Колье Бирюте. Гродненские тайны

Редактор Марина Эриксоновна Павлова

Иллюстратор Олег Викторович Опекунов

© Олег Викторович Опекунов, 2025

© Олег Викторович Опекунов, иллюстрации, 2025

ISBN 978-5-0067-2912-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Колье Бирюте. Гродненские тайны

Майский холод, сколько бы о нём не говорили, всегда наступает внезапно. Вот и сейчас Юрий стоял на остановке автобуса, ёжился от холода, пытаясь плотнее закутаться в куцую куртку, и проклинал всё на свете; особенно доставалось жене, это благодаря её беспрестанному руководству правилам езды на машине он сейчас мерзнет на общественной остановке… Остатки родной машины покоились на обочине в пригороде, хорошо, что отделались, по большей части, испугом, о другом и думать не хотелось. Но машинку было жаль… Соседские мужики, узнав о неприятности, сочувствовали, но настоятельно советовали «поставить на место» жену, дабы она более в управление транспортом с правого кресла не лезла. Однако Юрий прекрасно знал, что ничего не изменится: он ничего не скажет, а она продолжит тиранить его за рулем следующей машины и не только в этом… Тем не менее, другую проблему следовало решать: где взять деньги на следующую автомашину? На эту-то старушку копили несколько лет… На текущий момент благодаря майскому холоду, проблема отложена в папку «не разрешаемая». Главное сейчас, добраться до работы и, желательно, без опоздания.

Пытаясь отвернуться от пронизывающего ветра, Юрий вспомнил когда-то увиденный советский мультик об автобусе: на остановке стояло громадное количество людей, подъехал маленький автобус, все не смогли влезть, оставшиеся начали возмущаться, тогда водитель приподнял какой-то рычажок, и автобус волшебным образом удлинился, остатки народа втиснулись в него, а водитель, убедившись, что остановка пуста, опустил рычаг – и автобус снова стал маленький… и поехал дальше по своему маршруту… Юра улыбнулся воспоминаниям и даже немного согрелся. На его остановке стояло только три человека, так что трюк с рычагом не потребуется. Внезапно прострелило голову острой болью… Даже портфель уронил… Очки съехали с носа… Ничего… Пройдет, вот сейчас помассирует виски, и всё пройдет… Не в первый раз… Из-за поворота появился рейсовый автобус, люди оживились, однако на остановке выскочил водитель и, тихо матерясь и чертыхаясь, открыл заднюю крышку двигателя, откуда неожиданно повалил пар… Приехали… Голову сразу отпустило. Юрий протёр очки. До следующего автобуса почти час, опоздание на работу гарантировано. Прикинул, что, если напрямки, через лесопарковую зону и быстрым шагом, то может успеть.

Сказать, что он любил свою работу, будет неправдой, скорее он её тихо ненавидел, так тихо, что боялся признаться в этом даже самому себе. Он обожал историю, но не как предмет, а как увлекательное изучение жизни людей прошедших эпох. Стоило ему представить себе недовольное лицо завуча гимназии – и его пробирала дрожь до самого копчика. Она и без причины была всегда и всеми недовольна, но если появлялась конкретная причина для недовольства, она была счастлива вдохновенно издеваясь над провинившимся… Представление себе ситуации с его опозданием придавало сил и ускорения по петляющей лесной тропинке… Долговязая, сутулая фигура Юрия в нескладной куртке, размахивая невпопад портфелем, исчезла в березовом молодняке.

Утренние тучи как-то сами разбежались, и выглянуло солнце, стало сразу теплее, молодая листва заиграла изумрудными красками, настроение улучшилось, скоро и лесопарк закончится, перейти дорогу, а там и до гимназии пара кварталов, совсем рядом. Юрий глянул на часы – успевает, все будет хорошо. Прострел в голове остановил мужчину на полушаге, в глазах потемнело – и он без чувств упал в стороне от тропинки…

От долгого звонка телефона Масляков мучительно просыпался. Проклиная все на свете, закутанный в одеяло от холода, которым веяло из забытого вчера открытого окна, он высунул руку и нащупал под кроватью телефон.

– Масляков! Ты что? Спишь? – каркал в телефоне голос начальника, – Давай, на выезд, потом в отдел! Ты срочно нужен!

– Так я вторые сутки на ногах, не сплю… – постарался разжалобить начальственный голос, – Я, что, один в отделе?

