Запах моего пути. От детского страха к собственной опоре

Запахи и воспоминания

|

Ржавчина, мазь, аромат османтиса и одна несъеденная клубника

Я жила во многих местах и вдыхала множество запахов. Но чаще всего ко мне возвращаются именно запахи тех лет.

Когда открыли железный шкаф, почувствовался слабый запах ржавчины. Это след, оставленный временем, не резкий, но очень настоящий. Запах мази, прохладный, с легкой остротой, постепенно распространяется ночью, напоминая мне, что я ещё не сплю. Цветки камелии, упавшие на землю, после высыхания источают сладкий аромат, не насыщенный, но вдруг появляющийся в какой-нибудь полдень. И та клубника, которая не дозрела и которую я так и не съела, оставшаяся в памяти с ароматом легкого сожаления.

Эта клубника научила меня не разочарованию. а то, что я впервые поняла: что некоторые вещи, даже если они несовершенны, все равно можно сохранить.

Как и я в то время. В которую не верили до конца, и не была крепко обнята, но я всё ещё здесь.

В те времена я ещё не знала никаких глубоких истин. Я понимала только одно: Если буду вести себя тише, послушнее и терпеливее, то мир будет обращаться со мной не так жестоко.

И так я и жила, день за днём. Запоминала запахи, сохраняю звуки, и остаюсь на месте.

Вопрос от «Частота»:

Вы когда-нибудь старались, скрывали свои чувства, вели себя послушно, но тебя всё равно подозревали и отвергали?

Как ты тогда выжил? Помнишь, какой запах витал в воздухе в те дни?

Иногда человек возвращается, но дом уже давно не находится на прежнем месте.

Дело не в том, что сменился номер дома или обрушились стены. Просто запах изменился, воздух стал чужим, и все это пространство кажется чужим.

Я пыталась найти его носом, найти тот запах, который когда-то давал мне понять: «Я в безопасности». Аромат магнолии, муки, чая. Один за другим — их больше нет.

Папа вернулся. Мы тоже переехали обратно в Таоюань, даже сменили две квартиры, расположенные напротив друг друга. На первый взгляд кажется, что всё вернулось на круги своя.

Но как бы я ни вдыхала, не чувствую того запаха, который помню из детства.

Это не сожаление, и не тоска. Это скорее похоже на очень сухое место, пустое, но уже нечего туда вернуть.

4.1 — Дедушка купил два дома, но дом превратился в зал для игры в маджонг

После сноса старого дома дедушка уладил долги отца и купил две квартиры, расположенные напротив друг друга, у заднего входа в среднюю школу Таоянь.

В одной они поселились, а в другой бабушка открыла зал для игры в маджонг.

Я сначала думала, что это будет новое начало. Но потом я поняла, что это был всего лишь очередной, ещё более тесный и шумный переходный этап.

Каждый день, возвращаясь домой, мне приходилось пробираться сквозь комнату, заполненную незнакомыми людьми. Запах сигарет смешивался со звуками играющих в маджонг, смех и ругань переплетаются, а ещё запах тушеного мяса из кастрюли, настолько насыщенный, что невозможно понять, это голод или усталость.

Это и стало запахом этого дома. Это не аромат, а такая тяжелая атмосфера, что дышать было трудно.

Я по-прежнему очень вежливо зову всех по имени, одного за другим. «А-Бэй, привет».

Но в душе я прекрасно понимаю, что я не возвращаюсь домой. Я просто вошла в чьё-то рабочее время.

4.2 — Папа снова потерпел неудачу в бизнесе, и на этот раз он лишил меня чувства безопасности

В то время я училась в девятом классе. Папа снова затеял свой бизнес, на этот раз он решил заниматься производством магнитофонов. Он отвечал за техническую часть, а партнер вкладывал деньги. Все говорили, что на этот раз всё будет по-другому.

Но вскоре всё снова закончилось привычным образом. Дело не в том, что компания обанкротилась, а в том, что люди не выдержали.

Однажды я услышала, как мой партнер сделал замечание. Он сказал, чтобы я была осторожнее после уроков. Он сказал, что найдёт кого-то, кто причинит мне вред.

