Назови судьбу

1

Сеньор Эмилио Росьо закурил сигару, выпустил колечко терпкого дыма, глядя на окаймленные пальмами тропические плантации, на синеющий вдали клочок моря, откинулся в плетеное кресло и протянул вторую сигару другу, сеньору Флоресу.

– Какая красота! – вздохнул он, наконец. – Вот это жизнь! А, Флорес? Так бы и провел здесь остаток дней! Удивительная природа, солнце, море, отличные сигары! Еще бы, табак растет за каждым углом! И никто не беспокоит, не дергает по любому поводу… Определенно, я бы хотел остаться. Однако придется возвращаться. Родина ждет.

– Давно ли так? – усмехнулся Флорес, невысокий черноволосый мужчина лет сорока, с гладким лицом и живыми серыми глазами, – Еще пару недель назад ты днем и ночью мотался по горам в поисках тех злодеев! Слава Богу, все закончилось благополучно. Я уже начинал бояться за твою жизнь.

– Пару недель? Надо же… Кажется, это было так давно! Здесь, на островах Эспаньолы, время идет по-другому. Дни текут размеренно и спокойно. Как знать, может, старею. Надеюсь, мне позволят провести эту оставшуюся неделю, как я запланировал, то есть просто побездельничать! – Росьо рискнул высказать вслух самое заветное желание. Побездельничать ему удавалось нечасто, а если по правде, то и совсем редко. Он мечтал предаться ночной рыбалке, погрузиться в книги, которые привез с собой из Испании, но не открыл и половины, да погулять вдоль побережья, разглядывая дары моря после отлива.

В дверь постучали.

– Войдите! – крикнул он. Дверь отворилась, в комнату вошла служанка сеньоров, у которых снимал комнату Росьо, – молоденькая мулатка лет двадцати. На ней был клетчатый передник, а на голове - белый чепчик, удивительно подходивший ее живому смешливому лицу.

– Простите, сеньор, вас хочет видеть девушка, – опустив глаза в пол, доложила она. Росьо давно заметил, что юная особа отчего-то стесняется его.

– Кто-кто?

– Молодая девушка, сеньор. Говорит, ей обязательно нужно поговорить с вами.

Эмилио Росьо удивленно поднял брови и, положив сигару на край пепельницы, теперь уже полностью развернулся к мулатке.

– Кто она? Вы ее знаете? – спросил он, в его голосе прозвучали обычные деловые нотки.

– Сеньорита Виктория Монтана. Дочь Федерико Монтана, плантатора. Его поместье находится в десяти милях отсюда. Ее все на острове знают.

– Ладно, просите. Ну что, не дали нам пожить спокойно? – добавил он, когда за служанкой закрылась дверь, и, вздохнув, откинулся на спинку кресла. – Вряд ли же сеньорита пришла с дружеским визитом?

Эмилио Росьо, родившийся в Испании и служивший капитаном Святого братства[1], уже более пяти лет выполнял обязанности помощника губернатора на землях Нового Света, островах Карибского моря, объявленных собственностью испанского монарха. Наконец, тоска по Родине навела его на мысль покинуть тропический рай и вернуться на Средиземноморские берега, где он родился и вырос, но неотложные поручения губернатора задержали его на Эспаньоле. Потом подвернулось дело, о котором чуть ранее упомянул Флорес, а после успешного окончания Росьо почувствовал, что силы на исходе. Он не был готов к долгому морскому путешествию и решил отдохнуть. Но время отплытия близилось. Его друг и верный соратник Мигель Флорес, также приехавший из Испании, толковый адвокат, тоже намеревался вернуться домой, в Старый Свет.

– Можно войти? – дверь приоткрылась, и молодая девушка в легком платье из белого газа показалась на пороге. Росьо быстро смерил ее взглядом пронзительных черных глаз, стараясь понять, что это за птица и с чем она пожаловала. Первым, что помимо очевидной юности девушки бросалось в глаза, были светлые волосы, собранные узлом на макушке, почти белые, с легким золотистым отливом. Большая редкость в этих краях! И белая кожа, почти не тронутая загаром. Казалось, девушка явилась из другого мира, как необычно смотрится она среди смуглых темноволосых людей, с лицами, опаленными тропическим солнцем! Виктория Монтана была среднего роста, обладала довольно-таки пышными женственными формами, тонкой талией, которую подчеркивал наряд, и в целом выглядела миловидно. Судя по одежде, девушка принадлежала к небедной семье. В руках она держала кружевной зонтик, защищавший от солнечных лучей. И еще. Посетительница очень и очень нервничала: видно невооруженным глазом. Неудивительно, иначе она и не пришла бы сюда!

