Боевая целительница в Академии

Глава 1. Дора и Ирма

Первый день в академии кипел суетой. Первокурсники сновали туда-сюда: кто-то спешил в библиотеку, кто-то изучал корпуса, сверялся с расписанием или в последний раз проверял документы. На фоне этой оживленной картины еще более нелепо и необычно выглядела девушка, что сидела на лужайке перед главным входом в позе лотоса и медитировала. Ее каштановые волосы, убранные в хвост, доходили до самого низа спины. Она настолько выбивалась из общего антуража, что к ней, не сговариваясь, подошли две любопытные студентки.

– Привет. А что это ты делаешь? – спросили они почти хором.

Незнакомка открыла глаза, медленно перевела взгляд с одной на другую и ответила:

– Жду вас.

Первокурсницы удивленно переглянулись.

– Что?

– Привет. Меня зовут Эльза, – представилась медитировавшая.

– Я Дорана, можно Дора. Я дракон, – с гордостью сказала первая.

– А я Ирмиэль… Ирма, – чуть запинаясь, добавила вторая. – Полуэльфийка.

– Отлично, – кивнула Эльза, легко поднимаясь на ноги. – Что-то я проголодалась. Пойдемте поедим, я видела, где здесь столовая.

Девушки с любопытством смотрели на Эльзу и всё еще надеялись получить ответ на свой вопрос, возможно, поэтому последовали за ней. Пройдя направо от главного входа и мимо каменного корпуса с тремя колоннами, они завернули к столовой. Всё это время Дора и Ирма переглядывались, как бы предлагая друг другу начать диалог.

Наконец, Дора не выдержала и опять вернулась к вопросу:

– Так что же ты всё-таки делала на лужайке?

Эльза улыбнулась.

– Я пришла очень рано, всё изучила, посмотрела, сдала документы. И поняла, что для полноценного счастья мне не хватает пары подруг. Поэтому села на травку и начала медитировать на притяжение самых любознательных и интересных. И это сработало, – проговорила Эльза и засмеялась.

Девочки тоже весело захихикали, снова многозначительно переглянулись и согласились с тем, что, видимо, они и есть те самые «любознательные и интересные».

В столовой пахло невероятно аппетитно: жареным мясом, сочной кукурузой, специями и свежезаваренным кофе.

Животы непроизвольно заурчали. Они взяли разные блюда на пробу и устроились за ближайшим свободным столиком, и какое-то время с удовольствием ели. Когда настроение стало прекрасным, они заговорили, как закадычные подруги. Все три девушки были уверены: если их знакомство началось так необычно, то и обучение здесь будет невероятно интересным.

В разговоре выяснилось, что Эльза – простолюдинка. Дора и Ирма удивились: в академии в основном учились отпрыски аристократических семей из всех королевств Альянса. Простолюдинка в академии – это невероятная редкость. На что Эльза лишь многозначительно обронила, что поступила по особой рекомендации.

Подруги сразу поняли: значит, Эльза обладает поистине необычным талантом и какими-то связями. Тогда ее появление здесь вполне логично.

Они уже допивали чай, когда Ирма вдруг заметно встревожилась и вся съёжилась. Эльза проследила за ее взглядом.

В столовую вальяжно вошел эльф в окружении нескольких друзей. Высокий, золотоволосый, с идеальными чертами лица – чистокровный эльф, каких поискать. Он окинул зал оценивающим взглядом, заметил Ирму и тут же направился к ним. А точнее – к ней. Его лицо выражало предвкушение, но не от еды, а от кровавого зрелища. Зловещая улыбка, огонь в глазах и нервно потираемые руки как будто говорили, что жертву он уже не отпустит.

Ирма инстинктивно вжалась в плечо Эльзы, но потом взяла себя в руки, выпрямила спину.

Парень подошел и бросил на них презрительный взгляд.

– И ты здесь, – процедил он, обращаясь к Ирме. – С твоими-то талантами. Наверное, прислуживаешь этим? – он кивнул на спутниц, но взгляд от Ирмы не отводил.

Эльза спокойно посмотрела сначала на испуганную подругу, потом на него.

– А ты что, на девушках свое эго отыгрываешь? – ее голос был тихим, но чётким. – А с сильными ребятами также разговариваешь? Или будешь лебезить?

Парень пренебрежительно оглядел Эльзу. Аккуратная легкая одежда, никаких известных ему гербов аристократов.

