- -
- 100%
- +
Я стояла в кабинете ректора, чувствуя на себе его темный блуждающий взгляд.
Волнение усиливалось. Сердце учащенно стучало под ребрами. Я плотно прижимала к груди папку с документами, которую пришла ему отдать.
Он не должен узнать, кто я!
Габриэль Мейз стоял напротив, прислонившись бедром к краю стола, и внимательно смотрел на меня, не отводя своих карих глаз.
– Можете оставить здесь… – указал он на стол рядом с собой, и я робко шагнула к нему, пожалев уже сотню раз, что согласилась выполнить это поручение. – Напомните еще раз, как ваше имя?
Я опустила взгляд, стараясь не смотреть ему в глаза.
– Роза Брайн, – и едва я приблизилась, как он схватил меня за руку и потянул на себя.
Я и опомниться не успела, как оказалась на столе, прижатая его мощным телом, а листы из папки опустились на пол вокруг нас.
– Ложь, – вкрадчиво произнес он в сантиметре от моих губ.
Я судорожно выдохнула, ощущая спиной прохладную поверхность.
Волнение пронизывало насквозь. Грудь ритмично вздымалась, приковывая мужской взгляд. Габриэль нависал, удобно расположившись между моих бедер, пока я неотрывно смотрела ему в глаза.
Красивый, непредсказуемый, опасный…
Тяжесть его твердого тела, горячее дыхание с запахом виски и шоколада сбивали с толку и завораживали одновременно.
Это нужно прекратить.
Я попыталась отстраниться, но он молниеносно перехватил мои запястья и зафиксировал их одной рукой у меня над головой.
– Не понимаю, о чем вы… – прошептала в тишине тусклого кабинета.
На лице мужчины отразилась самодовольная ухмылка, и в следующее мгновение его ладонь властно легла на мое бедро, проникнув под короткий подол юбки.
Невольная дрожь пронеслась по телу. Я боялась пошевелиться и судорожно кусала губы, чувствуя, как его пальцы медленно скользят по коже, все ближе и ближе подбираясь к запретному месту.
Еще никто и никогда не касался меня там!
Внизу живота вместе с паникой разрасталось странное чувство, от которого все трепетало внутри.
– Отпустите, – прошептала, невольно прогнувшись в пояснице, и мужчина склонился чуть ближе, отчего наши губы едва не соприкоснулись.
– Мне нравится, как ты умоляешь, принцесса, – произнес он бархатным голосом, и я ошеломленно застыла, вглядываясь в невероятные, карие с янтарными вкраплениями, глаза.
Ему известно, кто я.
– Знаешь, что бывает с беглыми принцессами? – насмешливо уточнил он, и я чуть сильнее сжала бедра.
Его рука переместилась на мое плечо, а затем невероятно нежно прошлась по изгибам ключицы, проникая под ворот блузки с гербом академии.
– Ты не станешь… – прошептала, наплевав на манеры.
– Нет? – иронично переспросил он, и я отвернулась, пытаясь окончательно не потерять свое достоинство.
– Нет, – едва слышно повторила, закрыв глаза от мимолётного наслаждения, что предательским трепетом разбегалось по коже.
– Может, тогда вернуть тебя обратно отцу? – и прежде, чем успела возразить, его губы коснулись моей шеи.
Жар вспыхнул внутри. Я шумно втянула в себя воздух, пытаясь справиться с нахлынувшими ощущениями.
– Нет… – снова ответила, чувствуя, как горячие губы на моей коже искажаются в зловещей улыбке. – Просто прекрати.
Он играл со мной.
– Уверена, что хочешь именно этого? – усмехнулся ректор, и я судорожно сжала пальцы у себя над головой.
Нет, то есть да!
То, что происходило между нами сейчас, казалось настоящим безумием.
– Чего ты хочешь? – бессильно произнесла, слыша, как дрожит собственный голос.
– Тебя, – твердо ответил он, и мое сердце пропустило удар.
Я повернула голову и увидела на мужественном лице ухмылку отъявленного подлеца.
