Байт I. Ловушка для творца

От автора.

Действие происходит в мире очень похожем, но не тождественном Земле. Все совпадения случайны, различия надуманы.

Уважаемые читатели!

Убедительная просьба, внимательно ознакомьтесь с аннотацией! Если вам интересен чистый ЛитРПГ, – Вам точно не сюда. Здесь нет гайда по прокачке перса, нет, в общепринятом объеме, учета скиллов и абилок, описания спеллов, и рецептов для крафта шмота и ювелирки.

Не ждите того, чего я Вам не обещал!

О цикле «Шесть байт творения».

Тема:

Эти книги, не столько о том, как мы играем в компьютерные игры, а больше, о том, как играют нас. В жизни, в игре, в реале, в виртуале, в нашем мире, в других мирах, на стыке их, – ведь не зря сказано: «Вся наша жизнь, – игра!» Не столько о том, как созидаются новые миры и реальности, а о том, как не потерять то, что уже имеешь.

Ну и, конечно же, – о любви и ненависти, дружбе и предательстве.

Жанровая принадлежность:

Однозначно идентифицируется с трудом.

Большей частью – киберфэнтези. С драконами, вампирами и прочей атрибутикой. Остальное наполнение – ЛитРПГ, приключения, реальные исторические события, легенды и околонаучная философия. (Хотя, мне всегда было интересно – другая, бывает?) :)

И, конечно же, полный армагеддец – апокалипсис со всеми последствиями, случайно устроенный главными героями, куда уж без него!

О «Байте I».

Начинается книга двумя сюжетными линиями.

В первой – действие происходит в наши дни. Во второй – спустя двадцать три года. Согласен, – не легко держать в голове обе, но иначе теряется смысл дальнейших событий.

В свое оправдание могу только пообещать, – дальше будет легче. В конце первой книги они сойдутся в одну.

Если не передумали, – приятного чтения!

С уважением, А.В.

«… жизнь порою больший фарс,

чем все эти романы…»

«Любовное чтиво», Тимур Шаов.

2019 г.

Я – Ян. Детское прозвище, хотя меня еще называют Славом. А в целом так, – Всеслав Яновский.

Единственный сын своих родителей. Папа мой – отставной военный, даже на пенсии сохранявший типичную осанку строевого офицера – плечи, не взирая на груз прожитых лет, развернуты, спина прямая, как и его суждения: всего добивайся сам, никаких «блатов», «волосатых лап», взяток и прочих служебных входов в жизнь. И хотя шевелюра его более чем щедро припорошена сединой, смеется он с искренностью и беззаботностью мальчишки.

Мама – невысокая, даже в этом возрасте миловидная шатенка, в молодости была красавицей с косой по пояс и толщиной в руку. Сопровождая отца по всем многочисленным гарнизонам от Берингова пролива до Калининграда, мама так и не окончила последний курс консерватории, оставшись без профессии. Перебивалась то кладовщиком, то телефонисткой на коммутаторе, то простой домохозяйкой.

С самых малых лет я отличался непоседливостью и взрывным темпераментом, будучи главным заводилой, в любой компании детей очередного затаежного гарнизона. Многие наши шалости иногда оказывались не совсем безобидными, даже не имея изначально злого умысла. Так уж устроены дети – не маленькие безжалостные монстры, а увлекшиеся безоглядно новой игрой щенки, с визгом и веселой возней познающие мир. Кто же виноват в том, что по этим игровым площадкам порой бредут к непонятным и зачастую ненужным целям озабоченные и замкнутые в себе взрослые.

Играть со сверстниками в найди – догони, мне стало не интересно годам к пяти. Помаявшись бездельем некоторое время, я нашел себе новое занятие – научился читать, причем довольно скоро – бегло. Книги открыли для меня новые неизведанные, манящие запахами моря и сиянием звезд чужих галактик миры. Читал все подряд, запоем, в предвкушении невероятных приключений сливаясь сознанием с главными героями, исчезая из реальности и забывая о сне и еде.

