- -
- 100%
- +
© Станислав Викторович Хромов, 2024
ISBN 978-5-4474-8934-2
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
ВРЕМЕНА ГОДА
В первую книгу стихов величайшего русского поэта начала 21 века Станислава Викторовича Хромова включены стихотворения сборника «Времена года».
Стихотворения Станислава Хромова проникнуты тонким мироощущением и лирикой повседневности.
Они радуют многочисленных почитателей творчества поэта, стали основой для популярных песен.
Первое стихотворение
Воскресенье. Стекла в инее.Распечатаю окно.Молодое в чашу синююЛьется алое вино.Вспоминаю за дорогою, —Не терзаясь, не скорбя, —Свежесть раннюю, далекуюПервых чисел ноября.Бьют часы за стенкой древние —То ли нечет, то ли чет…И во встречном направленииВремя будто бы течет.В доме спят. А я украдкоюВолю дам карандашу —Наклонившись над тетрадкоюПервый стих свой напишу, —Полечу межой рассветною,Как пустынник в старину,В ту далекую, заветную,Нереальную страну,Где шевелится под елкамиПолумрак и снеговей,Позабытыми проселкамиСлушать музыку полей,Где моей безлюдной отчиныЗапустенье не страшит,Где на травах у обочиныИней розовый лежит,Где былинные сказанияУбаюкивают Русь…И куда я в наказаниеОбязательно вернусь.Старая пристань
Огромные камни, как стражи у плеса,За ними домишки, пустырь, лебеда,Шуршат по асфальту все мимо колесаИ редко теперь заезжают сюда.Забытая пристань. Лишь изредка где-тоПодаст пароходик тревожную весть,И если я знал, что такое край светаТо это уж верно окраина есть.За шпиль деревянный цепляешься взглядом,И копией тут, хоть кому укажи,Лежат бездыханные ржавые рядом,Как дохлые щуки, стальные баржи.Не здесь ли когда-то в далекое времяВ такую же кроткую тишь и покойВ засаде звенело кочевника стремя,И отзвуки битвы неслись над рекой!Глядись целый день в бесконечные дали,Но кто эти странные мысли поймет —А может быть, чайки у них перенялиИ дикие крики, и хищный полет?Я вздрогнул! Потом тормоза завизжали,Потом они вышли и скрежет затих,Присели к воде на земные скрижалиИ пива бутылки открыли о них.Ничто не спугнуло идиллии сонной,Лишь солнечный диск, непомерно тяжел,Сигналил нам издали алой коронойО том, что еще один день отошел.Вечернее небо
Уж окутались сумраком долы,На закате межи пролегли.Облачка, как пустые атоллы,Расплываются где-то вдали.Изумрудные росы вбирая,Отражает свеченье трава,И венчает подножие раяВ небесах золотая канва.И спокойные мысли святые,Уплывают невольно туда,Где прорвав невода золотые,Одинокая брезжит звезда…Гнилые места
Зарастают излучины тиной,Не бушуют опята на пнях,И давно об охоте утинойПозабыли уже в деревнях.А пойдешь по знакомой дороге,Вспоминая былые года,Из-под ног, добавляя тревоги,Неживая сочится вода.Поглядишь исподлобья на ельник,На березы, погибшие здесь,И, как путник, покинутый в сельве,Невзначай передернешься весь.Что здесь стало! Болота и чащи-Неизвестный пугающий лес!В колеях высоко и щемящеОтражаются клочья небес.Словно вышел на адские кругиС неподвижным оскалом берлог,Где рябины, согнутые в дуги,Украшают затопленный лог.И повсюду, заросшие мохом,С допотопной какой – то войныНа земле в одиночку и чохомМолчаливо лежат валуны.Не встревожит шипенье гадюки,Не обрадует птиц перелет —У безжизненной тихой излукиДаже ворон, и тот не живет.А очнешься у самой плотины —Где бродил! – За верстою верстаМхи да кочки, дa заводи тины…Мертвый волок, гнилые места!Времена года
