Напалм. Пробуждение силы

Под покровом тьмы.

Кровь стекала по гриве. Конь вихрем нёсся, виляя меж крупных корней. Мужские руки вяло держали поводья, не давая телу упасть в последний раз. Позади разгорался пожар. Впереди - темнота.

— Давай, родной, — тихо молил Фортиан.

Земля содрогалась от табуна противника, но погоня продлилась недолго. Враги не решились глубоко зайти в лес. Для них сбежавший с поля воин уже считался мёртвым - этот лес никого не отпускает.

— Держись, Волчок! — еле разлепляя засохшие губы, подбадривал коня юноша.

Волчок немного сбавил ход. За ними уже не гнались. Только непроглядная тьма и неизвестность. Фортиан продолжал вжиматься в шею своего друга, не в силах приподняться. В мыслях полный бардак. Сокрушительный проигрыш набатом бил по вискам. Огоньки в глазах сгущались. Ноги перестали слушаться. Только напряжение в руках не давало упасть Фортиану. Деревья сгущались. Ветки резкими ударами пытались сбросить наездника. Корни выныривали из-под земли прямо под копыта. Лес будто ожил и стал их следующим противником.

А Волчок всё скакал. Поводья внезапно перестали тянуть. Перейдя на шаг, конь начал аккуратно проходить по кривым тропам, что рисовал им лес. Царапаясь о низкие ветви и высокие кусты, они продирались в безызвестность. Даже полная луна не могла пробиться, чтобы указать путь заблудившимся. И вдруг сбоку замелькало тусклое свечение. Единственное тёплое пятно во мраке. Сзади послышался шорох листвы. Помотав головой, Волчок почувствовал, что хозяин ещё держится руками за гриву. Тот же миг сорвавшись с места, жеребец прямо направился на свет. Огонёк с каждой секундой становился больше и ближе. Ещё немного…

И вот конь выскочил на большую поляну с избушкой посредине, чуть не сбив девушку на своём пути. Обогнув её, он сбросил хозяина и встал прямо перед ним, ожидая нападения. Фортиан с громким всхлипом перевернулся на спину, и его покинули остатки сознания. Волчок упёрто смотрел в спину незнакомки, которая что-то приговаривала в сторону леса. Ветер, что гнал спасающихся ранее, начал стихать. Шелест почти пропал.

— Я вас заждалась! — восторженно воскликнула та прибывшим.

Волчок преградил путь. Девушка осторожно подошла к коню, выставив обе руки в знак знакомства. От неё веяло мятой и теплом печи. Жеребец отошёл в сторону. Чаровница присела к раненому и вставила ему в нос по листку мяты. Юноша дёрнулся всем телом и открыл глаза.

— Та-ак, миленький, помоги мне тебя спасти, — произнесла девушка, приподнимая его.

Еле держась на ногах, Фортиан почти повис на ней. До избушки оставалось пару шагов, когда он вновь потерял сознание, но мята уже не помогала. Водрузив на себя тело, девушка постаралась ускорить шаг. Времени мало. Она сразу уложила раненого в постель и принялась раздевать его, обнажая многочисленные раны. Латы и кольчуга с грохотом упали около печи, подымая пыль. Резким движением чаровница разорвала пропитанную насквозь кровью рубаху. Всё его тело в ссадинах, от пупка и до бока рассечённая рана, у виска вздувшиеся царапина, окровавившая висок, глубокие борозды ожогов на ладонях.

А на левой руке метка, которую она никогда в своей жизни не хотела бы видеть. Вокруг запястья венец из гор. И только сейчас она обратила взор на цепочку, впившуюся в его шею. Потянув на себя, она вытащила из-под спины знамя — большая серебряная медаль с выгравированным месяцем с лучами солнца. Девушка застыла. Её самый страшный сон превращался в жизнь.

Она осторожно сняла знамя. Пальцы немного подрагивали. И как кусок драгоценного металла смог вспороть затянувшиеся временем раны? Не мигая, заворожённая чаровница медленно отошла от постели. Ноги не гнулись. Взгляд лихорадочно метался то на умирающего юношу, то на знамя. Нервный смешок сорвался с губ. Подобной шутки судьбы она не ожидала. До боли в костяшках она сжала цепочку, точно сейчас разорвёт её.

С улицы донеслось ржание. Чаровница встрепенулась.

— Да чтоб вас всех! — процедила сквозь зубы девушка и кинула знамя на лавку.

