Большой круг: Такая война

– Сейчас… Именно сейчас я кое-что понял. У нас нет ни командира, ни наставника. Даже законы над нами, по сути, не висят. Каждый из нас должен понять важную вещь – что бы мы не сделали дальше, чтобы не произошло – это будет наш выбор. – Парень взглянул на свои руки и продолжил, не поднимая взгляда: – Если кто-то решит уйти и попробовать выжить – я не стану препятствовать. Если кто-то решит пробиваться к войскам императора – я не буду мешать.

– А ты сам что делать надумал? – поинтересовался Вар.

– Я пойду собирать трупы, – сглотнув, произнес Мак. – Собирать трупы и поднимать нежить. Столько, сколько получится. Обычных мертвецов, тварей, призраков и гулей. Всех, кого смогу поднять… Всех.

– Ты не наберешь трупов в этом ущелье на целую армию, – покачал головой Гурт. – Тут в лучшем случае несколько сотен. Нам для достойной силы нужны будут десятки тысяч.

– Кладбища, – подал голос Медянщик. – Столько трупов можно найти только на кладбищах. В империю идти надо, а там за армией саторской, от кладбища до кладбища, от села к селу. И поднимать в строй все, что двигаться может…

– Оружие, – подал голос Билл. – Их как-то вооружать надо. Иначе потребуется по пять мертвяков на одного саторца, чтобы уж наверняка…

– А голема поднять получится? – спросил Вар, глядя на темного подмастерья. – Ты рассказывал, что можно тварь из мертвой плоти поднять такую.

Мак обвел взглядом всех воинов и четко спросил:

– Вы со мной?

– А ты думал по-другому? – спросил с кривой усмешкой Гурт.

* * *

– А если он детей, младенчиков из под земли вырывать начнет? – шепотом спросил Рум идущего рядом Вара.

– И что? Какая разница младенцу, что с ним будет, если он уже мертвый? – отмахнулся Вар. – Ты не понимаешь, сколько нам понадобится нежити? Не отряд, не сотни, а тысячи! Десятки тысяч мертвых воинов!

– А если он живых резать в армию начнет? А? Что тогда?

– Да что ты заладил, а? – огрызнулся Вар. – То младенчиков ему из земли доставай, то ему мертвых режь. Не хочешь идти дальше – никто тебе слова не скажет.

Воины спускались по пологой стороне горы, держась едва заметной тропы.

– А тот маг? – тем временем поддерживал разговор с Маком Гурт. – Тот, что голову собачью показывал?

– А что с ним? – вскинул брови Мак.

– Я так понял, он по вашу душу сюда приехал, – пожал плечами десятник.

– Согласен, – кивнул парень. – Но искать меня у него не получится. Если только на общих основаниях. А уж от поисковых заклятий я нас укрою.

– А если все-таки выследит?

– Будем драться, – отрешенно пожал плечами Мак. – Не думаю, что у него получится угадать, что я задумал. Пусть я не настолько опытен, но пара козырей у меня есть.

Гурт взволнованно глянул на подмастерье.

– Вы бы и с нами вариант не списывали со счетов, – осторожно произнес опытный воин. – Мы магией не владеем, но если бы рунами как-нибудь посильнее мечи нам зачаровали, то мы бы его, может, и достигли бы…

– Вы никогда не подойдете к нему на расстояние удара мечом, – укутываясь в плащ, ответил парень. – Это основа сражения. В любом, большом, малом или главном свитке войны. Везде твердят главный постулат – во время боя противник не должен приближаться ближе чем на пять метров.

– То-то глаз у тебя один, – с усмешкой вмешался Рум.

– Ну, а если мы спрячемся? В тень, как тогда вы делали?

– С магом такого не пройдет, – мотнул головой Мак и, заметив задумчивое выражение Гурта, добавил: – Вот стрела, такая чтобы магическую защиту пробивала – это да, нужно попробовать.

Тут Мак замер и начал крутить головой, морщась от боли.

– Нам еще два перехода дневных идти, – задумчиво прикидывая расстояние в голове, бормотал десятник. – Оно, конечно, может, ничего и не случится, но лучше перестраховаться. Вы бы сделали нам пару таких стрел. Чтобы, значит, мы хоть как-то смогли…

Тут он замер, поняв, что с Маком что-то не так. Парень стоял в напряженной позе и смотрел в небольшую расщелину в сотне метров. В ней, словно прячась от солнечного света, стояла фигура человека в мантии.

