Война ларгов: Внук колдуна

Предисловие от автора

Памятуя события, происходившие ранее с героями моих книг про ларгов, хочется поразмышлять об изначальной причине всех бед, не только коснувшейся их, а вообще в целом. Я склонен думать, что она всегда одна. Одна и та же.

Если рассматривать историю Этриуса с момента зарождения на ней жизни, первые кровопролития и ссоры начали происходить на ней благодаря оркам, которые почему-то решили, что создатель цветущей планеты бог Сатир их любит меньше, чем эльбов. Чтобы хоть как-то привлечь к себе его внимание и выплеснуть копившуюся агрессию в горячих сердцах разгневанных орков, их вожди Бурша и Агарзук позволили своим воинам проводить кровавые турниры на бойцовских аренах, но этого вскоре стало недостаточно, чтобы усмирить необузданный нрав сурового народа. Орки погрязли в бессмысленной войне с соседями из зеленых девственных лесов, которая продлилась несколько столетий. Каким образом орки и эльбы пришли к согласию, мы знаем из предыдущих книг. Сейчас важно сделать верный вывод в том, что стало причиной долгой кровопролитной войны на Этриусе. Можно ответить наспех и ошибиться. Вроде бы ответ напрашивается сам собой, вроде бы я уже объяснил причину возникновения конфликта. Обиды? Недопонимание? Гнев? Конечно же, отчасти и эти чувства тоже послужили причиной раздора между жителями Этриуса. Может злоба, ведь орки злые? Ничего подобного, ведь Сатир создавал эльбов и орков с любовью, не смотря на то что, они совершенно не похожи друг на друга по своей природе. А сам бог, может он и правда уделял меньше внимания одному из своих народов, чем заслужил его недовольство? Тоже неверно. Сатир не только был всегда среди своих созданий, но и не переставал убеждать их в необходимости проникнуться любовью ко всему, что он создал, так как они являются частью этого мира, а он такой же живой и чувствительный. Эльбы осознали такую простую философию, вовремя прозрели и обрели желанную гармонию с природой Этриуса, на что она ответила им взаимностью, одарив жителей леса чудеснейшими способностями и долголетием. В свою очередь орки взращивали в себе кровожадность и гнев, что привело их к духовной изоляции от окружающей среды, каждого в отдельности. Сатир отвернулся от них, не оценив их стремлений понравиться ему, а прекрасные лесные угодья, которые народ Бурши и Агразука не берег, растаяли, словно туман. Однако даже такой поворот событий не заставил орков задуматься, и они с ожесточением погрязли в войне с ларгами, прилетевших на Этриус с Земли спустя какое-то время. Многие орки все же прозрели и ушли на север крошечной планеты, чтобы развиваться в стороне от бессмысленных кровопролитий и вражды. Войны бушевали еще долгие годы, принося только боль жителям Этриуса, пока все народы не осознали, что необходимо жить в мире и искренне отдавать свою любовь, так же как она будет проникать внутрь каждого.

Так что же послужило изначальной причиной всех бед Этриуса? Отчуждение? Да, и это тоже. Все накладывалось одно на другое, и трудно определить, откуда растут корни тернового куста, не вырубив его и не поранив руку. Здесь можно долго ходить вокруг да около и выдумывать всевозможные причины возникновения недопонимания, обид и гнева в сердцах орков, хотя все очень просто. На этот случай существует известное выражение Плутарха, которое гласит: Рыба гниет с головы. Да, да. А дерево сохнет с макушки.

И опять же! Всегда важно делать верные выводы. Не следует винить в кровожадности орков их вождей, ведь они желали своему народу только добра, пусть и сами заблуждались. Они позволяли воинам проливать кровь друг друга на бойцовских аренах и не запрещали им досаждать эльбам лишь из любви к ним. Так же зачастую любящие родители балуют и воспитывают своих детей, прививая им самые лучшие качества, но забывая взращивать в них духовность и любовь к ближнему. Именно из-за этого происходят все беды. Каждый родитель обязан чувствовать на себе большую ответственность за будущее не только своего ребенка, но и окружающего мира, в который отправляет его.      Хочется сразу же напомнить о горьком опыте самого же Сатира и его единственного сына Куззолы, который еще в раннем детстве отвернулся от своего отца. Вот только бог Этриуса делал все возможное, чтобы не допустить неизбежного отчуждения, возникшего между ним и его сыном. Так что воспитание каждого ребенка сугубо индивидуальный процесс и требует очень серьезного подхода, иначе плачевных событий трудно будет избежать. Уж нам хорошо известно, что способен натворить распоясавшийся и не желающий никого слушать сын бога!

