Иммигрантка. Любовные приключения

ТАМИР

Жанна проснулась, не открывая глаз. В ее сознании еще звучал голос ребенка, словно отголосок сновидения. Первоначально она подумала, что это голос ее сына Коськи, который давно вернулся в Москву, но затем поняла, что это был Тамир, сын Камиля стучал в ее дверь и звал ее.

«Джина, Джина… просыпайся, у нас с папой для тебя сюрприз!» – раздался радостный голос, и Тамир вбежал в комнату, сияя от счастья. Жанна открыла глаза, и вместо тишины услышала звуки жизни.

Камиль всегда вставал рано и приучил своего сына Тамира к ранним подъемам. Даже в субботу, когда большинство людей могли бы спать дольше, Жанне пришлось подчиниться этому режиму. Она могла бы спать до десяти часов, но сегодня Тамир был настойчив, и она не могла отказать ему в общении.

«Привет, Тамир. Как дела?» – спросила она, еще полусонная.

«Что случилось? Ты такой радостный.»

«Джина, папа сказал, что мы пойдем гулять», – ответил Тамир и, наклонившись к Жанне, добавил: «Он это делает для тебя.» Почти шепотом он продолжил: «Ты что, Джина, теперь его „гелфренд“, подружка?» – и радостно посмотрел на нее. Жанна улыбнулась и тоже посмотрела на Тамира, вспомнив своего сына Коську, когда-то и он тоже был, как этот мальчик, семи лет. «Как могло так быстро произойти, что сын ее вырос и она не заметила, когда это случилось.» Жанна очень тосковала по своему сыну.

«Нет, Тамир мы с твоим папой, друзья». И она добавила. «Очень хорошие друзья, но ты ему об этом не говори, это наш с тобой секрет, окей.» Ответила ему Жанна тоже почти шепотом.

«Окей, Джина. Ну вставай, мы идем гулять. А куда ты хочешь идти гулять, Джина? Папа сказал, что мы с ним джентльмены, и дадим тебе сделать выбор.» Ребенок задавал не по возрасту, вопрос за вопросом, видно было, он хотел с ней общаться.

«Так Тамир… Куда мы все пойдем… Дай подумать» – Жанна, обняла его, задумалась. Куда бы они отправились? Ей вдруг пришла в голову уютная улочка в центре, где располагалось кафе с вкусными пирожными.

«Есть кафе, это было недалеко Пикадилли.» – сказала Жанна. «А теперь иди сюда, мой джентльмен», – и она начала шутить, обнимая Тамира, который вырывался и смеясь кричал: «Папа, папа, помоги, Джина меня щекочет! Помоги папа!» Камиль зашел в комнату к Жанне и улыбаясь довольный тем, что его сыну весело, спросил ее, готова ли она идти гулять. Жанна знала, что эти два «джентльмена», оба любят ее. И она не могла им отказать, да и приютили они ее.

«Да, пойдем в центр. Там есть маленькая улочка, где я видела уютное кафе. Они готовят вкусные пирожные», – объясняла Жанна.

«Окей, Джина ты нас веди туда. Через час выходим, хватит тебе времени, чтобы быть готовой», – спросил ее Камиль.

«Да, одного часа мне вполне достаточно», ответила Жанна. Тамир

улыбнулся, побежал в свою комнату, и Камиль последовал за сыном, чтобы помочь ему одеться, а Жанна взяла свое серебряное зеркальце на ножке, стоявшее на тумбочке. Взглянув на свое отражение, она увидела круги под глазами от слез.

