Царь - он и в Москве царь

❤️ ВНИМАНИЕ. Это продолжение истории о приключениях журналистки Елены.
Первая часть https://litnet.com/shrt/qyxB

Глава 1

Лена Троянская

- Вы арестованы! – сказал мне полицейский.

Мне! Законопослушной журналистке, самолично пришедшей в участок, чтобы сообщить, что я никуда не пропадала и вообще жива-здорова.

Успела подумать, что, возможно, товарищ шутить изволит? Но в следующий миг страж порядка схватил меня за руки и защелкнул на запястьях наручники. Словно я была какой-то опасной преступницей! Холодный металл грубо прикоснулся к коже.

- Что происходит? – возмутилась я, дергаясь, от чего оковы лишь сильнее впились в кисти.

Мокрые снежинки, налипшие на темно-синее пальто, начали активно таят в теплом помещении, затекая под шарф. Внутри полицейского участка топили как в бане. А теперь из-за наручников я не могла даже снять верхнюю одежду.

- Вы обвиняетесь в организации массового похищения граждан! – радостно объявил страж порядка. – Пошли!

- Куда вас послать?

- Чего?

- Вы сами попросили послать, - ехидно пояснила я. - Спрашиваю: в каком конкретно направлении вы желаете совершить пеший маршрут?

Юмора мужчина не оценил. Схватил меня за предплечье и потащил вперед по коридору.

Я все еще надеялась, что произошла ошибка. С чего вдруг арест? Я ничего не сделала!

- Куда мы?

- В комнату досмотра, - буркнул полицейский.

Да господи, что происходит?!

- Вы можете объяснить в чем меня подозревают? Какие похищения?

На этот вопрос он сухо бросил:

- Все потом.

Нормально я за вещичками слетала!

Вот кто меня дернул в полицию идти? Я ведь могла даже не появляться в участке. Зашла бы домой, взяла вещи и спокойно вернулась в Валдорию. Так нет же! Я ведь такая совестливая, порядочная. Думаю: надо сходить в участок, отметиться, что со мной все хорошо. А то, наверное, пока я в параллельном мире влипала в приключения и соглашалась на перспективную работу, родная московская полиция с ног сбилась, пытаясь отыскать меня.

Теперь я вижу, как они искали. Пропажу людей на меня повесили и довольны!

Внутри все так и кипело от негодования!

Полицейский отвел меня в отдельный кабинет, где весьма бесцеремонно обыскал карманы.

- Да что все это значит?! – я уже даже не пыталась сохранять видимость любезности.

Почему этот служитель порядка ведет себя так, будто я выкрала тело Ленина с Красной площади? Я не убегала от полиции, не хамила, не оказывала сопротивления. Сама добровольно явилась в участок отметиться, а они обращаются со мной как с маньяком-рецидивистом!

- Ваши личные вещи будут изъяты до выяснения обстоятельств, - мужчина вытащил из карманов моего пальто телефон, перчатки и наушники. Все это он выложил на деревянную столешницу. Рядом поставил мою вместительную синюю сумку. Уселся за соседний стол, на котором имелся компьютер, и принялся печатать.

- Телефон. Модель… ага… эс е двадцать… - бормотал он под нос, разглядывая мои вещи. – Наушники беспроводные, одна штука.

Каждый предмет служитель закона добросовестно вбивал в вордовский документ. А закончив с инвентаризацией содержимого моих карманов, принялся за сумку.

«Ох, мужик, я тебе не завидую», - пронеслось в голове. Я села на соседний стул, заранее предвкушая, какая нелегкая работа ждет блюстителя порядка.

Мужчина принялся доставать из моей сумочки зарядку для телефона, кошелек с карточками и визитками, крем для рук, помаду, расческу. Каждый предмет он старательно заносил в компьютер. Его взгляд оживился, когда он нашарил прозрачный пакетик с белым порошком.

- Это не то, что вы думаете! - спешно произнесла я, но мужчина меня даже слушать не стал, с энтузиазмом вскрывая упаковку и пробуя содержимое на вкус.

- Тьфу! Что это? – он принялся яростно отплевываться, морщась и глядя на меня с обидой.

Можно подумать, я сама его заставила пробовать незнакомое вещество.