– Это тот самый… – начал было Гурт, но в этот момент незнакомец вышел из тени.

Женщина была, мягко говоря, не в форме. Ее словно разделили надвое. Правая кисть белела голыми костями, правая часть лица так же была лишена кожи и мяса. Слева же была вполне обычная и довольно красивая часть девушки. Единственное, что объединяло обе стороны – тьма вместо глаз.

– Избранный, – прошептала незнакомка.

Несмотря на расстояние, шепот достиг мага с чудовищной силой, словно она прошептала ему прямо в уши.

Подмастерье занял оборонительную позицию и, выйдя вперед, накачал поднятые щиты до предела. Он уже приготовился к отражению атаки противника, но та на полпути замерла и повернула голову в сторону, словно ее что-то отвлекло.

На скале, совсем рядом с проклятой, показались две фигуры в походной одежде саторских магов. Одного Мак не смог опознать. Второй же красовался черной руной на темечке и настолько выдавал свою силу, что гадать не приходилось. Она капельками росы проступала на его лбу. Это был тот самый маг – «Черный пес».

– Бегите, – скомандовал Мак. – Бегите! Я не смогу вас прикрыть!

Воины замялись всего на несколько секунд. Из ступора происходящего вокруг их вывел крик Гурта:

– Ходу! Ходу, ублюдки, или поляжем!

* * *

Крик десятника стал сигналом для начала поединка. Схватка мгновенно превратилась в полную неразбериху.

Марад расценил еще одного мага как напарника своей жертвы и ударил сразу по обоим кулаками и лезвиями тьмы. Полумертвая проклятая расценила саторца как подмогу избранному, но не стала разделять усилия и решила сконцентрироваться в начале на гостях, чтобы иметь возможность сразиться с Избранным один на один. А Мак в это время…

Он поднял все щиты и лелеял надежду, что проклятая особа схлестнулась с неизвестным магом. Темный подмастерье был достаточно опытен, чтобы понимать – ему до настоящего боевого мага очень далеко. Об этом напоминал единственный глаз и память о прошлом бое. Да, силы у него было с излишком, но сейчас был явно не тот случай. И выходить на прямой поединок – большая глупость с его стороны. Оставалось только надеяться на оплошность противников. Другого варианта переломить ход событий у парня просто не было. Как итог – подмастерье поднял все щиты, наполнил их силой до тихого низкого гула и затаился, внимательно наблюдая за противниками.

Проклятая поступила именно так, как он и надеялся. В форме густого черного тумана она метнулась в сторону двух саторцев. Раздался грохот и фигуры магов скрылись в темном тумане, окутавшем гору.

Грохот продолжался. Из тумана вылетали мутные образы заклинаний и форм. Иногда все стихало и, казалось, вот-вот рассеется туман. Однако, бой затянулся.

Воины успели скрыться за дальней скалой, когда Мака посетила мысль и он поступил, как подобает настоящему подмастерью во время боя опытных магов. Он привязал щиты к месту, где стоял, добавил в них силы, а сам рванул по следам отряда.

– Гурт! – рявкнул он, как только выскочил на тропу за скалой.

Воины остановились, и Мак их довольно быстро нагнал.

– Помнишь, ты говорил, что, может, на что-то сгодишься? – запыхавшись, выпалил Мак.

– Было дело, – осторожно произнес седой воин.

– Сейчас именно тот самый случай, – кивнул Мак, указывая на скалу, за которой все еще продолжался бой. – Кто бы не победил – я его одолеть не смогу. Надо устроить ловушку…

* * *

– Туман, – сплюнув кровь на землю, произнес Мадар. – Ты это видел, Томпо? Я такого тумана смерти за всю свою жизнь ни разу не припомню!

Маг земли сидел рядом. На лбу блестели крупные капли ледяного пота, а руки тряслись, словно у него было жуткое похмелье.

– К-к-кто это б-б-был? – произнес он, с трудом доставая из заплечного мешка небольшую фляжку с зельем. – Это была чудовищная м-м-магия…

Маг сделал три глубоких глотка. После он протянул ее темному магу.

– Экстракт Атурана? – понюхав фляжку, заинтересовано пробормотал Мадар и приложился к фляжке. – К вечеру нас накроет жутким похмельем.

– Знаю, – кивнул Томпо. – Я едва стоять могу…

– Да, все демоны бездны! Это был отличный бой, – Мадар прочистил горло и сплюнул кровавый сгусток. – В империи их называют проклятыми. Именно они устроили восстание.

