Остановить явь

Анна потеряла счет времени, стараясь разгадать секрет темницы и не сойти с ума. Тело сдавила какая-то муть, разрывая ее на тысячи осколков. Функционировало одно сознание, но не сразу. Сначала мысль, рожденная в муках, исчезала во тьме. И через какое-то время становилась средой, в которой она была заключена и раздавлена. Сколько было попыток родить и удержать мысль? Тысячи? Миллионы? Миллиарды? Пока не поняла, что-то, в чем она плавает, ей знакомо. Она уже купалась и в этом ужасе, и в этом смирении, и в этой попытке поднять память.

«Врагу не сдается наш гордый варяг, пощады никто не желает!»

Слова, застрявшие в сознании, открыли ей огромный пласт утонувших в сознании лиц, имен, событий. Памяти по-прежнему не было, то, чем она была, снаружи и внутри себя видело только тьму, но где-то глубоко, под этой тьмой рождались узнаваемые образы.

И она смотрела и прокручивала их столько раз, пока они не становились частью ее самой, выстраивая временные цепочки. Наверное, она научилась образному мышлению без эмоций, не позволяя чувствам становиться неуправляемой лужей.

Финал осознания жизни надолго выбил из колеи.

Она – Правитель! Могучий бог, отверзающий хляби небесные и творящий жизнь на планетах!

И что она тогда тут делает – в заточении?!

И что это – энергетическая ловушка? Будь она трижды проклята!

Ее засунули сюда, как сопливую дурочку, как закланную овцу, как использованную менструальную прокладку, как выдавленный из тела Олеома прыщ…

А вот хрен вам с квасом! Я еще попью вашей кровушки! Твари! Предатели!

Не исключено, что там, за ее стенами, здорово веселились. Бесформенные клубы густой тьмы, испуганные глазенки, отчаяние… – демоны так и выглядели.

Когда-то бабка Катрин засадила мать в такую же ловушку…

Наверное, она и есть…

Из чего же она?

Три силовых поля, вывернутых восьмерками.

Но это в теории. На практике отсутствие пространства, тела, электромагнитных полей, гравитации, связи с внешним миром – всего, за что можно зацепиться. Никаких силовых полей Анна не ощущала. Нечем. Тела нет.

М-да…

На дверь полигона она всегда посматривала со страхом. Жизнь Правителей была до противного предсказуемой: слабое звено – и соплеменники отправили или на ту сторону, или катись катать колобки из межгалактического газа в туманности, которая станет галактикой через три – пять миллиардов лет, где на пару парсек нет ни одного Правителя. Оторванные конечности и отбитые внутренности – малая плата за будущую безопасность и место под Великим и Ужасным безразмерным Колобком. Самого бы его сюда засадить, ни дна Ему, ни покрышки!

«Я сижу! Снаружи Бездна! И пространства вокруг Меня нет!»

Сидит Он…

Это она сама себе отвечает? Анна прислушалась к своим чувствам. Не думала, не оправдывала.

Аха…

– Эй! Как мне выбраться-то?

Мысль о помощи застревает в сознании и растекается лужей, проникая внутрь, как физическая субстанция.

«Богу дано создавать вселенные…»

Опять она сама?

– Эй, Творец Миров, выпусти меня отсюда!

«Не могу! Рука молитвами связана!»

Ясно, никто не даст мне избавленья, ни царь, ни бог и не герой, добиться я освобожденья, могу лишь собственной башкой… Очуметь! Я ж меньше клопика еще!

Ну где вы, мои тараканы, ну подскажите что-нибудь!

На этот раз император Карсад превзошел себя: кромешная тьма, бесформенные бестелесные монстры, и огонь, выжигающий дыры не хуже меча. Одно лишь то, что сюда не стреляли, должно было насторожить обоих.

Так, начнем сначала: три поля, вывернутых восьмерками… Что за поля? Принцип аэлранов, направленных друг на друга… Ой, так это ж я! Это ж меня! Вот почему я тела не чувствую!

Оно у меня от одного эалрана летит к другому,

Ну, конечно же! Первое силовое поле – моя сила. Неуправляемая, неподвластная, чужая. Но я ж могла бы остановиться, меня несло к черту на кулички.

А второе?

Второе генерирует ловушка, делая себя неуязвимым ее же мечом

Меч – третье силовое поле.

Так это я себя сама?

