Перевал Дятлова. Истории Сергея Соколова. Том 1
- -
- 100%
- +
А Зине действительно хотелось запечатлеть каждый штрих. Её запись – это волшебная сказка о волшебной атмосфере подготовки похода.
"Где мои пимы?" Видимо, кто-то в суете забыл, куда пимы положил. Так бывает. Нормальная жизнь, нормальные сборы. Каждый что-то делает, о чем-то думает, что-то говорит.
"Ю.К. В трамвае в мандолину играть будем? – Конечно!" Ну, это видно Юра Кривонищенко спрашивает друзей. Сказали, не зачехлять мандолину, в трамвае играть и петь надо. А и правда, ну как ехать в трамвае без песен и мандолины? Скука смертная.
"Соль забыли! – 3 кг."
Соль – жизнь, куда в тайге без соли. Хорошо, кто-то заметил, кто-то вспомнил. И соль взяли. Целых 3 кг. А наша Зина – летописец конечно же этот случай фиксирует для истории.
"Игорь! Ты где?" Ну это похоже самого Дятлова потеряли. Вышел? Спиной повернулся? Среди ребят в толчее затерялся? А нужен, ой, как нужен. А кому-то Дорошенко нужен:
"Где Дорошенко, почему не забирает 20 пачек?" Вот, Юре аж 20 пачек дали, придется тащить. А кому-то срочно монетка нужна:
"Дайте 15 коп. позвонить!" Наверное, важный звонок. А денежек нет. Студенты, что поделать? Думаю, 15 коп нуждающемуся дали.
"Безмен, безмен где? Не влазит, у черт! Ножик у кого? – Влезет это, влезет и это тоже." Да, это стадия, когда уже не запихивали, а допихивали. Допихнули, всё влезло, ничего не осталось.
Подходят провожающие:
"Юра, довези это до вокзала. Пришел Славка Хализов: – Привет, привет! Дайте 15 коп."
И ему дали. Да не оскудеет рука дающего!
Ну вот и всё. Покидание общежития, выход в автономку.
"Люда считает деньги, крупные деньги."
Да, самые крупные деньги у завхоза. И их конечно приятно считать. Только вот незадача – сколько деньги ни считай, больше их не становится. Закон диалектики. Мистику прочь.
Зина пишет: "В комнате художественный беспорядок". Ну а как же вы хотели? Сборы такой большой ватаги и экстренное покидание базы. Кто-то из оставшихся студентов наведёт порядок и превратит порядок художественный в порядок комендантский. Оставшимся пусто и грустно. Мир позитива и романтики туристы забрали с собой.
Как же без него в походе? Ну конечно никак.
Вот Люда написала в своем дневнике:
"Незадолго перед выходом начали собираться провожающие. Времени было в обрез, но мы, конечно, вовремя прибыли на станцию. И вот настали последние минуты прощания. Перед отходом "спели" несколько песен.
В вагоне к нам присоединились "блиновцы", вместе пели песни. Среди всех особенно выделяется кротовский бас. На сей раз было много очень новых песен, которые мы тянули с помощью инструктора Золотарёва А.А., идущего вместе с нами в поход".
Вторит Люде и Зина Колмогорова в общем дневнике группы:
"А вот мы и в поезде. Перепето много, много песен, выучены новые и все расходятся по местам уже в 3-м часу ночи.".
Вот так, в трамвае пели, на перроне пели, в вагоне пели. До двух часов ночи. Пели азартно и вдохновенно. А когда человек поет? Когда душа его радуется, когда он весел и счастлив. И ребята пели. Пели красиво. Пели душевно. Пели, даря окружающим заряд молодости, силы и энергии. Пассажиры не возражали. Проводницы тоже. В те годы все пели. Пели, уходя на войну. Пели, возвращаясь с войны. Пели, уезжая бригадой на работу или на вахту. Пели, направляясь на целину и в стройотряды. Пели, уходя в походы. И в этих песнях было возрождение разрушенной войной страны, стремление к лучшей жизни, уверенность в завтрашнем дне.
Третий час ночи. Зина пишет в дневнике под тусклым фонарем вагонного освещения:
"Интересно, что ждёт нас в этом походе? Что будет нового? Все укладываемся спать, а за окном встает Уральская тайга."