– Добро пожаловать! Сеньорита Монтана, если не ошибаюсь? – вежливо спросил Росьо, поднявшись навстречу.

– Да. Здравствуйте, сеньор Росьо, простите за беспокойство… – девушка опустила глаза и принялась нервно теребить зонтик.

– Никакого беспокойства. Садитесь, пожалуйста. Этот господин – Мигель Флорес, мой друг и помощник.

– Очень приятно, – ответила девушка, робко кивнув, и Флорес поклонился в ответ.

– Итак, что вас привело? – спросил Росьо, когда девушка села.

Она молчала, не зная с чего начать.

– Мое дело… Дело, по которому я пришла… Это очень личное. Я не знала, к кому могу обратиться. Некому мне помочь… И подумала, что может быть вы… Слышала, вы помогали губернатору. Простите за беспокойство. Я могу заплатить. Сколько вы скажете…

– Пожалуйста, ближе к делу! – несколько резко перебил он и провел рукой по маленьким усикам над верхней губой, – О деньгах мы поговорим позже.

– Мы не могли бы поговорить наедине? – девушка покосилась в сторону Флореса. Росьо отрицательно покачал головой.

– Если слушает один человек, он может не все запомнить. Не обратить внимания на важные мелочи. Что-то может просто ускользнуть.

– Ладно, – девушка слегка растерялась. – Просто дело очень личное… Мне неудобно говорить. Тем более двум мужчинам…

– Поверьте, нам приходилось слышать разные вещи, – Росьо спокойно кивнул, – Обещаю, дальше это никуда не уйдет.

– Хорошо. Я попробую, – она помолчала, Росьо и его друг терпеливо ждали, – Я живу здесь, недалеко от города. У нас очень большой дом, к нему прилегает тростниковая плантация. Мой отец – плантатор Федерико Монтана. Наверное, по местным масштабам, его можно назвать богатым человеком. Ни братьев, ни сестер у меня нет. В доме только я, отец и слуги. Гостей у нас почти не бывает. Мама умерла давно, когда я была еще ребенком. Отец сильно изменился с тех пор. Он стал каким-то мрачным, все время словно думает о чем-то. Но ко мне всегда относился хорошо. Я не скучаю: по дому и на плантации много дел, помогаю отцу, общаюсь со слугами. Они замечательные люди! Отец, правда, против слишком близкого общения с ними, считает, девушке моего положения это не пристало. Извините, я отвлеклась, – она смущенно улыбнулась и продолжила, – Просто хотела сказать, что все и всегда было хорошо! Мы жили дружно и счастливо. А теперь… Впрочем, я снова отвлеклась, но перейду к своему делу, чтобы не злоупотреблять вашим терпением. У меня в доме своя комната на втором этаже. В дальнем крыле. Мое окно выходит во двор, к воротам. На ночь я обычно оставляю его открытым, потому что бывает очень жарко. Рядом с окном растет старое ветвистое дерево. По нему можно добраться до окна. Раньше я так убегала из дома, пару раз, в детстве. Но мне кажется, оно может выдержать и взрослого человека. Около трех недель назад, я, как обычно, легла спать, оставив окно открытым. Сплю я крепко, но среди ночи проснулась. Не знаю от чего. Может быть, от какого-то звука, может, от чего-то еще. Я открыла глаза, в комнате была полная темнота. Но мне показалось, что рядом кто-то есть. Сначала я не обратила внимания, спросонья часто кажется, но потом ощущение присутствия прямо рядом со мной стало отчетливее. Я села на кровати, и в ту же минуту чья-то тень метнулась к окну. В комнате был человек! Он выскочил в окно, очевидно на то дерево, и исчез в темноте. Я не видела лица, было очень темно, и оно тоже было темным… Возможно, он темнокожий, а может, просто был в маске. Мне показалось, это мужчина, судя по движениям.

– То есть, это не могла быть женщина? – перебил Росьо.