Из корзины под столом она достала несколько веточек засушенных трав и принялась перетирать в ступке. Стараясь не вдыхать получившийся порошок, она аккуратно посыпала рану на животе и голове. Парень громко замычал и начал извиваться на кровати. Из разреза пошёл пар. Приложив свои ладони к его животу, она начала нашёптывать чары. На некоторые слова он отвечал громкими стонами. На мгновение она остановилась. Её глаза сильно округлились и застыли в неприятном осознании. Кто-то зачаровал орудие убийства.

Подняв из-под стола ящик с разными склянками, чаровница принялась судорожно перебирать их. Первой в ход пошла желтоватая жидкость. Одним движением влила в рот всё, что было в бутылочке. Юноша перестал дёргаться. Потом голубоватой жидкостью промыла раны и прикрыла лоскутами рубахи. Запинаясь о ковёр и чуть не снеся скамью, девушка вылетела на улицу за избушку. Голыми руками она продиралась до ягод терновника, закладывая их в подол юбки. Острые шипы царапали кожу, но она продолжала срывать плоды. Сердце било по вискам так, что она не слышала ни хруст веток, ни ржание коня, ни продолжительные стоны умирающего.

Звериные крики доносились из избы. Лекарства перестали действовать. Юноша с закрытыми глазами изгибался на кровати. Весь мокрый, красный, он бился за жизнь. Кровь всё ещё сочилась. Чаровница прямо в кастрюле стала давить ягоды. Всё усеялось маленькими красными крапинками, точно кровь. В месиво она налила воды и задвинула в печь. Перерывая имеющиеся травы, она закидывала в варево почти всё, от чего помнила предназначение. Над варившимся настоем она наговаривала чары, пока оно не стало закипать. Под оглушительный нечеловеческий ор она поставила на табурет кастрюлю с варевом, чтобы пары дотягивались до больного.

Прихватив тазик с улицы и банную тряпицу, она принялась обтирать тело раненого холодной водой. Сразу же пошёл пар. Вода тотчас же испарялась, чуть коснувшись кожи. Плохи дела. Бляха нагрелась от жара. Одним рывком чаровница вздёрнула её, и ремень полетел вслед за кольчугой. На штаны потребовалось чуть больше времени — ноги молодого человека исполняли безумный предсмертный танец на хлипкой деревянной стенке кровати. Но и этот кусок ткани был выброшен к рубахе.

Девушка усиленно принялась протирать юношу с головы до пят, отбиваясь от его судорожных взмахов. Шипение, стоны и крик наполнили некогда тихую избу. Точно дикий зверь, загнанный в угол, он изгибался от каждого прикосновения холодной тряпки.

Не прекращая своих попыток остудить его, девушка начала тихонько напевать давно утерянную колыбельную. Чем громче становился её голос, тем меньше дёргался больной. Ей удалось достучаться до чар, которые так мучили больного. Поочерёдно накрывая мокрым полотном голову, торс и ноги, она старалась как можно чётче и громче пропевать слова. Кожа ещё красная и воспалённая, но уже не обжигала при касании. Времени и колыбельной оставалось мало, а настой ещё не остыл. По маленькой ложке чаровница принялась вливать в едва разомкнутые зубы. Так она споила ему целый черпак, пока не закончилась песня.

Её усилия мгновенно вознаградились. Фортиан раскрыл глаза, вытягивая шею, завалился на бок и чуть не упал носом вперёд. Изо рта потекла вязкая багрово-чёрная жидкость. Девушка бросилась на колени перед постелью, едва успев поймать его за плечи. Глаза больного заволокла белая плёнка. Тело начало сильнее лихорадить, когда повалили сгустки крови и болотной тёмной слизи. Поморщившись от зрелища, девушка лишь упорнее держала содрогающегося юношу и старалась не смотреть ему в лицо.

И тут внезапно всё закончилось. Веки закрылись. Голова опустилась, а за ней и он весь обмяк. Раненый погрузился обратно в сон. Чаровница осторожно вернула его в постель. Первая мысль — окончательно добила. Но тут же начала спадать краснота с его лица, а дыхание возвращалось в спокойный ритм. В её голове не укладывалось, что первым человеком, которого ей посчастливилось спасти, оказался он. Нервный смешок вновь вырвался из её уст, разрывая пелену напряжённой тишины.

— Да чтоб вас всех, — уже громко выругалась она, обращаясь то ли к лежащему, то ли к богам на небе.

