Обнаженные инстинкты. Месть Зверя

– Ты спала с ним? – суровый голос пронзил тишину.

Я стояла внутри мрачного кабинета и смотрела в невероятные голубые глаза, которые так отчаянно пыталась забыть.

Его взгляд внимательно блуждал по моему лицу, крепкие руки сжимались в кулаки, запах знакомого парфюма заполнял собой все пространство вокруг.

– Он мой муж… – прошептала, словно в оправдание.

Николас отошел от стола и стал медленно приближаться.

Сердце забилось в бешеном ритме. Я едва дышала, чтобы не выдать себя, но он это слышал, чувствовал.

– Я разочарован, – мужчина усмехнулся, и в его ледяных глазах отразилось презрение.

Подобная реакция ранила и пугала одновременно.

Он больше не был похож на того, кого я любила когда-то…

Длинные черные волосы были коротко пострижены, редкие среди волков голубые глаза смотрели на меня с откровенной ненавистью, на ровных скулах играли желваки. И лишь очаровательная родинка в виде точки над бровью говорила мне о том, что это по-прежнему он – Николас Рид, моя первая любовь, боль и проклятье.

– Зачем ты вернулся? – произнесла я, невольно сделав шаг назад.

Я неотрывно следила за каждым движением оборотня.

Рельефные мышцы бугрились под черной рубашкой, тугие вены выпирали на мускулистых руках, губы искажались в зловещей ухмылке, от которой все замирало внутри.

Этот волк источал собою силу, уверенность, притяжение.

– Решил стать частью стаи, – иронично ответил он, а затем приблизился вплотную, и его ладонь нежно коснулась моего лица, отчего по коже будто пронесся электрический разряд. – Скучала?

– Между нами все кончено, – я до боли прикусила губу, пытаясь справиться с эмоциями.

– Да, помню, – он задумчиво провел пальцем по моей нижней губе, стирая помаду, и я затаила дыхание. – Знаешь, поначалу было очень больно. Хотелось даже сдохнуть, а потом…

Он замолчал, сверкнув хищным блеском в глазах.

– Потом стало все равно. И это, пожалуй, самое прекрасное чувство. Моя любовь к тебе умерла, Афелия.

Слова острой болью отозвались в душе, и я обреченно закрыла глаза.

Я помню, что сделала…

Предала. Бросила одного, пока его стаю рвали на куски.

– Тогда почему ты здесь? – я должна знать.

Волчица царапалась под кожей. Она готова была скулить, лизать ему руки, в надежде заполучить прощение, но не я.

Я ни о чем не жалела.

– Чтобы уничтожить тебя, – раздался вкрадчивый шепот у самого уха, и широко распахнула глаза. – Я уничтожу тебя так же, как ты меня когда-то. Заставлю страдать, познать всю боль и унижения, через которые мне пришлось пройти.

Пальцы больно сжались на моем подбородке, и в следующую секунду его губы смяли мои, вырывая едва слышный стон.

Я не могла пошевелиться...

Чувства, что должны были остаться в прошлом, вспыхнули вновь, обнажая инстинкты.

Ник целовал грубо, жестко, глубоко. Будто наказывал меня, ломал, пока его руки на моих ягодицах сминали ткань черного коктейльного платья, в котором я принимала гостей.

– Меня нельзя трогать… – простонала я, содрогаясь в его объятиях. – Я – собственность альфы.

– Неужели? – прорычал он и двумя руками порвал на мне платье, полностью обнажив спину.

Я вздрогнула, но не отстранилась.

Кожа горела огнем. Внизу живота нарастало дикое желание, от которого темнело в глазах. По бедрам текла влага.

Я чувствовала его выпирающий член в штанах и едва не выла, ощущая безумный запах вожделения, которым насквозь пропах кабинет альфы.

– Если он узнает… – запнулась, не в силах совладать с собой. – Тебе конец.

Мой муж настоящее чудовище, тиран. Он не пощадит никого. Порвет любого, кто тронет его собственность, а меня будет ждать нечто похуже смерти!

