- -
- 100%
- +
– А разве эксперты там не побывали? – задал резонный вопрос Игорь Морошко.
– Ага, побывали. На экскурсии. Прогулялись там, натоптали, наверняка даже сфотографировались на память, для проформы поковыряли стенд ногтем и написали полную ахинею. Я читал их отчёт – писулька ни о чём, «на отцепись». За такое надо бить морду, кастрировать и сразу увольнять без выходного пособия!
– И зачем кому-то понадобилось сжигать его лабораторию? – удивился Григорий.
– Гладышев занимался разработкой, о которой мне ничего толком не рассказал. Он должен был передать что-то с ней связанное в Турцию через некоего Ярослава Еськова, друга Дениса. Информация крайне скудная, прям какая-то тайна, покрытая мраком… Но он обещал через несколько дней рассказать побольше. Я не стал прессовать, учитывая его состояние. Думаю, в ближайшие дни мы всё узнаем.
– А ассистента он посвящал в свои секреты? – спросил Игорь.
– Разумеется, хотя от его назойливости Гладышев уже не знал, куда деться. Очень странный тип по описанию. Но после пожара он бесследно исчез. Завтра я наведу справки, и готов держать пари, что он такой же аспирант Физтеха, как утренний Вася Иванов – мой помощник. Судя по всему, они из одной шарашки, и так называемый аспирант был приставлен шпионить за Гладышевым.
– Кем??? – хором спросили оба помощника.
– Вот это хороший вопрос. На внутренней стороне клапана портфеля Гладышева имеется след от «жучка»: остатки клея с характерным запахом. Думаю, аспирант установил «жучок» в самом начале их «сотрудничества», а за день-два до пожара снял. Поэтому всё, что происходило в лаборатории Гладышева, было известно этой «третьей силе».
– Тогда получается, что не только в лаборатории, но и дома. – добавил Григорий.
– Кстати, да, важное уточнение! И ещё: несколько месяцев назад Гладышев получал угрозы, о которых он тоже не пожелал говорить. Что ж он там такого наизобретал-то… В общем, друзья мои, с сегодняшнего дня нужно быть крайне осторожными – мы можем наступить на хвост очень серьёзным ребятам. А может, уже и наступили… Поэтому всё общение с Гладышевыми теперь только с паролем, который я вам напишу на листке бумаги. Общение друг с другом и со мной – тоже с паролем и только через «Квантум»: телефонная связь может прослушиваться, я уже ничему не удивлюсь.
Игорь Морошко невольно присвистнул. Такого развития событий ни он, ни его напарник не предвидели.
– А сам-то Гладышев-старший что думает обо всём этом?
– Он категорически отрицает, что гибель сына как-то связана с его работой. И это понятно – психологическая защита, иначе ему бы пришлось признать, что он косвенно повинен в трагедии. А я уверен, что таки связь там есть, даже если он этого не осознаёт. Свою версию изложу в конце… Кто следующий?
– Давайте я кратенько, – взял слово Игорь. – Пока Гриша был занят, я сам зарегистрировался в четырёх разных группах – по две на каждую из команд. Все доступы передам Грише, это по его части, но кое-что всё-таки зацепило моё внимание, – Игорь достал свой мобильный телефон и несколько раз ткнул в экран. – В одной группе товарищ с ником «Инсайдер_007» настойчиво утверждает, что Денис рассматривал вариант перехода в «Сириус».
– К «синякам», – уточнил Григорий, – не к ночи будь они помянуты…
– Да, именно к ним. И он готов поклясться, что Денису поступило от них предложение, которое тот всерьёз обдумывал. Но подробностей не раскрывает. И принял ли Денис предложение, он тоже типа не в курсе. А может, в курсе, но скрывает…
– Так он же в «Барселону» вроде собирался?
– Собирался. Но, как известно, рыба ищет там, где глубже…
– Кстати! – вспомнил Кацман. – Мне же Михаил Гладышев рассказал, что там какой-то скандал был с «Сириусом», куда зазывали Дениса, но он отказался. Гриша, может, ты в курсе?