Руки плохо слушались девушку, но она потихоньку смогла подняться с пола. Осталась самая малость - распоротый живот. Это уже не так пугало её. Быстро перетерев соцветия зверобоя и крапивы, приправив чарами, она растёрла смесь вокруг раны. Большая игла сверкнула в свете огня печи. Ловко продёрнув с волос нить, она принялась заштопывать порез.

Видно, юноша совсем измотался, ибо даже не дёрнулся, пока не был завязан последний узелок. Остатками варева чаровница смочила тряпку и протёрла свежий шов. Кожа медленно успокаивалась. Кровь почти остановилась. Чуть помяв свежий лист подорожника, девушка закрыла большую рану и туго перевязала остатками рубахи.

Закончено. Бедняжке самой не верилось, что она смогла сделать это. Но вот лежит, живой, почти вылеченный. Дышит ровно, пусть и через рот. И ей стоило бы радоваться, да бушующие мысли и несправедливость судьбы не давали ей покоя. Чтобы немного успокоиться, она наспех укрыла подопечного одеялом и вышла на улицу.

Обеспокоенный конь изрыл вокруг крыльца пару кустов. Девушка безразличным взглядом обвела его и обессиленно плюхнулась на ступеньки. Волчок встрепенулся. Медленно подошёл к ней и замер.

— Жить будет… — тихо произнесла чаровница. Последовало радостное ржание. — Из всех, кто мог бы сюда попасть — именно он! — продолжила она. — И ведь судьбе не откажешь в услуге, правда? — кляня произошедшее и коня в придачу, возмущалась девушка. Волчок на всякий случай попятился. — Ещё и юбку изгваздал…

Конь немного покрутился на месте и прилёг возле ступеней. Как охранная собака, он уложился мордой в сторону леса и смотрел вперёд. Этот жест немного утолил разгоравшуюся злость девушки. Чаровница молча наклонилась и осторожно погладила его по гриве. Ночной воздух дарил желанное спокойствие. В пору насладившись тишиной и вкусив плоды природного умиротворения, она не без сожаления отправилась обратно в избу.

Девушке пришлось немного потрудиться, чтобы прибрать разруху. Юбку сразу бросила замачиваться в корыто, пока не успела впитаться грязь. Пол оттирала дважды, слизь никак не хотела покидать жилище. Вернув всё на свои места, чаровница разворошила угли и вновь вернулась к постели.

Юноша уже тихо сопел, грудь его высоко вздымалась. Подвинув табурет, она медленно села рядом с больным. Двумя пальцами девушка пробежалась по его запястью, нащупывая сердцебиение. Слабое, но ровное. В порыве ей так хотелось впиться ногтями прямо до мяса этому человеку в руку, что одна только мысль об этом оскалом замерла на её лице. Процеживая воздух сквозь зубы, девушка стараясь усмирить свой порыв.

Звон упавшего знамени вывел её из раздумий. Она быстро подхватила его и всмотрелась в собственное отражение. Оно казалось столь же безобразным, как и её мысли по душу подопечного. Солнечные лучи больно впились в ладонь. Но, точно околдованная, она продолжала сжимать знамя. Серебро не поддавалось. С яростным криком она бросила его, подскочив с табурета. Щёки обожгли слёзы. Горло пересохло. Глаза заволокла мутная пелена. А знамя тихо отскочило от стены, звонко ударилось о доспехи и затерялось где-то в углу.

Желанный гость.

Утро выдалось прохладным. То ли приближающаяся осень давала о себе знать, то ли попутные ветра с Безымянного озера. Маленький деревянный домик скрипел от каждого дуновения. В печи тлели угли, даря тепло обитателям. Сквозь резные ставни луч солнца попадал на разноцветные осколки стекла, висевшие на тоненьких ниточках под самой крышей, и яркими зайчиками заполнил всю избу. Пробуждаясь от кошмара, чаровница чуть не упала с печи. Сон был слишком похож на явь. Она осторожно спустилась и подошла к кровати. Дыхание у молодого воина спокойное, на щеках проступил лёгкий румянец. Слегка улыбнувшись своим ночным стараниям, она вышла на крыльцо поприветствовать коня. Бедняжка спал в тени дома, под солнцем из-за окраса было жарковато. Решив пока не беспокоить животное, она принялась отмывать грязь с вещей, которые ночью скинула в тазик.

