Поступь вендетты: Шаг первый. Якудза

– А у нее есть варианты? – фыркнул Нобу. – Она не сделала это только потому, что хотела покончить жизнь самоубийством, когда ее прижали уголовники.

Парень крепко стиснул ладонями лицо и хорошенько растер щеки.

– Мне еще мертвой матери и сиротства не хватает.

– Ты уже что-то придумал за ночь?

– А что тут думать? Она признает меня главой рода, и мы официально оформляем мое досрочное совершеннолетие. Я вступаю в права наследования, раздаю долги и остаюсь с голой задницей и матерью, которая никогда в своей жизни не работала. И я не тешу себя иллюзией, что она вообще сможет работать. Работать и обеспечивать нас придется мне. Добавляем школу, додзё и способы возродить былое могущество. Мне забот на ближайшие десять лет и так хватит!

– А я?

– А еще мы с тобой! И с нашими возможностями тоже как-то надо разобраться. Ты не представляешь, в каком я восторге!

Под нудное ворчание Нобу они дошли до высокой, двухметровой каменной стены, которая отгораживала территорию додзё от квартала «Синей лисицы».

– Нобу что-то знал про додзё? – спросил Рим, когда они подошли к закрытым воротам, ведущим на территорию школы боевых искусств.

– Только то, что там тренируются душеловы, – пожал плечами парень. – А также, что душеловы – высокомерные ублюдки.

Оглянувшись, Нобу убедился, что никакого расписания или информационного стенда тут нет.

– Может быть, слишком рано, – пожал он плечами и на всякий случай дернул ручку массивной двери. – А может, и нет…

Дверь легко и совершенно беззвучно открылась, и его взгляду предстал пустой двор. Парень вошел во двор и оглянулся.

– Чистенько, но как-то простовато, – прокомментировал он вид сооружения, которое образовывало большое одноэтажное здание, стоявшее буквой «П».

Не успел он решить, в какой из трех входов ему необходимо, как из-за угла показался подросток в вычурном красном спортивном костюме, покрытом вышивками и отличительными знаками додзё.

– Вызов? – коротко спросил он, глядя на Нобу.

– Нет, я хотел узнать, как к вам попасть и начать обучение.

Незнакомый парень смерил его взглядом и, наклонив голову, спросил:

– Это шутка?

– Нет, я серьезно. Просто, нигде не указано, как попасть в…

– Ты понимаешь, куда пришел? – уточнил собеседник, не собираясь выслушивать объяснения. – Это додзё проповедует учение мастера Кусирано «Путь огненного кулака». И ты не знаешь, как сюда попадают?

– Я же говорю: информации о наборе учеников нигде нет, я поэтому и зашел спросить…

Собеседник сжал губы в тонкую полоску и указал на ворота.

– Пошел вон!

– Что? – нахмурился Нобу.

– Немедленно покинь стены этого додзё! – повторил парень с нажимом. – Для таких невежд есть спортивные клубы и школьные секции!

– Да что не так? – возмутился подросток. – Откуда я должен знать о ваших правилах, если о них нигде не написано!

– ПОШЕЛ ВОН! – рыкнул незнакомец и встал в боевую стойку.

– А не то – что? – уточнил Нобу и демонстративно нагнулся вперед, подставляя лицо.

Молниеносный удар ноги снизу вверх он заметил, но никогда не увернулся бы, если бы не ожидал такого примитивного хода. Откинувшись назад, он тут же крутанулся и, сделав удар по опорной ноге оппонента, отправил его на землю.

Тут же, по еще уличной привычке, он метнулся, намереваясь ударить в голову и закончить поединок и спор одновременно. Однако противник мгновенно перекатился в сторону и встал на ноги, после чего бросился в сторону Нобу.

Поставленные удары ногами и руками неизвестного парня сочетались с довольно нестандартными приемами и прыжками. Это все вкупе не давало шансов Нобу атаковать. Глухая оборона никогда не была сильной стороной парня даже в прошлом мире. Неподготовленное тело также сыграло свою роль, и он начал пропускать удары. Сначала в корпус, а затем и в голову. За пару минут боя он окончательно выдохся и едва мог держать руки. Понимая, что вариантов осталось немного, Нобу перехватил ногу, летевшую в грудь, и дернул противника на себя, тут же получив пару ударов по лицу.

