Поступь вендетты: Лицом к лицу

Глава 1

Суоку открыла дверь и вошла дом. На пороге ее уже встречал разгневанный отец. Мать решила не ввязываться в разговор с дочерью.

– Где ты была? – спросил он.

– Сидела в парке, читала, – отрешенно ответила девушка разбуваясь.

– Ты видела сколько времени? – недовольно произнес он. – Почему не отвечала на звонки? Мы все таки твои родители, а не чужие люди!

– Я занималась, – спокойно ответила девушка и прошла мимо отца.

– Не смей уходить, когда с тобой разговаривают! – рявкнул он.

– Со мной не разговаривают, – произнесла она, поднимаясь в свою комнату. – На меня орут.

– Я хозяин этого дома, и я требую к себе нормального отношения! – завелся отец. – Прекрати игнорировать нас и…

Суоку закрыла дверь, не став слушать крик отца. Вместо этого она достала из рюкзака старые вакуумные наушники.

В комнате царил бардак. Мебель переломанными щепками так и лежала у стены. Девушка, немного подумав, поставила рюкзак у двери и, закрепив телефон с музыкой на поясе, принялась разгребать свои старые вещи.

– … Останешься без ужина!.. – донесся громкий крик отца.

Девушка не ответила, молча продолжая уборку. Получалось у нее откровенно плохо, но, кое как растолкав обломки в один угол, она освободила центр комнаты, у кровати.

Достав тетради, учебник и блокнот с формулами, которые для нее написал Нобу, она принялась заново прорешивать тот материал, который объяснил парень.

Это заняло почти час, и девушка изрядно вымоталась. Она поднялась на ноги, но тут в животе заурчало так, что она невольно за него схватилась. Голод вернулся с новой силой.

Вытащив наушники из ушей, она подошла к двери и прислушалась. За ней раздавался далекий звук телевизора. Вздохнув, Суоку открыла дверь и пошла по лестнице вниз. Она прошла мимо зала, где спиной к ней, на диване, сидел отец, и вышла на кухню.

Там ее молчанием и укоризненным взглядом встретила мать. Не обращая на нее внимания, Суоку взяла стакан и налила туда воды. Тут же выпив его, она налила еще один и снова его выпила. После этого она налила третий и забрала его с собой, отправившись обратно, в свою комнату.

– С завтрашнего дня ты пойдешь к репетитору, – громко произнес отец, когда она проходила мимо гостинной. – В пять вечера ты поедешь в на станцию…

– Я справлюсь сама, – остановилась девушка.

– Ты уже показала, как можешь справляться сама, – сделал небрежное движение рукой отец.

– Я никуда не поеду и справлюсь сама, – ледяным тоном произнесла девушка. – Мне достаточно лет, чтобы самой решать свои трудности.

– Достаточно лет? – повернулся отец к девушке. – Тогда с сегодняшнего дня ты сама решаешь ВСЕ свои проблемы с едой и деньгами. Я запрещаю тебе есть в этом доме наши продукты. На проезд и питание ты теперь будешь зарабатывать сама. Ты поняла меня, Суоку?

Отец готов был прожечь в дочери дыру взглядом, но та спокойно выдержала взгляд.

– Из дома я тебя не выгоняю. Живи сколько хочешь, если нам не мешаешь, – пожал он плечами. – Я же не изверг какой…

– Спасибо за заботу, отец, – кивнула девушка и поднялась в свою комнату.

Он поставила стакан рядом с кроватью и устало опустилась на пол. Руки подрагивали от злости и бессилия, но Суоку не позволила себе разреветься. Она схватила свой рюкзак, перерыла карманы и вытащила все деньги, которые там нашлись.

Пересчитав мелочь, она поняла, что этого хватит только на метро, чтобы добраться до колледжа. На обратную дорогу уже не хватало, а про перекус и думать не стоило.

Девушка несколько секунд сидела и обреченно рассматривала мелочь на полу, но после нескольких минут раздумий она взяла в руки телефон.

Она открыла контакты, нашла «Хасимото» и принялась строчить сообщение: «Привет! У меня сложная ситуация, можно мне пожить у тебя? Я могу помогать по дому и умею готов…». Напечатав сообщение, она замерла. Быстро удалила его и бросила на пол телефон. Закрыв лицо руками, она совершенно беззвучно разревелась.