«Мелкая сошка», – подумал он.

– Тебя это не касается, – отрезал эльф.

– Тогда позови меня, – невозмутимо продолжила Эльза, и в голосе зазвенела сталь. – Позови посмотреть, как ты сражаешься с самым крутым парнем в академии и побеждаешь. После этого мы и поговорим о том, что кого касается и где кому место. А иначе ты тут просто тешишь свое низкое эго, как самый настоящий трус, – она сказала это максимально громко, усилив голос магией.

Теперь на них смотрели все в столовой.

Дора засмеялась. Громко, заливисто, не скрывая удовольствия.

Парень аж побледнел от ярости. Он открыл рот, чтобы ответить, но его друзья, окинув взглядом стол, вдруг резко забеспокоились. Их внимание привлекла девушка возле Эльзы, видимо, драконица, которая от возмущения ранее выпустила острые, как бритва, коготки, невольно царапая ими стол.

– Лориэн, – зашептал один из свиты, дергая его за рукав. – Не сейчас. Там драконица...

– Мы, вообще, книги забыли взять в библиотеке, – подхватил второй. – Пойдем, пока не закрылась.

Лориэн дернулся, но друзья уже тянули его прочь. Бросив злобный взгляд на Ирму, он развернулся и последовал за свитой.

– Кто это был? – спросила Эльза.

Ирма выдохнула, расслабляясь.

– Лориэн. Мы вместе учились в Лесной академии. Он... он меня там постоянно задирал.

– А, понятно, – кивнула Эльза. – Бывший обидчик. Будем знакомы.

– Ты что, собираешься с ним... – начала Ирма.

– Я собираюсь сделать его жизнь немного веселее, – фыркнула Эльза. – Не переживай.

Чуть позже из столовой вышли три девушки, болтая обо всём на свете.

Дора рассказала, что она драконица и обладает огненной магией, что вполне логично. Она из недавно присоединенного к Альянсу семи королевств Драконьего королевства, и теперь в рамках договора молодые драконы могут учиться в этой знаменитой академии.

Ирма, полуэльфийка, рассказала, что родилась и выросла среди эльфов, но ее мать человек. Она сознательно выбрала эту академию вместо чисто эльфийской. Диплом академии высоко ценится и среди людей, и среди эльфов, поэтому у нее есть больше времени выбрать, где она в будущем хочет жить – в эльфийских лесах или в человеческих городах.

Сама же академия, по словам Ирмы, оказалась удивительным местом – в хорошем смысле сборищем аристократов со всех королевств Альянса (а их было несколько: человеческие государства, эльфийские земли, драконьи и орочьи кланы). Именно поэтому здесь могли учиться только очень выдающиеся личности. Девушки пока не решались напрямую спросить Эльзу о ее даре, чувствуя, что та сама расскажет, когда придет время. Вместо этого они обсудили курсы на первый год.

Система обучения была построена мудро: первый курс – общеобразовательный. Все студенты, независимо от будущей специализации, брали общие дисциплины: историю альянса и королевств, основы боевых искусств, лекарское дело, алхимию, руническую факторику, артефакторику и введение в различные школы магии. Специализация – углубленное изучение своей стихии или искусства, например, в группе огненных магов – начиналась только со второго курса. Это позволяло и получить разностороннюю подготовку, и лучше понять собственные силы.

Но самым захватывающим и пугающим, о чём шептались все первокурсники, были практические вылазки. А именно – в Безумный лес.

– Безумный лес, – с придыханием и страхом в голосе прошептала Ирма, – так он и называется. Говорят, там живут полчища монстров, и это очень опасное место.

– Оно принадлежит академии, – добавила Дора, ее глаза сузились от интереса. – Папа говорил, что там специально разводят и подселяют всяких тварей… для наших же тренировок. Чтобы мы не на одних теориях выросли.

Эльза слушала, слегка улыбаясь. Мысль о лесе, полном опасностей, казалось, не пугала, а наоборот, вызывала тихий живой интерес.

– Значит, самое интересное впереди, – заключила она, переводя взгляд с одной подруги на другую. – Нам стоит держаться вместе. Как думаете, справимся?

Вопрос повис в воздухе, посулив новые возможности в будущих испытаниях. И в глазах каждой из них читался один и тот же ответ – решительный и полный азарта.

В последующие часы Эльза успела показать подругам все важные места в академии. Постепенно жизнь вошла в русло: они заселились в общежитие, и, к радости тихой и спокойной Ирмы, комнаты Эльзы и Ирмы оказались рядом.