Нам следует помнить, что каждый ребенок индивидуален, а мы никогда не станем идеальными родителями. Такое просто не возможно, ведь ошибаются или заблуждаются не только дети. Нам остается только успеть вовремя донести до ребенка необходимую информацию, пока он сам не успел сделать для себя свои выводы в том или ином вопросе. Можно не сомневаться, что рано или поздно ребенок научится ходить, говорить и самостоятельно готовить себе завтрак. Не следует оценивать его поведение и взросление в сравнении с кем-либо. Мало ли кто научился чему-то раньше, а чего-то не совершал вовсе! Ярким примером тому, можно привести нескольких величайших гениев, известных каждому, и бессмысленно пытаться повторить их индивидуальность в своем чаде. Ни для кого не секрет, что Пабло Пикассо научился рисовать раньше, чем заговорил, а Моцарт устраивал свои концерты, виртуозно играя на фортепьяно и сочиняя свои музыкальные пьесы раньше, чем большинство детей начинают читать книги. Не стоит пытаться повторить и достижений Ким Унг Йонга, Грегори Смита и Уильяма Сайдиса.

Ребенок постигает и будет постигать только то, что ему интересно самому. Заставляя и принуждая его к чему-либо, мы рискуем в корне изменить взгляды индивида, что приведет к необратимым последствиям. Пусть молодой побег исходит корнями от нас, но лучшее что мы можем сделать для него – это создать благоприятную среду для его роста и развития. Ребенок индивидуален и чувствует все более остро, чем взрослые. Попытки ускорить рост зеленого ростка и вытягивания его вверх за неокрепшие листья, скорее всего не принесут желанных результатов, лишь только навредят, так же как чрезмерная влага и солнечные лучи способны навредить ему ничуть не меньше.

Следовательно, повлиять на взросление Куззолы Сатир мог, но вероятнее всего ошибался в своих поступках и подбирал неверные слова. Вразумить Куззолу было довольно сложной задачей, так что любящего отца тоже можно понять и винить его глупо, ведь даже зная мысли и мотивы, которые движут кем-либо, нельзя предугадать как он поступит в той или иной ситуации. Чужая голова – потемки. Так же не следует винить и орков за то, что они долгие годы заблуждались и успели совершить много злодеяний, ведь они тоже хотели, чтоб было как лучше, а получилось, как всегда. Разве можно винить того, кто не проявил достаточной сообразительности, чтобы пойти нужной тропой? Они поступали так, как считали нужным, преследуя добрые идеалы. Разве можно винить тех, кто хочет добра, но не знает, что является добром, а что злом, во что следует верить, а где скрыт подвох? После таких умозаключений я и сам начинаю сомневаться в верности своих суждений, но в данном случае мне просто остается сделать верный вывод, и все встанет на свои места.

Сатир был молод и вел беспечный образ жизни. Она была бессмысленна и бесконечна, а насмешки и пренебрежение по отношению к нему со стороны других богов привели его к желанию доказать им, что он не так жалок, каким кажется. Он решил по большей части доказать себе, что способен сделать что-то грандиозное и обрести для себя достойный смысл жизни. Он создал Этриус, затем эльбов и орков, но, как это часто бывает, слишком увлекся и не доглядел важных мелочей, которые кардинально повлияли на него самого. Он полюбил эльбийку, а орков оттолкнул от себя. Все произошло так неожиданно, что он даже не успевал осмыслить происходящее. Сатир захотел, чтобы Габриэль родила ему чудесного малыша, и это произошло. Никто не осмеливался даже подумать, что сын бога не чудесен, кроме самого Куззолы! А почему он стал считать себя изгоем? Ему до этого никакого дела не было. Сын Сатира знал только одно – он не хочет унижаться перед смертными созданиями отца и к нему обязаны проявлять такое же почтение, как и к Сатиру. Ох, если бы он больше доверял отцу и больше слушал его, то тогда бы понял, что ему приходится не так-то легко с этой славой среди эльбов и рвением орков заполучить любовь бога, о которой так мечтал Куззола.