Эти слова не были адресованы мне, но она сразу же обрушилась на меня. Не то чтобы на меня что-то вылили, а как будто весь мой организм внезапно охладился.

Впервые я осознала, что проблемы взрослых могут отразиться на детях.

Это не было грустью, а скорее ощущение холода. И это не слезы, а сначала реагирует тело.

Я стала обращать внимание на отражения в стекле. Когда иду, подсознательно оглядываюсь назад. Боялась, что за каким-то поворотом где мир вдруг станет совсем другим.

4.3 — Её шаги — единственная частота, при которой я могу расслабиться

В то время у меня не было мобильного телефона, и у меня не было никаких средств, чтобы защитить себя. У меня была только одна подруга.

Узнав о том, что произошло, она не стала задавать лишних вопросов. Каждый день после уроков она стояла у дверей класса и ждала меня, а потом сопровождала меня до дома.

Мы почти не разговаривали. Она просто шла справа от меня. Шаги не быстрые и не медленные, как раз в меру.

В то время я шла, ориентируясь на этот ритм. Не для того, чтобы поболтать, а потому что, как только я слышала её шаги, я понимала, что сейчас я не одна.

Я не помню, какие оценки получала в тот период, и не очень хорошо помню, как проходили те дни. Но я до сих пор помню звук её подошв, ударяющихся о землю, когда она шла.

Это был единственный момент в тот период, мог хоть немного расслабиться. И это было доказательством того, что этот мир не заставит меня идти вперед в одиночестве.

4.4 — Снова переезд, дом всё больше становится чем-то вроде временного убежища

Вскоре дом снова продали. Нам снова предстоит переезд.

Я не удивилась. Просто, следуя привычной последовательности, довел дело до конца. Собрали вещи, закрыли дверь, спустились вниз, сели в машину.

Для других переезд — это событие, к которому нужно привыкнуть. Для меня же это скорее эвакуация. Не уход из пространства, а возвращение себя из другого места.

Я не спросила, куда едем, и не спрашивала, почему. Эти вопросы для меня уже не имеют значения.

Я очень давно поняла одну вещь. Это место не для меня. И никогда не было.

Запахи и воспоминания | Запах дома стал для меня бременем

Я очень хорошо помню запахи тех лет.

Запах сигарет над столом для маджа, запах яиц, которые в кастрюле всегда получались слишком солеными, запах пластика, оставшийся после того, как папа разобрал магнитофон, а также чистый аромат стирального порошка на школьной форме моей лучшей подруги.

Все эти запахи мне очень знакомы. Но ни один из них не напоминает по-настоящему дом.

Я буду помнить их, не потому, что они дарят тепло, а потому, что я долго там находилась, не имея выбора.

Постепенно в доме исчезли цветы магнолии и камелии, не осталось тепла муки, и не осталось аромата чая из шахматного клуба. Остались только сугубо практические вещи. Где мы сейчас живём. Будем ли мы переезжать снова.

Исчезло то ощущение, ощущения, когда, только войдя, сразу понимаешь, что можешь расслабиться.

Тогда я наконец поняла, что некоторые места, хотя и указаны в документах, но в душе я ясно понимаю, что это лишь мир временного пребывания.

И я всё больше привыкаю сдерживать свои эмоции. Не шуметь, не задавать вопросов, не нарушать настроение других.

Так безопаснее.

Небольшой вопрос от «Частота»:

То место, где ты сейчас живешь, — это «дом»? Или это просто место, где вы пока не осмеливаетесь сбросить защиту?

Запахи остались? Или он уже давно превратился в тот запах, к которому ты «научился делать вид, что всё в порядке»?

Иногда уход не потому, что любовь угасла, и не потому, что от чего-то отказались.

а потому, что ты наконец понял, что, если останешься, ты будешь постепенно исчезать.

Не развалишься, и не внезапный разрыв. а каждый день, просыпаясь, теряя частичку себя по сравнению с предыдущим днём.

