Хроники ларгов: Некромант

Предисловие от автора

Будучи фанатом фентезийного жанра, мне с детства хотелось создать свой сказочный мир, наполненный волшебством и таинственностью, чтобы в нем обитали выдуманные создания и мифические герои. Мир, где древние города и великие королевства очаровывали своей красотой отважных путников, а в темных дремучих лесах и непролазных топях скрывались ужасные чудовища. Здесь всегда нашлось бы место для геройства и добрых поступков, а зло непременно получало по заслугам.

Не переставая верить в сказку, будучи уже взрослым, я закрывал глаза и мысленно отправлялся в нее. Странствуя по закоулкам своего сознания, мне открывались все новые и новые земли моего волшебного мира. Я строил его по кирпичикам день за днем и теперь могу смело пригласить вас в гости. Эта книга для всех, кто хочет на время оставить все мирские хлопоты и окунуться в прекрасный мир волшебства и сказки, где каждому найдется место по душе, куда читатель непременно захочет вернуться снова и снова.

Прежде чем перейти к повествованию, мне хотелось бы рассказать о самой книге и ее написании. Не всем читателям, к примеру, известно, как выглядят орки или эльбы, почему шныги не умеют думать или почему летают виверны. Я тоже точно этого не знаю, так как все изображают сказочных существ по-разному, у каждого человека свое восприятие и фантазии. Угодив одному читателю, автор рискует огорчить ожидания другого. Поэтому я считаю, что в жанре фэнтази главное не сдерживать свое воображение и поддаться его воздушному полету. Окунувшись в сказочный мир непознанного, оно рисуется нам именно таким, каким мы его хотим видеть. За всей моей краткостью кроется лишь желание оставить читателю место для фантазии, а вовсе не скупость на слова. Добавлю еще, что ограничиваясь уже существующими описаниями и зарисовками, автор усложняет сам себе процесс написания книги, но «мы легких путей не ищем». По себе знаю, что, когда читаешь книгу, и в образе определенного персонажа что-то не понравится, то уже начинаешь испытывать к нему легкую антипатию. Грубо говоря, начинаешь докапываться до мелочей. Например, нос не такой или цвет волос, хотя по сути это не столь важно. Особенно так бывает, когда книга действительно захватывает, и с головой погружаешься в нее. Даже иногда хотелось бы, чтоб события развивались иначе, и на мгновение порываешься отбросить книгу в сторону. Да уж, что написано пером, не вырубишь топором. Приходится смиряться и бежать глазами по строчкам дальше, а в итоге получать истинное удовольствие от чтения. Однако, ни для кого не секрет, что авторы зачастую желают, чтобы все выдуманные ими персонажи понравились читателю, а происходящие на страницах книги события восхищали или наоборот заставляли взгрустнуть в зависимости от жанра. Всегда приходится выбирать что-то одно, поэтому, как ни пиши, всегда нелегко.

Эта история, о которой я хочу рассказать, повествует о приключениях юного ларга Клинка, рожденного на далеком Этриусе поселенцами с Земли Джоном и Анной Рид, уже знакомым читателю по моей первой книге «Война ларгов: Клинок и магия Луны». В «Хрониках ларгов: Некромант», как и в предыдущей истории, мой рассказ пойдет о дружбе и вражде, о любви и ненависти. Как могло показаться на первый взгляд, победа осталась за союзниками, эльбами и ларгами, но на этот раз не менее страшная угроза, чем колдун Куззола, нависла над крошечной планетой бога плодородия и радости Сатира Этриусом, а уж на что способен этот пройдоха нам хорошо известно из первой части книги. Все мы хорошо помним, а для тех, кто не читал, я повторюсь, что Куззола завладел Книгой знаний после битвы с друидами и создавал кровожадных чудовищ в Ледяном дворце для того, чтобы захватить Рединфорт и ввергнуть жителей Ларгиндии в тиранию. Он мечтал заключить в свои объятия прелестную воровку Луну против ее воли, чего уж точно не мог допустить доблестный стражник Клинок и, преодолев все преграды на своем пути, помешал Куззоле осуществить задуманное. В награду герой получил заслуженную славу, корону короля Ларгиндии и любовь красавицы Луны, которая на протяжении всех его приключений была ему верной спутницей и помощником. Как раз без нее юному Клинку не удалось бы расправиться даже с разбойником Мустафой и остаться живым после боя с вождем орков Руш Крушгаром. Так же надо отдать должное друзьям юного героя – мудрому эльбу Лиэлю и силачу Грому. Об этих двоих персонажах я тоже не могу не напомнить, ведь они тоже неоднократно спасали из беды героя Ларгиндии Клинка и не давали ему скучать на протяжении всей истории. Остальных не менее колоритных персонажей вынужден буду оставить в тени, иначе проще было бы пересказать первую книжку заново.

