Я – алкоголика жена

В представленной книге автор опирался на собственный врачебный опыт. Все истории, персонажи, события и даже некоторые медицинские приемы являются вымышленными. Любые совпадения случайны.

От автора

Уважаемый читатель!

Вы держите в руках не совсем обычную книгу. Ее своеобразие заключается в том, что она дает не только информацию и знания, но и непосредственно воздействует на читающего ее человека.

Специфически построенные, тщательно выверенные и поставленные в лексический ряд фразы, которые за кажущейся сложностью воспринимаются очень легко, оказывают мощное воздействие на подсознание человека, приводя к позитивным эмоциональным и психологическим изменениям.

Тексты, которые несут в себе особый психотерапевтический смысл, не выделены особым образом, однако при этом не теряют своей ценности и силы, вне зависимости от того, понимаете ли вы, уважаемый читатель, что это специальная фраза, или нет.

Желаю приятного чтения!

Глава 1. Вместо предисловия

В полутемном кабинете в глубоком кресле сидел человек в белом халате. Свет настольной лампы освещал приятное немолодое лицо и мятую тетрадь в его руках. Поза выдавала сильную усталость. Доктор Либерман Михаил Львович, как обычно, задержался после работы, чтобы завершить незаконченные за день дела: заполнить амбулаторные карты больных, проконтролировать работу своих сотрудников, врачей психотерапевтического отделения, подписать больничный листы, ответить на формальные письма чиновников от медицины и т. д.

За окном моросил дождь, и периодически ветви стоящего рядом клена, стучали в стекло. Общая атмосфера убаюкивала, клонила в сон. Но то, что читал Либерман в тетради, было очень интересно и не давало заснуть. Перелистывая листок за листком, Михаил Львович погружался в события печальные и даже в чем-то трагические. Исповедь измученной женщины. Безысходность, тоска и душевная боль. На каждой странице.

Михаил Львович прикрыл глаза, вспоминая молодую улыбающуюся женщину, одетую скромно, но со вкусом. Она не записывалась на прием в обычном порядке, а поймала доктора Либермана в коридоре отделения.

Приятный тембр ее голоса с вежливыми нотками просьбы: «Михаил Львович, вы не уделите мне пять минут?» – не предполагал отказа.

– Прошу вас, – Доктор Либерман правой рукой указал направление, где был его кабинет.

– Я подойду к вам через пятнадцать минут. Дела, знаете ли, – и с полуулыбкой вновь быстрым шагом пошел по длинному коридору отделения, сверкая огромной лысиной и белизной халата.

Прошло больше часа, но женщина продолжала сидеть около кабинета Либермана, рассматривая какую-то брошюру на журнальном столике, скромную табличку на дверях, на которой было написано, что помимо того, что Либерман М. Л. является заведующим отделением психотерапии в университетской клинике, он еще и профессор, и доктор мед. наук. В общем, светило.

Через полтора часа вернулся доктор Либерман, весь в смущении и извинениях:

– Простите меня. Неотложные дела. Не думал, что задержусь так надолго, – и, открывая дверь ключом, пригласил даму в кабинет, где предложил ей сесть.

Молодая женщина спокойно, не торопясь села на указанный ей маленький диванчик. Сам Михаил Львович присел на краешек стула напротив нее, надеясь, что беседа будет недолгой.

– Слушаю вас. Вы так долго ждали, что мне даже как-то неудобно, – продолжал, как бы оправдываясь, доктор.

– Это вы меня извините, Михаил Львович. Я без записи. Зовут меня Татьяна. Татьяна Михайловская. Я наслышана о вас. Вы хороший доктор, многим помогли.

Либерман, как бы смущаясь, опустил глаза.

– Но я не за помощью, я сама справилась с ситуацией. Решила многие проблемы… Скорее, не так: решила главную проблему, а сейчас не то чтобы тупик, а какой-то ступор.

Либерман кивнул головой, выказывая понимание.

– Рассказывать долго, – продолжала нежданная визитерша.

– В этой тетради я подробно описала все, что со мной произошло. Я знаю, что вы очень занятой человек и вовсе не обязаны помогать или давать советы всем подряд. Но если вас заинтересует моя история, вы, пожалуйста, позвоните мне.

