Большой круг: Такая война

Пока воины суетились вокруг мага, он начал негромко бормотать:

– Если бы тот маг огонь использовал или землю, то все не так бы обернулось. Пусть что угодно, но только бы не свет.

– Кто же знал, то он светом повелевает, – пробормотал Гурт, обхватывая мозолистыми ладонями голову парня. – Я там вывески «Тут мастер света» не видел.

– Дело не в этом, – сглотнул Мак. Его начала бить мелкая дрожь. – Это конец. У нас не осталось нежити. Только вас шестеро и я седьмой – калека.

– Это нам надо два глаза, чтобы до противника расстояние рассчитывать, – вмешался Вар с бурдюком, из которого пахло крепким самогоном. – А вам оно не надо. Вы силой смотреть умеете, да и точность, она у вас по другому.

Десятник кивнул сослуживцу, и тот прижал голову к огромному валуну, на котором лежал парень. Еще двое воинов навалились на руки.

– Лей, – прошипел Мак, понимая, что без этого не обойтись.

Вар ливанул на рану самогона. Это заставило подмастерье выгнуться дугой и зашипеть не хуже ядовитой змеи. Суставы захрустели, на шее вздулись вены, а из правого глаза ручьем хлынули слезы.

– Немного осталось, – попытался успокоить его Гурт, наблюдая как второй десятник смачивает в самогоне чистую тряпицу и, намотав на палец, лезет ей в рану. – Надо остатки глаза и кровь свернувшуюся вытянуть. Иначе долго заживать будет.

– Коновалы, – прохрипел Мак. – Изверги!

– Терпи, Мастер, – пробормотал седой воин, стараясь удержать голову руками. – Не мы такие, война такая…

Вар еще несколько раз ополаскивал тряпицу в крепком самогоне, чтобы достать пару темных сгустков. Процедура заняла около получаса. За ее время Мак не издал ни единого стона. Только шипел и периодически дергался.

– Там темный, – произнес он, как только экзекуция закончилась.

– Шибко плохо? – хмуро поинтересовался Билл.

– Совсем плохо, – мотнул головой подмастерье и, взяв бурдюк с самогоном, припал к нему, проглотив четыре больших глотка.

После этого он зажал рот, чтобы кашель вышел как можно тише, но в итоге не удержался и все равно закашлялся.

– Я там глаз свой оставил, кхе-кху-кху, – начал объяснять Мак. – А если у него часть моей плоти есть, то он меня и найти, и проклянуть может.

– И не уберечься никак? – взволнованно поинтересовался Рут.

– Можно, но сложный ритуал нужен, с реактивами. А у меня из реактивов – кровь да уголь.

Воины переглянулись.

– Что делать будем, мастер?

– Уходить, – стараясь прийти в себя, ответил подмастерье. – Пойдем по верху ущелья. Будем смотреть, что сделать сможем. На крайний случай я бездну позову.

– Бездну? – мрачно переглянулись воины.

– Ту силу, что от армии мокрого места не оставит. Только и от нас тоже мало, что останется. – устало произнес Мак.

– А чего от нас оставлять, – усмехнулся Билл. – Мы и так уже мертвые. С того момента как с тобой повстречались…

– Если мы тут армию саторскую оставить сможем, то и голову сложить не грех, – задумчиво произнес Гурт. – Нас за то в песнях не прославят, но…

– Умирать зная, что не просто так – как-то легче, – закончил за него Вар.

Он протянул руку Маку и тот ее пожал. Десятник поднял его на ноги и взглянув в глаза спросил:

– Надо чего для этого?

– Только кровь, крупа и два дня времени, – с облегчением произнес парень. – Надо еще видеть, где его звать. Придется пробираться к крепости…

– Верхами пойдем, – оглянувшись на отвесные скалы, произнес Гурт. – Долго и тяжко будет, но по-другому нас этот караван к праотцам раньше времени отправит.

Мак кивнул и попытался сделать несколько шагов, но в итоге едва не рухнул. Его успел подхватить Вар. Десятник закинул его руку себе на плечи и встал так, чтобы удерживать его.

– Ничего, так бывает после тяжелой раны, – произнес он, успокаивая подмастерье. – Если сильно тяжко будет, ты говори, мы тебя по очереди донесем.

* * *

Глава клана «Падающий лист» поставил локти на стол и сплел пальцы. Он внимательно смотрел на одетого в защитный костюм воина, пытаясь осмыслить услышанное.