– Не знаю, – растерянно пожала плечами Виктория. – Не знаю. Не уверена. Но мне показалось, что это мужчина. Я очень испугалась, подбежала к окну, но его уже не было. Тогда я подумала, что мне померещилось, и снова легла, но заснуть уже не смогла. Прошло чуть более двух недель. Я не рассказывала никому о случившемся, потому что не была уверена, что в моей комнате действительно кто-то был. Подозревала, что приснился кошмар, такое бывает, иногда сны так похожи на явь! Решила забыть о случившемся и продолжила оставлять открытым окно. Но два дня назад, – в тот день я очень устала и ночью спала крепче обычного, – снова проснулась. Не от звуков, нет! Оттого, что ощутила чьи-то прикосновения. Я открыла глаза, было темно, но в из-за туч выглянула луна и осветила комнату. И я увидела человека, склонившегося надо мной. Он понял, что я вижу его. Я хотела закричать, но он зажал мне рот рукой. Это был мужчина, очень сильный. Лица я не разглядела, потому что луна как раз скрылась. Мы боролись, он навалился на меня всем телом, но в какой-то момент мне удалось извернуться, освободить голову и закричать. Он отпустил меня, я закричала снова. Тогда он метнулся к окну. В этот момент снова выглянула луна. Я отчетливо увидела, что в его ухе что-то блеснуло. Уверена, это была серьга! Потом он исчез. Я поднялась с кровати, и увидела, что рубашка изорвана… Она почти не прикрывала меня. Извините, что говорю вам такие вещи, это очень неловко, – девушка покраснела и была явно смущена. – Я легла в кровать, накрылась одеялом, а когда прибежали слуги, сказала, что кричала, потому что приснился кошмар. Стыдно рассказывать, что произошло на самом деле. Вдруг подумали бы обо мне плохо! Но никогда ни один мужчина не приходил ко мне. У меня нет друга или жениха, я не бывала на тайных свиданиях, клянусь! Все дни проводила дома… Поэтому, опасаясь осуждения, не стала говорить и отцу, он все-таки тоже мужчина, а никаких родственниц или подруг у меня нет. Я долго думала, что мне делать, но все-таки решилась прийти сюда, к вам. Росьо и Флорес одновременно кивнули, показывая, что девушка приняла верное решение.

– По правде говоря, мне очень страшно! – призналась она. – Если он пришел второй раз и его не остановило то, что я его заметила, – он придет еще. Я уверена. Не знаю, почему я нужна ему, но он придет. И мне страшно. Пожалуйста, найдите этого человека и защитите меня от него! Девушка смотрела на слушавших испуганными глазами.

– Сколько этажей в доме? – спросил Росьо.

– Два.

– Возможно ли с крыши попасть к вам в окно?

– Нет. Там большой навес, который далеко выдается. С крыши попасть нельзя точно, – ответила девушка.

– А дверь вы запираете?

– Нет, никогда.

– Если бы дверь открылась, вы бы могли не услышать?

– Может быть. Не знаю. Я крепко спала. – Виктория Монтана пожала плечами.

– Да интересненько… Очень вас понимаю. Любой испугался бы на вашем месте. Может, все-таки стоит рассказать кому-нибудь? Отцу?

Она снова покраснела и отрицательно покачала головой.

– Ладно. – Росьо достал вторую сигару и закурил, – А сами вы, что думаете по этому поводу? Кому это нужно?

– Не могу даже предположить. Единственное, думаю, это кто-то из деревни, которая находится рядом с нашей плантацией, или с самой плантации. Постороннему человеку трудно проникнуть через ограду, и потом, он не может точно знать, где находится мое окно.

– Тут, скорее всего, вы правы. Хотя нельзя ничего исключать. Скажите, вы уверены, что у мужчины была именно сережка? – с интересом спросил он.

– Да, абсолютно уверена.

– Кто из известных вам людей носит серьги?

– Мой отец. И еще наш конюх, Жак. Но я не сомневаюсь в нем! Это человек, который знает меня с детства. Он любит меня, как свою дочь! Уверена, это не он! – горячо повторила она, – Я бы не пережила этого.

– Хорошо. Поищем другого человека с серьгой. Есть какие-нибудь еще приметы? Высокий, маленький, молодой, старый?

– Не знаю ничего. Знаю только, что мужчина. И что в его ухе была сережка. Этого мало, я понимаю, но это все.

– Ладно, спасибо, сеньорита Монтана. Вы можете идти домой, мы подумаем над этим вопросом. Я зайду через пару дней. А пока посоветую вам запирать дверь и закрывать окно. Даже если будет очень жарко. Кстати, рядом с вашей комнатой кто-нибудь спит?