Вот они ошибочные выводы! Сатир спешил и не замечал мелочей, Куззола никого не слушал и хотел, не ударив пальцем о палец, получить желаемое, а эльбы своей излишней добротой разгневали не только орков, но и напугали сына Сатира, который сразу засомневался в их искренности. Он же был не такой как жители Зеленого города, не такой как Сатир и Габриэль, но все делали вид, что он от них ничем не отличается. Разве он родился слепым, чтобы не видеть своего уродства? Ошибочные выводы. Может все-таки виной всему не они, а недосказанность? Нет же. Все верно. Сначала человек делает ошибочные выводы. Кто ему мешает уточнить у окружающих, а верно ли он мыслит? А вдруг соврут? Снова ошибочные выводы. Когда в сердце закрадывается недоверие к окружающим, а у них появляется желание обмануть того, кто нуждается в совете или помощи, тогда и возникает распад общества. Первые ошибочные выводы порождают за собой множество ужасных чувств и качеств в восприятии смертных и даже богов, которые приводят к необратимым печальным последствиям для всех. Как только они закрадываются в наши души, необходимо срочно изгонять их прочь, дабы сохранить свою доброту и любовь к ближнему. Это обязанность каждого и всего общества в целом, а для родителей всегда во все времена было и будет самой первой задачей направить своего ребенка к свету, словно молодой зеленый росток.

Так Сатир направлял Куззолу к свету, дарил ему свою любовь, разве нет? Главное не делать ошибочных выводов. Пока что мои рассуждения вроде бы на верном пути, значит, не хватает еще чего-то важного. Что же я упустил? Что же влияет на ребенка в раннем возрасте не меньше, чем его родители? Все просто. Страх!

Взрослея, мы адаптируемся к стрессам и находимся в постоянном взаимодействии со своими страхами. Ребенок же вынужден столкнуться с ними вплотную лицом к лицу, и если у него будет возможность поделиться с взрослыми тем, что беспокоит его, возможно, ему будет оказана своевременная помощь, но если ребенок отгородится от окружающих своими же страхами и не захочет поделиться своими переживаниями, то уже будет довольно сложно помочь ему. Куззола замкнулся в себе, а Сатир упустил бесценное время, нежась в лучах счастья и не замечая, что от него отдаляется сын и народ Пустошей. Что же касается орков, то они вообще пошли к свету по извилистой дорожке, которая завела их в дремучий непролазный лес, из болот которого они бы ни за что не выбрались, если бы не ларги и эльбы. Всеми, о ком я только что упомянул, руководил страх! Безудержный и неумолимый страх, в котором все жители Этриуса дружно погрязли вместе со своим создателем, только у каждого он был свой.

Сатир перестарался с новациями на своей планете, и, вероятно, вдохновение оставило его. Он начал бояться, что еще больше навредит своему сыну, народам Этриуса и вообще уничтожит своими же руками все свои труды вместе взятые. Куззола наоборот боялся, что вся его жизнь так и пройдет в тени славы отца, а над ним не будут смеяться только потому, что он сын бога. Эльбы боялись оступиться, нарушить сложившуюся гармонию между ними и окружающей их природой. Они слишком умиротворились, не допуская в свое сознание каких-либо опасений и тревог, что позволили им застать себя врасплох. Неосознанный страх взял свое, став их кошмаром! Орки, нападок которых эльбы долгое время не воспринимали всерьез, вызвали в сердцах жителей леса еще один страх за жизни ларгов, прибывших с Земли и поселившихся по соседству. Нельзя было позволить этим заблудшим варварам из Пустошей Этриуса учинить кровавую расправу над ни в чем не повинными поселенцами с далекой планеты. Это был осознанный страх и эльбы вовремя подоспели на помощь к ларгам, увязнув вместе с ними в кровопролитной войне против орков. А что орки? Орки, как обычно, старались не задумываться над верностью того, что начинало входить в их традиции, а именно – ненависть к эльбам и ларгам. Они просто делали то, что прививалось им с рождения, а таких добродушных мыслителей, как Крумш или Бух Рух, угнетали и не желали слушать вовсе.

