Истома. Поэтический сборник – III

Кузнец

В селе когда-то жил один кузнец.

За крошечную плату – наконец —

Стажёра нанял, хоть и был тот молод,

И молвил:

– Вот, держи кузнечный молот,

И лишь я выну чурку из печи,

Сложив на наковальню булавой,

Затем кивну легонько головой —

Тогда по ней ты молотом стучи.

Слова смекнул по-своему юнец.

В селе когда-то жил один кузнец…

Убирайся

Я домой вернулся к часу ночи,

Пробка несусветная на трассе,

Так устал с дороги – нету мочи,

Дак ещё мне с ходу:

– Убирайся!

Я с женой не спорил, потому как

Слишком грозны зубы у пилы,

И провёл остаток ночи в муках:

Вытер пыль, подмёл, намыл полы…

Ох уж эти праздники

Ох уж эти праздники, подарки,

Сёмга, бутерброды, оливье,

Сладости, печенье-куравье,

Вина: каберны, мерлы, кадарки, —

Столько угощений не приснится!

Но удастся ли нехитрый трюк:

Застегнуться пуговице брюк

В зоне поясницы…

Друг

Человек человеку не спора,

Человек человеку не пыль, —

Человек человеку опора,

Человек человеку костыль.

Всё на месте: и ноги, и сердце;

Всё при мне: голова, пальцы рук…

Просто тянет порой опереться,

Если рядом находится друг.

Сатия

Как-то знакомиться стала на сайте я,

И назвалась опрометчиво: «Сатия».

Первым нелепейшим воспоминанием

Стоит отметить знакомство с Онанием:

С ним, если честно, пошла бы на танцы я,

Но между нами осталась дистанция —

Мы попрощались. И в горькой утрате я

Встретила следом на сайте Кондратия,

Но не боясь опуститься до низости,

Он намекнул о физической близости.

Помнится, позже до чёртиков пьяная

Грубо с размаху послала Бояна я:

Он всё пытался шутить, но не весело —

Я же ему оплеуху отвесила.

Далее утром в недуге похмелия

Сдуру сама написала Емеле я;

Тысяча фото: пейзажи, природа вам, —

Но интеллектом едва ль изуродован

Был он. А после в истерике, в психе я

Разом отшила Гвидона, Евпсихия

И Калистрата… В каскаде имён

Каждый своей е___цой заклеймён.

Права

Не дай понять мужчине,

Что ты умней его,

Не то падёшь в пучине

Бахвальства своего.

Взахлёб, неутомимо

Проигрывая спор,

Пройдёт мужчина мимо,

Вручив тебе топор, —

И будешь ты отныне

Сама колоть дрова

И жечь огонь в камине

За то, что ты права.

Девчонка-чума

Девка-торнадо, девчонка-чума, —

Как же ты мне умудрилась понравиться?

Связан, как сеткой по имени рабица:

Я – без балды – от тебя без ума!

Девку-торнадо, девчонку-чуму

Я обожаю не в меру без памяти;

Нотки волнения, приступы паники…

Как я попался в силки? Почему?

Как же ты стала девчонкой-чумой?

Или же ты чумовая с рождения?..

Ты возжелание, ты наваждение,

Как аппетит, как омлет с ветчиной!

Как же я жил без девчонки-чумы?

Сколько напрасно потеряно времени?

Ну же, скорее возьми на ковре меня…

Шутка! Но есть ли чумнее, чем мы?..

Дева с ником «Чаровница»

(Циник):

Дева с ником «Чаровница»,

Как приятна – Боже мой! —

Красит брови и ресницы —

Высший класс! А у самой…

Скрытый профиль на странице,

И живет в Дубне – не в Ницце,

Не царица, не княжна,

Не властительница судеб, —

Да кому же ты нужна!..

(Чаровница):

По себе людей не судят.

