Духовная ботаника. Том III. Плоды, злаки и культурные растения Библии. Книга вторая

Глава

5

. ОГУРЦЫ И ДЫНИ ЕГИПТА

Огурцы и дыни в книге Чисел

На первый взгляд может показаться удивительным, что огурцы и дыни вообще упоминаются в Библии. Эти растения не играют заметной роли в богослужении Израиля, не используются в храмовом служении и не становятся самостоятельными символами в пророческих книгах. Тем не менее единственное место Священного Писания, где они названы поимённо, имеет глубокое духовное значение. Оно раскрывает внутреннее состояние народа, недавно освобождённого Богом из египетского рабства.

Упоминание огурцов и дынь встречается в книге Чисел, когда Израиль уже несколько месяцев находился в пути по пустыне. Народ ежедневно получал манну — чудесную пищу, которую Господь посылал с неба, однако постепенно многие перестали воспринимать её как Божий дар. Вместо благодарности появилось недовольство, а затем и открытый ропот.

Священное Писание описывает это следующим образом:

«Мы помним рыбу, которую в Египте ели даром, огурцы, и дыни, и лук, и чеснок» (Чис. 11:5).

Этот короткий перечень растений является одним из самых известных описаний повседневного рациона древнего Египта. Он одновременно служит важным историческим свидетельством и раскрывает психологию человека, склонного идеализировать прошлое.

Исторический контекст

События одиннадцатой главы книги Чисел происходят после того, как Господь совершил величайшие чудеса в истории Израиля. Народ был освобождён от многовекового рабства, перешёл через Чермное море, получил Закон на горе Синай и ежедневно питался небесной манной. Казалось бы, воспоминания об унижениях египетского рабства должны были навсегда остаться в прошлом.

Рис. 5.1. Карта Исхода

Однако человеческая память устроена иначе. Во времена испытаний она нередко удерживает приятные воспоминания и постепенно стирает всё тяжёлое и болезненное. Именно это произошло с частью израильтян. Вместо воспоминаний о непосильном труде, побоях надсмотрщиков и гибели младенцев они начали вспоминать вкус знакомой пищи.

Примечательно, что перечень начинается не с хлеба, а с рыбы, за которой следуют овощи: огурцы, дыни, лук и чеснок. Это были продукты, хорошо известные жителям плодородной долины Нила и составлявшие привычную часть их повседневного питания.

На первый взгляд может показаться странным, что среди множества египетских продуктов народ вспоминает именно огурцы и дыни. Однако для жителей жаркого климата они имели особую ценность.

Эти растения содержат большое количество влаги и прекрасно утоляют жажду в условиях высокой температуры. После тяжёлого труда на полях свежие огурцы или сладкие дыни приносили долгожданную прохладу и ощущение свежести. Не случайно именно они сохранились в памяти людей как символ прежнего жизненного уклада.

Кроме того, овощи и бахчевые культуры были доступны большинству населения Египта. Благодаря ежегодным разливам Нила и развитой системе искусственного орошения они выращивались в большом количестве. Поэтому слова израильтян хорошо отражают реальные условия жизни древнего Египта и соответствуют данным современной археологии.

Богословский смысл текста

Однако главная мысль этого повествования заключается вовсе не в сельском хозяйстве.

Господь уже дал Своему народу пищу, которой прежде не существовало в человеческом опыте. Манна была не просто средством поддержания жизни — она являлась ежедневным свидетельством Божьей заботы и постоянным напоминанием о зависимости человека от своего Творца.

Но люди начали сравнивать Божий дар с привычной пищей Египта.

В этом заключается первая духовная ошибка Израиля. Народ перестал смотреть на настоящее глазами веры и начал оценивать свою жизнь через призму прежнего комфорта. Вместо благодарности за свободу возникла тоска по удобствам рабской жизни.

В этом противопоставлении скрыт один из глубочайших духовных законов Библии. Египетские огурцы и дыни были продуктом земли, выращенным человеческим трудом и политым водами Нила. Манна же была даром небесным, ниспосланным непосредственно от Бога. Выбирая между ними, Израиль выбирал не просто пищу. Он выбирал мировоззрение. Египетская пища символизировала жизнь, в которой человек полагается на видимые, осязаемые, привычные вещи. Небесный хлеб требовал веры: его нельзя было понять, вырастить или сохранить надолго. Его можно было только принимать каждый день как дар свыше.

Вот почему Господь позже напомнит Израилю, что человек живёт не одним хлебом, но каждым словом, исходящим из уст Божиих (Втор. 8:3). Эти слова впоследствии приведёт и Сам Господь Иисус Христос во время искушения в пустыне (Мф. 4:4). Христос, подобно Израилю, был искушаем голодом, но, в отличие от Израиля, не поддался искушению превратить камни в хлеб. Он избрал доверие слову Отца. Так история огурцов и дынь становится предвестием Евангелия.