– На том свете отоспишься! А сейчас дуй на квартиру, наши уже там, потом в отдел! У нас третий грабеж за две недели! И все на твоем участке! Собирайся, потом в отдел! Машина вышла. Жду доклад!

– Так мне… – но телефон уже успокоился гудками занято…

Василий Масляков поёжился в одеяле, встал и со всей злости, плечом, захлопнул проклятое окно. Но оно не собиралось сдаваться и распахнулось еще шире.

Настроение – хуже не бывает… Интересно, кофе успею выпить или нет? Вчера погода просто супер была! Хоть в шортах ходи, а сегодня… Передернул плечами и включил чайник. Покосился на форму, от четвёртой звёздочки на погоне осталась постыдная дырка… Нет, да и служебная рубашка вчера пропотела насквозь, неприятно надевать… Оденусь в гражданское. Чайник закипел подозрительно быстро… Насыпал кофе и залил кипяток… Точнее капнул, чайник был пуст… Налил воду, снова поставил на огонь. Нашел джинсы, где-то должна лежать рубашка… Носки, а где носки? Нашел один, он почти стоял в углу… Второго не обнаружил, надел, что нашел. Рукав рубашки выглядывал из-под подушки, вытянул, надел. Чайник закипел. Залил кофе. Приятный аромат поплыл по кухне, из-под табурета, видимо, на запах, выглянул пропавший носок. Поймал. Надел. Почти готов, вот выпью кофе… Мечта разбилась требовательным автомобильным гудком… Накинул куртку, намотал шарф, но, проходя мимо зеркала, понял, что для мая это слишком… Оглянулся на комнату… Бардак… Но сейчас его это мало волновало… Права была бывшая жена… Ох, права… Но для мужчины главное – работа, остальное – мелочи жизни… Как говорят: грязь больше сантиметра не держится, сама отвалится… Потом, всё потом…

Оперативная машина, светя мигалками и ревом сирены разгоняя прохожих и машины, быстро домчала его до места. Там уже заканчивала работу оперативная группа, старший следователь, вечно уставший и недовольный майор, презрительно осмотрел пожёванный вид Василия, и, молча, указал на перевёрнутую обстановку в квартире. Криминалист пытался найти отпечатки пальцев на мебели. Сержант поздоровался и пропустил его в квартиру, Василий прошел и остановился позади криминалиста. На диване сидела полуодетая девушка в состоянии шока, валялись резанные верёвки, обрывки скотча и кляп, рядом колдовал мужчина в белом халате и пытался её привести в чувство. В стене коридора квартиры зияла выбитая огромная дыра в стене.

– И сейчас ничего? – то ли спрашивая, то ли утверждая, озвучил мысль Василий, – Так нашли что или нет?

– Пусто, – обречённо ответил криминалист, – может, что тут найду…

– Документы, деньги, другие ценности на месте?

– Вон, хозяйская сумка почти пустая, обычная мелочевка, но паспорт есть, у следака… Сама хозяйка в шоке сидит…

– Что с ней?

– Шею чуть не свернули, следов драки, как таковых, нет, вообще не понятно, как она выжила, дохленькая… Просто связали и кляп засунули… Хорошо, что дверь не захлопнулась и соседка зашла… А в остальном, как обычно, никто и ничего не видел…

– Кто нашел?

– Вон бабуся с собачкой в коридоре стоит, видишь? Следователь опросил её, но пусто… Попробуй поговорить, может, что еще вспомнит…

Масляков присмотрелся к одиноко стоящей пожилой, аккуратно и тепло одетой женщине. Подходя к ней, только сейчас обратил внимание на мелкого, пушистого шпица, внезапно возомнившего себя храбрым львом, который с громким лаем кинулся Маслякову под ноги. Василий осторожно переступил шпица и приблизился к женщине, которая стояла и, не замечая ничего вокруг, неотрывно смотрела на приходящую в себя соседку…

– Здравствуйте, я капитан, извините, старший лейтенант Масляков. Расскажите, как вы обнаружили потерпевшую?

Женщина словно не видела его и не слышала его вопроса, она просто продолжала неотрывно смотреть на соседку. Масляков даже несколько растерялся…

– Вы меня слышите? Здравствуйте, расскажите, как нашли потерпевшую?

