Последний след

Часть 1. Эхо Тишины

.

Глава 1.Шёпот в темноте

Шёпот в темноте Тишина в этой квартире была не просто отсутствием звуков. Она была плотной, осязаемой субстанцией, которая забивалась в уши ватой и давила на барабанные перепонки.Марк лежал на спине, уставившись в тёмный потолок своей комнаты, и считал секунды до рассвета, который, казалось, никогда не наступит. Сон не шёл.

Он боялся сна. Стоило векам сомкнуться, как реальность растворялась в липком мареве кошмара. Там всегда был лес. Тот самый чёртов лес, где нашли её куртку и телефон, но так и не нашли её саму. И там всегда был шёпот.

Тихий, настойчивый, идущий будто бы прямо из-под земли. *«Марк»* Он вздрогнул и резко сел на кровати. Сердце колотилось где-то в горле, руки дрожали. Воздуха не хватало.

Он жадно хватал его ртом, но лёгкие отказывались наполняться до конца. Это был не сон.

Или уже не сон? Комната тонула во мраке, лишь узкая полоска лунного света пробивалась сквозь неплотно задернутые шторы, вычерчивая на полу зыбкую дорожку.

*«Найди меня»*

Голос был реальным. Слишком реальным для игры воображения. Он звучал не в голове, а здесь, в комнате.

Тихий, родной голос Анны.

Его сестры. Его близнеца. Марк замер, боясь пошевелиться и спугнуть наваждение.

Он вслушивался в темноту до боли в ушах, но слышал лишь бешеный стук собственного сердца и далёкий гул холодильника на кухне.

Это сводило с ума. Медленно, но верно стирало грань между реальностью и безумием.

Он провёл ладонями по лицу, пытаясь стереть липкий холодный пот.

Кожа была ледяной. Марк встал и подошёл к окну, отодвинув штору. Город внизу спал.

Редкие фонари выхватывали из темноты мокрый асфальт и голые ветви деревьев.

Обычная ночь обычного города, который ничего не знал о его боли.

Чувство вины было его постоянным спутником, тяжёлым камнем на груди.

Оно появилось в тот самый момент, когда он услышал новость по телефону. Если бы он поехал с ней Если бы он не отпустил её одну Если бы он ответил на тот последний звонок.

Телефон лежал на тумбочке экраном вниз. Марк знал, что там:

десятки пропущенных вызовов от Лизы и одно-единственное сообщение от неизвестного номера с координатами места, где нашли вещи Анны.

Он перечитывал его сотни раз, пока слова не начали расплываться перед глазами.

Дверь в его комнату тихо скрипнула.

Марк вздрогнул и резко обернулся, готовый увидеть призрак. На пороге стоял отец.

В темноте его силуэт казался чужим и незнакомым. Ты опять не спишь?голос отца был хриплым от усталости. Не могу, честно признался Марк, опускаясь обратно на кровать.

Отец вошёл в комнату и остановился посреди неё, словно не зная, что делать дальше или куда деть руки.

Он постарел за эти недели на десять лет.

Под глазами залегли глубокие тени, плечи ссутулились.

Мы должны отпустить её, сынок, тихо сказал он после долгой паузы.

Слова ударили больнее пощёчины. Отпустить? голос Марка сорвался на шёпот.

Её тело даже не нашли! Как мы можем её отпустить? Она там! Одна! Ей нужна помощь! Отец устало вздохнул и сел на край кровати.

Матрас прогнулся под его весом.

Полиция сделала всё возможное. Это был несчастный случай.

Упала с обрыва, течение унесло Природа не всегда возвращает то, что забирает.

Я не верю в это! Марк вскочил на ноги, сжимая кулаки так, что ногти впились в ладони.

Ты просто хочешь верить! Потому что так проще! Проще смириться и жить дальше! А я не могу! Отец молчал, глядя в пол.

Ты сходишь с ума здесь, наконец произнёс он глухо.

Сидишь в четырёх стенах, слушаешь тишину и сходишь с ума.

Я слышу её! выкрикнул Марк в отчаянии. Каждую ночь я слышу её голос! Она зовёт меня! Отец поднял на него тяжёлый взгляд.

В нём не было сочувствия, только глухая тоска и страх.

Это просто эхо твоей боли, Марк.

Голоса в твоей голове. Нет! он замотал головой так яростно, что перед глазами поплыли цветные пятна. Это она! Она жива! Я знаю это! Отец встал и направился к двери.

