Вслед за солнцем

Вслед за солнцем!

Фиолетово-прозрачный пузырь с легкими щелчками и жужжанием величественно вынырнул из-под земли, накрывая собой хлипкий нездоровый лесок, который кое-как рос на обдуваемом всеми ветрами небольшом холме.

Пузырь, ухая и вздыхая, разрастался в ширь и ввысь, достигая внушительных размеров примерно с колокольню. Начал менять цвет, потемнел, его спектр сместился в темно-красный, вишневый, задрожал, ух… – с низким протяжным рокотом лопнул, высоко в небе появились цветные разводы, будто великан, спешащий по своим делам, споткнулся и разлил яркие краски, которые причудливо красиво смешались в фантастическую палитру. Рик стоял и смотрел на эту красоту, от удовольствия раскрыв рот.

– О, это что-то новенькое! – Подумал он, в вышине постепенно краски поблекли, потянуло холодом, неожиданно с неба пошел большими пушистыми хлопьями снег.

– Нужно убираться отсюда и поскорей, а то Бог знает, что может насыпать с этой красоты. – Решил про себя мальчик, поднял воротник и поспешил отойти подальше.

В этот раз в пустоши возмущения были особенно сильны. Рик уже начал жалеть, что пошел один. Это не первый сюрприз, который он наблюдал сегодня, впрочем, этот был самым безобидным. Его друзья не пошли с ним, хотя договор о совместном путешествии был, ребята остались в деревне, знал, что они теперь крайне заняты. Их выловил по дороге и забрал дядя Сью отбывать послушание, вкалывать на ближайших полях, пропалывать лосс, и вместо интересного приключения друзья трудятся в плохом настроении, не покладая рук, под присмотром взрослых. Но Рик даже немного завидовал им. По крайней мере, весь день они будут сыты. При этой мысли заурчало в животе, мальчик погладил свою походную сумку, там лежали лепёшки, которые он ловко стащил перед походом из маминых запасов. Немного подумав о еде, перебросил сумку за спину, решив, что закусит лепешками позже, кто знает, что ещё может произойти за сегодняшний день.

Он добрался до опушки редкого, росшего на травянистых кочках леска, свежий ветерок шуршал в ушах, трепал его непослушную челку, донося сырые необычные запахи растительности. Вокруг сновали, чирикали мелкие птицы, стрекотали по своим делам насекомые, Рик с удовольствием прикрыл глаза, слушая приятную суету полуденного леса. На дворе наступила ранняя весна, природа проснулась, ускоренно старалась расцвести после зимней спячки. Мальчик внимательно всматривался в округу, слушал, искал то, ради чего он пробирался сюда, несмотря на строгие запреты взрослых, по его мнению, он был почти у цели.

Вдруг впереди в довольно густых непроглядных кустах что-то зашевелилось. Рик насторожился. Его сердце ушло в пятки, само собой сильно застучало, он приготовился к самому худшему. В этих местах, в пустошах, сгинуть было очень просто даже для взрослых, иногда бесследно пропадали охотники с их богатейшим опытом выживания в пустоши, не говоря уже о нем, простом мальчике. Воображение сразу же нарисовало ужасного монстра с отвратительными щупальцами на голове, брызжущим изо рта синим ядом, такого недавно принесли охотники в деревню, мама потом сказала, что это он убил дядю Эндрю, а ещё старожилы говорили, что они видят такую тварь впервые, что в пустошах могут водиться гады и похлеще. С тех пор мама запретила ему подходить к пустоши на километр, но Рик тайно убегал туда при малейшей возможности.

Он достал папин боевой нож, приготовится к решительной схватке, его сердце бешено колотилось, не отводя взгляд, медленно попятился назад в надежде, что все обойдется. Но не обошлось. Вдруг совсем внезапно, почти бесшумно разошлись кусты, он почти не заметил, как к Рику метнулась коричневая молния, не успел и глазом моргнуть как оказался на земле, нож отлетел в сторону, в лицо пахнуло зловонием, всё завертелось закружилось в вихре борьбы, он боролся за свою жизнь как только мог, глаза, рот, нос, забили клочки травы и земли, он не мог дышать, руки судорожно цеплялись за мягкую шерсть, Рик пытался схватить монстра за шею или за пасть, чтобы тот не смог вонзить клыки ему в горло, но тот умело уклонялся, выбирая выгодную позицию, чтобы прикончить мальчика. Монстр всё-таки добрался до его лица, вместо боли Рик почувствовал прикосновение сухого шершавого языка, изо рта зверюги жутко воняло, Рик прекратил попытки сопротивления, он окончательно выбился из сил, и отдался на волю судьбе. Почувствовав, что жертва выбилась из сил, зверь стал лизать его лицо с удвоенной энергией. Тут до Рика дошло, кто на него напал, страх постепенно уступил место злости, одним движением отстранил зверюгу в сторону, тот кхекнул, но подчинился.