Глава рода Хасимото и его учитель единоборств находились в небольшом закутке за мастерской. Мот был занят тем, что растягивал Нобу. Парень же терпел и матерился сквозь крепко сжатые зубы.

– Чем ты думал, когда это вытворял?, – недовольно произнес Мот, разминая его сухожилия на ноге. – Ты хотя бы представляешь, что разрыв мышечных волокон – это тебе не насморк на выходные! Это так просто не лечится и…

– Вообще-то лечится, – процедил парень.

– Ага, императорскими целителями! У тебя не то, что денег не хватит. Тебя даже слушать не станут.

– Это мы еще посмотрим, – произнес Нобу. – Да и я вроде потихоньку восстанавливаюсь.

– Это вообще чудо, что ты смог через неделю ходить. По моим прикидкам – ты должен минимум полгода проваляться в кровати.

– Может и провалялся бы, но у меня нет на это времени и возможности.

– И что же такого важного происходит, что ты встал из постели?

– Испытания, – сморщился Нобу. – Мои умники сегодня проводят испытания первого прототипа.

– Ты о чем?

– О компании «Робоаксессори». Если у них действительно сегодня получится выполнить минимальный уровень задания, то я смогу выдохнуть.

– В каком смысле?

– В прямом. Значит мне не придется переманивать чужих инженеров и воровать технологии.

– Все так серьезно?

– А ты как думал, Мот? Я собираюсь ворваться в индустрию роботостроения и занять всю нишу автономных роботов.

– А не слишком ли велик этот кусок пирога для тебя?

– Ты бы не болтал, а заводил машину.

– Хитоми будет беспокоиться. Она видела в каком состоянии тебя привезли.

– Скажи, что поедем к массажисту, – отмахнулся парень. – Сегодня решится судьба компании. Либо наш научный отдел на что-то способен, либо мне придется его создавать по-новой.

Мот недовольно засопел, но все же кивнул и пошел в дом, а парень уставился на кота, который с довольной мордой рассматривал его мучения с высоты забора.

– Я уже осознал глубину своей ошибки, – произнес Нобу, глядя на усатого, который спрыгнул к нему.

– Я думаю, сегодня ночью будет самое благоприятное время. – промурлыкал он, подойдя к парню. Он подошел к нему вплотную и заглянул в глаза. – Да, самое время.

– Самое время для чего? – отстранился парень и принялся подниматься на ноги.

– Для того, чтобы научить тебя.

– И чему ты собрался меня учить?

– Как не умереть, – произнес кот. – Люди – крайне хрупкие существа…

– Нобу! – послышался голос Хитоми. – Не вздумай уезжать голодным!

Парень взглянул на кота и кивнул.

– Сегодня ночью.

Парень захромал на кухню, быстро закинул в себя несколько ложек супа и подскочил. Под возмущенное сопение матери, он поцеловал ее в щеку, подхватил онигири и вышел на улицу, где его ждала машина.

Около часа довольно быстрой езды закончились у входа на небольшой полигон, который арендовали у местного пейнтбольного клуба.

– Все. – кивнул Нобу. – Дальше я сам.

– Тебя хоть ждать?

– Нет. Я обратно на такси или сам тебе позвоню.

– Договорились, – кивнул таец и, рыкнув мотором, развернулся, после чего поддал газу и быстро скрылся за поворотом.

Нобу же вздохнул и взглянул на ворота, за которыми его уже ожидала делегация из нескольких молодых инженеров.

– Кто из вас главный? – спросил Нобу, когда подошел.

Молодые парни впали в ступор и принялись переглядываться.

– У нас нет главного, – неуверенно начал единственный метис среди остальных чистокровных японцев. – У нас даже заведующего отделом нет.

– Как так? Почему?

– Он совсем недавно исчез, а на его место до сих пор никого не назначили, – спрятал взгляд на асфальте инженер.

– Разберемся, – кивнул Нобу. – Так. А кто тогда мне будет все объяснять? Или вы будете хором говорить?

– Мы думали, вы просто…

– Нет, уважаемые, – мотнул головой Нобу. – У меня к вам будет масса вопросов. Показывайте, что у вас тут.

Робот представлял из себя небольшую тумбу на гусеничном ходу. У этой тумбы было два больших манипулятора и один малый. На передней поверхности и сверху находилось несколько датчиков.

– Так, – вздохнул Нобу и принялся массировать переносицу. – Для начала, давайте разберем главную мысль этого… этого…

– ГАР, – подсказал стоявший рядом невысокий полный парень.