Против ожидания сопротивления не стал от них закрываться и ударил головой в нос ученика. Пока тот ошарашено пытался понять, что происходит, Нобу уже прилип к нему как банный лист и, схватив руку, попытался изобразить болевой прием.

Неподготовленный к такому повороту, парень начал выворачиваться, и противники рухнули на землю.

– По какому праву ты… – кряхтел незнакомый ученик додзё, пытаясь выбраться из удушающего приема парня.

– Банальному! – рыкнул подросток, продолжая вести удушающий. – Ты на меня напал! Нападение на дворянина для простолюдина карается на усмотрение дворянина! А если ты такой же дворянин, то без предупреждения это можно расценивать как дуэль!

– Ах ты, мелкий ублю… – рыкнул парень, но, не договорив, вспыхнул ярким красным пламенем.

Огонь, ударил жгучей болью по рукам, и Нобу с воем отпустил противника, тут же откатившись в сторону.

– Ты, выродок собаки, решил, что можешь прийти в додзё «Огненного кулака», оскорбить его и выставить все как нападение?!! – рыкнул соперник и в два прыжка подскочил к нему, тут же начав наносить удары ногами по свернувшемуся калачиком парню. – Ты, ничтожный ублюдок, сдохнешь прямо здесь! Я не оставлю от тебя даже мокрого места!

Нобу успел заметить красную ящерицу у незнакомца на плече, а также легкое, едва заметное пламя вокруг него. Больше он ничего разглядеть не смог, так как едва успевал прикрыть голову руками от ударов соперника.

– Довольно! – послышался бас.

Незнакомец тут же прекратил бить Нобу и повернулся к воротам в додзё.

– Учитель!

– Что здесь происходит? Я ведь вышел буквально на час, а ты, Рикито, уже кого-то избиваешь.

– Учитель, этот… он пришел сюда и оскорбил наше додзё. Я попросил его покинуть эти стены, но он отказался. Мне пришлось применить силу…

– Оскорбил додзё?

– Я лишь хотел узнать, на каких условиях сюда принимают, – начал подниматься на ноги Нобу.

– Принимают? – уточнил мужчина с легкой сединой в волосах.

– Да, как-то же здесь появляются новые ученики, – пожал плечами парень.

– Даже самую противную ситуацию надо воспринимать как урок, – обратился учитель к ученику. – И твой нос тому явный пример!

– Да, учитель, – поклонился парень.

Мужчина отправился к зданию, ничего больше не став объяснять.

– Учитель, а что делать с…

Мастер обернулся, кивнул в сторону Нобу и коротко ответил:

– Убери отсюда мусор.

Парень повернулся к Нобу и растянул довольную улыбку.

– Ты слышал, что сказал мастер?

– Слышал, – кивнул Нобу. – Хорошо слышал. Я запомню.

* * *

– Это было глупо, – прокомментировал Рим выходку парня в местном додзё.

– Глупо? Ты рехнулся? Он же просто на меня кинулся!

– Ты его спровоцировал, – покачал головой инквизитор.

– Какая разница? Ты слышал этого мастера?

– Слышал, но ситуацию это не оправдывает. Это было излишнее насилие!

Нобу подходил к воротам школы, держа у уха разбитый телефон, чтобы не вызывать у прохожих недоумения. У ворот школы он заметил парочку прихвостней из шайки Мамото. Те пялились на него, но ничего так и не сказали.

– Шавки без вожака стаи боятся открыть рот, – усмехнулся парень, пройдя ворота.

– При чем тут шавки? Ты себя в зеркало видел?

– А что со мной не так? А… ну да, – кивнул парень и сплюнул кровавый сгусток. – Надо хотя бы лицо вымыть.

Отправившись к умывальникам, парень начал замечать, что на него пялятся все, а не только прихвостни Мамото.

– Я так хреново выгляжу?

– Не особо, но губы в кровь. Да и под глазом наливается хороший синяк.

– Прямо какая-то традиция, – недовольно проворчал парень.

Дойдя до умывальников, расположенных тут же на улице, он смыл кровь с лица и кое-как почистил одежду.

– Лучше? – поинтересовался Нобу.

– Не сильно, но теперь хотя бы видно, что ты пытался.

– Что-то мне подсказывает, что сегодня мне опять выскажут по поводу моего внешнего вида, – хмыкнул парень, направляясь в класс.

Высказывание оказалось пророческим, и у входа в кабинет его опять ожидала Суоку. Только вот в этот раз она не стала преграждать ему путь.