Через неделю Либерман позвонил:

– Татьяна. Добрый день. Я прочитал вашу исповедь. Скажу прямо – впечатлился. Если вы не возражаете, я хотел бы встретиться с вами.

– Конечно-конечно, Михаил Львович. Когда вам будет удобно?

– Завтра в полдень вас устроит?

– Вполне, – в голосе Татьяны слышалась удовлетворенность.

– Очень даже для меня удобно.

– Замечательно, – произнес профессор. – Давайте только не у меня в кабинете. Я устал от него. Завтра обещали солнечный день без дождя. Будет хорошая погода. Если вы не против, то можно встретиться в университетском парке. Он у нас восхитительный.

– Хорошо, – ответила Татьяна, после чего возникла небольшая пауза.

– Буду вас ждать, – произнес Либерман. – Вы меня узнаете по большой лысине и вашей тетрадке в правой руке.

В телефоне послышался звонкий, искренний женский смех.

– Тогда до встречи завтра в полдень. До свидания, Михаил Львович, – и Татьяна отключила телефон.

Либерман про себя отметил, что женщина не лишена чувства юмора, это вселяло определенный оптимизм.

На следующий день профессор Либерман и Татьяна сидели в университетском парке на скамейке под раскидистым желто-красным кленом. Был теплый осенний день, создающий особое настроение благости и умиротворения.

Скамейка была жесткой и неудобной. Она стояла на центральной аллее парка, и студенты и преподаватели, идущие на обед, постоянно здоровались с профессором, отвлекая и мешая сосредоточиться на разговоре.

Либерман предложил Татьяне пройтись по более уединенным аллеям, где бы им никто не мешал и не отрывал от беседы.

– Вы знаете, Татьяна, то, что вы написали, в некотором роде уникально.

Молодая женщина улыбнулась:

– Вы, Михаил Львович, преувеличиваете.

– Ну, может быть, чуть-чуть, – хитро щурясь, произнес Либерман. – Совсем немного. Так все подробно и доступно написать может далеко не каждый.

– Спасибо.

– Вы, Татьяна, прошли через трудный, длинный и тяжелый путь. Вы освободились и теперь абсолютно свободны. Сейчас я вижу перед собой молодую, привлекательную женщину. Ни тени депрессии и тревоги. Что вас беспокоит?

– То-то и беспокоит, когда, добившись того, чего хотела, что-то упустила или недополучила…В общем, не знаю, но чувствую неудовлетворенность.

– Да, к сожалению, такое бывает достаточно часто, когда ставишь конкретную цель, а дальше свой жизненный сценарий не прописываешь.

– Это как? Извините, я вас не поняла, – смущенно произнесла Татьяна.

Профессор удивленно посмотрел на нее, искренно не осознавая, как можно не видеть очевидных вещей:

– Ну на самом деле здесь все абсолютно просто. Для примера: молодой человек долго ухаживает за любимой девушкой и делает ей предложению руки и сердца. Девушка дает свое согласие и выходит замуж за любимого человека. Свадьба. Шампанское. Все!!! Хеппи-энд. Но!?.. – и Либерман поднял указательный палец правой руки вверх. – Но у каждого из них свой жизненный сценарий долгой и счастливой семейной жизни. И надо же было так случится, что они не совпали. Бывает. Бывает чаще, чем хотелось бы. И по какой-то причине они не находят компромиссов, и происходит разрыв отношений. Молодые люди расходятся. А это уже не прописано в их жизненных сценариях!

В этот момент профессор остановился и посмотрел на Татьяну.

– Теперь вы понимаете? Крах, кризис, ну и весь прочий негатив. Если личность гибкая и пластичная, через какое-то время она адаптируется к изменившейся ситуации. Начинает формироваться новый жизненный сценарий. Происходит его корректировка. Но так бывает не всегда.

– И что делать тогда? – простодушно спросила Татьяна.

– Не затягивать. Обращаться к психотерапевту, что, в принципе, вы и сделали. Где-то интуитивно, на уровне подсознания, вы поняли, что ваш путь и ваша победа могут помочь и другим женщинам.

– Я как-то об этом не думала.

