- -
- 100%
- +
© Виталий Викторович Абакшин, 2019
ISBN 978-5-4496-9458-4 (т. 1)
ISBN 978-5-4496-9459-1
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
1 часть. Чужаки
Бой
Джамур крался по дикому и темному лесу, осторожно ступая рысьими лапами по сухим веткам и листьям. Его кошачьи глаза с вертикальным зрачком были прикованы к элексу, неслышно плывущему над землей. Если бы не тонкий, на пороге слышимости, звук сервомеханизмов и слабый запах разогретого нанопласта, его можно было бы назвать невидимкой. Элекс двигался осторожно, так, чтобы маскировочный модуль успевал обрабатывать входящие данные и менять окрас под окружающую местность тем самым, обманывая лес. Глазы он не выпускал по той же причине. О преследовании наночеловек пока не подозревал, и это было хорошо. Нельзя было ему дать возможность обнаружить себя, ведь ни одно животное на Земле не бегает, не летает, не плавает быстрее элекса.
Джамур едва не наткнулся мордой на паутину натянутую пауком-затейником, с умилением посмотрел на восьминогого. Отступил на шаг, посмотрел наверх. Легко и бесшумно вспрыгнул на толстую ветку одного из деревьев и продолжил охоту. «Рано или поздно мне придется спуститься на землю, и это будет слишком громко» – озабочено думал Джамур, неслышно переступая по веткам и продолжая наблюдать за элексом. Тот вдруг остановился. Оглядевшись, элекс подвернув ноги, как-то комфортно и устойчиво уселся, образовав что-то вроде конуса. Над его плечом воздвигся скан. Он собирался отдохнуть, заправиться солнечной энергией и выполнить ряд стандартных процедур – просканировать местность и поставить инфракрасную сигнализацию. Знал об этом и Джамур, поэтому он встревожено подумал – «Тогда мне не застать врасплох. Нужно атаковать либо сейчас, либо сидеть в засаде черт знает сколько времени». Джамур сосредоточил мышечную массу, явственно представил себе мощного хищника – амурского тигра. Боль раскаленной волной прошла по суставам, клеткам, костям. Стремительно изменился мир цвета, запахов, звуков. Через секунду на толстой ветви раскидистого дерева вместо рыси сидел огромный амурский тигр. Джамур глухо зарычал и в два прыжка, обламывая ветки, обрушился на элекса. Первым же ударом лапы ему удалось вывести из строя антиграв, который позволял развивать скорость до трехсот километров.
В. Абакшин «Лукавый мир»
«Теперь не сбежишь» – мелькнула самодовольная мысль. Но тут же Джамур оказался сжат в железном захвате рабочих манипуляторов. «Мангуст» – сказал себе Джамур, привычно расслабляя и напрягая мышцы. Едва боль ушла, Джамур выскользнул из железных объятий и развернулся для следующей атаки. Элекс и Джамур оказались лицом друг к другу. Холодные рецепторы элекса взглянули в яростные бусинки глаз полутораметрового мангуста. Доли секунды наночеловеку хватило, чтобы идентифицировать айхэта. В следующий момент он выбросил пять голографических фантомов и осколочную мину. Оба шарахнулись в стороны. Элекс отпрыгнул на добрых десять метров, а Джамур стремительно взлетел на ближайшее дерево. Мина не успела определить цель, и высоко подпрыгнув, взорвалась над головами застывших фантомов.
Джамур выглянул из-за дерева. Едва он успел почуять, откуда идет запах горячего нанопласта, как в дерево ударил лазерный луч, затем еще, еще… «Ах, ты! Разрядился» – только подумал Джамур и, сжав мышцы, повалился вниз. У самой земли Джамур расправил крылья и взмыл в небо. Теперь элекс был практически беспомощен. Без
антиграва и разряженного лазера вступать в бой с коршуном, у которого размах крыльев шесть метров, а когти способны пробить полудюймовый нанопласт, было немыслимо. Поэтому он бросился наутек. Джамур торжествовал. Он упивался скоростью и высотой. Далеко внизу среди деревьев мелькал враг, изредка выбрасывающий за собой фантомы. Лес уже распознал его и улюлюкал вслед, хлеща ветвями. Элекс мчался быстро, невероятно быстро, но уйти от погони уже не мог. Джамур отметил далеко впереди просвет между деревьев – наиболее удобное место для следующей атаки, а еще дальше он увидел город, причудливое сочетание хайтека и нанотехнологий. Туда мчался вечный соперник, там было его спасение.
