Крылья Мальгуса. Падение

Глава 1

Снова осознавать себя было… странно. Чувства включались не сразу, а с небольшим разгоном. Темнота потихоньку рассеивалась, шум в ушах оформлялся во вполне внятную речь.

– Серый, мы тебе за что бабки дали?

– Я маг, а не волшебник, – огрызнулся Серый. – Что мог, то сделал. Сам виноват, что пацана по голове треснул. Голову я ему залечил.

Где я? И что происходит? Я лежал неподвижно, вслушиваясь и пытаясь привести в порядок мысли. Есть что приводить – уже хорошо. Есть где – отлично.

– Так че он в себя не приходит?

– Слишком сильно треснул, а позвали вы меня поздно.

– Сразу позвали, зуб даю.

– Тот, который тебе выбили на прошлой неделе?

– Нарываешься, Серый.

Угроза в голосе была нешуточной, поэтому маг сразу посерьезнел:

– Позвали бы сразу, я бы вытащил. Улетела душа, фьють.

– Ты ж призывал?

– Похоже, до воронки перерождений долетела, мне оттуда не вытащить. Глаз, честно, сделал всё, что мог.

И даже больше. До меня наконец дошло, и что план провалился, и кто виновен в провале. План был так себе, но ведь почти сработал: голову мне отрубили. Мерзкое ощущение, между прочим. Криворукий палач не успел ее поймать, и когда она покатилась по помосту, перед глазами все замелькало, пока я себя еще ощущал в бывшем теле. Энергия смерти выплеснулась, преодолела запирающие магию кандалы и активировала руну, нарисованную на мне наставником в нашу последнюю встречу. На мгновение я почувствовал себя невесомым, рванул и почти дотянулся до Дамиана, но что-то словно дернуло и поволокло от намеченной цели. Сопротивлялся я недолго, связь с сознанием оборвалась сразу, очнулся только сейчас. Понять бы еще где. Язык точно не наш, а то, что понимаю, так это память тела. Тела? О, у меня есть тело? С головой? Замечательная новость. Тело человеческое, хиленькое, каналы есть, но неразработанные, источник вообще сморщенный, как сушеная гуария. С такими данными много не наколдуешь, если вообще удастся что-то выдавить. Перегреть их – раз плюнуть. А там либо каналы порвутся, либо источник лопнет.

Голова кружилась и плохо соображала, Серый ее явно недолечил. Халтурщик он, а не маг: затылок гудел, словно его приложили железным рельсом, а теперь по тому рельсу двигается поезд. Поезд? Что это?

– И че теперь? – судя по звуку, Глаз сплюнул прямо на пол. – На деньги такого не обменяешь.

Так, не до поездов. На сканирование моих сил хватило. Четверо. Веяло от них чем-то неуловимо чуждым. Другой мир? Маг один, тот самый Серый. Хилый, намного слабей меня. Бывшего. А нынешнего… Я опять прошелся по себе. Нынешнему мне до этого Серого как пешком до Малой луны. Или даже до Большой. Сил хватит на поддержание двух-трех заклинаний одновременно, и то слабеньких.

– Не надо было лупить по голове, – повторил Серый. – Глаз, усыпляющий артефакт тебе обошелся бы недорого, как постоянному клиенту. А он с перезарядкой. Глядишь, на еще кого-нибудь хватило бы.

Интонации были не мага, торговки с рынка, но на потенциального клиента не подействовали.

– Счас тебя усыплю без всяких артефактов, – разозлился Глаз. – Советчик хренов! Дубинкой по голове – и никаких артефактов. Дешево и надежно. Никогда не подводило, а у этого не голова, а тыква. Добить его, че ли? И трупак спрятать.

Он опять сплюнул. Задумчиво. Его идея мне не понравилась. На этом теле нужной руны не было, и я умру окончательно. А Дамиан? Кто ему отомстит? Затянуло меня в другой мир, но кто сказал, что я не смогу его достать отсюда? А то и триумфально вернуться, переделав под себя тело. Главное – выжить, но с четырьмя не справлюсь. Пока не справлюсь.

Решать нужно было срочно. Сделать вид, что пришел в себя? Доступа к памяти тела не было, хотя странные слова всплывали сами, но придется проводить ритуал, чтобы вытянуть все, а кто мне это даст это?

– Без меня, – сразу заявил Серый. – Но я б на твоем месте, Глаз, не торопился. Вдруг очнется. Вряд ли, конечно, но вдруг. Зовите, если что.