– Я же говорю, подсознательно, – профессор смотрел на Татьяну и улыбался. Ему была симпатична эта во многом несчастная, но сильная духом женщина.

– Вы гордитесь собой. Не краснейте и не стесняйтесь. Это нормально. Вы молодец.

О, довольно уютное местечко, – Михаил Львович обратил внимание на округлой формы беседку, обильно окутанную девичьим виноградом.

– Давайте присядем.

Они устроились за покрашенным светло-коричневой краской круглым столиком, стоявшим в центре беседки.

– Какой чудесный день, – расправляя плечи и вдыхая полной грудью, произнес Либерман.

Татьяна согласно кивнула головой, и ее светлые кудрявые волосы заиграли веселыми цветными переливами в лучах осеннего солнца.

«Красивая женщина», – подумал профессор, но, помня, на чем прервался, продолжил свою незаконченную мысль:

– Путь через помощь другим – это тоже выход, – он сделал ударение на последнем слове. – Именно так. «Выход» большими буквами. Новая цель, новый сценарий, новый смысл.

Либерман вдруг замолчал.

Татьяна удивленно посмотрела на него:

– Что-то случилось? – озабоченно спросила она.

– Да нет, Танечка, все нормально. Вы не возражаете, что я вас Танечкой назвал? Как-то фамильярно получилось.

Татьяна снова зарделась:

– Вы знаете, Михаил Львович, а мне даже как-то приятно. Как будто бы мы ближе стали.

– Ну тогда все в порядке. Обещаю не злоупотреблять диминутивами.

– Чем-чем?

– Диминутив – это уменьшительно-ласкательная форма. Простите, Татьяна, у меня такое бывает, – лицо Либермана было серьезно-спокойным, без тени иронии.

– Это, может быть, даже где-то профессиональное. Иногда использую в работе. Ну и с вами как бы само собой получилось. Не могу же я вас, ну или любого другого симпатичного мне пациента, погладить по головке или прижать себе. А через уменьшительно-ласкательное имя – это как бы поглаживание, такое психотерапевтическое. Чтобы человек почувствовал, что он не безразличен мне как врачу. И, если хотите, это одна из возможностей формирования эмпатии как состояния осознанного сопереживания текущему эмоциональному состоянию другого человека.

– А вы, Михаил Львович, меня уже рассматриваете как пациентку? – хитро щурясь и кокетливо улыбаясь, спросила Татьяна.

– Нет, боже упаси. Без вашего согласия… – и Либерман состроил гримасу, от которой молодая женщина рассмеялась звонко и заразительно. В уголках ее зеленых глаз появились маленькие морщинки искренности и доверия к человеку, разбудившему глубоко спрятанные чувства.

– А я бы не отказалась, – с очаровательной улыбкой продолжала Татьяна.

– В принципе, и я не возражаю, – уже серьезно произнес Михаил Львович. – Но у меня есть еще одно предложение. Может быть, оно вас удивит. Я понимаю, что ваши заметки – это глубоко пережитое и очень личное. Не всякий решится на такие откровения, о которых вы пишете. Это вещь интимная. Тем не менее вы, Татьяна, решились показать их совершенно незнакомому человеку, то есть мне. Не считаете, что это рискованно, я бы даже сказал, опрометчиво?

– Я думала об этом. Но это не спонтанное решение. Перед тем как прийти к вам, я интересовалась вами, читала о вас, смотрела ваши научные труды. Правда мало что поняла, но все же… Говорила с людьми, которые у вас лечились. Моя подруга ходила на ваши лекции в университете. Она без ума от вас. Так что я многое о вас знаю.

– Хорошо-хорошо, – удовлетворенный ответом, произнес Либерман. – Давайте вернемся к моему предложению.

– Давайте, – примирительно согласилась Татьяна.

– Помните, я уже говорил вам, что ваш текст интересен и уникален…

Татьяна пыталась возразить, но Либерман жестом руки приостановил ее:

– Он необычен и важен. Важен для многих людей, попавших в подобную ситуацию. Ваши заметки, если их немного «причесать», могли бы быть великолепным пособием для многих людей. Я вам помогу в этом.

Михаил Львович смотрел на Татьяну. Она была в нерешительности.