«Ага, подсказал… Спасибо, Колобок, благодарствуйте! Но не думай, что я растаю! Выберусь – всем отмщу! Всем не поздоровится! Всем пасть порву, моргалы выколю!»

Похоже на ловушку для демонов, но они осознавали, что творится за ее стенами, а тут…

Она оглохла и ослепла, мысли текли вяло, хотелось заснуть и не просыпаться.

Даже для чувств не осталось места.

Анна попробовала еще раз нащупать стены ловушки или уловить себя, растянутую, бог ведает, в каком измерении, созданном из нее же самой. Причем, виртуальное.

Пусто!

Хуже, непонятно что щупать. И чем? Глупо искать сознанием то, что для него не существует: нет силы – нет материи, материя для сознания – субъективная реальность.

Ау! А можно еще догадку, подсказку, помощь зрителей?

Сознание и сила, сознание и меч, сила и меч – несовместимы, они никогда не станут одним.

И снова неразрешимая дилемма: как вообще происходило взаимодействие силы и сознания, через какие рецепторы? Что делать, если сила стала частью темницы?

И как без силы осознать объективное состояние?

Ладно, в чем она плавает? Что за лужи разливаются как океан? И куда они потом деваются?

Тепло ли тебе девица, тепло ли тебе красная?

Ни тепло, ни холодно. Никак. Ни света, ни звуков – ничего! Для сознания существовала только мысль – электромагнитная волна, даже холод представлял собой энное количество электромагнитного излучения, и сейчас эта мысль оставалась в сознании, как среда обитания.

Ага, электромагнитная волна! Что-то ее какое-то время держит, а потом уноситься прочь. Демонов она чувствовала. Но не то. что именно они думали, а как чувствовали. То есть, сначала волна заполняет собственное пространство, в круговую, и сознание – источник излучения, потом трансформируется в лучи, рассеиваясь во внешнем пространстве.

Значит, тело тут, парализованное просто. Раньше оно по желанию трансформировалось в ту форму, которая была ей нужна, а сейчас, не реагируя на посылы, стало еще одним бременем и преградой к внешнему миру. А почему оно меня слушалось? И сила, и меч всегда были внутри его. Сколько надо, столько и выдавила. Но видимо часть силы тратилась на внутренние нужды.

Кстати, а как мать выбралась из ловушки? Она ж была человеком!

А как ее могли туда закрыть, если у нее уже не было ни меча, ни силы?

И сама она в ловушку руку сунула и достала, и Крас…

Это что, сознание закрыли?

Точно в такой же коробочке, как тот малыш-демон?

Это сознание летает от одного аэлрана к другому?

Так, стоп, а если весь объем ловушки занят ее телом, она в теле и летает?

И сила здесь, и меч…

Анна выдавила из себя слезу, утонув в горе горьком. Зафиксировала объем и размеры лужи, определившись с примерными контурами телесной оболочки. Попытавшись сместить среду, Анна неожиданно почувствовала слабое присутствие силы. Очевидно, незначительное ее количество продолжало оставаться при ней, обеспечивая независимую систему жизнеобеспечения при аварийном отключении.

Вот оно чё, Михалыч! Спасибо, Отец Миров!

Наконец-то…

Снова и снова Анна раскачивала то, в чем плавала, пытаясь заново овладеть навыками управления собственным телом. Истерзанная, сдавленная в месиво плоть отказывалась повиноваться.

Наконец, стены темницы обозначились неясными контурами.

Очевидно, разделить Правителя и его силу при жизни было невозможно. Во всяком случае, не наложив на нее крепкие заклятия, подобно тем, которые держали силу матери. Вихрь воронки вращал ее по кругу, выкачивая энергию в силовую защиту через разряды.

Ага, значит, она и ловушка имели противоположный заряд.

Недурно.

Пришлось долго медитировать, чтобы добиться состояния покоя, пожертвовав обретенными каплями силы для изоляции. Когда заряд силового поля ловушки, подпитывающийся от ее сознания, разрядился, вращение вихря замедлилось. Внешняя стена, состоящая из меча, тоже ослабила хватку. Очевидно, сила и меч работали синхронно. В принципе, так оно было и в жизни. Нет силы, меч ослабевал тоже. Есть сила – и меч рубил со всей силой. Наверное, между ними был какой-то сообщающийся канал, который выравнивал их уровень, трансформируя одно в другое.

Что дальше?

Ключ…

Десять пар символов – и миллион комбинаций!

