Баламуты Белокамня

Тщедушный маг застыл у какого-то обломка, который необходимо было сдвинуть в сторону, и после небольших совместных усилий, доски аккуратно стащили с люка винного погреба, про который и говорил ранее Пьер. Авантюристам повезло даже больше, чем они могли ожидать – мало того, что от дороги и границы опалённой лужайки, где медленно прохаживались стражники, этот закуток был отделён небольшим садом, что обеспечивало мародёром визуально прикрытие, так ещё и сам проход оказался пробит упавшими обломками. Створки дверок погреба оказались вдавлены вовнутрь, отчего пришлось немного потрудиться, разбирая небольшой завал. Наклонный спуск, по которому полагалось закатывать полные бочки вниз, а пустые поднимать наверх, также оказался наполовину засыпан, но имевшегося отверстия было достаточно, чтобы туда мог проскользнуть маленький человек или не особо крупный гном. Великану Рульфу или толстяку Люцию в данном случае дороги и правда не было, если только не начинать разбирать завала, но это могло спровоцировать либо дальнейшее разрушение хода, либо привлечение скучавших по периметру стражников, а посему приглашение Моргримма на дело пока выглядело вполне разумным шагом.

– Не нравится мне, как это дело попахивает! – поморщился гном, с тоской глядя на темнеющий неизвестностью лаз. – Незаконное проникновение в охраняемое помещение, мародёрство, ещё могут притянуть за уши и пособничество чернокнижникам, ведь мы лезем в их подвал!

– О чём задумался?! – прошепелявил над ухом Моргримма Пьер. – Лезь, давай! Ты ведь здесь дважды крутой гном, вот тебе и флаг в руки!

– Завал выглядит нестабильным! – указал на опасно нависшие обломки гном. – Ползи сразу за мной строго след в след, и ничего не трогай без надобности!

Тяжело вздохнув, бородатый коротышка поправил на своей спине щит, проверил крепление топора, и лишь затем опустился на четвереньки, моля своего Бога, чтобы хоть на этот раз разнообразия ради подвал не засыпало обломками, и ночным грабителям бы удалось спокойно выбраться наружу, и, желательно, с хорошей добычей. Жаль только, что лезли вовнутрь за различными магическими и алхимическими ингредиентами, поскольку в них воинственный гном разбирался также хорошо, как петухи в поэзии, поэтому оставалось надеяться только на порядочность Пьера при дележе трофеев, хоть такие понятия, как честь и совесть многим волшебникам были незнакомы. С них станется объявить, что переданные им для оценки артефакты бесполезны или слабы, а посему и стоят они сущие гроши. Также и цену всех компонентов с инструментами они могут несправедливо занизить, чтобы попытаться всё перекупить задёшево.

– Нужно держать ухо востро с этими пройдохами! – решил сам для себя Моргримм, начиная осторожно ползти внутрь погреба, стараясь при этом не тревожить завал без надобности, дабы тот не вздумал осыпаться снова. – Если не обманут при делёжке, так могут попытаться отнять мою долю силой. С того дылды станется!

Сзади сопел Пьер, который следовал за гномом практически вплотную. Когда позади загорелся свет, гном сразу же запаниковал, поскольку подумал, что в лаз заглянул кто-то из стражников с фонарём или факелом, освещая подозрительную дыру, из которой доносились неясные шорохи. Моргримм сразу же запаниковал, ибо он уже видел, как охранники трогают края лаза, провоцируя тем самым обвал, в котором погибнуть будет проще пареной репы, однако все его тревоги оказались напрасными, ибо то был Пьер, который, в отличие от гнома, не мог видеть в темноте, а посему зажёг магический огонёк в виде парившего в воздухе шарика, который отправил впереди себя, поместив источник света между собой и напарником.

– Ты чего?! – зашипел на Моргримма Пьер. – Это мой свет, успокойся!