– Решил повторить свой успех? – фыркнула она, как только Нобу вошел. – Кто на этот раз попал под руку ужасного Хасимото?

– Додзё «Огненного кулака», – спокойно ответил парень и вошел в класс. Под взглядами одноклассников он прошел к месту, где сидел вчера и уставился на рыжеволосую Юри.

– Что? Это мое место… – произнесла она, но под тяжелым взглядом, втянула голову в плечи и, быстро собрав вещи, шмыгнула на бывшее место Нобу.

– Эй! Ты что себе позволяешь?! – подскочила к нему Суоку. – Это место всегда было местом Юри!

– Кто и когда выбирал место в классе? – спросил парень, бросив на парту свой портфель.

– Это была всеобщая договоренность!

– А где я был, когда об этом договаривались?

– Не знаю!

– В больнице он был, после очередной взбучки от Мамото! – крикнул кто-то из класса.

– А я не имею права выбирать место? – уточнил Нобу, сверля взглядом старосту. – Когда вообще мое мнение учитывалось в классе?

– Решения принимаются голосованием и… – попыталась возразить староста.

– И вы коллективно решили меня сделать дежурным на год, – перебил Нобу. – Единогласно причем. Если бы не замечания учителей, я и сейчас бы занимался уборкой.

Парень обвел взглядом класс, ловя взгляды одноклассников. Каждый, встречаясь с ним взглядом, отводил его, словно Каин лично обвинял каждого в этом классе.

– Я больше не притронусь к тряпке и швабре! Теперь это ваша обязанность.

– Это несправедливо! – возник Баку.

– А делать меня бессменным дежурным, по-вашему, справедливо? Вы же все прекрасно знали, что Мамото ждал, когда я остаюсь после уроков. Вы все знали, что мне было просто от него не сбежать.

В классе повисла тишина. Никто не хотел признаваться, что просьба Мамото, подкрепленная угрозами, совпадала с нежеланием убираться после уроков в классе. Всем было так удобнее и безопаснее.

– Дежурите теперь только вы, – безапелляционно заявил Нобу. – Кто и как – мне плевать. Если у кого-то есть возражения, которые он готов отстоять, – я готов к приватному общению.

В этот момент в кабинет вошел учитель. Ребята тут же подскочили со своих мест, а староста громко выкрикнула:

– Приветствуем учителя!

После чего все дети склонились в поклоне.

* * *

– Бред какой-то, – недовольно буркнул Нобу, отложив тетрадку, исписанную цифрами и формулами. – Неужели в пятнадцать лет здесь преподают настолько примитивные вещи?

– Думаю, для них это довольно серьезный уровень знаний, – предположил Рим. – К тому же вспомни, как сам учился. Тебе было легко?

Нобу вздохнул и взглянул на экран монитора.

Если бы кто-то видел со стороны, что происходит, то сильно бы удивился. Парень сидел в кресле перед компьютером. Правой рукой он держал ручку и выполнял домашнее задание. Левой же завладел Рим, держа через нее компьютерную мышь или нажимая нужные клавиши на клавиатуре.

– Да, мне было тяжело, но на таком примитиве нас не учили. Согласен, местные реалии заставляют детей учить бесполезные предметы, но…

– Ты смотришь слишком поверхностно. Эти «бесполезные» предметы формируют нравственную часть молодежи. Возьми ту же историю!

– История формирует патриотизм, – покачал головой Каин. – А патриотизм – это искалеченная точка зрения. Она изначально основана на утверждении «моя страна лучше других». То есть люди, родившиеся на территории моей страны, лучше других. Где тут логика?!!

– Хорошо, история не совсем удачный пример, – смутился паладин. – Но тут ты…

– Хватит, – вздохнул парень. – Наши диспуты ни к чему не приведут. Лучше скажи мне, что у тебя с охраной школы?

– Тут все не так просто, – признался Рим. – Нужно долго изучать. Несмотря на то что код примитивный, я не могу с ходу в нем разобраться. Мне нужно время.

– У нас нет времени, – недовольно буркнул Нобу. – Совсем нет.

– Тогда надо придумать другой вариант.

– А какой вариант еще придумать? Нам нужны камеры и… – тут Нобу запнулся и уставился на свой телефон. – Погоди-ка… нам ведь подойдет любая камера. Так?

– Так.

– А на что, по-твоему, сняты все эти ролики в местном аналоге глобальной сети?

– На камеры?

– А в чем эти камеры?