Поворачиваясь на бок и потягиваясь, Фортиан сквозь сон услышал пение. Незнакомый голос напомнил ему звон самых маленьких колокольчиков на башне Сид. Вдруг раздалось ржание и смех, будто ему в ответ. Открытие глаз не сулило ему ничего хорошего. Присутствие лишь одного исподнего, заляпанного в крови, сильно смутило юношу. Резкая боль в боку заставила согнуться. Затёкшими руками он кое-как смог приподняться, настороженно обвёл взглядом избу и сел на кровати. Половину убранства занимала печь. Внутри тихо шипело что-то в кастрюле, даря пряный аромат. Длинная ковровая дорожка вела от ног юноши прямиком к приоткрытой двери, откуда бил яркий солнечный свет.

Опираясь одной рукой о табурет, а второй стараясь дотянуться до полки на печи, Фортиан медленно поднялся. Ноги дрожали. Он шагнул и упёрся руками в стол. Сбоку приятно подул ветерок. Повернув голову в сторону окна, юноша сквозь щели в ставнях увидел часть поляны и непроглядный лес за ней. Его кольнула страшная мысль. Но развиться ей не дало вновь звонкое пение. Фортиан собрался с мыслями и направился к выходу, попутно чуть не опрокинув лавку за столом. Сорвав хлипко висевшую над дверью подкову, он с опаской подглядел в приоткрытую щёлку. Но ничего понятного для себя не нашёл.

Когда он открыл дверь и ступил на крыльцо, то невольно зажмурился. На скрип обернулась девушка. Длинная белая рубаха сияла на солнце. Наперевес с корытом в руках девушка чуть не упала, когда обернулась на звук.

— Вы проснулись! — она с грохотом поставила на первую ступень тяжесть.

— Где я? — но собеседница сразу перебила.

— Обождите, вам нужен покой, айда в избу! — девушка подняла на него глаза, кивая в сторону двери.

— Что происходит? — её тон не на шутку возмутил Фортиана.

— На ногах сначала научитесь стоять, опосля уж расспрашивайте. Давайте, суп почти готов, — с этими словами она юркнула у него под рукой, скрываясь в доме. — И подкову на место верните! — добавила она.

И вправду, юноша чувствовал, как в животе гуляет ветер. Он совершенно обескураженно посмотрел на своего верного друга. Волчок лишь заржал и пошёл укладываться в тени дома. Вернувшись в избу, он замер в проходе, напряжённо обводя всё взглядом.

— Не мучайте тело, вам с ним ещё век жить, — она махнула в сторону постели, пока разливала суп.

Фортиан внимательно всматривался в девушку. Босая, в рубахе не по размеру со свежими пятнами от воды по подолу и длинная совсем чуть-чуть растрёпанная седая коса. Юный когун мог бы подумать, что сейчас где-то в Боре у внучки знахарки отлёживается, да только с таким цветом волос никого там не видал.

— Где я? — настаивал он.

— Если бы я хотела вас убить, то хотя бы связала, пока вы тут прохлаждались, — она опустила половник в кастрюлю с громким всплеском и с глухим выдохом обратила лицо вверх. — Так и будете стоять, спину солнышком греть, или сядете поесть? — уже глядя ему в глаза причитала она.

Фортиан не ответил на грубость, продолжая стоять. Но бок снова закололо, да так резко, что юноша согнулся, обронив с грохотом подкову. Чаровница подскочила к нему и удержала от полного падения. Молча она провела его к постели и помогла сесть. Пока она возвращала на место свой оберег, Фортиан судорожно скользил глазами по избе. Дыхание сбилось, по спине побежал холодный пот. Боль хоть и была разовой, но её отголоски продолжали тревожить тело.

— Нате, — повернулась к нему девушка.

Она вручила ему деревянную плошку, из которой шёл пар. Фортиан с опаской вглядывался в тарелку. Джастия старалась не замечать этого, но не выдержала. Нарочито взяв половник, она зачерпнула прямо из кастрюли и с прихлёбыванием съела весь без остатка. Юноша молча наблюдал, переводя взгляд то на девушку, то на свою похлёбку. Желудок давал о себе знать заунывным урчанием. Фортиан поднёс первую ложку к губам и немного отпил. Суп был очень ароматным, на пустой живот показался самым вкусным из съеденных ранее. Буквально за пару махов парень умял его, пока девушка развешивала вещи на печи.

— Сразу видно, что на поправку идёте, — забирая посуду, усмехнулась девушка.

— Что я тут делаю? — снова спросил юноша.

— А вы торопите события. Для начала бы стоило хоть представиться, — буркнула девушка.

— Фортиан, — быстро ответил юноша.

— Замечательно. А вы на лечении сейчас, Фортиан, — сквозь зубы произнесла она.