– Мог бы и предупредить заранее! – рыкнул гном в ответ. – Ты знаешь, как реагируют шахтёры на источники света в шахтах с испарениями горючих газов?!

– А ты работал в шахтах?

– Да! И если какому-то идиоту вздумалось прикурить в облаке газа, то во взрыве погибали все, кто был в нескольких десятков шагов от места возгорания. Плюс ещё обвал!

– Не беспокойся! – прошептал в ответ маг. – Мой огонёк волшебный, и не может воспламенить ничего вокруг себя. Так что твои тревоги напрасны!

– Ладно, забыли! – легко согласился с Пьером гном. – Мы на месте. Нижний люк, в отличие от верхнего, закрыт, а посему мне нужно его взломать.

– Ну так вперёд! – согласился с ним маг. – Чего же ты медлишь?!

– А того, что тебе бы было неплохо выбраться наружу, если ты не боишься погибнуть в возможном обвале! – ответил ему Моргримм. – Я то при этом успею упасть в погреб, а вот ты…

– Ничего страшного, – прошепелявил Пьер в ответ. – Ломай дверцу, а я пока при помощи телекинеза поддержу обломки над нами. Давай! Ну чего теперь медлим?!

– А ты не думал, что шум может привлечь сюда стражу, и что…

– Какой же ты зануда! – вздохнул позади маг, после чего сделал пасс рукой, буркнув слова на непонятном языке.

Телекинез, которым Пьер хотел поддерживать своды туннеля, теперь был перенаправлен на закрытый люк, который тотчас распахнулся от мощного удара и оба мародёра сразу же вывалились из прохода в погреб. Потолок и завалы угрожающе заскрипели, несколько просели, но, к обоюдной радости грабителей, не стали осыпаться вниз, только плюнув вдогонку убежавшим нарушителям клубами сажи, пепла и пыли, отчего маг сразу же расчихался, стараясь утереть нос рукавом своей мантии. Сделать этого ему не дал гном, который уже схватил товарища за голову, зажимая ему нос и рот, задирая при этом своё лицо кверху, осторожно вглядываясь в далёкий просвет лаза – не покажется ли там голова стражника, явившегося посмотреть на шум? Однако время шло, никто наверху не озаботился проверкой, зато в руках Моргримма начал судорожно биться Пьер, которому до сих пор не давали дышать. Погрозив магу напоследок, коротышка отпустил его, жестами веля заткнуться и сохранять молчание. Естественно, что тщеславный волшебник хотел было поругаться или пригрозить гному, чтобы тот больше так никогда не делал и не смел касаться его своими грязными лапищами, однако делать этого не стал. Вид топора и щита, которые уже были наготове, как-то не настраивал на грозные крики или гневное шипение, ибо никто не мог помешать Моргримму зарубить Пьера в темноте исподтишка.

– Только твоих чиханий нам тут не хватало! – пояснил магу рудознатец. – Ну что, пошли уже грабить подвалы?!

Кивнув, маг направился от лаза вглубь помещения, оказавшегося самым настоящим винным погребом. Правда, бочек тут уже давно не хранилось, ибо использовался склад явно не по прямому назначению. Вместо этого тут расположился ряд не особо крупных клеток вдоль одной из стен, которые сейчас были раскрыты. Высотой эти камеры были не более полутора метров, а шириной метра по два. Внутри обнаружились пучки соломы, отходы жизнедеятельности довольно крупных существ, а также кандалы, но самих узников видно не было – вероятно, их освободили накануне инцидента.

– Так вот оно значит что! – прошептал сам себе под нос Пьер. – Вот кем были те голые люди, которые выскакивали из рушащегося дома на улицу.

– Кем? – спросил у мага Моргримм. – Рабами?

– Хуже! – потёр свой подбородок тот. – Если я всё правильно понимаю, то в одном из следующих помещений мы можем наткнуться на круг призыва или алтарь. Но проверить всё равно стоит!