Габриэль Мейз – брат моего жениха. Бывший наемник и действующий ректор самой престижной академии магии Эденгард, в которую я тайно сбежала, спасаясь от предстоящей свадьбы.
Я ненавидела его до дрожи, до подкашивающихся коленок…
Он обрек меня на страдания, лишив самого дорогого. Но я спряталась в его тени, и теперь моя судьба будет завесить только от него!
Мои дорогие читатели!
Рада приветствовать вас в своей новинке. Будет очень эмоционально, откровенно и горячо!*
Не забывайте ставить «лайк» и добавлять роман в библиотеку, чтобы не потерять книгу.
С любовью, Виктория❤
2.
Габриэль
Длинные белокурые волосы разметались по столу, большие синие глаза смотрели на меня с упреком сквозь подрагивающие ресницы.
Я нависал над хрупкой фигуркой «Розы Брайн», опасно расположившись между ее соблазнительных ножек в черных чулках.
До меня дошла невероятно ценная информация. Я узнал, что сбежавшая дочь императора тайно учится в моей академии на первом курсе.
Удивительно, но ей целый год удавалось скрываться от меня под чужим именем и спокойно существовать без какой-либо охраны...
Отважная принцесска.
Девушка учащенно дышала. Ее маленькая, аккуратная грудь призывно вздымалась от каждого вдоха, пока я внимательно смотрел на нее сверху.
Хрупкая, утонченная, нежная…
Форма академии идеально смотрелась на ее стройном, худощавом теле, а от узкого кукольного личика невозможно было отвести взгляд: маленький носик, чувственные губы с симпатичной родинкой в уголке рта и невероятные синие глаза цвета морских глубин. Ее бархатная кожа источала цветочный аромат, а беспомощный и невинный вид дико возбуждал.
– Я принадлежу империи… – хрипло прошептала она, и я невольно усмехнулся.
В ее глазах отражались волнение, страх и… возбуждение.
Интересная и очень соблазнительная малышка, которую я точно никуда не отпущу. Она – мой единственный шанс выбраться отсюда.
Я являюсь ректором этой академии на протяжении уже трех лет и постоянно ощущаю, как ее каменные стены сдавливают меня, пытаясь размозжить мой череп рутиной.
Мне здесь не место.
Я прожигаю свое время впустую, периодически трахая симпатичных студенточек, которые сами лезут ко мне в постель.
Мана приятно заколола в ладонях, и я склонил голову набок, любуясь раскинувшимся передо мной видом.
Вдруг стало любопытно…
Я медленно провел кончиками пальцев по изгибам ее изящной груди и выпустил элементарное заклинание, обдав легким холодом нежную кожу.
Девушка шумно выдохнула, прогибаясь мне на встречу, и я мягко обхватил ее подбородок, вглядываясь в приоткрытые губы.
– Теперь, Риель Грейман… – назвал ее настоящее имя. – Ты принадлежишь мне.
Ее невинность будоражила.
Я чувствовал, как член в штанах упирается, желая послать все к черту и как следует наказать эту принцесску, отомстив императору.
Ее отец засунул меня сюда, ощутив с моей стороны угрозу. Но он и подумать не мог, что когда-нибудь в мои руки попадет его бесценная дочь.
Поддавшись искушению, я чуть приподнял ее лицо, собираясь попробовать на вкус эти нежно-розовые губы.
– Нам нельзя, – внезапно прошептала она, и я остановился, ощутив раздражение.
Терпеть не могу, когда мне кто-нибудь перечит, а сейчас возникло такое ощущение, словно меня оторвали от любимого десерта, продолжая водить им прямо перед носом.
– Ты ректор этой академии, а я…
– Принцесса, – насмешливо перебил, пропустив сквозь пальцы локон ее длинных ухоженных волос, напоминающих шелк.
– Я ученица, – возразила она, невольно облизнув нижнюю губу. – И мое новое имя Роза Брайн.
Я усмехнулся, вслушиваясь в ее мелодичный голос и прекрасно понимая, что если сейчас не остановлюсь, вряд ли смогу это сделать позже.