– Да хоть ГОВ, – вздохнул Нобу. – Я не ожидал от вас подобного… примитивизма.

– Проект был выполнен по поставленному вами техзаданию, – начал недовольно он.

– Когда я говорил, что нам нужен проходимый автономный робот – я имел в виду, что он должен пройти везде!

– Он способен преодолеть препятствие до двадцати сантиметров, – не унимался парень.

– Как тебя зовут? – вздохнул Хасимото.

– Акио Абэ, – представился полный парень.

– Так вот, Абэ. Бери эту тумбочку, подключай к нему пульт дистанционного управления, вставляй в него все, что хочешь, а затем попробуй забраться на третий этаж обычного дома. Как только справишься – попробуй спуститься и не использовать для этого лифт или лестницу. Если сможешь сделать это на этой тумбочке – я лично отдам тебе десять процентов акций компании.

– Подобного в техзадании не было, – вступился за него высокий худой парень. – Если бы вы изначально задали такие условия, то мы бы подошли к этому вопросу совершенно по-другому.

– Хорошо, – вздохнул Нобу. – Будем считать, что это моя ошибка. Видимо, задачу придется ставить конкретно.

Он обвел взглядом собравшихся инженеров и начал выдавать задания:

– Самое главное: мне нужны два шасси. Оба шагающих. Первое шасси – двуногое. Это шасси должно полностью имитировать человеческие ноги. Соответственно, и все особенности человеческих ног оно должно повторять. Самого робота я хочу видеть как прототип человека. Руки, голова, туловище и ноги. Требований к шасси – два. Первое – грузоподъемность. Оно должно переносить не менее ста килограмм. Вес – не больше двухсот. Это понятно?

– Да, но второе…

– Второе шасси – паукообразное. От восьми до десяти лап, каждую из которых можно использовать как манипулятор, захват или место установки специализированного оборудования. Грузоподъемность данного робота не менее 150 килограмм. К тому же, надо подумать о возможности передвижения этих шасси по стенам и потолку. Вопросы?

– Какая будет проверка и что конкретно требуется от опытных образцов? – тут же подал голос высокий худой инженер.

– Давайте идти от обратного, – с улыбкой произнес Нобу. – Если вы вложите в тот и другой образец по крупнокалиберному пулемету и они не развалятся от отдачи и смогут хоть куда-то попадать, то я буду считать, что с задачей вы справились.

Собравшиеся работники научного отдела переглянулись, но никто ничего не сказал.

– Да! Чуть не забыл! – воскликнул Нобу и достал из прихваченной с собой сумки демоническую маску. – Не забывайте, что наша служба безопасности не понимает шуток и очень часто воспринимает все очень негативно. Поэтому держите рот на замке. Всем понятно?

– Понятно, – кивнул полный парень.

– Хорошо. Тогда приступайте.

Инженеры потянулись к выходу с полигона. Сам же Нобу с грустью взглянул на простенькую полосу препятствий. Там, на препятствии из стенки высотой в два кирпича и застряла та самая «тумбочка».

– Вот это ты их озадачил, – раздался голос совсем рядом.

Хасимото повернулся и обнаружил перед собой начальника производственного отдела – Минору Гото.

– Что? Сильно задумчивые ушли?

– Не то слово, – хмыкнул в ответ мужчина. – И я тоже в недоумении. Неужели ты веришь в роботизацию солдат? Думаешь, машины будут воевать вместо людей?

– Как-то вы круто взяли, – сморщился Нобу. – Пулемет я приплел исключительно как осложняющий фактор.

– Что ты имеешь в виду?

– Ну, к примеру, вы когда-нибудь держали в руках отбойный молоток?

– Нет, но…

– Так вот, если эти прототипы не удержат отдачу от пулемета средних размеров, то за отбойный молоток вообще нет смысла браться.

– Хорошо, но где вы их собираетесь использовать? Неужели на строительстве дорог или небоскребов?

– Для небоскребов понадобится много роботов, да и управляющий компьютер должен быть крайне непростым. Да и на простой стройке использовать таких роботов можно будет только тогда, когда они начнут стоить хотя бы как годовая зарплата рабочих.

– Допустим, – задумчиво произнес Минору. – Но тогда кто будет ваш основной клиент?

– В первую очередь – мы сами.

– О чем вы?

