- -
- 100%
- +
— Потому что я видела, что происходит с теми, кто сдается, — в голосе служанки впервые прорвался сквозь маску безупречной учтивости настоящий, живой страх. Страх за тех, кто позволил сломить себя.
Дарья стиснула в кулаке браслет с синим камнем, ощущая обжигающий лед его поверхности. Вода в купели встрепенулась, словно живая, иссиня-фиолетовые клубы пара, как призрачные змеи, обвивались вокруг её обнажённого тела.
— Быстрее, — прошептала служанка, бросив затравленный взгляд на дверь. — Он может вернуться.
Дарья наполнила лёгкие воздухом, последний раз ощутила привычную слабость, и раздавила камень в ладони.
Треск.
Мир взорвался ослепительным, неземным голубым светом.
Боль пронзила каждую клетку тела тысячами раскалённых игл, но вместе с ней явилось и ощущение – будто с лязгом рухнули ржавые оковы, сковывавшие её разум. Сила, дремавшая веками, пробудилась с яростью бушующего шторма.
— А-а-аргх! — Дарья, захлёбываясь криком, рухнула на колени в воду.
Служанка, словно тень, метнулась к ней, заслоняя собой от немигающего ока камер.
— Тише, тише… всё хорошо, — шептала она, пытаясь унять дрожь в своих руках.
Фиолетовая вода вокруг Дарьи налилась чернотой, непроглядной, как беззвёздная ночь, впитав в себя отблески колдовского света.
— Что… что со мной? — прошептала Дарья, вглядываясь в свои руки. По бледной коже бежали сполохи голубых искр, едва различимые, но нестерпимо осязаемые.
— Это пройдёт. Тебе нужен отдых, — служанка, торопливо подхватив её под руки, помогла выбраться из купели, укутала в струящийся шёлк халата и повела к ложу.
Дарья едва держалась на ногах. Голова кружилась в вихре неведомых ощущений, тело пылало, но разум…
Разум был кристально чист, как никогда прежде.
— Почему ты помогаешь мне? — Дарья вцепилась в руку служанки, когда та бережно укладывала её на подушки.
Девушка замерла, словно испуганная птица, и наклонилась так близко, что её дыхание опалило ухо Дарьи:
— Потому что ты не первая. Но я хочу, чтобы ты стала последней.
Она погасила светильник, погрузив комнату в густую, обволакивающую темноту.
На следующий день Герцог решил устроить Дарье экскурсию.
Герцог Кассиан Вель'Зар, словно ведущий пленницу на заклание, проплывал с Дарьей по залитым неземным светом коридорам своего флагмана. Его пальцы, обманчиво нежные, стискивали её запястье, словно стальной капкан.
— Взгляни, моя бесценная, – голос герцога, паточный и зловещий, сочился, как яд с клинка, – весь этот корабль, эта могучая часть империи… а вскоре я стану сильнее и могущественнее.
Они миновали зияющие чернотой иллюминаторы, за которыми клубились звёздные рои. Остановившись, герцог грубо развернул Дарью лицом к бездонной космической пропасти.
— Представь, – его горячее дыхание опалило её ухо, – твоя кровь, сплавленная с моей, породит династию, которой позавидуют боги. Детей, что будут не просто править, – они станут самим воплощением власти.
Его рука, словно спрут, скользнула ниже, обхватывая её живот с собственническим жаром, от которого Дарью пробила дрожь отвращения.
— Первенец будет в этом году . Он унаследует твою дикую силу и мой холодный расчёт. А затем… – короткий, сухой смешок сорвался с его губ, – …мы одарим его братьями и сёстрами. Столько, сколько ты сможешь выносить.
Дарья ощутила, как кристалл, спрятанный под рукавом, бешено запульсировал в унисон с клокочущей внутри яростью.
— Ты видишь во мне лишь сосуд? – прошептала она, вглядываясь в их отражение в тёмном стекле – его хищную улыбку триумфа, свою собственную смертельную бледность.
Герцог лишь довольно улыбнулся.