– Жертвоприношения?! – нахмурился гном, который уже закончил с осмотром винного погреба, переходя к своему напарнику, стоявшему у единственной двери в помещении.

– Сейчас увидим! – кивнул тот. – Ловушек на двери нет, открывай!

Пререкаться и спорить было бесполезно, ибо для чего же ещё нужен опытный воин в связке с магом? Именно ему принадлежит сомнительная честь идти вперёд, собирая на себя большую часть врагов и ловушек, в то время как волшебник будет оказывать ему всяческую поддержку сзади. Да и упрямиться было бесполезно, ибо отряд уже был под землёй, и теперь предстояло отрабатывать свою долю сполна. Главное, чтобы наводка Пьера и сотоварищи оказалась не дешёвкой, и в подвалах действительно обнаружилось что-то стоящее.

– Раз тут пахнет жертвоприношениями, то нужно быть настороже! – подумал Моргримм. – Зло штука опасная, и может умело маскироваться подо что угодно. И за этим умником позади меня стоит приглядывать в оба глаза, ведь я его ни хрена не знаю. А ну как окажется, что это дом этого Пьера, который решил вернуться сюда и довести начатое до конца, но ему была нужна новая жертва?

Подобные мысли заставили гнома поёжиться от страха, но виду он не подал, толкнув незапертую дверь своим топором. Следующее помещение также было погружено в темноту, но сумеречное зрение подземного обитателя позволило Моргримму осмотреть зал прежде, чем это смог сделать Пьер со своим магическим шаром света. Волшебник был прав, ибо в центре развернувшегося мародёрам зала обнаружилась череда колонн, возле которых безжизненными змеями лежали перерезанные верёвки, а также несколько мертвецов, застывших в неестественных позах. Оба мародёра принюхались, словно заправские ищейки, и выдали почти одновременно:

– Тут ощущается чёткий след остаточной магии! – сказал Пьер, осматривая пол внутри круга из колонн, где и правда обнаружился круг призыва.

– Тут пахнет угрозой! – проворчал гном, осматривая мертвецов, лежавших возле столбов.

Было похоже на то, что владелец сего места и правда был чернокнижником, который вознамерился принести рабов в жертву ради призыва некой сущности или в ходе какого-то ритуала, но что-то пошло не так во время церемонии, и произошла катастрофа. Может, это колдун чихнул в неподобающий момент, из-за чего его заклятье видоизменилось в нечто совсем невообразимое и взрывоопасное, а может ему кто-то помешал.

– Ты чего делаешь? – спросил у спутника Моргримм, наблюдая за тем, как тот совершает непонятные пассы своими руками. – Мух отгоняешь?

– Не мешай! – раздражённо буркнул тот.

– Вообще-то нам полагается искать ценности, а не заниматься некромантией! – поспешил заметить гном. – Ты как знаешь, а я обыщу этого в мантии, мне он кажется…

– Подожди! – шикнул на нетерпеливого воина Пьер. – Я исследую помещение на следы остаточных магических эманаций. Хочу понять, какой ритуал тут пытались провести…

– Это ещё зачем?! – удивился Моргримм. – Шмонаем трупы, обыскиваем остальные закутки и валим отсюда тем же путём, которым и пришли!

– Ладно, – вздохнул маг, бросивший своё занятие. – Но этот труп мой. Может статься так, что на теле покойника обнаружатся руны, глифы или артефакты, которые в твоих неумелых руках могут взорваться или чего похуже…

– Ладно, убедил! – кивнул товарищу гном. – Чародей твой. А я пока осмотрю эти шкафы…

– Они тоже мои! – прервал его Пьер, доставая из-за пазухи мешочек. – Там же эликсиры и ингредиенты стоят, неужели не видишь? Доверься мне, я выберу самые ценные!

– Надеюсь на это! – буркнул недовольный Моргримм, отходя в сторону. – А мне что тогда прикажете делать?!