Это не эмоциональный срыв, а совершенно ясное ощущение. Ты уже слишком долго терпел, если не уйдешь сейчас, то потеряешь даже способность просто стоять на месте.

Поэтому я ушла. Не потому, что у меня было много вариантов, а потому, что я не могу больше позволять себе оставаться лишь на том месте, которое выбрали за меня.

5.1 — У меня не было выбора, но я всё же выбрала путь, «больше похожий на свободу»

В год окончания средней школы я поступила в пятилетний техникум. Это был путь, позволяющий продолжить обучение, но также дающий возможность изменить направление.

Мама не стала долго размышлять. Она только сказала, что в семье нет денег, и что пойти в профессионально-техническое училище будет более разумно, по крайней мере, там я смогу сама зарабатывать на пропитание.

Мне было очень обидно. Не потому, что я не смогу поступить в вуз, а потому, что я вдруг поняла, что с самого детства я ни разу ничего не выбирала.

Переезды, побеги, переходы в другую школу, побои, недопонимание, требования вести себя «по-взрослому» — Я похожа на давно заполненную анкету, в каждой ячейке которой поставили штамп другие.

В конце концов я всё-таки поступила в профессионально-техническое училище. В Тайбэе я училась мыть волосы, училась стоять на ногах целый день, а ещё научилась терпеть.

В месяц было всего два выходных, но я не ездила домой. Не из-за расстояния, а потому что я прекрасно понимала, что не хочу больше возвращаться на то место, где мной только распоряжаются.

5.2 — Температура воды, ощущения, настроение — я начала «читать» людей руками

В жизни учащихся профессионально-технических курсов не было места мечтам. Только шум воды, волосы, падающие на пол, и тот вздох, который мастер иногда выдыхал.

В первый день, когда я встала за стойку для мытья головы, мои руки дрожали так, будто они не принадлежали мне. Вода то слишком горячая, то слишком холодная. Движения были то слишком быстрыми, то слишком медленными. Я даже о себе еще не могу как следует позаботиться, а уже должна была прикасаться к чужой голове.

В то время я действительно не знала, как поступить.

Пока однажды ко мне в салон не зашла моя двоюродная сестра. Она специально попросила, чтобы именно я помыла ей голову. Я так занервничала, что руки просто не слушались меня, мои движения были скованными и неуклюжими, мытье головы превратилось в купание, менеджер салона был в полном недоумении, двоюродная сестра могла только горько улыбнуться, а я чувствовала себя ужасно неловко.

После того случая я вдруг очнулась.

Я стала использовать отпуска, чтобы ездить в фирменный салон в Таояне и проводить там целый день. Ничего не делала, только наблюдала. Смотрела, как старшие коллеги обращаются к клиентам, как наклоняются, как она подает полотенце, как помогает клиентам улечься так, чтобы им было комфортно.

Вернувшись в свой магазин, я почувствовала, что мои руки вдруг стали другими. Я стала точно регулировать температуру воды, а движения стали более уверенными. Хозяин посмотрел на меня с некоторым удивлением и спросил, где я была все эти дни.

Я не ответила.

Я просто постепенно начала учиться наблюдать. Наблюдать за взглядами посетителей, на мелкие движения шеи, на то, не сжаты ли у них плечи.

Я заметила, что у некоторых клиентов, когда они лежат, на глазах появляются слёзы. Я не спрашивала и не прерывала процедуру. Просто домыла голову и довела процедуру до конца.

Потому что я знаю: дело не в том, что я что-то сделала не так. Просто они были действительно слишком уставшими, что даже на слова у них не хватает сил.

Тогда я впервые поняла, что руки — это не только инструмент для работы. Ими можно слушать, ощущать, и понимать чужую боль.

5.3 — Школа — не убежище, а ещё одна буря

Учащиеся профессионально-технических классов возвращаются в школу раз в три месяца. Я сначала думала, что это будут дни, когда можно передохнуть. Но на самом деле это было просто терпение в другой форме.

Я была старостой класса, действовала по правилам, говорила прямо, не умея ходить вокруг да около. Постепенно я стала той, кто не вписывался в коллектив.