– Повтори, – приказал он, концентрируя все силы разума, не спавшего уже три ночи.

– Мы обнаружили темного, – произнес он. – Старая ведьма Шокток согласилась дать подсказку о том, где его искать.

– Ведьма? – вскинул брови Геулерон. – Ты очень опытный разведчик, но когда-нибудь тебе точно не поздоровится из-за твоего языка…

– Но…

– Провидица! – поднял указательный палец. – Провидица, а не ведьма!

– Но она же ведьма!

– Да хоть дракон! Пока она живет на наших землях, не причиняет неудобств и помогает нам – она провидица! – жестко прервал споры седовласый мужчина. – Конкретнее – где он, чем занят и что…

– Мы обнаружили его на восточной границе. Если бы не подсказки Шокток – мы бы пропустили, но хорошенько проверив – мы нашли его.

Разведчик протянул свиток. Он с легким шелестом развернулся, раскрывая данные, и глава клана погрузился в чтение.

– Двенадцать тысяч саторцев, – пробормотал он, пробегая глазами по тексту. – Передай Розалуму, чтобы срочно собирал вестовых. Необходимо отправить известия в крепость Армавир и в город Сатоп до того, как до них доберуться саторцы.

– Уже отправили, но поможет это мало…

– А… – открыл рот Геулерон и тут же закрыл. Перечитав еще раз абзац он поднял глаза на разведчика. – В каком смысле нежить?

– В прямом, – кивнул тот. – Маги смогли сфокусировать на нем «Глаз всевидящей богини Эльмин».

– Асим, ты, конечно, не маг, и специальность не твоя, но это заклинание слишком сложное и его нельзя сфокусировать на человеке, – оторвал взгляд от бумаги седовласый мужчина.

– Зато его можно сфокусировать на месте, – кивнул в ответ разведчик. – Мы охватили ущелье Брандона и прилегающие земли за ним. Наша темная находка натворила там немало бед.

Геулерон улыбнулся хищной улыбкой.

– Скольких он уничтожил?

– Не так, чтобы много. Всего около пятисот воинов, но тут главное не трупы.

– М-м-м-м-м? – вскинул брови глава клана.

– Вернее трупы, но в другом смысле. Он сумел перекрыть поставки продовольствия, – усмехнулся Асим. – Полностью. Подмастерье перехватывал караваны с продовольствием, оставляя застрявшую армию с носом и пустым желудком.

– Он всегда действует не как все, – с улыбкой кивнел хозяин кабинета. – Все у него не как у людей.

– Есть мысль, как поступить в этой ситуации, – прервал размышления разведчик. – Когда застава в ущелье падет – голодная армия Сатории двинется вглубь страны. Питаться они будут тем, что смогут найти. Может, нам стоит лишить их этого…

– Хочешь выжечь поля и перебить всю скотину на востоке?

– До крепости Армавир, – кивнул разведчик. – Темный уничтожил перевалочный лагерь саторцев на входе в ущелье. Армия сидит без продовольствия. Чудо, что еще не случилось восстания.

– Это временно, – покачал головой Геулерон. – Долго так продолжаться не может. Рано или поздно они подтянут своего «Темного пса», и Маку от него просто не скрыться. На его месте я бы максимально быстро оттуда слинял.

– Вы считаете, поставки продовольствия восстановятся?

– Конечно восстановятся! Если уже не восстановились, – сморщился глава клана. – Не держи саторцев за идиотов. Они тоже прекрасно понимают, что им грозит, если за заставой их встретят сожженные поля.

– Тогда отменить приказ нашим…

– Нет, – мотнул головой он. – Упрощать жизнь тоже не надо. Имей ввиду, что это кардинально ситуации не изменит, а вот настроение в армии подпортит.

– Что делать с темным?

Геулерон вздохнул и умолк, прогоняя в голове варианты. За время раздумий успел отстучать два куплета из военного марша.

– Ничего, – вздохнул глава клана. – Это не наша земля, это не наш фронт, а потери, которые мы понесем выводя его из тылов саторской армии, слишком велики. Нельзя рисковать отрядами тихих воинов и обходить чужую армию.

– Но…

– Знаю, – прервал хозяин кабинета и встал из-за стола. – Да, Левитания вернулась в клан до тех пор, пока не найдется Мак, но ей знать о том, что он вытворяет в тылу саторцев, не стоит.

– Что в этом такого? Он вполне неплохо справляется и…

– Что сделает наша «наисильнейшая» как только узнает, где этот темный находится?