– Я планирую несколько дочерних фирм от нашей компании, которые будут активно использовать наших роботов. Да и выпуск специализированных роботов для государственных служб я тоже не собираюсь оставлять другим.

– Вообще-то, наш клан уже производит…

– «Робоаксессори» не относится к клану. Это самостоятельная компания. Да и то, что производит наш клан для спасателей и полиции – капля в море. Основной заработок у нашего клана с продажи роботизированных конвейеров сборки.

– Если разногласий нет, то не вижу препятствий, только вот твоими работами тут же заинтересуется император.

– Это ты к тому, что мы на пулеметах их функционал испытываем?

– Да.

– Если император предложит хорошие условия – мы будем ему делать боевых роботов. Если у нас вообще получится боеспособный образец.

– Не думаю, что будут сложности в изготовлении стреляющих роботов.

– Стреляющего робота может сделать даже идиот, – хмыкнул Нобу. – Прикрутил оружие, привод на курок и вуаля. Боеспособный робот, который будет иметь логику хотя бы на уровне крайне тупого обывателя – вот это по-настоящему большая задача. Да и не только стреляют солдаты. Они еще и следят, охраняют и много чего еще. И сделать это из такой тумбочки – крайне затруднительное дело.

Начальник производственного отдела закивал и, после нескольких секунд раздумий, спросил:

– А что за дочерние компании?

– Служба доставки, – пожал плечами парень. – Доставка чего угодно и куда угодно в пределах города.

– Но это же… – хотел возразить было Минору, но тут же спохватился. – А ведь это идея!

– Да, вот как раз для такого эта тумбочка в принципе сгодится. Только товарный вид придать и научить ее ездить по лестницам.

Нобу оглянулся и кивнул в сторону подъехавшего такси.

– Это за мной.

– Погоди…те, господин Хасимото, – сбился с непривычного обращения глава производственного отдела. – А почему вы не рассматривали летающее шасси? Что-то вроде небольшого коптера?

– Тут непаханое поле и вопрос по поводу лучшего шасси еще не решен. То, что я им задал, мне кажется средним уровнем. И если они справятся, то имеет смысл усложнять задачу. Если нет, то следует поискать по-настоящему знающих людей.

– Так-то они ребята сообразительные, – вступился тут же за них Минору. – Только опыта у них маловато. Дайте им время – они покажут себя.

– Хотелось бы дать, только его нет.

– Мы куда-то торопимся?

– Да. В новую эру роботизирования.

– Мы все понимаем, что это неизбежно, но сейчас никто это не воспринимает всерьез. Хотите это поторопить? Знаете же, что это невозможно.

– Торопить? Да, невозможно, но если уж подобное неизбежно – я хотел бы оказаться в этой эпохе первым.

– Зачем? Ради славы?

– Нет, чтобы не просить у других технологии, а самому решать, что передать другим. Или вы согласны на второе место?

Нобу устало поднялся и взглянул в сторону входной двери. Даже на таком расстоянии, до него доносились истошные кошачьи вопли.

Прихрамывая он добрел до двери, открыл ее и обнаружил кота, который с довольной мордой на него глазел.

– Ты же дух, – вздохнул парень. – Мог бы и пройти сквозь стену.

– Тогда ты бы не поднялся и не открыл бы мне дверь.

– Ты специально тут сидел, чтобы я еще раз почувствовал боль от своей ошибки?

– На самом деле, я не могу войти. Если меня не зовут, – наклонил голову усатый учитель. – Но и доставленная тебе боль тоже хорошо греет душу.

– Ну спасибо, – хмыкнул парень и открыл дверь пошире. – Заходи.

– Слушай, а зачем тебе дверь? У тебя квартира на весь этаж, от кого ты закрываешься?

– Вообще-то, сюда можно подняться на лестнице, и лифт сюда тоже ходит. А лестница выводит на крышу, куда тоже можно подняться. Там люди обслуживают агрегаты лифта и сигнальные огни этого небоскреба.

Нобу прошел в гостинную и завалился на диван.

– Ну? Ты говорил, что сегодня подходящее время.

– Говорил, – кивнул Ням и довольно зыркнул на Нобу. – Дай мне свою руку.

Нобу неохотно вытянул ее к коту, а тот, недолго думая, полоснул по ней когтями.

– Ай! – отдернул руку парень от неожиданности. – Что ты творишь?