Конечно, чтобы было легче разобраться, что к чему в этой книге, желательно прочитать первую часть, однако вкратце я напомню по мере необходимости читателю о том, что происходило с персонажами ранее. Учитывая, что в «Война ларгов: Клинок и магия Луны» я в большей степени рассказываю о событиях, устраивая из приключений Александра и Луны бешеную гонку с множеством сражений и неожиданных поворотов судьбы, но существенно упускаю всю духовную сущность персонажей. В первой части поведение персонажей оставалось довольно предсказуемым, поэтому можно было без труда понять их переживания. Здесь же наиболее важно было показать внутренний мир моих героев, особенно сущности лорда Нотингхорфа и бога Анубиса, так как это очень важно, чтоб лучше вникнуть в происходящее, заглянуть в душу каждого и почувствовать характеры выдуманных мной персонажей. Уж о том, что творилось в голове у горбуна Куззолы, будет понятно и без прочтения первой части. Он неизменно останется главным злодеем в книге, ибо ее замысел в том, что в мире есть творцы и разрушители, которые обязаны первым за свое существование, ведь если ничего не создавать, то будет нечего ломать. Во всяком случае, это всего лишь мое мнение. Так же нам всем свойственно ошибаться, и когда мы признаем свою неправоту или неверность поступков, то очень переживаем это и стараемся впредь не допускать подобного. Раскрыть образ заблудшей души мне помог лорд Нотингхорф, но вот удастся ли ему выбрать верный путь и справиться со своими угрызениями совести, мы узнаем позже. Все же учитывая, что читатели жанра фэнтези больше любят приключения и сражения, то я не поскупился на них. Еще нас ждет довольно драматический финал и намек на продолжение. Мне так не терпится рассказать обо всем и сразу. Это не удивительно, ведь незабываемых приключений отважного ларга Александра и его верной спутницы Луны по моей задумке хватит еще на несколько книжек. В общем, всего, что нам так интересно, обещаю в избытке.

Итак, что же может быть страшнее козней колдуна Куззолы для жителей крошечной планеты, спросите вы? Конечно, его предприимчивости и коварству стоит отдать должное, но раз Клинку удалось с ним расправиться, то на Этриусе теперь произойдет что-то поистине невероятное. Все действия, рассказанные мной в «Хрониках ларгов: Некромант», послужат предысторией и продолжением к первой части моей интересной сказки о добре и зле. В этой книге я раскрою всю озлобленность непутевого сына бога Сатира Куззолы, подлость владыки подземного царства Анубиса и истинную глубину души воскрешенного им проклятого лорда Нотинхорфа.

