наш осенний сад всё же невероятно красив: хризантемы, крокусы, флоксы и даже рудбекия тянулись к солнышку. Однако больше всего сад мне нравился весной, когда цвела черёмуха. Помимо невероятного аромата, это дерево было у дедушки самым любимым. Он даже дал мне имя в его честь.

Я поймала на себе взгляд мальчишки-слуги и помахала ему рукой. Жаль, что дедушка запрещал мне болтать со слугами, ведь не пристало леди графского дома Бормонте общаться с простолюдинами. Зато могла общаться с ведьмами. Где здесь логика? Хорошо хоть, что дедушка имел связи в храмах – многое решалось деньгами, поэтому нас с мамой не трогали. Таурис души не чаял в моей маме и во мне.

– Попробуй повеселиться хотя бы сегодня. – Мама погладила меня по голове.

– Хорошо, – неохотно согласилась я.

Она вытащила свой золотистый гримуар. Мама редко использовала магию, потому что еë магический потенциал оценивался очень низко. Даже со сродством к земле ей приходилось использовать почти весь запас магии без остатка, чтобы каждое утро перемещать меня в академию. Я унаследовала примерно такой же потенциал, но имела сродство с воздухом.

Мама поцеловала меня в лоб и положила руку на гримуар. Я почувствовала, как земля уходит из-под ног, а уже через секунду стояла уже у дверей в академию. За месяц мне так и не удалось к ней привыкнуть. Хорошо, что моим наставником стала мама. Ещё больше занятий со здешними ведьмами бы не вынесла.

Я дошла до нашей классной комнаты. В коридоре перед ней сегодня было настоящее столпотворение, сюда пришли даже ведьмы на пару курсов старше. Они облепили дверь и окна класса. Попыталась пробраться внутрь, но быстро поняла бесполезность этой затеи. Кто-то заехал мне локтем по носу.

– Что там происходит? – приглушенно спросила я, ощупывая нос.

– Ровена пришла на занятия, – ответила незнакомая мне ведьма.

– Ровена? – удивлённо переспросила я.

Кажется, уже где-то слышала это имя, но где?