– Нет. Там раньше были комнаты мамы. Сейчас я одна на втором этаже в этом крыле.

– Ясно. Возможно, зайду прямо завтра, посмотрю местность. Ничего не бойтесь, все будет хорошо! – заверил он свою испуганную посетительницу.

Девушка поднялась и взяла зонт.

– Спасибо вам большое! – взволнованно произнесла она, и в ее взгляде вспыхнули искорки надежды. – До свидания! Желаю удачи, от всей души!

Она переступила порог комнаты и вышла в холл, откуда служанка проводила ее до входной двери.

– Как тебе история? – спросил Росьо друга, когда за девушкой закрылась дверь. Флорес неопределенно пожал плечами.

– С чего бы ты начал?

– Я бы начал с разведки. Узнал бы, у кого из местных мужчин есть сережка в ухе, – предположил Флорес. – Вряд ли на островах много чужих.

– Пожалуй, ты прав. Собирайся, отправимся в деревню. Заодно прогуляемся по берегу. Узнаем, не поселился ли в округе кто-нибудь посторонний.

Росьо поднялся с кресла и потянулся. Флорес последовал его примеру.

***

Когда Виктория вышла из дома Эмилио Росьо, она почувствовала себя спокойнее и увереннее. Возможно, они сумеют помочь ей! Как плохо не иметь близких друзей! Когда не на кого положиться! Не отличаясь большой общительностью, Виктория стремилась к одиночеству и сейчас жалела об этом. Она села в экипаж и, проехав несколько миль, добралась до развилки дорог. Дорога направо вела в усадьбу. Дорога налево – к морю. Девушка решила прогуляться, она вышла и пешком отправилась по второй, отпустив кучера. Виктория остановилась на берегу. Завороженная морским простором, она замерла. Удивительной красоты пейзаж открывался перед ней: высокие песочного цвета скалы и бирюзовое море до самого горизонта! Родителям следовало бы назвать ее Мариной[2], подумала девушка. Этого требовала ее душа, об этом говорили ее глаза – огромные, цвета темной морской волны, – иногда они могли показаться даже черными. Девушке казалось, что одно только море способно понять ее, и, глядя на волны, она могла подолгу мысленно разговаривать с ним и даже слышала его ответы. Здесь, в этом месте море было особенно прекрасно: за долгие годы вода, пытаясь пробиться сквозь прибрежные скалы, проложила дорогу, отделив цепочку небольших островков и образовав нечто вроде каньона, в котором волны пенились и шипели, танцевали и мчались к берегу, завиваясь в огромные бирюзовые воронки и ударяясь о скалы, рассыпались сотнями сверкающих капель. Плыть там нельзя, слишком опасно, но Виктория всегда мечтала пройти по проливу на корабле. Рыбацкие лодки были слишком утлыми суденышками и не выдержали бы бешеной игры волн. Но, казалось, сегодня у нее появился шанс исполнить мечту: рядом, у самого берега, покачивался небольшой парусник – одномачтовое судно, способное преодолеть водовороты каньона, и, судя по всему, именно это и собирался сделать его владелец. Повинуясь голосу сердца, Виктория пошла вперед и остановилась у самой воды. И в этот момент из-за прибрежной скалы вышел человек: молодой высокий рыбак, стройный и загорелый, он был одет лишь в черные штаны, закатанные до колена, и расстегнутую рубашку. Босиком он шел прямо по острым камням, как если бы ступал по мягкой ковровой дорожке. Остановившись в нескольких шагах от девушки, он улыбнулся широкой белозубой улыбкой. Его вид смутил девушку, и она, растерянная, отвела глаза.

– Доброе утро, сеньорита! – нисколько не стесняясь своего слишком вольного костюма, приветствовал ее рыбак.

– Доброе утро, – ответила Виктория, она по-прежнему чувствовала себя неловко, несмотря на его свободное обращение, – Это ваше судно?

– Мое. Родители умерли, я продал дом и купил его. Теперь живу на этой лодке. Вот, хотел прокатиться по каньону.

– Рискуете лишиться столь дорогой покупки, если вас разобьет о прибрежные камни! И своей жизни в придачу, – предупредила она.

– Рискну! – он снова широко улыбнулся. – Я уже пробовал. Уж очень понравилось, потому решил повторить. Люблю волны, люблю скорость!

Рыбак с изумлением взглянул в загоревшиеся вдруг глаза Виктории, которые она наконец-то подняла на него.