В теории, каждая ловушка генерировала излучение, отключающее меч и силу от сознания. В обычном состоянии меч и сила притягивались друг к другу, а сознание существовало между ними, как некая граница… Или тот самый канал связи. Сейчас роль сознания выполняло силовое поле ловушки, посредством определенного кода, которому подчинялись меч и сила, не слыша собственное сознания. Но это даже не генетический код, это некие параметры идентификации – у каждого Правителя он свой.

Значит, там должны быть ее собственные опознавательные знаки, чтобы слушалась сила, и команды.

Впервые Анна пожалела, что не интересовалась у матери временами ее заключения. Уж она-то про шифры знала все! Или не знала? Неужели она просидела несколько миллионов лет в обычной тюрьме? На Сорее? Откуда там человеческая тюрьма?

Пробел!

Хотя…

Сбежать из тюрьмы ей, наверное, было проще. В то время мудрость Правителей несомненно была менее мудрой. Люди жили по тысяче лет, роботы выглядели как роботы, порталы и космические крейсеры уже были, но об аэлранах не мечтали, а Галактический Совет вещал лишь на Сорею. За пять миллионов лет у нее было время проверить все те миллионы комбинаций, или прорыть туннель под своей темницей, выковыривая из стены по кирпичику каждые сто лет.

Ужас! Но у нее нет столько времени! Крас там успеет обзавестись женой, детишками и сыграть в ящик. А ей что, обливать слезой его статую?

Надо же, опять биофак пригодился…

Анна воспряла духом, генерируя излучающие символы. Раз от раза промежуток времени, за который воронка ослабляла хватку, увеличивался. Фильмы про медвежатников тоже пригодились. Только бы хватило запаса силы! Теперь все зависело от того, насколько точно Дай подберет пару.

Анна снова потеряла счет времени…

Наконец, воронка остановилась, сознание и тело воссоединились. Но освобождения не произошло: пустоту вдруг заполнила боль, разрывая вывернутое наизнанку сознание. Взвыв от бессилия, Анна на мгновение спасовала, едва удержавшись от возврата в прежнее состояние – впору пролить слезу!

Как больно!

Глава 2

– Четыре года семь месяцев по Прокусу, – услышала Анна знакомый голос.

– Сколько?! – задохнулась она, пытаясь хоть что-то пощупать в кромешной тьме.

Она или ослепла, или мир провалился в тартарары. Вокруг царил все тот же мрак.

И скорость…

Земля – тверже камня. Декар, но вряд ли черная дыра.

– Четыре года и семь месяцев. Тридцать земных лет. Время в ловушках течет иначе, – демон заботливо расправил ее тело, массируя руки и ноги. Аура вокруг Дая светилась, излучая радость, и клубился голубой туман в глазах, но серебристая шапочка, с помощью которой демоны парили в атмосфере черных дыр, отсутствовала.

– О, эти безмозглые твари! – он выдавил из себя звук зубовного скрежета, но передать ненависть не смог, скис, угрюмо сверля взглядом место, где притаились застывшие монстры. – Я не смог вытащить нас… – оправдываясь, сообщил он. – Боялся, что меня убьют. Тогда ты валялась бы здесь до скончания времен. Я даже не знаю, где мы, таких пульсаров во вселенной тьма.

Анна попыталась приподнять голову.

– Осторожно! – Дай резко дернулся, придавив голову щупальцем. – Эти твари реагируют на движение. И подпространство от них не спасает. Но материальность в них присутствует, – поделился он многолетними наблюдениями. – Что-то же ограничивает их в движении. – Дай чуть не прослезился: – Я чуть не сдох, пока был один – это такая мука! – пожаловался он.

– А пожевать у нас нет ничего? – Анна с трудом шевелила губами. – Если не поем… – потухшая звезда пыталась расплющить ее гравитацией и магнитным полем, а она даже преобразовать тело в удобную для декара форму не могла, сила и меч были полностью обесточены.

– Между прочим, я тоже с того дня маковой росинки не проглотил, – грустно пожаловался демон. Он потыкал щупальцем рядом с собою. – Нас загнали сюда, как овец на заклание. Мы искали безопасное место, а здесь нет безопасных мест – это полигон!

– У меня было время об этом подумать. Теперь лезем только в самое пекло, – охотно согласилась Анна.

