Дример

Холл был просторным помещением, усеянным по периметру множеством лифтов, лестниц и эскалаторов. Людей было не слишком много, однако здесь были далеко не все посетители терминала. Об этом можно было с уверенностью судить, потому что в тех нескольких местах отдыха, что попадались на глаза, свободных мест почти не было.

Едва войдя внутрь, Маркус нашёл глазами табло с часами и расписанием. Рефлекторно – ведь в этом не было нужды – юноша отыскал нужную строчку. Надпись гласила «Ангар 0-4-0-7 – ЗАРЕЗЕРВИРОВАНО. Время отправления – 08:00». Взгляд на часы вызвал удовлетворённую улыбку – до означенного времени оставалось чуть больше сорока минут. Юноша уже собирался сделать шаг, как внезапно прямо перед ним прошла толпа громко переговаривавшихся детей. Чудом парень не столкнулся с ними. Дрон-сумка, напротив, не успел вовремя остановиться. Столкнувшись с ногой хозяина, он издал пронзительную трель звуков, полных недовольства.

Пока строй детей, которых сопровождали несколько взрослых, шёл мимо, информариус воспользовался заминкой и отыскал глазами лифт к ангарам. Это оказалось нетрудно – ближайший цилиндр с дверями был расположен напротив главного входа. От цели юношу отделяло чуть больше сотни метров.

На то, чтобы оказаться у раздвижных дверей, ушло около пяти минут. Это заняло бы куда меньше времени, будь холл пустым. Однако спешащие по своим делам люди то и дело норовили столкнуться с Маркусом. Кто-то поступал так в спешке, другие по рассеянности. Иные же были увлечены просмотром чего-то или разговорами настолько, что не считали существование мира и людей вокруг чем-то стоящим внимания.

И всё же, цель была перед юношей. Он стоял в одиночестве, ожидая прибытия лифта. После недолгого ожидания дверь открылась. Никто не выходил, и парень сразу же вошёл внутрь. Никто другой не ждал вместе с ним, и, похоже, спускаться вниз юноше предстоит в одиночестве.

Однако звук быстрых шагов и чьё-то тяжёлое дыхание заставили парня пересмотреть это предположение. Едва ли Маркуса смущало или интересовало, кто забежал в кабину в последний момент. Он не повернулся к попутчику даже когда та случайно задела его дрон-сумку, вызвав недовольную треть со стороны последнего. Информариуса волновало лишь предстоящее путешествие. И встреча с теми, чьи имена были куда более весомым аргументом для участия в операции, чем все теории, доводы и пожелания Новуса.

– Извините, пожалуйста! – взволнованно произнесла девушка, когда от стен кабины отразилась бинарная треть. – Я случайно. Можно на сороковой уровень, пожалуйста.

Пребывая в своих мыслях, Маркус рефлекторно кивнул словам попутчицы и потянулся к панели лифта. Однако в последний момент его рука дрогнула. Что-то в голосе девушки показалось знакомым. Мгновенно отбросив все мысли, юноша повернулся. В тот же миг он осознал, что путь, который предстоит проделать вместе с вбежавшей в кабину особой, не ограничится спуском вниз на лифте. Но, что важнее, глубоко внутри всколыхнулось нечто, чего парень не ощущал очень давно. Появилось ощущение неимоверной лёгкости, но в тоже время напряжения, головокружения и слабости. Во рту пересохло, по телу пробежали мурашки, а рука, тянувшаяся к панели, мелко задрожали

Девушку, которая предстала взору парня, многие сочли бы красивой и даже милой. Она была весьма привлекательна. Мягкие черты лица, в которых легко угадывались славянские корни, с первого взгляда располагали к себе и, казалось, излучали нежность и доброту. Глаза цвета дневного неба лишь усиливали излучаемое девушкой притяжение. Волосы, оттенок которых напоминал колосья ржи, были прямыми и длинными, и ниспадали на плечи подобно водопаду. Она была одета просто и даже немного по-спортивному: свободные светлые джинсы, кроссовки и расстёгнутая бежевая куртка, под которой белела майка. Но даже такая простая одежда едва ли могла преуменьшить красоту девушки.