Да, вот такие были туристы группы Дятлова. Молодые, активные, уверенные в себе, весёлые и жизнерадостные, романтики и мечтатели. Они шли в поход и несли в Уральскую тайгу свои песни, свою радость, свой позитив. Они были настоящими гражданами своей страны.
Вот о чем хотелось рассказать сегодня, вспоминая о ребятах в связи с годовщиной трагедии.
Это лучшая память о погибших ребятах.
А мне хочется рассказать ещё об одном моменте. Трагедия группы Игоря Дятлова нашла свое отражение в творчестве писателей и поэтов. К этой теме нельзя быть равнодушным. Я думаю, сегодня уместно послушать эти стихи, посвящённые светлой памяти ребят.
Самое первое стихотворение, посвящённое группе Дятлова, написал Моисей Аксельрод. Написал прямо на перевале, когда участвовал в поисковой операции. Вот оно.
Ветер, скалы, снег
Берёзки ребёнку до пупа
Здесь на последний ночлег
Встала туристская группа
Ветер, скалы и снег,
Лишь только они видали,
Как бился за жизнь человек,
Как наши друзья умирали
Ветер, скалы и снег
Спокойны застывшие лица
А может быть, этого нет?
А может, всё это мне снится?
Не сон это! Память мне жжёт
Как ударом плети.
Их вечный покой стережёт
Сторожем преданным ветер.
Пусть память не смоют года
Где б ни были мы на планете
О тех, кто ушёл навсегда
В скалы, снега и ветер!
Продолжение следует.
История
9.
Туристы-бродяги
– 3.
Сегодня, в очередную годовщину трагедии группы Дятлова, как дань памяти погибшим ребятам, мы читаем посвящённые им стихи.
Целый цикл стихов посвящён группе Дятлова поэтом Алми. Он так и называется "Памяти трагической гибели группы Дятлова". Вот стихи из этого цикла.
Девять их было, девять…
Шли они дружно в след.
В это нельзя поверить –
Что их на свете нет!
Мальчики и девчата.
Жизни был самый сок.
Только судьбы, ребята,
Выстрелил подлый рок.
Знаю, загадок девять…
Спрятал уральский снег.
В это – могу поверить,
А в остальное – нет.
***
Снега февральские Урала…
И лента свежая лыжни,
И ты, зима, наверно, знала
Как были дятловцы нужны.
Кого-то группа повстречала?..
Свидетельства отчуждены.
Когда ребят таких не стало,
Узнали как! – они нужны.
***
Мне не спеть о них грустные песни…
Этих песен пока я не знаю.
Для меня те ребята воскресли,
И во мне свой костёр зажигают…
Не замёрзшие, и не убитые…
Только снегом слегка припорошены,
Всё стучат в моё сердце разбитое
Эти гости незвано-непрошено.
И я вижу: горит ярким пламенем!
Тот костёр, что у кедра алеет,
И кричит тот костёр в мою память,
Что ребят этой ночью согреет…
***
Не позабыть последние улыбки,
И не забыть мне милые глаза,
Когда на скользком склоне зыбком
Из глаз сорвалася слеза.
Я вижу страшные минуты…
От крови тёплый белый снег,
И их убийц, в безумстве лютых,
Ты накажи их, человек!..
Иначе – не поймёт природа!..
Прорвётся лавою в огне,
Как группа Дятлова на фото –
Пронзает болью сердце мне.
***
Снег искрится под солнцем и ведёт за собой
В те места, что легендою стали…
Это я не вернулся с похода домой,
Потому что там душу оставил.
Ну а годы смеются – решения нет,
Видит Бог, их природа убила.
Но не хочет принять этот сердце ответ,
И не хочет принять их могила.
Надо мною сегодня снегов синева,
А мне грезится жаркое лето.
И несётся, несётся по свету молва,
Что ребята те стали – поэты.
Чтобы миру в стихах свою смерть рассказать,
Чтоб обиды не стало и споров,
И дрожит надо мною небесная гладь –
То туристы ведут разговоры.
Надо мною сегодня снегов синева.
А мне грезилось жаркое лето…
Я влюбился в ребят этих, – что за дела?..
Значит, сам теперь стану поэтом.
***
Потерял я от боли недавно покой.
Вижу я – боль меня не покинет.
Но я слышу, и слышу их голос родной…
Что в уральском снегу смертью стынет.
Девять лучших ребят взял в объятия снег –
Полюбуйтесь-ка люди, скажите:
То природа была, или то человек?..