– Было дело… Говорят, его даже шантажировали и чуть ли ни карьеру поломать грозились, если он не перейдёт к ним. Насколько это правда, не знаю. А потом как-то всё резко стихло, с зимы никакой информации, даже в пабликах фанатских…
– Ну, ясно… Надо будет мне с Горским пообщаться по этой теме… И ещё с этим… со Штейном, агентом Дениса… Я, конечно, отмёл версию устранения конкурентами, да и сейчас не считаю её достаточно веской, но чем чёрт не шутит. Надо отработать все варианты… Гриша, тогда это на тебе будет: возьми у Игоря всю информацию, продолжай шерстить группы и мониторить соцсети. Фиксируй любые странности или подозрительные моменты. И неплохо бы с этим инсайдером пообщаться поближе…
– Будет сделано.
– Отлично. Идёмте кино смотреть! А потом я вам изложу свою версию с учётом всего, что удалось узнать сегодня.
Троица встала из-за стола и направилась в просмотровую, где расположилась перед большим экраном.
– Ну что, Ватсоны, начнём? – изрёк следователь с видом человека, которому только что открылись все тайны вселенной.
– Так я думал, вы Пуаро, а вы ещё и Холмс? – съязвил Григорий.
– Я ещё и Мегрэ, и мисс Марпл в одном флаконе! – не остался в долгу Кацман. – Итак, какие наблюдения по футболке вы можете сделать?
Григорий взял футболку со стола и поднёс её чуть ли не к самому носу.
– Идеально круглое отверстие… даже бахромы не видно…
– Точно! И о чём это говорит?
– Что его проделало что-то очень быстрое? – предположил Игорь.
– Правильно, – отметил Кацман. – Следующий вопрос: что может ударить настолько быстро, чтобы ещё и войти в тело на глубину 5 с лишним сантиметров?
Оба помощника хотели произнести одно и то же слово, но оно будто застряло у них в горле.
– Ну, смелее! – подбодрил Кацман. – Помните, как говорил Шерлок Холмс? Нужно отбросить всё невозможное, а то, что осталось, и будет ответом, каким бы невероятным он ни казался.
– Неужели пуля? – Игорь Морошко решился первым.
– Соображаешь, Игорь Валентинович! – похвалил Кацман. – Не случайно ты уже старлей. А Манукян со своей скромностью так и будет сидеть в лейтенантах до пенсии!
– Но… как? Что за калибр такой? И куда делась пуля? – недоумевал Григорий.
– Это самое интересное, – загадочно улыбнулся Кацман. – До этого мы скоро дойдём. А пока вернёмся в самое начало. Моя первая мысль, когда я ознакомился с делом и с телом, была об отравленном дротике, тем более, что органический яд определили довольно быстро, но потребовалось больше времени конкретизировать, какой именно.
– И какой же? – загорелся Григорий.
– Не так шустро, молодой чемодан. Экий ты нетерпеливый! Уже второй раз за сегодня нетерпеливый, вах! – поддразнил Кацман горячего кавказского парня.
– А вы по-прежнему издеваетесь! – наигранно возмутился он.
– А я по-прежнему ещё не начинал! – хихикнул Кацман. – Так вот, дротик… В теории, его можно выплюнуть из трубки с бровки поля или с первых рядов трибун. Расстояние там небольшое, тем более, что игроки побежали туда праздновать. Но куда в таком случае делся сам дротик? А стрелок с длинной трубкой? Затеряться в толпе такому экзотическому субъекту непросто. Не говоря о том, что его бы на стадион не пустили с таким реквизитом… Слова судмедэксперта нам тоже не сильно помогают – рана, скорее всего, огнестрельная, но похожа и на колотую, да и калибр пули маловат. То есть, разрушение тканей гораздо меньше, чем при обычном пулевом ранении, что не удивительно, учитывая её миниатюрный размер, наверняка меньшую скорость и, соответственно, энергию воздействия. Далее я предположил, что дротик, если это он, мог быть выпущен из какого-нибудь духового ружья или даже пистолета. Но снова те же вопросы – где дротик? Это же не просто кусок металла, у него должно быть какое-никакое оперенье, чтобы долететь куда нужно. И где мог прятаться стрелок? В общем, я понял, что зашёл в тупик. Надо было вернуться и абстрагироваться от этой темы на какое-то время, потом возвратиться к ней со свежими мозгами.
– И тогда видеозапись навела вас на мысль? – предположил Григорий.