Тягучее молчание начало окутывать кабину, словно пузырь. Маркус, стоявший у панели управления лифтом, не мог поверить своим глазам. Схожей была и реакция девушки, из любопытства взглянувшей в лицо своему попутчику. Понадобилось несколько секунд, чтобы осознать, кого она встретила. Когда искра понимания зажглась в её глазах, лицо приняло такое же выражение, как и у стоявшего напротив парня. Щёки начали едва заметно меняться, то краснея, то бледнея. То же было с языком тела. Ладонь, сжимавшая ручку сумки на колёсиках, разжалась. Та накренилась и упала на пол, вскользь задев сумку-дрон. Бинарная трель последнего вывела молодых людей из оцепенения.

– М… Маркус? – нарушила молчание попутчица. Её голос находился на грани шёпота, но парень услышал его даже сквозь шум в холле.

– Здравствуй, Кейт, – произнёс информариус, едва заметно улыбаясь и с трудом сдерживая бушевавшие внутри эмоции.

Эти слова оказались единственными, на которые молодые люди оказались способны. Девушка наклонилась, чтобы поднять упавшую сумку. Юноша, в свою очередь выбрал нужный уровень на панели управления лифтом.

Дверь закрылась. Кабина устремилась вниз. Никто не произносил ни слова. Смущение и напряжение было таким, что его можно было ощутить на языке. На несколько мгновений парень даже забеспокоился, как бы это не помешало работе лифта или его дрона, хоть и понимал, что мысль глупая. И всё же было крайне трудно сдержать дрожь в руках и коленях, а стук сердца эхом отдавался в ушах.

Кабина замедлилась, а спустя пару секунд остановилась. Дверь открылась. Молодые люди неловко переглянулись. Парень немного отступил, пропуская спутницу вперёд. Та благодарно кивнула и вышла в широкий коридор, который шёл по кругу вдоль ангаров. Она начала вертеть головой в поисках ориентира, когда Маркус произнёс:

– К седьмому ангару налево.

Голова Кейт повернулась к юноше. Движение было столь резким, что в тишине раздался едва слышный хруст шеи. Впрочем, спутница едва ли обратила на это внимание. Смущение от неожиданной встречи сменилось удивлением и непониманием, а лицо едва заметно побледнело.

– Откуда ты… – осторожно заговорила девушка. Последовала недолгая пауза, во время которой на лице и во взгляде отчётливо проявилось понимание. – Получается, ты здесь…

– Да, – кивнул Маркус. – участвую в операции на Райлрис, как и ты. Пойдём?

Кейт неловко кивнула, дождалась, пока спутник поравняется с ней и двинулась в направлении, которое подсказал информариус. Десяток шагов она молча обдумывала всё, что случилось и открылось в последние пару минут, после чего любопытство взяло верх.

– Как получилось, что ты здесь? Ведь твои обязанности…

– Новус и МакСаймон связались со мной пару дней назад и попросили… посодействовать, – объяснил Маркус. Он не знал, как много известно его старой подруге и с осторожностью выбирал слова. – Я и согласился.

– Понятно, – задумчиво протянула девушка.

– А ты как очутилась в этой компании? Издание, в котором ты работаешь, получило права на освещение происходящего?

– Шутишь? Никто не предаёт огласке эту операцию Новуса. Аномальщики тщательно за этим следят, уж поверь. – спросила Кейт. Судя по тону, постановка вопроса заставила её отодвинуть на задний план смущение и задумчивость. – Нет, я здесь из-за Энни.

– В каком смысле?

– Ну, она же у нас лингвист и полиглот. Уж не знаю, за какой надобностью такие люди нужны на раскопках, но её пригласили поучаствовать. Но ты ведь её знаешь: путешествовать любит, но не в компании незнакомых людей. Вот она и позвонила мне. Сказала, мол «Поехали со мной. Я порекомендую тебя: будешь документировать находки и бумаги корректировать».

– И к ней прислушались?

– Как знать, – пожала плечами девушка. – Видимо да, раз я здесь. Правда, об участии со мной договаривалась профессор МакСаймон. Ей, как она сказала, понравились мои «стиль и конкретика» … И потом, мне самой захотелось посмотреть на эти раскопки. Как знать, вдруг выйдет достойный материал для статьи.

– Журналистское чутьё значит, – подытожил Маркус, и мысленно добавил: «Ты не представляешь, какой сюрприз тебя ждёт».

– Вроде того, – кивнула Кейт. – Плюс щепотка странностей лучшей подруги.