Важно заметить, что Бог не осуждает народ за то, что они вспоминают знакомую пищу. Сама по себе память о прошлом не является грехом. Проблема начинается тогда, когда эти воспоминания становятся основанием для недовольства настоящим и для сравнения Божьего дара с тем, что было оставлено. Ропот израильтян был не просто жалобой на однообразие манны. Это был отказ признать, что Божий путь — даже через пустыню — лучше, чем привычная жизнь в рабстве.

Огурцы и дыни сами по себе не были причиной греха. Они были добрыми Божьими дарами, как и всякая пища, созданная Творцом. Опасность заключалась не в плодах, а в состоянии человеческого сердца.

Израиль начал ценить земное благополучие выше духовной свободы. Народ забыл цену своего избавления и стал вспоминать прошлое в розовом свете, упуская из виду его истинную тяжесть.

Эта история остаётся удивительно современной. Человек, начавший путь с Богом, также может испытывать искушение оглянуться назад и вспоминать только внешние преимущества прежней жизни, забывая, от чего именно его освободил Господь. Поэтому единственное библейское упоминание огурцов и дынь становится не случайной бытовой деталью, а важным духовным уроком, открывающим всю последующую тему этой главы.

Какие растения скрываются за

библейскими названиями?

На первый взгляд слова «огурцы» и «дыни» не вызывают никаких вопросов. Современный читатель сразу представляет знакомые овощи и бахчевые культуры, которые выращиваются практически во всём мире. Однако при изучении библейского текста возникает закономерный вопрос: действительно ли речь идёт именно о тех растениях, которые мы называем огурцами и дынями сегодня?

Ответ оказывается не таким простым. За прошедшие три с половиной тысячи лет изменились не только языки, но и сами культурные растения. Многие современные сорта значительно отличаются от своих древних предков. Поэтому задача исследователя состоит не только в переводе библейского текста, но и в правильной ботанической идентификации упоминаемых растений.

В книге Чисел сказано:

«Мы помним рыбу, которую в Египте ели даром, огурцы, и дыни, и лук, и чеснок» (Чис. 11:5).

В оригинальном еврейском тексте употреблены слова קִשֻּׁאִים (кишшуим) и אֲבַטִּחִים (аваттихим).

Первое слово (кишшуим) большинством современных исследователей связывается с одной из древних культур рода Cucumis — растений семейства Тыквенные (Cucurbitaceae). Второе слово (аваттихим) также относится к бахчевым культурам, но обозначает более крупные плоды.

Следовательно, уже в древнееврейском тексте речь идёт о двух различных растениях, хотя они принадлежат к одному ботаническому семейству.

Особый интерес представляет история перевода этих слов.

Авторы древнегреческой Септуагинты, созданной за несколько столетий до Рождества Христова, передали их словами, обозначавшими хорошо известные жителям Средиземноморья овощные культуры. Позднее латинская Вульгата сохранила то же понимание текста.

Русский Синодальный перевод использует привычные слова «огурцы» и «дыни», которые на протяжении более ста лет стали традиционными для русскоязычного читателя. Аналогичное понимание встречается и во многих современных переводах Библии на европейские языки.

Несмотря на некоторые различия в деталях, все основные древние и современные переводы едины в главном: речь идёт о двух распространённых бахчевых культурах, широко выращивавшихся в Египте.

Древний огурец — не совсем современный огурец

Тем не менее нельзя механически переносить современные представления на растения эпохи Моисея.

Сегодня под огурцом обычно понимают Cucumis sativus — вид, широко распространённый по всему миру. Однако древние формы могли значительно отличаться по внешнему виду, размеру и вкусу. Многие из них были длиннее современных сортов, имели более толстую кожицу и содержали меньше горечи благодаря многовековому отбору, проводившемуся земледельцами.

Некоторые исследователи предполагают, что древнееврейское слово кишшуим могло обозначать не только привычный огурец, но и близкие ему культурные формы, занимавшие промежуточное положение между современными огурцами и некоторыми разновидностями дыни. Подобная неопределённость объясняется тем, что в древности ботаническая классификация ещё не существовала, а растения объединяли прежде всего по их хозяйственному использованию и внешнему сходству.

Однако большинство специалистов всё же считают наиболее вероятным, что речь идёт именно о древних культурных огурцах.

Какими были древние дыни?

Ещё интереснее ситуация со словом аваттихим.

Большинство библеистов и ботаников относят его к различным культурным формам дыни (Cucumis melo). Однако и здесь следует помнить, что древние дыни далеко не всегда были похожи на современные крупные сладкие плоды.

Среди древних сортов встречались небольшие круглые или овальные плоды с менее сладкой мякотью, но с высоким содержанием влаги. Их главной ценностью была не столько сладость, сколько способность быстро утолять жажду в жарком климате. Именно поэтому они особенно ценились земледельцами и рабочими, проводившими весь день под палящим солнцем Египта.

Что говорит современная ботаника?

Современная систематика относит огурцы и дыни к одному семейству — Тыквенные (Cucurbitaceae).

Более того, оба растения входят в один род — Cucumis. Это означает, что они являются близкими родственниками и имеют множество общих биологических признаков. Их объединяют строение цветков, тип плода, особенности роста, длинные стелющиеся побеги, крупные листья и потребность в тёплом климате.