«Вчерашний слезы», подумала она. Зиби признался ей, месяц назад, что он все еще женат. И с тех пор, мысли не давали ей покоя, и она продолжала размазывать круги под глазами тональным кремом. «Зиби любил меня, это было несомненно», – размышляла Жанна, ощущая горечь предательства. «И его ревность была доказательством этой любви. Но почему же он скрыл от меня свой семейный статус? Ведь он мог признаться в любой момент нашего знакомства. Мы вместе давно.» И Жанна вспоминала тот момент, когда он уезжал в Польшу, якобы навестить родителей. «Он мог бы сказать: „Я еду в Польшу, чтобы развестись“, но слова остались невысказанными.» И Жанна призадумалась, вспоминая, когда у Зиби были, еще возможности ей все рассказать. «После нашего примирения, когда мы бродили по центру Лондона, когда он показывал мне его красоты, и когда мы гуляли вечерами в парке… Он продолжал жить в своем вранье, и я шла за ним, не ведая. Сколько бы это продолжалось, если бы я не заметила его частые игры в „молчанку“ с мобильником? Если бы он перестал любить свою жену, он мог бы признаться мне в этом. Это было бы честно. Но он выбрал все скрыть.» Грусть наполняла ее сердце, когда она задавала себе вопрос: «Почему некоторые мужчины такие? И почему мне всегда „везет“ на таких?» Размышления Жанны были полны непонимания и скрытой боли. «Камиль не такой! Он воспитывает своего младшего сына Тамира, хотя никогда не питал чувств к Анне. Он не предал своего сына, не отдал его в другую семью. Без колебаний он взял на себя ответственность за ребенка и уже больше трех лет самостоятельно его воспитывает.» Ее мысли возвращались то к Зиби, то к Камилю. Она сравнивала двух мужчин, каждый из которых любил ее по-своему.

«А Зиби… Возможно, он любил свою жену. У них было двое детей, и он регулярно ездил к ним на праздники. Но он предал своих детей, не признаваясь мне, что они у него есть. Как это возможно? И как же это гадко!» Жанна, была очень огорчена его поведением. «Допустим, он влюбился в меня, и не сказал своей жене обо мне. Это можно понять… Но сколько бы это продолжалось? Почему у него не было „плана Б“? Почему он не сказал мне, что они разводятся? Трус! Ах, да, вот почему у него не было часто денег – он их отсылал своей семье! Почему он скрывал, куда уходят деньги? Да, Зиби скрывал, что у него есть семья, но все же их не бросил. Он продолжал их материально поддерживать.»

Жанна продолжала размышлять, делая мейкап. Ей стало немного легче, когда появилось хоть какое-то оправдание для Зиби. «Я же тоже поддерживаю Коську… Но как теперь разобраться во всем этом? Может быть, он использовал меня, но своих детей не бросил.

«Как удобно», – мелькнула мысль. В Польше жена… Он поехал, провел время с семьей, а в Лондоне нашел другую, с кем мог погулять, провести время и получить бесплатный секс. Вот гад!… А мне что теперь делать? Он влюбил меня в себя, а теперь женат… Мое сердце тревожится по нему. Он захватил все мое время и пол моего сердца, которое я оставила для него и своего сына Коськи. Как выковырять Зиби из моего сердца? Мне нужно что-то с этим делать, пока я не потеряла себя из-за него»…

«Все, заканчивай свои мысли о нем! Иди гуляй по городу с друзьями Камилем и Тамиром, которые тебя любят и заботятся о тебе», – сказала ей ее отражение, пытаясь успокоить свои ее мысли.

Тамир вновь появился в дверях комнаты Жанны, его руки скрестились на груди в точности как у его отца, Камиля. С легким недовольством в голосе он произнес:

«Джина, ты так долго одеваешься. Я устал тебя ждать! Давай… пошли.» Он взял Жанну за руку и, полный решимости, повел ее к выходу, а затем к лифту. Камилю пришлось ускорить шаг, чтобы не отставать от них.

На улице царила тихая золотая осень, и погода радовала своей ясностью. Тамир шагал быстро, словно пытаясь убежать от учебы и суеты, и особенно он торопился в то кафе, о котором с таким восторгом рассказывала Жанна, обещая угостить их удивительными пирожными. Камиль заметил, что и его настроение улучшилось – ведь женщина которая ему нравилась, была рядом. Они сели в автобус, и Тамир занял место у окна, крепко держа Жанну за руку, не желая уступить место отцу. Камиль, улыбаясь, сел напротив, и в его взгляде читалось взаимопонимание без слов. Обоим взрослым было ясно, что Тамиру не хватает материнского внимания, и в Жанне он нашел близкого человека, который мог исполнить эту роль.