– Ну-у-у…

– Она рванет к нему, плюнув на все и вся!

– Но тогда…

– Мы поступим так: выживет, доберется до войск совета кланов – молодец, – отрезал Геулерон пререкания. – Сгинет – ни видели, не знаем! Ты понял меня?

– Она же не полетит за ним в…

– Ты до сих пор не понял, что прозвище «наисильнейшая» не имеет ничего общего с прозвищем «наиумнейшая»? Еще раз повторяю – ни слова Левитании о темном!

– Да, мой повелитель, – подчеркнуто официально произнес он и склонился в поклоне.

– Прекращай ерничать, – вздохнул глава клана и подошел к окну.

На подоконнике, растопырив листья в причудливом узоре, стояло растение с яркими оранжевыми побегами.

– Левитания все еще упражняется в гибридологии? – спросил он погладив листья. – Представляешь? Этот ее экземпляр периодически складывает листья в форме рун. Крайне интересный эффект…

– Она постоянно работает в садах клана, – пожал плечами Асим. – Я не интересовался, чем она занята.

– Хорошо, – кивнул хозяин кабинета. – Хорошо, что она вернулась, тем более в такие времена…

БАБАХ!

Дверь в кабинет отлетела к стене с безумным грохотом, повиснув на единственной петле. Спустя мгновение в него влетела взлохмаченная Левитания.

– КАК! ТЫ ПОСМЕЛ! – прорычала она, сверля разъяренным взглядом отца. – КАК ТЫ ПОСМЕЛ СКРЫВАТЬ ОТ МЕНЯ!

Гелуерон ошарашено перевел взгляд на разведчика. Тот ошарашенно покачал головой, показывая свою непричастность. Тогда глава клана опустил взгляд к цветку, который появился в его кабинете совсем недавно.

– Ты… Ты подслушивала! – быстро сопоставив факты, произнес он. – Ты специально вывела это, чтобы я взял его в кабинет, и подслушивала разговоры!

– Я… – растерялась Левитания на мгновение, но, тут же собрав волю в кулак, она рыкнула: – Я иду за ним!

– Куда? Не смей!

– Я иду за ним и мне плевать, что ты решил! – выпалила Левитания и стрелой выскочила из кабинета.

– Стой! – метнулся за ней Геулерон. – Левитания Сильера! Остановись или я…

– Что? еще раз меня из клана выгонишь? – послышалось из коридора.

Глава клана «Падающий лист» закрыл рот и сжал кулаки, провожая взглядом удаляющуюся бестию.

– Послала прародительница испытание на мою голову…

– Остановить? – под голос разведчик.

– Останови, – кивнул в ответ отец беспринципной нахалки.

– А если не получится, то…

– Тогда возглавь, – вздохнул Глава клана. – Не можешь остановить – тогда возглавь…

Когда разведчик ушел, не забыв поклониться, глава клана устало вздохнул и обессиленно плюхнулся в кресло.

– Сначала у нас великие кланы льют кровь друг друга, словно на границе некому их убить, так затем еще и соседи рвут земли, словно шакалы. – пробормотал он, доставая из стола небольшой флакончик с тонизирующим зельем. – Черт бы побрал этих жадных ублюдков. Империя разваливается на части…

Из тени легкой походкой вышла супруга главы клана. Он скользнула за спину мужа и аккуратно погладила его по шее, после чего принялась разминать плечи.

– Каких именно ублюдков? Великих кланов или наших соседей?

– И тех, и других, прелесть моя, – прикрывая глаза от удовольствия, произнес Геулерон. – И тех, и других…

* * *

У отвесной скалы недалеко от узкого входа в пещеру творилось довольно необычное действие. Огромный здоровяк и карлик стояли у лежащего на снегу трупа.

Буран взглянул на брата. Тот еще раз обвел взглядом приготовленный ритуал и кивнул.

– Трёх камней должно хватить, – произнес Плевок, задумчиво глядя на труп между центральными рунами.

Здоровяк в ответ довольно недовольно что-то пробубнил и, достав из холщового мешочка черные камни, принялся расставлять на ключевые места.

– Надо было аккуратнее, – произнес Буран, обходя ритуал, нарисованный кровью на утоптанном снегу. – Да и место надо было выбрать получше.

– Не бухти, – вздохнул младший брат. – Ты предлагаешь спускаться в долину или раскапывать снег до самой породы?

– Я бы спустился, – пожал плечами Буран. – Но надо было сначала с живым поговорить.