– Здравствуйте, извините, задумалась… Такая молодая девочка… Изверги, хорошо, что жива осталась… Как нашла? Так это не я нашла… Это Клепа, собачка моя, я зашла в подъезд с прогулки, слышу, что Клепа заливается, а никого нет, вот и пошла на голос, дверь приоткрыта, а она лежит связанная… Я сразу и не увидела из-за стола… Сначала я решила, что она не дышит, но обошлось…

– Вы сразу поняли, что она живая?

– Вижу живая, для меня это просто… Больше тридцати лет старшая медсестра больницы… Всякого навидалась… Как жаль девочку… Да еще и полдома разнесли… Зачем?

– Может быть, пока гуляли с собачкой, вы видели кого в подъезде или тут рядом с домом, или проходил кто мимо?

– Нет, никого не видела… Просто гуляла… Нет. Никого…

– Понятно… Вы возьмите себе мою визитку, на ней телефон, если что-то вспомните, позвоните, пожалуйста…

– Хорошо, позвоню… Но сейчас не знаю, что еще сказать…

Масляков развел руками и пошел к группе. Вдруг еще что-то нашли…

Нет, ничего больше не обнаружено, группа сворачивается, приехавшие врачи скорой, быстро сделали укол, измерили давление жертве нападения и уехали, дежурный полицейский снимает ленту на лестнице… Хотелось спать и кофе, Масляков с тоской вспомнил так и не выпитую чашку на своей кухне. Следователь, видимо, принципиально, отказывался с ним разговаривать и вообще видеть опера… Недавняя жаркая стычка между ним и Масляковым из-за задержанных с трассы девчонок дорого обошлась последнему – за надорванный рукав следователя с него сняли звёздочку. Среди прочих задержанных была и его осведомительница, смышленая и наблюдательная Дашка, которая часто выручала опера информацией по работе, а сейчас она просто исчезла после идиотских, компрометирующих её высказываний следователя, прошло уже больше недели… А её нигде нет, и никто не видел… Масляков начинал беспокоиться о её судьбе, в криминальной среде такое могли и не простить.

Следователь принципиально уехал один. Хорошо хоть криминалисты забрали его в отдел, а то пришлось бы долго пешком добираться до кабинета.

Начальник отделения был раздражен. В общем-то, оно и понятно – третий разгром за последние недели, а результатов ноль. Все перевернуто, а следов никаких… Испорченные стены и полы, а что искали – непонятно, деньги и украшения все, или почти все, на месте, это еще больше бесило всех, словно вандал специально издевался над милицией…

– Что делать думаете? – кулак начальника хлопнул по столу, – Хватит сопли жевать, результаты где? Где, я спрашиваю! Третий акт вандализма! Третий! Так еще и женщину чуть на тот свет не отправили! Врываются в квартиры, разносят их к чертям собачьим! И что? Да ничего… Масляков! Твоя земля! Что сделано? Где подозреваемый? Где свидетели? Что делаешь? Землю рой, обнюхивай каждый кирпич, но я должен знать, что там искали! Найди это и принеси ко мне! Смотри, а то и лейтенантом, с такой работой, станешь… В патрульные пойдешь! Или вообще, на улицу… Что молчишь?

– Нет результатов, пока нет… Трое суток в засаде просидели, без толку… Зацепиться не за что… Поеду в последнюю квартиру, еще раз посмотрю, пока порядок не навели, может что-то там новое обнаружу… Потом поеду на предыдущее место и повторю осмотр, поговорю с хозяевами, может, что вспомнят или вдруг что просмотрели… Результаты доложу отдельно.

– Работай! Делай, что хочешь, но дай результат… Ты же сам понимаешь, какое это происшествие для города, меня снова в исполком вызывают, что скажу? У нас что, Чикаго тридцатых?

Масляков согласно кивнул, совещание закончилось. Пора ехать, а вдруг?… Нет, лучше прогуляюсь…

Юрий, как во сне, оказался в каком-то полутемном лесу, лежащим почти на дороге. Густой сумрак. Огляделся и не понял то ли вечер, то ли утро. Неожиданно, в просвете дороги, показалась фигура странного всадника. А лошадь откуда? Юрий застыл в недоумении. Всадником оказался какой-то мужик, одетый в рыцарские тевтонские доспехи. Может, снимают кино?.. Но, поравнявшись, всадник больно упёр в грудь Юрия копье и что-то спросил на немецком языке… Юрий совсем растерялся и, пытаясь отвести от груди копье, постарался встать. Всадник позволил ему подняться и повторил вопрос, Юрий только развел руками, одна единственная немецкая фраза, которую он смог вспомнить была «никст фирштейн», вот он её и тихо выдал… Это только разозлило рыцаря. Он железной перчаткой схватил Юрия за горло и поднял над землей… Поровняв голову Юрия почти со своим шлемом, он прорычал вопрос снова… Юрий почувствовал, что теряет сознание от бессилия, непонимания и страха…