Жанна, видела в Тамире отголоски своего сына Коськи, который так же, как и Тамир, по-детски, проявить заботу о ней. Она отвлеклась от своих мыслей, когда Тамир, переполненный радостью, указывал на что-то за окном автобуса. В эти моменты Жанна вспоминала свое детство и ту пустоту, которую она испытывала из-за недостатка материнской любви. Ее жизнь казалась эхом прошлого, и теперь, будучи взрослой, она вновь сталкивалась с подобной ситуацией, но уже в роли опоры для маленького Тамира. Она чувствовала, как будто она наблюдает за собой сверху, проходя через знакомый жизненный лабиринт, и теперь она ведет Тамира по этому пути, крепко держа его за руку. «Что будет дальше?» – задавалась она вопросом. «Тамир – это не я, и я бы не хотела, чтобы его жизнь была такой же трудной, как моя. Ему не хватает материнского внимания, и эту пустоту нужно заполнить.» Сравнивая Тамира с собой, Жанна вспоминала, как ее отец и бабушка заполняли эту пустоту в ее жизни. Отец водил ее в танцевальный кружок, а бабушка рассказывала ей сказки, которые, как она позже поняла, были историями из жизни ее бабушки.

Камиль помогал сыну Тамиру, но по-мужски, как он сам понимал. В их доме не было женщины, которая могла бы напомнить мальчику о матери. Жанна снова задумалась о маленьком Тамире. «Ему будет сложно во взрослой жизни, если его отец останется один», размышляла она. «Фундамент его будущей жизни заложен сейчас, в детстве, и нужно начинать думать о его будущем уже сейчас.» Тамир прервал ее размышления.

«Джина, пошли скорее, веди нас в свое кафе», – сказал он, взяв Жанну за руку, и торопливо вышел из автобуса, который остановился на площади Пикадилли. Жанна последовала за ним, а Камиль спешил за ними, искоса поглядывая на Жанну, пока она беседовала с его сыном. Они остановились у фонтана на Пикадилли и взглянули наверх, туда, где стоял купидон, держащий лук и стрелу в руках. Жанна задала себе печальный вопрос:

«Этот купидон, разве спрашивает нас, когда целится? Но тут же сама на него ответила: Нет, он просто делает выбор за нас.»

В этот момент Тамир обратился к ним с вопросом:

«Папа… Джина, почему улица называется Пикадилли?» Камиль не смог ответить, он не увлекался историей и архитектурой, и улыбнулся, обращая взгляд к Жанне, будто говоря: «Джина все знает.» Жанна улыбнулась в ответ, поняв его намек без слов. Она немного знала историю Лондона. Перед поездкой в Англию Жанна много читала об этом в интернете. Она посмотрев на Тамира, ответила:

«У этого памятника несколько версий. Я расскажу про одну.»,

– Жанна рассказала им, что прочитала в интернете, немного приукрасив свой рассказ, как это делала ее бабушка. «На этой улице когда-то жил богатый человек. Он зарабатывал миллионы, продавая жесткие воротнички с зубчатыми краями и на шнурках, которые можно было легко снять», – рассказала Жанна, указывая Тамиру на его воротничок рубашки. Он тут же засмеялся и снова спросил:

«А почему улица называется Пикадилли?» – снова спросил ребенок.

«Тамир, его воротнички так назывались, „Пи ка ди л ли“, и улицу так назвали. Он, как богатый человек, затем построил дом на этой улице, и это название за ним „Пикадилли“ осталось. Ты, Тамир, как англичанин, должен это знать», – Тамир, соглашаясь, кивнул ей. Камиль и Жанна тоже улыбнулись, понимая, что Тамир, еще слишком мал, чтобы понимать такие вещи, и они отправились дальше в кафе.

Кафе «Голден Лион» был очень уютным, а его старинный стиль словно переносил гостей в эпоху девятнадцатого века. Маленький Тамир, рванул вперед в поисках свободного столика, опасаясь, что кто-то другой опередит его. Камиль и Жанна, наблюдая за его рвением, не могли скрыть улыбки. Уже за столом, Камиль поделился с Жанной, что «Голден Лион», пользуется популярностью среди местных жителей со средним достатком и что подобные чайные распространены по всей Англии.

«Обычно места здесь резервируют заранее, и в это время чайная обычно заполнена», отметил Камиль.

«Камиль, я уже была здесь однажды с подругой», поделилась Жанна, «мы тоже просто зашли, без предварительного заказа.»