– Мудрая мысля приходит опосля. Поздно пить боржоми… – демон угрюмо распластался рядом. – Ждем! – и нетерпеливо заерзал: – А ждать мы можем вечно, – мученически сдавил голову щупальцами: – Этот нейтронный карлик прожужжал мне все уши! Вжж-вжж-вжж… Может, я с ума сошел? У меня галлюцинации, да.

– Слышу, вибрацию, легкую… – Анна наконец-то почувствовала собственным телом придавленную руку, выдернула из-под себя, разминая пальцы. – Не кисни, выберемся. А после я убью Олеомских Правителей… всех! С пытками, через расчленение, – Анна с холодной решимостью сжала кулаки. – Засунуть меня в эту ловушку, стопудово была идея Катрин. Думаешь, мама меня ищет?

– Тьфу! Тьфу! Тьфу! – испуганно вскинулся демон.

– Ты что, за них?

– Я за нас. Нам сейчас только с Катрин не хватает проблем, – ответ Дая прозвучал отрезвляюще.

– Ну да, – мрачно согласилась Анна.

– Ноу-хау… – Дай рассматривал металлический предмет, похожий на гвоздь. – Интересная вещица… Без маркировки. Кто ж такую гадость производит на свет? Суну сюда одного из Правителей Зардека, и буду пить его, как коктейль, через соломинку, – Дай мечтательно улыбнулся.

– Круто! – согласилась Анна. – Кстати, я видела Правителей Зардека. Они и на вид противные, и коктейль из них вряд ли окажется вкуснее. Но сейчас я бы тоже не отказалась… Прости, Колобок, дожила до каннибализма! – она вскинула мученический взгляд в черное беззвездное небо, как будто каменное. Возможно, так оно и было, пульсар, с его широко распахнутыми магнитными крылышками, должен был собрать на орбите весь космический хлам.

– Голод силы ощущается иначе, чем просто голод, – мрачно согласился Дай. – Это сейчас, когда у каждого империя и неиссякаемый источник силы, вы перестали пожирать друг друга.

Наконец, Анне удалось пошевелить ногами. Она села, растирая затекшие икры.

Почувствовав движение, монстры ожили, вытягиваясь незримыми тенями. В их сторону со всех сторон началась стрельба нейтронно-лептонными, и бог знает еще какими лучами. Потревоженная звезда ожила: каменная земля вспузырилась и потекла радиоактивной лавой, в небе заметались мощные разряды. Ослепительное адское пламя поплыло перед глазами красно-синими отсветами, уши заложило магнитными вибрациями.

Анна торопливо сползла вглубь спасительной воронки.

– Если так пойдет дальше, они расплавят гору, а заодно и нас поджарят. Должен же быть способ выбраться отсюда.

Демон кивнул, любуясь небесным сиянием.

– Есть, наверно. Только я его не нашел. Кстати, ничуть не сомневаюсь, Мариша и Баярик точно так же остужают головы. Есть соглашение, по которому Олеом и Зардек являются союзниками, а мы покусились на этот союз.

– Но…

– Отношения Правителей Зардека со своими отпрысками Олеом не касаются. Нам придется забыть о происхождении Баярки. Ты уже знаешь, какими методами пользуются Правители, воспитывая своих отпрысков. Мы могли сидеть здесь до скончания времен. Если не угомонимся, нас закроют в местах похуже.

– Ты знал, что дед в курсе наших планов?

– Предполагал. Карсад – опекун Маришы и Баярки, их демоны не имеют права скрывать от него ничего. Но я рассчитывал на диалог, на то, что Карсад начнет с нравоучений, – Дай лениво махнул щупальцем в сторону монстров. – Больше я на полигон ни ногой! Может, отсидимся в своей империи, пока тебе аттестат Правителя не выдадут?

– Меня ты тоже с потрохами сдаешь?

– Никто перед Галактическим Советом за тебя не отвечает. Мы с тобой сами по себе. Но интересы Олеома должны защищать, поэтому о наших планах иногда рассказывал. После нашего рандеву по империи Меланит, я поклялся Карсаду охранять его от подобных инцидентов, – Дай нервно похихикал, но выглядел он невесело. – Мысль, что я погибну на этом задрипанном пульсаре, пугает меня больше, чем смерть, – признался он. – Я стану посмешищем всей галактики, если сдохну от каких-то игрушек, чтоб им заржаветь! Я ведь еще Правитель Дайкона! Хотел бы я знать, что там без меня наворотили.

– Надеешься, что кто-то о нас узнает, если мы тут сдохнем?

– Обязательно узнают, – он изобразил тяжелой вздох, полный печали.