– Что ж, Роза… – многозначительно произнес, переводя взгляд на ее лицо. – Мы заключим с тобой сделку. Я позволю тебе учиться в этой академии, рискуя стать изменником империи, а ты…
Я замолчал, выдержав интригу, и девчонка застыла в моих руках, неотрывно глядя мне в глаза.
2.2
Она сильно отличалась от всех, кто учился в этой проклятой академии.
Я не мог это объяснить, но в ней чувствовалась некая стать, благоразумие.
– Что «я»? – судорожно переспросила она, прерывая мои мысли.
– Ты больше не скажешь мне слово «нет», – двусмысленно ответил я, и девчонка нервно сглотнула, продолжая блуждать взволнованным взглядом по моему лицу.
В ее синих глазах можно было утонуть…
Невероятная синева, что поглощала меня целиком.
– Я знаю, кто ты на самом деле, Габриэль, – внезапно произнесла она, не шелохнувшись. – Знаю, что ты сделал. Отец рассказал мне.
– Как любопытно… – я чуть сместился в сторону, освобождая ее запястья, чтобы в следующее мгновение нежно обхватить ее бедра обеими руками.
– Ты безжалостный, бесчестный… жестокий наемник… – задыхаясь, шептала она, упираясь ладонями в мои плечи. – Тебе нельзя верить.
– Тогда можешь не соглашаться и ждать, когда Себастьян с твоим отцом явятся сюда.
Да, я знал и это.
Она была помолвлена с моим младшим братом, но год назад сбежала от него, чем сделала мне огромное одолжение. Ведь если бы он женился на ней, то получил бы титул раньше меня и верховным магом империи стал бы именно он, а не я.
– Себастьяну не понравится то, что я ему расскажу….
– Расскажем вместе, принцесса. Заодно спросим, почему он до сих пор не лишил тебя девственности, – невозмутимо произнес я, и Роза постыдно прикусила губу, чуть сильнее вонзив в мою грудь ноготки.
Мне вдруг захотелось смутить ее еще больше.
Я самодовольно улыбнулся, наслаждаясь тем, как мои пальцы осторожно и невесомо блуждают по ее гладкой коже, пробуждая толпы мурашек.
– Потому что он... боялся моего отца, – призналась она, покраснев.
Этим брат от меня и отличался.
– Тогда я скажу твоему отцу, что спал с тобой.
Девчонка едва не задохнулась, почувствовав, как мои пальцы нагло проникают под тонкое кружево ее трусиков.
– Неправда… – прошептала на выдохе, запрокинув голову назад.
– Пока нет.
Такая горячая, мокрая, соблазнительная…
– Ты не скажешь, – произнесла, будто сомневалась.
– Я не боюсь твоего отца, Роза… – шептал я ей в губы, пока мой палец размазывал влагу по нежнейшим складочкам ее лона. – Для меня он лишь очередное препятствие на пути.
Она сама того не замечая, стала двигаться мне навстречу, томно перебирая ногами.
Я едва мог сдержаться.
– И ты больше никогда не скажешь мне «нет»! – твердо повторил я, и принцесса издала сладостный стон.
Кровь закипела в венах, член болезненно заныл в штанах, желая вырваться наружу и взять эту девчонку прямо на столе.
Но я терпел, стараясь не потерять контроль.
– Да-а… – простонала она в ответ, закрыв глаза, и я решил подарить ей то удовлетворение, к которому так отчаянно стремилось ее тело.
Она должна была понять, что обманывать меня в моей же академии чревато последствиями.
Я вошел в нее двумя пальцами, ощутив чертовски приятную тесноту, а после чуть надавил на нужную точку, и Роза содрогнулась в моих руках, издавая громкий сладостный стон, какого я прежде никогда не слышал.
Черт, от таких игр я сам себя заводил в тупик.
Я не боялся императора и уж тем более младшего брата, но должен был спрятать ее от них, чтобы достичь своей цели.
– Подлец… – произнесла она, тяжело дыша, пока я с удовольствием разглядывал ее лицо перед собой.
Полуобнаженная, раскрасневшаяся, с растрёпанными волосами она выглядела великолепно.
