Подпространство. Битва за цивилизацию!

© Иван Викторович Докшин, 2018

ISBN 978-5-4490-6046-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Предисловие

Ночная смена! Обожаю работать в ночную смену, начальство предпочитает проводить это время суток в уютной постели. Разгрузок и погрузок тоже не бывает. Так что можно работать так, как тебе нравиться и не нужно подстраиваться под общий распорядок. Есть только ты, пара коллег, несколько работающих станков и полусонный охранник, умилённо читающий очередной любовный роман у себя в кибитке. Но, к сожалению, эта идиллия закончится раз и навсегда, ровно через двенадцать часов. Наш маленький заводик объявили банкротам и с завтрашнего утра мы все становимся безработными. Хотя многие из моих коллег уже позаботились о своём трудоустройстве. Многие, но не я, мне почему-то захотелось устроить себе небольшой отпуск. Хорошенько отдохнуть, возможно, даже куда-нибудь съездить и только после этого начать поиски новой работы. Но это всё в будущем, а пока нужно отработать свою последнюю смену на любимой работе. Попрощаться со своим станком, пожелать удачи коллегам и конечно, в последний раз попить чаю с нашим охранником. Что, собственно говоря, я и намеревался сделать, когда меня посетило странное чувство. Буквально на несколько секунд я ощутил на себе чей-то пристальный взгляд. Мне даже померещилось, что наверху, где-то под самой крышей, кто-то прячется. Но осмотрев все балки и перекрытия очень внимательно, я убедился, что всё это мне только кажется. Всё-таки тяжело расставаться с местом, где проработал не один год, даже воображение разыгралось. В общем, списав всё на расшатанные нервы, я отправился в будку охраны. Но не успел сделать и пары шагов, как вновь почувствовал на себе чей-то взгляд. Я не знаю, с чем это было связанно, но тогда я был точно уверен, что за мной кто-то наблюдает! Мне не было страшно, я не чувствовал угрозы, даже наоборот. Я знал, что этот, кто-то не причинит мне никакого вреда.

Глава 1. Институт

Что ж, пора представиться. Меня зовут – Георгий Крымский или просто – Гера. Почти образованный, практически симпатичный молодой человек. С недавнего времени безработный, или как сейчас принято выражаться – нахожусь в активном поиске.

Родился я в прекрасном городе Омске, в нём же вырос в нём же и живу. По характеру человек я мягкий к алчности и завести не склонный. Звёзд с неба не хватаю каких-либо иллюзий не строю. Да и незачем, моя жизнь это мой собственный идеал. Летом, если выпадает возможность, люблю путешествовать, в основном конечно по городам нашей необъятной родины. Хотя иногда, получается, выехать и за границу. Турция, Греция, Испания – это конечно прекрасно, но наша Карелия, наш Урал намного лучше! Так как родную землю ты видишь не только глазами, но и душой. Что же касается холодного время года, то тут мои пожелания довольно скудны. Потому-что кроме дивана, телевизора и хорошего (желательно фантастического) сериала мне больше ничего и не надо. Собственно, в двух словах – это и есть моя жизнь, и менять её я не собираюсь. Поэтому выбор будущего места работы основывался по следующим параметрам.

Первое – работа должна быть в шаговой доступности от дома.

Второе – удобный для меня график.

Ну и третье – это, конечно же, финансовая заинтересованность.

Правда, в условиях кризиса губу мне пришлось закатать довольно быстро, а так как сбережения подходили к концу, я решил устроиться туда, куда возьмут. Быстренько составил краткое резюме, выложил его в интернет, и стал ждать. А через три дня просто написал – ищу любую работу. Надо сказать, что в этот же день мне поступило с десяток предложений. Причём довольно хороших, всё-таки отличная вещь этот интернет, можно найти работу не выходя из дома, даже в условиях кризиса и всяких там непонятных санкций. В общем, внимательно просмотрев поступившие предложения, я остановился на двух. В первом говорилось, что требуется станочник на деревообрабатывающее производство. График работы неделя через неделю, так как находятся они в области. И меня это вполне устраивало, тем более что зарплата была указана более чем достойная. А во втором случаи требовался разнорабочий в институт новых технологий. График не нормированный, зарплата поменьше, чем в первом предложении. Но ведь как звучит! Институт новых технологий! Это вам, не какое-нибудь предприятие или завод, это – Институт! В общем, поддавшись искушению, я решил съездить и узнать в чём же заключается работа в этом институте? Но как оказалось, ничего интересного в ней нет. Как говорится, принеси, подай, отойди, пожалуйста, и не мешай. Так что, сославшись на – мне надо подумать. Я отправился к руководству деревообрабатывающего предприятия. Где меня ждало неприятное известие.