Поговорим утром, бросил он напоследок и вышел, плотно прикрыв за собой дверь.

Марк остался один в звенящей тишине. Слова отца жгли изнутри калёным железом.

«Эхо боли». «Голоса в голове». Может быть, он прав? Может быть, грань уже стёрта? Он снова подошёл к окну и прижался лбом к холодному стеклу.

Оно приятно остужало разгорячённую кожу.

Внизу по улице проехала одинокая машина, осветив фарами мокрый асфальт и фигуру человека на тротуаре напротив их дома.

Человек стоял неподвижно и смотрел прямо на его окно.

Марк отшатнулся от стекла так резко, что ударился спиной о подоконник.

Сердце пропустило удар и забилось с удвоенной силой.

Он снова прильнул к стеклу, всматриваясь в темноту улицы.

Тротуар был пуст. Никого не было.

Только мокрый асфальт и тени деревьев, раскачиваемых ветром.

Он снова сошёл с ума? Или кто-то действительно следил за ним? Наблюдал за их горем из темноты? Марк вернулся к кровати и сел на край, обхватив голову руками. Он больше не знал, чему верить: своим глазам или своему разуму.

Реальность трещала по швам, расползалась гнилыми нитками под напором горя и бессонницы. Сон больше не пугал его кошмарами о лесе. Теперь он боялся проснуться и понять, что мир вокруг окончательно превратился в безумие. А шёпот шёпот становился всё громче с каждой ночью.

*«Найди меня»*

И он найдёт. Чего бы это ни стоило.

Глава 2.Официальная версия

Кухня пахла остывшим кофе и отчаянием.

Этот запах пропитал обои, въелся в деревянную столешницу и, казалось, навсегда поселился в лёгких каждого, кто переступал порог этой квартиры.

Марк сидел за столом, сжимая в руках кружку с чёрной, горькой жижей, которую он даже не пытался пить. Напротив него, словно две каменные статуи, застыли родители.

Отец смотрел в окно, на серый, сочащийся дождём город, а мать не сводила глаз с лежащей на столе папки.Это была она.

Та самая папка. Дело 248-«Л». Официальная версия.

Капли дождя монотонно били по стеклу, отсчитывая секунды вязкой, удушливой тишины.

Марк чувствовал, как внутри нарастает глухое раздражение, смешанное с ледяным страхом.

Он знал, что там написано.

Он уже видел этот текст в электронном письме от следователя.

Но сейчас, когда слова обрели физическую форму и лежали в трёх шагах от него, реальность казалась ещё более жестокой.

Они закрывают дело, голос отца прозвучал глухо, будто говорил не он, а кто-то другой из соседней комнаты.

Он так и не повернулся. Следователь звонил утром.

Мать судорожно вздохнула и прикрыла рот ладонью.

Её глаза блестели от непролитых слёз, но лицо оставалось пугающе спокойным, словно маска. «Несчастный случай», произнёс Марк, и слово обожгло язык.

Он выплюнул его, как отраву. Вот так просто? Несчастный случай? Тело не найдено, Марк, отец наконец повернулся.

Его взгляд был тяжёлым, свинцовым.

В нём читалась не только усталость, но и плохо скрываемое раздражение. Ты же понимаешь? Река у подножия обрыва... течение сильное.

Они говорят, шансов найти останки практически нет.

Но вещи! Марк с грохотом поставил кружку на стол.

Кофе выплеснулся на папку, оставляя тёмные разводы на казённой бумаге.

Они нашли её вещи! Куртку! Телефон! Это значит, она была там! Это значит... Это ничего не значит! голос отца сорвался на крик, но тут же оборвался, превратившись в хриплый шёпот.

Он закрыл глаза и потёр переносицу.

Следователь сказал... вещи могли зацепиться за коряги или камни.

А тело унесло дальше по течению, в заводи, где глубина... Я не верю в это! Марк ударил кулаком по столу. Мать вздрогнула, но промолчала.

Вы слышите себя? «Унесло течение»? «Заводи»? Это же Анна! Наша Анна! А для них это просто статистика! Закрытое дело!Он схватил папку и рывком подтянул её к себе.

Пальцы дрожали, когда он открывал замусоленные страницы. Слова прыгали перед глазами: «предположительно», «вероятнее всего», «ввиду отсутствия прямых улик».

Вот! он ткнул пальцем в строку отчёта

криминалистов.

«На корпусе телефона обнаружены микротрещины, характерные для падения с высоты».