– Это были чертовски сильные маги, – приходя в себя, произнес маг земли. – Но нам нужно разобраться с «солнечным».

– Черным солнцем, – поправил Мадар и, подхватив небольшой мешок с вещами, подошел к голове проклятой, лежавшей в нескольких метрах от его ног.

Примерившись, он хорошенько пнул голову проклятой, запустив почерневшую черепушку в долгий путь по склону холма.

– А теперь представь, сколько талантов уничтожил император, – обернулся темный к Томпо. – И ведь не одну сотню таких мастеров он обрек на жалкое существование в стихии.

– Хватит болтать, – прокряхтел спутник, поднимаясь на ноги. – Если не выступим сейчас – мы их не догоним.

– Впервые за все наше путешествие ты прав, – кивнул Мадар и направился к скале, махнув в сторону, где стояла защита подмастерья. – Этот юнец довольно сообразителен. Привязать защиту к месту, чтобы мы заметили его исчезновение как можно позже…

– Мои поисковые заклинания говорят, что шестеро живых в часе пути. Они ушли слишком быстро. Скоро выдохнутся и сделают привал…

Мадар кивнул и бодрым шагом отправился в сторону беглецов. За его спиной пристроился маг земли.

– Мы вернемся, как только ты убьешь этого темного? – осторожно поинтересовался Томпо. Его рука скользнула под походную мантию и проверила кинжал из металла с фиолетовым оттенком.

– Да, – пожал плечами Мадар. – Больше меня тут ничего не привлекает.

– Будем надеятся, что он тут один, – кивнул собеседник.

– Один, – хмыкнул темный. – Если бы он тут был не один – нас бы уже давно прихлопнули. Да и появление этой проклятой о многом говорит.

– О чем же?

– О том, что этот парень – имперец. Он темный и он из империи. А значит, это тот самый, что сейчас должен быть где-то в столице, в университете Антолии.

– Однако он здесь, – пробормотал Томпо.

В это время компания из двух магов обогнула скалу и на тропе им предстало лежащее лицом вверх окровавленное тело Мака.

– Сколько ты точек засек? – замерев как вкопаный, поинтересовался Мадар.

– Шесть, – ответил маг земли, тут же просканировав пространство вокруг.

– А сколько было, когда мы их догнали?

– Семеро…

– Решили уйти, оставив его труп на тропе. Откуп за свободу, – с тоской констатировал темный маг и сплюнул на землю. – И ради этого я сделал три глотка экстракта Атурана! Сожри демоны их души!

Маг устало подошел к телу и уставился на замерший взор.

– Видимо, не добили, – сморщившись, произнес Мадар, глядя в глаз Мака. – Даже роговица помутнеть не успела…

В этот момент за его спиной появилась фигура Томпо, державшего в руках широкий обоюдоострый клинок из необычной стали. Короткий замах, отблеск фиолетового металла, и артефакт с легким свистом впился в плоть. Артефакт «Убийца магов» издал свист и вошел в плоть, словно нож в раскаленное масло, игнорируя все защиты.

Мадар выпучил глаза и опустил взгляд на грудь. Чуть левее грудины из-под мантии выглядывал кончик фиолетового металла. Он открыл было рот, чтобы что-то произнести, но поперхнулся кровью, после чего заметил как труп мага, лежавшего на тропе, моргнул.

В следующее мгновение послышался едва различимый удар тетивы, и с вершины скалы, куда смотрел темный подмастерье, метнулась стрела. Она за полсекунды преодолела расстояние от вершины скалы до головы Томпо, воткнувшись в темечко, в центр зеленой руны. От удара тело отлетело и сломанной куклой рухнуло на землю.

– Томпо, – прошептал Мадар, падая на колени перед Маком. – Томпо, проклятая… сука…

Мак лежал еще несколько секунд, разгоняя сердце и кровь по сосудам. Техника замедления пульса была делом непростым, и сразу прийти в себя было очень трудно. Парню пришлось использовать прием, которым он не один раз оказывался на грани жизни и смерти.

– А… ты… – продолжал булькать кровью еще живой противник. – Ты хитрец… умный парень… Но я просто так… тебя не оставлю! Я тебя прок…

ХРЯСЬ!

Слова мага с посмертным проклятьем оборвал топорик Вара, которым он снес ему кусок свода черепа.

– Я думал, обоих класть придется, – Произнес он, вытирая лезвие топора. – А он, видел, что сделал? Тот, что с зеленой руной – этого стилетом в спину пырнул!