– Вакансия уже занята, – сказали мне, – буквально пятнадцать минут назад взяли человека.

Ну, вот и подумал, буду работать в институте. Созвонившись с тамошним начальством, я сказал, что хорошо всё обдумал и готов приступить к работе в любое время. И на следующее же утро, я, стал сотрудником института новых технологий. Всё-таки звучит прекрасно, хотя к делу и не относиться. В общем, в этот же день меня прикомандировали к отделу по изучению погодных и пространственных аномалий. Где, надо заметить, я не растерялся, фантастику смотрю, так что в курсе дела. Да и работа моя заключалась только в мелком ремонте, да разгрузке и погрузке непонятного оборудования. Хотя жаловаться грех, заменил сгоревшую розетку, перенёс пару ящиков и ходи, мешай работать остальным. Правда учёные оказались очень даже дружелюбными людьми, они не выгоняли меня и не смотрели свысока. Даже наоборот, увидев мой интерес, пытались что-то объяснить. И тогда я понял, что настоящая фантастика зарождается именно в этих стенах!

Глава 2. Дневник

Проработав пару месяцев в этом институте, я узнал очень много интересного, открыл для себя, так сказать, много нового. Конечно, специалистом в области погодных и пространственных аномалий я не стал. Но уже был вполне способен понять, о чём в целом идёт речь. Само собой для моей работы этого не требовалось. Просто уйма свободного времени, и простое человеческое любопытство сделали своё дело. Сам того не замечая, я увлёкся исследованиями Льва Борисовича (это руководитель отдела) и его коллег. Надо заметить, что видя мою тягу к знаниям, они её поощряли. А Татьяна Александровна, работающая лаборанткой, с таким воодушевлением объясняла мне простые на её взгляд вещи. Что я забывал обо всём на свете и просто слушал, пытаясь хоть что-нибудь понять, закрепить в своей голове хотя бы часть мудрости этих людей. Но, к сожалению, не всем дано быть великими учёными. Все тонкости их нелёгкого дела, которые втолковывали мне часами, испарялись в моей голове как маленькая лужица в жаркий день. И это меня очень огорчало, ведь я стал частью их коллектива, и никак не могу подвести людей, которые так хорошо ко мне относятся. Наверное, поняв по моей кислой физиономии, что меня гнетёт, Лев Борисович посоветовал мне не печалиться, ведь знания не поддаются так быстро, а просто слушать, быть внимательным и завести дневник. В котором я смогу записывать все свои мысли, идеи, вопросы, да и просто описывать свою жизнь. По его словам это очень стимулирует работу головного мозга. Ну а что тут скажешь, он учёный ему виднее, да и игнорировать совет такого человека, я просто не мог. Поэтому в этот же день купил себе самый большой ежедневник, который только нашёл. Полночи я записывал в него остатки полученных знаний каким-то чудом сохранившихся в моей голове. А с самого утра помчался показывать их Татьяне Александровне, мне очень хотелось, чтобы она знала, что я слушал её и даже кое-что запомнил. Я стоял как мальчишка перед директором школы, и не знал чего ожидать. Но всё оказалось гораздо хуже.

– Какой кошмар! – Сказала она.

И взяв ручку, начала исправлять орфографические ошибки. Которых, честно признаться, оказалось гораздо больше, чем я рассчитывал. Мне почему-то стало очень стыдно, я покраснел, опустил голову и просто стоял, выжидая вердикта. На всё, про всё, у неё ушло минут десять (наверное, самых долгих минут в моей жизни). После чего она посмотрела на меня, улыбнулась, и сказала.

– А в целом, ты молодец, запомнил даже больше, чем я ожидала.

Удивительно, но эти слова меня как будто бы окрылили. А в голове прозвучал мой собственный, радостный голос.

– Я не тупой, ура!

Правда, следующие её слова, быстро вернули меня на землю.