«Не успеешь» – радуясь, подумал Джамур. Когда момент настал, он камнем упал на противника и лишь в последний миг увидел, что тот бежит не по земле, а по воде. Лес пересекала узкая лента реки. Едва Джамур вонзил когти в спину элекса, его ударил электроразряд, по воздуху и воде прошла странная похожая на спираль рябь. Раздался закладывающий уши хлопок и Джамур потерял сознание.
В. Абакшин «Лукавый мир»
В интернате
Солнце клонилось к закату.
Детский дом-интернат имени Джовохарлала Неру располагался на правом берегу реки Лады. На его территории стоял длинный трехэтажный жилой корпус бежевого цвета и прямоугольное здание столовой под покатой металлической крышей. Строения примыкали друг, к другу образуя букву «Г», внутри которой и расположились придомовая площадка с клумбой, спортивным городком и выцветшим плакатом, на котором можно было разобрать надпись «Пионер – всем детям пример».
Директор детского дома Александр Ряпин с печалью смотрел в окно. Во дворе было пустынно, если не считать пса Тузика, лениво смотрящего на горящий по случаю вечернего времени фонарь. Почти все дети, кроме дежурных и провинившихся за день были «охвачены» кружковой работой, которую проводила неугомонная и чрезвычайно деятельная Марья Никифоровна.
С провинившимися же шел особый разговор.
Александр Ряпин отвернулся от окна и сурово посмотрел на одного из своих подопечных Олега Башина. Тот стоял, насупив брови и отведя в сторону необычные ореховые глаза, демонстрируя всем своим видом неповиновение и протест.
«Не скажет» – устало подумал Александр Евгеньевич, но сделал еще одну попытку:
– Интересно у тебя выходит. Весь день ты был с Сергеем Вязанкиным и Вовкой Кораблевым. В тот же день у Кораблева и у Пашки Нарышкина обнаруживается порядочные «фонари». Под правым и левым глазом соответственно.
Александр Евгеньевич улыбнулся в усы, но так чтобы мальчишка этого не заметил, но продолжил:
– И ты, будучи с ними весь день, не видел, как они подрались?
– Разве они дрались? – удивленно приподняв бровь, спросил Олег
«Сопляк – с восхищением подумал директор – Быстро научился не сдавать друзей». Однако виду не подал, а продолжил свои рассуждения.
– Парадокс. Один говорит, что на пенек упал, а другой о дверь ударился. И оба в течение часа. Как-то не вериться…
Олег скептически промолчал. Он знал, что Вовка и Пашка поругались еще в «крепости», где Вовка начал выдумывать новые правила для московских пряток и не соблюдать их. Пашку это задело… и пошло-поехало. Ну не «стучать» же из-за таких пустяков. Сами разберутся.
В. Абакшин «Лукавый мир»
Олег скосил глаза на часы с электронным табло, те показывали 19. 23, затем на директора. Тот уже не смотрел на него. Директор заинтересованно наблюдал из окна своего кабинета,
как Наташка Березкина раздавала малышам шоколадные конфеты. Откуда они могли взяться у девочки из детдома? Поэтому директор быстро сказал Олегу:
– Иди, партизан. И напомни своим товарищами – вы все сегодня работаете на кухне.
Едва Олег вышел из кабинета директора, его свистящим шепотом подозвал Вовка. Сергей тоже стоял рядом, напряженно вглядываясь в лицо друга.
– Ну чо? – нетерпеливо спросил Вовка и тут же сделал скучающее лицо. Вслед за Олегом на ходу поправляя ворот рубашки, вышел директор. Он скользнул взглядом по троице, усмехнулся своим мыслям и направился во двор детского дома.
Подождав пока директор скроется за дверью Олег мстительно, ответил на вопрос:
– Наряд на кухню
– Тебе? – удивился Вовка
– Нам троим и Пашке
– Блин, значит нас с Пашкой опять на «дискотеку» – расстроено сказал Вовка и, задумчиво потрогав «бланш», грустно резюмировал любимое слово – «Эпик».
Он не любил труд, а особенно «дискотеку» на кухне. Так называли процесс мытья посуды в условиях столовой детского дома.