– Проверь пока вон ту дверь, – указал в сторону ещё одного выхода из зала маг.

– Ладно! – с ворчанием отправился в указанном направлении гном.

По пути ему пришлось перешагнуть через труп какого-то горбуна с раскроенным надвое черепом, после чего он приблизился к обнаруженной двери. Та оказалась не заперта, однако за ней обнаружился крупный завал, преодолеть который без специальных инструментов было проблематично. Да и кроме того, копать было лучше всё же сверху, нежели снизу, ведь в таком случае вас не грозило похоронить под обломками, если те придут в движение. Под камнями, брёвнами и землёй угадывались сломанные ступени, некогда уводившие наверх, и, вероятно, это был выход из подвала в сам дом, но выбраться тут теперь не представлялось возможным.

– Судя по тому, что один из люков в винном погребе оказался заперт, все участники церемонии убежали здесь! – подумал гном, продолжая осматривать завал. – И, судя по всему, кому-то из них не повезло!

И правда, между двумя крупными обломками потихоньку капали редкие капли красного цвета тягучей жидкости специфического запаха. Похоже, что кому-то не посчастливилось оказаться погребённым заживо под этим обвалом!

– А ну как там есть кто живой?! – от этой мысли гнома прошиб пот, ибо теперь для него самым сильным страхом всей его жизни стала клаустрофобия и боязнь обвалов. – Может, стоит попробовать позвать пострадавшего? Вдруг ответит?

Он тихонько пробормотал нечто невнятное, но тишина была ему ответом, лишь Пьер в отдалении ритуального зала что-то бормотал себе под нос, складывая склянки с лёгким звоном в припасённую для этого сумку. Махнув рукой, Моргримм вернулся обратно в подвал, утирая со лба пот, и маг одарил его беглым взором.

– Что за той дверью?

– Ничего дельного! – покачал головой гном. – Обвал. Когда-то там была лестница наверх, но теперь там не пройти.

– Ладно, – кивнул Пьер. – Я скоро закончу, и мы тронемся обратно. Видишь те книги, что я сложил стопкой? Забрасывай их к себе в котомку, понесёшь наружу, когда я скажу.

– Хорошо! – кивнул Моргримм, быстро управившись с этой простой задачей.

Он попытался было прочитать названия, но язык, на котором были изданы эти труды, ему оказался не знаком. Оставалось довольствоваться лишь картинками, но и те оказались гному непонятными, отталкивающими и даже противными. Взять хотя бы это изображение – это что, препарированный эльф? Поморщившись от отвращения, Моргримм запихнул талмуды в свою котомку, после чего стал изучать зал, в надежде прояснить для себя, что же тут произошло. Поскольку Пьер был занят трофеями, попросив ему не мешать, гному всё равно нечем было заняться, а посему он склонился над трупами.

Всего в зале оказалось четверо мертвецов, из которых двое походили на пленников, ибо были голы, и лишь жалкие тряпки прикрывали их срам. Очень толстый мужчина с перерезанным горлом, большая часть крови которого застывала сейчас на полу, заполнив собою небольшую канавку, которая была выполнена в виде замкнутого круга диаметром около трёх метров. По центру этого круга обнаружилась опрокинутая жаровня, а также рассыпанные всюду потухшие угли. Сначала было Моргримм подумал, что именно падение жаровни могло послужить причиной пожара, однако сразу же возразил сам себе – почему же тогда прочая часть подвала уцелела? Сохранились книги, мертвецы не имели на себе ожогов, стены без следов копоти и подпалин?