– Но, над правописанием нужно серьёзно поработать, такое количество ошибок просто не допустимо!

Ну и что вы думаете, я сделал? Правильно! Я начал оправдываться, как мог.

– Татьяна Александровна, у меня с детства нет никакого таланта к русскому языку, как бы я не старался ошибок не избежать. Меня как будто бы кто-то запрограммировал на их допущение.

Здесь я постарался сделать честное лицо и немного улыбнулся, на всякий случай.

– Нет ничего невозможного Георгий, как говориться – упорство и труд всё перетрут. Так что пиши побольше и почаще, а мы тебе в этом поможем.

– Правда? – не поверил я своему счастью.

– Правда – сказала Татьяна Александровна, и ушла.

А на следующий день мне подарили учебники по русскому языку, с 4 по 11 класс. Скажу вам честно, не на такую помощь я рассчитывал. Но дарёному коню в зубы не смотрят, да и заглянуть пару раз в учебник выпускного класса тоже не грех. И зачем я только открыл учебник за четвёртый класс.

– Нифига себе! Ой, простите, случайно вырвалось, а это точно четвёртый класс?

– Абсолютно точно – подтвердил Лев Борисович.

– Бедные детишки – грустно молвил я, жалея себя больше всего на свете.

Учёные только улыбнулись и оставили меня наедине со школьной программой по русскому языку. Как вы понимаете, заглянуть пару раз не получилось. Пришлось зубрить всё от начала и до конца. Хотя это мало помогло, Татьяна Александровна, взяв надо мной шефство, каждый день исправляла кучу ошибок. Но дневник свой, я не забросил, что, скажу вам по секрету, в будущем, мне очень поможет. Но об этом я расскажу чуть позже, а пока пусть всё идёт своим чередом.

Глава 3. Прорыв

Год пролетел практически незаметно, хотя был очень продуктивен и кардинально изменил мою жизнь. Я всё больше и больше времени начал проводить на работе. Телевизор с диваном меня не интересовали уже много месяцев, зато я очень увлёкся чтением книг. В основном, конечно, это была фантастика, порой мистика, но иногда на меня что-то находило, и я взахлёб читал классику из школьной программы. Что же касается моей работы. То за последнее пару месяцев там тоже многое изменилось. А началось всё с поездки Льва Борисовича на какую-то закрытую конференцию. С которой он вернулся сам не свой. В его взгляде читалась полная обречённость, граничащая с безумием. Он практически не выходил из своего кабинета, сидел там днями и ночами. Всё время что-то высчитывая, ругая себя за малограмотность и плохую сообразительность. А вскоре это передалось и его подчинённым. Все мы, начиная от профессоров и заканчивая мной. Просто растворились в работе. Уже не существовало отдельного индивида, появился один большой организм, который был создан специально для работы. Причём, конечную цель, которой, знали все, кроме меня. Это конечно принижало мою самооценку, но я точно знал, что когда придёт время, мне всё объяснят. И вот день настал.