Когда осыпают деревьяНа землю последние листьяИ ветер стучится унылоВ закрытые на ночь ворота,Под серым дождем монотоннымЗадумаюсь снова о жизни,А в темных аллеях тускнеетСусальная их позолота.Когда на пустынных дорогахГуляет лишь вьюга да черти,И тяжко во сне беспробудномЗабытые стонут могилы,Под звездным мерцающим небомЗадумаюсь снова о смерти,А в сердце вселенская стужаПоследние выстудит силы.Когда в половодье бурлящемРассеются тени былого,И в воздухе свежем и ясномЛеса отразятся и рощи,Под их нарастающим звономО Ней я задумаюсь снова,А песней любви и свободыПронизаны белые ночи.Когда же природы цветущейРаспустится кокон прекрасный,И яркие солнца бутоныВ пруду растворятся стеклянном,Под знойным светилом палящимНе стану грустить я напрасно,А просто возьму и уедуБродить по лесам и полянам…Обычное
Я помню: заря восходила,И тени ложились к крыльцу,И ты улыбалась так милоЕе золотому венцу.Зажглись на березах сережки,Твой смех ускользал на бегу,В конце заметенной дорожкиИскрилась веранда в снегу.А дальше мохнатые елиГлубокий покоили сонИ мрачно оттуда глядели,Вздыхая ветрам в унисон.Ну что ж, мне и это отрадно,Что в памяти нашей живутАллея, березы, верандаИ белый под елями пруд…Ранняя прогулка
Вот проснусь я однажды рано,Натяну сапоги и плащИ по полю в сетях туманаПобреду, как промокший грач.Мимо черной угрюмой пашни,Чуть заслыша высокий звон,Прямо к лесу, где елей башниОкружили покой и сон.И, зайдя под густые ели,Вдруг почую, что где – то тутМолчаливые бродят тени —Не меня ли в дорогу ждут?Не пора ли и мне без жалобСобираться в обратный путь?Как легко и свободно стало бОтрешиться куда – нибудь!От всего, что давно не ново,От чужих безразличных глаз,От короткого сна земногоЧто до смерти замучил нас.Что саднит, как глухая рана —Безысходен, жесток, тяжел…А иначе, зачем так раноТы из дома сюда пришел?Синий вечер
Вечер синий, вечер лунный,В небеса столпы дымов,Над окраиной безлюднойДремлют крыши теремов.Я любил тебя такую —Просветленную в печаль,Я и сам порой тоскую,Только мне себя не жаль.Знаю, будет оно время-Без молитвы и креста,Из иного ВифлеемаВыйдет новая звезда!Разойдутся ли по мируПесни петь… Былая Русь!Но за их чужую лируЯ ручаться не берусь.Знаю только вечер зимний,Звезды яркие над ним,Да узоры тайных линий —Уходящий к небу дым.Так ли ввысь и ты, Россия,Отлетишь, наступит срок,Как непризнанный мессия,Как сгоревший уголек?Мчатся блики, иней колкийПокрывает все кругом…Вечер синий, вечер долгий,Не тревожься ни о ком!Поэт
Короткий изводится вечер,Туман за дорогами чист,Взирают оплывшие свечиНа белый исписанный лист.Чертит карандаш по бумаге,Забыв назначенье свое —Безвестные, тайные знакиВыводит его острие.И в этом немом откровеньиБезумном, как времени ход,Быть может, иное движеньеВ иных измереньях живет.Вот так, мой хороший, а ты тоВсе думал пройти на ура,Ты думал, что тайна зарытаВ корпенье пустом до утра.Любил ты могильные плитыИ грозный над лесом закат,Когда его светом залитыСтога на покосах горят.Когда на притихших угорахСоборы возносятся ввысь,И мысли твои в разговорахНад ними, как стаи неслись.Любил ты уступчивых женщинИ бойких, веселых девиц —С бесовскою силой повенчан,С полетом заоблачных птиц.Ты тайно в ушедшие ночиСкрывался, как в черный подвал,Где карие ведьмины очиБожественным даром назвал.Где так же легко и свободноЖивется, как в жизни чужой —И бродишь с улыбкой холоднойЗа призрачной этой межой.А твой карандаш на бумагеВыводит бессмысленный штрих —Откуда взялись эти знаки,И кто подсказал тебе их?Взгляни на пустые кварталы,На мрачные в дымке дома —Вот памяти светлой анналыИ черной тоски закрома.Все здесь, не надейся душоюЧужую судьбу проложитьИ там, за далекой межоюСвободно и праведно жить.Жизнь мечтателя