***

Через пару дней Дора, заметно смущаясь, пригласила Эльзу и Ирму на особое событие.

– После вступительных экзаменов и зачисления у нас, драконов, принято устраивать турнир первокурсников, – объяснила она, понизив голос. – Но это в основном для парней.

Она сделала паузу, подбирая слова.

– Видите ли, драконы-мужчины предпочитают учиться и сражаться в своей истинной, могучей форме. Такие девушки, как я, чаще выбирают человеческий облик для учебы – это практичнее и комфортнее для взаимодействия с другими расами. Нас, дракониц, здесь меньше. И эти бои – это не просто выяснение, кто сильнее. Для парней это шанс покрасоваться, продемонстрировать силу, ловкость и мощь. А для нас, девушек, – Дора чуть покраснела, – это возможность посмотреть на них, оценить.

Ирма широко раскрыла глаза, начиная понимать подтекст.

– То есть это что-то вроде смотрин? – спросила она.

– В каком-то смысле да, – кивнула Дора, теперь уже откровенно смущённая. – Но всё сложнее. У нас другой уклад жизни, не такой, как у эльфов или людей. Мы сражаемся стаями, так из стаи постепенно может вырасти настоящий род, необязательно связанный кровью, а дружбой, верностью и общей жизнью.

Эльза слушала внимательно, пытаясь вникнуть в незнакомые правила.

– Вожак стаи – это обычно дракон из древнего благородного рода, – продолжала Дора. – У него больше ресурсов, связей, влияния. Чем круче вожак, тем больше возможностей у тех, кто входит в его стаю. Поэтому многие мечтают прибиться к сильному вожаку.

– А те, кто не хочет? – спросила Ирма.

– Тоже есть, – кивнула Дора. – Не все стремятся войти в чужой род. Многие хотят стать вожаками сами, основать свою стаю, со временем – свой род. Но для этого нужно сначала проявить себя. Показать, что ты достоин вести за собой других.

– А девушки? – Эльза посмотрела на подругу с любопытством. – Вы тоже создаете стаи?

– Конечно, – улыбнулась Дора. – Драконицы тоже могут стать вожаками и создать свою стаю и род. Таких великих родов, основанных драконицами, целых семь. Обычно девушки из благородных родов не входят в стаю до брака, чтобы не давать свои ресурсы стае, которая не станет для них основной. В большинстве случаев девушки входят в стаю мужа. И, конечно, стая заинтересована, чтобы в нее входили сильные и умные как девушки, так и парни. Поэтому на турнире будут выступать и девушки, чтобы показать себя, закрепиться в обществе.

– А ты? – спросила Ирма.

Дора вздохнула.

– Мои родители пока не советуют мне вступать ни в одну стаю. У них другие планы на мой счёт, – она поморщилась. – Скорее всего, меня ждет договорной брак. Но вы не думайте, он обычно по согласию сторон. Драконы умеют завоевывать сердца, – улыбнулась она и продолжила почти с восторгом: – К тому же это потрясающее зрелище! Будут бои в драконьей форме среди сотни первокурсников. Дуэли и групповые сражения. От того, как дракон проявит себя на турнире, зависит его статус среди сородичей. Потом сформированные стаи будут соперничать друг с другом всё время обучения. А победитель турнира... – Дора мечтательно закатила глаза. – К нему выстроится очередь из желающих.

После обеда они отправились в колизей. Драконий колизей, как рассказала Дора, драконы специально подстроили под себя, это их основное место для сражений и тренировок. Академический корпус и общежития драконов располагались от колизея в пешей доступности, и получался такой закрытый драконий район.

Дора сокрушалась, почему драконы так консервативны?!

Вместо того, чтобы летать над всей академией, они фактически построили свое мини-королевство, поэтому мало общаются с другими расами. Вход на территорию обозначался огромными витражными воротами, на которых было написано древними драконьими письменами «Дракос». Ворота стояли на мощёной дорожке в гордом одиночестве, ни справа, ни слева от них не было ни забора, ни ограды, только магический барьер мерцал красноватым цветом.

Колизей встретил девушек шумом. Место буквально кипело. Воздух раскалился до предела, то и дело взмывали потоки огня. Большая часть зрительских мест была переполнена парнями. Драконы в человеческой форме, но их руки и лица то и дело покрывались чешуей от восторга, волнения или раздражения от давки.