Только с разумом, люди, – дружите!
Знаю я, что загадка на все времена,
Группа Дятлова – в сердце иголка.
Но туристов убил, верю я, сатана.
Это дьявол убил их, и только.
***
Ветер сметает со злобой
На склоне пуховый снег.
Смерть приводит ко гробу,
Помни её, человек!
Тягостно там, на Урале:
Снежный зимою плен.
Лучших ребят украли –
У нас на горе Отортен.
Долго ребят убивали,
Дух просто так не сломить.
Сколько ветра бушевали,
Ребят не могли убить.
Ветер сметает со злобой
Остатки следов на снегу.
Смерть приводит ко гробу,
Её пожелаю – врагу!
Враг – Холатчахль на Урале.
Враг – Отортен во льду.
Враги – кто убийц не искали,
Я тех убийц – найду.
Найду даже я на том свете,
Придётся на этом, сыщу.
Пусть знают все на планете:
Я этого им не прощу!
***
Ракету запустили в небеса –
Грохотали, разливались звуки…
Перевал стоит уж два часа,
Онемевший от завывов вьюги.
Снег метёт могильную постель,
Девять жизней лягут в плен навечно.
Это всё уральская метель –
Жизни круг очерчивает Млечный.
Тишина в лесу разорвалась.
Связь времён разрушила тревога.
Девять жизней и моя слилась
– вне времён –
У любящего Бога…
Вы знаете, про группу Игоря Дятлова написаны не только стихи, но и песни.
Вот прекрасная песня Александра Меньщикова "Автономка группы Дятлова". Эта песня есть на Ютубе, желающие могут послушать. А мы прочитаем здесь только текст песни.
Автономка группы Дятлова
Третьи сутки в автономке мы идём,
Каждый думает о чем-то о своём,
Птицей бьётся сердце радостно в груди,
Кто же знает, что там ждёт нас впереди.
Мы лыжнёй себе прокладываем путь,
И лишь изредка встаём передохнуть,
Пусть нас девять – продолжаем мы идти,
Кто же знает, что там ждёт нас впереди.
Припев:
Не ходи туда! Не ходи туда! Отортен!
Завывает ветер над перевалом – Передай всем!
Где случится вдруг с тобою беда,
Знают лишь горы, знает лишь ветер и тайга.
А кругом тайга и Северный Урал,
Мы тропою манси обойдём завал,
К устью Ауспии спешим скорей дойти,
Кто же знает, что там ждёт нас впереди.
Мы «Вечерний Отортэн» читаем вслух,
У Холат Сяхыл в палатке бодр дух,
Из Вижая сразу весточку пошлём,
Завтра утром встанем… и пойдём…
В облака укрылся горный перевал,
Безымянным быть он перестал,
Обелиск молчит… Как было всё тогда?
Знают лишь горы, знает лишь ветер и тайга…
Есть и интересное поэтическое произведение Александра Кочеткова "Перевал Дятлова". Теперь эти стихи уже тоже стали песней.
И я эту песню иногда пою. Ну, я конечно не певец, но скажем так, мурлыкаю.
Вот с большим удовольствием предлагаю вам.
Перевал Дятлова
Мы вышли под утро по самой по кромке,
Между туманом и юной зарёй.
Босые ноги стежки оставляли,
Словно сшивали надежду с бедой.
Мы вышли под утро, гонимые ветром,
Озябшие руки разрывали туман.
И кто мы такие? – Мы просто чужие,
Идущие цепью по облакам.
Юность беспечна, и в пламенной речи
Сгорали, как свечи, туристов сердца.
Нам славы не надо, достаточно правды,
А правы-не правы – лишь Бог нам судья.
Нас разделили на равные части,
В разное время и в разные дни.
Трое в ручье, трое у кедра,
А остальные на склоне горы.
Юность прощалась с годами беспечными
На полпути, на полпути…
На полпути между жизнью и вечностью
Остались навеки студенты УПИ.
Юность беспечна, и в пламенной речи
Сгорали, как свечи, туристов сердца.
Нам славы не надо, достаточно правды,
А правы-не правы – лишь Бог нам судья.
Ну вот и всё. Подошла к концу наша сегодняшняя история. В ней нет открытий, нет сенсаций. Зато есть добрая светлая память о погибших ребятах, настоящих гражданах своей страны. Это тоже очень важно.