Я могу теперь только забытьсяИ взмахнуть на прощанье веслом —Одинокая вещая птицаОсенит меня черным крылом.Озираясь на волны несмело,Погляжу я на берег с тоской —Может, девушка в платьице беломМне вдогонку помашет рукой!Зашумят сиротливо березы…И не стану еще возражать,Что глотая невольные слезы,Будет девушка следом бежать.Но в желаньях своих несерьезныхДля нее ты, конечно, не тот —Подавай ему проводов слезных,Полюбивший мечты идиот!Как подумаю с грустью об этом,Угасает и прячется взгляд —Если кто – то родился поэтом,То его утопить норовят.Говорят, мол, она не по Сеньке —Он пропойца и круглый дурак,Оттого на последние деньгиВечерами сбегаю в кабак…Так ничтожно, подобно лишаю,Одинокие годы влачу —И уже никому не мешаю,И уже ничего не хочу…Элегия
Гулко в лесах, и сошедшими пахнет снегами,Ожили борозды, вновь увиваясь за плугом,Воды озерные вровень стоят с берегами,Быстрые утки проносятся низко над лугом.В дымке рассветной что слышу я каждой весною —Плач ли ребенка, дыхание родины спящей?..Нет, никуда не уйдет это вместе со мною,Чтобы воскреснуть в какой-то судьбе преходящей.Нет, не поверю, что там – на пороге эпохиВсе растворится за гранью иных измерений,Плачет дитя, и дела наши, стало, не плохи,Плачет душа, вызывая слова откровенней.Воды и небо, и пара стремительных уток,Как это много для сердца влюбленного значит!Плачет душа, и порою, надрыв ее жуток,И не понять, по кому она веснами плачет…У чертова пня
Глухо скрежещут засовы,Чуть затихая ко дню,Ночью слетаются совыК этому чертову пню.Жуткие в полночь кошмарыПутникам видятся тут —Даже господние карыВровень с таким не идут!Слышно бывало в народе,Да не осталось следин,Здесь в незапамятном годеШлялся разбойник один.Брел он, угрюмый и дикий,Брел до фиордов своих,Посторонь мир многоликийВ темных берлогах затих.Но из удалой дружиныВызвался молодец всеж —Ночью подкрался и в спинуСунул гулебщику нож!Тяжко согнулся бродяга,Будто с дороги устал,Кровь зашипела, как брага…Рухнул и больше не встал.Тут и оставили вора,А из спины его, глядь, —Кряжем, не вынуть который,Нынче торчит рукоять.Если же верить старухам,Жившим недавно отсель,Был у бродяги под брюхомЗолота полный кошель.Вот и лежит, как корыто,Алчные души маня,Золото в недрах сокрыто,Несколько метров от пня.Стоит пробить ему спину, —Чрево давно прогнило, —Каждый мечтает, мол, вынуЗолота десять кило!Сходятся к месту лихиеИ, принимаясь за труд,В этой продажной стихииДруга за горло берут.Чавкают в месиве бродни,Только все зря, говорят, —Слитки давно в преисподнеВ княжьих хоромах горят…Так оно, верно, и было,Даром не скажет народ,Время землею забилоОчи варяга и рот.Лег, как могильная груда,В недра вошел и протух,Изредка память оттудаВынесет гнилостный дух.Мохом зарос и травою,Приняв безжалостный суд,И над его головоюТемные слухи ползут…Фантазия
Замучают летние грезыПростором своим необъятным!Люблю, развалясь под березой,Подумать о чем-то приятном.О том, например, что не худоПод тень австралийских пампасовУехать на время отсюдаИ жить там среди папуасов.А можно забраться поглуше —Бежать в африканские дебри,Где бродят умершие души,И рыскают хищные звери.Где женщины страстны до жути,И ласки их огненно дики,Где бьются их пышные грудиИ слышатся жадные крики!Такие, признаться, тревогиНагрянут, что некуда деться…Ведь люди и вправду не боги —Не могут на мир наглядеться.И, может быть, в Африке дальнейВ тот час, когда небо светает,Какой-нибудь негр нахальнейО белых просторах мечтает.Ну что ж, я не против как-будто,Однако, признать не могу я,Что станет он братом кому-то,Подробности эти смакуя.А птицы, ветрами гонимы,Торопятся в дальние страны,И знойное солнце над нимиВ огромные бьет барабаны.Двор детства