Учитывая, что книга должна иметь начало и конец, а история, о которой я повествую, бесконечна как сама вселенная, начну с предыстории о боге плодородия и радости Сатире, которому я обязан, как создателю прекрасной планеты Этриус, где будет происходить основная буря страстей и событий. Желая создать большую интригу и немного запутать во времени, я переплел происходящее на Земле и Этриусе между собой. К тому же я так сделал, чтобы было интереснее читать и легче запоминалось, что случилось с героями ранее. Думаю, во время прочтения будет не сложно разобраться, что к чему. Однако здесь, в событиях, происходящих на Земле и Этриусе в книге, нет параллелей и разница во времени велика, так как жизнь на планете Сатира зародилась гораздо позже. Ведь когда бог был еще молод, он коротал вечность, веселясь и распивая вино в компании нимф и фей. Тогда он еще и не помышлял о создании своей планеты, о эльбах и орках. В молодости он не мечтал о гармонии и любви, а совсем наоборот был очень ветреным и даже развратным. Все же каждый бог стремится к совершенствованию себя и не должен потакать своим низменным желаниям. Конечно, есть как добрые, так и злые боги. Все они с одинаковым рвением преследуют различные цели, и взгляды их так же расходятся между собой, хотя являются звеньями одной цепи. Все как у людей.

Так произошло и с Сатиром. Повзрослев, набравшись мудрости, он осознал, что живет бесцельно, что праздная жизнь не несет в себе смысла. Цель жизни пришла не без умственного труда. Вскоре Сатир спросил разрешения у высших богов на создание своей планеты и зарождения жизни на ней. Его стремления восприняли с восхищением и дали согласие. Не без помощи могущественных друзей ему удалось создать прекрасный и цветущий Этриус. Творение Сатира привлекало не меньше внимания, чем планета Земля, над которой созидало большинство богов. Однако никто не смел внести свой вклад в труды Сатира, да и не было в том нужды. Он и вправду заслуживал право называть себя богом плодородия и радости. Другие, более знаменитые боги плодородия, оценивали достижения Сатира по достоинству, даже такие величайшие, как Велес, Фрея и Деметра. Они первыми побывали в гостях у него. Богов много, и всем им так хотелось полюбоваться на Этриус, что в первое время Сатир даже боялся что-то добавлять или менять на планете, чтобы не испортить свой шедевр. Так уж нравились гостям красоты лесов и изящество всяких созданий, с любовью сотворенных им.

Впоследствии появились и эльбы с орками. Сатир поначалу был горд своими успехами. Ведь они были созданы, как и люди, разумными. Соседствовали они мирно и почитали создателя. Все же, как говорится, счастье не вечно, и вскоре начали происходить события, которые все больше и больше омрачали Сатира, особенно намерения орков. Может быть, он сам что-то не доглядел, может завистники оказались прозорливей его, может вовсе не следовало тягаться своими силами с высшими богами. Но неприятности одна за другой ввергли Сатира в пучину душевных страданий, и он отчаялся…

А нам никогда не нужно сдаваться и переставать верить в добро, особенно когда читаешь сказку. Добро должно победить, уж это наверняка, правда? Правда. Хотя я ничего не обещаю и просто расскажу, как знаю.

На этом-то занимательном моменте, с вашего позволения, и перейду к самой истории. Желаю приятного чтения!

Введение. Любовь бога

Случилось так, что бог плодородия и радости Сатир полюбил эльбийку Габриэль. Девушка была очень красива и притягательна, как и большинство эльбиек, но богу приглянулась именно она. Как ни пытался влюбленный подавить свои чувства к ней, они наоборот вспыхивали с большей силой. Однажды на празднике он признался ей в любви, чем напугал ее. Никто из смертных не смел, помышлять о подобном, а перед прелестной Габриэль сам бог опустился на колено при всех жителях Зеленого города. Девушка не отвергла Сатира, но и не решалась раскрывать свое сердце. Бог ждал и всячески добивался ее благосклонности. После продолжительных ухаживаний Габриэль не выдержала и ответила ему взаимностью. Никто не завидовал девушке, и все радовались ее счастью. Она и правда была достойна любви бога. Вскоре Сатир и Габриэль обвенчались по эльбийским обычаям. Они наслаждались страстью и нежностью своих чувств, пока у них не родился малыш, которого решили назвать Куззола.

