Бывшие. Я не враг тебе, любимая!

Глава 10

Глава 10

С двумя бойцами Исаева я еду к теще. Вернее, меня везут.

Прикрыв глаза, словно больной, сижу на заднем сиденье собственного Гелендвагена и пытаюсь хоть предварительно построить разговор с тещей. Как там ее?

Юлия Васильевна? Кажись, да.

Рада ее мамулей всегда называла. Поэтому я не в курсе. Херовый зять, что там говорить!

Но наверняка «мамуля» знает, где ее дочка. Вот только откроет ли мне все карты? Навряд ли. Если Рома в курсе и прячет Радку, то его верная супружница мне и слова не скажет, а то гляди, и с лестницы спустит.

Нет у меня в Извековском лагере союзника. Никого нет. Потому как я наслушался папиных причитаний и решил с родней жены не общаться. Просто забрал себе девочку из криминального мира. И чувствовал себя таким благородным и великим.

Херня! Рада ушла. Даже цацки и карты оставила. Ничего не взяла. Я сначала подумал, что у нее есть деньги на первое время. Да и по картам отследить можно было. Но моя жена все оставила. И Мини Купер, который я ей подарил.

Могла бы загнать. На какое-то время хватило бы. Но нет. Рада никогда не была меркантильной. Гордой и своенравной – да. Но только не алчной.

Сколько я добивался ее!

С первого дня, как увидел. Рука болела адски. В глазах темнело от дикой боли. А как Раду увидел, так все и прошло. Обезбол мой замечательный.

Только я, дурак, все растерял. Даже не подумал, что фотошоп и фотки поддельные. Просто перекрыло на ровном месте, когда Раду с чужим мужиком увидел.

Кто и зачем мне передал эти фотки, я еще разберусь. Но сейчас меня больше волнует собственная реакция. Почему меня перекрыло? Я вроде бешенством не страдаю.

Выудив из кармана айфон, листаю список недавних вызовов. И сразу натыкаюсь на звонок клиники. Завтра надо будет к ним с утра съездить. Узнать. И что там не так с анализами, тоже выяснить.

И Раду как-то найти. Объяснить. Ну не хочет она жить со мной, пусть хоть о ребенке подумает. А я их всем обеспечу. Заодно и помиримся.

«Она знает! И это она находится в клинике! К ней отец приезжал!» – будто серпом режет по нервам.

– Возвращаемся в Москву, пацаны, – ухватившись рукой за спинку переднего сиденья, подаюсь к водителю.

– То есть как возвращаемся? – недоуменно косится на меня Леша. Большой, крепко сбитый парень, безопасник Исаева.

– Точно? – смотрит в зеркало заднего вида водитель.

– Да, точно. Я знаю, где она, – выдыхаю в азарте. – Клиника, мать его, женского здоровья. Едем туда.

– Как скажешь, командир, – пожимает плечами водитель. Разворачивается на двойной сплошной, и мы снова несемся в Москву.

Останавливаемся около знакомого здания, обнесенного забором. Я сюда приезжал в первую ночь, как пропала Рада. И если тогда совершенно спокойно прошел в приемный покой и в регистратуру, то сейчас остается только уныло выглянуть из тачки и придумать какой-нибудь другой план.

Большие кованые ворота – кажется, в прошлый раз они тут не висели – заперты изнутри. А в небольшой будке на возвышении дежурит вооруженная охрана.

Рада точно там! Не зря клинику перевели на военное положение.

Как бы туда проникнуть и все разузнать?

Пальцы сжимаются в кулаки от бессильного бешенства. В клинику теперь можно только на танке ворваться. И то не факт, что Извековские не отобьются и не вызовут подкрепление.

Херовая ситуация. Но я так просто сдаваться не планирую.

– Вить, припаркуйся где-нибудь в сторонке. И давайте вокруг цитадели пройдемся. Может, найдем лазейку.

– Я бы не советовал, командир, – пыхтит Леха.

– Да я и не спрашиваю, – морщусь недовольно. – Ждите в машине. Я сам, – добавляю поспешно.

Ясен пряник, парни не обязаны. Не я им зарплату плачу.