Объяснить ли мне это иронией —Что не стар и не сед до сих пор?Мой сосед еще, помню, с гармониейВыходил разгуляться во двор.И плясали, и пели охальные,Отгоняя дотошных ребят,А какие застолья пасхальныеИ сейчас перед взором рябят!Плыли бабы с ужимками вялыми,Мужики, походя на котов, —Гимнастерки кружились линялыеИ платочки тридцатых годов.Без регалий, по-свойски, без почестей, —Задаваться тогда не с руки, —Ветераны плясали, как прочие —Молодые еще мужики.И такое расскажут, проказники,Что бывало, поверишь с трудом, —Я такого, ни в будни, ни в праздники,Не читал и не слышал потом.Снова здесь я… Вхожу не без робостиИ с расспросами не пристаю —Как на крае разверзшейся пропастиСо своим чемоданом стою.Что-то тут происходит неладное,Или это со мной – не пойму,Не шумит представленье бесплатное,Ребятня не играет в войну.Опустела дворовая вотчина,Этот мир заповеданный мой,Только редкий жилец озабоченноПробежит по дорожке домой.Словно странник без роду, без племени,Опираясь на память свою,Я в другом, незапамятном времениСо своим чемоданом стою.Дивертисмент
А вот возьму котомочкуДа выйду из избыНа самую на кромочкуОбманчивой судьбы,Где песни полупьяныеРазносятся, звеня,Эй, черти окаянные,Да вот же он и я!И мысли ваши грешныеЯ знаю, и дела —Зачем вас только, лешие,Маманя родила!Звени, гитара верная,Теперь я не уйду…Не хуже вас, наверное,И мне гореть в аду!Прощание
Вечерами, под заревом медными,Были наши мечты далеки,Были чувства и тайны заветными,Как глубинное русло реки.А она, исходившая волнами,Серебрилась отрезом парчи,И такими казались невольнымиПоцелуи прощальной ночи!Горький запах свободы и удалиИз полей доносил ветерок,Мы тогда не гадали, не думали,Что грядет наш назначенный срок.Не лилось соловьиное пение,Не качались, светясь, фонари,Мы прощались всего на мгновениеС полуночи до самой зари.В эти краткие миги чудесныеБлиже кажется звездная высь —Все нам слышались трубы небесные,И победные марши неслись.А под нами земля неогляднаяГробовую покоила тишь…С кем теперь ты, моя ненаглядная,В эти черные воды глядишь?Бессоница
Всю ночь ветра свистели,И звездный окоемПронизывали елиВ созвездии моем.И пруд в зеленой ряскеМерцал и леденел,Высвечивая пляскиНевыраженных тел.И в этой круговерти,Безумной и шальной,Мне думалось о смерти,Как будто я больной,Как будто нет на светеНи ночи и ни дня,Большой вселенский ветерПронизывал меня.Поигрывал на нервах,Измотанных давно,И в отсветах неверныхРастаяло окно…Я вышел! Но как преждеЧернел зловещий пруд,В бессмысленной надеждеТекли года минут.И я глядел усталоНа яркую звезду,А с уст уже слеталоЗаветное: «Иду!»Подморозило
Подморозило. – Стылые пади,У обочин стеклянная грязь,И березы стоят при параде,Восходящему солнцу дивясь.В мимолетном дыхании стужиОтражается будто весна,И, взглянув на застывшие лужи,Пробуждаешься вдруг ото сна!Вспомнишь раннюю свежесть природы,Зоревую воскресную тишь,И легко, словно в юные годы,В бесконечные дали летишь.Этих дней неизменно погожихОтзывается эхо в груди —Улыбаешься лицам прохожихИ не ведаешь, что впереди…А с какою надеждой во взореМы встречали рассветы тогда!И как тихо и намертво вскореУ обочин застыли года…Полет
Ночь!
