Суррогат

Данная книга написана на основании научных статей, опубликованных в журнале «Нейрокомпьютеры». Автором идеи и главным консультантом является мастер боевых искусств, вице-президент Федерации Вовинам Вьет Во Дао России Михаил Владимирович Федулов. Им в науку внедрены следующие понятия: «единое информационное ядро» и «технический допинг». Также он является разработчиком теории движения и алгоритмов и теории коммуникации и взаимодействия и продолжает работать в данном направлении. Именно боевые искусства Востока после тщательного изучения их Михаилом Владимировичем Федуловым приобрели совершенно иной смысл, которые позволяют назвать их самым ярким примером не только данных теорий, но и приводят к кардинальному переосмыслению общих представлений в науке.

На основании этой идеи и был написан роман «Суррогат». Автор данного романа также является соавтором научных статей Михаила Владимировича Федулова. Автором романа в науку внедрены понятия «технический иммунитет», «иммуноандроид».

Консультанты:

Надежда Александровна Логинова является основным консультантом в некоторых вопросах биологии, соавтором научных публикаций по данной теме, а также самым строгим читателем и критиком;

Иван Борисович Комков является коллегой и соавтором научных публикаций по данной теме;

Савельев Александр Викторович является консультантом в области философии и также соавтором научных публикаций;

Косицын Николай Степанович, являясь заслуженным деятелем науки РФ, горячо поддержал коллектив авторов идеи теории движений и алгоритмов, основанных на боевых искусствах Востока. Также является соавтором данных научных публикаций;

Сичкарь Юрий Ярославович – старший оперуполномоченный уголовного розыска. Капитан полиции;

Тюкаев Александр Валерьевич – террариумист.

Также роман опирается на статью Юрия Коноплянникова «Медвежья услуга. Нестандартный взгляд на лекарственную терапию» (Журнал «Риск», 1993 год).

Вместо предисловия

С Николаем мы знакомы уже много лет. Когда-то давно он пришел в зал, где я занимался. Мой тренер, Леонид Анатольевич, сказал, что он человек опытный, имеет хорошую школу, но, в отличие от многих других, за регалиями и поясами не гнался. Советы и рекомендации были и вправду дельными, поэтому Николай быстро завоевал мои уважение и авторитет. Интересной чертой, отличающей его от других, был неподдельный и искренний интерес к той технике, которую мы выполняли. Сам он не любил и не любит бахвалиться своими навыками, но при этом задавал вопросы о технических тонкостях исполнения тех или иных приемов, скрупулезно разбирая технику «но нотам». На тренировках он также стремился к физическому здоровью. И наши тренировки очень помогли ему в этом.

Потом на несколько лет Николай пропал из моего поля зрения. И вот на этом вся история для меня и началась…

Как-то он снова появился у нас в додзё, окрыленный какой-то идеей. Он в привычной для себя форме стал засыпать меня и моего тренера разными вопросами не только о каратэ, но и о боевых искусствах в целом.

Сам я к этому моменту занимался каратэ кёкусинкай более 20 лет и за этот период попробовал еще несколько школ каратэ и ушу, побывал на множестве различных семинаров по ката, «боевой» технике, по работе с оружием, выступал на соревнованиях по кумитэ и ката, сам уже не один год тренировал взрослых и детей, давая им основы мастерства… Но, признаюсь честно, мне было крайне трудно отвечать на его вопросы (особенно на те, почему надо делать именно так, а не иначе).

После разговора он предложил нам приехать на тренировку к его старому знакомому – Мише. Леонид ответил уклончиво, а я спустя некоторое время из уважения к Николаю согласился съездить на «очередной семинар». Для «успокоения души», так сказать…

Мишей оказался Федулов Михаил, вице-президент Федерации Вовинам Вьет Во Дао России.

«Очередной семинар»… За пару часов тренировок до меня постепенно дошло, что то, чем я занимался до того все эти годы, был исключительно спорт, который к боевым искусствам имеет мало отношения. Все мои шаблоны и рамки рушились одна за другой. И это была только вершина айсберга.

Со временем Николай и Михаил включили меня в совместную работу по изучению боевых искусств и их, как это ни парадоксально звучит, «теории». Для взыскательных читателей сразу хочу оговориться, что в этой «теории» практики больше, чем во многих «практических» семинарах, на которых я побывал.