– Гурт… – прошептал Мак, с огромным усилием шевеля челюстью.

– Возвращается. Жак быстрее него прибежал. Говорит, что камни, которые вы дали, два раза звенели как колокольчики.

– Почему, – постепенно приходя в себя, пробормотал подмастерье. – Почему второй раз не выстрелили?

Вар нахмурился и хотел было что-то ответить, но его перебил едва пришедший в себя парень:

– Кто стрелял?

– Рум и Билл на скале были…

– Кто выстрелил?

– Ну так, – пожал плечами Вар. – Непонятно. Вроде как Билл стрелял…

Мак присел и кивнул на мертвых противников.

– Сумки у них без меня не шарить и к трупам не прикасаться…

* * *

Мак устало растирал ноги, скинув ботинки, зачарованные еще в университете. Они довольно сильно поизносились, но были еще целыми. К тому же магия позволяла в них чувствовать себя в комфорте независимо от погоды и обстоятельств.

– Твою мать, Билл! – рыкнул Вар, размахивая руками. Он отшатнулся в сторону и смачно сплюнул. – Кто сдох в твоих сапогах, что оттуда так воняет?

– Я не до конца их просушил на прошлой ночевке, – обиженно буркнул здоровяк. – Вот оно и запрело малость.

– У тебя так ноги гнить начнут, – подал голос Гурт, доставивший из походного ранца вяленое мясо. Он раздал каждому по куску в качестве быстрого перекуса. – Надо найти синего рапса и наложить в них листьев на пару дней. Иначе – гнилые ноги, к гадалке не ходи.

– Это я босиком, что-ли, пойду, пока листья в сапогах болтаться будут?

– Лучше босиком, чем ноги лечить…

Мак поставил свои сапоги и оглядел воинов.

– Сколько до деревни ближайшей? – спросил он, поглядывая на обувь кашевара.

– Так… Если с ночлегом потерпим, то должны выйти к деревушке к полуночи. А через два дня должен быть замок Армавир, – припомнил десятник. – Тот самый, что в скале вырезан.

– Армавир принадлежит клану Одинокий орел, – напомнил Вар. – Если они еще держатся, то могут и по нам шарахнуть.

– В аккурат как та ведьма говорила, – пробормотал Мак и уже громче скомандовал: – Все плащи, всю обувь мне несите. Тут лагерь разобьем. Я пока займусь вашими обносками. Завтра будет виднее.

Мак вытряхнул все из мешков магов и принялся копаться в пожитках. Найдя корявое и далеко не идеальное шило и резец для нанесения простейших конструктов, подмастерье принялся изготавливать артефакты.

Воины занялись стоянкой, но иногда все равно бросали заинтересованные взгляды. Мак работал размеренно, не торопясь, словно делал это по три раза на дню., справедливости ради стоит отметить, что конструкт артефакта был довольно простым. Ему не пришлось даже что-то выдумывать. Постоянное тепло и постоянная влажность. Вот и весь нехитрый набор свойств для артефакта.

– Забирай, – кинул он первую пару Гурту. – Через неделю надо будет обновить конструкт.

Седой воин взял в руки сапоги и заглянул внутрь. На дне красовались несколько сплетенных рун.

– Это… что делает?

– Сапоги сухими и теплыми держит, – вздохнул парень и взял вторую пару. – Вместо краски обычные чернила, поэтому быстро сотрется. На плащи тоже нанесу.

Мак продолжил заниматься походными артефактами, которые не догадался сделать еще в степи. Пока он вычерчивал очередной конструкт в сапоге, воины собрали дрова и хворост на ночь и принялись готовить нехитрый ужин. Мясо, выданное на привале, вернулось обратно в мешок.

– За водой, – сунул в руки Руму бурдюк Билл.

Пока воин направился к ручью, остальные продолжили обустраивать лагерь, возле молодого мага присел Гурт.

– За тот раз, что у скалы был. Там, где ты мертвого изображал, – неуверенно начал опытный воин. – Тогда Рум не стрелял.

– Почему? – спросил Мак, не отвлекаясь от своего занятия.

– Говорит, что видел, как второму магу нож вонзили.

– Я на него снизу смотрел, – произнес парень и отложил еще один готовый сапог. – Не мог он видеть, куда маг земляной ударил. А значит, и не выстрелил по другой причине.