– Не понимаю… Если дед решил нас убить, почему бы не дать выбор где и как?

– Твоя смерть в безызвестности не спровоцирует войну, – ехидно подсказал демон.

– Ну, спасибо! – с сарказмом поблагодарила Анна.

Время шло медленно. Бездействие становилось невыносимым. Анна успела вздремнуть, а проснувшись, внезапно осознала, что не чувствует гравитации, исчезло давление в ушах, глаза перестроились на рентгеновское сияние. Организм адаптировался к новым условиям. Теперь она могла видеть ландшафт.

Очевидно, при сжатии, в момент взрыва звезды, выбросы расплавленного вещества мгновенно обращались в камень. Многокилометровая стела с воронковидной вершиной, ставшая их убежищем, была не самой высокой. Многие нагромождения мостов, арок, гор, без малейших признаков коррозии, превосходили ее и по высоте, и по размерам. Звезда представляла собой камень, без малейших признаков жизни.

– Чувствую себя подозрительно сносно, – сообщила она с удивлением. —Мы точно живые? Откуда у меня столько сил? Я ж только что не могла пошевелиться? И меч, чувствую, окреп. Так и просится по шарабану кому-то настучать.

– Меч и сила – два проявления одного целого. Наверное, наша звезда неподалеку, – встревожился Дай. – Если попадет в поле пульсара, останемся без планет.

– А если попробовать отыскать дверь? Она, правда, никогда не оставалась на старом месте, но…

– С такой охраной? Бегают они быстро. Кстати, внизу штук пять, еще пятнадцать по периметру, – сообщил он. – И есть вероятность, что скоро будут здесь. Способ, как от них избавиться, я пока не придумал – живучие твари.

– М-м-м, а если подняться на орбиту и уйти через подпространство? – Анна наморщила лоб. Она не могла поверить, что демон напуган какими-то игрушками.

– Я пробовал! Я все перепробовал! Я тут тридцать лет сижу! – горячо воскликнул он. – Для меня время текло в обычном режиме! Само это место, как ловушка. Нам придется подниматься по спиральной орбите, а эти твари и там, и здесь, – он зло напряг щупальца, побив ими нетерпеливо о камень. – Интересно, для кого каталажка? Только для нас, или для регентов и наместников? В том и в другом случае, Карсад определенно сошел с ума!

Не сдержав эмоции, Дай подразнил монстров, проверяя поблизости наличие тех, которые могли атаковать из пропасти, и едва успел втянуть щупальце. Огненные лучи разрезали мрак. Небо, в отсветах огромных разрядов, от горизонта до горизонта, снова осветилось сиянием, но не стало живым. Там, за отсветами, не было ни звезд, ни ощущения пространства, словно тьма поглотила свет, и как только потревоженные частицы успокоились, вечная ночь, царившая на нейтронной звезде, сокрыла ее уродливые очертания.

– Эти твари могут не только стрелять, но и уходить в подпространство. Я потратил почти всю силу, чтобы пощупать их. Они жрут ее, как медузы морока, – голос Дая прозвучал беспомощно. – Единственный способ уцелеть – отсидеться внутри звезды. Лучи проникают в вглубь на пять километров, не более. Проваливаться под землю, слава богу, эти твари не умеют.

– Ты как-то сказал, что Правители Зандрана взорвали небольшой декар, – Анна прищурилась. – В конце концов, я прямой потомок – у меня их меч. Может, отправим монстров к чертовой бабушке?

– Их было много, а с ними стая демонов. И драконы с василисками. Забудь!

– А чем нейтронные звезды отличаются от черных дыр? – не унималась Анна. Мысль, что уроженца Черной Дыры напугал нейтронный карлик, не укладывалась в голове. Она просканировала звезду. В диаметре пульсар оказался не больше планеты среднего размера, но с массой в десять – пятнадцать звездных единиц.

– У черных дыр нет такой силы магнитного поля. Вернее, оно мощнее в миллионы раз, но оно в подпространстве и воспринимается иначе. Здесь у них электронное гало, заполненное звездами. А у нейтронных звезд электронное поле там, а магнитное здесь, – он похлопал щупальцем необыкновенно твердый камень. – «Частицы масс-просто», «Корпускулярно-волновая природа пространственной материи», – напомнил он раздел учебника подпространственной физики. – Нас просто ее скоростью вращения начнет раскручивать на орбитальной спирали. Не уверен, что монстры не подрежут нам крылышки. Лупят они на приличное расстояние. И как они вообще тут умудряются оставаться в рабочем состоянии? Почему их не плющит? Их что, демоны сделали?