– Эд, пошел вон! Скотина, как тебе не стыдно, ты так меня напугал… – Закричал мальчик в сердцах, сбрасывая стресс, зверь отскочил в сторону, на Рика накатилась ментальная волна смеси стыда, радости и любви. Рик встал, отряхнул комки травы и земли, отплевываясь, со злостью посмотрел на друга, тот, прижав уши, переминался с лапы на лапу, опустив голову. – Ах ты паршивец, разве можно так нападать на людей, я же чуть разрыв сердца не получил из-за тебя, – добавил он спокойней и мягче, почти не сердясь, злость сменилась радостью встречи. Эди сразу же почувствовал это, и бросился ласкаться и тереться о ноги Рика. От него исходили волны счастья. – Где же ты был, болван? Я тебя так искал, – мальчик трепал его за щеки, гладил по голове – и опять ментальная волна стыда накатила на Рика. Эд отстранился, бросился к лежавшей в стороне сумке, привычно проверил ее, с довольным урчанием засунул туда свою морду, нашел вывалившиеся лепёшки, громко чавкая принялся их жевать. – Вот блохастый, ты еще и без обеда оставил меня? – Возмутился было Рик, но присмотревшись поближе, понял, что Эду примерно два дня уже ничего не перепадало, бока зверя буквально ввалились вовнутрь, замолчал. Покончив с лепёшками, зверь подошел к мальчику, облизнулся, заглянул в глаза, теперь от него исходили волны благодарности. У Рика начинала болеть голова от дружественных ментальных атак. Он собирался накричать на своего друга, но на радостях от встречи решил ему простить, тем более, что его поиски увенчались успехом.

Небо затянуло серой пеленой, с востока потянуло прохладой, недалеко в воздухе как призраки появились плавуны, так ребята называли образования, похожие на шары воды, подвешенные невысоко над землёй, они были относительно безопасны, хорошо им знакомы. Часто дети забавлялись с ними, разбегались, врезались в плавун и на мгновение зависали внутри пузыря, дергаясь, кривляясь и крича во все горло. Плавун лопался, бросая разбойника на землю. Внутри него возникало ощущение, будто ты попадаешь в воду, можешь даже плыть, но остаешься сухим и дышишь совершенно свободно. Ребята обожали развлекаться с плавунами. Обычно эти образования проходили бесследно, но изредка, за ними возникала радуга – яркое разноцветное свечение примерно в десяти метрах над землей. От радуги невозможно было оторвать взгляд, это так волшебно завораживало, буквально гипнотизировало, но красота была очень опасна. Если вовремя не убежать, то ноги начинало покалывать, потом они немели, ты терял способность самостоятельно передвигаться, в дальнейшем тебя поражал паралич, и ты умирал. Ребята радугу очень боялись! На поселковом собрании охотники часто предупреждали жителей и пастухов об этом опасном явлении.

Рик не стал дожидаться, во что разовьются плауны, решил побыстрее возвратиться домой. Он был очень рад, что нашел друга и что его риск был оправдан. Собственно, ради Эда он и убежал из дома в пустошь, с облегчением радовался, что это приключение в пустоши завершилось, они направились домой, рядом возле него семенил друг, то забегая вперед, то отставая, настораживая уши.

Эд был похож на огромного кота, его густая, мягкая, темно-коричневая шерсть блестела и играла на солнце, не успела потерять лоск, во время скитания по диким местам, мощные лапы заканчивались мягкими подушечками, спрятанными в них большими, ужасно острыми когтями. У Эда был короткий толстый хвост, постоянно торчащий вверх. Он почти никогда им не пользовался. Его морда внушала страх и уважение, кошачьи глаза имели другое строение, скорее напоминали человеческие. Нос у Эда был черный, влажный, Рику нравилось трепать пальцами друга за носик, либо тереть его ладошкой, тому это ужасно не нравилось, он фыркал и испускал ментальные волны недовольства, да так, что по коже проходили мурашки. Он обладал огромной зубастой пастью, передние верхние клыки ощутимо выступали из-под верхней губы, а еще Эд мог этой пастью улыбаться. Когда ему что-то нравилось, он натягивал губы, обнажая свой зубастый арсенал. По внешнему виду зверя можно было сразу сказать, что он очень опасный и серьезный хищник. Эди был Рику выше пояса, причем Рик считался довольно крупным мальчиком.