На основе идей, автором которых всецело является Михаил, нами было опубликовано несколько научных статей, которые и вдохновили Николая на написание данной книги.

Иван Борисович Комков,

тренер спортивного клуба «Канку» (г. Троицк)

Московской Федерации Кёкусинкай (IFK),

черный пояс, 1-й дан

Действие первое

Нет на свете тяжелее и радостнее минуты, когда наконец завершается многолетняя работа, связанная с открытием чего-то нового, а уж тем более если это новое может вывести мир на совершенно иной уровень развития. Фактически наступает новая эпоха! И вот он, пожилой ученый, наконец завершил свою работу и теперь, разглядывая ее, мечтал о будущем. Целый ворох бумаг лежал на его столе.

– Да, это так. Именно так! А сколько еще предстоит, подумать страшно. Это целый переворот в науке, – рассуждал он вслух, разглаживая непослушные седые волосы на плешивой голове.

Только что от него вышел друг и коллега. Поздний вечер окутал дома. Ученый решил попить чайку и, накинув клетчатый плед на плечи, вышел из комнаты и направился на кухню. Взял чайник, налил из-под крана воды и поставил на газовую плиту. Он закрыл усталые глаза и незаметно для себя задремал. Благо чайник со свистком, который он специально приобрел. Так он сидел и качался в жестком плетеном кресле.

И пока он дремал, в комнату проник посторонний с цифровым фотоаппаратом. Незваный гость долго наблюдал за ученым, выискивая подходящий момент, чтобы пробраться в рабочий кабинет к бумагам. К тому же этот некто обладал феноменальной зрительной памятью. И вот это время настало. Прокравшись к чертежам, он жадно рассматривал их, заодно снимая на фотоаппарат. Время у него было ограничено. Наконец, удовлетворенный тем, что ему удалось украсть информацию, незваный гость расправил плечи:

– Это то, что нужно! – произнес он.

Как ему хотелось взять хоть одну из бумаг, но он знал, что еще не время. Терпение было главным его козырем. Он умел ждать, не размениваясь на пустяки и дешевые эффекты. Но он знал, что придет время, и он завладеет бумагами. А пока неслышно вышел из квартиры и скрылся.

Действие второе

– Вызывали, Василий Александрович? – в кабинет начальника уголовного розыска вошел молодой человек лет тридцати, весьма крепкого телосложения. Блондин.

– А, заходи, заходи, Алексей! – начальник уголовного розыска сидел за столом, на котором лежало уголовное дело. – Совершено преступление. Вот несколько фотографий убитого. Это дело я поручаю тебе как молодому следователю. Убийство очень странное. Смерть наступила в результате тяжкого телесного повреждения.

– А почему именно убийство? – спросил Алексей.

– Понимаешь, Леша, дело в том, что уж больно странное это повреждение, – и Василий Александрович показал фотографии Алексею. – Вот, смотри. Какие ровные края, и рана большая. Грудная клетка как будто провалена внутрь. Эксперты пока не могут ничего сказать. Конечно, ты прав, может, это и не убийство вообще, а обыкновенный несчастный случай, но уж больно странное ранение. Человек этот подрабатывал грузчиком. Обнаружили его среди тары для бутылок. Посмотрели на него да и прямиком в морг отправили. Даже нас вызывать не стали. Конечно, факт зафиксирован, но на этом точка: типа упал да разбился. Вот и все. Ну, пьяница он был. Мало ли таких. У одного инфаркт, у другого… Да и в телогрейке он был, а она целехонька. А вот в морге-то, когда раздевать его стали, то и обнаружили на его теле эту рану. Ну чем он так себя мог поранить? Нас интересует то, что могло нанести ему такое ранение. Понимаешь теперь, о чем я толкую?

– Да, кажется, – ответил Алексей.

– Не торопись с выводами, пока не получишь серьезные доказательства. Ну, дерзай! Успеха! Да, ежели что, сразу докладывай. Ну, все, давай работай!

Алексей вышел из кабинета начальника и пошел к себе. Бросил дело на стол и начал внимательно изучать.