– Как грубо, – наигранно возмутился я и резко потянул ее на себя, в результате чего девушка оказалась в моих объятиях. – Я лишь подтвердил твои ожидания.
Я убрал руки, и Роза посмотрела на меня помутненным взглядом синих глаз, в которых отражался целый спектр эмоций: смущение, удовлетворение, досада и…ненависть.
Думал, она заплачет, но на ее глаза не навернулось ни слезинки.
Не помню, чтобы еще кто-то так сильно возбуждал меня. Это запретное желание вперемешку с предвкушением разжигало бешеный интерес.
Надеюсь, она усвоила урок.
Девушка осторожно встала со стола, опираясь одной рукой о его край.
Я видел, как дрожали ее ноги, как она смущенно застегивала пуговицы на своей рубашке и поправляла юбку.
– Значит, договорились, – довольно произнес я, и она опустила голову, от чего длинные пряди волос упали на ее хрупкие плечики.
Я ждал обвинений, слез, истерики, чего угодно…
Но она подняла лицо, и я не увидел на нем никаких эмоций, словно все они были разом стерты.
Она молча наклонилась и, как ни в чем не бывало, собрала разбросанные листы с пола.
– Ваши документы, профессор, – сдержанно ответила она и положила их на стол, а после с невозмутимым видом вышла из моего кабинета, будто ничего не произошло.
Такого я не ожидал.
Розы невероятно нежные цветы, но у них очень острые шипы. Пожалуй, стоит об этом помнить.
3.
Я вышла в пустой коридор и остановилась у лестницы, схватившись за перила.
Кожа горела огнем. Я до сих пор ощущала на себе обжигающие прикосновения ректора.
То, что он делал со мной…Там, где касался…
Немыслимо!
Я ненавидела этого человека и боялась его одновременно. Он был именно таким, каким я его и представляла по рассказам отца.
Надменный, бесчестный, жестокий.
Габриэль Мейз смотрел в мои глаза, но при этом не испытывал ни малейшего раскаянья о том, что сделал несколько лет назад.
Как он мог? Нужно прийти в себя!
Я закрыла лицо руками и опустилась на ступени, чувствуя, как пылают щеки.
Во дворце я в совершенстве научилась скрывать свои эмоции, невзирая на плохое самочувствие или настроение, но сегодня сделать это оказалось вдвойне сложнее.
Эмоции накалились до предела, внутри все пылало и разрывалось на части от противоречивых чувств.
Я сбежала из дома, чтобы никому не принадлежать, но этот наемник присвоил меня себе и заставил дать опасное обещание…
Теперь я зависела от него, и это было ужасно.
Я никогда не прощу ему смерть любимого брата и уж тем более не стану играть по его правилам.
Выпрямившись, я сделала глубокий вдох и закрыла глаза, ощущая, как мана равномерным потоком циркулирует в воздухе у моего лица - элементарное заклинание, которым я пользовалась дома, чтобы сконцентрироваться и «не задохнуться» в стенах имперского дворца перед высшими чинами аристократии.
После смерти Линза трон должна была унаследовать я, и моя жизнь с шестнадцати лет превратилась в сущий ад.
Я не хотела вновь вспоминать то, от чего бежала, и потому порывисто поднялась на ноги, намереваясь вернуться в комнату. Захотелось немедленно смыть с себя прикосновения этого подонка, от которых до сих пор бросало в жар.
Быстро спустившись с лестницы, я направилась к выходу из главного корпуса, в котором проходили занятия, но неожиданно мне преградил путь один из старшекурсников.
– Так-так… – насмешливо произнес он, и я резко остановилась. – Какая миленькая первокурсница нам попалась!
Нам? Я оглянулась, заметив позади еще одного парня, который стоял у лестницы, засунув руки в карманы.
Почему они здесь? Лекции давно закончились.
Внезапно в нос ударил запах жженой травы, напоминающей чертополох, и я сразу все поняла.
– На территории академии запрещено курить… – произнесла укоризненно, и парень с белыми волосами стал угрожающе наступать.