С тех пор как директором детского дома назначили отставного военного офицера Александра Ряпина тот, организовал на вверенном участке полувоенную дисциплину. Каждое утро здесь проходили построения, а в столовую дети ходили строго по времени. На завтрак давалось 20 минут на обед 30, а на ужин 25. Для тех, кто оказывался в кухонном наряде это оборачивалось бешенным темпом работы. Особенно тяжело приходилось на «дискотеке». Когда поевшие дети, подгоняемые дежурными преподавателями, один за другим бросают разносы с грязной посудой в окно, а два «танцора» принимают её и сразу опускают в горячую хлорированную воду.
При этом кипяток обжигает, а царапины на руках зверски щиплет. Стол быстро заполняется грязной посудой и её нужно успеть перемыть всю до тех пор, пока вода не остыла. Иначе придется отдирать жир в холодной воде, ведь горячую воду в столовую дают только три раза в день – на завтрак, обед и ужин.
В. Абакшин «Лукавый мир»
Вовка с поразительной отчетливостью представил – как они с Пашкой с ненавистью трут сальными тряпками жирную посуду, как неприязненно переглядываются, как усталые и унылые плетутся после кухонного наряда к своим кроватям.
Ровно в 20. 00, Пашка, Вовка, Олег и Сергей пришли принимать столовую. Их с радостью встретил хулиган и лентяй Борька Морошко. C выпущенной из штанов рубахой, с торчащими со сна волосами и оттиском ладони на правой щеке, видно Борька только встал, он, счастливо улыбаясь, встретил смену:
– Ну, наконец-то. Подмога нам. – сказал Борька.
Сергей с неприязнью смотрел, как Борька идет к ним. Широкий в плечах с брюшком и огромными кулаками, он был самым сильным в детском доме. Учителя никак не могли с ним сладить. Учился он с ленцой, работать не любил вовсе. За то подраться и побузить был мастак. Единственную слабость, которую смогли использовать педагоги борькину любовь к еде. Его направили в столовую, где у хулигана открылся талант толкового руководителя (есть подозрения, что к осмыслению своего места в жизни его подвинула Марья Никифоровна) – легко добивающегося чистоты и порядка в столовой. Попасть под начало к Борьке означало только одно – выполнять свои обязанности в наряде придется очень тщательно и качественно. Иначе можно познакомиться с его кулаками.
– Эй, суслики. На выход – крикнул Борька.
Из дверей столовой усталые, но довольные потянулись четверо детдомовцев. Они прошли мимо, и Олег сморщился от их запаха. От них пахло грязной водой и потом.
– Ну, идем смотреть – сказал Борька и первым вошел в столовую. Остановился в дверях и, полуобернувшись, сказал – Завтра после обеда я вам лодку дам и удочки. Рыбы для малышей наловите.
А между тем, пока Борька с гордостью показывал сверкающую чистотой столовую четверке провинившихся, Александр Евгеньевич разбирался, откуда на территории детского дома возникли дефицитные шоколадные конфеты. Критически усмехаясь, он слушал сбивчивые объяснения Березкиной:
– Там человек, такой как кошка, только большой и робот в шляпе – тараторила Наташка, удивленно задрав брови и тараща бледно-голубенькие глазки – Они мне четыре кило конфет дали и сказали, чтобы я их непременно в детском доме раздала.
В. Абакшин «Лукавый мир»
На реке
Олег вынес экран за борт и осторожно опустил в воду. Накрошив хлеба, он, устроившись на корме, принялся наблюдать, как несмышленыши-мальки собираются у крошек. Вот уже третий год он жил этой жизнью. Хорошо, что появились друзья, иначе пришлось бы туго. Они подружились неожиданно, хотя и были уже немного знакомы. В первый месяц, после того как Олег попал в детский дом, он как-то повздорил с одним из местных мальчишек Толькой-Каратистом, живущим в близлежащей деревне Верхние Горки. Толька вовсе не был каратистом, но думал, что очень красиво машет ногами. Наверное, ему очень хотелось продемонстрировать это новичку из детского дома, поэтому он с друзьями подкараулил его. Дело было поздним летом. Олег возвращался в детский дом с корзиной яблок, выданной шефствующими над сиротами садоводами. Толька и трое его друзей встретили его на полпути, между колхозным коровником и старым заброшенным домом.