– Мы с тобой, Роб, – мотает головой Леха. – Кос приказал от тебя не отходить.

– Спасибо, – бурчу себе под нос и первым выхожу, как только тачка останавливается под раскидистым дубом. На ходу просматриваю гугл-карты. И только сейчас замечаю пристроенный к главному корпусу флигель. Небольшой купеческий особнячок связан со зданием клиники стеклянным переходом. Открываю панораму и присвистываю от изумления. Флигель явно не похож на больницу. Вон там на окнах портьеры, и свет льется теплый, словно домашний.

Если б я тут был хозяином, то в отдельном здании замутил бы ВИП-палаты. А при условии, что тесть дружит с хозяйкой клиники, именно в такой палате и должна лежать моя Рада. Если она еще там…

Значит, надо штурмовать флигель. Другого выхода нет.

Вместе с охраной иду по периметру забора. Внимательно разглядываю отштукатуренную кирпичную стену и чуть ли не в голос рычу от отчаяния. Нет тут ничего! Ни дыры, ни гнилых досок.

Поднимаю воротник повыше, вжимаю голову в плечи, стараясь укрыться от поднявшегося ветра, и неожиданно замечаю небольшой пригорок. Хорошее место. Тут забор немного утоплен в землю. И если парни меня подсадят, я запросто смогу перепрыгнуть через забор.

А обратно? Обратно я выйду с Радой через парадный вход. И пусть тесть, сука, обломается!

– Хороший план, – соглашается Леха и переводит взгляд на Витька. – Там у нас в тачке лестница веревочная болтается. Притащи, бро. Обратно нас вытянешь.

– Лады, – кивает водитель. – Вас подсажу и сгоняю.

– Давайте, пацаны, помогите, – сняв крутку, карабкаюсь по стене. Нащупываю ногами какие-то выступы. И перепрыгиваю на территорию клиники.

Надеюсь, собак тут нет?

Только успеваю подумать, как мне чуть ли не на голову приземляется Леха.

Противолодочными зигзагами несемся к флигелю. Кое-где прячемся от патруля, вышагивающего по дорожке.

Твою мать, жизнь меня к этому не готовила! Прислонившись к широкому стволу дерева, тру лицо. Пытаюсь выровнять дыхание.

Кто бы мог подумать, что тут как на военном объекте! Но это хорошо, значит, моя Рада здесь. Осталось только потихонечку войти в особняк. Найти нужную палату. И поговорить с женой. Убедить ее вернуться. А вот тут мне понадобится все мое красноречие.

Глава 11

Глава 11

Словно ниндзя, незамеченными добегаем с Лехой до флигеля.

Дергаю дверь, она не открывается, естественно. Присматриваюсь в полутьме. Дверь просто захлопнули, а на замок не закрыли.

Безалаберный какой-то персонал!

Из внутреннего кармана достаю картхолдер. Вынимаю первую попавшуюся карту оплаты. Поддеваю замок, ни на что не надеясь. И, о чудо! Он отрывается.

Вместе с Лехой вламываемся в узкий коридорчик, слегка освещенный мутным светильником. Оглядываемся по сторонам, как дурные котята.

Что-то интерьер не больничный! Скорее на частный дом смахивает. Уютный и комфортабельный. Картины на стенах, какие-то милые финтифлюшки на полочках.

Ни тебе сестринского поста, ни процедурной.

А рядом в комнате камин пылает. Точно не ВИП-палаты тут. Ошиблись мы. Уходить надо.

– Ты приехал? – слышится женский голос, и к нам навстречу выходит красивая блондинка в красном кимоно. Она тут же хватается за грудь. – О господи! Вы кто такие? Что вы тут делаете?

Твою ж мать! Вот это я попал! Сейчас охрану вызовет, да полиции сдаст. Срок, конечно, не впаяют, но вони будет на весь колхоз.

– Извините, – спиной пячусь к двери и торможу на коврике. – Ошибка вышла. Я жену ищу. Раду Щербетову. Подумал, что здесь она…

– Ее здесь нет, Роберт, – коротко роняет блондинка.