Они приблизились к массивной двери, украшенной зловещим гербом Вель'Заров.
— Вот твой новый дом, – триумфально произнёс герцог, распахивая дверь в роскошные покои, словно в пасть золотой клетки. – Здесь ты будешь ожидать нашего священного праздникаа. Всего три дня, моя наложница.
Лишь когда дверь с лязгом захлопнулась за ним, Дарья позволила себе содрогнуться.
Не от страха.
От первобытной, всепоглощающей ярости.
Кристалл в браслете, не выдержав напора её гнева, взорвался, осыпав её руку дождём голубых искр.
Глава 9 Тени за зеркалом
Дверь бесшумно сомкнулась, запечатывая Дарью в роскошной, но зловещей клетке. Тихий щелчок магнитного замка прозвучал похоронным звоном ее надеждам.
Она, словно зачарованная, скользила вдоль стен, ее пальцы невольно касались холодного, отполированного мрамора. Покои поражали своим показным великолепием: кровать под балдахином, сотканным из звездной парчи, дубовые панели, усеянные самоцветами, даже камин с призрачным, искусственным пламенем – все кричало о богатстве, но…
Слишком идеально.
Слишком нетронуто.
Будто декорация, возведенная в спешке, специально к ее появлению.
Дарья приблизилась к зеркалу в помпезной, позолоченной раме. В отражении мелькнуло чужое лицо: бледное, с темными провалами под глазами. Но что-то неуловимо…
Не вязалось.
Она подалась вперед, всматриваясь вглубь.
Зеркало.
Оно поглощало чуть больше света, чем следовало. И если сосредоточиться, присмотреться…
Дарья отпрянула, словно от удара.
Отражение колебалось, задержавшись на мгновение.
— Я вижу тебя, — прошептала она, чувствуя, как леденеет кровь.
В ответ – лишь звенящая тишина.
А затем – едва уловимый шелест, словно вздох из иного мира.
И из зеркальной глади, словно жидкий мрак, вытекла тень.
— Не бойся, — прозвучал женский голос, окутанный печалью.
Перед Дарьей стояла служанка, подавшая ей злополучный браслет. Но теперь в ее глазах пылал неземной, недобрый свет.
— Они зовут меня Призрак, — проговорила девушка, коснувшись зеркала. Поверхность задрожала, словно потревоженная водная гладь. — Я была первой.
— Первой?
— Кого он выбрал.
Призрак резко распахнула рукав, обнажая руку, испещренную сложным узором шрамов, напоминающих созвездия.
— Он пытался вывести новую породу. Но мы… оказались бракованными.
Дарья ощутила, как кристалл на ее запястье обжигает кожу.
— Почему ты показываешься мне именно сейчас?
— Потому что завтра будет слишком поздно, — Призрак указала на зеркало. — За ним – проход в сердце корабля. Там ты найдешь того, кто тебе поможет.
Зеркало вновь задрожало, словно предупреждая об опасности.
— Они идут, — Призрак попятилась к стене. — Помни… Когда придет время, разбей зеркало.
И растаяла в воздухе, словно видение.
Дарья осталась одна, с колотящимся сердцем. Это было на самом деле или ей привиделось?
Снаружи донеслись глухие шаги, приближающиеся с каждой секундой.
Шаги за дверью замерли, словно крадущийся зверь затаился в тени. Дарья, прильнув спиной к ледяной стене, задержала дыхание. В висках гулко билась кровь, вторя бешеному ритму сердца, а кристалл на запястье мерцал в унисон, словно живой.
Разбей зеркало.
Она судорожно сжала кулаки, взгляд заметался по комнате в поисках спасительного оружия. На каминной полке, словно насмешка судьбы, покоилась бронзовая статуэтка – мифический зверь с крыльями, застывший в вечном оскале.
Шаги за дверью вернулись, теперь ближе, отчетливее. Дарья, словно загипнотизированная, замерла перед зеркалом, судорожно сжимая в потных ладонях тяжелую бронзу. За дверью раздавались тяжелые, размеренные удары, как отсчет последних секунд перед неминуемой казнью.