Ночь буранная, о чемПоведать можешь ты?Виденья за моим плечомВстают из темноты!Пустынна улица, и снегЛожится у крыльца…Блуждает просвещенный векВ созвездии Стрельца.Метет пурга между домов,Огни по сторонам…Во тьме брожение умов,Завещанное нам.Гляжу, гляжу через поля,И вдруг блеснут во мгле метельной —Там, где кончается земля,Огни котельной!Огни далекие твои,Ночная замять,Мое сознание троитЧужая память.Пусть застилает снежный прахШальные очи,Я пролечу на всех парахПросторы ночи,Где не нарушит мой покойПурга – старуха.И шум, и грохот заводскойНе ранит слуха,И ветер в поле колдовскойРыдает глухо…Заблудший
Смутно бывает,Когда пробужусь ото сна я,И, уходяВ монастырский посад за рекою, —Будто сильней наваждения в мире не зная, —Выйду к лесам,Оттесненным метой городскою.Дальний пожарРазгорится над призраком ночи,Что за тревогиРождает в душе пробужденье —Только услышуЗнакомые трели из рощи,Грудь замирает в счастливое это мгновенье!Вспомню, как пальмыГляделись в лазурные воды,Как у фонтановВ аллеях душа трепетала,Годы любвиИ пленительной южной свободыСердце наполнят…И жизни покажется мало!Как же смириться,Что вышло счастливое время,Тихо скончалось,И песня его отлетела,Что, покидаяЗемное постылое бремя,Скоро с душоюРасстанется бренное тело?Если б начатьВсе сначала, уехав отсюда!Вьюжные зимыНе помнить кошмарными снами —Вечному раюЗемного не отдал ИудаИ оттогоНа земле не расстанется с нами…В эти края,Нелюдимые снежной порою,Рвался б оттуда,Страстей суету проклиная,Знал, что меняПо обычаю предков зароют,И по-людскиУпокоит обитель лесная.Странные мысли,С которыми жить невозможно,Как невозможноСчастливым покинуть навекиЗемлю, где чувствоТвоей сопричастности ложно,Как у больного,Забытого всеми калеки…Раб
Одним судьба дала прозренье,А мне, лукавому рабу,Немое гордое презреньеВ закрытом наглухо гробу.Я не ропщу – судьба такая,А в жизни каждому свое,Летит, друг друга окликая,Над головою воронье.Грешу, юродствую, метаюсь,Не в силах сбить своих оков,И беспробудно напиваюсьВ плену вонючих кабаков.Веду пустые разговоры,Не различая праздных лиц,Встречаю бритвенные взорыИз-под накрашенных ресниц.Не прохожу с улыбкой мимоНи злачных мест, ни алкашей,Давно холуями режимаТуда же выбитый взашей.Я раб. Но знайте, я не струшу —И лишь ослабите вожжу,Я в вашу праведную тушуКинжал без жалости вонжу!Оправдание
Спущусь по тропке между ив,В беседке сяду под навесом,И вдруг увижу, как красивЗакат колышется над лесом!Ах, сколько вымученных словБросали мы в его горнило!И я, наверное, не новВ душе, что песню обронила.А он горит, все также яр,И в летний зной, и в злую стужу,Его спасительный пожарМне выжег пламенную душу!И понял я, что ни одна,Пусть даже лучшая из песен,Не сможет выплеснуть до днаСлова о том, как мир чудесен!И все останется как есть,Пока по всем земным дорогамЛетит его благая вестьВ миру взыскательном и строгом!У болота
Над стогами закатзахлебнулся и канулВ беспробудные топи болот,И последние россыписолнечных гранулОборвали утиный полет.Мне бы жить да любить,а теперь не смогу —Я не тот стал, не тот…И смотрю отрешенно,прислонившись к стогу,За пустой горизонт.Жизнь неравнаясмерти глупей,А умрем в свой черед.На могиле крапива,лебеда и репейПрорастет.А умру —и никто не придет помянуть,У безжизненных водБудет гробв черной жиже тонуть —Мрачный свод!Ну и пусть —хоть гнилые места,да свои,А на тропах землиСколько пало бродяг…Подожди,не зови,Не тревожь, не скули…Красные волки