Можно подумать, что опять-таки виноват Сатир, который не удосужился вразумить орков и Куззолу? Легко сказать. Конечно, можно винить его за то, что он не нашел своевременно сказанных и верных слов для них, но на этот счет есть мудрые слова из Священного писания: Имеющий уши да услышит, имеющий глаза да увидит. Никто не мешал Куззоле прислушаться к наставлениям отца, а орков спросить своего создателя, как им следует поступить в той или иной ситуации. Будь у Сатира больший запас времени на осмысление происходивших на Этриусе событий, маловероятно, что они приняли бы другой виток, если бы бог попытался вести себя более тактично и красноречиво. Не стоит забывать, что масло в огонь под кипящим котлом страстей на планете Сатира подливал коварный бог смерти Анубис, но и его винить не за что. Его терзали другие пороки, нежели страх, однако он самостоятельно извлек из этого хорошего урока жизни верные выводы и раскаялся в совершенных злодеяниях. Сатир же нашел в себе силы и простил его. Так что в любом случае он не был обязан бегать за каждым и принуждать кого-либо поступать так, как хотелось бы ему самому. Каждый вправе поступать, как ему заблагорассудиться, тем более, если он считает себя здравомыслящим и способным принимать важные решения. Главное, не делать ошибочных выводов! Так разве можно винить Сатира за то, что он поверил в умственные способности своих смертных созданий и своего неблагоразумного сына, которые поступали своевольно и руководствовались своими необоснованными страхами? А в чем виноват уродливый горбун Куззола, которому выпала нелегкая доля расти в окружении красивых и умных созданий? Какие же тогда могут быть предъявлены обвинения к оркам за их неразумное поведение, если даже их создатель не смог найти общий язык со своим сыном. Смех и грех!

Даже скоротечность времени глупо винить в происходивших на Этриусе событиях. Да и как можно обвинять страх? Впрочем… Легко. Страх разрушителен и самый страшный страх тот, который зарождается с раннего детства или развивается в своем носителе длительное время, эволюционируя и принимая более ужасную форму, чем был изначально. С ним необходимо бороться сразу, не позволяя ему завладеть другими чувствами и эмоциями, иначе он поглотит своего хозяина полностью. Как я писал ранее, необходимо всегда стараться делать верные выводы и развивать в ребенке духовность, именно те свойства души, которые позволят ему стремиться к внутреннему совершенствованию, преследуя только истинно добрые цели в жизни и руководствуясь силой духа, нравственностью и интеллектом.

Итак, после непродолжительных размышлений я умозаключаю, что все беды, которые способны коварно возникать время от времени на пути у кого-либо являются следствием чьей-либо бездуховности. Иными словами недостаток внимания ребенку или его неверное воспитание рано или поздно могут повлечь за собой нежелательные последствия, но это не значит, что виноватыми будут его родители. Ничего подобного! Каждый сам отвечает за свои поступки и слова, хотя и здесь нельзя чесать всех индивидов под одну гребенку, так как всегда существуют разные непредвиденные обстоятельства, и путь становления личности у каждого свой. Даже если ребенок находился на собственном попечении, у него не было возможности поделиться с кем-либо своими опасениями, спросить у кого-нибудь совет в той или иной ситуации, он не был способен самостоятельно избавиться от своих страхов… Да бог еще знает, что могло произойти в жизни! Но в каждом из нас, еще до появления на свет, заложена та самая духовность, о которой я писал чуть выше, и сколько бы тебя не сбивали с пути, сколько бы бед тебе не пришлось пережить, постарайся сохранить ее. Если каждый из нас будет предан всем сердцем и душой той истинной доброте, которая только возможна и какую бы хотелось нам получать взамен от окружающих, этот мир стал бы прекрасен, и каждый живущий в нем индивид был бы поистине счастлив!