Падение с высоты! Не утопление! Она была жива, когда упала!Отец устало покачал головой: Она могла потерять сознание при падении.

Могла удариться головой о камни уже в воде.

Следователь сказал... Да плевать мне, что сказал следователь! Марк вскочил на ноги, отшвырнув стул.

Тот с грохотом упал на линолеум.

Он её не знал! Он видел только бумажки! А я знаю! Она бы боролась! Она бы нашла способ выбраться или хотя бы оставить знак!Мать наконец подала голос.

Тихий, надломленный. Сынок... может быть... может быть, так будет легче? Если мы примем это... мы сможем жить дальше.Марк посмотрел на неё так, будто видел впервые.

В её глазах была пустота.

Та самая пустота, которая поглощает людей после потери самого дорогого.

Жить дальше? переспросил он тихо и страшно.

Вы хотите просто похоронить пустую могилу и поставить на этом точку?Отец поднялся.

Он был выше Марка на полголовы и сейчас казался гигантом, нависающим над столом.

Мы похороним память о ней так, как положено.

Так будет правильно. Правильно? Марк горько усмехнулся.

А что правильно? Сидеть здесь и делать вид, что ничего не случилось? Ждать, пока боль притупится настолько, что мы забудем её лицо?Он схватил папку и швырнул её через всю кухню.

Она ударилась о дверцу холодильника и с шелестом рассыпалась по полу листами.

Я не забуду! И я не поверю ни единому слову из этого бреда!Он развернулся и направился к выходу из кухни. Куда ты собрался? окликнул его отец.

Туда! Марк остановился в дверях и ткнул пальцем в стену, за которой был город, а за городом лес.

Я поеду туда снова.

Я пройду каждый метр того берега.

Я найду того, кто видел её последним! Полиция уже всё прочесала! крикнул отец ему в спину.

Лесники, волонтёры... Там никого нет!Марк не ответил.

Он просто вышел в коридор, схватил с вешалки свою куртку и хлопнул входной дверью так сильно, что задрожали стёкла в окнах.

Холодный октябрьский воздух ударил в лицо, немного проясняя мысли.

Дождь усилился, превращаясь в ледяную морось.

Марк шёл по улице, не разбирая дороги.

В ушах всё ещё звенели слова отца:

«Несчастный случай».

Он остановился под козырьком автобусной остановки и достал телефон из кармана.

Экран вспыхнул, осветив его бледное лицо.

Десятки уведомлений от Лизы он смахнул не глядя. Его интересовал только один контакт: «Следователь Волков».

Номер был сохранён с первого дня поисков.

Марк нажал на кнопку вызова и прижал холодный пластик к уху.

Гудки тянулись бесконечно долго.

Слушаю вас, наконец раздался в трубке сухой, официальный голос.

Это Марк Савельев.

Я по поводу дела моей сестры.

На том конце провода послышался тяжёлый вздох.

Я уже всё сказал вашим родителям, молодой человек.

Дело закрыто ввиду отсутствия состава преступления и невозможности обнаружения тела... Меня не волнует состав преступления! перебил его Марк. Его голос дрожал от едва сдерживаемой ярости.

Меня волнует правда! Вы написали «несчастный случай».

Но вы же сами говорили про синяки на запястьях! Про разорванный воротник куртки!В трубке повисла пауза.

Послушайте... синяки могли появиться при падении через кустарник.

Воротник... это могла быть ветка или животное... Животное? В октябре? В том районе нет медведей! Послушайте меня внимательно, голос следователя стал жёстче.

Я понимаю ваше горе.

Правда понимаю.

Но я видел сотни таких дел.

Иногда природа просто забирает своё и не оставляет следов для следствия.

Иногда самое простое объяснение и есть верное.Марк до боли сжал телефон в руке.

А если я скажу вам... что она звала меня?Тишина в трубке стала оглушающей.

Что? Каждую ночь я слышу её голос во сне.

Она просит найти её.

Следователь Волков сухо кашлянул.

Это называется посттравматическое расстройство и слуховые галлюцинации на фоне стресса.

Вам нужно обратиться к психологу, а не искать призраков в лесу.

Короткие гудки ударили по барабанным перепонкам как выстрелы.

Марк посмотрел на погасший экран телефона невидящим взглядом.

Психолог? Галлюцинации? Теперь все вокруг родители, полиция все они пытались убедить его в том, что он болен.

Что его чувства это просто побочный эффект горя.Но он знал правду.

Шёпот в темноте был реален.