Рик нашел Эда два года назад. Тогда они с Сэмми убежали далеко от поселка. Накануне прошла сильная буря, три дня энергии в пустоши бушевали через край, даже страшно было подумать, что там происходило. Досталось и поселку. Лил сильный дождь, штормовой ветер разбрасывал плохо закрепленный инвентарь, срывало крыши с хозпостроек, пугая и без того робкий скот, казалось, что так природа защищается от того аномального, что происходило в пустошах. На утро после урагана, пока взрослые были очень заняты восстановлением хозяйства, Рик со своим другом тайком отправились в пустоши. Они знали, что им сильно влетит, если кто-то обнаружит, что их нет. Но тяга к приключениям была сильнее страха наказания. Ребята улизнули от взрослых и друзей, воспользовавшись тайным лазом через защитную стену поселка. То, что они увидели в пустоши, не поддавалось описанию. Повсюду валялись вырванные неведомой силой с корнем деревья, унылый ландшафт был покрыт воронками, рытвинами, видно, что они образовались после попадания молний или чего другого в почву. Огромные валуны вылезли из-под земли. Лежа на поверхности, они напоминали выпавшие зубы великана. Низкие свинцовые облака неслись над землей, воздух был сильно наэлектризован, то и дело слышалось потрескивание электричества. Вдалеке непривычно маячил рыжий холм, возвышавшийся на фоне общей равнины. Раньше его там не было, по крайней мере, Рик и его друг Сэмми не замечали, чтобы он там был, хотя знали, что в пустоши постоянно все меняется. Не раздумывая ни секунды, они бросились на разведку в надежде поживиться чем-нибудь необычным. Добраться туда было совсем не просто, поваленные деревья то и дело преграждали им путь, на дне дымящихся воронок, повсюду утыканных вокруг, плескалась и булькала рыже-зелёная зловонная грязь, стоял неимоверный смрад. Ребята спотыкались, иногда падая, огибали воронки и каменных исполинов, потревоженных бурей, закрывали рукавами носы. Настойчиво продирались через завалы и нагромождения, шли к своей цели довольно долго, через какое-то время Сэмми захныкал и начал причитать о том, что это была плохая идея – убегать из дома. После непродолжительного нытья Рик под натиском друга тоже начал подумывать, не повернуть ли назад, тем более, что холм был еще далеко и не представлял ничего интересного, кроме своей необычной растительности, имевшей оранжевый оттенок, ее было отчетливо видно. Мальчики остановились, всматриваясь до рези в глазах в близлежащий ландшафт, пытаясь рассмотреть и заглянуть дальше, им хотелось непременно узнать, что было скрыто от их любопытных глаз на том загадочном холме, явившемся вдруг не известно от куда, но идти туда совершенно не осталось сил. Что-то неуловимо странное и необычное, на этот раз по-настоящему пыталось ускользнуть от них. Детали этого холма не вписывались в привычное представление о мире, в котором жили они. Там, на вершине, восходящие потоки воздуха густым маревом закрывали то интересное, ради чего ребята пытались попасть туда. Рик было уже рассмотрел крупицы скрытого, стал замечать колышущееся белые пятна, как в него врезался хныкающий друг, схватил его за руку, наваждение тут же пропало, мальчик досадно вздохнул, дернулся, в сердцах высказался.

– Сэмми, послушай, мы оба устали, давай найдем укромное местечко, сядем, покушаем немного, и пойдем обратно в деревню. – Предложил он, уняв свой гнев.