Паладин проследил за взглядом парня и покачал головой.

– Мы, видимо, слишком привыкли к нашим технологиям, так что не видим под носом ответа на вопросы.

* * *

Женщина мутным взглядом смотрела на пустую бутылку с вином. Рядом были стопки бумаг, среди которых была официальная бумага о времени и дате принятия единственного сына совершеннолетним наследником.

Хитоми вздохнула и устало откинулась назад, упав спиной на пол. Обреченно рассматривая потолок, она не могла поверить, что все так обернется. В памяти крутились моменты из детства, когда она нянчила брата. Как с ним играла и вместе ходила в школу. Родной человек, с которым выросла, в один миг разрушил целый мир внутри головы беспечной женщины.

Звезды сошлись в момент, когда Хитоми познакомилась со своим женихом. Тогда она еще не знала о нем ничего, кроме того, что он не японец. Короткие свидания, парочка попыток с его стороны познакомиться поближе. А через полгода, когда девушка скрепя сердце готовилась к знакомству со своим женихом, она уже была готова бросить все. Бросить и убежать к Бохаю. К тому странному парню, так похожему на тайца. И как разверзлись небеса, когда она обнаружила его в костюме, представленным в качестве ее жениха. Добрая улыбка, легкое подмигивание и теплые ночи напролет в обнимку.

Мысли резко вывернули в другую сторону. Совсем недавно, буквально пару месяцев назад, женщина лежала в ногах у своего брата. Человека, убившего ее мужа, любовь и целый мир. Хитоми не знала, зачем это было сделано. Она не понимала, что происходит, но факт оставался фактом. Ее муж после долгого разговора на повышенных тонах с отцом в кабинете вышел в крови. А через неделю пришел ее брат и после такого же сложного разговора в несколько часов оставил в доме труп мужа.

И женщина, всю свою жизнь находящаяся в тепличных условиях счастья и благополучия, осталась одна. Одна, с кровью отца и мужа на полу в дальнем кабинете.

И вот пару месяцев назад она оказалась в ногах у своего брата с просьбой не выселять их из квартала.

– Это решенный вопрос, – холодно ответил брат, даже не оторвав взгляда от документов.

Этот вопрос тогда оборвал последнюю надежду, и женщина окончательно перестала верить. Перестала верить в свою семью, в своего брата, в справедливость и честь клана «Синяя лисица». В тот день она впервые напилась, а зашедший поговорить представитель якудза… Да, это была ошибка, но, видимо, женщина уже не смогла, а быть может, просто не захотела игнорировать намеки этого человека.

Наутро было стыдно, но как бы это глупо ни казалось – стало легче. А еще стало гораздо легче, когда Нобу вернулся. Поначалу, когда он исчез, Хитоми взбеленилась и боялась самого худшего. Она решила, что брат пошел на необдуманный поступок. Но сын вернулся. И вернулся другим человеком. Хитоми не хотела выяснять, где он был. Ей было все равно, что случилось за эти несколько суток. Главное, что он вернулся.

И вроде бы все как всегда – он все еще приходил с разбитым лицом из школы, но теперь он приходил с прямой спиной и поднятым подбородком, как подобает члену древнего рода.

Когда он впервые заговорил о признании его совершеннолетним, она испугалась, но чем больше говорил, чем больше рассуждал о бумагах и вариантах выхода из ситуации, тем больше он был похож на спокойного и рассудительного мужа. В его словах не было уговоров, не было давления. Только сухие факты и линейное рассуждение. Так делал его отец, когда пытался добиться нужного решения. И это ее подкупило. Женщина, не державшая в своих руках ни одной крупицы власти, с плохо скрываемым облегчением отдала бразды правления мужчине, в которого поверила.

Хитоми растаяла. Растаяла от воспоминаний и тембра мужского голоса, который, несмотря на юный возраст, начал приобретать грубые, но такие родные нотки Бохая. Парень совсем недавно не разговаривал с ней и прятался в комнате, даже на ужин не выходил. А сейчас он просто, доходчиво разложил ситуацию и потребовал права самому решать проблемы.

И это было словно манна небесная. Словно рядом появилась тень Бохая и положила руку на плечо, успокаивая и поддерживая. Именно поэтому у Хитоми даже не возникло мысли сопротивляться или как-то оспорить решение сына.

Женщина поднялась с пола и подхватила пустую бутылку. Отнеся ее на кухню, выкинула в мусорку, после чего подошла к двери в комнату Нобу. За ней слышались щелчки и стук клавиатуры. Она слегка приоткрыла дверь и обнаружила парня.