– А вы меня знаете? – блею как дурак.

– Скажем так, я тебя помню, – улыбается она. – Как был неугомонным, так и остался. Резеда вечно за тобой носилась, а няньки не справлялись.

– Точно, – тру лоб и во все глаза смотрю на незнакомую красавицу, знавшую мою мать. – А вы…

– Елена Васильевна Валдаева, – представляется она.

Блин! Та самая вдова убиенного друга, к которой приезжал тесть. Это же она! Елена Прекрасная!

– Простите за вторжение, – снова извиняюсь я. Переминаюсь с ноги на ногу и на свой страх и риск спрашиваю. – А где Рада? Мне бы с ней поговорить…

– Пройди, – кивает она на дверь в гостиную.

Иду следом, сажусь на край дивана. Наблюдаю, как, придерживая разлетающиеся шелковые полы кимоно, Елена усаживается в кресло напротив.

– Рады тут нет. Ни у меня в квартире, ни в клинике, – заявляет она спокойно и твердо.

– А где же она? – вытираю о джинсы мокрые от пота пальцы. Нервничаю. Всегда руки потеют на нервяках. А сейчас тем более. Сердце из груди выскакивает. Где Рада? Что с ней?

– Выписали ее. Домой уехала, – смотрит на меня печально хозяйка клиники. – Что ей тут делать? – передергивает плечами, обтянутыми красным шелком.

– Почему ее госпитализировали? – спрашиваю в лоб.

– А вы не знаете? – усмехается она нехорошо. – Были явные несоответствия в анализах.

– Почему?

– Кто-то отравил Раду и вашего ребенка, – давит меня взглядом Валдаева.

– Бред сивой кобылы, – рычу, не сдерживаясь.

– Вам лучше уйти, – поднимается с места Елена Прекрасная. – Сивая кобыла вас сюда не звала.

– Извините, – снова мямлю я.

Но ее королевское высочество неумолимо.

– Всего хорошего, Роберт Платонович, – цедит, направляясь к двери.

Хочу остановить. Попросить помочь! Но хозяйка клиники уже холодна и непреклонна.

– Хмм… Елена Васильевна, – уже в коридоре не теряю надежды.

– Ваше время истекло, – испепеляет она меня взглядом. И улыбается, глядя мне за спину.

– Привет, а что это у нас дверь раскрыта? – рявкает, загораживая весь проем, какой-то мужик в камуфляже. Видимо, его ждала Елена и дверь не запирала.

– Незваные гости, – фыркает она.

– Я сейчас пацанов вызову, – багровеет мужик.

– Не надо, Олежек. Пожалуйста, – неожиданно просит Елена. – Лучше вывези господина Щербетова и его друга за территорию клиники. Очень тебя прошу.

– Хорошо, – кивает мужик и смотрит напряженно на хозяйку клиники. – Ты в порядке?

– Да. Это интеллигентные взломщики. Роберт жену ищет…

– Трудно искать черную кошку в темной комнате, если там ее нет, – неожиданно выдает «Олежек» и, повернувшись к нам с Лехой, командует. – Так, бакланы нещипаные… За мной. Живо.

Быстрым шагом идет к машине. А мы с Лехой, два незадачливых ниндзя, тащимся следом. Безотчетно пялюсь в широкую спину «Олежека» и не могу понять, кого он мне напоминает.

Знаю я этого мужика. Видел где-то!

Глава 12

Глава 12

Мужик, не торопясь, подходит к новороченному Крузаку, припаркованному в тени под деревьями. Щелкает брелоком, садится за руль.

– Чего тормозите, бакланы? Наряд ждете. Так я вызову. Живо в тачку, – рявкает из окна.

Но нас особо просить не надо. Прыгаем на заднее сиденье. Молчим, как придурки.

- А нормально через двери вы войти не пробовали? – роняет «Олежек» с ухмылкой.

- Пытались. Я приезжал. Но мне сказали, такой пациентки нет, - вздыхаю я.

- А если перелезть через забор и напугать хозяйку клиники, так сразу появится, - зло бросает он и смотрит на меня злым командирским взглядом.