– А если преобразовать материю и вызвать взрыв? Можно вывернуть часть туда, а часть оттуда, – Анна попыталась вспомнить муть, о которую сломала мозги, разочаровав около полутора десятка профессоров.

– Мы в ловушке, – Дай похлопал по намагниченной, в миллиарды раз сжатой звездной материи. – Такая же, как та, из которой ты только что выбралась! Это не гвоздь, и замки с ключами тут не предусмотрены! – он в раздражении запустил основой ловушки в монстра, но промахнулся. Гвоздь развернулся в полете и прилип к скальному выступу, но в камень не обратился, сохранив форму и физическое состояние.

– Если взорвем звезду, часть массы будет выброшена в космос, гравитация ослабнет. Заодно, я надеюсь, сдохнут твари, которые палят по нам почем зря, – не сдалась Анна.

– Ты хоть представляешь, что это за вещество? – Дай приподнялся на щупальце, оторвав от земли небольшой камушек, пренебрежительно сунув к ее носу. – Я сейчас держу планету Земля! Миллиард тонн вещества в одном кубическом сантиметре! Мы вращаемся с этой звездулькой вокруг оси со скоростью света. Мы за секунду вернулись в одно место девять раз! Еще столько же, и скорость ее сравняется со скоростью Правителей и демонов, с которой они бегают между галактиками! Мы занимались преобразованием планет, а не звезд. Звезды не преобразуют. Когда звезда умирает, Правители от нее отказываются! Как ты собираешься ее взорвать?!

– Пока не знаю, – задумчиво ответила Анна, – но Аниту мы разбудили.

Нет, это была не черная дыра, Анна чувствовала, что с массой звезды такого размера она могла бы справиться. Многие Правители владели голубыми звездами больших масс, скачивая энергию для прикорма драконов, василисков и звезд малых размеров, для строительства тех же подпространственных туннелей и порталов. Таким образом, рано или поздно голубые гиганты теряли критическую массу, переходя в стабильное состояние. Проблема была только в сжатой материи, которую держала гравитация. Голубые гиганты состояли из первичной трехмерной материи – водорода и гелия, а здесь материя была на пути преобразования в десятимерную, но на той стороне был газ, первородный, представляющий собой водородно-кварковый супец, и если бы материю развернуть…

– А почему здесь такие глубокие разломы?! – увидела она добрый для себя знак. – И лава… почему вещество плавится?

– Плавится, потому что под действием лучей этих тварей происходит частичный разворот нуклонов с высвобождением большого количества энергии. А разломы… Обычная земля осыпается и затягивает шрамы, а это магнит. Не забывай, что магнитные поля здесь расположены…

Дай вдруг замолчал, растопырив щупальца и сведя глаза в пучок, обнаружив упущение в собственных знаниях.

– Не факт, что все вещество после взрыва слипнется, – робко предположила Анна.

– Не факт, – согласился демон. – Но звезда не остыла, она мертва. И уже давно.

– В коме. Если мы развернем ее, на какой-то миг она поменяет полярность, межзвездное вещество окажется в пространстве. Уж его-то мы сможем отправить в космос.

– Гениально! Мы открыли новый способ добыть звезду! Если получится, мы навсегда войдем в историю Правителей, – проскрипел демон. – Кстати, мы уже вошли, когда прокатились на звезде Анит по всем галактикам местного разлива. М-да… Между прочим, империя Анит вполне могла бы именоваться империей Дай – звезд, добытых мною, у нас на одну больше.

– По большому счету, – взмутилась Анна, – я никогда не делила звезды на твои и мои! Мы на нейтронной бомбе! У тебя есть предложение получше?

Дай тяжело вздохнул.

– Взрывом ее однозначно раздробит. Начнется распад недоеденных подпространством тяжелых ядер, которыми мы снова и снова будем кормить его, пока не получим водород и гелий. С газом-то мы уж как-нибудь справимся, – он воодушевленно погрозил монстрам щупальцем: – Мы заставим нас уважать! – и сразу забыл о них. – Но! Тут не меньше десяти звездных единиц. Ты хоть представляешь объем вещества, которое мы собрались перелопатить? Это не планета, с которой мы, бывало, возились по месяцу! Нам придется отправить в космос не меньше семи звездных масс вещества!