Мальчик родился необычным, кто-то сказал бы уродливым. Его лицо искажали длинный острый нос и большие уши, на спине рос горб. Все эльбы отличались красивыми чертами лица и стройными фигурами, поэтому Куззолу поначалу сторонились. Над ним не надсмехались, но и не сострадали к нему, ведь это был сын бога. Раз так произошло, значит, так и должно было быть. Все-таки малыш родился здоровым, хоть и необычным, так что все жители Зеленого города были рады счастью Сатира и Габриэли. Вот только родители Куззолы, каждый в отдельности, чувствовали себя виноватыми и не находили себе места, особенно несчастная мать. Сатир и многочисленные жители Зеленого города, как могли, старались утешить Габриэль, но это казалось безнадежным, ведь эльбы очень чувственный народ и все их поступки идут от сердца. Ранимая девушка очень сильно переживала, и ее можно было понять, ведь рождение ребенка от бога это довольно ответственное и редчайшее событие.

Магия друидов тоже оказалась бессильна, ведь мальчик не был заколдован или искалечен. Он таким родился и ничего с этим не поделаешь. Все жители Зеленого города старались поддержать расстроенных родителей, приносили подарки, предлагали понянчиться с малышом. Вот только в сердца несчастных отца и матери закралось недоверие. Им начинало казаться, что это происходит из жалости, а не от дружеской любви.

Габриэль тяжело переживала из-за сына и все реже показывалась на глаза. Она избегала даже Сатира, который и сам перестал появляться в Зеленом городе. Конечно же, он не отказался от жены и сына. Просто он навещал их тайно, не желая слышать успокоительные увещевания и излишние расспросы, которые ему порядком надоели и он не находил на них ответов. Куззола быстро развивался, будучи сыном эльбийки и бога. Вскоре он повзрослел, часто убегал в лес и возвращался домой затемно. Как-то отец нашел его под могучим дубом на берегу реки. Бог некоторое время стоял в стороне, не желая беспокоить Куззолу, который сидел у воды, опустив в нее босые ноги. Нужно было найти подходящие слова, чтобы достучаться до его сердца, но Сатир замешкался. Оказалось, что богом быть проще, чем отцом.

– Сын, прости нас с мамой, мы желаем тебе только добра, – прошептал он, приблизившись к нему. Сатир понимал, что мальчик может снова убежать, не желая с ним разговаривать. Большую сложность в общении с ним составляло то, что он не мог проникнуть в его мысли, понять, что именно движет им. Его разум оставался закрытым от богов. Такой способностью были наделены только друиды и шаманы орков, теперь выяснилось, что такой дар есть и у Куззолы. Это представлялось вполне естественным, ведь он сына бога.

– Прости меня, сынок, – повторил Сатир, собственно, сам не зная за что извинялся, но чувствуя себя виноватым перед мальчиком.

– Что мне с твоего прощения? – Куззола не повернулся к отцу. Он поджал босые мокрые ноги под себя, выдернув их из прохладной воды. Бога обдало холодом.

– Ты, прав, – Сатир держался на расстоянии, не смея подойти, – Но ты должен быть сильным. Ты особенный ребенок, и все это знают. Не сторонись никого, твои поступки докажут всем, что ты не хуже других. Возможно и лучше.

– На меня смотрят как на чудовище! Поступки! – услышав это, Сатир поднял брови и чуть не раскрыл рот от возмущения.

– Сын, ты не обычный, но никто не сказал тебе, что ты чудовище. Ты не виноват, что ты такой, и все это понимают. Важнее то, какой ты в душе. Не страшись себя. Будь полезен и добр, – поспешно ответил Куззоле отец.

– Почему я должен всем угождать, лишь бы от меня не воротили носы? Сын Каэджадара Лиэль, младше меня, но он будет вождем, и все стелятся перед ним, а сын бога должен помогать, делать добро!