Разбей зеркало.
Хрустальный звон разлетевшегося стекла, словно предсмертный крик, разорвал тишину. Но за зеркалом, вместо ожидаемой стены, разверзлась черная, зияющая бездна. Ледяной сквозняк потянул из темноты, принося с собой запах машинного масла и… металла, отдающего кровью.
Дарья, словно лунатик, сделала шаг вперед –
и провалилась в небытие.
Тьма.
Влажность.
Приглушенный гул машин, похожий на предсмертный стон раненого зверя.
Она очнулась в узком, пульсирующем туннеле, чьи стены словно дышали жизнью. Впереди, словно маяк в преисподней, мерцал багровый свет.
Дарья поползла вперед, ладони скользили по липкому, отвратительному полу. С каждым метром воздух становился все гуще, пока не превратился в железистую, тошнотворную пасту во рту.
И вдруг туннель оборвался.
Тьма дрогнула, рассеялась, и перед Дарьей возник он – словно изваянный из гранита, высокий и могучий. Каждый дюйм его тела, испещренного причудливой сетью шрамов, источал первобытную силу, а в глубине глаз клокотал ледяной, неукротимый огонь.
— Ты опоздала, — его голос, низкий и хриплый, словно осколок стекла, резал тишину.
Дарья замерла, инстинктивно подавшись назад. Этот человек не был ни слугой, ни стражем. Он был заключенным – диким зверем, загнанным в клетку.
Тяжелые оковы, словно змеи, обвивали его запястья, но даже они не могли утаить истинную сущность – он был оружием, смертоносным и опасным.
— Кто ты? — прошептала Дарья, чувствуя, как кристалл на запястье отзывается на его присутствие, пульсируя в унисон с его дыханием.
Уголки его губ дрогнули в презрительной усмешке, обнажая хищный оскал белых зубов.
— Дарион Рейв. Бывший капитан корпуса "Клинков Вель'Зара".
— Бывший?
— Он предал меня. Как и всех, кто ему больше не нужен. Бросил, словно сломанную игрушку.
Дарион с яростью дернул цепь, и металл с оглушительным грохотом разорвался. Он не был скован так крепко, как казалось. Лишь ждал подходящего момента.
— Призрак сказала, что ты придешь.
Дарья нахмурилась, пытаясь разгадать смысл этих слов.
— Ты знаешь ее?
— Она была моей сестрой. Голос Дариона дрогнул, в нем промелькнула тень невыразимой боли.
Тишина, тяжелая и гнетущая, повисла между ними.
— Он убил ее?
— Хуже. Его взгляд потемнел, в нем отразилась вся бездна страданий.
Глава 10 Побег
Дарион приблизился, и теперь Дарья смогла разглядеть шрам – уродливый рубец, пересекающий его лицо от виска до подбородка, словно зловещая метка. Боевая отметина. Память о предательстве.
— Он превратил ее в тень. Как и многих других. Вырвал душу и оставил лишь пустую оболочку.
Его пальцы сжались в кулаки, сухожилия на руках напряглись, словно стальные тросы, готовые оборваться.
— Но ты… ты другая. В тебе есть искра, огонь, который он не сможет погасить.
Дарья почувствовала, как кристалл на ее запястье вспыхнул, словно живой, откликаясь на его слова, на его боль.
— Почему ты здесь?
— Потому что я ждал тебя. Ждал надежды.
Он сделал еще шаг вперед, и они стояли так близко, что Дарья ощутила жар его дыхания на своей коже, почувствовала исходящую от него волну ярости и отчаяния.
— Я знаю, как сбежать. Но тебе придется довериться мне. Слепо.
— Почему я должна тебе верить? Ты – заключенный, убийца…
Дарион усмехнулся, и в его глазах мелькнул отблеск безумия.
— Потому что у нас один враг. Один палач.
За его спиной, в зловещем багровом свете, Дарья разглядела карту – детальную схему корабля, испещренную пометками и символами. План побега, выстраданный и продуманный до мелочей.