– Это может быть первым шагом к решению вашей проблемы. Сейчас вы находитесь в состоянии неопределенности. Состояние неустойчивого психоэмоционального равновесия. Во многом это критическая ситуация. Перед вами сейчас открыты многие пути. Но как выбрать правильный?

И вот здесь, может быть, даже сейчас, именно в этот момент, в этой точке пересекаются четыре очень важные линии: и смысла жизни, и жизненного сценария, и цели, и возможного предназначения.

– Не знаю… Получится ли… Раньше я немного писала… Статьи, заметки. Даже стихи пыталась… Но это давно было… – Михайловская все еще была в замешательстве.

– Правильность текстов, искусство писательского мастерства – это здесь не важно. Это не проблема. Главное, чтобы вы согласились, чтобы ваш опыт и знания увидели свет.

– Хорошо. Давайте попробуем. Я вам, Михаил Львович, всецело доверяю.

– Спасибо, – Либерман кивнул головой в знак благодарности. —

Перед публикацией вашей исповеди надо, конечно, подправить некоторые фрагменты. Оформить их в более художественном стиле. Прочитав вашу рукопись, я должен отметить, что вы достаточно хорошо и легко пишете.

На этот раз румянец благодарности разлился по лицу Татьяны.

– Пока я это вижу так: ваша исповедь, добавленные мною комментарии – и получится отличное пособие для женщин, которые попали в подобную сложную жизненную ситуацию. Что скажете? – заглядывая Михайловской в глаза, спросил профессор.

– Скажу, что неожиданно и здорово, – и после непродолжительной паузы:

– А можно я назову свою исповедь «Откровения жены алкоголика».

Или нет. Лучше: «Я – алкоголика жена».

Глава 2. Лунный свет – 1

Яркий лунный свет проникал сквозь тонкие тюлевые шторы и причудливыми узорами растекался по стенам. Через открытую балконную дверь доносились шорохи засыпающего города. Двенадцатый час. Скоро полночь, но я никак не могу заснуть. Ночные кошмары и тревоги реальной жизни остались где-то за горизонтом времени. Кажется, что все хорошо. Но прошлое не отпускает меня. Поворачивая время вспять, сознание тонкой иглой пронизывает пласты памяти. Отдавая в мозг, болезненные уколы следуют один за другим, принося с собой нестерпимые страдания. Я задаю себе вопрос, как долго это может продолжаться, и не нахожу ответа. Поток из мыслей превращается в лавину, которая сметает все на своем пути.

Волевым усилием заставляю себя вообще ни о чем не думать. Хватает буквально на несколько минут. И снова, помимо моего желания, сознание извлекает из глубин памяти безрадостные и печальные события. Правда, нередко бывают и проблески, когда фантастический луч воображения ярким светом на мгновение освещает будущее, но, словно испугавшись чего-то, вновь возвращается в прошлое.

Возможно, что сознание таким бесхитростным образом, раскачивая лодку памяти, пытается отгородиться от реалий настоящей жизни. Витающая в ощущениях тревога перед неизвестным будущим рождает этот сумасшедший танец мыслей.

Огромный неправильной формы диск небесного светила занял большую часть моего окна. Серебристо-желтый струящийся лунный свет заполнил все пространство, создавая ощущение нереальности происходящего. Хочется закрыть глаза и спрятаться под одеяло. Холодом и отсутствием жизни веет от этого ночного сияния.

Лунный свет. Какой-то он не живой. Нет в нем теплоты и радости. Как моя прошлая жизнь.

Время идет, оставляя позади себя череду трагических событий. Память пытается их забыть, и только бессонница как напоминание осталась мне в наследство от прошлого.

Глава 3. Начало

Алкоголь,

Высоко подняв голову,

Победоносно шествует по миру

И продолжает собирать свою

Ужасную и смертельную дань:

Человеческие слезы,

Несчастья и трагедии.

Пять лет прошло с того времени, как мой муж начал пить запоями, но только недавно я поняла, что являюсь женой алкоголика.