Сэмми с радостью согласился, кивнул как ни в чем не бывало, указав на упавшее рядом маленькое деревцо. Как раз на их удачу здесь не было зловонных кратеров и воздух отличался чистой прохладной свежестью. Немного осмелевшие птицы начали потихоньку подавать голоса. Страх и усталость постепенно улетучились, оставляя место в душе приятному ощущению тепла и спокойствия. Усевшись по удобнее, Рик достал из сумки две лепешки, одну он протянул своему другу, а другую оставил себе. Снова порывшись в ней, он нащупал шкатулку из дубовой коры, в которой он хранил медовую патоку, зажав ее в руке, не торопился доставать. Ему вдруг стало жалко делиться патокой с Сэмми, он было уже подумал, что можно съесть лепешки и так, не сдабривая их лакомством. Но сейчас, глядя на Сэмми, на то, как он жалобно вздыхал и охал, на его несчастное пухлое личико, Рик все же вытащил руку вместе со шкатулочкой из своей сумки. Его друг, увидев шкатулку, повеселел, престал охать-ахать, подсел ближе к Рику, сломал свою лепешку пополам подставил ее к шкатулочке. Рик, вздохнув, открыл её, наклонил, чтобы медовая патока полилась на лепешку друга. Из шкатулки запахло чудесным ароматом, слюнки так и скапливались во рту, заставляя руки дрожать. Проронив несколько капель драгоценной тягучей жидкости на лепешку Сэмми, он закрыл шкатулку, поставил ее на землю. Сэмми тут же принялся другой половинкой лепешки растирать сладкое лакомство по всей поверхности. Тоже самое проделал Рик. Для ребят медовая патока была наивысшей степенью удовольствия, патоку собирали Тхоры, устраивая свои гнезда в высоких кустах колючей Рохи. Тхоры были очень злыми и очень больно кусались. Рик неоднократно приходил домой весь опухший от их укусов, но при этом почти всегда его шкатулочка была полна, он очень хорошо знал высокую цену вкуснейшей патоки.

Ели они вкусно, громко чавкая и улыбаясь друг другу, запивая чистой холодной водой из фляги, которую подарил папа Сэмми на его день рождения. Это была добротная грубая армейская фляга стражей из настоящего железа!! Еще у него была зеленая, цвета хаки куртка, с накладными карманами, на которой были пришиты военные пуговицы. Этими вещами он жутко гордился, а ребята бесконечно ему завидовали, многократно обсуждая их достоинства. Покончив с лепешками, Рик повернулся к холму, мимолетно глянул туда, где недавно увидел нечеткие блики. Вдруг прямо у него на глазах марь на холме расступилась, и он явно и четко увидел очертания белых развалин, обломков здания или чего-то белого, какую-то структуру, какую точно определить он не смог, примерно в нескольких километрах на вершине холма. Рик тут же понял, что он должен там побывать.

– Послушай, Сэм, можешь подождать меня здесь полчаса? – Спросил доверительно друга, весело подмигнув ему. Я мигом на холм и обратно, к тем развалинам. – Он махнул рукой в направлении холма, теперь и Сэмми заметил их, посмотрел туда, внимательно прищуриваясь. Я только одним глазком и обратно к тебе. – Попросил Рик.

В ответ Сэмми нерешительно кивнул, добродушно добавил.

– Угу, давай быстро, а то нас и так давно нет, пора возвращаться, чувствую, влетит нам хорошо. – Он заерзал задницей, будто представил это воочию.

– Я мигом! – Бросил Рик довольно, вскочил, не теряя времени, в вприпрыжку огибая упавшие деревья и зловонные ямы, помчался на встречу с неведомым.

Он торопился, боясь сбросить с себя наваждение, довольно быстро добрался до подножья.