— Ты готовился… Ты верил.
— Я ждал. И надеялся.
Он протянул к ней руку.
— Бежим? Или останемся здесь умирать?
Дарья посмотрела на его ладонь – широкую, загрубевшую от ран и лишений, покрытую шрамами, но сильную, способную защитить.
И приняла решение.
— Бежим.
Мужчина рванул цепь и оковы оборвались.
— За мной.
Корабль жил – чудовищный, механический организм, дышащий злобой и ненавистью.
Стены пульсировали, словно живые, пол вибрировал под ногами в зловещем ритме, а в воздухе витал тошнотворный запах крови, машинного масла и страха.
Дарион шел впереди, его движения были бесшумными, выверенными, точными, словно он был частью этого кошмарного механизма, знал каждый темный угол, каждую потайную дверь этого стального лабиринта.
— Он превратил корабль в ловушку, — прошептал он, прижимаясь спиной к холодной стене. — В живую тюрьму.
— Кто?
— Вель'Зар. Его имя прозвучало как проклятие.
Внезапно сирены взревели, оглушая и парализуя, и коридор залился пульсирующим алым светом.
— Они знают. Слишком поздно.
Дарион рывком потащил Дарью за собой, и они проскользнули в узкий вентиляционный люк, исчезнув в непроглядной темноте.
— Куда мы идем?
— К сердцу корабля. К его гниющему ядру.
— Зачем?!
— Чтобы уничтожить его. Вырвать сердце из груди этого чудовища.
Дарья почувствовала, как энергия, дремавшая внутри нее, пробуждается с новой силой, как ярость и отчаяние сплавляются в единый, всепоглощающий поток.
Они бежали сквозь тьму и хаос.
А за ними, по пятам, неотступно следовала погоня. Вель'Зар, всевидящий и всемогущий, готовый обрушить на них всю свою ярость.
Темные коридоры корабля содрогались в агонии, словно живое существо, испускающее последний вздох. Стены пульсировали, словно вздувшиеся вены, из трещин сочилась маслянистая смоль, подобная запекшейся крови.
— Двигатель внизу! — Дарион прокладывал себе путь сквозь едкий дым, его мощная спина напряглась, словно тетива натянутого лука. Каждый мускул кричал о решимости.
Дарья неслась следом, ощущая, как кристалл на ее запястье пылает в унисон с агонией гибнущего корабля, словно предчувствуя неминуемый взрыв.
— Он нас выслеживает!
За спиной раздался скрежет металла, режущий слух, — люди Вель'Зар настигали их, его тень расползалась по стенам, словно черная, всепоглощающая чума.
Они ворвались в самое сердце двигателя — в огромную, пульсирующую сферу, опутанную конвульсирующей сетью труб и энергетических жил. Воздух здесь был спертым от густого запаха озона и раскаленного металла, а стены содрогались, словно в предсмертной агонии титана. Багровый свет реакторного ядра плясал зловещими тенями на их лицах, превращая Дариона в демона, сошедшего со страниц древних легенд.
— Здесь! — Дарион, словно одержимый, кинулся к панели управления, его пальцы, точно молнии, замелькали над кнопками. Каждый мускул его тела был натянут, словно струна, а на лбу проступили крупные капли пота, смешиваясь с копотью и кровью.
— Что ты делаешь?! — Дарья вцепилась в его плечо, ощущая сквозь ткань рубашки лихорадочную дрожь, пронзающую его тело. Ее голос утонул в реве работающих на пределе турбин.
— То, что должен был сделать давным-давно, — прошипел он сквозь стиснутые зубы. В его глазах пылал тот же яростный огонь, что и в день, когда он узнал о трагической судьбе сестры.
Он вырвал защитную панель, обнажив алый рычаг аварийного уничтожения. Металл взвыл, сопротивляясь, но его мускулистые руки не дрогнули. Под прозрачным пластиковым колпаком зловеще мерцала надпись: "ТОЛЬКО В СЛУЧАЕ КРАЙНЕЙ НЕОБХОДИМОСТИ".