Мусор на полу захрустел под его ногами, а я порадовался, что одним противником меньше. Аура его удалялась, а оставшиеся бандиты продолжали решать судьбу моего нового тела. Пока идея Глаза не получила поддержки, нужно срочно удирать.

– Влипли, – прохрипел кто-то третий. – Пацан должен был деду позвонить.

Я осторожно скастовал иллюзию, в точности повторяющую форму моего тела, потом набросил на себя невидимость. Открыл глаза.

Лежал я на полу, грязном и усыпанном битыми кирпичами. Рядом валялся рюкзак, похоже, мой: слишком чистый для стоявшей рядом троицы. Я чуть изменил иллюзию, добавив в нее еще рюкзак. После чего наконец сел. С трудом – и тело было хилым и ушибленным, и кастовал я сейчас на пределе. Нужно скорее убираться отсюда, чтобы не свалиться от слабости. Встал пошатываясь и двинулся к выходу, стараясь ступать медленно и только тогда, когда кто-то говорит. А они уже не говорили – орали. Особенно неистовствовал хрипящий – он уже схватил Глаза за ворот и хрипел ему прямо в лицо. Тот отбивался, но вяло, чувствовал свою вину, гаденыш. Место удара отдавало тупой ноющей болью в затылке. Серый точно не был целителем.

Свара была на руку, и я спокойно добрался до дверного проема. За спиной раздались звуки драки, я заковылял, торопясь убраться. Если кто налетит на иллюзию, она не выдержит и лопнет. Не налетит – все равно развеется скоро, силы я в нее влил мало. И когда это случится, я должен быть как можно дальше отсюда.

Добредя до полуразрушенной лестницы, я на миг застыл. Было заманчиво спуститься и затеряться в кустах, которые просматривались в пустых оконных проемах. Но хилые каналы и почти вычерпанный источник не тот набор, который позволит там спрятаться. Поэтому я пошёл наверх, предварительно создав на ступенях иллюзию дыры. Мага бы я не обманул, ну так его сейчас и нет, а дыр в лестнице и без иллюзий хватало: того и гляди, развалится под ногами.

На этом этаже тоже все было засыпано мусором, поэтому, ткнувшись в пару проемов, в третий я зашел. Сил поддерживать невидимость больше не было, как и сил вообще. Я тяжело сполз по стене на пол и прикрыл глаза.

Снизу раздались вопли: «Сука!», «Урою!», «Сам вернись, падла, а то найду – пожалеешь!».

Быстро обнаружили, что пленник сбежал. Вопли и топот удалялись, а значит, пока искали только внизу. Вопли переместились наружу, можно было заняться собственным выживанием.

Беглый взгляд на источник показал, что содержимое на ритуал не хватит. Медитация бы помогла, но медитацию позволить себя я не мог – не то положение, чтобы отрешаться от окружающего мира. Бегающие по округе бандиты могли добраться сюда.

Под носом было ощутимо мокро. Я провел рукой – точно, кровь. Ситуация не располагала, но я чуть не начал хохотать. Два, нет три слабеньких заклинания – и у меня уже пошла носом кровь. А ведь я был сильнейшим магом своего времени, лучшим учеником мэтра Айлинга. Если бы не он, я бы тоже уже крутился в воронке перерождений, как Ярослав после удара Глаза. Навалились воспоминания о казни, и сразу резко заболела шея, словно голову отделили и приставили к телу. Хороший целитель справился бы и даже восстановил целостность тела и разума, но мне его Дамиан вряд ли предоставил. Там мою голову уже наверняка водрузили на пику и она смотрит пустым взором на тех, кто проходит мимо. Внутри бушевали эмоции: от радости, что жив, до злости, что проиграл. Проиграл глупо, доверившись тому, кому не стоило. Но переживать нужно в безопасности, а до нее я доберусь не раньше, чем разберусь, кто я теперь и что происходит. И свяжусь с учителем. Но это позже. Я пару раз глубоко вздохнул, успокаиваясь и приводя каналы в рабочее состояние. Этот ритуал они должны выдержать.

Мана поднакопилась, а крови из носа натекло достаточно, чтобы на расчищенном участке пола нарисовать нужную руну и активировать. Знания о прошлом тела ринулись потоком настолько мощным, что я потерял сознание, еле успев выставить перед собой руки, чтобы не впечататься носом в пол.