– Мне больше нечего терять… – он развернул меня и опрокинул грудью на спинку кресла рядом. – А вот ты… ты можешь потерять все, не так ли?

– Ненавижу, – прошептала на выдохе, и горячие губы на моей коже исказились в хищном оскале.

– Взаимно, милая.

Каждая клеточка моего тела дрожала. Одуряющий аромат секса, хвои и мяты кружил голову.

О, луна…

Как же я хотела его. Хотела, как прежде, когда он еще не был таким: грубым, жестоким, чужим!

Твердое колено заставило раздвинуть ноги, и настойчивая рука скользнула между бедер. Пальцы коснулись моей промежности, и я вонзила ногти в кожаную обивку кресла.

Сопротивляться было невозможно. Это было похоже на пытку…

На очень мучительную пытку.

Пальцы двигались во мне ритмично, глубоко. Я стонала, извивалась, подстраивалась под движения руки, что казнила меня, пока вторая властно наматывала мои волосы на кулак, вынуждая запрокинуть голову назад и прогнуться.

– Ты лишь жалкая сука, Афелия… – внезапно прорычал он, когда я почти достигла финала. – И будешь играть по моим правилам, пока я не добьюсь своего.

Глаза заволокло слезами. В горле встал ком.

– Я не стану.

– Тогда я расскажу Алану Блэйку твой маленький секрет!

Дорогие читатели!

Добро пожаловать в мою книгу. Вас ждут эмоции на грани, безудержная страсть, любовь вопреки ненависти и конечно же ХЭ.

Добавляйте роман в библиотеку, ставьте «лайк» и обязательно подписывайтесь на автора.

С любовью, Виктория ❤️

2.

Николас

Безжалостная стерва...

Я ненавидел ее… и хотел до одури, до боли в мышцах.

Запах ее желания проникал в ноздри, отключая мозг. Инстинкты обострились, пробуждая голод. Я не мог оторваться от ее соблазнительного тела!

Нежная, сладкая, манящая – жемчужина клана, белая волчица, которую хотели все. И лишь один ублюдок смог заполучить ее, тем самым объединив две стаи.

Но сейчас, в это самое мгновение…

Она текла для меня, стонала от каждого моего прикосновения, перебирала упругими бедрами, прогибалась мне навстречу.

Я еле сдерживался, чтобы не расстегнуть брюки и не ворваться в нее до упора, чтобы забыла, как дышать.

Но пока не время.

План моей мести был продуман идеально, до мельчайших подробностей.

Она ответит за все, что сделала, а Алан Блэйк захлебнется в собственной крови за смерть моей стаи.

– Даже не представляешь, чего мне стоило вернуться… – голос сорвался на хрип, и я закрыл глаза, вдыхая ее аромат.

Член болезненно ныл, упираясь в ширинку брюк. Пульс шумел в ушах. По венам будто текла раскалённая лава. Я хотел большего…

Хотел ожесточенно вбиваться в ее тело, ощущать всю глубину, шептать ее имя, что проклинал днями и ночами напролет!

От одной мысли, что она принадлежит другому, меня охватывала жгучая ярость, благодаря которой я смог выжить.

– Ник, прошу… – простонала она, и я случайно царапнул клыком нежную кожу на ее плече. – Остановись.

– Просто кончи для меня, крошка, – хрипло прошептал, блуждая губами вдоль ее изящного позвоночника, и Афелия Блэйк издала сладостный стон.

Я не собирался ее щадить.

Мои пальцы ритмично двигались вдоль складок ее лона, настойчиво проникали внутрь, размазывали влагу. Язык блуждал по изгибам ее шеи. Я знал все ее точки, все чувственные места, помнил наизусть каждую родинку на коже молочного цвета.

Мгновение, и она содрогнулась в ярком оргазме, приоткрыв соблазнительные губы, которые раньше я мог целовать часами.

Раньше…

Сейчас я испытывал лишь ненависть, злость и звериную похоть к той, что предала меня, уничтожила!

Я неохотно отстранился, самодовольно усмехнувшись, и Афелия посмотрела на меня через плечо.

Даже сейчас, растрепанная, напуганная и возбужденная она выглядела потрясающе.