И вот когда с самым животрепещущим на мой взгляд вопросом покончено, хотелось бы вернуться к моей пятой книге про ларгов "Война ларгов: Внук колдуна", хотя впрочем, мы практически и не отстранились от нее. Именно в этой книге я буду вынужден раскрыть проблему воспитания и становления личности ребенка, пусть даже для этого мне придется поведать моим читателям эту жуткую историю. Однако не стоит пугаться раньше времени, так как ее события окажутся не более кровавыми и не менее душевными, чем в предыдущих книгах. Не будем позволять нашим страхам завладеть нашими чувствами и, собравшись с духом, вернемся на Этриус, куда уже успели вернуться ученые Ларгиндии с далекой Земли. Конечно же, Александру, Луне и Орф Жоругу не довелось покинуть пленившую их планету, хотя они совершили свое долгое и невероятное путешествие на нее не напрасно. Как было и намечено, героям Этриуса удалось спасти прелестную Эмилию из лап коварного тирана Циродаля Доброго, свергнутого ими с трона Кристонии. Не буду углубляться в детали и позволю фантазии читателей поработать самостоятельно. Замечу только то, что героям Этриуса удалось принести счастье в маленькое королевство на Земле, но весь Этриус был омрачен тем, что они не вернулись обратно. Так уж случается – одно лечим, другое калечим. Да и вообще довольно сложно что-то построить, не сломав другое. Как бы там ни было, не будем судить Александра и Луну за то, что они оставили свою дочь на попечение дедушки Лиэля и бабушки Джунны, не сдержали данное ей обещание вернуться назад, как только у них будет такая возможность. Герои Этриуса были не в силах предать той самой духовности, которая была заложена в них с самого их рождения, поэтому рискнули всем, что у них было, чтобы вызволить из беды прелестную леди Нотингхорф и спасти жителей Кристонии от тирана. Такой бесстрашный и добрый путь, который был пройден Александром, Луной и Орф Жоругом достоин только восхищения и гордости за них.

Место для новых героев всегда найдется, смею вас заверить. Вперед, дорогие мои читатели, только вперед! Приятного чтения!

Введение. Три подарка

Через долгие годы после путешествия на Землю в Кристонию, преодолев космические просторы, межзвездный корабль ларгов вошел в орбиту Этриуса и неспешно приступил к снижению. Жители крошечной планеты Сатира уже знали о его возвращении, так как старый астроном Рединфорта своевременно завидел среди мерцающих в небе звезд быстродвижущуюся светящуюся точку, которая приближалась к Этриусу. Поначалу он подумал, что это комета или метеор, но приглядевшись к ней, понял, что «Астерикс-1» нежданно-негаданно вернулся обратно.

Космический корабль приземлился на месте Черного леса, который некогда располагался между Бардреном и Оазисом. Здесь его уже дожидались орки, эльбы и ларги, собравшиеся, чтобы посмотреть на такое знаменательное событие. Вернувшихся домой ученых встречали и провожали до Рединфорта большой шумной толпой. Они охотно рассказывали о своем невероятном приключении на Землю, о жизни на ней и, конечно же, о славном подвиге героев Этриуса. Не менее интересно им было послушать о том, как обстояли дела на Этриусе. За время их отсутствия событий произошло не мало, но в целом все обстояло хорошо, даже отлично. Ученых интересовало все, поэтому они с удовольствием слушали любого рассказчика, желающего поделиться с ними своими переживаниями минувших лет.

Как стало известно, по словам жителей болот, посреди океана есть группа островов, о которых им сообщил Куззола неоднократно при жизни летавший туда на вивернах. Там на кронах деревьев крылатые чудовища отдыхали после охоты и рыбалки, а потом возвращались домой. Сын Сатира не даже мечтал переселить тритонов на острова, так как ему не очень нравилось жить на болотах. Несмотря на то, что для его народа такая среда обитания была наиболее пригодной для жизни, его частенько раздражал неприятный гнилостный запах источаемый болотами и бесчисленные орды насекомых, извечно нарушающих спокойствие каждого отдыхающего. Куззола с упоением рассказывал тритонам, как благоухает ароматами трав и цветов воздух на островах, на деревьях зреют сочные фрукты, а леса там полнятся от всякой живности. В доказательство он не раз привозил для жителей деревни на болотах разную экзотическую еду и разные загадочные вещи, созданные природой. Обо всех этом, тритоны охотно рассказали королю Ларгиндии Брагусу, и его тоже обуяла страсть побывать на райских островах, раскинувшихся посреди океана.