Неожиданно, за его спиной, кто-то тихим, но настойчивым голосом заговорил с рыцарем. Тот, не отпуская Юрия, что-то возразил… Голос снова твердо что-то сказал, и рыцарь разжал перчатку на горле. Юрий, словно мешок, упал на дорогу. Рыцарь прорычал и, подняв коня на дыбы, развернулся и ускакал прочь…

– Ну что? Ты живой? – Юрий, повернув голову, с удивлением увидел стоящего рядом с ним мужчину в длинной черной, подвязанной веревкой, рясе. Из-под большого капюшона еле просматривалось пожилое лицо, – Поднимайся.

Юрий хотел спросить, но от боли в горле закашлялся…

– Ты так ничего и не понял… – с сожалением сказал монах, – Ты удивлен?

– Ничего не понимаю… – наконец совладал с голосом Юрий, – Это кино снимают? Но он же меня чуть не задушил… Вы монах?

– Какое кино? Что это? – теперь недоумевал монах, – Тевтонцы сейчас отходят от замка… Крестовый поход у них не удался…

– Извините, конечно, но какой крестовый поход? И что это за лес кругом? Да и позвольте поинтересоваться, а вы кто?

– Хорошо, объясню… Ты сейчас, по вашему, в Румлёвском лесу лежишь, там, за рекой Неман, замок и град стоит, Гродно называется, знакомо? А сейчас 1363 год от рождества Христова… Ну а я, монах-иезуит, хранитель Королевской библиотеки, Иеронимом зовут… Господь прислал меня выполнить его волю и хранить тебя… Тебе предначертано отыскать спрятанные сокровища Князя и Короля нашего, главное из которых колье королевы Бирюте, и передать церкви… А я послан помогать тебе… Не веришь… Тогда пойдем, покажу тебе…

Монах развернулся и удалился в чащу, Юрий, с трудом встав, последовал за ним. Шли недолго, наконец густой лес расступился, и Юрий с монахом остановились на высоком берегу реки, несколько дальше от них Юрий увидел деревянный настил, уложенный на множество лодок в реке, по настилу, из города, медленно шла колонна рыцарей пеших и конных, вымпелы и хоругви развевались на речном сквозняке… На другом берегу, на холмах, Юрий увидел древний город с некоторыми знакомыми очертаниями… Вон и Борисоглебская церковь виднеется, только еще целая, он сразу узнал её, на берегу толпы людей провожают колонну… От увиденного голова кругом пошла…

– Глазам своим не верю… – Юрий был в шоке, – А что происходит? Господи! Да как я попал сюда?!

– Не бойся… Пришло время показать тебе начало… Это тевтонцы уходят из города… Наш князь Кейстут узнал о крестовом походе на его княжество, не впервые тевтонцы мечтают поработить наши земли, и не первая битва помеж нас случается… Тевтонцы всё думают, что язычники тут живут… Так вот, князь с дружиной выехал защищать Каунас от их набега, а в замке Гродненском оставил сына своего старшего, Патрика, воевать с малой дружиной. Тевтонцы в поход на язычников взяли еще рыцарей из Неметчины, Англии, Шотландии. Только нет среди них никакого ладу… Давеча крепко поругались из-за чести нести хоругвь святого Георгия, до мечей дело доходило… Немцы верх тогда одержали и начали свое наступление на замок… Все они были уверены, что идут с язычниками воевать за дело Христово… Князь Патрик понимал, что с малой дружиной он не отстоит замок, и пошел на хитрость… Когда тевтонцы уже к мосту подходили, врата замковые открылись, и увидели рыцари ход крестный горожан местных, с хоругвями и мощами святыми, христианскими песнопеньями… Хлеб с солью впереди крестного хода несли, встречать захватчиков… Оторопели рыцари, что пришли воевать с христианами, а не с язычниками… И не состоялась битва, шотландцы с англичанами на отрез отказались убивать христиан и тевтонцам не позволили… Вот и уходят они в свои земли без добычи…

– И это я сейчас вижу? – недоумевал Юрий, – Неужели не грабили?