На арене же стояли полуголые парни, готовые в любой момент превратиться в драконов. Когда объявляли следующие группы сражающихся, они срывались с мест и в секунды покрывались сверкающей чешуей, раскрывая мощные крылья. Они гремели, рычали и выпускали в небо столбы пламени – больше для красоты, чем для атаки.

Дора привела девушек в женскую часть колизея, где на скамьях для зрителей сидели драконицы в изящных платьях и красивых доспехах. Они наблюдали за происходящим с достоинством и грацией, иногда тихо перешептываясь.

Некоторые драконицы с любопытством посмотрели на спутниц Доры, но быстро потеряли интерес, потому что на арену выходили всё более сильные драконы для сражений. Молодые драконы сходились в поединках, больше похожих на сложный опасный танец. Свист рассекающего воздух хвоста, отблески пламени на сверкающей чешуе, мощные удары, от которых защитный барьер покрывался трещинами и искрился, будто вот-вот рухнет. Каждый дракон старался проявить себя с лучшей стороны, а победители возвращались в человеческие формы и посылали хитрый взгляд и кивок какой-то из девушек.

– Смотри, этот, с синей чешуей, – шепнула Дора Ирме, указывая на крупного дракона, который ловко парировал атаку двух соперников. – Он явно один из фаворитов. Силён, но и умён, не лезет напролом.

– А они... не ранят друг друга? – тихо спросила Эльза и с некой досадой посмотрела на сияющую у себя справа эмблему целителя.

– Правила есть. До явного преимущества. Лекари дежурят там, – пояснила Дора и показала непонятно куда. Потом ее взгляд стал упорным, и она обернулась к подругам. – Я... я подумываю выйти туда сегодня.

Ирма ахнула, а Эльза подняла бровь.

– Но ты же говорила, это для парней?

– Да, в основном. Но формально запрета для девушек нет. Просто... не принято.

Дора выпрямила спину, и в ее глазах вспыхнул тот самый драконий огонь.

– Но я не хочу просто сидеть и выбирать. Я хочу заявить о себе. Показать, что я не только девушка, но и воин. Что я могу постоять за себя и достойна места в сильной стае.

Эльза улыбнулась, в ее взгляде читалось понимание и одобрение. Ирма, преодолев легкий шок, сжала кулачки.

– Тогда иди! – сказала полуэльфийка. – Мы будем болеть за тебя громче всех!

Дора улыбнулась и, сделав несколько глубоких вдохов, направилась к месту, где регистрировали участников. Эльза и Ирма остались наблюдать за сражениями.

Еще около часа дрались разные группы драконов. Час пролетел как одно мгновение. Над ареной всё еще висела взвесь пыли и пепла, смешанная с запахом драконьей крови и озона от магических разрядов. Группы сменяли одна другую, стаи демонстрировали слаженность, одиночки – силу и хитрость. Зрители на трибунах, казалось, забыли, как дышать.

И вот в небо взмыли последние участники предварительных боёв. Дора и ее соперник – белый дракон с красной полосой на крыле.

В драконьей форме Дора была стремительным видением из тёмной бронзы и пламени, переливалась на послеполуденном солнце глубокими насыщенными оттенками – от тёмной, почти черной бронзы на гребне и мощных крыльях до бирюзового на брюхе, где чешуйки казались подернутыми легкой патиной.

Она не была самой крупной, среди драконов-самцов попадались настоящие гиганты, но в ее сложении чувствовалась та особая хищная грация, которая отличает охотника от воина. Длинная шея, острые рога и глаза – два ярких изумруда, горящих решимостью и тем внутренним светом, что бывает только у истинных драконов древних кровей. Крылья с серебристыми прожилками распахнулись широко, когда она набрала высоту, а затем сложились для молниеносной атаки на противника. Она дралась яростно, но чисто. Без подлости, без грязи. И когда через несколько минут приземлилась, тяжело дыша, но победительницей, по ее броне пробежали золотистые искры, она довольно усмехнулась, даже не заметив этого.

Вот и всё. Почти все бои закончились. Оставался только финал.

Глава 2. Дерек

Дерек стоял в тени арочного прохода, ведущего на арену, снимал ремень с предплечья. Сквозь каменную толщу доносился приглушённый гул трибун, тысячи голосов сливались в единый требовательный рёв. Они ждали зрелища. Они ждали его.