Вскоре на заболоченном побережье с разрешения тритонов и по приказу Брагуса была построена верфь. Строили ее по большей части орки под руководством лесорубов Ларгиндии, так как те и другие отличались от остальных жителей Этриуса своей силой и умением валить высокие могучие деревья. Так же после многих неудачных кораблестроительных попыток на воду спустили первое судно, на котором вполне можно было бы добраться до островов. С гордо развивающимся над мачтами флагом Ларгиндии, оно успешно совершило свое дебютное плавание к островам и обратно. Некоторым пассажирам судна захотелось остаться там, и они понемногу начали обживаться, что привлекло еще больше поселенцев, жаждущих окунуться в райскую жизнь на тропических островах. Места здесь хватало всем и никто не испытывал недовольства или неприязни к соседям. Все жили дружно, помогая друг другу.

Ко всему прочему, между многими орками и тритонами начали возникать любовные отношения, что было весьма предсказуемо, ведь лесорубы из Кругара находили молоденьких девушек из деревни на болотах весьма привлекательными. Однако последствия их бурной любви одновременно приносили как радость, как и ссоры. Детей, рожденных от тритонов и орков стали называть гоблинами. В большинстве случаев они не походили ни на матерей, ни на отцов, пугая всех своей непривлекательной внешностью и уродствами. Многие из жителей Этриуса, как им казалось, всерьез сравнивали детей с Куззолой, будто они внешне походили на него. Сатир призывал всех сохранять спокойствие и не преувеличивать свои наблюдения или опасения. Он постоянно напоминал своим смертным созданиям, что каждый ребенок рождается добрым и нужно всегда смотреть на внутренние качества, а не на внешность. Бог опасался, что подобное негативное отношение к детям, рожденным тритонами и орками, может привести к плачевным последствиям, но его словам мало кто внимал. Большинство гоблинов перебирались на острова, желая оказаться подальше от гонений и насмешек. Негативное отношение к ним постепенно начало утихать и все жители Этриуса почти привыкли к новой расе, появившейся на их крошечной планете, но в удивление для себя получили ответную реакцию от гоблинов. Механизм, который возник благодаря недальновидности и закостенелости взглядов, был запущен, и оставалось верить, что он не приведет к плачевным последствиям, от которых так старательно пытался уберечь своих созданий проницательный Сатир.

Вернувшиеся с Земли, ученые Ларгиндии только покряхтели и покачали головами, не находя достойных ответов на сложившуюся ситуацию. Все же раньше времени не стоило ее нагнетать, поэтому они, преисполненные радостью от возвращения домой, предстали перед своей королевой во дворце Рединфорта. Лидия и Брагус, сидевшие на тронах, почтительно поднялись и поклонились ученым, сделавшим тоже самое чуть раньше.

– С возвращением! – добродушно воскликнул молодой король, – Мы несказанно рады видеть вас живыми и здоровыми дома! Но где же наши любимые Луна, Александр и Орф Жоруг, что с ними?

– Мы тоже рады, что стоим сейчас перед вами, но испытываем большую печаль, будучи вынужденными сообщить вам о том, что они погибли!

Лидия вскрикнула, закрыв ужаснувшееся лицо руками, и обессилено опустилась на трон.

– Смею заверить вас, что ваша мать жива и пребывает в полном здравии, но она отказалась вернуться на Этриус, хотя разрывалась на части, когда ей предстояло сделать тяжелый выбор между мужем и дочерью, – поторопился сообщить ученый.

– Я все понимаю, – смахнув слезы, прошептала Лидия, – Я хочу знать, как все произошло. Прошу вас, усаживайтесь.

Ларги в белых халатах разместились на деревянной скамье около стены и приступили к долгому рассказу, начиная с момента самого отлета на Землю и заканчивая своим возвращением на Этриус.

– Все ради любви, – Лидия вдумчиво повторила последние слова ученого, которыми он завершил свою речь.

– Ваше величество, теперь, когда вам все известно, нам хотелось бы хоть немного скрасить вашу печаль и передать три подарка от героев Этриуса и Кристонии, – добавил ученый.