Когда пришел в себя, было уже темно. И тихо. Если меня где и искали, то не тут и не рядом. Радиус сканирования я мог позволить себе небольшой, но внутри него не было ни одной живой искры крупнее крысы. Сканирование далось нелегко. В голове пульсировала боль и новые знания. Точнее, для головы они были как раз старыми, новыми только для сознания.

Ярослав Елисеев, 14 лет. Заклинание зеркала к себе – и я смог придирчиво изучить новый облик: худой сутулый подросток с длинными сальными волосами. Грудь впалая, а пальцы с неаккуратно обстриженными ногтями были настолько неуклюжие, что ими сложного заклинания не сделаешь, только жестовые. Да уж, те, кто отвечают за подготовку магов, делают это из рук вон плохо. А такие вообще есть?

Память ощущалась чужой, и нужные воспоминания отдавала неохотно. Магия здесь была привилегией аристократов. Только они развивали данное природой по специальным методикам. Были еще самоучки, иногда рода принимали их на службу и даже обучали, но только если уровень был приличный, если нет, то такие недомаги имели хаотичные знания и перебивались случайными заработками, не гнушаясь и явным криминалом.

Брать их деятельность под контроль никто не хотел, слишком мелкую силу они представляли, а развить без специальных тренировок источник невозможно. Тренировки держались втайне, и нужно было немалое везение, чтобы чего-то достичь без системы. Ярославу не повезло: был он незаконнорожденным отпрыском одного из аристократов этого мира, но плюсов с того не имел.

Я окончательно убедился, что мир не мой, но планов на месть это не отменяло. Разве что стоило сделать поправку на достаточное развитие источника и каналов, чтобы выдержать переход между мирами. “Жди меня, Дамиан!” Я криво усмехнулся, и лицо в зеркале повторило жест. Лицо было и чувствовалось чужим.

Я развеял зеркало и уселся в позу для медитаций. Требовалось срочно понять, что с источником. То, что он был сморщенный, было плюсом, куда хуже было бы, будь он мелким и недоразвитым. Объем оценить оказалось сложно, для этого требовалось залить маной так, чтобы источник раздулся как шар, что было опасно: нетренированный источник мог стравить излишек в неподготовленные каналы. Нет, придется раскачивать потихоньку, не рискуя стать магическим калекой. Но увиденное обнадеживало: распрямившись, источник должен стать большим, если не огромным.

Память бывшего владельца тела становилась доступней, проникала в мою, перемешивалась с ней, что приводило к хаотичным вспышкам головной боли. Свои и чужие воспоминания разделялись легко, благо мы были совершенно разные.

Я сжег руну, позволившую полностью слиться с телом, поднялся с пола, подхватил рюкзак и пошел к выходу из здания. Задерживаться здесь нельзя.

По дороге ради интереса заглянул в комнату, в которой меня держали. За это время она чище не стала. Прибавились пятна на полу и невнятные лоскуты на полу. Надеюсь, это досталось Глазу, а не его противникам. Была бы тара, наскреб бы крови и у владельца прибавилось бы неприятностей. Сил хватило бы только на простейшее проклятие. Но неудача жизнь портит не хуже сложных, если ее вовремя не снять.

Сканирование держать постоянно я не мог, но запускал часто. Пока было похоже, что бандитам надоело искать.

В памяти Ярослава об этом месте ничего не нашлось. Был он мальчик нелюбознательный, по окрестностям города не лазил, хотя жил на окраине Белоорска, столицы Седраны. В памяти реципиента не нашлось ничего об этимологии названий. В моем родном мире столица называлась просто Звездой: пять лучей, пять проспектов, соединяющихся в прекрасном центре…

Шум вдалеке была идентифицирован памятью тела, как шум машин. Машины? Железные коробки на колесах, перемещающиеся даже не с помощью магии. И это транспорт? А порталы? В памяти информации о порталах не нашлось. В какой отсталый мир я попал!

У сканирования был слишком маленький радиус, поэтому на выходе из здания я скастовал невидимость. Без нее сидящие в засаде бандиты меня заметили бы раньше, чем я их.