Произошло убийство. Убит одинокий гражданин. И почему сразу убийство? А может, в самом деле несчастный случай? Если он одинок, то, может быть, кто-то хотел завладеть его квартирой? Да какая там, к шутам, квартира, если убитый вообще полубомж. Ограбление тем более. Наверняка были дружки-собутыльники. Вдруг деньги не поделили, а хотя, может быть, попросту проигрался, а отдавать не захотел, вот тогда они его и убили. Но тогда как? Каким способом? Ведь самое странное – это фотография убитого. Алексей внимательно ее рассмотрел. Нанесенная рана, в результате которой наступила смерть, не подходила ни к одному орудию преступления. Большая дыра в грудной клетке – как прорубь в водоеме. Странно все это. Квартира, как оказалось, у него все-таки была. Захудалая, но квартира! Работал каким-то грузчиком. Самый обыкновенный пьяница, не расстававшийся с алкоголем. Зачем его убивать? Скорее всего, это несчастный случай на работе. Обыкновенный несчастный случай. Тогда вопрос – откуда такая рана? Да и начальник не глуп. Что у него, работы, что ли, нету, как только всякие несчастные случаи рассматривать, да еще и с пропитыми насквозь алкашами?! Нет! Он мне не даст расследовать такое дело!

Действие третье

Морг. Жуткое место, не для слабонервных.

– Здравствуй, Иван Алексеевич. Как Ваши дела? – Алексей поздоровался с экспертом. – Я вот по этому делу, – Алексей показал дело.

– А! Здравствуй, здравствуй, Алексей! Да, понимаю. И ничего не понимаю одновременно. Пойдем, покажу.

Иван Алексеевич, старый знакомый, повел Алексея к холодильнику. Чуть выше среднего роста, Иван Алексеевич носил черный костюм. Он был немного тучный. Черные волосы зачесывал назад. Ему было немного больше шестидесяти лет. Дружил еще с отцом Алексея, когда тот был жив. Эксперт со стажем. Алексей очень ценил его точку зрения и вот теперь конкретное дело.

– Вот, полюбуйся!

– А Вы что скажете, Иван Алексеевич? У вас опыта хоть отбавляй! Как Вы думаете, что могло произойти и откуда такая рана? – Алексей смотрел на Ивана Алексеевича.

– Ты хотел спросить, чем нанесено такое повреждение? – Иван Алексеевич задумался. – Ну, что я тебе скажу на этот счет? В момент получения смертельного ранения человек находился в нетрезвом состоянии, похоже, что что-то не поделили, дошло до драки, в результате чего было нанесено данное телесное повреждение, которое вызвало смерть потерпевшего. Но чем был нанесен удар, установить не удалось. Ровные края и глубина раны. Честно говоря, у меня впервые такое. Сейчас проводим экспертизу. Посмотрим, что она покажет.

– А когда примерно будет готов результат? – спросил Алексей.

– Пока не знаю, Леша, но, думаю, пары дней будет достаточно. А вот дальше не знаю, – как-то неоднозначно и загадочно ответил Иван Алексеевич.

– Что Вы имеете в виду? – спросил Алексей.

– Видите ли, Леша, не все тут так просто. При таком ранении мы хотим представить себе, что в руках убийцы, если это действительно было убийство, ну, скажем, какой-то очень тяжелый предмет. Например, кувалда. Что же, вполне возможно. Ей проломить вот так грудную клетку вполне реально. Два или три бомжа подрались, и результат этой драки налицо. Тогда что? Искать кувалду, да и дело с концом. Но при анализе его рубашки микрочастиц железа не обнаружено. А вот телогрейка чистая. Возможно, ее надели на убитого после его смерти. Зачем? Чтобы скрыть рану. Удар был нанесен тогда, или когда он был вообще без рубашки, или я что-то не понимаю. Ведь рубашка была заправлена под ремень. И что, убийце было делать нечего, кроме как одевать убитого? Ему бежать надо, а не играть в похоронное бюро! Но самое интересное – это края раны. Они никак не подходят к кувалде. Форма не та. Да! Кувалда тяжелая, сделана из железа, и тут своя железная логика. Но есть логика и другого характера!

– А именно? – спросил Алексей.

– Есть понятие не тяжести, а жесткости, – ответил Иван Алексеевич.

– Вы хотите сказать, что мы столкнулись с «нечто»? С неким загадочным орудием убийства? – спросил Алексей. – Но кровь на его рубахе могла просто скрыть частицы железа.