– А теперь ложись и закрывай глаза. Я научу тебя, как сращивать раны в своем организме с помощью твоей силы духа…

Мужчина снял с плеча автомат и пустым взглядом обвел заброшенный двор. На нем была военная форма и видавшие лучшие времена кирзовые советские сапоги. Он подошел к калитке и осторожно положил руку сверху, словно боялся кого-то или что-то спугнуть.

Двор уже успел прилично зарасти травой, окна в доме были выбиты, в них виднелись остатки мебели. Плодовые деревья, высаженные чуть в стороне от дома, пребывали в плачевном состоянии, и только лоза винограда, оплетавшая беседку, выглядела так же.

– На кладбище подорвались на мине, – произнесла дородная женщина со следами шрамов на лице. – Мы боялись туда ходить, поэтому похоронили их тут, на заднем дворе…

– Покажешь? – спросил он, открывая рукой калитку.

Пройдя за дом, он огляделся, но не нашел могил.

– Мы спрятали их, Абаз, чтобы эти шакалы их не нашли. Побоялись, что зароют туда мину или осквернят, – пояснила женщина. Она подошла к фундаменту дома и указала на три кирпича в нижнем звене дома, между которыми было расстояние в метр. На каждом был вырезан христианский крест.

– Первая – твоя мать. Вторая твоя жена. Третья – твой сын. – Женщина указала на землю возле фундамента. – Мы сделали так, чтобы холмы не торчали.

– Спасибо тебе, – хрипло произнес Абаз и, подойдя к стене, поставил возле нее автомат. – Дальше я сам.

Женщина хотела еще что-то сказать, но заметив тень, опустившуюся на лицо мужчины, не стала его тревожить и ушла.

Последний мужчина семейства, его глава, встал на колени перед могилами, прикрыл лицо руками и склонился к земле. Он что-то тихо зашептал.

Минут через десять, он поднялся и отправился к покосившемуся сараю. Оттуда он извлек лопату, после чего скинул военный китель и принялся копать могилу рядом со своей женой. Спокойно, размеренно, никуда не торопясь, он копал ее почти до самой темноты. Как только спустились сумерки, мужчина надел китель, подхватил автомат и отправился к соседнему дому, где в окне загорелся свет.

Постучав в дверь, мужчина дождался пока ее откроют.

– Здравствуй, Вардан, – произнес Абаз, глядя в глаза своему свату.

– Здравствуй, Абаз, – сглотнув ком в горле, произнес невысокий лысый хозяин дома. Его взгляд скользнул к оружию в руках гостя. – Зайдешь?

– Зайду, – кивнул мужчина в военной форме и поставил автомат возле порога.

Вытерев руки, перепачканные в земле, о штаны, он взглянул на свою обувь. Сморщившись, он стянул сапоги и оставил их за порогом.

– Как твоя семья, как дети? – спросил Абаз.

– Хорошо, – кивнул Вардан. – Все живы и здоровы, слава господу.

– А вот мои нет, – хриплым голосом произнес мужчина.

В коридоре показалось лицо перепуганной жены соседа.

– Скажи мне, – хриплым голосом произнес Абаз. – Как так получилось? Ко мне в дом вошли грузины и убили всех, а к тебе не зашли.

Вардан молча опустил взгляд.

– Может потому, что ты тоже грузин? – с каменным лицом произнес вернувшийся с войны мужчина. – Но ты ведь мой сосед, так? Наши дети играли с малолетства вместе. Мы с тобой выпили не один кувшин вина. Наши дети перед богом поклялись любить друг друга. Мы с тобой свадьбу на все село делали…

– Послушай, Абаз, у меня шестеро детей. У меня…

– Что ты делал, когда они пришли в мой дом и начали убивать мою мать, мою жену и моего сына? – оборвал его Абхаз. – Что ты делал?

Вардан стоял молча, уперев взгляд в пол.

– Если бы я вмешался – мою семью бы тоже убили, – попытался оправдаться он.

Абаз усмехнулся, погладил отросшую бороду и едва слышно прошептал:

– У меня есть то, за что можно умереть. За это не страшно отдать жизнь, с этим можно смотреть на могилы родителей, любимой и детей. Знаешь, что это, Вардан?

Грузин продолжал молча смотреть в пол, а Абаз попросил:

– Посмотри мне в глаза, Вардан! Ты мой родственник! Наши дети поклялись богу быть вместе!