Постоим, помолчим, вспомянем, поклонимся и пойдём. Пойдём дальше. Жизнь продолжается.
Продолжение следует.
И
стория
10. М
нимая гибель Золотарёва
– 1.
Это моя очередная история на тему перевала Дятлова. Долго думал, рассказывать об этом или не стоит. Всё же решил рассказать, думаю, всем будет интересно.
Итак, тема наших сегодняшних рассуждений – когда погиб Семён Золотарёв и почему в документах записано не то, что мы знаем.
В уголовном деле однозначно сказано, что Золотарёв погиб в походе вместе с группой Дятлова в 1959 году. Казалось бы, это очевидно. Но существует документ, где написано, что это случилось в декабре 1958 года. Этот документ нашли исследователи Комсомольской правды, и это учётная карточка офицера запаса Золотарёва Семёна Алексеевича.
Скан этой карточки есть на сайте КП.РУ.
Смотрите, как интересно. В учётной карточке про Золотарёва написано:
"Умер в декабре 1958 года в туристском походе". Далее приводится номер и дата свидетельства о смерти, выданного Кировским ЗАГСом города Свердловска и данные о том, где офицер запаса Золотарёв родился.
Вот как интересно. Так когда же погиб Золотарёв? В феврале 1959 года или в декабре 1958? Вот какой вопрос. И дальше – Золотарёв шел в поход с группой Дятлова живой или мертвый? Вы скажете, не вопрос. Но всё же вопрос.
И ответ на него мы с вами вместе поищем в документах уголовного дела.
Вот смотрите, 20 января Дятлов расписывается в протоколе маршрутной комиссии. И там в списке участников похода есть Золотарёв. Думается, был живой.
Идём дальше. Информация о походе группы Дятлова, составленная Бардиным и Шулешко, тоже в уголовном деле есть:
"В маршрутной книжке указаны 11 человек. 11-м включен ЗОЛОТАРЁВ С.А., бывший инструктор Коуровской турбазы."
Видите, и в маршрутную книжку Золотарёв тоже включён. Значит, живой был.
Но ладно, эти документы составляли люди, которые живого Семёна не видели, им сказали, они записали.
Но были и те, кто видел. Например, Владислав Биенко. Вот что он пишет:
"Пришлось мою долю снаряжения и продуктов отдать Семёну Золотарёву… Я помогал загружать неподъёмные рюкзаки в вагон."
Видел Биенко живого Золотарёва. Видел и до похода, и на вокзале видел.
А вот Сергей Согрин. Он рассказывает:
"Будучи человеком общительным и энергичным, Семён был принят в наш коллектив. Я предложил ему жить у меня дома и активно включиться в подготовку нашего путешествия".
Как вы понимаете, Согрин сделал предложение живому Золотарёву.
Живым видели Золотарёва и участники группы.
Цитаты из дневников.
23 января, Люда Дубинина.
"На сей раз было много очень новых песен, которые мы тянули с помощью инструктора Золотарёва А.А., идущего вместе с нами в поход".
24 января, Юра Юдин в дневнике группы:
"В перерыве между 1-й и 2-й сменами организовали встречу с учениками… Золотарёв: "Дети, сейчас мы вам расскажем… Туризм бывает, дает возможность."
24 января, Зина Колмогорова:
"С нами инструктор Коуровской турбазы Александр Алексеевич Золотарёв. Знает очень много новых песен."
Ну так значит живой был Золотарёв.
Протокол допроса свидетеля Юдина:
"Золотарёв в походе вел себя хорошо, был дисциплинирован и о нем я ничего плохого сообщить не могу".
Вот такая история. А ещё живого Золотарёва запечатлели туристы на фотографиях. Хотя и есть такая версия, что он на фотографиях неживой, но я как бы в неё не верю. Представляете, в декабре 1958 года он умер в походе, его положили в холодильник прямо в одежде и обуви, а потом достали и привезли в тайгу, чтобы сфотографировать. Ну смешная версия, даже в страшном сне такое не приснится.
Ну вот. Думаю, я вас убедил в том, что вы отлично знали и в чём ни на секунду не сомневались. Семён Золотарёв в январе 1959 года был жив и участвовал в походе группы Дятлова в качестве живого человека. Вы это знали, но теперь ещё больше укрепились в своем мнении. И я вместе с вами.
А о чем же история, и где же сенсация? Не торопитесь, друзья, всему свое время. Всё самое интересное только начинается.