Второй мертвец также был рабом, вернее, молодой рабыней-полукровкой, судя по её слегка раскосым глазам и заострённым ушам. Полуэльфка. Симпатичная, ладная, но также безжалостно убитая тем же способом – на шее большая резаная рана, а вокруг море крови. Эта, в отличие от прочих мертвецов, оказалась привязанной к столбу, и до сих пор удерживалась на нём при помощи верёвочных пут, в то время как три других мертвеца лежали на полу. Ещё двое упокоенных – горбатый карлик с раскроенным надвое черепом, но этот лежит в стороне от жертвенного круга, и на нём имеется кой-какая одежонка, в отличие от всех прочих. Так! Стоп-стоп-стоп! Когда это чернокнижника успели раздеть?! Моргримм посмотрел на Пьера, который уже щеголял в новой мантии, нимало не стесняясь того факта, что только что снял её с трупа. Похоже, что предмет был очень хорош, раз этот пройдоха поспешил сменить свои одежды на покойницкие. Гнома передёрнуло от отвращения ещё раз, ибо он бы не рискнул так смело переоблачаться в вещи мертвеца, хотя, надо отдать трупу чернокнижника должное, он был самым сохранным из всех. Видимых ран на теле нет, только свёрнутая под неестественным углом шея с синюшными отпечатками на ней.

– Что же тут произошло?! – спросил сам себя гном, снова осматривая место происшествия, и размышляя вслух. – Похоже, что этот толстяк и полуэльфка были рабами, привязанными к колоннам. Их обоих прирезали, как свиней, но вот тут ещё четыре столба, а рядом с ними перерезанные верёвки. Кто-то освободил рабов, или им самим каким-то образом удалось извернуться и перерезать путы… Судя по тому, что в одеждах были только маг и карлик, это хозяин сего злачного места и его слуга. Оружия при них нет, но горбатого убили, скорее всего, топором. Вероятно, уродец им был вооружён, но его забрали убежавшие рабы, а у мага отняли кинжал, которым он вскрывал глотки своим пленникам…

– Эй, Пьер! – позвал товарища гном.

Чего?! – оторвался тот от созерцания склянок с зельями.

– У этого колдуна при себе кинжала случайно не было?

– Нет! – мотнул маг головой. – Только роба.

– Она волшебная?

– Да, но её я возьму себе в качестве своей доли, – сразу же поспешил застолбить свою добычу Пьер.

– Что, больно хороша? – тут же усмехнулся гном. – Насколько хороша в пересчёте на золото, а?

– Отстань! – окрысился сразу же маг.

– Что, превышает размеры твоей доли, да? – продолжил усмехаться воин. – Ну, ничего! Можешь рассчитаться с остальными и со мной в первую очередь из своего кармана, за это тебя никто не осудит!

– Послушай! – нахмурился Пьер. – Я уже почти закончил. – Дай мне ещё пару минут, и можно будет выдвигаться, хорошо? Положи ещё к себе в мешок вот эту ступку и пестик, они хоть и небольшие, но довольно тяжёлые, потому как серебряные, и за них можно будет выручить немало монет! На! Ещё положи к себе вот эту флягу, только с пробкой осторожнее, и вот эту древесину…

– На кой ляд нам сдалось дерево? – удивился гном.

– Эх ты, темнота! – усмехнулся Пьер. – Это же тис сомниус, лучшее дерево для изготовления волшебных палочек! Чародеи его очень ценят, поскольку благодаря такому материалу можно упрятать…

– Тихо! – шикнул на мага насторожившийся Моргримм. – Ты это слышал?!

– Слышал что?! – сразу же побледнел человек, начавший осматриваться по сторонам, как и его напарник, однако тут маг был в худшем положении, ибо гном видел в темноте намного лучше.

Не в силах разглядеть опасности, маг скомандовал своему шарику облететь помещение, что тот послушно и сделал.

– Чёрт! – выругались мародёры одновременно. – А где уродец?!

И правда, труп горбатого карлика, который лежал в отдалении от круга призыва, куда-то пропал, и на его месте обнаружилась лишь подсыхающая лужа крови, зато теперь шаркающий звук отчётливо стал слышен со стороны винного погреба.