Отца перевели на очередное место службы, как он решил – последнее. Двадцать восемь лет жизни – таким оказался его личный долг Родине. Новый гарнизон стал абсолютным рекордсменом по удаленности от цивилизации. Ближайшая школа находилась в небольшом поселке в трехстах километрах к югу. Поэтому на семейном совете, состоявшемся в квартире маминой матери – бабушки Анастасии, у которой мы проводили очередной отпуск отца, решили оставить меня доучиваться у нее. Бабушка, не чаявшая во мне души, с радостью согласилась. Последние пять лет до окончания средней школы я прожил с ней.

Родители уехали, а я пошел в очередную новую, уже седьмую по счету школу, где на второй день познакомился со своим первым настоящим, единственным, преданным навсегда, до самой смерти, другом – Серегой Кондовым.

«Конди».

Так его прозвали с моей легкой руки по карельскому названию бурого медведя, вычитанному в одной из купленных в Кижах книжек и созвучного с его фамилией – kondii. Безликая кличка «Малыш» ему совершенно не подходила, так я посчитал и оказался прав – Сереге новое прозвище понравилось. Темно-русоволосый, ближе к шатену, слегка неуклюжий увалень, не толстый, а просто широкий в кости, как былинный Добрыня. При одинаковом росте, мои руки и ноги, казались тоньше его в два раза. Зеленоглазый, всегда добродушный и рассудительный, порой наивный до бестолковости, но надежный и принципиальный во всем, что касается дружбы.

И я, жилистый, верткий, не лезущий за словом в карман, беспечный и свято верящий в «авось», кстати, не подводивший меня до сих пор. Серега иногда в шутку называл меня братом-акробатом и тяжелой рукой похлопывал по плечу, от чего я даже слегка приседал, а он искренне и легко смеялся, над моими подогнутыми коленками.

Шкоды мы были еще те. Не хулиганы, – руки в брюки и плевок сквозь зубы, после выкуренной за школой «беломорины». Нет. Обычная, как сейчас модно говорить, детская или подростковая гиперактивность. Без понтов и криминала. Не стану описывать все приключения, но поверьте, их хватало, впрочем, наверное, как и у вас.

Яновский и Кондов! Кого наказать? Обоих! Они же всегда все делают вместе!

Стандартная реакция учительского коллектива.

Так же, вместе мы увлеклись компьютерными играми.

Сергей полюбил шутеры, а мне нравились стратегии реального времени и игры с открытыми мирами, вроде GTA- III, в которых позволялось, в сравнении с другими бродилками – стрелялками, делать практически все.

Просто играть, не имея возможности что-либо менять под себя, быстро надоело. Часами сидеть после удачного сэйва (сохранения), пытаясь пройти не поддающийся уровень, можно только при первом прохождении. Бегать же сутками напролет по двухкомнатной хрущевке новомодной Counter-Strike, тысячу раз вынося мозги лучшим друзьям, играющим за противоположную команду? Что может быть скучнее? Я быстро понял – такое времяпровождение не для меня.

Уже в восьмом классе, играть в чужие игрушки я практически перестал, полностью утвердившись в желании создавать свои. Начал с программирования для чайников и первой моей любви – FMSLOGO, постепенно переступил порог вхождения в объектно-ориентированные, а далее высокоуровневые языки. Изредка, когда Серега приносил диск с новой игрой, мог засидеться, разбираясь в архитектуре, внутренних связях, тактике и прочих мелочах конкретного проекта, которые меня на тот момент интересовали. Да и просто, чтобы не выпадать из темы и не пропустить последних новинок.

Не все складывалось так быстро и радужно, как выглядит спустя годы, но я благодаря усидчивости и обнаружившейся склонности к математическому анализу справился. Единственной потерей, о которой даже и не знаю, грустить или нет, стало мое шило в известном месте, совершенно не совместимое с новым, полностью поглотившим меня увлечением, постепенно переросшим в образ жизни.

После выхода отца на пенсию, родители переехали к нам с бабушкой, где и жили мы все вместе, пока отцу не выделили первую в жизни собственную двухкомнатную квартиру. В эру, когда вся государственная собственность давно перешла в руки патологически голодных на любые активы олигархов, это показалось невозможным чудом.

На последнем семейном совете сообща приняли решение оставить меня жить у бабушки, к тому времени сильно постаревшей, чтобы я мог в меру возможностей помогать ей по хозяйству в свободное от учебы время. Чем я и занимался все два года до ее смерти. Она угасла как-то незаметно. Вернувшись из школы, я нашел ее в любимом кресле у окна с вязанием в руках, казалось – она просто спит, уронив спицы с недовязанным свитером на колени.