– Ничего он бы по своей воле нам не рассказал, – покачал головой брат. – Не из простых он. Свое дело знал.

– Это да, – кивнул здоровяк и, установив последний камень, кивнул. – Делай, тебе проще.

Карлик кивнул и, встав на положенное место, запустил ритуал, легким импульсом освобождая силу из камней. Тьма побежала по вязям рун и запустила призыв души с прошлой памятью. Труп пошел мелкой дрожью, затем дрожь стала крупнее, но, спустя несколько секунд, его внезапно выгнуло дугой.

– Встань! – приказал Плевок и незнакомец, пару раз неестественно взбрыкнув, пришел в движение.

Нежить встала на ноги и повернулась к Плевку.

– Как твое имя? – спросил призывающий.

– Самар Ульф.

– Зачем ты пришел на эту гору?

– Убить братьев, – прохрипел оживший труп. – Последних из клана Сапог Сварога.

– Кто тебя послал?

– Синай, правая рука когана…

– У севера нет когана! – рыкнул Буран, но труп совершенно никак не прореагировал на его слова.

– Коган знает о найме убийц? – продолжил допрос Плевок.

– Голова не может не знать, чем занимается правая рука, – безразлично произнес мертвец.

– Как ты узнал, где нас искать?

– Из письма к Лобаду Рыжему.

– Старый ублюдок, – сплюнул Буран, окончательно помрачнев и сел прямо в снег чуть в стороне. – Этот выкидыш шакала нас продал!

Плевок взглянул на брата, немного подумал и спросил:

– Он отдал письмо сам? Добровольно?

– Не знаю. Он отдал мне его в руки лично.

Один из камней загудел и прервал допрос. Плевок, заметив это, сделал жест рукой, активируя плетение, и тихо произнес:

– Покойся с миром…

Труп тут же рухнул на землю как подкошенный.

– Что делать будем? – спросил Буран, не отрывая взгляда от долины внизу.

– Надо идти к Гарамаш, – вздохнул брат. – Может, она что-то подскажет.

– Оракул пика Белая немощь, – недовольно буркнул Буран.

– Я тоже не в восторге, – покачал головой коротышка. – Но другого выхода нет.

– Я ощущаю себя слабым, когда прихожу к ней.

– Все ощущают, – вздохнул Плевок.

– Но ты привык быть слабым. А мне быть слабым трудно, – насупившись, произнес здоровяк.

– Придется потерпеть. Другого выхода у нас нет.

* * *

Коротышка облокотился на каменную стену и, тяжело дыша, взглянул вниз. Там, ползая на коленях от бессилия, пытался догнать его старший брат.

– Будь она проклята, – сипло выдавил Буран, когда добрался до брата. Он развалился на спине и жадно хватал ртом воздух. – Тут нельзя жить… Это невозможно.

– Только если ты не Оракул, – кивнул младший. – Соберись, мы почти пришли.

Очередной порыв ветра обдал братьев снежной пургой, покрыв их тяжелые кожаные куртки снежным налетом.

– Вставай, – прокряхтел Плевок. – Вставай, или замерзнем. Нам до темноты нужно спуститься к вещам и развести огонь.

Здоровяк недовольно простонал, но все же поднялся на ноги и продолжил путь ко входу в пещеру, до которой оставалось совсем немного.

– Думал, не дойдем, – произнес он, протиснувшись в узкую щель в скале.

– В прошлый раз оракул был ледяной, – произнес коротышка и указал на центр широкой пещеры куда вела расщелина.

Там на небольшом каменном постаменте сидела сгорбленная женщина. Все бы ничего, но и одежда ее, и кожа были из камня.

Братья вступили внутрь, но тут Буран зацепил ногой камешек. Перестук прокатился по пещере, заглянув во все уголки. Он заставил женщину обернуться. Каменный скрежет заглушил шаги братьев и вогнал братьев в лёгкий ступор.

– Снова вы? – пророкотал оракул.

Голос был настолько силен и низок, что иначе как рокотом это назвать было нельзя.

– Мы в смятении, – подал голос Плевок. – Оракул, единственный человек, который носил нас на руках и был кровным братом наших родителей – предал. На Севере не осталось ни одного клана или рода, которому мы могли бы довериться. Коган уже знает о нас и пытается подослать убийц…

– Глупости! – оракул повернулась полностью, и только сейчас братья смогли оценить ее внешность. На этот раз она была похожа на сгорбленную старуху из камня. Единственное, что отличало ее – неестественный блеск в глазах. – Не доверяешь ни одному клану – тогда создавай свой!