– Салют, сиротка – с издевкой сказал Толька. За его спиной стоял сероглазый крепыш. Чуть поодаль двое насупившихся мальчишек немного помладше Олега.
Бросить корзину с яблоками и бежать Олег не мог, поэтому он принял драку. Горе-каратисту он первому расквасил нос, но с крепышом, который, по-видимому, занимался боксом, справиться не мог. Пару раз, словив опасный хук слева, Олег начал держать дистанцию. Но когда в драку решили вмешаться двое остальных, уже подумывал о дипломатическом разговоре. В этот момент за его спиной и прозвучало:
– Наших бьют!
Вовка и Серега налетели на деревенских, словно буря… Исход сражения был предрешен.
А после драки, отсмеявшись над противником, ребята решили впредь в Верхних Горках держаться друг друга.
Он с улыбкой посмотрел на длинного, нескладного Вовку Кораблева с непокорными торчащими в разные стороны вихрами волос, славящегося своей изобретательностью и красноречием. Приземистого, основательного Серегу, у которого была шея борца и хмурый взгляд карих глаз.
Такие же тринадцатилетние мальчишки как он сам. Они все даже одеты были одинаково, – в поношенные джинсы и выцветшие майки с блеклыми надписями. Олег задумался – как они относятся к нему. Что считают интересным? Он вспомнил, как рассказал друзьям, о листе Мебиуса, остроумной научной шутке математика – в котором фигура имела одну
В. Абакшин «Лукавый мир»
сторону. С тех пор он не раз блистал различными техническими познаниями, почерпнутыми в журналах «Юный техник» и «Техника молодежи», чем, скорее всего и снискал себе уважение друзей.
Солнце входило в зенит, раскаляя прибрежный песок. Но от речной проточной воды шла спасительная прохлада. На душе было спокойно, безмятежно, задумчиво. Резиновая лодка мягко покачивалась на волне, усмиряя мысли. Олегу почему-то вспомнилась мама, ее
ласковое прикосновенье и улыбка. Появилось странное ощущение, будто она совсем близко. Олег даже ощутил ее запах – молоко с лавандой. От неожиданности он осторожно и недоверчиво огляделся. Он вдруг задумался, что все реже и реже вспоминает ее. И чем реже, тем острее и ярче память рисует образ самого любимого человека. Олег из всех друзей был, пожалуй, самым счастливым и самым несчастным. Только он помнил, что такое материнская ласка и знал каков он – семейный дом. Олег оказался в интернате в десятилетнем возрасте, после того как его родители погибли при взрыве жилого дома. Непонятная и какая-то казенная фраза «террористический акт» для Олега навсегда стала ассоциироваться с двумя закрытыми гробами.
– Олег уснул, что ли? – спросил Сергей, удивленно округлив карие глаза и перебирая заготовленные удочки – Доставай экран
– Обленился совсем – поддакнул Вовка, приоткрыв полусонные очи. Сам он лежмя лежал вот уже битый час, и на призывы принять участие в рыбалке отвечал, что совершать в жизни нужно как можно меньше движений, чтобы не нарушать равновесие во Вселенной. Когда же его предупредили, что он не получит рыбы, с легкостью согласился с этим и теперь следовал своим принципам. Минус был лишь в одном – Вовка маялся скукой и страстно желал затеять какой-нибудь спор.
Олег, молча, достал экран и стал выбирать мальков. Сергей, так же молча, помогал ему. На Вовку они не смотрели.
– Изверги – с чувством сказал Вовка – Мучители рыб. Как можно на крючок такую малютку?
Он вздохнул и, свесившись с борта лодки, стал разглядывать заживающий «фонарь», отражающийся в водном зеркале.
Проигнорировав замечание друга, Сергей, насадив малька на крючок, забросил самодельную удочку. Он мысленно прикинул, сколько у него времени. До полдника оставалось немногим больше трех часов. Если им за два часа удастся поймать хотя бы три
В. Абакшин «Лукавый мир»
килограмма рыбы – повара приготовят для младшей группы наваристую уху. А если клев будет хороший, то вполне возможно и самим можно будет приготовить что-нибудь вкусное. Сергей представил жареную рыбу в эклере, затем запеченную в фольге, как учила повариха тетя Глаша. От воображаемой еды заурчало в животе.