Ну так как же нам быть с записью в учётной карточке? Считать ее ошибкой, фальсификацией или хорошо продуманной акцией? У каждого своё мнение. А мы попробуем вместе разобраться с этим интересным вопросом.
Сначала подумаем над тем, настоящий это документ или нет.
Это учётная карточка офицера запаса. Такие карточки заполнялись в военкоматах и хранились в картотеке. Ещё на каждого офицера запаса заводилось личное дело. В личном деле были более подробные сведения, в учётной карточке только самые главные.
Семён Золотарёв в 1950 году закончил Минский институт физической культуры. В том числе обучался на военной кафедре, и как все подобные выпускники, получил воинское звание младший лейтенант запаса. Так что на него в военкомате по месту жительства было заведено и личное дело, и учётная карточка. К сожалению, личное дело было уничтожено в 1971 году и до нас не дошло. Об этом есть запись в книге учёта личных дел военкомата.
Хочется ещё раз выразить слова благодарности Николаю и Наталье Варсеговым, которые нашли эти документы и Архиву КП, где хранятся их фотокопии.
Действительно, личное дело было. И было уничтожено, думается за давностью лет. Либо как личное дело умершего.
В этой книге в строке с личным делом Золотарёва не заполнена четвёртая графа. Что это значит? А это значит, что его личное дело всё время находилось в Пятигорском городском военкомате и никогда никуда не отправлялось.
Вы скажете, ну и что? А это очень важно. Это значит, что когда Золотарёву пришли письма и влиятельные люди пригласили его принять участие в походе группы Дятлова, он не снялся с воинского учёта, и его личное дело не было направлено в Свердловский военкомат.
А что это значит? Что он ехал в Свердловск для некой цели и не планировал оставаться там, а планировал вернуться в Лермонтов, где у него была квартира в бараке и где проживала его старенькая мама.
Кто жил в те годы, тот помнит, что гражданин типа Золотарёва состоял на учете в трёх организациях – на регистрационном учёте в паспортном столе отделения милиции, на воинском учёте офицеров запаса в военкомате и на партийном учёте в горкоме КПСС. Ну я не беру общество любителей книги, общество защиты животных и тому подобные организации.
И вот если гражданин типа Золотарёва собирался убыть на постоянное место жительства в другой город, он был обязан сняться с регистрационного учёта в милиции и получить листок убытия, в военкомате сообщить, куда отправить личное дело, в горкоме партии получить свою учётную карточку в запечатанном сургучной печатью пакете для сдачи её в новый горком партии.
И вот получается, что раз он не снялся с воинского учёта, то не снялся и с партийного и не выписался из своей квартиры. И это очень важно.
Не знаю, что обещали Золотарёву влиятельные люди, возможно, что-то после похода, но до похода ему не дали ни квартиры, ни свердловской прописки. Не видели его в Свердловске. А где видели? Возможно нигде, судя по записи о смерти в учётной карточке.
Ну что ещё рассказать? В те годы было три вида прописки – постоянная, там где человек проживал по ордеру, временная, если человек проживал к примеру в квартире родственников и служебная, если человек проживал в бараке, вахтовке, времянке по месту работы.
Смотрите, где проживал Семён Золотарёв. Вот учётная карточка инструктора по туризму.
Смотрите, учётная карточка на Семёна Золотарёва заполнена при поступлении на работу на Коуровско-Слободскую турбазу 7 октября 1958 года и подписана исполняющим обязанности Уральского туристско-экскурсионного управления. И что мы там видим? Домашний адрес – была попытка написать Ставропольский край. Видите, написано Ставрополь и взято в скобки. Почему? Потому что постоянная прописка по паспорту была Ставропольский край, г.Лермонтов. А дальше в этой графе, смотрите, написано станция Коуровская Свердловской железной дороги, турбаза. Видите, это служебная прописка. Почему это важно?
Потому что перед походом Семён Золотарёв уволился с турбазы и потерял эту служебную прописку.
Именно это и было нужно влиятельным людям, чтобы Золотарёв был никто и звать его было никак.
Инструктор Коуровской турбазы Евгений Постоногов в интервью рассказывает: "Числа 28 декабря Семён Золотарёв уехал в Свердловск, договорился с "упьяновыми", т.е. с кем-то из УПИ."