— И это всё, что вы можете сказать? — Фортиан подался чуть вперёд, показывая, что не собирается отступать от своих вопросов.

— Вашу головушку явно ветками набило. Сами кинулись ко мне в кровать, а сейчас и совести нет хотя бы за спасение доброе слово подарить, — точно маленькому ребёнку, пролепетала она и села за стол.

— Как вернусь в королевство, повелю наградить вас, — утомлённо выдохнул Фортиан. — Но я всё же не получил ответ на свой вопрос, — настойчивее повторил он.

— А, забыла. Вы же всегда получаете то, что хотите, — девушку явно забавлял этот разговор.

Но все колкости разбивались о спокойное лицо Фортиана. Хоть и в голове суматоха из обрывков прошлой ночи, и разум пытается зацепиться хотя бы за одно чёткое воспоминание, ни один мускул не дрогнул от этой словесной игры. И он спокойно повторил:

— Что было прошлой ночью?

— Вы крайне назойливы… — разочарованно произнесла собеседница.

— Мы можем долго бросаться общими фразами, ведь я вам явно не приятен. Поведайте мне всё, и я тотчас же ускачу к себе, — заключил юный когун.

Девушку чуть задели слова, но он прав. Под пристальным взором, как у следящего за жертвой волка, она натянуто улыбнулась.

— Ну, если я начну описывать весь обряд вашего спасения, вам ничего не останется, кроме как сгореть со стыда, — хитро улыбнулась она.

— Почему вы прямо не можете ответить на мой вопрос? — перебил юноша.

— Меня больше интересует, что королевский отпрыск забыл в нашем лесу? — с этими словами она достала из кармана знамя и кинула в ноги юноше. — Вам не хватило что ли?

Фортиан инстинктивно потрогал шею, где всегда висела цепочка. Вдумчиво переводя взгляд с медали на девушку, он выжидал её последующие слова. Но их не последовало. Тогда он нагнулся и демонстративно надел знамя на законное место. Она быстро и шумно выдохнула, точно лошадь.

Достав с полки кастрюльку поменьше, чаровница набрала немного воды и начала закидывать разные травы. Фортиан напрягся всем телом. Наблюдая за спасительницей, он тщетно пытался найти слова, чтобы продолжить допрос. Но напряжённую тишину нарушила девушка.

— Джастия, если вам интересно. — не поднимая глаз от трав, произнесла она.

В кастрюльке закипела вода. Смешение ароматов трав и ягод наполняло избушку.

— Если бы не ваш конь, то вы бы давно отправились к червякам на пир, — Джастия ещё немного помешала чай и вернулась за стол.

— Да-а, Волчок не раз спасал меня, — напряжённо вздохнул Фортиан и тут же схватился за перевязанный бок.

— А, об этом тоже спросите и продолжим словесную забаву или сразу рассказать? — непринуждённо спросила Джастия, легонько размахивая ложкой.

— Спасибо, наигрался в детстве уже.

— Очень жаль, мне даже понравилось вас дразнить, — серьёзное выражение собеседника заставило немного умерить пыл. — Не знаю, от кого вы там бежали, но они знают толк в мучительных убийствах.

— Вас это восхищает? — строгим взглядом смерил Фортиан девушку. Та лишь беззаботно пожала плечами. — Мне нужно незамедлительно вернуться, — он хотел было подняться, но Джастия прервала его.

— Для начала научитесь на ногах крепко стоять, потом уже идите в любую сторону.

— Меня Волчок довезёт, — Фортиан почти встал на ноги, но вновь встретился с её вспыхнувшими глазами и упал обратно на постель, точно порыв ветра усадил его.

— Пожалейте бедное животное, я же вас пожалела.

— Извольте, девушкам крайне не идёт грубость, — устало обратился к ней юноша.

Дрожь пробила тело Фортиана. В её глазах бурлила злость вперемешку с грустью. Она вглядывалась в него не моргая, из-за чего становилось неуютно. Словно карие очи прожигали насквозь. Фортиан чуть наклонил голову вперёд, смотря на собеседницу исподлобья. И уже его взгляд отозвался у неё холодком по коже. Не выдержав этой дуэли, чаровница первой отвернулась к окну.

— Простите, если я резко выражаюсь, — Джастия наполнила кружку чаем и протянула юноше. — Я не привыкла разговаривать с людьми.

— Поверьте, я заметил, — принимая напиток, ответил Фортиан.

— Но вам всё равно надо отлежаться.

— Вы не понимаете.

— Нет, это вы не понимаете…

— Хватит!