– А ты у нас, значит, примерная ученица? – усмехнулся он и деловито сложил руки на груди.
Судя по их растрепанному виду, они уже давно здесь расслабляются.
– Я лишь студентка, которая не хочет быть отчислена, – попыталась оправдаться, сделав шаг назад, как вдруг уперлась спиной в грудь его друга.
– Не стоит так нервничать, красотка… – чужая рука легла мне на плечо, и я невольно вздрогнула. – Пойдем с нами, и мы научим тебя всему.
– Мне нужно идти…
– Отказ не принимается, – ответил парень напротив, подходя вплотную, и прежде, чем я успела что-то возразить, выдохнул мне в лицо кольцо дыма.
Я тут же закашлялась и отвернулась, но ледяные пальцы крепко схватили меня за подбородок и повернули мою голову обратно.
– Отворачиваться невежливо, – раздраженно произнес он, пока я стояла между ними, нервно сжимая кулаки.
Что делать?
Я закрыла глаза, ощущая, как дурман окутывает разум, придавая телу приятную легкость, от которой становилось хорошо.
– Ты пойдешь с нами, – произнес кто-то из них, и я бессильно пошатнулась.
Это плохо…
Очень плохо. Нужно как-то выбираться.
Вот только ноги не слушались!
Чертополох часто использовался в зельях и оказывал невероятно мощный обезболивающий эффект. Он притуплял реакцию и сильно опьянял, вот только на этих двух придурках его действие сказывалось слабо.
Я даже боялась представить, что они могут сделать со мной в таком состоянии.
– Помогите…
3.2
Голова закружилась. Перед глазами все поплыло.
Я чувствовала на себе твердые руки, что придерживали меня за талию, не позволяя упасть.
– Тебе понравится… – доносился шепот, пока я отчаянно пыталась прийти в себя.
– Оставьте ее, – раздался внезапно звонкий мелодичный голос и, распахнув глаза, я заметила у дверей невысокого парня.
Кажется, мы учились на одном факультете…
У него была нетипичная для этих мест внешность: узкий разрез глаз, чёрные короткие волосы, худощавое телосложение и крохотная сережка в ухе.
– Не лезь, мариец! – ответил кто-то из старшекурсников, озвучив его происхождение.
– Если не оставите ее… – вкрадчиво произнес Аян, встав вполоборота. – Я применю силу.
– И какую же? – послышался издевательский смех за моей спиной. – Марийское искусство крови?
Я обреченно выдохнула, прекрасно понимая, что ему не справиться с двумя накуренными старшекурсниками.
Разница в силе была слишком велика.
На первом курсе мы изучали основы владения маной и практиковались преобразовывать ее в материю, тогда как на третьем, к примеру, уже проводились магические поединки.
– Я не стану повторять, – предупредил «мой спаситель», и я взволнованно затаила дыхание.
Блондин вышел вперед, второй парень продолжал держать меня за талию сзади.
– Ты не ответил на вопрос, мариец… – угрожающе произнес он, и в его руке вспыхнуло пламя. – Применишь магию крови?
Старшекурсник сделал еще один шаг, а затем неожиданно схватился за голову и рухнул на колени.
– Да, – твёрдо ответил Аян, и я увидела, как мана голубым светом переливается на кончиках его пальцев.
Это тайное искусство марийцев…
Никогда прежде не видела его в действии!
Они знали, как управлять влагой в теле человека. Я зачарованно наблюдала, как его руки плавно двигаются в воздухе, сплетая незнакомое заклинание, причиняющее адскую боль.
– Хватит, прекрати… – завыл блондин, корчась на полу, и мариец развеял магию. – Забирай свою подружку и проваливайте отсюда!
Меня толкнули в спину, и я упала на пол, не удержавшись на ногах.
В ушах раздался противный звон, а голова закружилась так сильно, что мне пришлось зажмуриться.
– Ты в порядке? – произнёс Аян, оказавшись рядом, и я подняла голову и заглянула в его серые глаза.