– Но нас всего двое, – смутился младший. – Ни один северянин не пойдет за нами…

– Тогда создай его не из северян, – улыбнулась каменная копия женщины.

Плевок умолк на несколько секунд, пытаясь осмыслить слова оракула. Пока он пребывал в раздумьях, старший брат шагнул вперед, и упав на колени, упер лоб в пол.

– Прародительница гор, – начал он со своей догадки о том, кто перед ним. – Помоги верным сыновьям твоим. Слишком долго народы севера лили кровь, слишком часто предавали друг друга. Коганы давно перестали быть правителями. Они превратились в судей в распрях кланов. Дай нам сил объединить их под своей дланью…

Буран сунул руку в карман и выудил из него небольшой кристалл светло-коричневого цвета, содержащий силу земли.

– Хо-о-о-о? Посмотри на него, – кивнула она, Плевку. – Твой брат гораздо сообразительнее, чем кажется.

– П-п-прародительница? – произнес младший и, сглотнув, осторожно поинтересовался: – Тогда… В тот раз…

– Сестрица вьюга, – улыбнулась каменная старушка. – Это была она…

Коротышка сглотнул и медленно опустился на колени, наконец осознав, что перед ним не просто сильный маг севера, а одна из форм стихии из сказок.

Старушка на это еще сильнее расплылась в довольной улыбке и, покачав головой, произнесла:

– Вижу, ваша мать читала вам правильные сказки. – Прародительница гор сделала несколько шагов вперед и, встав совсем рядом с братьями, шепотом произнесла: – Вы не сможете найти верного союзника на севере, где каждый помнит поступки ваших отцов. Слишком много крови за вашими предками. Поэтому вам придется искать силу, способную покорить Север в другом месте.

– Но где ее искать и…

– Император покорил Север именно потому, что не был северянином, – с улыбкой продолжила она. – Его свет помнят, его света боятся. Совсем скоро будут помнить и бояться другого человека. Его сила не свет, его сила – тьма… И вы его знаете.

Братья приподняли головы и переглянулись.

– Ищите его возле города Ростак, – кивнуло олицетворение стихии. – Ему вскоре потребуется помощь.

– Нас всего двое, – подал голос Буран.

– Люди ради золота готовы на многое. Убивать, умирать, строить и созидать. – вздохнула прародительница. – Не справитесь сами – купите силу, навыки и жизни других.

Каменная старушка сделала пару шагов назад и замерла, разглядывая братьев. С поверхности камня начала сыпаться крошка, обнажая желтый металл, призывно блестевший под светом зеленого мха на стенах.

– Прародительница, – после небольшой паузы произнес Плевок, понимая, что стихия делает им дар. – Мы обязались клятвой служить императору, но сбежали из университета. Наша клятва не исполнена…

– Вы не клялись служить мертвецам, – покачала головой старушка.

– Но это значит, что…

– Что империя не может существовать без императора, – подал голос Буран. – А император мертв.

– Он сообразительнее, чем кажется, – повторила старушка и подмигнула Бурану, после чего окончательно замерла. Отблеск стихии погас, старушка превратилась в камень, наполненный золотыми самородками.

– Доставай топор, братец, – поднимаясь на ноги, произнес Плевок. – Негоже отказываться от подарка.

* * *

– Ваша улыбка действует на нервы, – произнес лысый мужчина с зеленой руной на темечке, наблюдая за Мадаром, который улыбался до ушей. – Тридцать шесть воинов и обезумевший от удара Баньши маг воздуха! Вы… Вы вообще меня слушаете?

– А? – вернулся в реальность темный маг. – Прости, Томпо, я просто поражен! Поражен до глубины души изяществом, находчивостью и, главное, навыком нашего противника…

– Мадар, – устало вздохнул собеседник. – Ты чуть голову там не положил. Какого черта с тобой происходит?

– Противник, – пояснил саторец, нервно облизнув губы. – Я уже не помню, когда встречался с настолько искусным магом тьмы.

– Засада из обезглавленных мертвецов, по вашему, похожа на искусность? – скривился Томпо.

– Ты ничего не понял, – с блеском в глазах произнес темный. – По-твоему, я настолько безрук, что не смог бы опознать замаскированную нежить в лагере?

– Я этого не говорил…

– Так вот, это была не совсем нежить, – хохотнул темный. Он достал из кармана моток медной проволоки и протянул его магу земли. – По сути, это были боевые големы!