- Порошок для создания морской пены. Мы с подружкой как-то делали поднос из эпоксидной смолы. У нас там песочек был, волны. Вот, осталось. Все забываю выкинуть, - пояснила я.

- Предупреждать надо! – с укором произнес полицейский, подходя к кулеру и жадно глотая воду.

- Вас мама в детстве не учила, что не нужно тащить в рот всякую бяку? А если бы там лежал быстро застывающий гипс? Между прочим, он вполне мог оказаться среди вещей.

- У нас значится, что вы – журналист, а не скульптор, - вновь упрекнул меня полицейский.

- Можно подумать, если я работаю в газете, то не могу носить с собой гипс и порошок для эпоксидки, - фыркнула, наблюдая, как мужчина старательно полощет рот.

Недовольно косясь на меня, полицейский продолжил осмотр содержимого сумки. На стол были выложены блокнот с рабочими заметками, старый билетик из кино, настольная игра, шоколадка в фиолетовой обертке. Полицейский метнул голодный взгляд на плитку молочного лакомства и пока отложил в сторону, не став записывать.

- Это моя! – нахмурила брови, поняв, что задумал страж порядка. – Так что тоже вносите в список. Вносите-вносите. И обязательно пометьте, что плитка находится в закрытой упаковке! Целая! Вес девяносто грамм!

Полицейский недовольно засопел, но внес мою шоколадку в список, после чего со вздохом положил ее в общую кучу вещей.

- Ага! – вновь обрадовался мужчина, вытаскивая комплект вязальных спиц. – Холодное оружие!

- Серьезно? – я скептически изогнула брови. - Это для рукоделия. Бабушка попросила купить. Там еще мотки шерсти лежат.

- Все так говорят! А потом… а потом… мда… действительно. Лежат, - расстроился полицейский, доставая два клубка пряжи.

Ему дали задание во что бы то ни стало найти у меня подозрительные предметы?

- Ага! А это вы как объясните, а, гражданочка? - из сумки был вытащен паяльник. - Вот только не надо сюда приплетать бабушку или подругу! Признавайтесь! Вы этим пытали похищенных?

- Вы с ума сошли? Каких похищенных? У меня проводка перегорела, папа заходил ее починить и забыл паяльник на тумбочке. Попросил, чтобы я захватила инструмент с собой.

- Мы это еще проверим! – буркнул полицейский, но чем дольше он ковырялся в моем бауле, тем сильнее его лицо перекашивалось от недоумения.

Он обнаружил носок с вышитым оленем (второй где-то потерялся), комочки бумаги с завернутой в них жеваной жвачкой, старые чеки, банку маринованных огурцов (мама просила для салата купить), форму для пляжного волейбола и половинку засохшего злакового батончика.

- Так и быть, его можете не вписывать, - разрешила я, вспомнив, какими голодными глазами полицейский смотрел на шоколадку.

Щедрого жеста мужчина не оценил и брезгливо оглядев недоеденный перекус, кинул его к остальным предметам. После чего потряс сумкой, ожидая, что на стол выпадет что-то еще.

Выпало... Точнее, высыпалось… Песок, оставшийся на форме для волейбола. Я мстительно ухмыльнулась: а вот нечего чужие сумки так грубо перетряхивать. И вообще, мне до сих пор не объяснили, с какого такого перепуга меня вдруг записали в преступницы? Что за похищенные, в организации которых я принимала участие?

Это меня похитили! Собственно, из-за чего я и пришла в участок. Причем, попрошу отметить, добровольно.

Несколько дней назад сумасшедший злодей задумал уничтожить сразу два мира: нашу родную Землю и магическую Валдорию. Для этого он начал активно перемещать землян в Валдорию, а валдорцев на Землю. Хотел таким способом пробить бреши в защитном куполе, чтобы через них полезли всякие жуткие твари и уничтожили миры.

Я оказалась в числе тех, кого умыкнули с нашей родной планеты. Но, на беду злодея, немно-о-ожечко нарушила его планы. Самую малость. Всего-то на всего узнала, где злодей прячется, проникла внутрь и обезвредила. Местный царь так впечатлился моим поступком, что предложил остаться в Валдории. И даже должность высокооплачиваемую посулил.