– Да и не смогли бы… Князь Кейстут, перед своим уходом, собрал казну княжескую и спрятал все драгоценности казны и жены своей, княгини Бирюте, в ходе подземном. Особенно её колье берег, он его на выкуп за сына крымского хана получил, когда в одном их южном походе в полон взял… Вот крымский хан и передал за сына своего колье бесценное, волшебное оно… Властитель колье большую власть приобретает… Вот его и надо найти в первую очередь…

– Умный князь Патрик оказался… Отец, наверное, хорошо отблагодарил его за находчивость и спасение замка и города от разорения?

– Нет. Не оценил князь такое решение Патрика… Решил, что его сын трусость проявил, что в битву не пошел, и сослал его на рубежи южные править, на Полесье…

– А дальше что получилось?

Но ответа не услышал… В глазах Юрия стало темно, и он забылся в беспамятстве…

Юрий очнулся в холодном поту, голова кружилась, очки валялись рядом, сильно болело горло. Он с трудом оторвал голову от стенки и осмотрелся, многоквартирный дом, рядом незнакомый подъезд, он полулежал около двери чужого подъезда. Место, где он оказался, было незнакомым. Последнее, что он помнил, – это лес, тропа, солнце, потом снова полутемный лес и страшный рыцарь, монах…

Помотав головой, тяжело встал, опёрся рукой о стену и выглянул во двор. Не понимая происходящего, силился сообразить, что с ним произошло и как он тут оказался… Посмотрел на часы и, с ужасом, обнаружил, что полдня уже пролетело… Осмотрелся, поднял портфель и медленно пошел смотреть адрес незнакомого дома. О, понятно, его занесло в новый район, это Девятовка! Как он попал сюда? Юрия пробивает холодный пот – работа! Он не пришел в гимназию! Он же торопился на работу… Новый район Девятовка, Юрий уже начал ориентироваться на месте, сначала он повернул в сторону гимназии, но остановился, взглянул на часы, до конца его занятий осталось всего тридцать минут, смысла уже нет, только неприятности… Сейчас ему больше всего хотелось спрятаться от всех в гараже со своими любимыми книгами по истории, хотелось читать и писать историю любимого города. Но, немного подумав, он решил сначала прогуляться в «Олд Сити». Он любил в этом торговом центре сидеть и наблюдать цветные фонтаны, непрерывное движение и журчание воды помогали размышлениям, а сейчас ему было о чём подумать, и только потом можно было бы вернуться домой. Но это потом… С этими мыслями мужчина повернул в другую сторону… Так короче… Немного потеплело, но прохлада осталась, Юрий побрел в сторону дома, куда ему не слишком хотелось возвращаться, но куда еще идти? От воспоминаний о рыцаре и увиденном его несколько раз передёрнуло от страха…

Масляков решил еще раз обойти все подвергнувшиеся вандализму квартиры, но первый адрес не ответил, никого нет дома, во втором месте хозяин старой квартиры даже остался доволен вандализмом, поскольку в его доисторическом доме, в старом городе, никогда не было подвалов, а оказалось, что есть! Он остался доволен такой находкой! Наконец, Василий пробежал еще пару кварталов, сверил время с Фарным костелом, его часы, самые старинные в Европе, всегда показывают точное время, повернул вдоль тюремной стены, бывшего иезуитского монастыря, завернул в проулок и остановился на Урицкого. Закурил и решил не торопиться, до дома осталось совсем немного, пару сотен метров… Успею покурить и подумать… Раздумья Василия прервал писк, он насторожился, стараясь определить направление звука… Вот совсем рядом, немного в сторону, зашел на газон – писк усилился. Он доносился из приоткрытого канализационного люка. Масляков подошел, отодвинул тяжёлый люк дальше в сторону и увидел, сидящего на бетонном уступе, маленького, рыжего, грязного и насмерть перепуганного котёнка… Он из последних сил кричал о помощи… Не долго раздумывая, Василий лег на землю и, вытянув руку, поднял наверх несчастное животное. Сначала котенок зашипел, начал даже плеваться, но тепло руки сделало свое дело – он успокоился, а когда очутился внутри куртки спасителя, моментально уснул…

Домик совсем небольшой, какого года постройки, скорее всего, никто просто не знает… Звонка нет, постучал… В открытой двери показалась вчерашняя потерпевшая. Молодая женщина с недоумением посмотрела на Маслякова и поздоровалась.