В следующий миг произошло что-то непонятное. Сергей только успел уловить странное кратковременное движение воды, словно кто-то неведомый в доли секунды огромной ложкой размешал, раскрутил вокруг лодки невероятной силы водоворот. Вода стремительно вздыбилась стеной брызг. Раздался резкий хлопок…
– Вы видели! – услышал голос Олега Сергей.
В. Абакшин «Лукавый мир»
Вход
Сергей открыл глаза, он ничком лежал на дне лодки, рядом с ним сидел Вовка и крутил головой, словно пытался стряхнуть пыль. Похоже, они оба ненадолго потеряли сознание. До Сергея донесся плеск воды, и он сразу вспомнил об Олеге. Рывком, встав, он, чуть сам не повалился за борт – в голове будто взорвался фейерверк. Преодолев себя, он подполз к борту, перегнулся и увидел друга. Олег с трудом держался на плаву. Сергей нашарил одну из удочек и протянул ее Олегу. Когда тот ухватил удилище, Сергей окликнул Вовку. Вместе они втащили Олега в лодку. Спасенные мешком сполз по краю борта, судорожно откашливаясь и отхаркиваясь.
Некоторое время все трое, тяжело дыша, молчали.
– Что случилось? – первым спросил Вовка – Тайфун, смерч? И вообще – где мы?
Только тут Сергей заметил, что они находятся в незнакомом месте. Правый берег был совсем близко и он разительно отличался от того с которого пару часов назад они
сталкивали лодку. Вместо голого поля, на этом берегу стоял дремучий ельник. На левом как раз на том месте, где должен был виднеться интернат, за рощицами угадывались очертания большого, странного города, словно плывущего в жарком знойном мареве. Кузнечики пели свой стрекот. Было душно. Пахло прохладной проточной водой вперемешку с густым хвойным духом.
С трудом, оторвавшись от созерцания необычного пейзажа, Сергей посмотрел на Олега, пытаясь вспомнить что-то важное. Но в голове был какой-то сумбур, невнятные обрывки мыслей и образов – «рыба в лодке, тетя Глаша, Борька со сжатыми кулаками». Тогда он махнул рукой и недовольно скомандовал.
– За весла и к берегу.
Вместе с Вовкой они в пять взмахов доплыли до левого берега. Втащили лодку на песок и, сойдя на твердую землю, сразу посмотрели на город. Тот нависал невероятным сюрреалистическим пейзажем. Огромные пирамидальные здания перемежались с плывущими близ них кубами и параллепипедами, а ниже все здания были увиты тонкими серебристыми лентами затейливых эстакад.
В. Абакшин «Лукавый мир»
Было в городе что-то ненормальное, несуразное. Друзья напряженно вглядывались в необычный пейзаж, пытаясь сообразить, что именно не так. Первым понял Вовка.
– Здания не касаются земли – сказал он, знакомо прищурив зеленый глаз.
– Они стоят на прозрачном материале – предложил свою версию Сергей.
– Или они подвешены к чему-то – возразил Олег.
– Или они легче воздуха – высказал свою догадку Вовка.
Друзья посмотрели друг на друга с понимающей улыбкой. Они часто спорили, отыскивая истину. И, наверное, из-за этого они всегда были интересны и новы друг другу.
Сергей вдруг вспомнил, что хотел спросить.
– Олег, а чего ты орал «Вы видели»?
– Да там… во время… ну когда мы в водоворот попали – неопределенно пожав плечами, с сомнением сказал Олег – Над нами какая-то птица размером с нашу лодку, человека клевала, а тот ее молниями бил.
Вовка и Сергей весело заржали. Но вскоре поутихли, приуныли. Олег не умел врать. Когда эта мысль пришла в голову Сергею, он скис.
– Долго это продолжалось?
– Полсекунды. Трудно сказать человек как то странно блестел – как хромированный
– А птица? – спросил Олег
– Здоровущая. Орел размером с аэроплан
Друзья переглянулись.
– Ладно. Оставим в загадках. – решил Сергей – Нужно подумать, что делать дальше.
Приблизительный план уже сложился в голове – добраться до города, выяснить, кто тут живет, и найти способ вернуться в интернат.
Вряд ли их могли хватиться, ведь прошло не больше пары часов. Последняя мысль показалась Сергею сомнительной – его не отпускало ощущение, что он очень далеко от интерната. Сощурив глаза, он посмотрел на город – «Километров пять по прямой» – подумал он – «Имеет смысл сначала отдохнуть, затем – в путь».