Я много слышала о пьянстве и алкоголизме, кое-что читала, кое-что видела, но соприкасаться с этими явлениями как-то не приходилось. Все это казалось далеким и нереальным, не таким страшным и безнадежным. Мне было безразлично, излечим алкоголизм или нет. Меня это не касалось. Описываемые кошмары и ужасы жизни с алкоголиками казались или выдумками, или плодами разыгравшегося воображения.

У меня все это будет впереди.

А начиналось все красиво. Цветы и шампанское – как атрибуты вечного праздника. Сначала это ощущение приходящего торжества и связанные с ним приятные хлопоты. Подготовка праздничного стола и его сервировка создают особую атмосферу. Сам же алкоголь всегда является королем, царственной персоной. К нему всегда особое отношение. И он это знает, наряжаясь в сотни разных одежд. Красивые этикетки и изящные формы бутылок.

Алкоголь многолик, и в то же время един. Кого ласково и нежно, кого грубо и беспардонно – он затягивает в свои сети. Не спрашивая разрешения, овладевает умами и сердцами людей, забирая их душу и превращая их в серую бесформенную массу.

Сейчас я знаю точно. Там, где в семье есть алкоголик, счастья нет.

Боже мой, – думала я, – для чего люди употребляют алкоголь? Ну для чего?!

Изначально мало кого интересует этот вопрос. Ну пьют и пьют. Традиции такие.

И меня раньше этот вопрос не интересовал и не волновал. Впрочем, как и все другие вопросы, связанные с алкогольной тематикой. Когда муж стал достаточно сильно пить, я у него начала спрашивать о причинах столь частого употребления алкогольных напитков. Сначала мои вопросы его веселили. Он говорил, что это нормально для взрослого мужчины, что ничего страшного в этом нет.

«Ну, встретились с друзьями, посидели. Обычное дело».

«Сходили в баню. Это святое – выпить после бани».

«Обмыли машину. Серьезный повод. Не каждый день машины покупают».

«Просто расслабился. Устал. А что, нельзя?»

«Неприятности на работе».

«Друг Саня Ершов получил повышение по службе. Надо было уважить человека».

И так до бесконечности.

Затем мои вопросы о причинах пьянства стали его раздражать. Он начинал сердиться и говорить, что это я его довожу до такого состояния, что ему приходится немного выпивать для того, чтобы успокоиться.

Ничего себе, поворотик. Оказывается, причина его пьянства кроется во мне. Такого я не ожидала.

Глава 4. Из лекций профессора Либермана М. Л.

Небольшой амфитеатр лекционного зала медицинского университета, где преподавал Михаил Львович Либерман, был переполнен. Студенты разных факультетов приходили послушать лекции профессора – известного психотерапевта, эрудита и замечательного докладчика. Тема очередной лекции Либермана вызывала большой интерес, так как была жизненна и касалась практически каждого. Аудитория с оживлением ждала появления профессора. На огромном экране проектор черными буквами на ярко-желтом фоне высвечивал название лекции: «Вся правда и мифы об алкоголе». Смотрелось устрашающе. Не хватало только черепа с перекрещивающимися костями.

Все места, проходы и ступеньки лекционного зала были заняты. Профессор прохаживался по сцене, активно жестикулируя, то обращаясь к аудитории, то переходя на длинные монологи.

Яркое полуденное солнце, заглядывая в окна, усиливало духоту в переполненной аудитории. Профессор подошел к кафедре и, глотнув из стеклянного стакана немного воды, обратился к собравшимся студентам.

– Коллеги. Какие причины могут побудить человека обратится к спиртному?

Аудитория напряглась, загудела и с разных мест посыпались ответы.

– Хорошо-хорошо, я понял, что вы в теме! – удовлетворенно произнес Либерман. – Давайте я попытаюсь систематизировать то, о чем вы только что высказались.

Итак, причины употребления спиртных напитков.

И профессор, подняв руку, призывая к тишине, продолжил свою лекцию.

Основная и главная причина употребления спиртного – это желание человека изменить свое психическое состояние.

Алкоголь, в зависимости от ситуации и изначальной установки человека, может оказывать на него разноплановое действие. Может повышать настроение, снимать тревогу, способствовать общению. Бывает, что улучшает аппетит, временно нормализует сон… Перечислять можно до бесконечности. Так для чего же все-таки люди употребляют спиртное?