Говорят, что во время войны,Напугавшая жителей здорово,Подалась с фронтовой стороныВ наши дебри волчиная прорва.Перебравшись тайком через гать,Объявились от края до края,И, как будто решив запугать,Нападали, детей задирая.Все матерые, как на подбор,С оттопыренной шерстью на холке —Они помнятся здесь до сих пор,Как прозвали их, красные волки.Опаленные в первых боях,Безрассудно жестокие в схватке,У сородичей в здешних краяхСовершенно другие повадки.Не сыскалось в округе стрелков,Кто бы мог защитить от напасти,И нашествие красных волковОбернулось великим несчастьем.За один достопамятный годИх несметная сила наперла,Безнаказанно резали скот,Только кровь выпивая из горла.Покидали ночами овраг,Шли по улицам прямо к лабазу —Так, наверное, шествовал враг,От которого не было спасу!И никто на деревне живойЗа ворота не вылезет ночью.И сидели, и слушали вой,Проклиная развязанность волчью.Их чужой, повелительный нрав,Как у новых и грозных хозяев,И собаки, хвосты подобрав,Забивались подальше, не лаяв.Стороною гремела войнаНо, спасая звериную шкуру,Как жестоко меняла онаИ людскую, и волчью натуру!Зарри
Его купилиНе на базаре,В Европе были,И вот он – Зарри.К нему в приварокБренчат медали,За триста марокЕго продали.Весь день ласкаем,Он ест тушенку,И тешит лаемСвою душонку.Он ходит в гостиВ мою квартиру,И нет в нем злостиПлебейской к миру.Он не укуситМеня за палец —Нет, он не трусит,Он иностранец!И он заразуНе схватит где-то —Ну видно сразуИнтеллигента.Порой насупленБывает Зарри,Ведь все же купленНе на базаре.Не шутка – тристаЗа нос отдали,И, как мониста,Бренчат медали.В аллее
Сверну в знакомую аллею…Припертый к жизненной стене,Одно желание лелею —С природой быть наедине.А липы чувственней и глушеВздыхают, ветки наклоня,О близкой осени, о стуже,И им совсем не до меня.Сдвиженье
Я заплутал в лесу однажды,Зайдя от дома далеко —Я выходил к болоту дважды,И вновь туда меня влекло.И, продираясь без оглядки,Я, наконец, сошел с пути,И, сил расходуя остатки,Не знал, куда теперь идти.Подумал, леший кружит вроде,А было сдвиженье как раз —Болтают всякое в народеОб этом празднике у нас.И перед взором, словно глюки,Поплыли старые лубки… —В такую ночь ползут гадюкиСвиваться на зиму в клубки!На всех распутьях и дорогахКишит шипящая волнаИ, говорят, ночами многихСгубила путников она.И, с места двинуться не смея,Под вечер, глядя на закат,Со страхом ждал, когда же змеиТропинки все заполонят.Зачем ушел, себе в наградуДары осенние беря,В такую памятную датуПоследних чисел сентября?Ни жив, ни мертв, под елью стоя, —А в детстве каждом страхи есть, —Решил, что самое простое,От них на дерево залезть.Но как мне быть, куда податься,Случись, объявится медведь?Везде достанет – может статься,И на суку не усидеть.Развеселится нечисть в кущах,Засвищет в яме водяной,И ведьма топнет на орущихСвоей ногою костяной.И все замрут осатанело,Узнав чужого пришлеца…Потом к воде потащат телоС кривой гримасою лица.Любые жуткие поверьяВ глазах мерещились окрест,Когда я, глядя на деревья,Оцепенел от этих мест…Припомнив бабкины наказыВ лесу не шляться в то число,От всякой нечисти – заразыМою фантазию несло.И вдруг, как лучик в темной келье,Как ветра свежего глоток,Издалека по кронам елейПроплыл спасительный гудок!Он звал своих в ночную смену,Густые выпустив пары,И заунывно, и надменноЛетело эхо на боры.Тотчас раздвинулись чащобы,Я поспешил в обратный путь,До наступленья ночи чтобыДомой из лесу дотянуть.Шагал низиной неустанно,Скорей туда – в двадцатый век,Из первобытного тумана,Где так безумен человек.Я твердо шел, приняв решенье,В болота больше ни ногой,Когда мелькнул, как воскрешеньеБетонный корпус заводской.Какие, к черту, небылицы,Какие змеи, – боже мой! —Ведь так недолго поступитьсяЦивилизацией самой.Но с тайной думой и сегодня,Хоть крест на мне, а не печать,Воздвиженье Креста ГосподняГотовлюсь осенью встречать…Утопленник
Когда в вечернем зареве лиловоПогаснут воды сумеречных рек,Я утоплюсь, не вымолвив ни слова —Немой и безразличный имярек.Я знаю мир, и знаю, что в итогеМы все придем к назначенной мете,Кляня свои тревожные дорогиИ жизнь саму в тщеславной суете.– Я верил! – скажет некто у причала, —Я в жизни знал страдания и рай!– А мне-то что? – отвечу я устало, —Хоть на кресте за веру умирай!Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.