«Джина, вам повезло, как и нам сейчас», улыбнулся Камиль, «мне с тобой всегда везет.» Жанна, отвечая улыбкой на его комплимент, спросила: «А в чем тебе везет со мной, Камиль? Что ты имеешь в виду?»

«Джина, ты только посмотри, какой довольный мой сын Тамир, и мне приятно, что ты с нами. Джина нам повезло, ты с нами», повторил Камиль, и было видно, что не только Тамир был этим доволен. Жанна понимала подтекст его слов, но ей было приятно их слушать. В этот момент Тамир, не выдержав скучного взрослого разговора, вмешался:

«Папа, я хочу те пирожные, где много клубники. Джина сказала, что они вкусные», и он указал на витрину.

«Окей, Тамир. А Джина, ты что будешь? Тут не только чай или кофе можно пить, но и горячее блюда можно поесть, и салаты. Что хочешь, Джина, посмотри в меню», – предложил Камиль, отдавая Жанне меню, в которое он уже заглядывал. Но Жанна сразу ответила: «Я бы взяла то, что и Тамир, пирожное и капучино», и посмотрев на Тамира, который сразу заулыбался, ему было очень приятно, что Джина приняла его сторону. Жанна всегда знала подход к детям, она сама была, когда-то ребенком. И Жанна точно знает, что было бы ей приятно, если бы ее отец или ее бабушка, принимали бы всегда ее сторону.

«Хорошо», – сказал Камиль, и заказал всем пирожное с клубникой и чай для себя и Тамира, а для Джины капучино. Видно было, что Тамиру нравилось сидеть в этом красивом кафе и он то и дело смотрел по сторонам и на всех тех, кто заходил в кафе. Когда вкусные пирожные были поданы, и каждый начал наслаждаться ими, Жанна вспомнила Зиби. Воспоминания о встрече в кафе за Лондоном, в Брайтон, о прогулке по набережной у моря и о красивом старом городе заполнили ее мысли.

«Все начиналось так красиво и волшебно, когда она с удовольствием ела пирожное с клубникой и орехами, которое он ей купил. Она вспомнила, как влюблялась в него все больше и больше, и как это волшебство быстро рассеялось, словно „пшик“ аромата от парфюма, который быстро исчезает.» Слезы невольно выступили у нее на глазах, но она не заметила, что Камиль наблюдал за ней. Он увидел слезу, скатывающуюся по ее щеке, и понял, что, возможно, она вспомнила своего поляка. Глядя на Жанну, он вспомнил свою тоску по Магдалене, когда не мог до нее дозвониться, и боль, когда осознал, что больше никогда не увидит ее. Он уже проходил через это в своей жизни и хорошо понимал страдания Жанны.

Жанна незаметно вытерла слезы и, улыбаясь, посмотрела на маленького Тамира, который с увлечением ел пирожное, выковыривая клубнику. В ее сердце защемило от тоски, она вспомнила своего сына и как бы она хотела, чтобы в этот момент за этим столом, сидел ее Коська, ее любимый сынулечка, который бы так же, как и Тамир, наслаждался бы этим вкусным пирожным, и она бы все отдала за это!

И вдруг у нее возник вопрос: «Почему от меня отдаляются мужчины, и даже мой сынулечка решил покинуть меня?» Взгляд Жанны скользнул по Тамиру и в ее воображении она превратилась в бабочку с ярко-синими крыльями, вспорхнув, полетела к сыну в Москву. Прилетев туда и влетев в окно квартиры, она села на гардину и стала наблюдать за Коськой, который сосредоточенно играл в игру на ноутбуке. Увидев, что с сыном все в порядке, она с облегчением вздохнула и вернулась мыслями в лондонское кафе. Очнувшись от своих мечтаний, Жанна почувствовала облегчение, поняв, что ее сын в безопасности и счастлив, размышляла дальше.

«Если наши мысли материальны, то когда наступит тот момент, когда, реально, просто подумав, можно будет мгновенно оказаться где угодно и получить все, что хочешь?» – И Жанна на минутку задумалась. «Но это невозможно! Мир бы погрузился в хаос!»