— Это спровоцирует перегрузку реактора. У нас три минуты, — его голос был холоден, как космический вакуум за бортом.
— Три минуты до чего? — Дарья почувствовала, как кристалл на ее запястье обжег ее ледяным холодом.
— До преисподней, — он повернулся к ней, и в этот момент она увидела в его глазах не просто решимость. Это была готовность. Готовность к искуплению, выжженная на его душе.
Он обрушил рычаг вниз.
Воющие сирены разорвали тишину, обратившись в погребальный плач умирающего корабля. Где-то в глубинах корпуса утробно заскрежетал металл, словно пробудился древний, спящий зверь. Лампы аварийного освещения вспыхнули кроваво-красным, заливая помещение багровым светом, словно предвещая неминуемую расплату.
— Бежим! — Дарион схватил ее за руку, и они ринулись назад, в охваченные хаосом коридоры, где уже с шипением лопались трубы, выпуская клубы обжигающего пара.
Они ринулись назад, в запутанный лабиринт коридоров, словно преследуемые самим воплощением смерти.
За спиной раздался чудовищный грохот, пол заходил ходуном, словно палуба корабля, идущего ко дну.
— Капсула в доке! — Дарион, не оглядываясь, толкнул Дарью вперед.
Из-за поворота вырвалось обжигающее пламя, лизнувшее их пятки.
— Он взрывается!
Они в отчаянии нырнули в последний уцелевший коридор.
И увидели его.
Вель'Зар.
— Драгоценная… — его голос зашипел, словно раскаленная сталь, погруженная в ледяную воду. — Ты полагала, это конец?
Глава 11 Свобода или?
Дарион выпрямился во весь свой могучий рост, на миг заслонив Дарью от нависшей угрозы. В пляшущем свете аварийных ламп вспыхнул клинок в его руке – не просто сталь, а словно осколок лунного света, вырванный из самой пасти вечной тьмы.
— Беги, Дарья, — в голосе звучало спокойствие, но глаза метали молнии невысказанной ярости.
— Нет! — Дарья вцепилась в его рукав, и странное, обжигающее тепло разлилось по венам. Кристалл на запястье вспыхнул, ослепляя небесной голубизной. — Я не брошу тебя!
— БЕГИ! — его утробный рык потонул в предсмертном стоне разрушающегося корабля.
Он бросился в отчаянную атаку на Вель'Зара, клинок, словно живой, выписывал в воздухе смертоносные руны. Но Вель'Зар лишь презрительно усмехнулся, одним плавным движением парировав удар. Костлявые пальцы сомкнулись на горле Дариона, вздымая его могучее тело в воздух, словно пушинку.
Внутри Дарьи что-то оборвалось с хрустом. В висках заколотилось, а в ушах зазвучал древний, завораживающий напев, знакомый лишь по обрывкам детских снов. Кристалл раскалился добела, прожигая кожу, но боль не имела значения – только всепоглощающая, первобытная ярость.
Содрогающий взрыв, словно из самого чрева корабля, бросил палубу в агонии. И в этот миг что-то в Дарье… пробудилось.
Руки сами собой поднялись, пальцы сплелись в причудливом, неведомом ей жесте. Воздух перед ней загустел, затрещал, и вдруг разверзся ослепительной голубой молнией. Энергетический разряд обрушился на Вель'Зара, отбрасывая его в сторону, словно сломанную куклу.
Дарион рухнул на колени, жадно глотая воздух. Дарья, не помня себя, кинулась к нему, подхватывая под руку. Ее ладони светились призрачным, неземным светом, вторя сиянию кристалла.
— Ты… — прохрипел Дарион, в глазах которого плескались боль и ошеломленное изумление.
— Я знал! — прошипел Вель'Зар, стирая кровь с рассеченной губы. — В тебе течет кровь Силин!
Очередной взрыв, еще ближе. Потолок затрещал, осыпаясь градом искр и обломков. Дарья, не раздумывая, потащила Дариона за собой к спасательной капсуле. Ее тело двигалось с невероятной грацией и скоростью, словно неведомая сила направляла ее, помогая каждому мускулу.