Он поднял взгляд на противоположную сторону арены, где в таком же проходе застыл силуэт его противника. Дамиан Золотой. Блондин. Волосы цвета спелой пшеницы, уложенные так, будто он только что от королевского парикмахера, а не с разминки. Правильные черты лица, ослепительная улыбка, от которой у девушек на трибунах подкашивались ноги.

Со стороны – идеальный дракон: древний род, богатая семья, безупречные манеры. Все при дворе говорили, что Дамиан – гордость своего поколения.

Дерек знал правду. За сладкой улыбкой пряталась гниль. За красивыми словами – расчёт. Дамиан не дрался – он побеждал. Всегда. Любой ценой. Говорили, что на отборе в академию его соперник упал сам, без видимой причины. Говорили, что на тренировках с ним постоянно случаются «несчастные случаи». Говорили... но никто не мог доказать, «потому что он умён, потому что он всегда оставляет себе пути к отступлению».

Дерек сжал кулак. Он знал Дамиана еще до академии. Их семьи встречались на светских приёмах, на драконьих сборах, на церемониях. Дамиан всегда улыбался. Всегда говорил приятные вещи. И всегда смотрел на Дерека, как на конкурента, которого нужно убрать.

«Ты думаешь, я не видел твоего взгляда? Думаешь, я не чувствовал, как ты ищешь мои слабые места все эти годы?» – хмыкнул Дерек.

Он выбрал эту академию неслучайно. Он мог остаться в драконьих кланах, учиться у старейшин, пробиваться наверх через семейные интриги. Но он хотел другого. Дерек хотел доказать, что сила – это не титул. Не род. Не богатство.

Сила – это то, что ты сделал сам.

Каждый день. Каждый год. С тех пор, как в шесть лет Дерек впервые превратился в дракона и случайно сжёг отцовский кабинет, он совершенствовался. Отец тогда не ругался, улыбнулся и сказал: «Будешь сильным, сын. Но сила без контроля – просто пожар. Учись».

И он учился, когда другие дракончики играли в небе, он отрабатывал удары. Когда они спали, он тренировал дыхание. Когда они сплетничали, он изучал боевые техники старших.

– Дерек, дружище! – донесся через арену приторно-ласковый голос. Дамиан даже не повышал тона, магия усиливала звук. – Не бойся, я буду нежен. Всё-таки нам еще учиться вместе. Не хотелось бы тебя... сильно калечить.

Дерек промолчал. Он только сжал челюсти и вышел на свет.

Правила просты: никаких артефактов, бой до потери сознания или явного преимущества. Магия, когти, зубы, крылья – всё, что дала природа. Честный бой. Драконьи правила.

Они встретились в центре арены в человеческом облике, как того требовал ритуал. Дамиан сладко улыбался, Дерек смотрел в пустоту.

– Начали!

Трансформация произошла одновременно.

Драконы взмыли в небо, и первые секунды боя были прекрасны и страшны одновременно. Два гиганта – красный с золотыми прожилками и золотой, слепяще-жёлтый, кружили в воздухе, выискивая момент для атаки. Дамиан был немного крупнее, массивнее, но Дерек – быстрее. Он уходил от выпадов, нанося точные удары когтями по бокам противника, заставляя того рычать от злости.

– Ты, как муха, Дерек! – проревел Дамиан, выпуская струю пламени.

Дерек едва ушел, сложив крылья и камнем падая вниз, чтобы в последний момент отлететь в сторону.

– Жужжишь, жужжишь, а толку!

Дерек не отвечал. Он копил злость. Ждал момента.

И момент настал. Они сошлись в лобовой атаке – грудь в грудь, когти в когти, пасти в попытке достать горло соперника. Сила была примерно равной, но Дамиан всё же давил массой. И вдруг Дерек почувствовал резкую, обжигающую боль в правом плече, словно кто-то выстрелил раскалённым железом в плечо.

Он дернулся, потерял равновесие, и мощный удар лапой отбросил его в сторону. Он врезался в стену у самых ворот, срикошетил и рухнул на землю, поднимая тучу пыли.

Трансформация сбросила его в человеческий облик, тело само пыталось сохранить энергию, концентрируясь на выживании.

Дерек зашипел от боли и посмотрел на руку. Она висела плетью, из глубокой раны на предплечье хлестала кровь, заливая песок алым. Это не когти. Не зубы. Не магия. Рана была ровной, чистой, словно от лезвия, прошедшего сквозь чешую и плоть, будто сквозь масло. Артефакт. Сукин сын использовал артефакт.