Возле холма создавалось впечатление совсем чужого места, просто жутко чужого. Не реально ярко-оранжевая растительность покрывала землю вокруг. Там, где по какой-то причине не было оранжевой травы, выступала странная почва темно-бурого цвета. На юге, в фиолетовом мареве явно просматривалась горная гряда с белыми шапками на вершинах. Это было неправильно, Рик знал, что их деревня расположена на равнине, и до ближайших гор очень далеко, огромное расстояние. А тут до гор рукой подать, хотя он никогда их и не видел, представлял их себе именно так! Самое странное и необычное, что на вдруг ставшем серо-зеленом небосводе сияли два солнца, одно привычно желтое светило в зените, как будто бы в полдень, а другое маленькое, злое, голубое, клонилось к закату. Такого Рик в своей жизни еще не видел, это было странно даже для пустоши! Он стоял у холма, столбенея от увиденного, не зная беспокоиться ему по этому поводу или нет! Было тихо, не слышно чириканья птиц и вездесущих насекомых, лишь легкий ветерок шумел в ушах, пахло терпким перцем, едва уловимым ароматом сосновых иголок, полевыми травами, отчего першило в горле, хотелось чихнуть. Запах нельзя было назвать не приятным, скорее ободряющим, немного странным, как это место. Тут было жарко, даже немного парило, так что хорошо одетому Рику, пришлось расстегнуть куртку и снять свитер. Держал его в руках, походная сумка осталась с Сэмми…, кстати вспомнил о патоке, он пожалел, что оставил сумку вместе с другом, тем более ему не куда было деть свитер. Решил подняться на холм. На верху на небольшой равнине грудой обломков громоздилось когда-то величественное здание. Подходы, которые вели к нему, были устланы удивительно ровным и прочным материалом, причем на ощупь он казался слегка мягким и упругим. Шагать было просто и приятно, складывалось впечатление что дорога сама подталкивает путника к цели! Кем-то выстроенное здание из белоснежных блоков было разрушено, все южное крыло полностью обвалилось вовнутрь. Белые блоки треснутыми обломками валялись повсюду. Мальчика удивил тот факт, что по всему фасаду центральной части здания не видно ни одного окна! Он подошел ближе к уцелевшей стороне в поисках входа, не обнаружил дверей или что-то похожее на вход, решил обойти по периметру. На ходу наклонившись, поднял осколок белого камня, вероятно мелкий осколок строительных блоков, тот оказался удивительно легким, повертел в руках, измазав белым пальцы, запустил его со всех сил, камушек отскочил от дорожки со щелчком, скрылся в траве. Рик, рассматривая здание, обошел его фасадную часть свернул за угол, обнаружил огромную дыру-пробоину, которая открывала проход в достаточно обширное помещение. Он подошел вплотную, остановился в проеме, вглядываясь вовнутрь. На удивление там не было темно, свет лился сквозь стены, открывая вид на необычный внутренний интерьер.

Мальчик постоял в проеме разрушенной стены какое-то мгновение, оценивая степень опасности, не обнаружив явной угрозы, без сомнения перешагнул через обломки, вошел вовнутрь обширного холла. Там казалось уютно и безопасно, ноги ступили на покрытие, напоминающее ковер, такое на полу он видел в доме у старосты. Однажды его в компании других мальчиков пригласила к себе Лиа, дочка управляющего поселком, по случаю того, что ее родители уехали на ярмарку. Дом остался без присмотра старших, и веселая компания с удовольствием резвилась, бегая из комнаты в комнату, играя в прятки. Там пол был устлан подобно этому. Но здесь ковер казался куда лучше и красивей, ступать по нему приятно и очень мягко, в то же время легко, создавалось впечатление упругости шага как на дороге с наружи. Ковер имел приятный темно-бежевый цвет, он был аккуратным без каких-либо посторонних пятен, абсолютно чистым. Рик обратил внимание, что окрас стен имел тот же темно-бежевый цвет, но отличался чуть более мягким тоном, чем покрытие на полу, создавая впечатление одного целого, плавного перехода снизу-вверх. В глубине у противоположной стены контрастно стоял черный глянцевый шкаф, монолитом возвышаясь почти до потолка, закрывал собой всю стену. На нем то и дело вспыхивали яркие разноцветные точки-огоньки, они мерцали как небосвод в полночь. Рика это удивило, ведь он не заметил никаких огоньков до этого, когда осматривал помещение снаружи. Получается, что шкаф ожил, как только он вошел? Мальчик озадаченно хмыкнул, перестал разглядывать по сторонам, приблизился к шкафу, с интересом изучая его.

– Интересная штуковина! – Подумал он. В ответ внутри шкафа раздались громкие щелчки, шкаф тихо и монотонно загудел. Рик отпрянул от неожиданности, но дальше ничего не произошло, это успокоило. Внезапно центральная часть монолита засветилась ровным серым цветом, потухла на какое-то время, снова осталась абсолютно черной, а затем на черном фоне с интервалом примерно в пять секунд появились геометрические фигуры: желтый треугольник, перечеркнутый одной синей полосой, фиолетовый квадрат, красный круг с двумя волнистыми линиями под ним, белый ромб, опять треугольник, только без черты, конус.