И официальная версия была лишь красивой ложью для тех, кто хотел спать спокойно по ночам.

Он убрал телефон в карман и поднял голову навстречу дождю.

Капли стекали по лицу, смешиваясь с чем-то солёным и горячим.

Официальная версия умерла для него в тот момент, когда следователь повесил трубку.

Теперь начиналась его собственная версия событий.

И она вела прямиком в лес.

Глава 3. Лиза

Дождь не прекращался.

Он монотонно барабанил по козырьку остановки, превращая мир за стеклом в размытую акварель.

Марк стоял, прислонившись плечом к холодному металлическому столбу, и смотрел на своё отражение в тёмном экране телефона.

Бледное лицо, тени под глазами, мокрые волосы, прилипшие ко лбу.

Он выглядел как человек, который уже несколько недель не живёт, а лишь существует на остатках адреналина и боли.

Разговор со следователем выжег последние крохи надежды на то, что кто-то другой найдёт ответы.

Официальная версия была удобной ложью для всех, кроме него.

Вибрация в кармане куртки заставила его вздрогнуть. На экране высветилось имя: **Лиза**. Он сбросил вызов.

Потом ещё один.

И ещё.

Он не был готов говорить.

Не был готов слушать сочувствие, приправленное банальными фразами о том, что «время лечит».

Время не лечило.

Оно лишь давало ране загноиться.

Но Лиза была настойчива.

Телефон завибрировал снова, но на этот раз это было сообщение.> «Марк, я у твоего подъезда.

Выходи.

Это важно.

И это не про психолога».

Последняя фраза заставила его нахмуриться.

Он перечитал её трижды.

Не про психолога? Откуда она знает? Хотя... Лиза всегда была такой.

Она чувствовала людей на каком-то животном уровне, улавливая малейшие изменения в настроении.

С Анной они были неразлучны с детского сада, а значит, с Марком она общалась почти столько же.Он вздохнул и убрал телефон. Спорить с ней было бесполезно. Если Лиза что-то вбила себе в голову, она становилась похожа на бульдозер медлительный, но абсолютно непреодолимый.Марк вышел из-под навеса прямо под ледяной дождь. Вода мгновенно пропитала капюшон и потекла за шиворот, вызывая озноб.

Он поднял воротник куртки и быстрым шагом направился к дому.Она стояла там, где и написала у второго подъезда, под старым тополем, чьи голые ветви скрипели на ветру. Лиза была одета в ярко-жёлтый дождевик, который делал её похожей на одинокий, брошенный кем-то спасательный круг в этом сером мире. В руках она держала большой бумажный стакан с кофе и прозрачный файл с какими-то бумагами. Ты похож на утопленника, вместо приветствия сказала она, протягивая ему стакан. Держи. Двойной эспрессо, без сахара. Тебе нужно взбодриться.Марк молча взял стакан. От горячего пластика шло приятное тепло. Он сделал глоток. Горькая жидкость обожгла горло, но действительно немного прояснила сознание. Я не звонил тебе, потому что... начал он, но Лиза перебила его резким взмахом руки. Я знаю, почему ты не звонил. Потому что ты идиот, который решил бороться со всем миром в одиночку. Но дело не в этом.Она огляделась по сторонам, словно проверяя, не подслушивает ли их кто-то из пустых окон соседних домов. Пойдём отсюда. Тут слишком... открыто.Они отошли за угол дома, где ветер был чуть слабее. Лиза достала из файла несколько распечатанных листов и сунула их Марку под нос. Смотри.Это были скриншоты карт. Не обычные, а какая-то профессиональная топографическая схема с множеством пометок и условных обозначений. Марк непонимающе уставился на переплетение линий и цифр. Что это? Это карта того района, где нашли вещи Анны. Я попросила знакомого геодезиста помочь мне с одним делом... неофициально.Марк поднял на неё взгляд. В глазах Лизы горел тот же огонь безумной надежды, что сжигал и его самого. Каким делом?Она ткнула пальцем в одну из точек на карте, обведённую красным маркером. Вот здесь нашли куртку и телефон. Официальная версия гласит: Анна упала с обрыва здесь, палец переместился выше по карте, к жирной чёрной линии, обозначавшей край леса над рекой. Тело унесло течением. Логично? Логично.Она сделала паузу, давая ему осмыслить сказанное. Но я начала думать: а что, если она упала *не там*? Что, если она была *ниже* по течению? Смотри.Лиза достала из файла ещё один лист это была распечатка переписки в мессенджере. Сообщения от Анны.