– Возможно, не знаю, Леша, – ответил Иван Алексеевич. – Давай дождемся заключения экспертизы. Одно могу сказать: что если мы найдем это оружие и принесем его в лабораторию, то перед нами откроется такая опасность, от которой нам мало не покажется! Во всяком случае, нам будет над чем «поломать голову».

Действие четвертое

Нет у следователя личной жизни. Его жизнь – следствие. Алексей пришел домой. Разговор с Иваном Алексеевичем заставил его о многом задуматься. Алексей внимательно рассматривал фотографии и ловил себя на том, что его мысли буквально раздваиваются! Что мотив преступления его уже, с одной стороны, не интересует, а с другой – он просто необходим. В противном случае загадка так и останется загадкой: чем и как нанесена такая рана?! Ну, зачем полубомжа, пьяницу, в конце концов, убивать и причем таким образом?! Странное орудие преступления было использовано для бомжа! Зачем? Нет! Тут что-то явно не то. Даже если и подрались, кто нанес такой удар? Кто? Бомж-собутыльник? Тогда вопрос – чем? Вычислив это, можно вычислить и убийцу, но вот вопрос: если вычислим орудие преступления, поймем, как оно действует, то убийца вряд ли нас будет уже интересовать. Что, у очередного бомжа есть секретное оружие, о существовании которого никто не подозревает? Бред какой-то. Рассматривая фотки, Алексей мимоходом смотрел боевик. Как обычно, очередной «каратэшный» фильм оживлял голубой экран. Вдруг некая догадка появилась у него в голове: а что если на потерпевшего напали те, кто знаком с единоборствами? Вопрос – зачем? И какой единоборец-спортсмен пойдет с кулаками на бомжа? Бред какой-то. Телефонный звонок перебил его мысли.

– Алло! – поднял трубку Алексей. – Слушаю.

Это был звонок от эксперта.

– Алло! Алеша! Это Иван Алексеевич!

– О! Иван Алексеевич! Что-то новое? Чую, что-то откопали! Говорите скорее, а то у меня «терпелка» кончается!

Алексей был весь в предвкушении, что скажет эксперт.

– Слушай, Леша! Кое-что удалось узнать! Дело в том, что данное ранение возможно от удара рукой, точнее, кулаком. Единственное, что нанести этот удар мог человек с неимоверной силой.

Сказанное экспертом, как гром среди ясного неба, поразило его и подтвердило его догадку.

– Иван Алексеевич! Дорогой! – Алексея буквально пот прошиб от волнения. – Так это что же, все-таки означает, что была драка? А потом одели как «принца»? Странно. Кому пришло в голову во время драки убивать бомжа именно таким образом?

– Понимаю, Леша! – ответил Иван Алексеевич. – Среди его собутыльников вряд ли найдется такой, кто бы мог нанести такой удар. Это может быть какой-нибудь серьезный спортсмен.

– Спортсмен? А на кой шут спортсмену сдался бомж? – опешил Алексей.

– А вот в этих делах я уже не спец! – ответил Иван Алексеевич.

– Да, понимаю, – произнес Алексей. – А вы уверены, что все-таки спортсмен?

– Да не знаю я! Я просто предположил. А поиск – это уже за тобой. Вот такие дела, Леша! Пока!

– Пока, – ответил Алексей и положил трубку.

Значит, догадка правильная – спортсмен! Причем не простой, а с большим стажем. А вот теперь появился вопрос – зачем?. Значит, мотив все-таки нужен! И его надо будет выяснить.

Действие пятое

На следующий день Алексей уже начал объезд спортивных учреждений с целью получения консультации у знатоков боевых искусств. «Вы знаете, в их практике бывало всякое, но все знаменитые сенсеи вне подозрения, – отвечали все. – Тем более что такой удар может нанести далеко не всякий, а лишь единицы. Человек незнающий вообще такого удара не нанесет. Либо это большой мастер, либо, простите, в стране появился Кинг-Конг!» «А спортсмен вообще мог пойти на такое?» – спрашивал Алексей. «Да вы что, – отвечали ему. – Конечно, нет! Может быть, какой-нибудь отщепенец». Повторяли, что такой удар мог нанести серьезный мастер. Но в спорте, да и вообще, на это дело табу! Алексей понимал, что задает мастерам глупые вопросы. Что главная задача боевых искусств – защита, а не нападение. Тогда вопрос: кто-то защищался от напавшего на него бомжа и не рассчитал силы? Но станет ли такой бомж нападать на спортсмена? Конечно, нет! Значит, произошло что-то иное? Тогда что произошло?