– Да! Нам с тобой в первом приближении удалось найти промежуток времени, минуту с небольшим, когда произошло ранение. И оказалось, что в этот же промежуток был забит гол. Я сразу связал оба события и решил, что, возможно, искать разгадку нужно именно здесь. Тогда я и попросил тебя найти момент ранения в пределах этой минуты. Вдруг и правда, что-то случилось во время празднования гола… Сам я в это время пошёл звонить нашему главному судмедэксперту Вадиму, надеясь, что он мне сообщит что-нибудь дельное. И таки он мне сообщил даже больше, чем я мог мечтать, после чего картина моментально сложилась! Поэтому я тебе велел искать момент после гола буквально в течение десяти секунд, очень надеясь, что моя догадка подтвердится. И ты сделал это! А теперь включай трансляцию камеры с линии ворот, только обязательно со звуком. Начни где-нибудь секунд за 10 до гола и максимально увеличь ту зону, где видно ранение.
Григорий нашёл на записи нужную точку, максимально увеличил и запустил воспроизведение. Мяч после неудачной атаки отлетает к Густаво на заднем плане, он бьёт по воротам с дальней дистанции, и мяч за пределами многократно увеличенного фрагмента кадра влетает в «девятку». Просмотровую комнату заполнил оглушительный рёв трибун, и как только на футболке у Гладышева появилось маленькое отверстие, Кацман скомандовал: «Стоп!»
Григорий поставил воспроизведение на паузу.
– Ну, теперь поняли? – спросил следователь.
– Шум трибун заглушил выстрел! – сообразил Григорий.
– Точно! И я думаю, если бы мы сразу смотрели запись со звуком, эта догадка пришла бы гораздо раньше. Завтра с утра отдадим запись нашему компьютерному гению, пусть проведёт спектральный анализ аудиодорожки. Скорее всего, звук выстрела удастся выделить из общего шума. Потом мы эту скорректированную аудиозапись ещё раз наложим на видео, чтобы окончательно убедиться, что не ошиблись… Так, идём дальше. Теперь именно выстрел – ключевой момент. Он означает, что стреляли не из духовой «пукалки», а из серьёзного оружия и, соответственно, не с бровки, не с первых рядов, а с дальнего расстояния. А это здорово расширяет возможности. И теперь мы наконец подходим к вопросу калибра. Да, такой пули не существует. В привычном нам понимании. С другой стороны, есть ряд непреложных фактов. Во-первых, жёсткая привязка ранения к голу, то есть случилось это под шумок, буквально, и мы уже поняли, что был выстрел. Во-вторых, органический быстродействующий яд, а конкретно… вы будете удивлены… кураре с какими-то ещё добавками…
Искреннее удивление отразилось на лицах лейтенантов. Но следователь, казалось, этого не заметил и спокойно продолжал:
– В-третьих, следы какого-то хитрого полимера в раневом канале. Тут надо, конечно, благодарить дежурного патологоанатома в морге, который догадался взять и законсервировать образцы при первом вскрытии и передать нашим экспертам, иначе был шанс ничего не обнаружить… И, памятуя о напутствии Шерлока Холмса о невозможном и невероятном, я пришёл к выводу: мы имеем дело с миниатюрной биорастворимой полимерной пулей, в которую заключён яд. Насколько это кажется невероятным, настолько же блестяще и объясняет абсолютно всё! И когда видеозапись показала момент ранения, тем самым полностью подтвердив мою версию, я понял, что попал в яблочко!
– Невероятно… – только и смог произнести Игорь.
– Зато теперь всё сходится, – продолжил Кацман. – Единственное, что пока вызывает вопросы, это наличие в ране частиц металла, а именно вольфрама, а ещё хитозана… Что они там делают, пока неясно. После получения подробного отчёта пообщаемся с нашим химиком-экспертом, она обрисует более полную картину. Но я думаю, схема примерно такая: попав в организм, полимерная пуля в биологической среде сразу начала растворяться, а потом из неё стал высвобождаться яд. Пока растворилась эта пуля-капсула, пока яд подействовал, как раз и прошло 15–20 минут. Это объясняет, почему Денис бегал всё это время, как ни в чём не бывало. И, кстати, гол сыграл ещё и дополнительную роль: под действием адреналина, в пылу азарта, Денис просто не заметил «укола». Эти черти продумали абсолютно всё!