Для жителей Древнего Востока такая близость была очевидна и без научной классификации. Именно поэтому эти растения естественным образом упоминаются вместе.

Перечень в книге Чисел нельзя считать случайным.

Все названные растения объединяет одна важная особенность: они были доступны практически каждому жителю Египта и хорошо переносили жаркий климат долины Нила. Огурцы и дыни прекрасно росли на плодородных почвах после ежегодных разливов реки, быстро созревали и давали обильный урожай. Они были не предметом роскоши, а привычной частью ежедневного питания.

Поэтому, вспоминая огурцы и дыни, израильтяне вспоминали не отдельные блюда, а весь уклад своей прежней жизни. Эти плоды стали своеобразным символом Египта — страны, где, несмотря на тяжёлое рабство, существовало привычное земное изобилие.

С богословской точки зрения важно, что Бог не случайно допустил, чтобы в памяти народа сохранились именно эти плоды. Огурцы и дыни, как никакие другие растения, символизировали самую суть египетского мировоззрения: жизнь, построенную на видимом, осязаемом, привычном. Они были плодом земли, результатом человеческого труда и ирригации. Они не требовали веры — они требовали только работы и воды. Таким образом, они стали идеальным контрастом небесному хлебу, который требовал веры и не подчинялся законам природы. Так через простые овощи Бог преподаёт урок о том, что истинная жизнь начинается там, где человек перестаёт полагаться только на видимое и начинает доверять Невидимому.

Огурцы и дыни в Древнем Египте

Единственное библейское упоминание огурцов и дынь переносит нас в долину Нила — одну из самых плодородных областей древнего мира. Именно здесь на протяжении тысячелетий развивалось высокоорганизованное земледелие, позволявшее выращивать огромное разнообразие культурных растений. Для древних египтян огурцы и дыни были не редким лакомством, а привычной частью повседневного рациона, особенно в жаркое время года.

Израильтяне, вспоминая египетскую пищу во время странствования по пустыне, называли именно те растения, которые были хорошо известны каждому жителю страны. Их слова свидетельствуют не только о человеческой склонности видеть прошлое в привлекательном свете, но и о реальных особенностях сельского хозяйства Древнего Египта.

Благополучие Египта полностью зависело от Нила. Ежегодные разливы реки покрывали поля плодородным илом, превращая узкую речную долину в одну из самых урожайных земель древнего мира. После отступления воды крестьяне приступали к обработке почвы и посеву различных культур.

Наряду с зерновыми растениями значительное место занимали овощные и бахчевые культуры. Их выращивали на специальных огородах, расположенных вблизи населённых пунктов или непосредственно на пойменных землях. Здесь выращивали лук, чеснок, бобы, салат, различные пряные травы, а также огурцы и дыни.

В отличие от зерновых полей, бахчевые растения требовали более внимательного ухода. Для них создавали небольшие участки с искусственным поливом, где можно было поддерживать необходимую влажность почвы даже после окончания разлива Нила.

Египетское искусство орошения

Одним из величайших достижений древнеегипетского земледелия была развитая система искусственного орошения. Уже во II тысячелетии до Рождества Христова египтяне строили каналы, водоёмы и распределительные канавы, позволяющие направлять воду к отдельным полям и огородам.

Там, где естественного притока воды было недостаточно, использовались простейшие подъёмные устройства. Наиболее известным из них стал шадуф — длинный деревянный рычаг с противовесом, при помощи которого воду поднимали из канала и переливали в оросительные канавы.

Хотя широкое распространение шадуфа относится к более позднему времени, сама идея искусственного подъёма воды существовала в Египте уже в глубокой древности. Благодаря подобным приспособлениям овощные культуры могли успешно выращиваться даже в самые жаркие месяцы года.

Вот почему египетские огороды производили столь сильное впечатление на жителей соседних стран.

Археологические исследования и многочисленные настенные росписи позволяют достаточно хорошо представить внешний вид древнеегипетских огородов.

Обычно они имели прямоугольную форму и были разделены невысокими земляными валами на отдельные участки. Между грядками проходили узкие канавы, по которым подавалась вода. По краям высаживали деревья, создававшие лёгкую тень и защищавшие посадки от ветра.

Бахчевые растения свободно стелились по земле, образуя густой зелёный ковёр. Среди крупных листьев созревали многочисленные плоды различной формы и размера. В период сбора урожая их складывали в корзины и доставляли на рынки или в хозяйственные кладовые.

Подобные сцены неоднократно изображались на стенах египетских гробниц, где сохранились удивительно подробные картины сельскохозяйственных работ.

В жарком климате Египта огурцы и дыни особенно ценились благодаря высокому содержанию воды. Они помогали утолять жажду, освежали организм и хорошо сочетались с хлебом, рыбой и другими привычными продуктами.

Поэтому неудивительно, что именно эти растения первыми пришли на память израильтянам во время странствования по безводной пустыне.