Десятое марта две тысячи семнадцатого года. С самого утра во всём Омске ужасно воняло газом. А внятного объяснения по этому поводу никто дать так и не смог. Конечно, слухи ходили разные, но подтвердить их никто не мог. Поэтому город довольно быстро погрузился в своеобразный панический вакуум. Прохожие на улице принюхивались к газовым трубам, да и чего греха таить, друг к другу тоже. А окна во всех домах были плотно закрыты. Наш отдел так же не стал исключением поэтому, наглухо закупорив окна и двери, все вернулись к своим обязанностям. Мои старшие товарищи разошлись по своим кабинетам и с ещё большим усердием принялись за работу. Ну а я, начитавшись книг про апокалипсис, сидел у окошка с выпученными глазами, перед которыми, честно говоря, мелькали ужасные картинки из этих самых книг. Так что ближе к обеду у меня уже был готов чёткий план экстренной эвакуации из города. Но, слава богу, этого не потребовалось. Неприятный запах исчез и Омск зажил своей обычной жизнью. Правда, не весь. В 14:00 у Льва Борисовича состоялся довольно короткий телефонный разговор. После которого он вылетел из своего кабинета как пуля. При этом успев проорать мне, чтобы я следовал за ним. Что, собственно говоря, я и сделал без каких-либо вопросов. Так как ответы всё равно вряд ли бы получил. Уже вдвоём мы подбежали к хранилищу, из которого шеф достал пару небольших ящиков, вручил их мне и велел ждать у выхода. А сам побежал обратно в свой кабинет. Оттуда он вернулся с какой-то бумажкой, как оказалось, это была подписка о неразглашении. Которую меня зачем-то срочно заставили подписать. После чего мы сели в уже дожидавшийся нас автомобиль и поехали в неизвестном мне направлении. Хотя какая разница, раз везут, значит надо. Весь недолгий путь мы проделали в полном молчании. Лев Борисович о чём-то усердно думал, ну а я просто не хотел ему мешать. Поэтому, когда мы оказались на месте, я взял ящики и по-прежнему молча отправился за Шефом. Как, оказалось, приехали мы в Воскресенский сквер, но на этом наше небольшое путешествие не закончилось. Пройдя немного по Набережной Тухачевского, мы спустились на берег Оми. Где нас уже поджидал катер на воздушной подушке. Шеф по-прежнему был мрачен и задумчив, ну а я очень заинтригован. Ведь такого ещё ни разу не было, и поэтому я не имел ни малейшего представления, что же будет дальше? На катере, устроившись поудобнее, я приготовился к увлекательной прогулке по льдам ещё не оттаявшей реки. Но мои ожидания не оправдались, буквально через несколько минут наше путешествие закончилось. Мы оказались на слиянии двух рек, Иртыша и Оми. А рядом с нами застыл такой же катер на воздушной подушке. На нём прибыли два гражданина с очень серьёзными, я бы даже сказал, стальными лицами. Правда, увидев меня, сталь всё-таки дрогнула. Хотя Лев Борисович, предрекая ненужные на его взгляд вопросы, только махнул рукой и заверил серьёзных людей, что я очень даже надёжный человек. Что, мягко говоря, повысило мою самооценку, а внутренний голос так и подначивал сказать – понял, нет? Хорошо, что вслух я всё-таки ничего не сказал. А просто проследовал за Шефом на корму, где один из встречающих нас товарищей, уже зачем-то тыкал пальцем в воздух. Хотя Шефа это не удивило, а даже наоборот, очень заинтересовало. Он внимательно присмотрелся к этому месту, зачем-то втянул в себя побольше воздуха, выдохнул, поводил там рукой. После чего сказал мне распаковывать привезённые с собой коробки. И тут я всё-таки не выдержал и спросил.

– Лев Борисович, а вам не кажется, что мы газа надышались? Эти (кивнул я в сторону серьёзных людей) зачем-то тыкают пальцем в воздух, а вы его потом осматриваете и обнюхиваете. Может нам не сюда?

– Возможно, Георгий ты и прав, а возможно и нет, скоро выясним.

– Ну, моё дело маленькое, я просто за вас волнуюсь.

– Спасибо Георгий, я это действительно ценю. А пока просто поверь мне, этот мир не так прост, как кажется. И порой тайны могут скрываться даже у нас под носом.

– Вам видней, вы учёный.

На этом наш диалог прервался. Я помог Шефу собрать привезённый в коробках и непонятный для всех кроме самого Льва Борисовича прибор, с которым он вновь отправился на корму. После чего наступила полная и очень затянувшаяся тишина. Мой начальник, уставившись в монитор, долго нажимал какие-то кнопки и крутил регуляторы. Стальные парни стояли, уставившись в одну точку. А я, просто наслаждался открывшемся мне великолепным пейзажем родного города. Сколько это продолжалось, точно сказать не могу. Я настолько увлёкся зрелищем, что даже не сразу услышал шипение, после которого почувствовал резкий запах газа. А обернувшись на звук, я просто не поверил своим глазам. Струйка газа била прямо из воздуха.

– Ну, ни хрена себе!? – прозвучал бас со стороны железно-лицих.

Что, кстати говоря, повергло меня в ещё больший шок, ведь теперь лица этих бравых парней были похожи на моё. А вот мой начальник ни капельки не удивился, и был по-прежнему собран и задумчив. Он покрутил один из регуляторов, нажал пару кнопок, и струйка газа исчезла в никуда.

– Что это было Лев Борисович? – первым успел спросить один из встречающих.