Предосторожность оказалась нелишней. Вскоре послышался шум, и навстречу вывалилась компания, в которой опять был маг. Глаз выглядел изрядно помятым. В этот раз я смог его рассмотреть и понял, откуда взялась кличка: его правый глаз представлял из себя стеклянный артефакт, весьма отдаленно похожий на настоящий орган зрения, зато позволяющий видеть. Я застыл сбоку от дороги, по которой они должны были пройти. Рисковать не хотел: маг может засечь движение даже в невидимости. Хороший маг, разумеется, но проверять, какой маг Серый, не хотелось.

– Зуб даю, Серый, – бухтел Глаз, изредка неприязненно посматривая на остальных членов банды, – пацан просто исчез. Раз – и нет.

– Он не маг, – лениво ответил Серый, горбоносый парень, чьи глаза так и шныряли по окрестностям, слава богам, не задерживаясь на мне. – Отвлеклись, и сбежал.

Они подошли близко, но меня никто не замечал. Серый был не слишком умелым магом. Как ему только удалось перебить руну учителя своим вызовом?

– Да не отвлекались мы, – буркнул Глаз и сплюнул.

Мутная клякса упала рядом с моей ногой. Я затаил дыхание.

– Уверен?

Глаз промолчал, его хрипящий недруг что-то буркнул, не соглашаясь, но и не желая ронять авторитет вожака перед посторонним, пусть даже магом. Достаточно, что он его уже самого поронял: одежда Глаза имела значительные следы соприкосновения с полом помещения, в котором я очнулся.

– След возьму, но на ваш страх и риск. Может, пацан уже в полиции сидит, на вас заяву пишет.

– Да не сидит, – уверенно ответил Глаз и опять плюнул. – Ссыкло он. Дома не появлялся, проверено. Зашкерился где-то.

По воспоминаниям Ярослава, а теперь моим, в семье брать было нечего. Жили бедно, от зарплаты до зарплаты матери. С чего Глаз вдруг уверился, что поимеет там денег?

Стоять дальше было опасно. От чужого поиска мне не закрыться. Поэтому я рванул к дороге, плюнув на всякую осторожность. На дорогу вылетел из кустов и чуть не попал под машину. Она задела краем, но этого оказалось достаточно, чтобы невидимость слетела. Водитель то ли меня не заметил, то ли ему было наплевать, но он не остановился. Зато затормозила следующая машина.

– Пацан, ты сдурел под колеса бросаться? – гаркнул мужик. Дверцу он не открыл, опустил стекло. – Жить надоело? Так с моста сигани, никого за собой не потянешь.

– Помогите, – прохрипел я. – Меня похитили. Мне нужно в полицию.

Голос был чужим. Я взялся рукой за горло, саднившее от сухости.

Мужик за рулем перегнулся через пассажирское сиденье.

– Видок у тебя еще тот. Садись.

Он распахнул дверцу, и я бросился внутрь. Как раз донесся поисковый импульс, заставив дернуться и прошипеть сквозь зубы. Водитель решил, что от боли.

– Били? – спросил он и протянул бутылку с водой.

– Да, – коротко ответил я, – Спасибо.

Только сейчас я понял, насколько хочу пить, в горле бушевала пылевая буря, а руки казались сухими как у мумии. Автомобиль мягко тронулся с места. На ровной дороге машину даже не покачивало. Я отпивал по маленькому глотку, перекатывал во рту и глотал живительную влагу, чувствую, как проясняется в голове. Сидеть было удобно. Не портал, конечно, но тоже имеет право на существование. Мир отсталый, но стараются, развиваются и уже за это заслуживают уважения.

Источник импульса удалялся, пока я вообще его не потерял. Но это не значит, что Серый потерял меня – мои нынешние возможности были куда скромнее его. И если я не чувствовал его магии, еще не значит, что его магия не чувствовала меня. Прошлая жизнь меня научила, что нельзя недооценивать даже друзей, а уж на врагов желательно иметь полную выкладку. Ощущать себя слабым было непривычно, но для реципиента это было в норме – находился он в самом низу местной иерархии.

– А что хотели-то?

– Денег.

– Это-то понятно, – хохотнул водитель, не отвлекаясь от дороги. – А за что?

– Почему-то решили, что за меня им заплатит дед.

Ответ вылетел сам, даже раньше, чем я вспомнил, что бандиты говорили про деда. Дедов было два. Елисеев, со стороны матери, отказался от дочери и меня сразу, как узнал, что та беременна. Лазарев, со стороны отца, появился только раз, и то не сам, а через представителя, протестировавшего мои способности. Тест не показал ничего – еще бы, с таким источником! – и Лазаревы потеряли ко мне интерес. Память Ярослава продолжала быть чужой, но делилась уже охотнее.