Роскошные белые волосы спадали каскадом до обнаженной поясницы, затуманенные серые глаза были похожи на расплавленное серебро, пухлые губы со смазанной помадой так и манили впиться в них вновь, а соблазнительный вид сзади срывал тормоза.

– Ты совершил ошибку, когда приехал сюда, – ее тонкие руки по-прежнему упирались в кресло, на котором виднелись следы от когтей. – Блэйк убьет тебя, как только узнает…

– Что я воспользовался его подстилкой? – насмешливо перебил, заметив, как слова хлестко бьют ее по лицу.

О, как долго я об этом мечтал…

Я представлял это выражение лица перед сном, в душе, за рулем. Пусть знает, что она умерла для меня, что больше ничего не значит!

Но в одном она права.

Алан Блэйк был тем еще ублюдком. Партнеры по бизнесу говорили, что этот тип невероятно жесток, расчетлив и умен, а также непредсказуем. Этакий безжалостный подонок, что не терпит возражений и держит всех в страхе под тотальным контролем. Он, несомненно, прикончит нас обоих, если узнает.

Даже стало интересно, как она будет выкручиваться теперь.

Вожак учует запах другого самца на своей волчице, не говоря уж про аромат секса в собственном кабинете.

– Сейчас тебе стоит переживать за себя, – я стоял всего в паре сантиметрах от нее и слышал, как быстро бьется ее сердце, как прерывистое дыхание срывается с губ, как шлейф ее желания вперемешку со страхом витает в воздухе, одуряя мой разум. – Твой муж может зайти в любую секунду. И разве тебе уже не пора вернуться к гостям?

Афелия плотно поджала губы, заметно побледнев.

– Ты специально это сделал… – догадалась она, и я показательно облизал палец с ее влагой на руке.

– М-мм, этот вкус ванили...

Я самодовольно смотрел на нее, ожидая дальнейших действий.

Девушка грациозно повернулась, и в ее серебряных глазах сверкнула дикая ярость.

– Я не жалею о том, что сделала. И с удовольствием бы повторила это вновь!

Сука…

Она прижала остатки роскошного платья к груди и молниеносно вышла из кабинета, оставив меня со звоном в ушах.

Мне хотелось догнать ее и придушить, но я стоял словно вкопанный, вглядываясь в оставленные ею кружевные трусики на полу.

Я мог бы уничтожить ее прямо сейчас…

Вот только это было бы слишком просто.

Я поднял белье, пропитанное ее желанием, а после открыл окна и впустил внутрь свежий воздух. Дальше все зависело от нее.

Игра началась.

3.

Я выбежала из кабинета словно ошпаренная.

Сердце вырывалось из груди. Обида жгла глаза. Руки дрожали, сжимая порванное брендовое платье, которое стоило целое состояние.

Иронично, но именно его Блэйк велел надеть мне завтра на банкет по случаю его «супервыгодной» сделки с новым партнером.

Это проблема.

Я осторожно огляделась по сторонам, хорошо помня, что в эту часть дома запрещено ходить гостям, и быстро направилась в сторону лестницы.

Всюду стояли камеры видеонаблюдения. Вот только за два года заточения здесь я узнала все их слепые зоны, и потому без проблем добралась до спальни, лишь пару раз промелькнув на бледных экранах.

Надеюсь, никто не заметил…

Я боялась Алана Блэйка и сейчас испытывала почти животный страх.

В прошлый раз он на сутки запер меня в клетке без еды и воды, а все потому, что я на десять минут задержалась в салоне красоты.

Его непредсказуемость пугала, а жестокость порой переходила все границы.

Блэйк обожал порядок, последовательность и контроль, а также дорожил своей репутацией в городе. И, если что-то шло не по плану, он выходил из себя, и вся стая затихала в ужасе.

Хорошо, что в кабинете камер не было.

Мой муж любил там развлекаться с другими женщинами, и я об этом знала…

Только мне было наплевать. Лишь бы не трогал меня.

Я ворвалась внутрь собственной комнаты и бросилась в ванную. Нужно было срочно смыть с себя запах чужих прикосновений, освежить макияж и вернуться к гостям.