– Вот теперь я это слышал! – кивнул Пьер, спешно стягивающий тесёмки на горловине своего мешка. – Похоже, что тот уродец не был мёртв! Как ты осматривал трупы, а?!

– У него башка располовинена была! – ворчливо отозвался гном, поднимая свой топор. – Но даже если это и не так, я его быстро укорочу, глазом моргнуть не успеешь!

– Надеюсь на это! – ответил ему маг. – Я закончил, можно выдвигаться…

– А как же всё это барахло?! – указал на остатки пузырьков и прочих вещей оружием Моргримм.

– Вот именно, что – «барахло»! – кивнул Пьер. – Стоит гроши, поверь мне. Ладно, давай выбираться наружу. Всё ценное мы уже собрали.

– Ну коли ты так…

Снова шарканье, на этот раз с другой стороны. Щелчком пальцев Пьер приказал своему светильнику отправиться на звук, и вот мародёры вздыхают снова – толстяка тоже след простыл, и теперь он шлёпает босыми ступнями немного поодаль, в то время как полуэльфка извивается в своих верёвочных путах, до сих пор привязанная к столбу.

– Ты ещё скажи, что и эта барышня с её вскрытым горлом жива! – сплюнул на пол Моргримм. – Проклятье! Только нежити нам тут не хватало!

– Погоди-погоди! – остановил гнома Пьер. – Ты куда это собрался?!

– Как это куда?! – не понял его воин. – Башку твари отхвачу, пока она не освободилась, либо её кто-нибудь не развязал!

– Может, ну её! – потянул Моргримма за рукав прочь человек. – Уходим, пока…

В этот момент из тьмы раздалось рычание, а потом и звуки громких шлёпающих шагов, и в круг света вылетел мёртвый толстяк, намеревавшийся сходу сбить с ног обоих мародёров. Однако он недооценил двух профессиональных авантюристов, поскольку оба были готовы к схватке. Гном быстрым и изящным для его комплекции движением ускользнул в сторону, при этом несколько припав к земле и рубанув мертвецу по щиколотке, отчего потерявший равновесие толстяк рухнул на пол и по инерции продолжил катиться вперёд. Пьеру лишь оставалось перепрыгнуть через эту тушу, что он проделал с грацией и изяществом, взмывая под самый потолок в явно магическом прыжке. Жирдяй с воем прокатился под ним, с грохотом врезавшись в лабораторный шкаф и груду тех вещей, которые из него извлёк мародёр немногим ранее, разметав во все стороны разнообразные банки, склянки и прочие предметы.

– Как хорошо, что я вытащил оттуда всё мало-мальски ценное! – хмыкнул Пьер, после чего выпустил стрелу пламени в сторону барахтавшегося под завалом зомби.

Снаряд угодил точно в цель, а наличие горючих веществ в той куче, где рычал зомби, лишь усугубило эффект от попадания, поскольку мертвец тотчас же вспыхнул подобно живому факелу, освещая почти половину зала. Поскольку тьма на время отступила, стал виден и труп чернокнижника, который крался у колонн, сгибаясь подобно хищному зверю и жутко покачивая своей головой на сломанной шее. Зрелище было мерзким само по себе, но ещё хуже было то, что мертвец поднял руки, начиная совершать пассы, явно пытаясь сотворить какое-то заклинание! Моргримм к этому времени уже закончил возиться с полукровкой, отрубив связанной упырихе её голову, и теперь с содроганием наблюдал за ожившим колдуном, перемещавшимся по кругу.