Я, не будь дурой, согласилась. Еще бы. На моем месте вы бы тоже особо не упорствовали. Там такой мир! Такие волшебства творятся! Такие люди интересные живут! Я уже молчу про изобретателя Сережу, который стал первым, с кем я познакомилась в параллельном мире. Да и царь пуська-лапуська: щедрый, заботливый, обаятельный. Как монарх он, конечно, ну… кхм… мягко говоря, тяжело ему с таким характером править. Но вот как мужчина… Хоро-о-ош, чертяка.

Собственно, царь мне дал добро быстренько переместиться на Землю, взять вещи, попрощаться с родными и вернуться обратно в сказочную Валдорию.

Приехала в Москву домой, а там родители перепуганные. Думали, что я пропала без вести. Меня ж несколько дней не было. Рассказали, что после моей пропажи следователь приходил, квартиру осматривал, допрашивал всех. На меня были составлены ориентировки, розыски велись по всему городу. Естественно, я так расчувствовалась ответственностью полиции, что поперлась к ним отмечаться. А они вон чего устроили!

Сидеть в кабинете досмотра было жарко. Снять пальто так и не дали. Кое-как, бряцая наручниками, исхитрилась стянуть шарф, чтобы хоть немного охладиться, и поправила взмокшие светлые локоны.

- Вот, ознакомьтесь и подпишите, - полицейский протянул лист с распечатанным списком личных вещей, которые у меня изымались до выяснения обстоятельств.

Сам он принялся сметать со стола песок, ворча про безразмерность женских сумок, и что спортивную одежду следует тщательно вытряхивать в раздевалке, и только потом засовывать к остальным предметам.

После отвел меня в камеру временного содержания, наконец-то отстегнув наручники и позволив снять верхнюю одежду. Вытерла пот, поправила светлые волосы и присела на кровать. Паниковать смысла не было. Очевидно же, что это какое-то недоразумение и, как только придет следователь – меня отпустят.

Скорее всего дежурный неправильно прочитал ориентировку о моем розыске. Судя по тому, как он проводил осмотр личных вещей – интеллектом парень не блистал. Досадно, конечно, что приходится тратить время, сидя в отделении полиции, но в целом ничего страшного. Лишь бы следователь поскорее вызвал на допрос, а там уже все прояснится.

Камера, в которую меня поместили, выглядела на удивление презентабельно и чем-то напоминала больничную палату. Те же голые стены, выкрашенные в бежевый цвет. Дешевые тумбы и кровати. Разве что койки здесь были двухярусные, а окно надежно закрывали решетки. В остальном – палата палатой. Даже постельное белье выдали. Надеюсь, это не намек, что меня продержат всю ночь?

Чем дольше не шел следователь, тем сильнее я начинала переживать. Уже прошел час, меня продолжали удерживать в камере. Сколько мне тут сидеть? Пол дня? До следующего утра? Родные с ума сойдут! Они и так чуть инфаркт не схлопотали, когда я на несколько дней пропала из Москвы. Если я опять исчезну без предупреждения – даже не знаю, что с бабушкой случится.

Попыталась позвать дежурного, чтобы тот сказал, когда за мной явится следователь. Дежурный нехотя отозвался на мои крики. Сообщил, что «когда придет – тогда придет». На просьбу дать мне возможность позвонить родным и предупредить их, где я, ответил отказом. И гордо удалился к себе.

Вот так влипла! И, главное, непонятно, что делать.

Перебарывая брезгливость, забралась на верхний ярус кровати, чтобы выглянуть в окно, находившееся чуть ли не под потолком. За окнами грузным пластом висело пасмурное декабрьское небо. Серое и безмолвное. Снег прекратил сыпать и теперь уныло лежал на асфальте, раздумывая: стоит ли ему растаять сразу или поваляться хотя бы пару часиков для приличия. Зимы в последние годы были европейскими, и становилось нормой, что снежный покров мог появиться не раньше конца декабря.

«Эх, а в Валдории сейчас лето», - подумала я, с тоской вспоминая как буквально несколько дней назад купалась в речке и объедалась лимонадным мороженым. А еще там был удивительный дом, сросшийся с деревом. И владелец дома – маг-изобретатель Сергей. Чудесный, милый, невероятно добрый и трогательный. Всегда такой спокойный, рассудительный, интеллигентный.