Людишки

Меня раздражают людишки за то,

Что их аксиома морали пуста, ведь

За коим-то чёртом я вынужден ставить

Всегда и везде на сигналку авто;

Я вынужден прятать в карман кошелёк,

На ключ запирать почему-то квартиру…

Не ставьте на веру намёк и сатиру —

Заблудитесь в дебрях моих подоплёк.

Завяжем узлом бельевую тесьму

Приземистой темы отжатого кошта1;

Меня раздражают людишки за то, что

Чужого я сам никогда не возьму.

Выходные

Выходные – пора лоботрясов и пьяниц

С непосредственным видом квашни,

Как уныло бы было ленивым без пятниц,

Пережившим рабочие дни;

На насущные темы под хмелем глаголя,

Им непьющими больше не стать.

Я так много читал о вреде алкоголя,

Что решил таки ж бросить… читать…

А завтра будет день опять

А завтра будет день опять —

Подъём в четыре сорок пять,

Стакан воды, зарядка, душ,

Наесться не мешало б уж,

Чтоб на день сил хватило мне

В мирской рабочей беготне.

Берусь будильник завести

(Ведь на работу к девяти),

Но лень противится внутри

И ставит «восемь сорок три».

Каждого вижу

Каждого вижу и рад, что знакомы!

Вы не сидите без дела: рисуете,

Пишете, шьёте, поёте, танцуете,

Жмёте железо, зубрите законы;

Кто акварелью малюет картины,

Кто сочиняет простые мелодии,

Кто поднимает вопрос о бесплодии,

Кто отвлекает постóм от рутины,

Кто постигает азы фотошопа…

Гуру, таланты, спецы́, дарования!

Даже неловко: в сравнении с вами я

Просто бездарно-ленивая _опа!

Выгляжу устало

Внешность пельменя́,

Выгляжу устало, —

Старость и меня

Клюшкою достала.

С видом «иди на»

Быть собой не трушу;

Где-то седина

Вылезла наружу.

Выпуклый живот,

Ряха бородата, —

Я уже не тот,

Коим был когда-то.

Я уже другой, —

Не такой как прежде;

Сам себе изгой

В скомканной одежде

С пачкой сухарей

На прогулке в сквере:

«Только не жирей —

Помещайся в двери», —

Сам себе шепчу,

Обжираясь тихо…

(Неуд. рифмачу

За такое стихо).

Свидание

Ты не явилась на наше свидание

И не сказала, что ты не придёшь;

Разница возраста – не оправдание,

Что за дурная пошла молодёжь!

С натиском ветра, влиянием холода

Рьяно боролся часа полтора;

Может и я недостаточно молод, а

Может и ты не настолько стара!..

Заплатки

Заплатки на локтях у пиджака

Зачем-то пришивают до того,

Как мелкие потёртости слегка

Коснутся мешковатых рукавов;

А джинсы вместе с тем наоборот,

Без лишних порицаний и хулы,

Пустила мода рваными в народ,

Как будто ими драили полы!

Тогда, в уме раскручивая трюк,

Покуда в тренде нищенство и тлен,

Заплатами обшить штанины брюк

Сам Бог велел на уровне колен;

А шубу сдобрить плешью заодно,

Как будто моль прокралася в комод…

Вот, чую, словно тащит нас на дно

Какой-то там законодатель мод.

Признаки женской измены

«Сенсация: найдены признаки женской измены!» —

Какой-то психолог от Бога, как есть – не таясь —

Поведал секрет

(приготовьтесь, грядут перемены,

Когда выявлять вас научат распутство и грязь)…

Итак, попрошу тишины в предвкушающем зале;

А признаки эти

(я плакал, когда прочитал):

• Когда рогоносцу открыто об этом сказали;

• Когда рогоносец с любовником даму застал.

Накрутила-навертела

Мне вопрос, как ультиматум,

Щекотливый задан был:

– Если ты бы был женатым,

То со Мной бы изменил?

Я сказал:

– Да нет, наверно, —

Словно мучимый виной.

Ты ж в ответ высокомерно

Уточнила:

– Так со Мной!