– Ну, ни скотина ли, с языка сорвал – подумал я тогда, правда, вслух ни чего не сказал.

– Моя теория подтвердилась, а это очень и очень скверно, – произнёс Шеф каким-то не своим голосом, – нужно срочно возвращаться в институт!

После чего, все быстро засобирались. Правда от испытанного мною шока, я это как-то пропустил, и очнулся только тогда, когда мы все сели в машину. И один из бравых парней повторил свой вопрос.

– Лев Борисович, и всё-таки, что это было?

Шеф ответил не сразу, несколько минут он хмурился, наверное, решая, стоит говорить или нет? Но в итоге всё-таки решился и начал объяснять.

– Как нам всем хорошо известно, отработанные газы, химические выбросы, полёты на высоте, всё это довольно быстро разрушает озоновый слой нашей планеты. Без которого мы становимся уязвимы как для космической, так и для солнечной радиации. А они, как нам известно, способны погубить всё живое на планете.

После этих слов все кроме меня кивнули, и Лев Борисович продолжил.

– Так вот, лет десять тому назад, изучая эту проблему. Я пришёл к выводу, что разрушается не только озоновый слой, но и межпространственный. А точнее слой между нашим пространством и подпространством, это понятно?

Все кроме меня опять дружно кивнули, но на этот раз я не стал молчать, а задал возникший у меня вопрос.

– Лев Борисович, объясните мне, пожалуйста, что есть подпространство и чем нам грозит разрушение этого слоя? Только, пожалуйста, не на вашем, а на моём языке.

– Да! – Дружно подтвердили бравые парни.

И вы знаете, я даже проникся к ним долей уважения. А мой наставник тем временем, слегка улыбнулся, и начал объяснять.

– Подпространство, попросту говоря, это тоже слой только между нашим и параллельным пространством. Что же касается его разрушения, то по этому поводу существует множество теорий. Вплоть до исчезновения всего мироздания.

– Твою мать! – Это уже сказали все, включая молчавшего до сих пор водителя.

– И что же нам делать? – наверное, выразив общие мысли, спросил один из железно-лицых.

– Исправлять причинённый вред пока это ещё возможно. В идеале, конечно, нужно запретить все выбросы в атмосферу, полёты на высоте и вырубку лесов. Но мы ведь все здесь прекрасно понимаем, что этому не бывать. Ведь такие меры вернут нас обратно в каменный век. А на это не согласиться не одно государство. Люди привыкли брать, но ничего не отдавать взамен.

– Нам конец! – Проснулся во мне пессимист.

Хотя, если судить по выражению лиц присутствующих, то, моё мнение полностью разделяли все. Поэтому остаток пути опять прошёл в абсолютном молчании. Каждый из нас думал явно не о хорошем. Нам всем нужна была надежда, пусть даже самая маленькая, призрачная, но всё-таки надежда. И мой Шеф дал нам её! Уже в институте, тщательно изучив с коллегами собранные данные. Он не уверенно, но всё-таки сказал, что возможно выход есть. Но ему нужно больше данных, и чем быстрее, тем лучше.

Поэтому мы вновь, правда, уже в расширенном составе отправились на место слияния двух рек. Но на этот раз ехали шумно и уже на двух машинах. В первой, учёные и я, а во второй бравые парни, которых как-то резко прибавилось в числе. Хотя это и хорошо, не одному же мне коробки, таскать, которых так же изрядно прибавилось. Уже на месте, перетаскивая оборудование на катера, у меня как-то случайно возник вопрос.

– А почему именно здесь, в этом самом месте случился этот прорыв? Почему не где-нибудь возле нефти-завода, ну или ещё какого-нибудь предприятия выбрасывающего вредные вещества в атмосферу. Почему именно на реке?

На что Лев Борисович ответит довольно конкретно, хотя и не совсем понятно.

– Потому-что Георгий это не просто слияние двух рек, но ещё и слияние двух энерго-потоков. Иртыш несёт свою энергию с юга на восток, а Омь с востока на запад.

– Здорово, а я ведь даже не думал, что наука у нас развита аж до такого уровня!

– Ну, до сегодняшнего дня всё это было лишь теорией, так что можно сказать ты стоишь у первоистоков. В этот день в научных сословиях многое поменяется.