Символов было примерно двадцать. После того, как они все появились и исчезли по очереди, на экране высветился желтый треугольник, перечеркнутый синей полосой, раздался мелодичный звук, будто где-то зазвонил маленький колокольчик, изображение треугольника исчезло, появилось вновь, исчезло, устанавливая периодичность, с которой выводилось изображение. Звук следовал за появлением треугольника, пиликая во время вывода изображения фигуры на экран, постепенно частота цикла ускорилась. Рик понял, что ему нужно что-то сделать, он интуитивно поднял руку и указал пальцем на фигуру. В ответ изображение застыло, уменьшилось сместилось в нижний правый угол импровизированного экрана. В центре возникла новая фигура, красный круг. Мальчик понял, что это приглашение к игре. Правила оказались несложными, нужно просто расставить фигуры по типу, разместить их в категориях и подкатегориях. С этим заданием Рик справился довольно быстро, ошибся только два раза направив не туда фигуры, количество ошибок учитывалось, но не достигло критических величин, тест игра продолжалась. В самом конце, его озадачила последняя фигура трапеции, внутри которой был круг, перечеркнутый ровной линией. Изображение соответствовало сразу нескольким параметрам и опциям, которые можно было отнести к определенным группам. Но в тоже время в совокупности изображений фигура противоречила концепции общих правил размещений геометрических фигур в игре. Он не знал, как решить эту загадку, боясь ошибиться еще раз, застыл в ожидании. Программа настоятельно требовала сделать выбор, подтверждая это визуально и аудиосигналом. Но Рик просто стоял и не делал выбор, понимая, что это будет ошибкой, проиграть жутко не хотелось. Наконец вышло время, прозвучал финальный сигнал, изображение исчезло с экрана. Поверхность стала вновь черной с изредка вспыхивающими огоньками точками. Мальчик расстроился от своей неудачи, уже было собрался пойти дальше продолжить исследовать помещение, но экран вновь ожил и показал аккуратно рассортированные фигуры, внизу одиноко стоявшую в стороне перечеркнутую трапецию с кругом и поперечной линией. Эта фигура была явно лишней, она не соответствовала общей концепции размещения. Рик выиграл! Он поступил правильно, приняв решение отказаться от выбора. Последнее задание оказалось логической ловушкой, которой он избежал.

Прозвучал довольно громкий сигнал, внезапно почти бесшумно пол посреди комнаты опустился, образуя проем вниз. Это было так неожиданно, что Рик даже присел от страха, сердце бешено заколотилось в груди, совладав с собой, понял, что произошло, успокоился. Какое-то время постоял на месте, затем с опаской подошел к проему. Мальчик был очень взволнован происшедшим, но все же с опаской заглянул вовнутрь.

Вниз вел крутой пандус, расстояние до дна казалось довольно внушительное, примерно пять метров вниз.