…Одна девушка захочет, чтобы ее полюбил парень, который ей нравится, а он, в свою очередь, будет хотеть другую девушку. … А дети? Дети бы наелись всего, что нельзя есть, и заказали бы себе, целую гору игрушек…

А я? И Жанна не раздумывая сказала: Я бы построила приют для кошек и собак, их чаще бросают. И Жанна испугалась своего желания и при этом подумала.«Это сколько земли нужно, чтобы все животные поместились?»

Мысли Жанны быстро сменились, и она улыбнулась, заметила: «Хорошо, что Бог все продумал за нас. И мы живем в этом мире, хотя и нарушаем его порядок, время от времени».

После того как она допила свое капучино, Жанна предложила всем прогуляться в «Грин парке, который располагался неподалеку от чайной. Она любила этот парк за его красивые цветочные клумбы, особенно за розы. Войдя в парк, Жанна сразу направилась к розам и, наклонившись к ним, глубоко вдохнула аромат белых роз, не замечая улыбку Камиля, который наблюдал за ней. Он переводил взгляд с Жанны на сына, тот радостно бегал вокруг клумб, и был в восторге от окружающей красоты. Нагулявшись по Лондону они вернулись домой. Тамир не умолкал, делясь своими впечатлениями с отцом, а Жанна ушла в свою комнату, чтобы отдохнуть и поразмышлять о своем. Лежа на кровати, она размышляла о прошедшем дне и осознала, что волшебство в ее жизни не исчезло, оно просто стало более реальным и осязаемым.

Барселона

Чтобы Жанна не сталкивалась больше с Зиби, ее друг Камиль предложил ей, покинуть отель, и присматривать за его сыном Тамиром, и она согласилась. Днем когда никого не было дома, она уделяла немного времени заботе о себе. Она села, скрестив ноги в позу лотоса, и погрузившись в состояние медитации, старалась сосредоточить оба своих глаза в одной точке, представляя себя у моря. За окном ее дома в октябрьской тишине дунул прохладный ветерок. Погружаясь все глубже в медитацию, она начала ощущать запах соленого моря и слышать приближающиеся волны, разбивающиеся о скалы с громким шумом. Но звуки постепенно утихли, и в ее воображении всплыли образы Барселоны. Там, где она когда-то недолго жила со своим сыном Коськой на берегу Средиземного моря, и там она оставила кусочек своего сердца, понравившемуся ей испанцу.

«Жанна приехала в Барселону на автобусе, так как боялась летать самолетами, предпочитая землю небу. Ее подруга Марина уже не первый год обитала в испанском городе, жила с испанцем по имени Карлос. Связь их окрепла до того, что Марина родила Карлосу сына Дени, и теперь ей нужна была помощь от подруг, выбор остановился на мало ей знакомой Жанне, которая всегда была готова помочь всем, и на тот момент уже была свободная от уз брака.

Марина недолго думая, предложила ей не плохое предложение, приехать к ней в гости, опираясь на то, что сыну Жанны в Барселоне понравиться и ребенок отдохнет от семейных проблем, которые он видел в глазах своей заплаканной матери. Жанне, ее предложение понравилось, но она не смогла немедленно приехать на помощь Марине, и вместо себя она отправила своего сына в Барселону с отцом Марины. Этот добрый человек, тоже испытывающий страх перед полетами из-за своего больного сердца, но жаждал увидеть своего внука, согласился ехать автобусом. Марина с Жанной договорились, Коська, сын Жанны, будет сопровождать отца Марины в путешествии, сообщая по мобильному телефону о каждом этапе пути и о своем самочувствии. С тех пор прошло уже два месяца, как Коська проживал у Марины в Барселоне, ожидая прибытия своей мамы.

Жанна торопилась, и как только она уладила все свои дела на работе к октябрю, она взяла отпуск за свой счет и отправилась в Барселону, чтобы немного помочь подруге и наконец увидеть своего сына по которому очень скучала. В пути Жанна провела более трех суток, наслаждаясь архитектурой городов, которая встречалась по пути. Архитектура Европы была разнообразной и впечатляющей, особенно ей нравились небольшие каменные домики с деревянными ставнями на окнах, пока автобус вез их по Германии Эти милые домики напоминали ей российские деревянные постройки с деревянными ставнями и резными наличниками на окнах. Она улыбалась, сравнивая их сходство.