— Что? — опешила Джастия.

— Вы сейчас расскажете мне всё без препираний, без шуток и хамства. И я спокойно покину вас, — Фортиан немного понизил голос.

Джастия чуть оторопела. Аккуратно усаживаясь на табурет у кровати, она наклонилась к Фортиану и заговорчески начала:

— Слушайте, я без понятия, что там у вас происходит, но вы явно кому-то насолили. Чаровники никогда не убивают просто так. Вас спасло только то, что Лес вас окончательно не добил, и я успела вывести большую часть яда из раны. А ваш враг сейчас либо празднует победу, либо пасёт у границы леса. И вы сделаете ему огромное одолжение, явившись таким обессиленным.

— Благодарю за спасение, но дальше я уж как-нибудь сам, — он начал спешно подниматься, но чаровница легонько толкнула его обратно на кровать. — Мне надо срочно вернуться в королевство!

— Да-да, если не вернётесь, за вас пойдут мстить и прочее. Знаю. Но до этого у вас целых пять дней. Три дня мне помозолите глаза, а потом через два дня будете уже у своих стен, — непринуждённо ответила Джастия.

— Что? — встрепенулся юноша.

— Примите то, что сейчас вы никуда не уедете. Вы даже от лёгкого прикосновения падаете, — Джастия обошла стол и опёрлась на него, повернувшись к Фортиану. — Так что советую вам сполна набраться сил, дать мне помочь залатать ваши раны, а потом уже решать что-то с судьбой вашего королевства. От мёртвого когуна прока мало.

Она быстрыми шагами вышла за дверь и вернулась с деревянным ковшиком. С всплесками она поставила его на скамью за столом и повелела юноше обратно лечь. Под пристальным взором Фортиан вытянулся на кровати. Джастия бережно сняла повязки и прополоскала их. Убрав листья подорожника, она лёгкими движениями принялась промывать рану. От непривычной прохлады юноша слегка дёрнулся. Бок ещё ныл. Девушка быстро управилась и, достав новые листья, приложила к ранам. На этот раз перевязывала не так туго.

— Теперь лежите, пока боль не утихнет, — наказала та.

— Спасибо вам, — тихо произнёс юноша.

Девушка немного оторопела, быстро встала и направилась за дверь. Фортиан устало посмотрел ей вслед и наконец смог без колющей боли глубоко вдохнуть. День только начался, но слабость и тяжесть тела были сравнимы с ночами после изнурительных сражений. Вновь зазвучал тонкий высокий голосок с улицы, медленно выводивший неведомыми словами прелестную мелодию. Фортиан с прикрытыми глазами слушал и не заметил, как скоро задремал.

Сон выдался беспокойным. Сначала перед Фортианом предстала дорога к Диру, как он ехал во главе боевой колонны. Со всех сторон слышался шорох листьев со стремительным нарастанием. Внезапно впереди загорелся огонёк, точно от факела. Резкая вспышка. Всё пространство заполнил тёплый свет, но через секунду, точно крушение стены, всё погрязло во тьме. Падение. В глазах замелькали искры. Фортиан кричал, но не мог услышать собственного голоса. Он попытался встать, но тело не подчинялось, словно вместо костей толстые поленья. Юноша вновь заорал, уже даже чувствуя дребезжание в горле, разрывающий нечеловеческий вой, но это не помогло ему. Когда страх начал овладевать сознанием, Фортиану почудилось тихое песнопение, похожее на дальний свист летнего ветерка. С каждым мгновением оно становилось более реальным, заполняя пространство не только приятным звуком, но и тёплым нежным светом. Страх потихоньку отходил, и юноша опять провалился в глубокий сон.

Ближе к вечеру Фортиан очнулся. В избе никого. Он быстро огляделся. Тихо потрескивали угли. На печи всё так же сушились вещи. Осторожно надев штаны, он через ставни взглянул на поляну. Только трава да лес. Дойдя до двери, он помедлил её открывать. С улицы было слышно лишь дыхание Волчка. Он прокрался на крыльцо и коротким «шц» подозвал коня. Запустив пальцы в сбитую гриву, юноша принялся чесать верного друга.

— Да уж, попали мы с тобой, — грустно выдохнул он.

Оперевшись о шею Волчка, Фортиан тихо зашагал по поляне. Рана ныла и колола, но он старался не замечать этого. Вглядываясь в тёмные кусты и раскидистые ветви деревьев, он нигде не мог найти ту тропку, которая их сюда привела. Точно и не было никогда её.