Когда гном попытался наброситься на мертвяка сзади, то его застали врасплох, ибо скрывшийся самым первым горбун неожиданно вылетел из укрытия, сбивая воителя с ног, защищая своего хозяина и даже после смерти. Печально звякнул об плиты пола выпавший из руки Моргримма топор, а сам он кубарем покатился в сторону опрокинутой жаровни. В это же мгновение чернокнижник пустил в Пьера волшебный снаряд, но тот ловко увернулся от него одним большим скачком, благо магия, при помощи которой он подпрыгнул под потолок, ещё продолжала действовать. Человек решил было смыться с поля боя, однако тут его ожидал сюрприз – дверь в винный погреб оказалась заперта, и именно для этого горбун уходил когда-то в том направлении, дабы отрезать мародёрам путь к бегству.

Пока горбатый карлик с раскроенным надвое черепом и гном мутузили друг друга на полу, мёртвый чернокнижник при помощи заклятья сбил с барахтавшегося на полу толстяка не только пламя, но и опрокинутый шкаф с разнообразным хламом, который теперь разлетелся по всему подвалу. Обгоревший жирдяй начал неуклюже подниматься на ноги, в то время как Пьер и колдун обменялись парочкой снарядов, намереваясь прикончить друг друга. Однако человек легко отклонялся от них, в то время как упырь их просто нейтрализовывал, отбивая в стороны специальным силовым полем. Летавшие повсюду кислотные, огненные, ледяные и прочие сферы, призмы, волны, искры, линии и иже с ними заполонили на время большую часть подвала, лишь по счастливой случайности не угробив Моргримма, зато вот толстяку не повезло, ибо его всё-таки прикончили при помощи кислоты, причём сделал это его же товарищ, выпустивший не глядя в сторону Пьера каскад смертельных брызг. Волна тягучей жидкости оказалась настолько мощной, что её хватило для того, чтобы не только разрезать жиробаса надвое в районе его толстого пуза, но и уничтожить подобным образом пару колонн, отчего те с диким грохотом рухнули вниз, часть потолка просела, и с него сразу же посыпались крошки земли, пыль и небольшие осколки.

– Если так пойдёт и дальше, то нас попросту завалит тут к чертям! – успел сообразить гном, ворочавшийся под карликом. – Нужно драпать отсюда как можно скорее!

Страх придал ему сил, а посему ему всё же удалось сбросить с себя горбуна, а потом рывком подтянуться к лежавшему поблизости топору. Заполучив своё верное оружие обратно в руки, Моргримм воспрянул духом, бросаясь в атаку, намереваясь как можно скорее уничтожить приставучего карлика, поскольку тот упрямо не желал подыхать или отставать от своего соперника. Первым же попаданием гному посчастливилось отрубить врагу кисть, потом он пинком повалил мертвеца обратно на пол и закончил то, что не удалось его убийце – развалил покалеченную голову карлика на множество мелких частей за несколько ударов. По телу уродца прошлась судорога, и он, наконец-то, замер навеки, поскольку без головы нежить долго существовать также не способна. Этим могут похвастаться только скелеты, ибо они оживлены всегда при помощи магии, и в их организмах и существовании вообще отсутствует всяческая логика. Ну, скажите на милость, как скелет может передвигаться, если у него нет мышц, суставы изъедены и уничтожены временем, а сами кости при этом не рассыпаются, а крепятся вместе, если органики на них в общей сложности осталось не более одной пригорошни? Но, тем не менее, эти твари уверенно не только ходят и даже бегают-прыгают, но ещё и машут оружием вдобавок или бьют своими заострёнными костями, которые обломаны на манер рапир или шипованных кастетов!

Очередной толчок по подвалу покорёженного дома, и снова потолок проседает ещё на несколько дюймов вниз, а по центру помещения быстро бежит громадная трещина, расширявшаяся с пугающей скоростью. Сквозь пролом вниз начинают сыпаться различные обломки, земля и прочая мерзопакость, угрожая похоронить авантюристов заживо, если те не поспешат покинуть поле битвы. Пьер уже тоже сообразил, что настала пора делать ноги, а посему теперь сместился к двери, ведущей в винный погреб, однако выбить её не смог – помешал упырь-чернокнижник, кружившийся поблизости.