Приехавшие родители вызвали скорую и решили все вопросы, возникающие в таком случае. У меня от этих дней осталось ощущение печали и грусти. Светлой и тихой. Такой была бабушка. Я не перестаю любить ее до сих пор. Мама звала меня перебраться к ним, мол, вместе легче пережить утрату, но я отказался. Во-первых – не хотелось их стеснять, две комнаты на троих не так и много. А во-вторых, я уже чувствовал себя достаточно уверенно, чтобы начать самостоятельную жизнь, за последние годы, научившись решать все бытовые вопросы самостоятельно. Родители согласились с моим желанием.

Практически все свободное от школы время занимался дома, совершенствуясь в программировании, превратившись в настоящего затворника. Исключением стали занятия на тренажерах. Раз в два дня, не взирая на погоду и лень. Конечно же, не по собственному желанию, а благодаря жесткому неусыпному контролю Сергея. В этом вопросе он оставался непреклонен.

Я же подготовил ему месть другого плана – он стал моим постоянным и единственным альфа – тестером. Так и повелось, – я пишу очередную программулину, а Серега рядом делает школьные задания, как правило, за двоих. Пришло время и школа с детством, стали воспоминанием, вручив на прощание аттестат зрелости. Мы же с Сергеем поступили в один университет. Он на факультет социологии, а я на факультет компьютерных наук. Тут уж пришлось вести конспекты самому.

Лишних знаний не бывает, убедился на своем небогатом опыте, – и математика и физика пригодились, хотя ими нам забивали мозги до самой дипломной работы, не смотря на то, что компьютерные науки – совершенно не физмат. (Кто хочет со мною поспорить, – пообщайтесь с ребятами с этого факультета, желательно глядя друг другу в глаза, – они Вам объяснят, кто представляет собой частично определенную функцию, а кто – многозначную). Однако тот, кто составлял учебные программы, нисколько этим не озаботился. Похоже, в универе, открывая новый факультет, и близко не представляли, какие знания они нам будут инсталлировать, дело-то новое, неизведанное, вот и пошли проверенным путем, добавляя математику во все пустые клеточки расписания, чтобы набрать необходимое количество учебных часов.

Впрочем, учиться мне нравилось. Лекции проходили непринужденно, материал подавался интересно и я не скучал, не смотря на значительное опережение программы. Все остальное, в нее не попавшее, добиралось вне универа: в онлайновых школах, которых к середине 20-х годов расплодилось великое множество, иногда, но значительно реже – на форумах, которые большей частью оказывались рассадниками профанации и невежества. Очень много дало общение с увлеченными своими предметами молодыми преподавателями и несколькими фанатами из однокашников, не ставших впрочем, мне друзьями: хорошие программисты – существа одинокие и от всего, не касающегося предмета священнодействия, отстраненные.

Языки у меня пошли легко. Не знаю, склад ума оказался такой или какая другая причина, заложенная в генах, но код я чувствовал интуитивно, чуть ли не в режиме реального времени считывая с монитора символьный поток, ставший синонимом пресловутой «Матрицы» (шутка), неуклонно пробираясь сквозь частокол строк к ожидаемому результату.

К объектно-ориентированным и структурным языкам, добавились полнофункциональные и некоторые мультипарадигмальные, и ради интереса, несколько тьюринг – полных эзотерических языков программирования, коих всего я насчитал более пяти десятков, но большая часть из них мне не подходила. Кстати, именно благодаря ним и произошли все дальнейшие события.

Таким образом, до самого окончания универа я совмещал изучение теории языков программирования с графикой и визуализацией, формальные методы с искусственным интеллектом, теорию граф и криптологию. Полученные знания постепенно смешивались с моими собственными наработками в один уникальный и неповторимый коктейль, позволивший уже на третьем курсе начать работу над проектом, обещавшим стать прорывом не только в информатике, но и в отношении с машиной вообще.

Когда появлялся новый компилятор или движок, – пробовал адаптировать для своих целей. Подходил – хорошо, не получалось выжать ничего дельного – delete. Дальше, дальше! Снова не то! А вот это – то, что нужно! Времени постоянно не хватало, даже на сон.