Последнее было отправлено в 21:47 за день до её исчезновения.> «Я у старой вышки связи на южном выезде. Тут какая-то заброшенная дорога уходит в лес».Лиза ткнула пальцем в точку на карте. Вот эта вышка. Она находится почти в километре *ниже* по течению от того места, где нашли её вещи.Марк почувствовал, как по спине пробежал холодок, не имеющий ничего общего с промокшей одеждой. Ты хочешь сказать... Я хочу сказать, что полиция искала не там! горячо зашептала Лиза, придвигаясь ближе. Её глаза блестели от возбуждения и страха одновременно. Они решили: раз вещи зацепились за коряги у обрыва, значит, и упала она там! Это самый простой вариант! Но что, если она шла по той заброшенной дороге? Что, если на неё напали или произошёл несчастный случай *там*?Марк смотрел то на карту, то на лицо подруги. В её словах была логика, которую он отказывался видеть раньше из-за пелены горя.

Но вещи... Как они оказались у обрыва?Лиза пожала плечами: Течение могло принести их туда позже. Или... их могли подбросить.Это слово прозвучало как выстрел в тишине. Подбросить. Это уже не несчастный случай. Это преступление.Марк сделал ещё один глоток кофе, чувствуя, как горький вкус сменяется металлическим привкусом адреналина во рту. И что ты предлагаешь? Пойти в полицию с этой картой? Они закрыли дело. Они назвали это галлюцинациями!Лиза усмехнулась, но улыбка вышла кривой и нервной. К чёрту полицию. Мы пойдём сами.Повисла тяжёлая пауза. Марк смотрел на неё так, будто она предложила ему прыгнуть с того самого обрыва без парашюта. Ты с ума сошла? Лес огромный! Мы даже не знаем точно... Я знаю достаточно! отрезала она твёрдо. Я собрала информацию о той дороге. Она ведёт к старым вырубкам и охотничьим домикам.

Там есть места, куда никто не ходит годами. Идеальное место, чтобы спрятать... или спрятаться.Она протянула ему второй стаканчик с кофе, который всё это время держала в руке. Послушай меня внимательно, Марк. Я знаю Анну лучше всех. Лучше даже тебя иногда. Она была смелой до безрассудства, но не глупой. Она бы не стала подходить к самому краю обрыва ночью одна просто так. Но она бы пошла исследовать заброшенную дорогу из чистого любопытства.Лиза положила руку ему на плечо. Её ладонь была холодной и мокрой от дождя, но прикосновение было твёрдым и уверенным. Полиция ищет тело в реке. А я думаю... я чувствую... что нам нужно искать следы на суше. И я не смогу сделать это одна.Марк посмотрел на её руку на своём плече, затем перевёл взгляд на карту в своих руках. Красная точка внизу страницы словно пульсировала, притягивая взгляд. Шёпот в его голове прошлой ночью стал громче:

*«Найди меня...»*.

Он поднял глаза на Лизу и увидел в её взгляде отражение собственной одержимости. Кто ещё знает об этом? тихо спросил он.Лиза улыбнулась уголком губ: Пока только ты и я. Но нам понадобятся люди. Нам понадобятся друзья Анны, которые не верят в «несчастный случай».Дождь продолжал стучать по крышам автомобилей и асфальту, смывая остатки старого мира Марка Савельева. Он чувствовал это каждой клеткой тела: старая жизнь закончилась вчера вечером под звук коротких гудков в телефонной трубке следователя Волкова.Начиналась новая жизнь. Жизнь по его собственной версии событий.Он протянул руку и сжал ладонь Лизы в ответном жесте поддержки. Хорошо, сказал он твёрдо. Я в деле. Рассказывай свой план.

Глава 4.Друзья по несчастью

Друзья по несчастью Кафе «Уют» на окраине города было последним местом, где Марк ожидал оказаться. Здесь пахло пережаренным маслом, дешевым кофе и застарелым табачным дымом, который, казалось, впитался в сами стены. Окна запотели от дыхания посетителей, скрывая унылый пейзаж промзоны мутной пеленой. Это место было антиподом того мира, в котором жила Анна её мир был полон света, музыки и смеха. Здесь же царила серая, вязкая тишина. Марк сидел за дальним столиком у окна и крутил в руках пустую чашку из-под эспрессо. Лиза опаздывала. Или, скорее всего, она намеренно дала ему прийти первым, чтобы он успел проникнуться атмосферой и настроился на разговор. Он чувствовал себя не в своей тарелке. Последний раз он видел эту компанию вместе на дне рождения Анны три месяца назад. Тогда они смеялись. Сейчас же их объединяло только горе клеймо «друзей по несчастью». Дверь кафе распахнулась, впуская порыв холодного воздуха и звон колокольчика. Вошла Лиза. Она стряхнула капли дождя с капюшона своей желтой куртки и быстро оглядела зал. Заметив Марка, она кивнула и направилась к его столику. Но она была не одна. За ней следовали трое.