– Может быть…

Неумолимо

Прилетело в тот же миг:

– Ах ты гадкий кобелина,

Мерзопакостный блудник!..

Накалилась до предела —

Крыша съехала, поди,

Накрутила-навертела,

Словно прядь на бигуди.

Женюсь

Не счесть красивых дев до упоенья:

Маришек, Анек, Яночек, Женюсь, —

И дёрнул чёрт меня без утаенья

Воскликнуть вслух беспечное:

– Женюсь!

И тут какой-то парень в стороне

В ответ промолвил:

– Только не на мне.

Я бросил пить

Я бросил пить еженедельно,

С куреньем тоже завязал,

Питаюсь сытно и раздельно,

Таскаюсь в тренажёрный зал;

Пью сок, отжатый из моркови,

Забыл семейных докторов, —

И если откажусь от кофе,

То стану слишком уж здоров!

Прощай

Однажды я оставлю кабинет,

Спасаясь от рабочего завала;

Приду домой, а там Тебя уж нет,

Как будто бы Тебя и не бывало!

Приближусь опечаленно к окну

С лицом окаменелого фантома,

Подумаю: «Идти за Ней?» – вздохну

И, голову склоня, останусь дома.

Налью горячий кофе или чай,

Держа себя в руках упрямо, стойко,

И вслух скажу:

– Ну что ж, тогда прощай,

Моя животворящая Настойка.

Озорник

Что поник, озорник?

Не реви —

Се ля ви;

Волчий вой

Не впервой,

Дикий гам —

По мозгам.

Каждый раз

Без прикрас:

Как всегда

Кто куда, —

В мире грёз —

Не всерьёз,

Что ни день —

Дребедень.

Наконец,

Сорванец,

Горечь ты

На мечты

Променял

И поднял

Четвертак

Не за так.

Только вновь

Не злословь,

Стань собой —

Скоро в бой,

Ведь эфир

Не кефир,

А прокисш

Всё-таки ж…

Даже если

Даже если ты не в духе,

Даже если и хондроз,

Даже если ты к подухе

Основательно прирос,

Даже если боль и спазмы

Привели к упадку сил,

Где заведомо не спас бы

Ни коньяк, ни «нимесил»,

Даже если ты безволишь

Без того с ленцой мозги,

Даже если ты всего лишь

Утром встал не с той ноги, —

Сделай вид, что всё в порядке,

Притворись, что невесом,

И когда-нибудь из тряпки

Станешь бодрым огурцом.

Искусство

Искусство – как сон для простого народа,

Как день или ночь, как весна или осень,

Как небо, как ветер, как вдох кислорода,

Как дождь или солнце для яблонь и сосен;

Как вид из окна для квашни-домоседа,

Как час гробовой тишины лежебокам,

Как запах цветов, как ночная беседа

Служителя церкви с невидимым Богом.

Оно для потерянных служит радаром, —

А плату с несчастных взымать неуместно,

Искусство должно создаваться за даром,

Как звёзды сияют для нас безвозмездно;

Вся суть подаяния – в самоотдаче

По строгости древних обычаев Спарты,

Но если вдруг кто-то считает иначе,

Донаты – по номеру банковской карты:

№ 2202 2032 3363 4296

Два волкодава

В душе человека, пылая огнём,

Бытует обычай – дрянная забава, —

В отчаянной схватке и ночью, и днём

Грызутся за первенство два волкодава.

Один – квинтэссенция2 сущего зла,

Другой воплощение чистого блага, —

И оба способны всё выжечь дотла

Пылающим факелом белого флага.

Суровой, жестокой, свирепой борьбе

Не будет конца, как не будет и края;

Два зверя живут и во мне, и в тебе,

Друг друга неистово в кровь раздирая,

И думать, что сам по себе аппетит

Помалу исчезнет – неправильно в корне ж!

В конечном итоге лишь тот победит,

Кого непрестанно и вдоволь ты кормишь.