Сережа… Вот он бы точно придумал, что делать в этой ситуации.

Глава 2

Сергей Грозин

- Что ты сделал? – Карина смотрела на меня, как на смертника.

Ох уж этот ее взгляд. Столько лет знакомы, свадьба через месяц, а до сих пор не могу привыкнуть, когда ее карие глаза буквально прожигают насквозь. Аж в дрожь бросает.

Раньше я бы стушевался под столь пристальным взором и попытался избежать конфликта, но теперь не был намерен отступать!

- Я предложил Елене пожить в моем доме, - повторил еще раз.

В том самом, в котором мы находились прямо сейчас, стоя в гостиной.

- В твоем доме? Елене? – Карина подошла к кофейному столику, взяв с него белую статуэтку - фарфоровую охотничью собачку.

- А что такого? – с вызовом произнес я, опасливо наблюдая, как пальцы невесты сжимают хрупкого пса. Того и гляди раздавит.

- И ты еще спрашиваешь?

- Разумеется. Ты сама поставила условие: после свадьбы мы должны жить в особняке твоих родителей. Я не хочу, чтобы мой дом пустовал. Кто-то должен следить за ним, - я указал на дерево, растущее посреди гостиной. Его ствол проходил через два этажа, заканчиваясь над крышей, а ветви так срослись с перекладинами и балками, что давно стали частью постройки.

- И естественно на роль присматривающего ты не нашел никого лучше, чем эту девку? – Карина с силой грохнула фарфоровую статуэтку об пол. Пес раскололся на куски.

- Ты с ума сошла? – я в ужасе отскочил, глядя как осколки разлетелись по всей гостиной.

- Моя статуэтка! Что хочу, то и делаю! – заявила невеста. – И вазу эту тоже я покупала! – она схватила со столика стеклянный кувшин, внутри которого давно высохли и букет ромашек, и вода. Декоративный снаряд полетел в то же место, где только что погиб фарфоровый пес.

- Прекрати!

Карина направлялась к буфету. Там за потертыми дверцами хранились гостевые сервизы. Тоже, подаренные невестой.

- А что такое? Что-то не так? – злорадно произнесла Карина, хватая с полки стопку тарелок. – Не нравится – разрывай помолвку!

Первое блюдце полетело в меня.

- Да ты ненормальная что ли?! – я, конечно, привык к истерикам Карины, но чтобы она при этом била посуду – такое видел впервые.

Невеста будто нарочно пыталась обострить конфликт вместо того, чтобы спокойно поговорить.

- Да, ненормальная! И я не хочу, чтобы Лена жила в этом доме! Все ясно?! – еще два блюдца спикировали вниз и разбились о деревянный пол.

- Ну знаешь! – я никогда не был сторонником применения физической силы против девушек, но Карина перешла все границы.

Пришлось крепко схватить ее, отбирая блюдца.

- Мне больно! – заверещала она, пытаясь вырваться.

- Не ври! – я держал ее запястья, пока истеричка старалась дотянуться до буфета и опрокинуть его целиком.

Оттащил подальше от посуды и силой усадил в кресло, находящееся в углу. На данный момент это было единственное место в гостиной, куда еще не долетели осколки. Карина глядела на меня с ненавистью. И вот на ней я должен жениться меньше, чем через месяц? Господи, чем я только думал, когда соглашался на эту авантюру?

Впрочем, в ту пору происходящее выглядело как взвешенное логичное решение. Да и сама Карина демонстрировала образец благоразумия и уравновешенности. Никто не предупреждал, что после помолвки вместо спокойной воспитанной кошечки меня будет ждать бешеная тигрица.

- Выпусти сейчас же! – Карина брыкалась и пиналась, но я лишь сильнее навалился на нее, вжимая в кресло и продолжая удерживать запястья.

- Успокойся. Что на тебя нашло?

- А то, что мой будущий муж – бесчувственный кретин! И ему наплевать, что обо мне будут говорить люди!

- Чего?

- Того! Ты хоть понимаешь, какая молва пойдет? Все станут шептаться, что ты приютил любовницу за спиной у жены! И тайно бегаешь к ней!