– Хочешь сказать, что он…

Мак замер и поднял взгляд на Гурта. Тот проглотил неоконченные слова и закусил губу, но, спустя миг, продолжил:

– Рум, он хоть и ворчун, хоть и за языком порой не следит, но мы с ним вместе многое пережили. Не тот он человек, чтобы…

– А я его ни в чем не обвиняю, – спокойно произнес Мак. – Подожду, когда других ответов не будет. Пусть он клинок из сердца того пса увидел.

Седой воин насупился и, сложив руки на груди, сидел несколько минут молча. Когда он немного отошел, то начал спрашивать совершенно о другой теме.

– Как в село пойдем? Открыто? Или на кладбище сразу двинем?

– Сначала поглядим с расстояния. Может, и нет того села, – пожал плечами Мак. – Если есть живые – я бы от еды местной не отказался. Неделю с гор спускались, одной кашей и вяленым мясом питались…

– Сам бы помыться в баньке не отказался, – почесал бороду Гурт. – Но думаю, нас там с едой горячей и банькой натопленной не ждут.

Мак кивнул и, принявшись за второй ботинок, тихо добавил:

– Поэтому собираюсь сначала немного магией посмотреть, что там творится. Находились уже наобум, да и не в горах мы.

* * *

Воины с опаской наблюдали, как переливался силой большой ритуальный рисунок. Мак стоял чуть в стороне и внимательно наблюдал за происходящим. Когда светопреставление улеглось, он выдал указание:

– Мечи держать наготове. В деревне шесть живых душ, из них две – дети.

Парень подхватил свои сумки и двинулся в сторону поворота реки, туда, где стояло несколько десятков домов.

– Смерть там есть? – спросил нагнавший его Вар.

– Есть, – кивнул маг. – Много.

Воин молча кивнул и махнул остальным, доставая из ножен оружие. На серой стали были начерчена вязь рун. Сам солдат павшей заставы выглядел взволновано.

То, что через деревню прошли войска саторцев, стало понятно сразу. Дома были сожжены. От нескольких остались одни пепелища. Кое-где сохранились части бревенчатых стен и печи. Те, что были сделаны из камня, с укором смотрели на входящих воинов провалами обгоревших окон.

Отряд медленно шел через всю деревню, но не обнаружил ни одного трупа, ни одной мертвой скотины. Никаких следов крови, хотя везде виднелись следы погрома.

– Выродки, – сглотнув ком, произнес Вар и указал в сторону реки.

Там, на небольшом пустыре, торчал лес из кольев. Мак не сразу понял, что это такое, и отправился в указанную сторону. Спустя несколько минут он вышел на ровную площадку, где, видимо, раньше хранили и чинили лодки.

Кулаки сжались, заставив заскрипеть стальные перчатки.

Весь пустырь был занят трехметровыми кольями, на которые, словно позабавился коллекционер бабочек, были нанизаны люди. На некоторых кольях по одному, на других по несколько. Сквозь грудь, через рот, женщины, старики, дети, младенцы…

– Не оставит душу мою свет, не дрогнет рука… – начал бормотать Билл, глядя на ужасную картину. – Не остынет сердце мое…

Оружие выпало из его рук, а спустя несколько секунд он сел на землю, сняв с головы открытый шлем.

– За что? Так ведь не бывает… – пробормотал Гурт. – Не дикие же северяне они, чтобы…

Повисла тишина. Каждый рассматривал перекошенные от ужаса лица, причудливые позы мертвецов, и медленно пытался переварить то, что он видел.

– Живые, – тихо произнес Жак. – Вы говорили, тут живые есть.

Мак отвел взгляд от мертвецов и кивнул, стряхивая рукой тягучую силу с перчатки. Активировав примитивный артефакт из деревяшки и стальной иглы, он повернулся в сторону каменного дома и, махнув рукой пошел первым.

В развалинах дома, в углу, Мак обнаружил дрожащего от страха старика, двоих детей и труп женщины. Женщина уже покрылась синюшными пятнами, что появлялись далеко не сразу. Рядом с ней на корточках сидел пучеглазый старик, который молча раскачивался из стороны в сторону. Чуть в стороне лежал бледный ребенок, замотанный в обгорелые тряпки. Рядом с ним сидел мальчишка, года три на вид.

– Кто ты такой, – спросил Мак, держа щиты наготове.

– Это была моя корова, – невпопад произнес старик. – Моя корова!

– Как тебя зовут, – повторил темный подмастерье, внимательно вглядываясь в глаза старика. – Назови свое имя!

– Грэта! Я называл ее Грэтой! – продолжал бормотать все о том же незнакомец. – У нее не молоко было! У нее из вымя текли самые, что ни на есть, сливки!