Вот только вместо напряженной игры, на его экране были непонятные строчки на темном фоне, а сам парень… спал.

Он откинулся в кресле и беспечно храпел, но его руки, словно подчиняясь чужой воле, выбивали код на клавиатуре, изредка передвигая мышку и что-то корректируя.

Женщина впала в ступор и сделала шаг назад. Встряхнув головой, она прикрыла дверь и пробормотала себе под нос:

– Хватит… вино плохо на меня влияет…

* * *

Нобу уже переоделся и умылся, собираясь позавтракать, но, войдя на кухню, он обнаружил мать, сидевшую на стуле со стаканом воды. Она подняла взгляд на сына.

– Нобу… я…

Парень потер кулаком глаза и сморщился от боли, которую давал синяк под глазом.

– Я хотела спросить, чем я могу помочь?

– Свари кофе, – буркнул Нобу, усаживаясь за стол.

– Я не об этом, я о том, что ты собрался делать, когда…

– Все, что будет необходимо, я сделаю сам, – отрезал парень. – Если ситуация будет безвыходной – обязательно привлеку тебя.

– Я просто хотела… помочь, – растерянно произнесла Хитоми.

Парень вздохнул и взглянул на мать.

– Если ты действительно хочешь помочь, свари мне кофе. У меня сегодня трудный день, – потер он синяк. – Хотя… Кое-что ты для меня можешь сделать. Мне нужна информация.

– Какая информация? – смутилась женщина.

– Для начала ответ на вопрос: как попадают в обучение в додзё?

* * *

– Ну и кто знал, что в додзё принимают только после личного приема у старшего мастера? – фыркнул Нобу, держа у уха телефон. – Этого нигде не написано. Да и зачем это все?

– Только мастер решает, кого и как он будет обучать, – безразлично ответил Рим. – Незнание подобного можно рассматривать как оскорбление мастера.

– Бред, – фыркнул Нобу, вышагивая по перрону электрички. – Это было трудно сказать? Или хотя бы где-то написать?

– Ты когда в туалет зашел, ты же догадался, что сидушку надо опустить?

– Это другое…

Паладин вздохнул и покачал головой.

– Ты неисправим.

– Куда уж мне, – фыркнул Нобу. – Ты лучше мне скажи – у тебя получилось или нет?

– Нет.

– В смысле? Ты не смог написать примитивную программу, чтобы запись на телефоне включалась дистанционно? – возмутился мальчишка.

– Написать я ее написал, но тут загвоздка технического плана, – спокойно ответил паладин. – У тебя в телефоне нет сенсоров и датчиков, чтобы как-то через них активировать запись. Единственные датчики в твоем телефоне – это акселерометр и тачскрин твоего пальца.

– И что ты предлагаешь?

– Я? Ничего. Я довожу до тебя суть проблемы. Проблему решать тебе, – хмыкнул Рим. – Мы не можем взять и включить запись на расстоянии.

– Тогда надо взломать сервер, – кивнул Нобу. – Я уверен, что серверная находится на территории школы. Находим, взламываем, уносим все носители и…

– Ты с ума сошел? – возмутился Рим. – Ты в новом теле, за тобой ни одного греха, кроме драки. И ты снова решил пойти по наклонной?

Нобу остановился и, не отпуская руку с телефоном, взглянул в рассерженное лицо инквизитора.

– Ты сейчас серьезно? Грехи? – сморщился Нобу. – Вот грехи меня волнуют в последнюю очередь.

– Каин, ты, как законченный идиот, собираешься второй раз наступить на те же грабли и…

– Успокойся, – фыркнул парень. – Я не настолько кретин. К тому же здесь можно получить за это реальный срок. Это была шутка, если ты не понял, но главный момент я уловил. Тебя коробят мои методы.

– Твои методы в прошлом унесли тысячи жизней, – напомнил Рим. – Поэтому мне трудно воспринимать твои методики хоть сколь-нибудь адекватно.

– Хорошо. Давай думать. Поставить на запись телефон и привести в нужную точку Мамото с дружками я могу, но сколько будет длиться запись – непонятно.

– Твой телефон не сможет записать больше, чем один час, – напомнил Рим. – Просто не хватит объема памяти.

– А если установить в него дополнительную?

– Ну, максимум два часа. Можно поколдовать с настройками, снизить качество и получить еще полчаса.