Странно было видеть его таким…
На лекциях он всегда был тихим, спокойным и очень сдержанным. Узкий разрез его глаз и симпатичное лицо выдавали в нем марийское происхождение, что заставляло держаться от него на расстоянии.
Марийцев не любили, поскольку ошибочно считали их зачинщиками конфликта между магами и людьми, создавшими оружие и машины из металла.
Жестокая война бушевала много сотен лет, пока мой прадед и император того времени не пришли к общему соглашению, объединив природу стихий и интеллект людей. С тех пор уровень жизни возрос многократно, а население обеих сторон стало использовать и магию и механизмы во благо всему человечеству.
Вот только мир между природой и машинами был хрупок, и мой отец, переживая за его сохранность, вел очень лояльную политику.
Я размышляла об этом в тот момент, пока Аян рассматривал меня и что-то говорил…
– Роза? Роза, ты меня слышишь? – вновь повторил он, и я опомнилась, вернувшись в реальность.
– М-м?
– У тебя кровь, ты ударилась.
– Кровь? – я опустила растерянные глаза и посмотрела на свои ободранные коленки сквозь порванные чулки.
Я даже не почувствовала, как ушиблась, видимо, чертополох своим обезболивающим эффектом смягчил падение.
– Ничего страшного… – ответила туманно, а после шумно выдохнула и бессильно повалилась на его плечо.
3.3
Аян неподвижно сидел рядом, ожидая, пока я приду в себя.
– Думаю, тебе лучше не вставать, – задумчиво произнес он, и я устало закрыла глаза, чувствуя, как сильно клонит в сон. – Они курили чертополох, его эффект скоро закончится. Нужно подождать. Просто разговаривай со мной, чтобы не уснуть.
– Хорошо… – прошептала согласно, вслушиваясь в его ровный приятный голос. – Спасибо, что заступился. Я испугалась.
– Я тоже, – усмехнулся он, и я невольно улыбнулась. – Я не такой храбрый, как тебе могло показаться под дурманом.
– Ошибаешься… – возразила я, проговаривая все, что приходило на ум. – Храбрый не тот, кто ничего не боится… а тот, кто очень боится, но преодолевает свой страх.
Аян молчал какое-то время, видимо, размышляя над моими словами, которым я едва отдавала отчет.
– Мудро, – кратко ответил он, продолжая сидеть рядом.
– Так сказал мне брат, – произнесла, чувствуя, как боль от потери отзывается в сердце.
Кажется, эффект от дурмана заканчивается.
– Я бы хотел с ним познакомиться.
Я взглянула на него, не проронив ни слова, поскольку до сих пор не могла оправиться от смерти Линза. В тот день я лишилась не только любимого брата, с которым была неразлучна, но и спокойной жизни.
Моя роль была предназначена ему. Он должен был унаследовать престол, а не я.
Линз интересовался политикой, жизнью обычных людей. Он частенько тайком пробирался в самые отдаленные районы империи, пока в один из дней просто не вернулся. И все из-за него, из-за Габриэля Мейза…
Он отнял его у меня, у империи.
Будь он проклят!
Я отвернулась, пытаясь не поддаваться эмоциям. Нужно срочно сменить тему.
– Знаешь, перед поступлением в Эденгард мне говорили, что здесь очень жестокие и суровые правила, – я замолчала на мгновение, вглядываясь в свои руки. – Но оказалось все иначе.
– Да, – мрачно подтвердил Аян. – Все так и было, пока ректором не стал Габриэль Мейз.
– Кажется, ему наплевать на всех, кроме себя самого… – произнесла задумчиво, и Аян вдруг укоризненно посмотрел на меня, словно я не знала, о чем говорила.
– Ты не права.
– Что?
– Знаешь, Габриэль спас меня когда-то от таких же придурков. Они выжигали на моей спине грязные ругательства и всячески издевались. Мейз защитил меня, а их жестоко наказал, преподав всем урок.
Я смотрела на Аяна во все глаза. Он так спокойно об этом говорил, в то время как у меня мурашки бегали по коже.
– Но ты ведь можешь за себя постоять… – удивилась я. – Ты владеешь искусством крови!