– Вставай, вставай, вставай... – прошептал Дерек, пытаясь подняться, но встать не удавалось. Боль простреливала плечо, затуманивала сознание, рука не слушалась. – Чёрт...

Трибуны гудели. Кто-то кричал, кто-то свистел. Дамиан уже приземлился в центре арены, принимая аплодисменты, которые считал своими по праву. Он даже не смотрел в сторону поверженного противника. Зачем? Победа уже в кармане.

– Дай посмотрю.

Дерек дернулся от неожиданности. Рядом присела девушка. Каштановые волосы длиной до пояса рассыпались по плечам, прикрывая лицо, но он успел заметить медовые глаза, внимательные и спокойные. Обычная форма целителя, зелёная вышивка на груди.

– Ты кто? – выдохнул он. – Уйди, опасно...

– Сейчас будет больно, – перебила она и, прежде чем Дерек успел возмутиться, схватила его за руку и с резким хрустом поставила плечо на место.

Дерек взвыл. В глазах потемнело.

– Совсем охренела?! – заорал он.

Но она уже водила ладонью над раной, и боль начала отступать. Ткани стягивались, кровь останавливалась, но не полностью. Рана осталась, но теперь она была просто глубоким порезом, а не смертельным увечьем.

– Рукой двигать сможешь, – спокойно сказала девушка, даже не взглянув на него. – Не в полную силу, но драться можно.

– Я... Спасибо... – выдохнул Дерек, пытаясь сфокусировать взгляд. – Как тебя...

Она не дала договорить. Вместо ответа она резко ударила его кулаком в солнечное сплетение – не сильно, но точно; и по телу разлилось странное тепло. Словно кто-то зажёг внутри второй костёр.

– Это даст тебе сил, – пояснила она, поднимаясь на ноги. – Минуты на три. Покажи этому индюку, где его место.

И она исчезла. Просто растворилась в толпе зрителей, хлынувших к барьеру. Дерек встал. Рука болела, но слушалась. В груди горел огонь, не его собственный, но принятый с благодарностью. Он вышел из тени ворот.

Дамиан стоял в центре арены, развернувшись к трибунам, и раскланивался, купаясь в лучах чужой славы. Он был уверен – бой окончен. Он даже не обернулся, когда Дерек шагнул на песок.

Гул трибун начал меняться. Аплодисменты стихали, вместо них нарастал какой-то другой шум. Дамиан нахмурился и обернулся. Дерек стоял на арене. Живой. На ногах. С окровавленной, но работающей рукой.

Дамиан не поверил своим глазам. Он скользнул взглядом по плечу противника – туда, куда бил артефактом. Рана была... незначительной. Так не бывает.

– Удивлен? – голос Дерека прозвучал тихо, но в наступившей тишине его услышали все. – От твоего артефакта повреждение должно быть сильнее. Не так ли?

Трибуны взорвались возмущением и требованием расправы, и Дерек послушал их.

Трансформация Дерека была молниеносной. Никакой грации, никакого шоу – только ярость, только сила, только желание стереть эту самодовольную ухмылку с лица противника. Красный дракон взмыл в воздух и обрушился на золотого, как молния. Дамиан даже не успел взлететь. Дерек схватил его за горло и с чудовищной силой вбил в землю так, что арена содрогнулась. Песок взметнулся фонтаном, закрывая обзор, но всем было видно главное – Дерек бил. Раз за разом. Без жалости. Без пощады. Пока Дамиан не обмяк и не потерял сознание.

Арену оглушила тишина, а потом взрыв. Трибуны взвыли. Конфетти взметнулось в воздух, смешиваясь с перьями и блёстками. Фейерверки раскрасили небо всеми цветами радуги, заглушая грохотом рев толпы. Дерек стоял над поверженным противником, тяжело дыша. Человеческий облик вернулся к нему сам – сил на форму дракона уже не осталось. Он оперся рукой на колено, пытаясь отдышаться, и поднял взгляд на трибуны. Он искал ее. Ту, с каштановыми волосами. Ту, что поставила его на ноги. И нашел. Она сидела не среди целителей или обслуживающего персонала, а среди обычных студентов. Он поймал ее взгляд и кивнул чуть заметно, только для нее. Девушка улыбнулась краешком губ и кивнула в ответ.