Марк внутренне напрягся. Он знал их всех, но сейчас они казались незнакомцами в этой тусклой обстановке. Извини за опоздание, быстро сказала Лиза, бросая мокрую куртку на спинку стула. Пробки. Ребята, это Марк. Марк, это те самые «друзья по несчастью». Первым вперед выступил высокий парень с модной стрижкой и в дорогом пальто. Он держался уверенно, даже немного надменно. Стас, коротко представился он и протянул руку. Марк пожал её. Рука у Стаса была сухой и крепкой. Я так понимаю, ты теперь главный идейный вдохновитель этого безумия? Стас сел напротив, закинув ногу на ногу. В его голосе не было ни сочувствия, ни скорби только деловой интерес. Следующей была девушка. Она выглядела так, будто хотела стать невидимой: невысокая, в бесформенном свитере и с волосами мышиного цвета, собранными в небрежный хвост. Она неловко улыбнулась Марку и тихо произнесла: Катя. Марк кивнул ей в ответ. Он помнил Катю как тихую подругу Анны из художественной школы. Она всегда была где-то на периферии их шумной компании, но сейчас её присутствие ощущалось как-то особенно остро. Последним вошел парень в толстовке с капюшоном и наушниками на шее. Он плюхнулся на диванчик рядом со Стасом и демонстративно скрестил руки на груди. Даниил, буркнул он, даже не посмотрев на Марка. Его взгляд был прикован к экрану смартфона. Лиза села рядом с Марком и хлопнула в ладоши, привлекая внимание. Ну что ж, все в сборе. Спасибо, что пришли. Ты сказала «дело жизни и смерти», подал голос Стас, барабаня пальцами по столу. Надеюсь, это не просто повод вытащить нас из дома в такую мерзкую погоду? Это не просто повод, отрезала Лиза и положила на стол папку с картами и распечатками. Это план. Даниил наконец оторвался от телефона и скептически хмыкнул: О нет. Только не говори мне, что мы будем искать снежного человека или охотиться за привидениями в том лесу. Мы будем искать правду, тихо, но твердо сказал Марк.

Все взгляды обратились на него. Полиция сдалась. Они назвали это несчастным случаем и закрыли дело. Ну да, фыркнул Даниил. Потому что это и был несчастный случай. Анна всегда была без тормозов. Любила лазить по всяким заброшкам и искать приключения на свою... голову. Катя вздрогнула от его грубости и опустила глаза. Даниил! шикнула на него Лиза. А что? Даниил развел руками. Я просто говорю правду! Она пошла ночью в лес одна? Одна! И теперь мы должны бросить учебу и работу, чтобы бегать по кустам? Спасибо, у меня есть дела поважнее. Например? холодно спросил Стас, не глядя на друга. Его внимание было приковано к папке Лизы. Он взял верхний лист с картой и начал внимательно его изучать. Твоя работа бармена подождёт пару дней. Даниил побагровел: Ты вообще на чьей стороне? Я на стороне фактов, спокойно ответил Стас, откладывая карту. А факты говорят о том, что тело не нашли. И если у Лизы есть теория получше официальной версии... Он посмотрел на Марка пронизывающим взглядом: ...то я готов её выслушать. Марк почувствовал странное облегчение. Стас был прагматиком до мозга костей, лидером их компании по умолчанию еще со школы. Если он согласился выслушать, значит, шанс есть. Он придвинул к нему распечатку переписки Анны про вышку связи. Анна была там за день до исчезновения. Она писала про заброшенную дорогу южнее обрыва. Полиция искала только у реки. Стас пробежал глазами текст сообщения. Хм... Логично искать там, где нашли вещи. Или логично искать там, где человека видели в последний раз? возразила Лиза. Она достала из папки фотографии с места находки вещей крупным планом куртка Анны на коряге. Смотри на воротник. Видишь эти разрывы? Это не ветка дерева. Это похоже на... борьбу. В кафе повисла тяжелая тишина.