Зато во «взрослый мир» я вышел, имея свой собственный язык программирования, синтезирующий на разработанной мной основе все самое лучшее из других языков, получивший рабочее название «Сиселия», от СSL (Composed Solution Language), попросту «Сися». Основным его отличием от других языков стала возможность использования множественных распределенных вихревых потоков исполнения, что позволяло процессору производить операции без переключения и соответственно увеличить быстродействие только за счет программной части почти в четыре раза.

Также скопилось множество решений по мелочи, и два совершенно оригинальных игровых движка о которых, как, в общем-то, и о «Сисе», я никому не говорил, надо сказать не от излишней скрытости, а от предубеждения – заранее высказанное не сбудется. Да, и еще: апофеозом моего непрерывного затворничества стали наметки удобоваримого алгоритма искусственного интеллекта. Ни больше, не меньше.

Но о нем расскажу немного позже.

Сергей, в последнюю пару месяцев до конца третьего курса, стал зависать в «Легендах Готики», самой продвинутой на нынешний момент ММОРПГ (Массовая многопользовательская ролевая онлайн-игра). По его просьбе, скучно ему самому, видите ли, мне пришлось заняться прокачкой мага – огневика. Плюшки у него классовые, оказались самыми вкусными.

Спать пришлось меньше на те три часа в день, которые я посвящал развитию персонажа. А зачем, спрашивается? Если бы не нытье Сереги, я не стал бы тратить время и, скорее всего, кусал бы себя теперь за локти, но спасибо нам обоим – все эти «бы» не произошли и позволили случиться описываемым далее событиям.

Не зря я прокачивал своего Огнедуя, не зря терял неумолимо утекающие в прошлое минуты и часы, хотя частенько казалось, наоборот, до желания дать Сереге в его зеленый глаз. Особенно после бестолковой потери уровня, после одного удачного удара какой-нибудь очередной неподъемной тупой твари. Или в ходе бесконечного уничтожения всевозможных зверушек ради желанных очков опыта и плохоньких шкурок. Тупые сотни тупых раз! Сколько можно было сделать полезного! Но…

Не зря.

За последний год учебы, нам не раз пришлось поучаствовать в составе университетской команды в групповых турнирах «Легенд». Соревнования проводились с неполным погружением и слабеньким снаряжением, если этим термином вообще можно назвать убогий виртшлем и простенькие перчатки. Состав команд стандартный для «Легенд»: пять участников различной игровой специализации.

В этот раз, а дело было на каникулах перед дипломом, в столице проводился мировой чемпионат по «Легендам Готики» и мы тоже участвовали стандартной пятеркой. Нет, наша команда не числилась ни аутсайдерами, ни лидерами, так – уверенный середнячок и попасть в число зарегистрированных команд получилось лишь благодаря неутомимому организатору и жизнерадостному куратору всего не рутинного в студенческом бытии, ректору Михаилу Борисовичу Каменцеву. И найденным им небезразличным спонсорам.

Мы не рассчитывали на призовое место. Точнее, я не рассчитывал. А у Сереги…

Так вот у него, оказывается, был план. Нет – ПЛАН, подробности которого открывать он отказался. Попросил просто поверить в то, что бутерброд не только маслом с икрой книзу падает, а бывает кверху. Да еще и пара устриц к икре прилипает. Ну, что тут скажешь, довериться теории вероятности – это и есть хитрый ПЛАН? Что-то меня смутные сомнения терзают по поводу отсутствия хитрости в таких планах. Но Серега излучал олимпийское спокойствие. А еще бешеную веру в успех. Он и меня ею заразил.

Должен сразу предупредить, – можно было бы, и сейчас рассказать о перипетиях самой игры, но наши действия в ней не имеют непосредственного отношения к моему дальнейшему рассказу, только ее последствия. К тому же, я не хочу перегружать рассказ чрезмерным количеством сленга. Если Вы геймер и Вам действительно интересно, как проходила сама игра, можете прочитать, как все было в Приложении: «Глава 23. Чемпионат „Легенд Готики“».