– Не всё, – скептически заметил Игорь. – Допустим даже, что всё так, как вы описываете, но откуда стрелок знал, что гол забьют именно в это время, чтобы Денис умер аккурат после окончания матча? Не могли же они гол подстроить! Или подкорректировать время растворения капсулы…
– Скорее всего, так совпало. Если бы гол забили раньше, Денис умер бы во время матча. Забили бы позже – умер бы в раздевалке или в душе. Это ничего бы не изменило: та же отложенная смерть с 20-минутным запасом, чтобы убийца, не спеша и не привлекая внимания, мог спокойно покинуть место преступления. Просто в нашем случае добавилось драматизма. Судьба порой демонстрирует весьма изощрённое чувство юмора. Особенно когда этот юмор – чёрный…
– А если бы матч вообще закончился со счётом 0–0? – задал резонный вопрос Игорь.
– Маловероятно, – подхватил Григорий, хорошо знакомый с футбольными реалиями. – Ничья не устраивала ни одну из команд, им надо было обязательно забивать. Поэтому риск нулевой ничьей хоть и был, но минимальный… В крайнем случае, если бы к последней минуте никто не забил, выстрел могли бы «приурочить» к какому-нибудь решающему штурму на последних секундах, когда тоже все срывают глотки. А в самом крайнем случае выстрел сошёл бы за взрыв петарды, что на футболе тоже не редкость, хотя пронести их сейчас стало почти невозможно…
– Но я всё-таки не понимаю, как можно не заметить попадание пули? – продолжал источать скептицизм Игорь. – Ну, пусть даже она маленькая, но всё равно должно быть довольно чувствительно. Денис должен был как-то отреагировать, ну, не знаю, начать расчёсывать, к примеру… Адреналин адреналином, но это, наверное, как спицу всадить, не может пройти незамеченным…
– Сразу видно, что ты не футболист! – отреагировал Григорий. – В процессе игры ты не замечаешь ни усталости, ни боли. Я могу 90 минут отыграть, а после финального свистка вдруг осознаю, что у меня болит каждая мышца, а на ноге вскочила огромная шишка, до которой дотронуться больно. Хотя буквально минуту назад я носился по полю и ничего не замечал… И ещё случай из жизни. Когда мне было лет 12, мы с пацанами после школы гоняли мяч. Как-то он закатился в траву, я побежал за ним, наступил на какой-то камень или что-то, не обратил внимания даже – мало ли что в траве валяется… Мы продолжили играть, а потом уже, когда закончили, я заметил дыру в кеде и кровь. Оказалось, что я не на камень тогда наступил, а на торчавший из деревяшки гвоздь, который пропорол мне кеду и стопу. В пылу игры я этого даже не заметил, хотя гвоздь был серьёзный! Потом, конечно, слёзы, боль, крики, мама сразу в больницу повезла, противостолбнячную сыворотку вкололи… Так что запросто такое возможно!
– Нет, не убедил ты меня… – задумчиво проговорил Кацман. – Допустим даже, что момент попадания он не заметил. Но потом он же должен был хоть что-то чувствовать! Невозможно вообще не заметить такую рану! Так что этот вопрос пока остаётся открытым…
– Может, он что-то и чувствовал, но боюсь, мы этого никогда не узнаем. Хотя на видео ничего такого не заметно, – уже не так уверенно ответил Григорий.
– А что за полимер такой? – продолжать недоумевать Игорь. – Есть растворимые капсулы с лекарством, так они мягкие и лёгкие. А здесь мало того, что эта капсула должна иметь приличный вес, чтобы её не сносило в воздухе, так ещё и не расплавиться в полёте и в момент выстрела. А потом раствориться в теле… Разве так бывает?
– Судя по всему, бывает, – ответил Кацман. – Это нам ещё предстоит выяснить. Равно как и то, откуда здесь вообще взялся такой экзотический яд… Да и много чего ещё. Например, что за оружие такое, стреляющее трёхмиллиметровыми полимерными пулями? Скорее всего, какая-нибудь снайперская винтовка с модифицированным стволом… В общем, ребятки, работы стало ещё больше. С каждым новым успехом вопросы множатся, а дело становится всё интереснее и запутаннее.
– Прям как трёхглавая гидра, – заметил Игорь.
– Ты о чём? – удивился Григорий.