– И вот, дамы и господа, идеальный рецепт для полёта с учёными на другую планету, – сказал юноша, картинно разведя руками, словно в кулинарном шоу.

Последовал смех, эхом отразившийся от стен коридора. Спустя пару пути на глаза Маркусу и Кейт попалась вывеска. Она дублировала надпись на информационном табло.

«Ангар 0-4-0-7 – ЗАРЕЗЕРВИРОВАНО. Время отправления – 08:00».

Близость к нужной двери заставила юношу на миг замереть. Без предупреждения и видимой причины в голове бурей завертелись мысли. События и открытия последних дней захлестнули разум. Чувство неизвестности, помноженное на то, что было известно Маркусу, породило в глубине души смятение и странное предчувствие чего-то, что юноша едва ли смог бы описать словами.

Он бросил быстрый взгляд на Кейт, обогнавшую его на пару шагов. Её присутствие и воспоминания о былом лишь усилили бурю внутри парня. На одно короткое, но, вместе с тем, бесконечно долгое мгновение молодому человеку захотелось развернуться на месте, уйти подальше от этого ангара, а события последних дней выбросить из головы, подобно ненужному хламу. Ещё более сильным было желание при всём этом схватить в охапку Кейт с чемоданом, чтобы удержать её подальше от Райлриса и той авантюры, которую замыслили Новус и МакСаймон.

И всё же, Маркус поборол мрачные мысли. Возможно, дело было в любопытстве к той неизвестности, что ждала на далёкой планете. Или во врождённом упрямстве, не позволявшем отступать ни перед чем. А, быть может, желание докопаться до истинной сути происходящего и тем уберечь других от возможной беды.

Юноша осознал, что остановился, через секунду после того, как то же самое сделала Кейт. Тишина, порождённая отсутствием шагов девушки, вернула информариуса из мира грёз в реальный. Тех секунд, во время которых спутница повернулась к нему, едва хватило, чтобы взять себя в руки.

– Что-то случилось? – обеспокоенно спросила Кейт. – У тебя такое странное лицо…

– Нет, нет, – ответил парень, встряхнув головой. – Просто не выспался. Не привык я вставать в такую рань и куда-то лететь. Пойдём?

– Я постою здесь. Мы с Энни договорились встретиться перед дверью ангара. Раз её нет здесь, то подожду.

Маркус не стал спорить, лишь пожал плечами и пошёл ко входу в ангар. Минув открытую внешнюю дверь, он оказался в коротком переходе. Стоявший там паренёк в костюме с отличительными знаками отдела исследований в области аномалий и ксенонауки подозвал вошедшего к себе. Сверившись со списком и убедившись, что информариус является участником операции, он жестом руки пригласил того войти в ангар. Внутренняя дверь открылась. Маркус кивнул и прошёл дальше.

Помещение, в которое вошёл молодой человек, представляло собой огромный зал двадцать метров в высоту и порядка ста пятидесяти в длину и ширину. Размер сам по себе был внушительным и заставлял чувствовать себя букашкой. Мысль о том, что это лишь один из сотен таких же, лишь усиливало это впечатление. Внутри находились подвесные и наземные стойки для ремонта и технического обслуживания кораблей, комплекты шлангов и раздатчиков для заправки, множество закрытых стеллажей и прочей утвари.

На одной из боковых стен находилась небольшая – относительно размеров ангара – диспетчерская будка. Человек в ней поддерживал связь с центром полётов, который координировал порядок взлётов. Лишь получив разрешение центра кораблю позволяли покинуть ангар. Иначе был слишком велик риск столкнуться с другим кораблём, заходившим на посадку или покидавшим космопорт.

Как и говорила МакСаймон, на бетонном полу, расчерченном разметкой, стояли два небольших корабля. Первый был большим и округлым, с десяток метров в высоту почти полсотни в длину. Открытый с трёх сторон трюм явно показывал, что это был грузовой челнок. Пространство в нём было почти полностью загружено, и немногочисленный экипаж – четверо крепких парней – как раз начали закрывать грузовой отсек с двух из трёх сторон. Последнюю, как предполагал Маркус, закроют незадолго до отправления. Светлый корпус был усеян множеством маневровых двигателей, обеспечивавших кораблю нужную подвижность.