Действие шестое

Поезд дальнего следования выезжал из сибирских широт. Несколько вагонов были с зарешеченными окнами. Они были предназначены для перевозки заключенных. Женщины-заключенные ехали в пункт назначения из мест отбытия сроков. Все были как на подбор – молодые. Некоторые в самом расцвете. Шапки-ушанки и телогрейки не портили их красоты и привлекательности.

– Слышь, Люсь! А ты за что села? – спросила заключенная, которую все звали «Курносая». Курносая была совсем юная русоволосая красотка. Ее настоящее имя никто не знал, да это было никому и не нужно. Достаточно было, что «Курносая», и все. Однако все знали ее нетрадиционную ориентацию. А вот курносенькой она действительно была.

– А так, ни за что! – ответила Люся, поправив волосы. Люся была юна и весьма застенчива. У нее были длинные блондинистые волосы.

В действительности она защищалась от напавшего на нее насильника и нечаянно убила его. Он напал на нее у ее квартиры, когда она хотела уже открыть дверь. Совсем юная, не умеющая защищаться, она хотела спастись бегством и даже пробежала одну лестницу вниз, здесь он и настиг ее. Сначала слегка придушил, чтобы жертва не сопротивлялась и не кричала, а потом начал стягивать с нее нижнее белье. Он уже лежал на ней, когда Люся, придя в себя, стала отчаянно сопротивляться. Некоторое время назад она была в магазине. Первое, что пришло ей на ум, это дотянуться до хозяйственной сумки, что она и сделала, взять первое попавшееся и заехать ему по макушке. Этим первым попавшимся оказалась банка с маринованными огурцами. Она со всей силы обрушила ее на голову насильника. Тот оказался слегка оглушенным. Получив такой неожиданный отпор, преступник привстал. Все бы ничего, да дом был старой постройки. Освобожденная таким образом Люся оттолкнула его ногами и сама вскочила на ноги. Преступник, отброшенный таким образом к перилам, стоял спиной к лестничному пролету. А Люся в состоянии аффекта со всего размаху саданула ему кулаком по роже. Этого было достаточно! Преступника перегнуло через перила, и он с воплем полетел в пролет лестницы. Так Люся оказалась за решеткой. Хорошо еще, что на очень малый срок. Ей очень хотелось на волю, да и в принципе она не преступница. И вот она оказалась в вагоне, который обещал путь к свободе. Ведь среди заключенных женщин были не только отпетые преступницы, но и такие, кто получил небольшие сроки и очень мечтал поскорее вернуться к нормальной жизни.

– Если рассуждать по-твоему, этак, выходит, мы тут все ни за что. Так, что ли? – опять спросила Курносая.

– А я почто знаю? – ответила Люся. – Прокурорам виднее, за что садят. А вот куда едем, интересно.

– А ты чего, любознательная? – донимала ее женщина. – А знаешь, за что я сижу? А я тебе скажу. За домогательство! А ты симпатичная! Кожа белая. Я такую люблю. Ты, наверное, и ласковая? А я вот насиделась вдоволь, теперь на ласку тянет. А ты с женщиной никогда не ласкалась? Ах ты моя хорошая!

С этими словами женщина подошла к Люсе и поцеловала ее. Люся отстранила ее и, брезгливо утираясь, сказала:

– Отвянь! Еще раз повторится, убью!

Эти слова пришлись Курносой не по душе. С криком:

– Ах ты сука! – она кинулась на Люсю и стала срывать с нее одежду. Люся пыталась сопротивляться, но Курносая повалила ее на пол и, усевшись сверху, стала избивать ее со словами:

– Получай! Я научу тебя быть ласковой!

Но тут же сама свалилась на пол от удара кулаком по голове.

– Успокойся! Иначе я тебя успокою! – проговорила другая молодая и, судя по фигуре, сильная женщина, таким образом освободившая Люсю. – Или ты хочешь, чтобы нас из-за тебя снова в Сибирь?! Москитам на закуску?! Ты, сука, не там срок тянешь, все ближе к курортам. Поэтому о нас думать тебе дела нету. А я тебе советую подумать.

Курносая держалась за голову руками.

– Уж и пошутить нельзя, – процедила она сквозь зубы.