Касания Николаса до сих пор горели на коже, а запах хвои и мяты плотно заполнил легкие, будоража кровь.

Он приехал, чтобы заставить меня страдать еще больше…

Нельзя этого допустить. Я не выдержу, если он останется!

Открыв кран с холодной водой, я встала под ледяной душ и попыталась остудиться.

В висках пульсировало от напряжения. Хотелось обернуться волчицей и убежать в сад или спрятаться под кроватью, свернувшись в клубок.

Но я не могла. Меня ждали внизу.

Я должна была вернуться в новом изысканном наряде и собрать восторженные взгляды окружающих, чтобы все в очередной раз убедились в «совершенстве» жены Алана Блэйка.

Ненавижу это!

Я быстро сполоснулась, смыв головокружительный запах с тела и волос, и торопливо вышла из ванной комнаты.

– Я уж начал волноваться… – раздался внезапно металлический голос мужа, и я испуганно вздрогнула, остановившись посередине комнаты.

Когда он вошел? Я не слышала шагов!

– Прости, – произнесла, опустив голову. Ему нравилась покорность. – Пришлось принять душ, чтобы выглядеть свежее в новом платье.

Блэйк отошел от окна и направился ко мне.

Каждый его шаг отдавался глухим ударом в сердце. Я молилась луне, чтобы на мне не осталось ни намека на запах.

– Хорошая девочка, – одобряюще ответил он, окидывая меня внимательным взглядом ярких карих глаз.

Нужно было завернуться в полотенце, но я так торопилась, что не сделала этого, а зря.

Обнаженная грудь плавно вздымалась, капли воды медленно стекали по шее, приковывая мужской взгляд. В воздухе появился аромат мускуса и древесины, выдавая возбуждение альфы.

– Сегодня у нас много важных гостей, Афелия… – монотонно начал он, и его пальцы невесомо коснулись моей ключицы, разгоняя неприятную дрожь. – Нужно их поразить.

Я согласно кивнула и осторожно подняла взгляд, не заметив ни единой эмоции на его непроницаемом лице.

– Приступай, – скомандовал Блэйк, а затем отошел и удобно уселся в кресле, давая понять, что будет смотреть.

Это ведь не очередная уловка?

Он же еще не был в своем кабинете? Не знает, что там произошло?!

Ладони вспотели. Я старалась выглядеть максимально спокойно и уверенно, несмотря на то, что дрожала от страха.

Нужно собраться, взять себя в руки.

Я грациозно подошла к шкафу и открыла его широкие створки.

– Возьми вон то, – Алан указал на весьма откровенное платье из белого шелка с открытой спиной и невероятно высоким разрезом на бедре. – Оно идеально подчеркнет твои формы.

Я незаметно сглотнула, но спорить не стала.

Его взгляд неотрывно блуждал по моему обнаженному телу, вызывая чувство, от которого хотелось завернуться в штору.

Я справлюсь. Снова.

Затем нагнулась, чтобы открыть нижний ящик с бельем и взять из него шелковые трусики в тон платью.

– Замри, – внезапно приказал он, и я застыла в унизительной позе.

Пульс оглушал. Я считала секунды, обреченно закрыв глаза, и молилась о том, чтобы это поскорее закончилось.

Но Блэйк не спешил. Он наслаждался моим бессилием, упивался своей властью и влиянием, которые имел надо мной и моей стаей, а я терпела.

Терпела, ведь я сама пошла на это когда-то.

– Сегодня на тебе не будет белья.

Что?

Внизу ждут самые высокопоставленные люди Гринвуда, а я буду расхаживать среди них почти голой?!

Я послушно отложила тончайшую ткань и выпрямилась, неожиданно уткнувшись спиной в его твердую грудь.

Нервы натянулись подобно канатам. Я ощутила бешеное влияние альфы, от которого все сжалось внутри.

– Ты прекрасна, Афелия… – твердая рука осторожно убрала мои влажные волосы в сторону, и пальцы невесомо коснулись ранки на плече, оставленной Ником. Я перестала дышать.