Второй корабль отдалённо напоминал автобус, какими они были в начале двадцать первого века. Сходство, впрочем, было скорее идейным. Челнок превосходил своего пассажирского предка по размерам в несколько раз и был чуть короче грузового собрата. Шаттл был вытянутым, с полукруглой крышей и усеян иллюминаторами почти по всей длине. Корпус сужался ближе к носу, где располагалась кабина пилотов. Рядом с дверью располагались отсеки для мелкого багажа и ручной клади, которые в данный момент были открыты. Задняя часть расширялась и по форме была ближе к треугольнику с округлыми вершинами. В ней располагались главный двигатель, энергетические установки, гироскоп, системы жизнеобеспечения и прочее оборудование, а также некоторые удобства для близких перелётов. От середины длины и почти до конца задней части располагались два крыла и вертикальный стабилизатор. Тёмные отметины наличие маневровых двигателей и на них.

Перед пассажирским челноком уже собралась небольшая толпа. Судя по её размерам, отправления ожидали по меньшей мере две трети. Отдельно от всех, рядом с трапом, стояла женщина с собранными в хвост каштановыми волосами. Внимательные глаза осматривали каждого из собравшихся, словно искали кого-то. Едва на глаза Роберте попался информариус, как она встрепенулась и поспешила ему навстречу. Несколько удивлённых взглядов проводили профессора. Кто-то почти сразу потерял интерес. Иные следили достаточно долго, чтобы увидеть причину такого поведения. Маркус едва заметно скривил губы понимая, что в следующие пяти минут он гарантированно станет одной из тем, о которых будут шептаться собравшиеся.

– Господин Видэр, – сказала женщина, протягивая ладонь в знак приветствия. Множество эмоций играло на её лице, от чего информариус едва заметно смутился.

– Профессор МакСаймон, – ответил юноша на рукопожатие.

– Рада, что Вы смогли присоединиться к нашей команде.

– В этом не только моя заслуга. Повезло, что встреча с министрами прошла быстро и гладко. Надеюсь, я не последний из прибывших?

– Ждём ещё десятерых. Потом я кратко обрисую участникам цель нашего путешествия – и можем вылетать, – женщина на секунду перевела взгляд за Маркуса, в направлении внутренней двери ангара. – А вот и ещё двое.

Молодому человеку не нужно было оглядываться, чтобы понять, о ком идёт речь.

– Мне присоединиться к остальным? Или к Вам, когда придёт время рассказать об операции? – спросил информариус, осторожно выбирая слова.

– Ни в том, ни в другом нет необходимости, – заверила юношу Роберта, не задумавшись ни на секунду. – Вы уже знаете куда больше того, что я собираюсь сказать. Погрузите багаж и можете занимать место в шаттле.

Маркус кивнул в знак понимания и направился в сторону ожидавшего пассажиров корабля. Его собеседница, напротив, пошла к двери ангара, навстречу Кейт и Энн. Краем уха юноша уловил, как профессор приветствует обеих. Не оборачиваясь и не обращая внимания на несколько пар глаз, следивших за ним, информариус оставил свои вещи в багажном отсеке и поднялся на борт челнока. Мест внутри должно было хватить с избытком – двадцать рядов, в каждом из которых три парных места. Маркус несколько минут медлил с выборов, но в итоге опустился в кресло у иллюминатора в пятом ряду. Освещение внутри было приглушено, благодаря чему юноша мог наблюдать за происходящим снаружи, не привлекая к себе внимания.

Спустя пару минут ожидания раздалось несколько хлопков ладоней. Судя по всему, все были в сборе, и МакСаймон, стоявшая на верхней ступени небольшого трапа, привлекала к себе внимание.

– Итак, все собрались. Доброе утро! Для тех, кто не знаком со мной лично, позвольте представиться. Роберта МакСаймон, профессор отдела исследований в области аномалий и ксенонауки, Всеобщий Научный Департамент. От своего лица и от лица доктора Новуса, главы отдела, хочу поблагодарить каждого из присутствующих за то, что согласились принять участие в предстоящей операции.

Несколько человек в толпе кивнули, парочка переглянулась, но все продолжали внимательно слушать.