– И вам здравствуйте, как вы себя чувствуете? Надеюсь, что лучше, – Виктор еще не решил, доставать удостоверение, или она и так вспомнит его… – У меня осталась пара вопросов к вам, разрешите войти?

Женщина посторонилась и впустила Маслякова в квартиру. Значит вспомнила…

– Вы разрешите мне умыться? Я не один, с товарищем… – Масляков достал чумазого, спящего котенка из-за пазухи, – Мне бы и его немного умыть…

– Ой, какой чумазый! И такой маленький! Это ваш котёнок? – молодая женщина даже разволновалась… – Конечно, конечно… Ванная там, дальше по коридору и направо… Может помочь вам?

– Помочь мне или котенку? – Василию стало смешно, – Так кому вам больше хочется помочь?

– Котенку, конечно же! – женщина смутилась и забрала котенка, – Думаю, что вы и сами справитесь… Вон, висит чистое полотенце…

Василий отмыл руки, постарался смыть грязевые пятна с куртки, но только размазал грязь по рукаву, махнул рукой – потом…

– Так вы что-нибудь вспомнили? Как выглядел нападавший? – повесил полотенце на место и вышел на кухню, где проснувшийся котёнок во весь голос возмущался водными процедурами.

– Все так быстро произошло… Я просто ничего не поняла… Что-то огромное и сильное ввалилось в квартиру, как только я открыла… А дальше удар по голове и всё…

– Хорошо, что все обошлось. Он о чём-то спрашивал вас? Требовал?

– Нет, думаю, что я его не интересовала… Я очнулась от грохота, он начал ломать стену… Но я боялась показать ему, что пришла в чувство, поэтому всё время держала глаза закрытыми…

– Он долго ломал стену?

– А что тут ломать? Все доисторическое, пихни рукой и упадет… Вон какую дыру проделал, а там какое-то еще небольшое помещение оказалось…

– Вот и кладовка у вас будет! Можно я осмотрю дыру?

– Конечно, смотрите, не жалко… – женщина налила молока в блюдце и, улыбаясь, начала смотреть на захлёбывающегося от голода котёнка.

Масляков пожалел, что не догадался взять с собой фонарь…

– Извините, конечно, но, может быть, у вас фонарик имеется?

– Да, сейчас принесу…

Василий легко пролез в огромную дыру, осветил стены: старые, очень старые кирпичи довольно ровно лежали в закаменевшем растворе. Помещение небольшое… Внимание Маслякова привлек дальний угол, там кладка была разрушена, но не механически, а от времени, некоторые кирпичи почти выпали из рядов… Василий решил осмотреть их более детально и начал, по очереди, доставать кирпичи..

– А вы мне дом не разрушите окончательно? – прижимая к груди спящего котёнка, в дыру заглянула хозяйка, – Мне больше негде жить… Это от моих родителей осталась квартира…

– Не переживайте! Если что не так- новый сложим! У вас исторический дом! Наполеона точно помнит!

– Боюсь, что и Батория так же помнит…

– Вот видите! Как вам повезло – прямо в историческом памятнике живете!

– Как по мне, то лучше панелька в новом районе… Ладно, не буду мешать… Копайтесь, раз надо…

Масляков, без видимой цели перевернул еще несколько кирпичей, наконец собрался выбираться отсюда, как его внимание привлек кирпич, который был светлее остальных и, не понимая зачем, он вынул и его из кладки… В проеме, за кирпичом, он увидел какой-то сверток…

– Неужели клад? – тихим шёпотом спросил сам себя, – Мне только этого не хватало… Хотя…

Василий просунул в отверстие руку и аккуратно потянул сверток к себе. Он был лёгким.

– Размечтался… – Василий продолжал иронично бубнить про себя, обернулся на проем, там пусто, – Что-то легкое совсем…

Сверток оказался узким и длинным кожаным мешочком, от старости кожа совсем задубела и сама стала словно камень. Василий попытался развязать тугой узел, но быстро понял, что бесполезно, все закипело намертво. Теперь стал вопрос – что делать с находкой? Сказать хозяйке или промолчать? Только представил себе и тут же, перед глазами, встал его начальник, который сразу крепко обругал его за изъятие находки без понятых и оформления… Масляков спрятал находку за пазуху, потом будет видно, что и как… Пора выползать отсюда…

– Ну, что, нашли мне клад? – веселый вопрос хозяйки вернул Василия к реальности.