– Но мне не нравится, когда ты исчезаешь куда-то посреди приема.

Он резко повернул меня к себе, больно впившись пальцами в плечи, и я невольно поморщилась.

Гнетущее напряжение зазвенело в воздухе. Алан Блэйк угрожающе смотрел на меня.

Он злился.

Мое тело должно было всегда выглядеть идеальным, безупречным.

– Еще раз подобное повторится… – приглушенно прорычал он. – И тебе не понравится то, что я сделаю с тобой!

Угроза прозвучала настолько убедительно, что у меня кровь застыла в жилах.

– А теперь возвращайся к гостям. И не забудь, завтра ты должна надеть то самое черное платье. Нашему партнеру оно очень понравилось.

Я согласно кивнула, а моя волчица жалобно заскулила внутри.

– Умница, – он ободряюще коснулся моей щеки и вышел из кабинета, оставив меня с громко бьющимся сердцем.

Мне срочно нужно найти такое же платье...

Иначе мне конец.

3.2

Прием проходил относительно спокойно.

Если не считать того, что все пялились на меня, а Алан Блэйк откровенно этим наслаждался.

Долбаный извращенец!

Но не это волновало меня больше всего…

Николас Рид стоял всего в паре метров от меня, возле банкетного стола, и беззастенчиво флиртовал с какой-то брюнеткой, положив руку ей на талию. Он единственный, кто не обращал на меня никакого внимания и даже не смотрел в мою сторону, словно меня здесь и не было.

Почему он не ушел? Зачем остался?

Ах, да… чтобы уничтожить меня!

Я сжала бокал с вином в руке, и тонкий хрусталь угрожающе хрустнул, выдавая мое напряжение.

Боковым зрением я заметила, как губы Ника исказились в самодовольной ухмылке, а проницательный взгляд мужа сразу же обратился ко мне.

Черт…

Я поставила стакан на поднос мимо проходящего официанта и постаралась выглядеть максимально непринужденно.

– Позвольте вам еще раз представить мою жену… – произнес Алан, направляясь ко мне с кучкой местных аристократов, среди которых были мэр, судья и местный прокурор. – Афелия Блэйк, гордость и жемчужина нашего клана.

– Без сомнений! – восторженно подтвердил глава города, и я очаровательно улыбнулась, ощущая на себе скользкие, оценивающие взгляды.

Вино немного опьянило и притупило мои инстинкты. Я ничего не заподозрила, когда Блэйк протянул мне руку и слегка прижал к себе за талию.

– Дорогая, ты не порадуешь нас своим танцем?

– Что? – я изумленно на него посмотрела, едва веря собственным ушам.

Он хочет, чтобы я танцевала для всех этих людей? В таком виде?!

Глаза Алана Блэйка сверкнули желтым блеском, и я поняла, что он не шутит.

Вокруг повисла неестественная тишина. Все замерли в немом ожидании.

Мне понадобилось несколько длительных секунд, чтобы прийти в себя и, как ни в чем не бывало, улыбнуться.

– Конечно, – согласилась я, а затем мягко отстранилась и вышла в центр огромной гостиной, встав напротив ярко-пылающего огня в камине.

Это наказание...

Я не могла отказаться или уйти, иначе последствия будут чудовищны.

Что ж, если мой дорогой муж просит, я сделаю это.

Чарующая ненавязчивая музыка зазвучала в помещении, и я стала медленно двигаться в такт мелодии, плавно покачивая бедрами.

Я соблазнительно изгибалась, изящно поднимала руки, скользя по ним пальцами, блуждала ладонями по шелку белого платья, имитируя обнажение.

Все словно заворожённые следили за моим танцем, не в силах отвести взгляды.

В воздухе плавился терпкий запах возбуждения вперемешку с дорогим парфюмом и вином. И лишь один аромат не давал мне покоя, ощущаясь невероятно чувственно и тонко…

Это запах хвои и мяты, который я отчетливо чувствовала даже на расстоянии.

О, луна!