– Каждому свое. Ты тоже можешь стать вождем, прояви себя. Пойми, я не могу навязывать эльбам свою волю. Пусть я и бог, но нельзя держать Этриус в страхе только для того, чтоб угодить своему сыну.

– Какой же ты тогда мне отец? – вскричал мальчик и, вскочив на ноги, бросил на Сатира ненавистный взгляд.

– Куззола, мальчик мой. Ты должен всего добиваться сам. И я, и мама, и все будут помогать тебе. Ты не один, – расчувствовавшись, бог приблизился и хотел обнять сына, но мальчик вырвался и побежал.

Сатир не находил себе места. Он никогда не оставит Куззолу одного и будет продолжать беседовать с ним. Оставалось лишь верить, что мальчик со временем поймет его. Нужно рассказать Габриэль о разговоре с сыном. Она так же нуждалась в поддержке, и он незамедлительно отправился к ней.

Девушка тоскливо сидела у окна в своей хижине. Сатир очутился рядом с ней, но она не испугалась его появления. Габриэль давно привыкла к подобной выходке бога. Пусть как ему угодно, но навещает ее.

– Здравствуй, любовь моя, – Сатир опустился перед ней на колено и как раньше протянул букет полевых цветов.

Девушка, молча, взяла их, не отпуская его руки. Взгляд ее глаз был глубокий, но не живой.

– Мы совсем не гуляем с тобой теперь, – улыбнулся Сатир, – держись крепче, милая.

В мгновение ока они очутились на цветочной опушке посреди леса.

– Здесь я и собрал этот букет. Тут очень красиво, – Бог галантно покружил девушку вокруг себя.

– Любимый, спасибо, – ответила Габриэль, – но я уже не та…

– Что с тобой? Мальчик образумится. Потерпи, – встревожился Сатир.

– Не понимаю, что со мной. Я слабею, мне уже не радостно, и все чуждо. Как будто, кто-то забирает мои жизненные силы себе.

– Не говори так. Я тебя люблю. Ты красива и молода. Эльбы долгожители, – Сатир нежно прижал девушку к своей груди и поцеловал в губы, – Не думай о плохом, я с тобой.

– Да, но ты не убережешь меня. Я скоро умру, Куззола забирает мои силы. Он наше проклятие, любимый, наша беда.

Сатир не нашел, что ответить. Он целовал и обнимал Габриэль, но девушка действительно отдалялась от него. Сама ли она так изводила себя, или и вправду мальчик забирал ее силы, он не понимал. Оставалось лишь верить, что его возлюбленная со временем воспрянет духом. Он никогда не оставит ее одну.

Глава 1. Дочь Лиэля

Время летело неумолимо, и не было благосклонно к Сатиру. Дорогие его сердцу Габриэль и Куззола отдалялись от него. Ни он сам, ни кто-либо не мог помочь вернуть тепло любви в сердца его жены и сына. Но когда кому-то плохо, зачастую другим хорошо. Сыну вождя эльбов Каэджадара, молодому Лиэлю, в любви повезло гораздо больше, чем богу Сатиру.

Он был гораздо моложе Куззолы, но вырос, в отличие от него, высоким и крепким воином, достойной опорой своему отцу. Все девушки Зеленого города мечтали стать его женой, однако Лиэль выбрал самую прелестную из них. Он не мог отвести глаз от своей ненаглядной Джунны и большую часть времени отвлекал ее от повседневных дел, хотя она и сама была не против этого. Он постоянно отлынивал от тренировок по стрельбе из лука, чтобы сопровождать ее по лесу во время собирания грибов и ягод или чтобы просто послушать ее чудесное пение, когда она вышивала на солнышке у своей хижины. Так они и стали не разлей вода, а вскоре обвенчались. Затем у них родилась дочь.