- Ну точно! С чего вдруг кто-то станет распускать такие гнусные сплетни? Это глупо, - я чуть ослабил хват, видя, что Карина начала успокаиваться.

- А то ты людей не знаешь! Естественно, они будут судачить о нас! Думаешь, я хочу, чтобы мне перемывали кости? Или ты специально это делаешь? Желаешь поиздеваться надо мной? Да? Проверить, сколько я готова вытерпеть ради нашего брака? О господи, какой ты бессердечный! У тебя железо вместо сердца! – Карина принялась рыдать, чем окончательно сбила меня с толку.

Да что с ней такое? То крики, то битье посуды, теперь слезы. Мне кажется, она решила свести меня с ума.

Но что самое скверное: если к скандалам я привык, то слезы… Что мне делать? Утешать ее? Но она наверняка именно этого и добивается. Хочет, чтобы я почувствовал себя виноватым и отменил свое решение на счет Лены. Но и смотреть, как Карина заходится ревом, я тоже не могу. У меня внутри все сжимается.

- Успокойся. Пожалуйста, - я обнял невесту, подсел к ней в кресло и попробовал усадить на колени. Хотел погладить ее, попытаться договориться мирно, без истерик. Но Карина вскочила на ноги, точно ужаленная пчелой.

- Не трогай меня! Я тебя ненавижу! Ты не посмеешь приводить в этот дом свою любовницу. Понял?!

- Карина! – я хотел добавить еще пару крепких словечек, но сдержался. – Какая к черту любовница? Что ты несешь? С чего вдруг Лена - моя любовница? Она встречается с Милославом. Я-то тут причем?

Я действительно не понимал, с какой стати Карина втемяшила себе в голову идею, что между мной и Леной есть какие-то любовные отношения. Да, безусловно, иномирная гостья мне безумно симпатична, и, если бы не помолвка, я попробовал бы как-то проявиться. Позвал бы Лену на свидание. Заинтересовал бы ее чем-нибудь. Но какое это имеет отношение к делу, если я помолвлен? Мало ли к кому я испытываю симпатию.

Неужели Карина думает, что я могу хотя бы помыслить об измене? Насколько плохо надо меня знать, чтобы предполагать такое? Раз я обручился с Кариной, то все – назад дороги нет. Теперь в моей жизни есть лишь одна женщина, и я всецело верен и предан только ей. Даже если она и дальше будет продолжать закатывать истерики.

- Раз ты говоришь, что тебя с Леной ничего не связывает – то откажи ей. Скажи, что передумал на счет дома. Пусть Милослав ищет для нее жилье.

Я обреченно глянул в окно: летнее солнце поднималось к зениту. Скоро обед, а я до сих пор трачу впустую время на бессмысленные препирательства вместо того, чтобы заниматься разработкой магического навигатора.

- Карина, - я попытался подойти и обнять невесту, чтобы спокойно все обсудить, но стоило прикоснуться к предплечьям, как она снова отпрыгнула, будто дотронулись не мои пальцы, а склизкие лягушачьи лапы. Мне все чаще казалось, что Карина брезгует прикасаться ко мне.

Сама она объясняла это тем, что ей не нужны объятия и прочие проявления романтики. Что для нее подобное чуждо. Я с пониманием относился к этой особенности. Но в такие моменты, как сейчас, появлялось ощущение, что дело вовсе не в Карине, а во мне. Что именно мои объятия ей неприятны.

- Я уже пообещал Елене, что она сможет пожить у меня. И менять решения не собираюсь! А если кто-то станет распускать сплетни, в чем я лично сомневаюсь, то это будет лишь показателем его низкого интеллектуального уровня! На этом считаю наш спор оконченным и более не желаю возвращаться к обсуждению!

Ох, как я был зол!

Мне все чаще казалось, что я слишком мягок с невестой. Избаловал, стараясь без острой нужды не перечить, и вот результат.

- А я сказала, что ноги ее тут не будет! Все ясно?! – завизжала Карина, вновь подбегая к буфету и намереваясь продолжить колотить посуду. Я хотел было кинуться к ней, но сам себя осек. Замер на месте, наградив истеричку ледяным взором. Она только и ждет, чтобы я взорвался. Но нет! Я не опущусь до базарной перебранки!