– Кратко введу Вас в курс дела. Наш объект – пещера, найденная на планете Райлрис, вращающейся вокруг Антареса. Структуры внутри зала напоминают остовы каких-то сооружений. Одного лишь этого было бы достаточно, чтобы вызвать определённый интерес. Но куда важнее другое – в этом месте было найдено одно нетронутое временем сооружение. Пирамида. Пока не буду вдаваться в подробности – вскоре вы сами всё увидите. Скажу лишь, что на данный момент единственное воздействие, которому поддался артефакт – съёмка. Мы мало что знаем. Две предыдущие группы не смогли добиться значительного успеха. Поэтому было принято решение снарядить третью из присутствующих здесь.

По толпе прошёл неуверенный шёпот, перерастающий в тихий гул. Но внезапно присутствующие затихли, когда какой-то решительный голос, в котором улавливались нотки наглости и самоуверенности, задал вопрос:

– Правильно ли я понял, что Вы возлагаете на нас бо́льшие надежды, чем на тех, кто был на месте раньше нас?

Последовала пауза, во время которой все устремили взгляд на женщину с каштановыми волосами. Даже Маркус с любопытством посмотрел в её сторону

– Да, – произнесла Роберта, и юноша не смог понять, чего больше в этом признании: разочарования или надежды. – Мы действительно многое ставим на эту группу. Люди, которые бывали на месте раскопок раньше были сотрудниками Департамента. Они хорошие специалисты, но… скажем так, универсальные. Вы же, в сравнении с ними, более… уникальны.

– Уникальны? – уточнил всё тот же голос.

– Да. Каждый из присутствующих здесь был тщательно подобран и оценен как успешный специалист в своей отдельно взятой сфере. Такова задумка доктора Новуса. Он – как и я – надеемся, что множество взглядом с разных перспективы помогут по крайней мере приблизиться к истине. Мы верим и полагаемся на вас.

Прошла очередная волна шёпота, которая, совершенно неожиданно, переросла в несмелые аплодисменты. Судя по тем движениям, что мог увидеть Маркус, профессору пришлось жестами успокаивать слушателей.

– Все подробности и детали будут изложены на месте, когда вы… «познакомитесь» с объектом поближе. Также должна сообщить, что всё специальное оборудование и грузы, указанные некоторыми из вас, было получено и погружено. Грузовой шаттл позади вас отправится вместе с нами. Штаб-квартирой нашей инициативы будет комплекс отдыха «Гринлайт», находящийся недалеко от места раскопок. Владельцы согласились предоставить его для нашего пользования. На этом всё. Если у кого-то есть вопросы – можете задать их.

Повисло минутное молчание, в которое толпа переглядывалась между собой, а профессор изучающим взглядом обвела всех присутствующих.

«Интересное развитие событий», – заключил в уме Маркус. «Минимум информации. И подано так, чтоб подогреть интерес, но при этом пресечь дальнейшие расспросы. Что за игру Вы с Новусом ведёте, профессор?»

– Если вопросов нет, то приглашаю всем занять места в салоне. Не толпитесь и не торопитесь – до отлёта осталось чуть больше десяти минут. Путь до места назначения займёт чуть меньше четырёх суток. Ах да, одна просьба. Постарайтесь поддерживать контакт с кем-нибудь из группы, пока мы будем находиться на перегоночном судне. Не хотелось бы, чтобы что-то потерялся или попал в беду.

После этих профессор зашла в челнок и скрылась в кабине пилотов. Остальные медленно последовали её примеру и тоже начали подниматься на борт. Несколько человек задержались у багажного отделения. Внутри шаттла же люди рассаживались так, что явно обозначились несколько небольших кампаний. Маркус, не желающий пока что привлекать к себе больше внимания, чем было необходимо, набросил на глаза капюшон и притворился спящим. К его удивлению, это сработало… впрочем, свою лепту внесло и избыточное количество свободных мест.

Зазвучала предупредительная серена, означавшая пятиминутную готовность. С гудением и шипением закрылся грузового отсек, а затем и пассажирский. Затем пришли едва слышный гул и вибрация – челнок проходил предполётные проверки и поочерёдно включал системы. Звук раздвижной двери подсказал, что МакСаймон покинула кабину пилотов. Её возвращение в салон совпало с сигналом о двухминутной готовности.

Отодвинув капюшон с одного из глаз, Маркус наблюдал, как за бортом загорелись красные предупреждающие огни. Затем последовал толчок – пассажирский корабль поднялся над полом ангара и убрал посадочные опоры. Сквозь иллюминатор юноша видел, как грузовой челнок делает то же самое.