Прелестную девочку назвали Луной. Она родилась в полночь и друиды говорили, что она избранная. Ей пророчили вернуть на Этриус мир и спокойствие, когда планета будет стонать, утопая в крови. Вождь эльбов с усмешкой воспринимал разговоры о войнах и смертоубийствах. Орки время от времени пытались осадить Зеленый город, но еще на подступах к лесам эльбов бросали эту затею и бежали в Пустоши. Прекрасная подготовка и слаженность дозорных не подводила вождя многие годы. Его всегда своевременно предупреждали о наступлении кровожадных соседей, и он отправлял лесных стрелков на оборону рубежей. Шквал стрел, как прохладный летний дождь, отбивал у орков весь боевой настрой.

Луна росла прелестной непоседой, окруженная любовью и лаской эльбов. Ее молодые родители Лиэль и Джунна души не чаяли в милашке и баловали ее, как только могли.

Когда родилась девочка, все внимание перешло к ней, и Куззола ощутил себя забытым. Он был давно уже не мальчик, но все так же нуждался в заботе и ласке, которой он никогда не испытывал и старался оттолкнуть от себя каждого, когда на него находили эти странные чувства. Теперь он их понимал, но уже не мог изменить свой непреклонный характер. Он знал, что сам испортил отношение к себе. На него уже не косились и не смотрели пристальными взглядами, ожидая, что он предпримет. Ему стало даже скучновато, без былого внимания со стороны жителей Зеленого города. Теперь ему наоборот хотелось всячески привлечь к себе интерес окружающих. Шалости и дерзкие выходки, которыми он неосознанно пытался достичь этого, не приносили нужного эффекта. Одиночество, на которое он сам себя толкнул, до безумия угнетало его. Вне сомнения, он понимал причины происходящего вокруг и внутри себя, но перебороть свой нрав не желал.

Ненависти к Луне у него не было. Совсем наоборот. Малышка нравилась ему, и он был бы рад тоже дарить ей подарки и играть с ней, как это делали другие, но гнал от себя подобные фантазии.

– Она такая красивая, а я уродливое чудовище. Как только она увидит меня, то заплачет и зажмурит глазки. Меня еще больше возненавидят эти почитатели природной красоты, – размышлял вслух Куззола, сидя на своем излюбленном месте у реки. Только здесь, в стороне от чужих глаз, ему становилось легко и спокойно.

– Так убей ее, – Хриплый голос заставил его вздрогнуть. Горбун ощутил леденящий кровь холод, и мурашки побежали у него по спине. Обернувшись, он увидел старого эльба. Черты его лица были не столь приятными, гадкими.

– Я раньше тебя не видел! Ты кто такой? – насторожился Куззола.

– Я отшельник. Меня зовут… Никто, – ответил незнакомец.

– Ну и ступай своей дорогой, а то поколочу.

– Не сердись на старика. Про убийство девочки я пошутил. Просто думал, что тебе одиноко, и решил развеселить тебя.

– Мне одиноко, но ты злой и мерзкий старик. Как ты посмел предлагать мне убить Луну? Ты орочий разведчик?

– Конечно, нет. Все очень просто. Убивать не так уж и плохо, особенно ради своей выгоды. У орков это разрешается. Тем более я пошутил, – обиделся старик и повернулся, чтобы уйти, – Да ты и сам не красавец, Куззола.

– Постой, Никто, откуда ты знаешь мое имя, если ты не из Зеленого города?

– Я знаю твоего отца, но об этом в другой раз. Еще увидимся, – пробурчал старик и удалился так же быстро, как и появился.

Куззола задумался над словами странного незнакомца и расстроился. Не нужно было обижать этого сумасшедшего старика, хоть он и сразу не понравился горбуну. Может он рассказал бы что-нибудь важное об отце, землях орков или богах. Отшельник Никто наговорил глупостей, но он сделал это, скорее всего, необдуманно и от того, что давно ни с кем не общался. Только что-то зловещее прозвучало в его голосе, что сразу оттолкнуло Куззолу. После загадочного знакомства с ним у сына Сатира остался неприятный осадок. Словно колючий комок в горле, который не желал проваливаться в пустой желудок. Желания снова встречаться с этим отшельником у горбуна больше не возникало. Он решительно выкинул из головы беспокойные мысли о загадочном Никто и вернулся к своим романтическим мечтам о дружбе с малышкой Луной.