– Что за бред! – нахмурился собеседник и взял в руки моток проволоки, сплетенный из метровых кусков. – И причем тут рваная медная проволока?

– Он вставил ее в спинной мозг. Вставил ее и сделал ее артефактной основой. Присмотритесь к этим обрывкам!

Томпо поднес кусок проволоки к глазам и обнаружил на ней засечки. Выйдя на свет, он обнаружил на ней мелкие, едва заметные руны.

– Что… Как он это…

– Знать не знаю, как он это сделал, но, по-моему, это гениально! Я без раздумий отдам пару пальцев, чтобы узнать, как он это сделал. Настолько тонкой работы в настолько огромных количествах я никогда не видел! А вот этот участок! Посмотрите! Для того, чтобы поместить рядом эти руны из узловой конструкции, он расплющил проволоку, а затем сделал площадку.

– Он артефактор? Но как он смог…

– А теперь спросите меня, сколько прошло от смерти этих горе-вояк, до нашего прихода? – с хищной улыбкой поинтересовался темный маг. – Три часа! Три!

– Это невозможно! Вы бы заметили бой за несколько часов пути!

– Глушащие фон обелиски, ритуальный подход к изготовлению засадных големов… Этот парень использовал свои знания на таком уровне, что многим темным в Сатории и не снился!

– Если он артефактор, то что случилось с мастером Лисук?

– Он не только артефактор, – покачал головой Марад. – Он еще и ритуалист. Причем довольно сообразительный. Не работает по стандартным схемам. Остатки ритуала, найденные у края лагеря, не похожи ни на одну схему. Этот факт мог сыграть довольно плохую шутку с магом света.

– Может, у него схемы оригинальные. Родовая разработка или что-либо подобное, – безразлично пожал плечами маг земли.

– Может, и так, – усмехнулся темный. – Но он еще и отлично владеет силой. Ты видел труп мертвого мага света?

– Видел, – хмуро буркнул Томпо. – Я знал его. Кено был не из тех, кого можно было взять измором в спарринге. Его слово света было действительно мастерским…

– Но он выдохся на корню, – пожал плечами Марад. – Не знаю, как тут все было, но этого твоего Кено переиграли по полной. Он умер в состоянии магического истощения. И есть у меня подозрения, что не одной голой силой он обошелся.

– Тебя послушать, так он стихия во плоти! – надулся маг земли. – Не забывай! Мастер Лусик забрал его глаз!

– Глаз… глаз, это, конечно, да, но я бы предпочел выжить, чем вырвать один глаз противника, – усмехнулся Мадар.

– И все же. Это не повод улыбаться, словно вы попали на карнавал седьмого дракона, – съязвил собеседник.

– Боже, Томпо, не будьте таким занудой! Я в кои-то веки столкнулся с по-настоящему достойным соперником! Причем не тренируюсь или меряюсь силой, а собираюсь биться насмерть!

– Ты чертов псих, – выплюнул маг земли и пригрозил пальцем. – Послушай меня, Мадар, хорошенько! Если в погоне за этим магом завалишь операцию – клянусь, что доложу императору лично о всех проделках! И тогда…

– Что тогда? – жестко оборвал его темный маг, заставив собеседника закрыть рот взглядом черных провалов глаз. – Что тогда, Томпо?

– Ты будешь иметь серьезные неприятности, – сглотнув ком, произнес маг земли.

– Неприятности? Святая простота, – хищно улыбнулся Мадар. – Неприятность – это я! Запомни это!

Темный развернулся и вышел из шатра, оставив земляного с покрасневшим от гнева лицом.

– Я запомню это, – прошипел Томпо, убирая обратно в складки мантии клинок из загадочной стали с фиолетовым оттенком. – Я хорошо это запомню!

Мадар тем временем достал небольшой тряпичный мешочек с глазным яблоком.

– Ритуалистика и проклятия – не самая моя сильная сторона, но для начала давай узнаем, как тебя зовут, наш таинственный мастер…

* * *

Мак юлой вскочил с импровизированной постели из заплечных сумок и одеял. Он метнулся в сторону и чуть было не угодил в костер.

– Он узнал мое имя! – выкрикнул он, но не успел как следует шарахнуться от тени, как его схватили крепкие руки.

– Тихо, – успокаивающе произнес Гурт. – Тихо, говорю! Нету тут никого… Ночь на дворе, приснилось тебе…

– Это не сон! Нет… Я его почувствовал, – затравленно оглядываясь, произнес парень. – Он начал действовать! У него мой глаз!