– Передохнем и в путь – устало сказал он и уселся на борт лодки.
– Нужно перекусить – предложил Олег. Он снял вымокшие джинсы и майку и остался в черных широких детдомовских трусах. Затем развесил верхнюю одежду на борту лодки и, порывшись в карманах, достал перочинный нож и заявил:
– Нарежу прутья, а вы пока рыбу поудите.
В. Абакшин «Лукавый мир»
Спустя час на берегу весело трещал огонь, а мальчишки расположившись вокруг него, готовили рыбный шашлык – блюдо, которое придумал когда-то сообразительный Вовка. Когда оно подоспело мальчишки, спеша, как все подростки, принялись, есть, изредка перебрасываясь фразами.
– Жаль соли нет – обдувая хрустящую запеченную рыбку, заметил Вовка
– Тут так много рыбы – заметил Сергей, тщательно поворачивая в костре ветку с насиженным окуньком – Можно руками ловить
– Мы, наверное, в прошлое попали – пробуя откусить плавник, предположил Вовка – Места дикие, рыбаков нет…
– Ага, в прошлом такие города были… – саркастично заметил Олег
– Ты бывал в прошлом? – сразу взвился Вовка.
– Сейчас пойдем и выясним, нечего понапрасну спорить – отрезал Сергей.
Внимание друзей привлек далекий шум. Они повернули головы на звук и обомлели – над дремучим лесом, мягко покачиваясь, вздымалось исполинских размеров дерево. Мальчишки сидели на высоком берегу, и им было отчетливо видно как от дерева, кажется, это был исполинский дуб, лес подрагивая и скрежеща, опадал концентрическими кругами. Дерево росло на глазах. Вскоре его крона скрылась в кучевых облаках.
– Ого! – вырвалось у Вовки.
В. Абакшин «Лукавый мир»
Засада
К-890 оглядел место дислокации и еще раз похвалил себя за выбор. Перед ним простиралась степь с пологими холмами, дальше блестела полоска реки и темный лес. Слева и справа было редкое легко просматриваемое редколесье. Сам же он словно паук притаился в убитой железом роще, включив все рецепторы, датчики и локаторы. Беспокойство вызывал тыл, но там К-890 поставил три бегающих мины и тепловую нанокамеру «Ни один хэт не пройдет» – тешил свое честолюбие элекс – «Если же он вдруг вздумает пройти, тут буду я. Встречу…». От полноты чувств и собственного коварства К-890 поерзал. По его телу пробежала цветовая волна, на миг обозначившая маскировочный окрас. Затем элекс замер, вслушиваясь и всматриваясь в знойное марево, плывущее перед ним. Чтобы не скучать, он нашел любимый инет-канал, на котором новички высаживались на неизвестные планеты. Но одним глазом следил за окружающей обстановкой.
Он увидел их приблизительно через два часа, и сразу отключившись от развлекательного портала, принялся наблюдать за ними. Их было трое, и они не были хэтами. Из глубин памяти выплыло незнакомое слово «дети». Элекс просмотрел информационный блок, который был сплошь напичкан устаревшими малознакомыми словами – «родители, семья, папа, мама…». К-890 еще раз посмотрел на мальчишек. Самый высокий был метр сорок три, и справиться с ним было бы очень легко. К-890 недовольно сморщился – добыча была слишком легкой, поэтому, немного поразмыслив, охотник решил усложнить себе задачу – взять экзотический трофей и похвастаться им.
Вовка, Олег и Сергей шли молча. Каждый думал о своем. Вовка размечтался о том, что если бы они оказались в далеком прошлом – то они, как пришельцы из будущего делились бы знаниями с предками и вообще поучили бы их уму-разуму. Олег вспоминал недавно увиденную птицу и с восхищением прикидывал ее размеры, вес. Сергей же пытался ответить на вопрос – как и где они оказались? – местность была неуловимо знакома и вместе с тем совершенно иная, словно «постаревшая». Напрашивались разные
выводы – либо они перенеслись во времени, либо как-то очутились в одном из параллельных миров, либо оказались на другой планете. Хотя последнее выглядело самым маловероятным, ведь планеты не могут так походить друг на друга». Сергей шел спокойным размеренным шагом временами поудобнее перехватывая удилище и осматриваясь. И вдруг остановился как вкопанный.