– Хотите попробовать? – осмелился предложить он, заметив мелькнувшую в этих глазах просьбу, – Поплыть со мной?

– Очень! Если вы не против. Я тоже люблю волны, – радостно воскликнула она.

– Буду рад. Меня зовут Рейнальдо Олиас.

– Виктория Монтана.

– Знаю. Вы живете в большой усадьбе «Каса де Ла Курс», правильно?

– Правильно, – улыбнулась девушка.

– Хорошо. Идемте, – рыбак протянул ей руку.

Он повернулся и, вспыхнув на солнце маленьким огоньком, сережка блеснула в его ухе. Выдернув ладонь, Виктория в ужасе отпрянула.

– В чем дело? Чего вы испугались? – удивился он. – Передумали?

– Я не пойду… Идите, я останусь здесь, – еле слышно пробормотала она, отступая.

– Почему? Пойдемте! Не бойтесь! Я же вижу, вы хотите пойти! – продолжал настаивать он.

«Боже мой! – думала в панике Виктория, – Я здесь одна. Он хочет заманить меня к себе на корабль. Мне никто не поможет! Он просто выбросит меня за борт! Я утону в каньоне! Меня даже не придется убивать! Как ловко придумано! Это не случайная встреча! Он специально ждал меня здесь, у скалы!»

Догадки пронеслись в голове девушки, и она сделала еще один шаг назад.

[1] Святое братство – прообраз полиции в Испании до 1844 года.

[2] Марина – в переводе с греческого означает «Морская».

2

– Послушайте, – он снова протянул руку, – Я много раз видел вас на берегу. Вы стояли и смотрели на море. И я понял, что хоть вы и не рыбачка, как я, но любите его. Пойдемте! Эту прогулку вы запомните на всю жизнь! Не бойтесь! Такого шанса больше не будет, нечасто кто-то осмеливается здесь пройти!

Внезапно Виктория решилась. Любопытство взяло верх над осторожностью. В конце концов, она хотя бы точно узнает, что ее ночной посетитель – он, этот молодой рыбак в расстегнутой рубахе. И все станет простым и понятным.

Она взяла протянутую руку и пошла за ним. У самой лодки он приподнял ее, чтобы девушка не намочила платье и поставил на ступеньку. Дальше она сама перебралась через борт и оказалась на палубе. Рыбак последовал за ней. Когда парусник покинул гавань, Виктория оказалась во власти своего спутника. Теперь ей уж точно никто не поможет. Разве нашлась бы на всей Эспаньоле хоть одна столь безрассудная девушка, рискнувшая отправиться в каньон вдвоем с мужчиной? Тем более в сложившихся обстоятельствах! Но Виктория всегда была смелой, даже отчаянной, к тому же любила море, и эта любовь, мечта о волнах, заслонила собой страхи.

Он направил корабль к входу в каньон. Стоя рядом с Рейнальдо, Виктория не спускала с него глаз. Она напряженно вцепилась руками в борт судна. Вскоре вода рядом с бортами закружилась, закипела, Виктория ощутила несколько сильных толчков, потом судно с неимоверной скоростью понеслось вперед. Девушка забыла о своих страхах, глядя, как он ловко управляется с парусом и штурвалом; окружающая красота, мелькавшая перед глазами, приковала ее внимание.

– Здорово! – закричала она.

– Ну, а я что говорил! – его глаза радостно заблестели, ему было приятно доставить удовольствие своей спутнице, тем более, девушке явно не его круга, которая возможно привыкла к более изысканным развлечениям!

Глядя в его глаза, Виктория видела безграничную любовь к морю и солнцу, к опасности и риску, она понимала его чувства и отчетливо ощутила вдруг, что этот человек не мог даже в мыслях причинить ей зло, да и в принципе кому бы то ни было. И она доверчиво улыбнулась в ответ. Судно летело вперед, рассекая неровную бирюзовую поверхность, ветер ударял в лицо, развевая светлые волосы девушки, выбившиеся из прически и ощущение абсолютного счастья, слияния со стихией, наполнило душу. Это был лучший момент ее жизни! Жаль, что стремительный полет закончился так скоро!

Пройдя свой опасный путь, благополучно миновав подводные рифы, парусник бросил якорь на прежнем месте, Рейнальдо помог Виктории спуститься, осторожно, спросив позволения, донес ее до берега и поставил на песок.

– Спасибо! Огромное спасибо! – Виктория в порыве чувств крепко сжала его руки.