- Локация до сих пор показывает… - бормочу что-то в свое оправдание.

А сам все пытаюсь понять, откуда я этого мужика знаю. Морда знакомая протокольная. А вспомнить не могу, хоть убей.

- Ладно, живите, - усмехается «Олежек». Бодает башкой воздух. И выехав из ворот клиники, тормозит рядом с нашей тачкой. И бросает на последок. – Костику привет передавайте.

- А от кого? – набравшись смелости, спрашиваю я.

- Начальство в лицо знать надо, - огрызается мужик и смотрит на меня как на последнего идиота. Хотя, может, я такой и есть.

Пересев в свою тачку, тру лицо и снова пытаюсь придумать новый план.

К теще поехать? Так поздно уже. Юля точно никого на порог не пустит.

«Нет, теща отпадает. В клинику на Садовническую я завтра наведаюсь», - рассуждаю, наблюдая как по темным улицам спешат одинокие прохожие. Гелек вырывается на ярко-освещенный проспект. И тут же приходит эсэмэска от Исаева.

«Дуй ко мне. Живо!»

- Шеф на базу вызывает, - усмехаюсь я.

А когда вхожу в кабинет к зятю, обалдело пялюсь на багровую будку и ходящие желваки на скулах.

- Что-то случилось? – только и успеваю спросить, как гребаный Штирлиц подлетает по мне и хватает за грудки.

– Какого ты в клинику попер? Ты хоть понимаешь во что влип?

- Не совсем, - оттолкнув придурка, мотаю головой. Ясное дело, «Олежек» позвонил и сдал меня с потрохами Костику.

- Ты хоть знаешь, кому нахамил? И чью бабу напугал? – трет лицо Кос. Садится на стол напротив меня.

- Просвети, пожалуйста, - цежу раздраженно.

- Это сам Иванывич был, - вздыхает Исаев, выдыхая. – А ты, дурень, не узнал его.

- Да я и сейчас не понимаю, - передергиваю плечами. – Ты можешь изъясняться нормально? Или обхезался?

- Сука, - цедит Кос. – Сука, бл.ть… Да кто мог подумать? – бьет кулаком по столу. – Это наш губер был. Пелехов. Олег. Иванович. Губер Агдальской области.

- Прикольно, - только и могу выдавить. И голова идет кругом. Нормальный ресурс у Валдаевой, если к ней наш губер как пацан по ночам бегает.

- В общем так, - рычит зять, будто черту подводит. – Прости, братан, но больше я тебе помогать не могу. Мне проблемы с руководством области не нужны. Еще там работать и работать. Это вы, Щербетовы, бизнес в Москву перевели…

- Ладно, - поднимаюсь с места. Обидно, не передать. Но я не обломаюсь.

Еще недавно у меня была любимая жена, родственники и друзья. А сегодня я остался совсем один. Даже Кос от меня отвернулся. Ну и хер с ним. Сам справлюсь.

Есть еще Глеб Агурский. Можно перетереть с ним. Но что-то мне подсказывает, что и там зеро.

- Я с Агурцом советовался, - будто читает мои мысли Исаев. – Он со мной полностью согласен.

- Ну конечно, - усмехаюсь я, поворачиваясь в дверях. – А где он был, такой согласный, когда я ему бизнес спасал? Суки вы конченные. Но это и хорошо, - бросаю в сердцах.

«Стелка даже не вышла», - выходя из полутемного дома, думаю с горечью. Вот так помогай людям.

Бью по газам и мчу к себе.

Не разуваясь прохожу в гостиную. Открываю бар, наливаю в стакан вискаря до краев. И выпиваю залпом. Огненная водица обжигает нутро. На глазах выступают слезы.

Плевать. На все хер положить, кроме Рады. Я ее найду. Иначе никак. Прямо в куртке тяжело опускаюсь на диван. Достаю из кармана сотовый и блокирую всю развеселую компашку бывших родственников. Папу, Костика и даже Стеллу.

Все. Теперь я сам. Нет у меня друзей. Есть только любимая.

Глава 13

Глава 13

Сегодня хмель меня не берет. Хоть тресни. А так хотелось надраться в зюзю.