– О ней, родимой… Одну голову отрубаешь, а на её месте вырастают две новые. Так и у нас: одну загадку решаем, и на её месте тут же десяток новых появляются.
– На каждую хитрожопую гидру найдётся свой Геракл с длинным мечом, – рассудил Кацман. – И не с такими справлялись!.. Ладно, идёмте обратно, если мы здесь закончили. По-хорошему, надо сделать так, чтобы и в переговорке видео смотреть можно было, а то скачем, как блохи, с места на место!
Все трое вернулись в переговорную, где обсуждать насущные дела было комфортнее, чем в полутёмной просмотровой.
– Итак, план действий следующий! – заявил следователь. – Нужно с точностью до долей секунды определить момент ранения. Далее этот стоп-кадр получить со всех 18-ти камер, сгенерировать 3D модель футбольного поля со всеми игроками, да и всего стадиона, чтобы точно знать, кто где находился. Придётся привлечь стороннюю фирму, у нас нет таких мощностей. Дальше, с учётом положения тела в этот момент и зная угол наклона раневого канала в теле жертвы, мы сможем определить направление выстрела и, соответственно, более или менее точно вычислить, откуда он был произведён. И там уже искать следы.
– Проще попросить телевизионщиков, они постоянно такие виртуальные модели строят, прямо во время трансляций, – заметил Григорий. – Всё, что нужно, это сообщить им точный момент, и они со всех камер соберут его и смоделируют. Элементарно, Холмс!
– Браво, Ватсон! – подыграл помощнику Кацман. – Это сильно упрощает дело! Займись прямо с утра, у тебя на это уйдёт от силы полчаса.
– Есть!
– И самое главное, – Кацман взял лист бумаги и нацарапал на нём несколько слов. – С этого диалога мы теперь будем начинать всё наше общение и исключительно через «Квантум». Никаких телефонных звонков и СМС, никаких «ватсапов» и «телег», если это касается работы. Прошу внимательно прочитать и запомнить. Чтобы этот пароль был выжжен в вашем подсознании!
Оба помощника прочли написанное и не смогли сдержать улыбок: Кацман оставался верен себе. На листке было написано всего две реплики:
– Привет, Катюшка!
– Слышь, урод, это её муж!
Лейтенанты вернули бумагу на стол, и Кацман опустил её в шредер, который не без удовольствия проглотил сверхсекретный документ.
Андрей Семёнович посмотрел на часы.
– Так, друзья мои, давайте-ка по домам. Засиделись мы тут. Завтра трудный день…
– А что, бывали лёгкие? – пробурчал Григорий.
Его риторический вопрос остался без ответа.
Глава 10. Психологическая ловушка
До первого матча нового сезона оставалось три дня. Денис возвращался с очередной тренировки, когда к нему почти у входа в подъезд дома подошёл незнакомец в голубом костюме, лет сорока или чуть больше на вид:
– Добрый вечер. Денис Михайлович? – спросил он вежливо.
– Да, а вы кто?
– Я… скажем так, доброжелатель…
– А имя есть у доброжелателя? – спросил Денис, недовольный таким грубым вмешательством в его жизнь: он устал после тренировки и мечтал поскорее добраться домой.
– Имя есть, но оно вам ни о чём не скажет… Пусть будет… Иван Иванович.
– Иван Иванович, я не знаю, кто вы, и у меня нет времени…
– Я прошу у вас ровно две минуты. Пожалуйста…
Тихий вкрадчивый голос незнакомца не внушал ни доверия, ни желания продолжать общение. Но и агрессии от него не исходило, и Денис решил, что проще согласиться потерять две минуты жизни, чем потратить их же на объяснения, почему он не желает общаться.
– Время пошло, – заявил он, бросив взгляд на наручные часы.
– Спасибо. У меня есть для вас предложение, от которого вам не стоит отказываться, – незнакомец достал из сумки файлик с несколькими листами бумаги и протянул Денису. – Пожалуйста, прочитайте. И впишите в свободное поле любую сумму. Вообще любую.
Денис начал читать и, к своему удивлению, обнаружил, что перед ним контракт, предлагаемый ему «Сириусом». Он удивлённо поднял взгляд на Ивана Ивановича:
– Я что, похож на идиота?