Мне же, все что произошло, с самого начала показалось неправдоподобным, я имею в виду реакцию судей и вообще качество проведения соревнований наивысшего уровня, которые по ходу дела превратились в какой-то постановочный фарс, но со временем они получили свое логическое объяснение.

Тем не менее, мы стали первыми и это главное, потому как наш выигрыш дал возможность произойти всем дальнейшим событиям.

Если вкратце: в финале мы встретились с корейцами и победили их.

Это была победа! Наша победа! Событие из разряда фантастических. Видели вы когда-нибудь, как невозмутимые Хьюн Куи и другие Туен Бичи могут рвать волосы на макушке и в носу? И я не видел раньше. Еще как могут! Особенно, если на кону хороший куш. И этот куш по всем признакам и раскладам изначально предназначался именно им. Команда Кореи на восемьдесят процентов состояла из детишек организаторов и главными спонсорами стали те же самые корейцы. Поэтому их бешенство понятно. Уплыли призовые деньги, огромные деньги.

Бой показывали по всему миру и рейтинги, оплативших права на трансляцию телекомпаний, резко скакнули вверх. Потом было долгое разбирательство, почему в мире M&M пропала магия. Нонсенс.

Разрабов через суд заставили поднять и опубликовать игровые логи (файл, в который заносятся все данные обо всех действиях пользователей), в том числе и содержимое чатов. Ничего. И только в одном месте, когда мы с корейцами уже готовились броситься друг на друга, там, где обычно всплывают системные сообщения, чуть выше, на пять пикселей, проскочили пара строчек: «Место битвы посетила Верховная Сущность. На игроков наложено благословение бога войны Ларана „Радость честной битвы“. Урон оружием увеличен на пять процентов. Урон без оружия увеличен на двадцать процентов. Использование заклинаний невозможно. Время действия благословения – до окончания боя».

И все. Никто так и не понял, откуда взялся этот божественный любитель кулачных боев. Разрабы клялись и крестились, что такой Сущности в их пантеоне нет. В общем, неизвестно, кто, кому и сколько забашлял, но скандал потихоньку затих сам по себе. Результаты признали действительными, так как и мы, и корейцы, оказались в равных условиях, и на общий расклад силы во время боя, отсутствие магии не повлияло.

Вскоре прошла информация о подобных багах (ошибках в программе, приводящих к её неправильной работе), которые сетевой люд замечал и в некоторых других играх ММОРПГ. Но, не смотря на все попытки профессионалов и любителей добраться до истины, объяснения всем этим явлениям так и не нашлось. С легкой руки одного из игровых аналитиков, феномен решили назвать «фактором Ларана».

В общем, победу оставили за нами. Счета, заблокированные до выяснения обстоятельств и принятия решения, разблокировали и вопрос недостатка материальных благ, выраженных в отсутствии презренного металла, ушел на задний план.

Кстати, о металле преткновения. Призовые нам достались более чем солидные – два мега зеленых грязными. За вычетом налогов и всяческих, неожиданно появившихся представительских расходов и выплат оргкомитету, осталось все равно до неприличия много: почти по двести пятьдесят кило гринов на брата. К тому же, как оказалось, Серега втихую сделал ставку на игровом тотализаторе из занятых у кого-то денег, при соотношении 5:1. Теперь я уверился – ПЛАН существовал, только автор его – не Серега. И Ларан, чей аватар вовремя осенил нас своей благодатью, где-то поближе к двум столицам обретается. Да и ладно, меньше знаешь – лучше ешь.

По сему, после победы я не бедствовал, да и Сергей вручил мне четверть полученного с тотализатора выигрыша, чуть больше полутора сотен кило тех же зеленых. Половину он отдал, вместе с занятыми деньгами, неизвестному кредитору, а еще четверть взял себе. Все по-честному. Кто давал ему деньги, где Сергей с ним познакомился, я не стал даже интересоваться. Захочет, сам расскажет, я ему в финансовых вопросах доверяю полностью. В пику мне, просиживающему штаны за монитором, он не превратился в отшельника и круг его общения постоянно растет. Но я знаю точно одно: мне он – настоящий, единственный, преданный навсегда, до самой смерти, друг.

В общем, время не ждет. Достаточно играть в чужие игры. Я и так сильно выбился из составленного графика прогиба мира под себя. Скоро настанет его очередь играть в новую игру. В мою Игру.