И вот смотрите. Золотарёв – безработный, в Свердловске без регистрации, не стоящий на партийном и воинском учёте. Именно такой человек мог свободно потеряться, погибнуть, умереть, никто ни в каких органах и организациях не обратил бы на это внимание. Это было бы тихое и незаметное исчезновение человека, состоящего на всех видах учёта в Лермонтове и Пятигорске, но уехавшего куда-то зачем-то и неизвестно на какой срок.
Вот таким и был замысел влиятельных людей. И запись о его смерти в декабре 1958 года – звено в цепи этих событий.
Сейчас мы подробно разберем эту запись, и вы узнаете то, что можно было бы назвать сенсацией.
Для начала отметим, что подлинность этого документа сомнений не вызывает. В правом верхнем углу стоит штамп Пятигорского городского военного комиссариата, подделать который довольно сложно. Да и содержание граф подозрений не вызывает. Правда, есть некоторые моменты, которые вызывают вопросы.
Смотрите, учётная карточка почему-то подписана начальником 3 части 26 октября 1960 года. Почему? Обычно карточка подписывается лицом, ответственным за заполнение, сразу после оформления. Можно предположить, что начальник ставит подпись после смерти офицера запаса. Но это же нелогично. Золотарёв состоял на учёте с 1950 года, то есть целых 10 лет карточка хранилась в картотеке без подписи, и лишь в 1960 году начальник соизволил её подписать. Когда офицера запаса и в живых-то уже не было. Зачем? И зачем графа напечатана для подписи, если в ней никто не расписывается? Странно, не правда ли?
Но дальше будет ещё интересней. Посмотрите внимательно, вся карточка заполнена одним почерком. Мог человек заполнить карточку в 1950 году и сохраниться на том же месте до 1959 года, когда сделана запись о смерти? Да ещё не изменив почерк и не поменяв ручку? Я думаю, нет.
И вот когда я внимательно посмотрел текст учётной карточки, я пришел к выводу, что её заполняли в 1959 или в 1960 году. Вы согласны? Ну посмотрите внимательно. Невозможно не согласиться. Видите, как интересно. Вы наверняка не обращали прежде на это внимание. Но это ещё не сенсация. Сенсация впереди.
Итак, принимаем за истину утверждение, что эта карточка заполнялась в 1959 году, уже после гибели Золотарёва. Зачем и почему? Я искал ответ на этот вопрос. И нашел его в том же Пятигорском военкомате.
Вот ещё один документ от Варсеговых. Это книга учёта личных дел офицеров запаса.
Смотрите, как интересно. Книга имела несколько разделов. И первый раздел – "Личные дела офицеров запаса, умерших в разное время".
То есть, когда офицер запаса умирал, его личное дело переписывалось из раздела живых в раздел умерших. По всей вероятности, и учётная карточка оформлялась заново и помещалась в другую картотеку. Поэтому она и была подписана 1960 годом, и написана почерком одного делопроизводителя. Логично? Логично.
Принимаем за истину, что карточка была оформлена, когда военкомат получил документ о смерти Золотарёва.
А теперь самое главное. Читаем запись о смерти. И чтобы это было удобней сделать, увеличим фрагмент этой записи.
Продолжение следует.
История
11.
Мнимая гибель Золотарёва
– 2.
Итак, читаем и разбираем запись целиком.
"Умер в феврале 1958 года в туристском походе.
Свидетельство о смерти II-ЮН N 044242 от 15.01.59 г. выданное Кировским ЗАГСом г. Свердловска. место рожд. ст. Удобная, Удобненский р-н, Краснодарского края".
Вот такой текст. Вы тоже так прочитали? Все так читают. И на основании этого построена такая версия.
Временем гибели Семёна Золотарёва назначен декабрь 1958 года. В связи с этим ЗАГСом по указанию влиятельных людей 15 января 1959 года было выписано свидетельство о смерти. То есть Золотарёв еще не погиб, а свидетельство уже выдали. Очень интересная версия, сродни сенсации. Вот почему мы и разбираем сегодня эту тему. Один из главных исследовательских принципов – Доверяй, но проверяй. И я проверил эту запись.
Понятно, что офицеров запаса снимают с учёта по причине смерти только при наличии документа. Не справки, не письма, не извещения, а только на основании свидетельства о смерти. Иначе многие сачкующие и отлынивающие соскочили бы с воинского учёта. Поэтому факт наличия такого свидетельства не подлежит сомнению.