Несмотря на осеннюю пору, октябрь в Европе был необычайно теплым и радовал ее душу теплом, однако долгая дорога стала утомлять Жанну. Ей было неудобно спать, полу вытянувшись на сиденье, и духота в автобусе начала давить на нее, заставляя ее бояться задохнуться. Но Жанна терпеливо уговаривала себя выдержать еще немного, отвлекая себя, продолжая смотреть в окно автобуса и медленно дыша, чтобы преодолеть свой страх. Наконец ее автобус прибыл в Барселону на Северный автовокзал: Estacioń del Norte.

С первых минут Барселона очень понравилась Жанне, напоминая ей, ее родной город на Каспийском море, с таким же запахом соленого моря и жаркой погодой, она этому приятно улыбнулась, направляясь ко входу на вокзал. На вокзале Жанну встречали ее подруга Марина и ее сын. Жанна, скучавшая по своему сыну, крепко обняла его и не хотела отпустить своего любимого Коську, который находился вдали так долго. Радость встречи была взаимной – сын был счастлив увидеть свою мамочку, которая, без сомнения, могла бы провести с ним увлекательную экскурсию по Барселоне. В то время Коське было уже двенадцать лет, он был полон интереса к новой стране и городу, но за два месяца, что он жил в Барселоне ему никто не уделял должного внимание.

Пока они с Мариной ехали в метро к дому, Коська не выпускал руки мамы, весело рассказывая ей о своих планах на долгожданную экскурсию. Жанна слушала его с улыбкой, восхищаясь его энтузиазмом. Марина молча наблюдала за ними, но как только они вошли в ее квартиру и Жанна уселась рядом с Коськой на диване, Марина тут же поделилась с ней приятной новостью. «Она уже нашла им с Коськой жилье недалеко отсюда и уже внесла депозит из денег Жанны, которые та дала Коське на еду. Поэтому они должны будут переехать через пару дней в другую квартиру», – радостно сообщила Марина. Эта неожиданная новость ошарашила Жанну, ведь она не была в курсе, и только сейчас Марина рассказывала ей об этом, улыбаясь. А сын Жанны был очень рад переезду в новую квартиру, так как устал от строгих правил Марины. Он начал неутомимо рассказывать маме, куда они завтра отправятся, но его планы внезапно прервала Марина, взглянув на сына Жанны с недовольством и стала рассказывать о своих планах для Жанны.

Марина оказалась в трудном положении после возвращения ее отца в Россию, она нуждалась в каждодневной помощи подруги в качестве няни для ее сына Дени. Коська слушая Марину с печалью взглянул на маму, и в эту минуту Жанна тоже посмотрела на сына, сожалея, что они приехали в Барселону, она не предполагая, что ей придется уделять большую часть времени уходу за чужим ребенком, оставляя мало времени своему сыну. Марина искусно скрывала свои настоящие планы от нее. Жанна думала, что придется помогать смотреть за ребенком лишь время от времени, и ее сын тоже будет рядом с ней целый день, но на деле ей придется проводить с малышом целый день, пока Марина будет работать до позднего вечера, а сын Жанны, будет скучать сидя дома один. Жанна почувствовала, что ее доброту. Марина используют лишь в своих интересах. Заметив недовольство во взгляде Жанны, Марина попыталась исправить ситуацию, и как-то «замазать» свой поступок, она решила познакомить Жанну со своей подругой Натальей и они сходят с ней на дискотеку для тех, кому за тридцать. Жанна, понимала, что Марина не может пойти с ней из-за своего ребенка, тем не менее, она согласилась провести время с новой знакомой, радуясь возможности снова почувствовать жизнь в Европе.

Сын Натальи, Олег, был ровесником Коськи, и они уже два месяца дружили, бегая вместе купаться на море и Наталья уже слышала немного о Жанне от подруги Марины, и тоже ждала встречи с новой знакомой. И вот в пятницу после работы приехала Наталья. Несмотря на свой сорокалетний возраст, была симпатичной, высокой черноволосой девушкой, которую Марина назвала сибирячкой. Она протянула Жанне свою руку деловым жестом и оценивающе посмотрела на блондинку, моложе её на пять лет. Марина сказала Натальи, что они с Жанной пойдут на дискотеку вместе и обязательно должны вернутся вместе, так как Жанна не знала Барселону. Все согласились.