Он, в свою очередь, с восхищением посмотрел на нее.

– Первый раз вижу человека, который бы так любил море! – сказал он, наконец. – Рад, что вам понравилось.

– Очень понравилось! Вы прекрасно справляетесь! – она с трудом сдерживала восторг, – В моей жизни никогда не было ничего лучше! До свидания, Рейнальдо!

– До свидания, сеньорита Виктория!

Он проводил ее взглядом, потом пошел обратно к морю. Чудесная девушка! Но не для него. Дочь богатого плантатора, она из другого мира. Федерико Монтана скорее умрет, чем отдаст единственную дочь и наследницу простому рыбаку. Лучше ему позабыть об этой прогулке.

***

Поздно вечером, когда солнце уже село, Росьо вернулся и застал Флореса дома.

– Ну что? Какие новости? – поинтересовался он, снимая куртку.

Флорес поднял голову.

– Я был в деревне, – ответил он, – Узнал кое-что ценное. Только один парень там носит сережку. Молодой рыбак по имени Рейнальдо Олиас.

– Понятно. У меня те же сведения. Ты говорил с ним? Не получилось? Хе! А вот мне удалось поймать его в трактире! Он ужинал. – Росьо был доволен собой, – Кстати, он знает эту девушку. Я задал только пару вопросов, обходным путем, чтобы не вызвать подозрений. Но он говорил очень неохотно, весь напрягся. Как если бы он, и правда, был причастен к какому-то темному делу. Хотя говорил о ней с уважением и восхищением. Возможно, бедняга просто влюблен. Наша сеньорита красива, к тому же богата! Любой может потерять голову. Как бы ни было глупо, влюбленные часто боятся и нервничают, когда кто-то пытается проникнуть в их тайны. Выглядят при этом куда подозрительнее, чем самые злостные преступники! И очень затрудняют любое расследование. Как будто бы в чувствах есть что-то постыдное! Ты сталкивался с подобным?

– Бывало, и не раз, – Флорес усмехнулся, – Каюсь, тоже влюблялся, когда был моложе. Присаживайся, выпьем рому со льдом! День выдался не из легких.

– Что думаешь? – продолжил он, когда Росьо сел, – Этот парень виновен?

– Практически уверен, что нет, – Росьо покачал головой. – Кстати, я бы не только выпил, но и поужинал, время позднее. А хозяйка жарила отличного цыпленка! Итак, я был в усадьбе. Мне удалось подойти к самому дому, и я видел окна сеньориты и это дерево рядом. Только женщина могла подумать, что ветви у окна выдержат взрослого человека! Да они сломаются даже под подростком. Хотя выпрыгнуть туда из окна возможно, и одна ветка, действительно, сломана. Очевидно, негодяй воспользовался ею. С крыши попасть невозможно. Значит, мерзавец вошел через дверь. К тому же она одна на этаже, и никто не мог услышать шагов. Также очевидно, что злодей ориентируется в доме. Я видел и конюха. Это пожилой негр. Вполне может быть, что имеет отношение к случившемуся, он показался мне подозрительным. Завтра прогуляюсь по плантации, постараюсь что-нибудь разузнать. А сейчас хватит об этом! Чертовски проголодался! Дальние прогулки способствуют улучшению аппетита.

Флорес был полностью согласен с другом и дернул за шнурок колокольчика, вызывая служанку, которая тут же вошла, как если бы ждала под дверью, с трудом удерживая в руках тяжелый поднос, заставленный едой и питьем, и снова смущенно покраснела.

***

На следующий день Эмилио Росьо рано покинул дом, и, выехав из города, меньше чем за час добрался до усадьбы Монтаны. Окруженная зеленью плантаций, усадьба белым островком выделялась на фоне обрамлявших ее горных склонов, а крест, украшавший фронтальную стену, напоминал о названии этого дома. Он остановился перед уже знакомым высоким забором и, поднявшись на цыпочки, заглянул во двор. К дому вела широкая мраморная лестница, которая заканчивалась просторной террасой, чрезвычайно важным местом в этих краях, ведь в жару здесь прохладно и можно коротать вечера, наслаждаясь пением птиц и окружающим спокойствием. Почти сразу же он увидел конюха, человека, к которому и пришел. Жак надевал уздечку на гнедую породистую лошадку, потом, поправив седло, двинулся в сторону забора, тихо насвистывая. Сережка блестела в его левом ухе, вспыхивая на солнце, будто яркая звездочка.