– Бухло паленое, что ли? – с сомнением разглядываю бутылку. Вроде нет. Я виски в дьюти-фри покупал. Мы с Радой возвращались из Тая.

Рада… Что же ты наделала, девочка? Куда сбежала?

Сжимаю в руках бутылку и за малым не кидаю ее в стену. Оглядываюсь по сторонам. Все тут напоминает о жене. Каждый квадратный сантиметр пропитан Радкиным присутствием. Кремовые шторы, карнизы, обои – все она поменяла, когда мы поженились.

Убрала всю мою аскетичную эстетику, а кое-где и жесткий хайтек. И заполнила дом классикой и уютом. Камин, удобная мягкая мебель, наши фотки в прикольных рамках.

«Она со мной долго жить собиралась», – запоздало приходит в голову простая истина. А я… Как дурак, честное слово!

Почему я так среагировал?

Хватаюсь обеими руками за голову. Пропускаю сквозь пальцы волосы. Ногти царапают кожу, выводя меня из отчаяния.

Хватит! Надо подумать и понять.

Первое. Почему я так взбеленился? Можно подумать, фотошоп еще не изобрели и ИИ не существует. Какого лешего так наехал на Раду? С хера ли вообще взбеленился? Будто озверина выпил.

«Ну, так все может быть», – устало тру потный затылок. Сам я редко себе что-то готовлю. На работе секретарь заботится. Дома Рада или прислуга.

Жена отпадает. Это точно!

Одним рывком поднимаюсь с дивана. На ходу звоню однокласснику.

– Миха, мне твоя помощь нужна. Кровь бы проверить.

– Да приезжай. Моя смена, – смеется бро невесело.

Вызываю такси. Снова еду заполненным московским улицам. Этот город когда-нибудь спит?

Быстрым шагом пересекаю пропахшие антисептиком коридоры. Открываю шаткую дверь и улыбаюсь толстому лысому мужику в белом халате.

– Ну, привет, бро!

Мишка, а в миру Михаил Андреевич Капусткин, врач от бога, быстро вызывает девушку из лаборатории. Пишет какой-то диагноз, приписывает «цито», и моя кровь в мелкой пробирке с желтым колпачком отправляется на анализ.

– Давай, за встречу, – достает Капуста флягу с медицинским спиртом и одноразовые стаканчики.

– Не могу, башка ясная нужна, – мотаю головой и признаюсь. – Да я уже вискаря накатил…

– А что ищем-то? – печально смотрит на меня дружбан детства и добавляет задумчиво. – Не нравишься ты мне, Роба. Ох, не нравишься.

– От меня жена ушла. Не могу найти. Уже три ночи не сплю, – признаюсь понуро.

– Плохо, конечно, – участливо вздыхает Мишка. – Но я не про твою личную жизнь, братан. У тебя мешки под глазами. Лицо отечное. Чем-то ты по почкам хорошо вдарил.

– Стакан виски, – пожимаю плечами. – Давно не бухаю, бро. Как женился, перестал.

И от злости и безнадеги зубы за малым не стираю в порошок. Сука. Что же это происходит? Почему?

– Не знаю. Это не бухло. Но как-то ты неважно выглядишь. Я бы тебя под капельницы положил.

А когда ему на почту приходят результаты расширенных анализов, присвистывает.

– Опачки, да тут целый букет психостимуляторов. Ты на них подсел, Щербетов?

– С ума сошел? Я к этой дряни никогда не притрагивался. И Радка бы с меня три шкуры содрала, – выпаливаю как на духу и осекаюсь.

Что там Валдаева говорила об отравлении?

– Так, – поднимается с места Капустка. И со всей дури хватает меня за голову. Выдирает пару волос.

– Да ты охренел?

– Терпи. Это для более точного анализа, бро, – ржет зараза и поясняет серьезно. – В крови меньше всего держится эта хрень, а вот в волосяных луковицах – до девяноста дней. Сейчас отправлю в лабораторию. Но мне и без того все ясно.