– Странно! – Подумал мальчик. По логике, удобней было бы оборудовать спуск ступеньками, наклон же довольно крутой? Но здесь ступенек явно нет, значит тем, кто спускается сюда, ступеньки не нужны вовсе? – Ответил на свой же вопрос Рик. Внизу зажглось мягкое освещение открывая весьма светлый интерьер, позволяя увидеть пол и часть бежевой стены поодаль. Пандус засветился не ярким зеленым светом, приглашая вовнутрь. Рик подумал секунду, решил спуститься, сгорая от любопытства, ему жутко хотелось посмотреть, что там внутри. Невзирая на опасность, осторожно ступил на зеленый пандус, как бы пробуя его на прочность, поверхность была прочна и устойчива. Немного постояв, мальчик просто сбежал вниз, попал в хорошо освещенное помещение, довольно просторную комнату, она была разделена на две части матовой полупрозрачной стеной, за перегородкой угадывались какие-то конструкции. В дальнем углу на полу по ту сторону полупрозрачной стены, лежало черное, размытое матовым материалом перегородки пятно. С этой стороны, где был Рик, у стен с интервалом в метр возвышались невысокие, сантиметров тридцать в высоту, помосты синего цвета, примерно два метра на два. Всего их было шесть. Помосты были мягкими на ощупь и бархатистыми, перед помостами располагались такие же шкафы монолиты, как и в фойе на верху, бежевого цвета, придвинутые в плотную к стене, только гораздо меньше и тоньше, поверхность шкафа была абсолютно глянцевой. Рик обошел вокруг, приблизился к полупрозрачной матовой стене, что разделяла помещение, пощупал ее поверхность рукой, она оказалась холодной и гладкой, пнул ногой, проверяя на прочность, прилип вплотную, всматриваясь в детали по ту сторону, но конкретно рассмотреть, что там, ему не удалось из-за сильной размытости изображения. Не удовлетворив свое любопытство, принялся изучать окружение вокруг себя. Воздух здесь тоже оказался с горчинкой, как и снаружи, только немного суше и прохладней, пахло совсем не естественно, как будто бы очень тонкий отголосок сажи из печки, едва уловимый и совсем не опасный. Не обнаружив для себя интересного, из мальчикового любопытства подошел и взобрался на один из постаментов. Взобраться на него оказалось неожиданно приятно, нога по щиколотку проваливалась в материал, но там внутри поверхность пружинила. Он постоял, проверяя, переминаясь с ноги на ногу, пробуя эффект, и неожиданно довольно высоко подпрыгнул. Постамент компенсировал нагрузку при приземлении, подтолкнув мальчика обратно вверх. Рику это ужасно понравилось, такого он не ожидал, повторил и что есть силы принялся прыгать, позабыв об опасности. Это было здорово, он никогда так не развлекался, взмывал вверх, опускался и снова вверх, было так хорошо, что не хотелось останавливаться. Рик беззаботно прыгал примерно с минуту, но при очередном приземлении не удачно поставил ногу, незначительно подвернул ее, взмахнув руками, плюхнулся на мягкую бархатную поверхность, барахтался чтобы встать. Вокруг раздался знакомый гул со щелчками. В мгновение ока из монолита, стоящего на против, выросло множество нитей, будто паутиной, опутало мальчика. Ниточки прикоснулись к голове к рукам и к туловищу, проникая сквозь одежду, плотно прилипали. Рик очень сильно испугался, он бился, кричал, катался по постаменту, размахивал руками, пытался оторвать прилипшие к нему нити, те отлеплялись и снова настойчиво занимали свое прежнее место, не давая опомниться, это продолжалось какое-то время, пока мальчик окончательно не выбился из сил. Наконец он просто расслабился и остался спокойно лежать, опутанный чужеродными волокнами. Постарался отдышаться, в груди бешено колотилось сердце. Рик понял, что ему не больно и он не скован, нити просто приклеились к нему, не причиняя вреда. Неожиданно паутинки засветились не ярким мягким белым светом, по всему телу пробежали щекотные мурашки, а в голове возникли неясные чуждые образы, обрывками, пушистыми облаками, кружащими в сознании. Это было, как сон наяву, но контроль над окружающим Рик не утратил, он прекрасно слышал и ощущал пространство вокруг. Мальчик напрягся, до него дошло, что ему пытаются что-то передать, постарался понять чужеродную информацию. Но образы в виде неясных размытых цветных картинок не сходились в одно целое, представляя из себя цветовую нелепицу. Картинки еще какое-то время появлялись в голове, вспыхивали, отходили на второй план, сменяя друг друга, потом поблекли, потемнели и окончательно испарились, не оставив следа. Перестали светиться нити, бежевый монолит рядом тихонько пискнул, также неожиданно, как и в первый раз, мягко втянул в себя тонкие нити-щупальца, освободил мальчика. Раздался довольно громкий щелчок, в середине матовой полупрозрачной стены появилась щель, которая с шипением расширилась до дверного проема, ведущего вовнутрь второго помещения. Рик одним рывком соскочил с постамента, подбежал к пандусу, собираясь ретироваться из здания, возвратиться к своему другу в пустоши. Но неожиданно остановился, краем глаза он заметил черное, довольно большое пятно, кляксой лежащее в дальнем углу открывшейся комнаты, повернулся, внимательно рассмотрел то, что лежало темным на полу. Это было похоже издалека на груду истлевших лохмотьев, прямо возле стены из-под вороха темной материи что-то белело, что-то напоминающее мяч. Рику стало любопытно, но он помнил, что произошло с ним совсем не давно, что безрассудство может стоить ему очень дорого, он колебался. С одной стороны, собирался покинуть это место, ибо был не на шутку напуган, а с другой, его просто пожирало любопытство, что же там в другой комнате, что находится на полу? Наконец любопытство взяло верх, и мальчик, преодолевая страх, возвратился, вошел в открытый проем в прозрачной стене.