- Это мой дом. И я сам решу, что с ним делать и кто здесь будет жить. Ты можешь перебить хоть все вещи, но я своих слов не изменю. Как ты любишь говорить: если что-то не нравится – разрывай помолвку. Вперед. Я тебя не держу.

Это был запрещенный прием. Карина не раз шантажировала меня тем, что я могу отказаться от свадьбы, прекрасно зная, что не пойду на это. Во время помолвки мы с ней прошли древний обряд, усиливший наши магические потенциалы. Выгодная сделка для тех, кто решил прожить всю жизнь вместе. Долго и счастливо. И крайне рисковая, пожелай один из супругов разорвать отношения. В этом случае инициатор лишался не только полученной магии, но и практически всей, что имелась до этого. Сейчас я считаюсь одним из сильнейших магов нашего царства. Благодаря чему могу создавать уникальные сложнейшие артефакты, проводить исследования, творить. И не дай бог мне отменить помолвку. Мой семьдесят девятый уровень мигом упадет до жалкого седьмого, уничтожив мою карьеру изобретателя. Все, к чему я шел с юности окажется разом перечеркнуто.

Сам я никогда не опускался до ответных угроз, считая это недостойным мужчины. Но сейчас Карина перешла все границы. Поэтому решил, что холодный душ в виде аналогичного предложения о разрыве, ей точно не повредит.

Невеста стояла, хлопая глазами.

«Что, не нравится, когда тебя твоим же оружием? Неприятно такое слышать, да? А мне, думаешь, каково, когда ты всякий раз тычешь в меня этой помолвкой?» - мысленно ликовал я, глядя на ее растерянное лицо.

Давно стоило быть с Кариной строже. Раньше мне казалось, что если я буду добрым и бесконфликтным, то невеста оценит это и в ответ станет вести себя так же. Как я к ней, так и она ко мне. Но, похоже, мое поведение Карина воспринимала за слабость. Решила, что может вить из меня веревки и помыкать.

Что ж… Придется ей столкнуться с реальностью. То, что я все эти годы старался выстраивать добропорядочные отношения, вовсе не значит, что мной можно командовать.

Я искренне пытался относиться с пониманием к ее характеру. Закрывал глаза на излишне ревнивое поведение, считая, что таким образом Карина показывает свои чувства. Дескать, я ей не безразличен. Делал скидку на то, в какой строгости ее воспитывали. Надеялся, что если буду продолжать вести себя по-хорошему, то Карина поймет: в отношениях не обязательно должны быть ругань и споры. Можно решать вопросы спокойно, без эмоций. Что у нее нет поводов для ревности: раз я выбрал ее в невесты, то не стану изменять. Но в итоге все стало только хуже.

Возможно, некоторые люди понимают лишь когда с ними говоришь по-плохому.

Моя фраза о том, что Карина может разорвать помолвку, если ее что-то не устраивает, и впрямь подействовала. Скандалистка резко притихла. Посмотрела на меня так, словно видела впервые.

«А ты думала? Да, я тоже могу быть жестким. Ты сама меня к этому вынудила! Так что винить можешь только себя!»

- Значит, тебе плевать, да? – тихо спросила она. – Ты готов со мной расстаться хоть сейчас?

Почему-то вопрос, сформулированный таким образом, вызвал укол совести. Из уст Карины это прозвучало мерзко. Как будто я злобное циничное существо, которому абсолютно все равно на свадьбу.

- Нет, я не хочу с тобой расставаться, - пришлось сбавить воинственные обороты, опасаясь, что она вновь начнет реветь. – Мне не наплевать на тебя. Но, пойми, ты тоже должна считаться с моим мнением. Если у нас возникают конфликты, нам следует спокойно их обсуждать, искать компромисс, общаться. А не ставить друг друга перед фактом: «Если что-то не нравится – тебя никто не держит». Это неправильно. Так мы никогда не построим нормальные доверительные отношения. А мне бы очень хотелось, чтобы мы с тобой были друг для друга поддержкой и опорой. Понимаешь? Чтобы любили и уважали.

- Вот именно! О каком уважении может идти речь, если ты плюешь на мои чувства и селишь в доме эту девицу? Мне с тобой не о чем говорить после этого! – Карина направилась ко входной двери.

Пришлось идти следом.