Ниже перечислены некоторые причины.

1. Для снятия напряжения. Это одна из самых распространенных и приемлемых обществом причин употребления спиртных напитков. Большинство населения нашей страны терпимо относится к этому явлению. Антиалкогольная неграмотность и отсутствие должной настороженности способствуют тому, что люди активно используют алкоголь для снятия усталости, тревоги и напряжения.

2. Для изменения эмоционального состояния. Так как алкоголь является средством, изменяющим психическое состояние человека, он активно воздействует на биохимические процессы, протекающие в организме. Влияя на эмоции, алкоголь позволяет человеку на время избавиться от тревоги, депрессии, апатии, помогает добиться эйфорического, радостно-возбужденного состояния.

3. Для получения удовольствия. Это одна из наиболее распространенных причин употребления спиртных напитков. Специфическое действие алкоголя на определенное время приводит человека в состояние психического и физического комфорта, способствует поиску острых и необычных ощущений. При неразвитости системы индивидуальных средств, вызывающих удовольствие, алкоголизация может оказаться единственным способом. Это может привести к злокачественному течению заболевания. Особенно это касается молодых людей, у которых алкоголь становится безальтернативной находкой, дающей возможность испытать сильное чувство наслаждения.

4. Для повышения самооценки и самоуважения, для достижения самоутверждения.

Стремление к высокой и устойчивой самооценке – один из ведущих мотивов поведения любого человека. У некоторых людей вследствие разных причин может резко снижаться уровень самооценки. Опьянение же нивелирует проблему, в большей степени повышая, увеличивая ощущение своей значимости и уменьшая болезненное для личности рассогласование между реальным и идеальным «Я». Иллюзорное, хотя и эффективное, но непродолжительное восстановление психического благополучия в сфере самосознания составляет одну из главных причин обращения данной категории людей к спиртному.

5. Алкоголь как средство компенсации. В данном случае подразумевается, что спиртные напитки используются для замещения каких-либо недостающих форм и способов удовлетворения потребностей и коррекции дисгармоничной структуры характера и личности в целом. Чаще всего человек пытается компенсировать испытываемый им дефицит эмоционального тепла, подавить в себе агрессивные импульсы или уйти от тревожащих его неразрешимых проблем и межличностных конфликтов.

6. Для улучшения качества общения. В основе этой причины употребления спиртного лежит неудовлетворенная потребность в общении, любви, откровенности, в испытываемом и субъективно тяжело переносимом чувстве одиночества. Неразвитость коммуникационных навыков, отсутствие круга и культуры общения делают человека замкнутым, озлобленным, и только состояние алкогольного опьянения облегчает общение. Появляется раскованность, дружеское участие, ощущение безопасности, свобода в поступках и самовыражении, иллюзия близости к людям: «Только ты меня понимаешь!»

7. Употребление спиртного как результат научения или подражания, как средство поддержания принятого ритуала. В данном случае люди зависимые, ведомые, склонные к подражательству не могут отказаться от предложения немного выпить. Если такой человек попадает в интенсивно функционирующую алкогольную микросреду, то у него очень быстро может сформироваться алкогольная зависимость.

8. Для манипуляции окружающими людьми. Суть этой причины заключается в стремлении с помощью алкогольного опьянения добиться односторонних преимуществ в общении, определенных материальных выгод или избавиться от ответственности при решении каких-либо вопросов.

Для примера можно привести следующую ситуацию. Семья не хочет, чтобы один из ее членов употреблял алкогольные напитки, и он соглашается с этим. Однако и он выдвигает определенные требования, лишь при соблюдении которых он не употребляет спиртное.

Предметом манипуляции в таких ситуациях служат страхи и опасения родственников, друзей, сослуживцев перед возможным алкогольным срывом.

При таком характере отношений даже обращение к врачу с целью консультации или лечения используется в целях манипуляции. Сын говорит родителям: «Я пойду лечиться, закодируюсь, а вы мне за это купите машину».

При сильном патологическом (болезненном) влечении некоторые алкозависимые люди сознательно провоцируют окружающих на действия, после которых, как им кажется, обращение к спиртному становится оправданным и даже неизбежным.