– Ну, что вы, как раз наоборот, – спокойно ответил незнакомец, улыбнувшись. – Я и не рассчитывал, что вы сразу согласитесь. Возьмите это с собой, изучите, подумайте. Там в файлике есть моя визитная карточка. Я очень буду ждать вашего звонка.
– Так вы на «синяков» работаете?
– Вроде того. Можно сказать, я переговорщик. И очень не люблю отказов. Так что подумайте, посоветуйтесь с друзьями, родителями. И примите правильное решение. У вас есть два дня.
– Почему два дня?
– До начала сезона осталось три дня, а вам надо ещё пройти медобследование и уладить формальности, на что обычно уходит день. Так что рекомендую не терять времени.
Денису стало невыносимо дальше терпеть этого скользкого типа, и он демонстративно посмотрел на часы:
– Время вышло. Мне пора.
– Всего доброго. И помните: абсолютно любую сумму!
Встреча оставила у Дениса неприятный осадок. Этот мягкий, тихий, вкрадчивый голос вместе с подчёркнутой вежливостью ошеломил его. И хотя незнакомец выглядел совершенно обычно – светло-рыжие волосы, средний рост и ничем не примечательная внешность, – от него исходила какая-то отрицательная энергия, которая одновременно подавляла, подчиняла и отталкивала. Почему-то Денису представилась аналогия в виде кролика и удава, где он был кроликом…
Денис пришёл домой, словно ударенный пыльным мешком по голове. Родители моментально заметили: что-то не то.
– Сынок, что случилось? – спросила встревоженная мама.
Светившийся в последние дни от счастья сын словно был окутан серой пеленой.
– Да зашквар какой-то.
– Что за зашквар? – спросил подошедший отец.
– Какой-то странный тип тормознул меня у подъезда и вручил вот это, – Денис протянул отцу контракт.
– Неожиданно… – пробормотал он, бегло пробежав глазами по документу. – А почему сумма контракта не указана?
– В этом вся фишка, – ответил Денис. – Он мне предложил вписать туда любую сумму.
– Ну и впиши туда пять миллиардов! – рассмеялся отец. – И сразу отцепятся. Делов-то!
– Не смешно, пап. Ты бы видел этого чела, – чем больше Денис думал об этом, тем больше неприязни испытывал к «Иван Иванычу». – Он же не отцепится от меня…
– Так, стоп! Никто тебя не может заставить делать что-то против твоей воли. Но ты сам для себя сначала реши, чего ты хочешь. На каких условиях ты готов к ним перейти?
– Да ни на каких, вообще! Меня тошнит от этих уродов, а этот тип уж точно не добавил желания! Но от него прям… какая-то хрень опасная веяла, типа… Знаешь, как в фильмах бывают злодеи, которые все такие из себя, слушают классическую музыку на полную громкость, спокойные, как удавы, а потом – хоп! – и глотают тебя целиком, не моргнув! Вот этот чел из таких же… Теперь до меня дошло, как они всех топ-игроков себе перетаскивают: лижут задницы, кидают бешеные бабки, пугают до усрачки и, поди, ещё шантажируют.
– Так-так-так… Ты не горячись. Переспи с этим предложением, а завтра, на свежую голову, примешь решение. Покажи этот договор у себя в клубе, поговори с тренером, с президентом, с друзьями, в конце концов.
Денис отдал должное мудрости отца и решил взять паузу до следующего утра. Тем более, что у него два дня было в запасе. Но он никак не мог выкинуть из головы этого типа. Что за методы такие? А если он откажется? Чем это может быть чревато?
На следующий день, после тренировки, он показал контракт тренеру, вкратце обрисовав обстоятельства, при которых он его получил. Тренер, не раздумывая, взял Дениса и направился в кабинет к президенту.
– Лев Яковлевич, разрешите? – Казаченко был вне себя от ярости. – Как вам такое?
Он положил перед президентом контракт. Однако Горского такой поворот ничуть не смутил. Скорее, наоборот – ехидная улыбка пробежала по его лицу.
– И тебе предложили вписать сюда любую сумму, я угадал? – спросил он.
– Да, всё так… – ответил Денис.
– Всё по той же схеме работают, – Горский усмехнулся. – Хоть бы что-нибудь новое изобрели… И передал это тебе рыжий тип, который назвался Иваном Ивановичем?
– Да, даже визитку прикрепил… Какой-то Крушин, Крушанин, не помню уже…