На просторах интернета

Как-то на просторах интернета,

Где сердец потерянных причал

Тонет в море грёз на пике лета, —

Я тебя нежданно повстречал;

По единой воле наших судеб,

С опытом и стажем в ряде школ…

Что-то, может, с этого и будет —

Я ж не просто так тебя нашёл!..

Пой

Пой, поправ тоски печать,

Пой воздушно, филигранно;

Пой, заставив замолчать

Всех клиентов ресторана.

Пой негласно тем двоим,

Что за столиком напротив,

Чистым пением своим

Сущность их облагородив.

Пой степенно, не спеши,

Пой не громче децибела;

Пой всем сердцем, от души,

Как ни разу ты не пела!

Пой, божественный мотив

В совершенстве воплотив…

Ползком по скальной тверди

Ползком по скальной тверди к переменам

Влачился он при внешнем виде хилом:

«Не быть мне выдающимся спортсменом,

Но мне другие лестницы по силам».

Рождённый быть бесформенным, безликим,

Убогим, слабым, немощным, отсталым, —

Он так тянулся к сильным и великим,

Что сам незнамо как, но всё же стал им.

Стальная твёрдость духа, сила воли

Способны поместиться в жалком теле,

А многим изрыгать хулу юдоли

Милее, чем поднять свой зад с постели;

Но Ты, я знаю, сможешь, мой кумир,

Стать лучше, сделав ярче этот мир!

Она моя!

– Она моя! – вскричал один главтрах.

– Моя! – взревел другой, поставив точку.

Тогда же первый, нагоняя страх,

Из ножен вынул острую заточку —

Второй достал откуда-то топор…

А ловкая красавица-зазноба,

Решая зарубить горячий спор,

Промолвила:

– Идите к чёрту оба!

Муза

Причалюсь кормой на уютный диван

С пузатым бокалом кофейного смузи

И в неге принятия солнечных ванн

Подумать изволю о творческой музе.

Она ж, ненароком, заглянет на чай,

Нахлынет волною девятого вала

И так же исчезнет затем невзначай,

Как будто в помине её не бывало…

На кой нам знать

На кой нам знать, что видел Ахиллес,

В каких дремал аллеях кипариса,

В какой ходил по разным нуждам лес

И где нашёл конец от стрел Париса…

На кой нам знать, что видел Пифагор,

Порфирий, Аристотель, Марк Аврелий, —

Ведь нам у нас и так хватает гор,

Калмыкий, Ингушетий и Карелий;

Игольный мыс, Приленское плато, —

Пытливый пилигрим, влекомый жаждой,

Бывал везде! Но это всё не то…

А знаете, что видел в мире каждый —

Без малого в буквальном смысле Все,

От курда и таджика до саксонца,

Во всех эпохах, в каждой полосе!

Огни далёких звёзд, луны и солнца.

На дальней планете

На дальней планете созвездия Лира

Живут наблюдатели дивных стихий

Иного духовно прекрасного мира

И в данный момент сочиняют стихи,

Глаза устремляя в бездонное небо,

Где солнце не ярче обычной звезды,

Лишённые зависти, злобы и гнева,

Без желчи, взаимных обид и вражды.

Для них термоядерная батарейка

Огромная Вега – как Солнце для нас;

Согласно логической формуле Дрейка3:

Этнических групп вне Земли не одна-с.

Гипотезы, дроби, антье4, логарифмы…

На самом же деле вас может не быть,

Но если вы есть и слагаете рифмы

То, верно, умеете тоже любить.

Per aspera ad astra

Для нас, увязших в диком произволе

С масштабами от Альф и до Омег,

По прихоти всемилостивой воли

Пришла зима, и выпал белый снег…

А Некто точит огненную льдину

Скульптуры занебесного дворца

Во славу молодому паладину,

Который славил гении Творца;

И памятник создав не для декора,

Используя в разнос обойму фрез,

Он холодно зевает, словно скоро

И вовсе потеряет интерес…

А мы себя ведём, как будто Дома,

Но надо бы – как будто мы в Гостях,

Чтоб к участи Гоморры и Содома

Не стать текущей драмой в новостях;