Глава 2. Дилемма Анубиса

Поспешно ушедший от Куззолы, странный старик не испугался, что горбун изобьет его и вовсе не оскорбился его нападками. Он сделал то, зачем приходил, и довольный проделанной работой решил прогуляться по лесу. Словесный яд подействует скоро.

Старик замедлил шаг, понимая, что Куззола не погнался за ним. Теперь он уже достаточно далеко и может раскрыться. Никто, не останавливаясь, взмахнул рукой у себя над головой, и его окутала легкая дымка. Когда он вышел из нее, потертая эльбийская одежда сменилась на черную мантию с капюшоном, вышитую золотыми нитями и драгоценными камнями. Ее длинный шлейф волочился по земле, разметая сухую листву в разные стороны. Вместо старческой гадкой физиономии появилась зловещая морда Анубиса. Оскаленная пасть бога смерти и горящие огнем глаза вызывали ужас. Птицы, голосящие в листве деревьев, прекращали свое чудесное пение и улетали прочь.

– Убивать уродец еще не готов, тем более девчонку. С этим придется подождать, он еще не готов, – размышлял он, властно вышагивая по лесной тропе, – Но яд он выпил, и остается всего лишь подождать, когда он выжжет его изнутри.

Дело в том, что Луна действительно была особенной девочкой, и кому как не богу загробного мира, судье царства мертвых, было знать об этом. Анубис видел насквозь жизни всех смертных, все возможные дороги, по которым они могут пойти и тайные мечты, которые ими движут.

Судьба всей планеты зависела от Луны, и ей было предначертано решить ее исход. Об этом не может знать даже Сатир. Время от времени появляются величайшие личности, от решений и поступков которых зависят судьбы миллионов. Знать и угадать кто они невозможно. Можно лишь догадываться, предполагать, почувствовать. Таких личностей создают богини судеб, которые знают все и обо всех, но спрашивать у них об этом запрещено. Свои тайны они не расскажут никому. Только боги смерти способны увидеть, кто же является величайшей персоной своего времени.

Изначально Анубис хотел погубить Луну, чтобы без труда ввергнуть Этриус в хаос. После чего планету окутает запах смерти и крови. Множество грешников тогда будут попадать в подземелья к судьям царства мертвых. Хорошо, что люди смертны, иначе бы их нечем было бы напугать, и они вовсе перестали бы считаться со своими создателями. После душевных страданий и мучительных истязаний душами смертных легко управлять. Они покорны и послушны. Нет ничего приятнее, чем сначала очищать их от скверны и снова возвращать в мир, а затем наблюдать, как со временем они наполняются грязными помыслами, пороками. Этот процесс будет длиться веками до тех пор, пока смертный не обретет душевную гармонию с собой и внешним миром, пока не познает истину мироздания, то есть достигнет совершенства в своем развитии. Если то или иное смертное создание на верном пути, его не остановить и не сбить с толку. Оно будет стойко идти к поставленной цели, не растрачивая жизненные силы понапрасну. При необходимости всегда можно подлить яда, чтоб ускорить процесс, и преспокойно дожидаться, когда души снова вернутся на божий суд. Важно не упустить ни одного смертного и лучше пропитать его самыми скверными чувствами и переживаниями. Что может быть слаще криков о раскаянии и мольбы о пощаде! Когда на Земле и Этриусе не останется ни одного доброго разумного создания, придется надеяться только на судий подземного царства, что им удастся возродить труды сотен богов. А что может быть слаще просьб высших богов очистить от скверны души их злобным созданиям, которые погрязнут в ненависти друг к другу? Вот тогда-то начнут восхищаться богами смерти, судьями подземного царства. Предел мечтаний. Анубис гортанно прошипел, выражая нетерпение.