Мак сделал шаг назад и пристально оглядел детей.

– Забери детей и выйди к остальным, – стальным голосом произнес парень.

Жак немного замялся, не понимая причину недовольства мага, но все же выполнил указание, подхватив мальчишку, который начал визжать, словно дикий, и сверток с младенцем.

– А какая она у меня умная была, – продолжил тем временем старичок. – Я ж ее и не пас толком. Так, ворота открою и…

Маг присел на корточки и попытался разглядеть радужку. В карих глаза старика отчетливо виднелся ярко-голубой кружок.

– Назови свое имя, старик, – громко и четко произнес парень. – Или ты умрешь здесь и сейчас.

– А сыр? Ты знаешь, какой я делал сыр из молока Грэты? – продолжал гнуть свою линию старик, не поднимая взгляда на Мака.

Подмастерье, окончательно все для себя решив, отошел на несколько шагов и, подняв самую сильную защиту, на которую был способен, ударил старика лезвием тьмы.

По началу не произошло ничего непредвиденного. Заклинание прошло сквозь тело наискось, отделяя голову, левое плечо и часть груди от тела. Проступили первые капли крови, но в следующий миг…

БО-О-О-ОМ!

Объемный взрыв, основанный на специфическом заклинании воздуха и света, размазал тело по каменным стенам. К счастью, крыша у здания прогорела начисто, и вся ударная мощь ушла вверх. Когда пыль немного утихла и подмастерье удостоверился, что других последствий заклинания не будет, то убрал щиты и вышел под взгляды воинов отряда.

Все, кроме Жака, были возле входа и чего-то ждали с оголенным оружием.

– Что случилось? – спросил Гурт, опуская клинок к земле.

– Ловушка, – тихо ответил Мак, мрачно оглядев воинов. – Магическая ловушка. Среди тех, кто был здесь, был маг. Минимум один.

– И что с того, – пожал плечами Рум. – У саторцев в армии магов хватает и…

– Те люди, – указам парень на колья у причалов. – Те зверства с насаживанием людей были сделаны при магах. Они видели и знали чем занимаются солдаты. Значит, недалеко от них ушли.

Воины переглянулись. На их лицах явно читалось непонимание сути того, что говорил Мак.

– Нет никаких плохих или хороших саторцев. Не будет никакого суда, разбирательства или приказа. – Парень разжал кулак, отчего по стальной перчатке тоненькой струйкой на землю потекла черная сила. – Убиваем всех. Без плена. Без разбора. Без оправданий.

Он на секунду ушел обратно в дом и вытащил за ногу мертвую женщину. Поднеся ее на глазах всех к каменной стене, он одним движением руки и капелькой силы заставил ее подняться на ноги и прислониться спиной к стене. Мертвая женщина раскинула руки в стороны, после чего подняла лицо с пустыми глазницами к подмастерью.

Тот молча, сжимая губы так, что они превратились в тонкую линию, достал четыре стилета. Подойдя к мертвецу, он напитал клинок силой и вогнал его в правую кисть женщины. Второй клинок – в левую руку. Третий клинок он вонзил в переносицу женщины, что заставило тело обмякнуть.

– Младенец, – тихо произнес Мак. – Младенец живой?

– Дышит, – кивнул Жак, вернувшийся после звуков взрыва.

– Неси сюда, – жестко приказал Мак.

Воины молча переглянулись. Единственным, кто не стал сомневаться, был Гурт. Он толкнул Жака в плечо и указал на мага. Молодой парень кивнул и с опаской шагнул в сторону, где спрятал детей, и вернулся с ребенком.

– Дай сюда, – протянул руку парень.

Жак сглотнул и взглянул на дитя, затем обвел задумчивые лица воинов, но в итоге все же отдал ребенка.

Вопреки ожиданиям, темному потребовалась всего лишь капля крови младенца из пальца, чтобы смочить клинок, не более того. После этого он вернулся к распятому трупу.

– Какова вероятность, что эта женщина – мать ребенка? – ни к кому конкретно не обращаясь, спросил парень. – Почему-то я уверен, что…

Не дожидаясь ответа, он наполнил последний стилет силой и вонзил в грудь женщины. Та вскинула голову и открыла полные тьмы глаза.

– Кровь твоя – моя сила, – начал шептать Мак ей на ухо. – Плоть твоя мое веление…

– Где он, – широко раскрыв глаза, прохрипела она. – Где мой ребенок?!! Я слышу его плач!