– Плохо, – недовольно буркнул Нобу. – Вообще идея со стационарной камерой очень хлипкая. Надо что-то придумать.

– Если стационарная камера не подходит, то, может, подойдет передвижная?

– Ты про что?

– Я видел рекламу дронов. Небольших летательных аппаратов, способных снимать видео.

– И ты молчал?

– Тут есть проблема, – тут же остановил его старый друг. – Стоимость у них безумная!

– Насколько безумная?

– Твоих денег на завтраки точно не хватит.

– Передвижная камера, значит, – задумчиво произнес Нобу, подняв голову к табло расписания электричек.

– Ты странно улыбаешься, – произнес Рим. – Что-то придумал?

– Есть одна мысль, – кивнул парень и повернулся к прибывающему поезду. – Нам пора.

Как только он остановился и двери раскрылись, он обнаружил перед собой ту самую странную женщину. Она встретила его с доброй улыбкой, словно это была его родная бабушка. Понимая, что сидячих мест в вагоне больше нет, а рядом со старой женщиной никого не было, Нобу демонстративно положил трубку и, вздохнув, сел рядом с безумицей.

– Как поживает твой енотик? – спросила она, как только Нобу сел рядом.

– Неплохо, только толку от него мало, – хмыкнул парень, глядя на Рима.

– Главное не польза, а отсутствие неприятностей, – авторитетно заявила бабуля и указала пальцем на инквизитора. – А ему не жарко в таких латах?

Нобу с каменной маской повернулся к старушке и спросил:

– Каких латах?

– В этих, – с улыбкой произнесла старушка и указала на Рима.

– Ах, этих, – растянул на лице улыбку Нобу. – Это не латы. Это композитный доспех.

Парень скосил взгляд и заметил, что под соседним сиденьем мелькнул полосатый хвост.

– Композитный доспех, – авторитетно кивнула старушка. – Я запомню.

– Эй, парень, – услышал шепот чуть в стороне Нобу. Повернувшись, он обнаружил мужчину в дешевом костюме. Такие носят средней руки менеджеры в офисах. – Оставь ее. Она сумасшедшая.

Нобу повернулся к мужчине и спокойно кивнул, но тут же услышал шепот от старушки.

– Не обращай внимания! Они тут все сумасшедшие!

* * *

Нобу стоял на крыше школы и рассматривал кучки ребят, рассыпавшихся по своим клубам. Взгляд его иногда задерживался на коротеньких шортах девчонок из волейбольного клуба, а иногда останавливался на троице прихвостней Мамото.

– Он еще не появлялся в школе? – спросил он Рима, стоявшего за спиной.

– Нет.

– А тот… Как его?

– Кубо?

– Да. Этот Кубо, он где?

– В малом спортивном зале. Вроде как занимается бегом в группе.

– Клуб. Они называют это клубом. Значит он бегун, – усмехнулся парень. – Странно, что он попадается Мамото.

– Ты прекрасно знаешь, что подстроить ловушку – много ума не надо.

– Много ума не надо, – эхом повторил Нобу. – Пойдем. Надо с ним поговорить.

– С чего ты вообще взял, что он будет нам помогать?

– С того, что он также получал по голове, не хуже меня. Разве что сбегал почаще. Поверь, у него есть причины, чтобы отомстить Мамото.

– Враг моего врага – мой друг?

– В точку, – кивнул парень и отправился по лестнице вниз.

Парень быстрым шагом прошелся по коридору и уже собирался спуститься по основной лестнице, как его окликнула староста.

– Нобу! Ты мне нужен!

Парень на пару секунд остановился и оглянулся на девушку.

– Суоку! А ты мне нет!

После этого он продолжил свой путь.

– Нобу Хасимото! Нам нужно поговорить! – крикнула она вслед.

Парень вздохнул и отправился обратно.

– О чем нам нужно поговорить, староста? – спросил он, подойдя к ней.

Девушка оказалась одна в классе. Она кивнула ему, приглашая внутрь, и, когда парень вошел, закрыла дверь.

– Во-первых, я рада, что сегодня ты пришел как полагается ученику нашей школы. Во-вторых, я прошу прощения, – девушка подхватила листок со стола и с глубоким поклоном протянула его парню на вытянутых руках. – Прости, что оскорбила честь твоего рода!

Нобу хмыкнул и, взяв бумагу, пробежался глазами по ее содержимому.