– А кто у нас дед?

– Кто бы ни был, ему до меня дела нет. Платить бы он не стал.

– Понятно что ничего не понятно.

Я шутливую интонацию не принял. Было плохо. Полученное тело сегодня отработало на пределе и держалось только на моей воле. Поспать бы, но сначала нужно оказаться в безопасности.

В полицейский участок мужик пошел со мной. Решил, что понадобится свидетель. И точно, с ним говорили куда уважительней и с доверием. Позвонили моей матери, телефон которой, хоть с трудом, но вспомнился. Привели врача, который засвидетельствовал не только ушиб головы, но и множественные ушибы в других местах. Не слишком уважительно относились к моему телу, пока я был без сознания.

Влетевшая в комнату зареванная женщина была молода и хороша собой, чего не могли скрыть даже припухшие глаза и потеки косметики на лице.

– Ярик, – метнулась она ко мне. – Я чуть с ума не сошла, когда мне позвонили и потребовали деньги.

– Только не говори, что ты их начала собирать, мама, – буркнул я, чувствуя себя… странно.

Ярослав мать не любил, считал, что она была обязана стрясти с отца побольше денег, чтобы сын ни в чем не нуждался. Не смогла? Плохая мать, значит, любить ее не за что. Но от женщины веяло любовью, теплом и отголосками перенесенного ужаса от возможной потери, и я поневоле ощутил сродство. В моем мире из семьи меня забрали столь рано, что я не помнил родителей, которых заменил мне учитель. Только он переживал обо мне. Или о моей магии, что для него было одним и тем же.

– Я бы их собрала, Ярик, – всхлипнула женщина.

Почему-то подумалось, что по возрасту она могла бы быть моей подружкой в прошлой жизни. Сколько ей? Тридцать с небольшим?

– Вера Андреевна, кто вам звонил? – перевел внимание на себя полицейский.

– Он не представился. Сказал, что если хочу видеть сына живым, должна собрать три миллиона до завтра.

Похоже, Глаз решил, что если я не могу позвонить деду, то сам он может позвонить моей матери и стрясти с нее деньги за тело. Тело было моим, продавать его он не имел права. К списку претензий прибавилась еще одна строка.

Расспрашивали нас долго. Полицейский столь уверенно говорил, что они разберутся и непременно найдут, если мы вдруг не заберем заявление, что нужно было быть полным идиотом, чтобы не догадаться: ничего делать он не будет в расчете, что на нас с мамой надавят и мы откажемся от показаний.

Домой нас отвез тот же мужик, что привез меня в полицию, но помнил это я уже смутно: тело окончательно выходило из-под контроля, уснул я сразу, как оказался на кровати. Непозволительная роскошь для мага – без защиты, без сторожевых заклинаний, даже без простейшего ритуала по восстановлению.

Глава 2

Утром я проснулся, когда мать Ярослава уже ушла. Чем меньше я с ней буду контактировать, тем лучше: останется мне чужой и не придется думать, что она переживает о сыне, когда я уйду. Ей же лучше, молодая еще, без ребенка легче устроит свою жизнь. Вчерашний мужик довез нас не только из доброты душевной, все интересовался на пороге, не может ли он чем помочь Вере Андреевне. И смотрел на мать Ярослава так, что было понятно: запал.

Я потянулся, приноравливаясь к телу. Оно ощущалось уже своим, дефектным и нескладным, но зато живым и целым. Да, наличие головы – несомненный плюс. Не меньший плюс – задатки для развития мага.

Состояние каналов со вчерашнего дня стало чуть лучше, но перегружать я их не собираюсь, ритуал снохождения требует сил самую малость. Главное, сделать всё правильно. А вот источник, источник точно выглядел лучше. Я принял позу для медитаций и поплыл, выводя сознание на следующий уровень. Таким образом могут вызывать не все, а лишь те, кто имеет сродство к этой магии. Я имел, и со сменой тела ничего не изменилось. Не зря говорят: тело вторично.

Сразу учителя найти не смог, отправил сигнал. Как только тот войдет в транс, получу ответ.

Навестить пока еще кого-нибудь? Дамиана? Да, он остался мне должен. Как минимум голову.