Денег теперь точно хватает, и от всех последующих турниров я отказался, однозначно решившись потратить пару-тройку лет на воплощение своей главной мечты, – создание MMORPG с ПОЛНЫМ погружением в АДАПТИРУЕМУЮ среду.

II

Что может человек?

Знать, что тайная мечта

Всегда сбывается наяву,

А если так, то лучше знать, о чём мечтать.

«Что может человек»

Григорий Лепс.

(О том, как создавался «Мир», и как он устроен, можно прочитать в Приложении. Глава XXIV).

Начав работу, я потерялся в пространстве и времени. Это оказалось легко. Не нужно ни медитаций, ни мантр, ни благовонных палочек, ничего. Для выхода за пределы сознания, необходимо только одно – чтобы твое увлечение совпало с твоим устремлением. И все, ты в Нирване, в другой реальности, в святая святых Матрицы – Источнике. Разрушить эту существующую Матрицу насилья до основанья, а затем построить новую, свою, как сто лет назад попробовали сделать сторонники принудительной раздачи мирового счастья или предоставить свободу выбора и сотворить альтернативный мир, решение только твое.

Второй вариант мне импонировал больше. Не разрушитель я по своей сути. Мой путь – оптимистичное созидание. Приняв это за руководство к действию, я уверенно стал пробираться сквозь разноцветный бурелом строк в дремучих лесах основного потока, обходить коварные воронки полиморфных функций, созерцать стройные ряды башен баз данных, перепрыгивать призрачные зыбучие пески многомерных массивов, перелазить через монолитные надолбы регулярных выражений и собирать алмазные россыпи символов. Все для единственной цели – мой Мир будет чище, светлее и добрее.

Родители беспокоились, я не отвечал на звонки. Мобилка, забытая три дня назад, изредка обиженно пиликала, валяясь на тумбочке у кровати, выпрашивая подзарядки. Серега тоже обижался – я и о нем забыл.

Частенько, словно выныривая из другого измерения, я с удивлением обнаруживал его сидящим за письменным столом у меня в комнате, и что-то подгоняющего в каких-то бумагах, разложенных аккуратными пачками. По-видимому, по своей работе в горсовете. А из кухни вкусно пахло жареным мясом и базиликом или яичницей на помидорах с петрушкой.

Мне становилось немного стыдно за вынужденную невнимательность к близким людям. Поэтому, за столом я нахваливал кулинарные способности, радующегося моему вниманию друга, и чувствовал себя последней сволочью, но ничего поделать с этим не мог – моя цель, для меня, оправдывала и нечаянное невнимание и некоторую отстраненность, вызванную полным погружением в работу. После ужина, минут двадцать разговаривал с родителями по телефону, клятвенно заверяя, что все в порядке, в квартире убрано, одежда постирана, а я сыт и умыт, и устраиваться на работу, Junior Developer-ом, за четыреста – пятьсот долларов в месяц, совершенно не тороплюсь. Мама тихонько вздыхала, украдкой, наверное, смахивая слезу и даже через мобилку было понятно, – отец хмурится, но ничего не говорит. Сам воспитывал, – у каждого, своя голова на плечах.

Редко, но бывало, работа стопорилась, намертво. Тогда я бросал бесплодное мозголомство, брал первую попавшуюся книгу и ложился читать на диван. Как правило, после пары сотен страниц, вопрос о направлении дальнейшего продвижения отпадал сам собой. Перед внутренним взором возникала четкая структура взаимоотношений элементов программного кода.

Казалось бы, что может один программер? Один, отдельно взятый боец, без поддержки тяжелой финансовой артиллерии корпорации, без фланговых охватов рекламой и разведданных полученных от своих спецслужб и вражеских перебежчиков. Монстры IT индустрии с миллиардными оборотами и для менее объемных проектов набирают целые дивизии таких пешек, как я. И сидят они там, крапая очередной модуль, совершенно не представляя его место в общем скелете нового продукта. Старательно и неторопливо, с перерывами на обед, нормированным рабочим днем и корпоративными оттягонами по пятницам. Вся жизнь расписана наперед, ибо плох тот Junior Developer, который не хочет стать TeamLeader.