– Не думаю Лев Борисович, – вмешался в наш разговор солидный пожилой человек. – Позвольте представиться, полковник ФСБ Соболев. С этого момента всё происходящие строго засекречено.

– И вы надеетесь решить такую проблему собственными силами?

– Лев Борисович мы полностью надеемся на вас, вы смогли предсказать, где в точности произойдёт первый прорыв, а значит, сможете предсказать и последующие. К тому же мне доложили, что у вас есть прибор, с помощью которого вы сами можете открывать и закрывать эти э-м, давайте назовём их, как это сейчас модно – «порталы».

– То, что прибор сработал один раз, не значит, что он сработает и во второй. Это как игра в лотерею, то, с чем мы столкнулись науке пока не известно. Поэтому могут потребоваться специалисты и консультанты в разных областях. Своими силами эту задачу не решить! Если её вообще можно решить.

– Все и всё, что вам потребуется для работы будет доставлено к вам в кратчайшие сроки. Но этим будем заниматься мы – на слове «мы» пожилой полковник сделал особое ударение.

Наверное, хотел сразу показать, кто здесь главный. Но…

– Тогда может быть вы, встанете к приборам? Может быть, вы! Попробуете разобраться в том, что до сегодняшнего дня считалось вымыслом фантастов!?

– Профессор, давайте мы с вами не будем сориться, к тому же вы сами прекрасно понимаете, к чему может привести лишняя огласка.

– Да я понимаю, а ещё я понимаю, что здесь главные мы, а вы всего лишь группа поддержки. И если мне понадобится какой-то специалист, то я сам приглашу его поработать вместе со мной. А если понадобится, то я приглашу и десять, и сто специалистов. Потому что, как вы сами прекрасно понимаете, я и мои коллеги, единственные кто полностью осознаёт серьёзность нашего положения.

– Резонно – только и сказал полковник Соболев, после чего удалился восвояси.

Ну а я, переполненный гордостью за своего Шефа, просто, молча поаплодировал.

– Спасибо Георгий, а знаешь, с ними ведь так и нужно, иначе сядут на шею, а ножки свесят. Я с конторой работаю не первый раз, так что познал это на своей шкуре.

– Лев Борисович, я полностью на вашей стороне, но, это всё-таки ФСБ!

– Забудь про это Георгий, у нас других дел полно. Лучше помоги Татьяне Александровне, а то она вон, сама коробки таскает.

– Ух ты ж – знаете, мне стало за себя так стыдно, стою главное, уши развесил, а несчастная девушка там тяжести таскает. И я помчался помогать ей со всех ног.

Почти до полуночи, все трудились не покладая рук, около трёх часов мы проторчали на слиянии рек. Затем перебрались на остров. Знаете, вот сей час, мне опять немного стыдно, так как название этого острова я так и не сумел узнать. На всех картах сам остров есть, он расположен как раз на слиянии Иртыша и Оми, а вот названия у него, увы, нет. Поэтому, временно, я назвал его – Безымянным. Так вот после того как мы перебрались на остров и собрали всё имеющиеся оборудование. Мне стало жалко наших учёных, уставшие, замёрзшие, а всё работают да работают. В общем, решил я внести в их труд и свою лепту. Возле оборудования от меня толку ноль, поэтому я решил создать хоть какие-то условия. Набрал охапку дров, разжёг костёр, после чего ко мне присоединились бравые парни. Мы очистили большую площадку от снега, разожгли костер побольше. И вскоре возле него грелись уже все присутствующие. С благодарными лицами и подобием единой команды.

Когда пробила полночь, Лев Борисович, обойдя в очередной раз все приборы. Попросил Полковника свозить меня за продуктами, что, кстати, было очень вовремя. Потому что мой обед уже давно провалился в мой личный портал в никуда. Соболев идею поддержал, но деньги брать отказался, просто подозвал железно-лицых, и велел привезти перекусить. Не знаю зачем, но меня всё-таки взяли с собой. Уже на катере, мы наконец-то нормально познакомились с парнями. Одного звали Коля, другого Вова. Но мне предложили иной вариант. Они сказали, что им привычнее, когда их называют – Гвоздь и Мудрый. Ну, с Гвоздём, конечно же, всё понятно, но почему – Мудрый? Этот вопрос меня очень заинтересовал. На что Вова ответил просто.