Они влетели в капсулу в тот самый миг, когда мир вокруг взорвался ослепительным, всепожирающим пламенем. Люк захлопнулся автоматически, и капсула, словно испуганная птица, сорвалась в ледяную бездну космоса, гонимая яростной ударной волной.
В последний момент, сквозь крошечный иллюминатор, Дарья увидела, как Вель'Зар, объятый пламенем, протягивает к ней руку… и улыбается. Это была не улыбка побежденного. Это была улыбка хищника, уверенного, что добыча все равно рано или поздно окажется в его лапах.
Вращаясь в безмолвной, всепоглощающей тьме, словно брошенный лист, капсула неслась вперед, подгоняемая инерцией взрыва. Дарья очнулась от оглушительного удара головой о панель управления. Перед глазами вспыхнули ослепительные искры, в ушах зазвенел набат.
— Дарион?
Она с трудом различала его едва уловимый силуэт в полумраке. Он был без сознания, багровая струйка крови медленно стекала по виску.
Корабль Вель'Зара, словно раненый зверь, испустил свой последний огненный вздох, превратившись в медленно остывающий сгусток пламени в бескрайней черноте космоса.
— Жив… — хрипло выдохнул Дарион, заставив ее сердце болезненно сжаться.
Дарья бросилась к нему, но в этот момент капсула задрожала в предсмертной агонии, издав пронзительный вой.
— Критическая нехватка кислорода. Разгерметизация корпуса.
Ее пальцы судорожно сжались в кулак. Кристалл на запястье все еще слабо пульсировал теплом надежды.
— Нет… Ты не умрешь. Не сейчас.
Дарья закрыла глаза, отчаянно ища спасения в глубинах своего разума.
И услышала.
Не голос, а шепот.
Знакомый, леденящий душу шепот, преследовавший ее в снах.
— Силин…
Она почувствовала, как энергия, словно пробуждающийся поток лавы, разливается по венам, как невероятное тепло обволакивает ладони.
— Что… что я делаю?
Ее руки сами потянулись к изувеченной панели, словно повинуясь неведомой силе.
Голубые нити энергии, словно живые, вырвались из кончиков пальцев, опутывая зияющие трещины в корпусе, запаивая разорванные провода.
Кислородный датчик замерцал зеленым огоньком жизни.
— Черт возьми… — прошептал Дарион, зачарованно наблюдая за происходящим.
Дарья распахнула глаза, полные непонимания и изумления.
— Я… я не понимаю…
— Ты спасаешь нас.
Но хрупкая радость момента была мимолетной.
Что-то зловещее возникло на экране радара.
Сначала — лишь едва различимый сигнал, призрак в пустоте.
Затем — четкий, неумолимый, словно приближающийся приговор.
— Корабль… — Дарион приподнялся, с трудом сдерживая стон боли.
— Этого не может быть…
Но это был он.
Из мрачного облака обломков, словно восставший из пепла, выплыл зловещий силуэт.
Черный, искореженный, но живой.
— Вель'Зар…
Дарья почувствовала, как кристалл на ее руке забился в агонии, предчувствуя неминуемую опасность.
— Он идет за нами.
— У нас нет ни единого шанса в открытом космосе, — прошептал Дарион, осознавая всю безысходность ситуации.
Дарья перевела взгляд с жуткого изображения на радаре на ледяную пустоту за иллюминатором.
— Есть один способ.
— Какой?
— Я отдам ему себя.
Дарион резко схватил ее за руку, сжимая ее ладонь с отчаянной силой.
— Нет.
— Он убьет нас обоих!
— Тогда мы умрем вместе.
Она встретилась с его взглядом, полным решимости и любви.
И поняла — он никогда ее не отпустит.
Внезапно радар взорвался оглушительным визгом, пронзая тишину капсулы.
Новый сигнал.
Огромный. Близкий.
— Что это?!
Из разрывающегося гиперпространства вырвался корабль, ослепляя своей мощью.