Освобожденная Люся села в угол, поправляя одежду и волосы. Потерла припухшую от удара губу.

– Да хватит вам, бабы, в самом деле! Можно сказать, на свободу едем! Жратвы сколько обещали, вина, развлекухи! Словом, здорово, бабы! А, я не права? А вы потасовку затеяли! – проговорила еще одна женщина.

– Ладно, мы затеяли, – ответила женщина, освободившая Люсю. – Сама-то, что, святая, что ли? Вон, любовника своего, вспомни, как задушила!

– Дерьмо он был, а не человек! Он получил по заслугам! – крикнула женщина. – Он хотел мою подругу изнасиловать, а я ее спасла!

– Ну да, конечно, «спасла», – ответила сильная. – Сначала напоила его вдрызг, а потом подушкой пьяного и задушила! Грудью навалилась! А че! Подушку зачем брала? Титьки маленькие? А удовольствие-то получила?!

Последние слова привели женщину в ярость.

– Убью! – заорала она, кинувшись на оппонентку и, схватив ее за волосы, стала таскать по вагону. На шум прибежали конвоиры с собаками. Растащили женщин.

– Что тут происходит? – резким командным голосом закричала конвоир. – Всем сидеть!

– Да мы и так сидим, начальник! – отозвалась одна из заключенных. – Семь годков уже как.

Легкий смешок пробежал по вагону.

– Еще одно нарушение порядка – и вернетесь назад! – сказала холодным голосом конвоир.

– Да все хорошо, начальник! – произнесла та же заключенная. – Больше не повторится!

И они поехали дальше, уже не нарушая дисциплину.

Действие седьмое

Наконец поезд с заключенными прибыл на место назначения. По счастливой случайности Алексей проезжал на машине и оказался там же. Сидя за рулем, он наблюдал, как конвоиры с собаками сопровождали женщин в робах. Их высаживали из поезда и пересаживали в машины. Суровая и печальная картина. Алексей смотрел на них и думал: «Ну, что им не хватало в этой жизни? Живи себе спокойно, не нарушая закона. Впрочем, всякое могло произойти с ними в этой жизни. Кто знает, как они попали за решетку. А вот куда их теперь везут в таком количестве и что их ожидает? Позвонить, что ли, узнать?».

– Алло! Василий Александрович! Вы меня извините! Рядом с вокзалом оказался. Тут картина такая, – и Алексей объяснил, что он увидел.

– Честно говоря, я не в курсе этих событий. А ты-то тут при чем?

– Да не знаю. Я так, на всякий случай позвонил.

– Слушай, ты своим делом занимайся, – сказал Василий Александрович. Однако, подумав, добавил: – Вот что, Алексей, узнай обо всем и доложи.

– Понял, – ответил Алексей.

Выйдя из машины, он направился прямо к начальнику станции.

– Здравствуйте! – начал он. – Что у вас тут за событие? Что это за женщины?

– Не видите, это заключенные! Из мест заключения то бишь! – ответил начальник.

– Да вижу, что не с курорта, – ответил Алексей. – А чего это в таком большом количестве? И куда их потом?

Начальник станции отмахнулся от вопроса.

– А вам-то, собственно, какое дело?

Вопрос был законный, и Алексею ничего не оставалось делать, как только предъявить удостоверение.

– Что ж, товарищ следователь, – произнес начальник станции, – я не знаю, зачем, я не знаю, куда, и не знаю, в какой, мне было просто дано указание встретить поезд дальнего следования, который прибывает из Сибири. И что этот поезд привезет заключенных женщин. А далее их повезут. Куда, не знаю.

Но Алексей понимал: начальник станции темнит. Он, конечно, знает не все, но что-то явно скрывает.

– Ну, договаривайте. Да не бойтесь вы. Лучше сказать сейчас, нежели потом.

Начальник, подумав, произнес:

– Я тут подошел к одному водителю. Такому разговорчивому. Ну, и тоже спросил об этом. Так вот, он ответил, что их в роддом везут. А в какой, не сказал. Говорит, что это секрет.

– В роддом? – переспросил Алексей. – Что ж, благодарю! – и спросил как бы у себя: «Они что, все беременные?». Алексей понял, что здесь что-то не то, и аккуратно поехал за машинами.

Действие восьмое

– А позвольте-ка спросить вас, доктор. Сколько, по-вашему, «курочка» может принести «яичек»?