Однажды во время обеденного перерыва кто-то улыбнулся мне, позвал меня на крышу, сказав, что хочет со мной поговорить. Я, не задумываясь, пошла туда.

Едва я ступила на крышу, как меня схватили за куртку. Затем — рюкзак, кулаки, ноги, и книги, которые бросали неизвестно откуда. Я не сопротивлялась, а только обхватила голову руками, надеясь, что время поскорее пройдет.

В тот момент я вдруг поняла. Это не были одноклассники. Это был просто другой набор инструментов, появившийся в другом месте.

На этот раз никто не войдёт, чтобы помешать. Ни дяди по материнской линии, ни старшего дяди по отцовской. В тот момент я ясно поняла, что я могу устоять только сама.

5.4 — Они принесли фрукты, чтобы извиниться, и я наконец почувствовала, что мир отвечает мне

Позже дело приняло большой размах. Дедушка узнал об этом и сказал, что позвонит в полицию. Те люди начали бояться.

Однажды днём, через две недели, я вернулась домой из школы и увидела у входа нескольких человек. В руках у них были корзины с фруктами, головы были сильно опущены.

Кто-то заговорил: «Прости, мы действительно переборщили». Потом она спросила меня, могу ли я вернуться на занятия.

Я не ответила. Просто кивнул, развернулся и ушёл в комнату.

В тот момент, когда дверь закрылась, я только тогда расплакалась. Это было не от обиды, а из-за чувства, которого давно не испытывала. Как будто весь мой организм наконец-то смог расслабиться.

Когда человек слишком долго держится на ногах, только когда мир действительно отвечает, только тогда ты понимаешь, что у тебя всё-таки есть голос.

Тогда я впервые поняла, что иногда ситуация меняется, не потому, что ты стал сильнее, а потому, что тебя наконец заметили.

В тот день я поняла одну вещь. Меня не всегда будут неправильно понимать.

Запахи и воспоминания | Пластик, апельсины, запах влажного пота и мои собственные руки

В парикмахерской в Тайбэе витает смешанный запах. Аромат шампуня, запах кожного сала на коже головы, а также запах влажной ткани, которая пролежала весь день и постепенно начала бродить.

Моя униформа так и не высыхает на солнце. Спина всегда влажная, с легким соленым привкусом. Это не неприятный запах, а скорее явный сигнал. Я изо всех сил стараюсь выжить.

Ветер на крыше пахнет пластиком, прожаренным солнцем. В тот день я помню только, как мои руки прижимались к железным перилам, пот прилипал к коже, оставляя отчетливые следы. Как будто напоминая мне, что я всё ещё здесь.

Потом появилась та корзина с апельсинами. Впервые я почувствовала, что всё действительно вернулось в нормальное русло.

Помню, когда я очищала первый апельсин, мои пальцы ещё слегка дрожали. Но тот вкус — такой сладкий и такой настоящий. Без всякой преувеличенности, но он сразу же успокоил меня.

В тот момент я вдруг поняла, оказалось, что и я имею право на то, чтобы со мной хорошо обращались. Не потому, что я сделала что-то правильно, а потому, что меня наконец-то заметили.

Те запахи не упростили ситуацию. Но они удержали меня на месте, не давая мне уйти.

Вопрос от «Частота»:

Был ли у тебя когда-нибудь момент, когда ты сказал себе: «Я больше не буду терпеть»?

Было ли это бегством? Или началом? Помнишь, какой запах был на твоих руках в тот момент?

Некоторые семьи рушатся не сразу. Они разрушаются постепенно. Растрескиваются понемногу, по частям погружаются в бездну, и в конце концов остается лишь холодная тишина.

Это не потеря контроля и не пустота после ссоры. а процесс, в котором звук постепенно затихает. Никто не объявил о конце, просто ты вдруг обнаруживаешь, что того, что раньше поддерживало всё это, уже не слышно.

В тот период в доме не было ни взрывов, ни переворачивания столов. Просто становилось всё тише и тише. Настолько тихо, что даже дышать приходилось потише.

6.1 | Тот звонок — и весь дом взорвался