Как только хозяин дома поднял глаза, Абаз повторил вопрос:

– Знаешь, что это?

– Если бы знал, то за моим домом тоже были бы могилы.

– Это честь, Вардан. Это честь и правда, которая всегда с тобой.

Абаз устало вздохнул и развернулся к выходу. Он спокойно натянул сапоги, подхватил автомат и замер.

– Прости, – услышал он голос соседа за спиной. – Прости, если когда-нибудь сможешь.

– Не прощу, – покачал головой в ответ вернувшийся с войны мужчина. – Никогда не прощу. До последнего вздоха помнить буду.

Несколько секунд тишины и до слуха Абаза, смотрящего на горную вершину, верхушка которой еще освещается закатом, донесся скрип двери, а затем щелчок замка.

– Никогда не прощу, – повторил абхаз, потерявший всю семью и передернул затвор автомата.

Резкий разворот и удар ногой вырывает хлипкий замок на двери. В коридоре виднеется перепуганное лицо соседа, но на глаза Абаза уже упала красная пелена. Он жмет на курок и выпускает три пули.

ТАХ-ТАХ-ТАХ

Две из них попадают в грудь, а одна в голову. Несколько шагов, поворот в комнату, в которой находится жена главы семьи с тремя детьми.

ТА-ТА-ТА-ТА-ТА…

Мужчина в военной форме идет от комнаты к комнате и не задумываясь стреляет во всех. Под ствол попало трое стариков, дети и жена его сына.

Без колебаний, четким движением отработанным во многих стычках, он расстрелял всех, в доме.

В коридоре за спиной мелькнула тень, и Абаз перекинул автомат, быстро развернувшись, и нажал на курок. Вот только вместо выстрелов и подстреленного ребенка он услышал щелчок. Ребенка спасло лишь то, что патроны кончились. Абаз устало опустил руки, вздохнул и, не произнеся ни слова, вышел из дома, где оставил кровавое побоище.

Руки налились свинцом, а кровавое безумие, устроенное в доме старого друга, отпечатками всплывало перед глазами. Автомат выпал из рук, но Абаз нагнулся и подхватил его за ремень. Так, таща его за собой, он дошел до своего дома. На заднем дворе, во мраке опустившейся ночи выкопанная им могила выглядела как пропасть.

Абаз уселся на колени у могилы, которую сделал для себя и без единого звука уставился на крестики, выдолбленные в кирпичах на стене.

Минут через десять, раздались тихие шаги. Но Абаз их уже не слушал. Он едва слышно что-то шептал. Шаги приближались и спустя минуту неизвестный оказался за спиной мужчины.

Это был мальчишка, лет двенадцати на вид, не больше. Он был именно той смазанной тенью, на которую у абхаза просто не хватило патронов. Парнишка держал в руках потасканый пистолет ТТ, дуло которого он прислонил к затылку убившего его семью человека.

– Я чувствую, как дрожат твои руки, – произнес Абаз. – Запомни раз и навсегда – никогда и никому не прощай крови родных. Никому и никогда. Кто бы это ни был, месть должна быть оплачена. Кровью.

Пистолет начал дрожать еще сильнее.

– Никому и ник…

БАХ

Выстрел оборвал вернувшегося с войны абхаза. Его голова дернулась, стена с высеченными крестами окрасилась кровью, а тело завалилось в вырытую могилу.

– Он пришел в себя, – раздался голос совсем рядом.

– Это невозможно…

– Всем выйти из палаты! – раздался властный мужской голос. – Это дело клана Темной воды!

Абаз с трудом разлепил веки и увидел перед собой округлое морщинистое лицо с узким разрезом глаз. Чужой язык резал слух, но он четко понимал, что ему говорят.

– Как тебя зовут? – спросил старик.

– Абаз… – прохрипел он и не узнал своего голоса.

– Забудь это имя. Теперь тебя зовут Накано…

НАЧАЛО ПРОДАЖ

– Сколько он уже так? – спросил Изукава девушку, приставленную наблюдать за Накано.

– С утра. Почти ничего не ел. Сразу пришел сюда.

Отец вернувшегося с того света парня оглядел сад камней. Его сын натянув на себя одни штаны, перехватил пару кусков хлеба с завтрака, запил чаем, и пришел босиком сюда. Он прошелся по тщательно выровненному песку и уселся у большого камня. Облокотившись на него спиной, Накано уставился на небольшой кусок бамбука, в который стекала вода.