– Получается, кто-то притравил и меня, и Раду, – выдавливаю с трудом. И не могу поверить. Кто? Зачем? Почему? Ни одной версии нет. Кому мы могли помешать?

И наш ребенок!

Будто черной пеленой накрывает, стоит только осознать весь масштаб зверства.

– Давай, лечи, – киваю я Капустке. – Я нужен живым и здоровым своей семье. Мне эту суку ядовитую найти надо. И удавить.

И только когда в вену еле слышно входит игла, я закрываю глаза. И впервые в жизни благодарю тестя.

Он хорошо и надежно спрятал Раду. И если я не смог ее сразу найти, то и наш враг обломается. Поэтому сейчас надо искать отравителя. И притащить его тестю. А там… Может, сжалится надо мной Извеков и даст Радкин адресок.

Глава 14

Глава 14

Всю ночь под капельницей я размышляю, как поступить дальше. Смотрю, как в заблокированных высвечиваются знакомые номера вчера еще близких людей.

Отец, Стелла, Костик… Ну и мачеха, куда без этой ведьмы?

«Хрен бы с ними», – морщусь как от боли.

Поднимаю глаза к капельнице. Там уже один флакон сменился другим. И фиг поймешь, что именно бежит по вене. Начинали вроде с очистки печени, а что теперь? Не знаю, и знать не хочу. Полностью доверяю Капустке, а сам пытаюсь собрать воедино осколки моей прежней жизни.

Кто решил поквитаться со мной и Радой? До сих пор даже подозреваемых нет. Ясное дело, кто-то из близкого окружения. И цель понятна – бабки Щербетовых.

Сука! Можно подумать, счастье измеряется в деньгах. Да их любой наскирдовать может, было бы желание. Ну или мозги.

«Роба, сынок, ответь», – приходит сообщение от отца.

«Роб, зря ты так реагируешь. Костик прав», – следом шлепается эсэмэска от Стелки.

«Да пошли вы», – сжимаю покрепче челюсти. Сами не дураки, с бизнесом справитесь, а я ухожу.

Постепенно меня морит в сон. Закрываю глаза и тут же вижу какие-то страшные клоунские морды, смеющиеся мне прямо в лицо.

Распахиваю глаза, пялюсь в потолок и лишь к утру засыпаю. Ненадолго. Часа на два. Зато в голове рождается слабое подобие плана.

Мне нужны детективы. Свои. Плюс хакер, способный взломать пару систем. В базу данных «Щербет-Центра» я и по паролю войду на удаленном доступе. А вот в телефонах и ноутбуках милых родственничков я бы покопался.

Стелка с Косом не в счет, папа тоже. Остается его Марина и ее прихлебатели. Плюс наша родня. Кто еще из предполагаемых наследников в нашем ближайшем окружении? Думаю, и не могу вспомнить. Почти весь персонал у нас наемный. Люди за зарплату работают. Безопасники их всех проверяли. Но какая-то сука даже ко мне домой пролезла.

«Стоп!» – останавливаю себя. Ту неделю перед родами мы с Радой отпустили персонал. Готовили сами. Вернее, я готовил. Изгалялся как мог. Стейки делал разной прожарки, придумывал сложные гарниры и заправки к салатам. Мнил себя шеф-поваром.

– Вот разосрусь с олдами, – говорил, имея в виду отца и Марину, – уйду, нафиг, из корпорации. Открою ресторан. Назову его «Мешлен, пять звезд», чтобы сразу был понятен уровень.

Рада смеялась, малыш брыкался. А что еще нужно для счастья?

«Поэтому она и подозревает меня!» – бьет по мозгам ужасающая и в то же самое время совершенно простая мысль. Кто еще был рядом? Кто с рук кормил?

Твою ж мать!

Подрываюсь с кровати, благо все капельницы давно сняли. Но я бы и с ними рванул.

Подскочив к окну, смотрю на больничный двор, от которого веет полной безнадегой. Надо в клинику ехать на Садовническую.

Что там они говорили? Анализы не в порядке?

В утренней хмари витают напряжение и опасность. Оно и понятно. Рядом притаился страшный враг, не пожалевший моего нерожденного сына.