Николас стоял позади Блэйка и внимательно смотрел на меня. Взгляд его голубых глаз неотрывно следил за каждым моим движением. Он хмурился, но продолжал смотреть, пока я растворялась в музыке и танцевала для него.

Мне больше не было стыдно или неловко.

Я впервые наслаждалась «наказанием» Блэйка, с гордостью осознав, что переиграла его.

– Достаточно! – громкий голос альфы прервал музыку, заставив меня остановиться и открыть глаза.

Сдержанные аплодисменты раздались со всех сторон гостиной. Я смущенно улыбнулась.

– Ваша жена великолепна! Она само воплощение страсти! – послышался все тот же восторженный возглас мэра, но мой муж уже не разделял его настрой.

Неужели не понравилось?

Глаза всех мужчин блестели, зрачки расширились, а их женщины с завистью смотрели на меня, недовольно скривив силиконовые губы.

Кажется, никто не остался равнодушным.

– Спасибо, – холодно ответил Блэйк, а затем обратился к гостям: – Думаю, сейчас самое время пройти в другое место для приватного продолжения вечера.

Все поняли, о чем речь.

Аромат возбуждения витал повсюду, говоря о том, что ночь в самом разгаре.

Мы люди со звериными инстинктами…

И хоть среди нас было много «нормальных» жителей Гринвуда, таких как мэр, прокурор или судья, мы не скрывали своей сути, а они с удовольствием принимали участие в наших мероприятиях.

Мне же все эти оргии не нравились. Я предпочитала тихо отсиживаться в своей спальне, пока Блэйк развлекался в кабинете с несколькими волчицами сразу.

Но, кажется, не в этот раз...

Янтарный взгляд мужа прожигал насквозь.

– Сегодня, дорогая Афелия, ты проведешь эту ночь со мной, – произнес он, и в этот самый момент Ник с брюнеткой прошли мимо, направляясь в приватную комнату, а у меня что-то дрогнуло внутри.

У каждого из нас был свой ад, и мой находился в стенах спальни Алана Блэйка.

4.

К сожалению, ночь только началась.

Я стояла в комнате альфы, опустив глаза, и ощущала удушливый запах мускуса и древесины.

– Мне понравился твой танец, Афелия… – вкрадчиво произнес он, аккуратно подворачивая рукава рубашки. – Но ты танцевала его не для меня.

Он догадался?

Страх ледяной волной пронесся под кожей и, едва заметно пошатнувшись, я силой воли заставила себя оставаться на месте.

– Ты танцевала его для всех, – укоризненно пояснил он, а затем полностью расстегнул рубашку и снял с себя галстук, сжав его в кулаке до побелевших костяшек.

Я догадывалась, что будет дальше…

Но все равно испытала некое облегчение, на долю секунды прикрыв глаза.

– Ты сам велел, – тихо прошептала, и Блэйк уселся в огромное кресло напротив, широко расставив ноги.

– Верно, – хмуро ответил он, не сводя с меня пожелтевших глаз.

Каждый нерв в моем теле натянулся до предела. Каждая клеточка содрогалась, сопротивляясь его воле. Я старалась дышать ровно, но собственное сердцебиение выдавало с головой.

– Раздевайся, – четкий приказ нарушил тишину, заставив безукоризненно подчиниться.

Я осторожно потянула за узкий шнурок на спине, и белое платье нежнейшим облачком скользнуло вниз, обнажая мое тело перед этим зверем.

– Восхитительно, – голос Блэйка прозвучал ровно, но я знала, насколько сильно он был возбужден.

Крылья его носа заметно подрагивали, улавливая запах, пальцы яростно сжимали подлокотники, в глазах сверкал голодный блеск.

– Теперь подойди и встань на колени.

Я не могла ослушаться.

Алан Блэйк гордо восседал на кресле и выглядел великолепно, невзирая на исходившую от него ауру опасности.

Темно-каштановые волосы были уложены назад, выразительные черты лица завораживали, глаза светились янтарем, а идеально натренированное тело было напряжено и превосходно смотрелось в распахнутой рубашке, сквозь которую бугрились его рельефные мышцы.

Красивый, даже очень…

Но вся эта красота была жестокой, она не трогала меня.