Затем огни стали зелёными – диспетчеры дали добро на взлёт. Два корабля плавно покинули бетонное помещение, после чего начали медленно подниматься вверх по восьмиугольной шахте. Постепенно тень шахты слабела. Массивные ангары сменяли друг друга, затем показалась стеклянная стена терминала, а после – небесная лазурь. Горизонт плавно наклонился – корабль корректировал угол подъёма. Последовал едва заметный рывок – и лазурь начала постепенно темнеть по мере того, как Маркус и остальные покидали колыбель родного мира.

●●●

Атмосфера осталась позади. Вокруг корабля была усеянная звёздами пустота, а позади – огромный шар Земли. Красоту последнего могли оценить лишь пилоты, да и то лишь посредством кормовых камер. Пассажиры же могли довольствоваться лишь бесконечной пустотой, на фоне которой то и дело проносились другие корабли, спутники или орбитальные платформы.

Однако вскоре внимание Маркуса и тех, кто сидел по ту же сторону челнока, привлёк к себе другой объект. То была текущая цель полёта для информариуса, его попутчиков и десятков других шаттлов.

В пустоте висело порядочных размеров судно. Угловатый корпус был чуть больше восьмисот метров в длину с высотой в две сотни и шириной около полукилометра. Нижняя половина корпуса по бокам была усеян открытыми ангарами. Всего их было сто двадцать – по шесть десятков с каждой стороны, расположенных в два ряда. Их герметизирующие врата в данный момент были открыты в ожидании мелких кораблей. Эту часть кораблей подобного назначения также часто называли «ульем» из-за того, как роились вокруг него мелкие челноки. Для большей безопасности корпус был оборудован массивными створами, тянувшимися вдоль всего улья. Перед отлётом они поднимались, обеспечивая как дополнительную герметичность, так и защиту от мелких объектов или незначительных столкновений с чем-либо.

Мостик и посты управления находились в передней части корабля. Позади находился межсистемный двигатель, способный развить скорость около двух с половиной световых лет в час. Верхняя же часть – между мостиком и двигателем и над ульем – была гостевой. Именно там располагались удобства для людей и экипажа, смотровые палубы, кают-кампании и другие места увеселительного и прикладного характера.

Ангары, к которому направлялись транспорты группы МакСаймон, находились с той стороны судна, что была повёрнута к Земле. Маркус скользнул взглядом по корпусу судна и прочёл его название – ISСS4-2.258 «Са́йленс». Улыбка тронула лицо юноши – этот корабль был ему хорошо знаком. Он сошёл с лунных верфей, когда юноше было десять, и было последним кораблём своей серии. В последнее время ходили слухи о том, что его должны были отправить на модернизацию и поставить экспериментальный двигатель, способный развивать втрое большую скорость.

– Приближаемся к кораблю-носителю, – раздался из динамиков голос одного из пилотов. – Расчётное время посадки – пять минут. Просьба не вставать со своих мест до полной остановки во избежание падения или травмирования.

Вслед за словами пилота по салону прошла волна щёлкающих звуков. Маркус, как и все остальные, нащупал ремни безопасности и застегнул их. Пассажиры здраво рассудили, что искусственная гравитация– это хорошо, осторожность не помешает

Шаттлы тем временем сближались с «Сайленсом». Оказавшись непосредственно рядом с отведёнными ангарами, они сбросили скорость и при помощи маневровых двигателей развернулись так, что кабина пилота была направлена в сторону открытого космоса. Затем приступили к посадке. Стены, окрашенные багровым светом, плавно проплывали по ту сторону иллюминатора, пока не заняли весь обзор. Послышался едва различимый шум выдвигающихся посадочных опор. Спустя несколько секунд шаттл едва заметно сотрясся, совершив посадку. Из кабины пилота послышались приглушённые голоса. Снаружи тем временем закрылась массивная дверь. Лязг металла, сопровождавший герметизацию отсека, потонул в тягучем вакууме. Вскоре звуки вернулись в помещение. Первым из них было нарастающее шипение впускаемого воздуха – атмосфера в ангаре была стабилизирована. Красные сигнальные огни сменили цвет на зелёный.

– Посадка завершена, – вновь заговорил пилот. – Можете выходить.