Я влез в его сон, как нож в кусок мягкого масла: легко и без напряжения. Сон был из тех, о которых посторонним не рассказывают. Под Дамианом извивалась Илинель. Судя по тому, как девушка из сна знакомо запрокидывала голову и хрипло выдыхала, в постели императора она успела побывать наяву. Становилось понятно, что толкнуло ее на предательство.

– Надеюсь, о моей голове ты позаботился не хуже, чем о моей любовнице?

Илинель раздулась и некрасиво лопнула, а Дамиан испуганно повернулся ко мне. Неприятно, когда эротический сон превращается в кошмар? Что ж, придется ему к этому привыкать, даже императоры не властны над снами. Проснуться он сейчас не сможет, пока я не разрешу.

– М-мальгус?..

– Думал, легко от меня избавишься? – Я усмехнулся. С моим старым лицом это наверняка выглядело впечатляюще, потому что Дамиан побледнел даже во сне, а я серьезно обеспокоился, останется ли его постель сухой после этой ночи. Не за себя, за слуг: свидетелей своего позора император в живых не оставит. – Я приду, и ты меня не узнаешь. Жди.

Знакомый зов – и я отпускаю Дамиана, он тает, наверняка просыпаясь сейчас в поту и пытаясь понять, был ли это кошмар или я действительно приходил. Но встреча с наставником важнее кошмаров императора. Айлинг завис в воздухе в позе для медитаций. Его окружало золотистое сияние, доступное лишь высшим магам. Выглядело это впечатляюще особенно рой ярких звездочек вокруг головы.

– Я разочарован, Мальгус, – он говорил, даже не открывая глаз. – Маги твоей силы не должны терять голову, развлекая толпу.

В другой раз я бы восхитился удачной игре слов, но сейчас речь шла о моей голове. Можно было бы возразить, что, потеряв одну голову, я приобрел другую. Но замена неравноценная, гордиться нечем, да и не зависело от меня случившееся совершенно. Для мага это позор едва ли не больший, чем казнь на плахе.

– Вы были правы, мэтр, – я склонил голову, признавая его превосходство. – Если бы не вы, меня убили бы совсем.

– Где ты сейчас?

Он открыл глаза и посмотрел на меня. Лицо как маска: ни горя от потери, ни радости от встречи.

– Меня занесло в другой мир. Тело приспособлено для магии, и если вы поможете, я вернусь и мы все исправим.

– Нет. Ты не справился с испытанием, Мальгус. Удачно сработавшая руна искупила бы твою глупость, но тело Дамиана ты не занял. Боги не на твоей стороне. Не зови меня больше. Мой ученик умер.

Он растаял в воздухе столь быстро, что я ничего не успел возразить. Наказания Айлин придумывал с большим воображением. Но это точно сейчас оно? Или он на самом деле бросил меня в чужом мире без поддержки?

Короткое знакомое касание. Илинель… Дамиан уже сообщил о приятном сюрпризе? Нет, с ней я сегодня говорить не готов. Или разрубить сразу? Решено. Сил осталось как раз на одно свидание.

Илинель казалась несчастной: круги под глазами, растрепанные волосы, потрескавшиеся губы, которые она жалко кусала. Но я-то прекрасно знал, что выглядела она так, как хотела. И здесь, и в жизни.

– Мальгус, – радостно выдохнула она, едва я позволил себя увидеть. Выдох был настолько похож на тот, что я недавно наблюдал во сне Дамиана, что я поморщился. Она отшатнулась и жалобно всхлипнула. – Мальгус, прости. Меня заставили. У Дамиана в заложниках моя семья. Он сказал, убьет всех, если я не помогу. Но я была уверена, что он просто тебя попугает. Я не хотела. – Она опять всхлипнула, даже слезы заструились по нежному лицу. – Я была уверена, что ты вывернешься. Как всегда. Ты везунчик, Мальгус. Как тебе удалось?

Глаза заблестели, рот призывно округлился, на лице не осталось ни следа недавнего страдания, одно неприкрытое восхищение. Красивая. Есть свое очарование и в змеях. Только любоваться ими нужно издалека, иначе ужалят.

– Ты была на казни, – напомнил я. – Стояла рядом с Дамианом.

– Он заставил, – торопливо ответила она, вильнув взглядом. – Мальгус, если бы я знала, что так все закончится, я бы никогда…

– Да, ты бы никогда, – усмехнулся я. – Ты и сейчас говоришь со мной по поручению Дамиана, правда? Илинель, забудь меня, а я забуду тебя. Больше на твои вызовы не отвечу.