Янтарный свет: …Право…

Глава 4

– П-п-привет, – заикаясь, произнесла девушка, подошедшая к Нами, которая закончила плетение и заставила небольшой цветок скукожиться и покрыться плесенью.

Нами перевела взгляд на неё и, оглядев с ног до головы, ответила:

– Привет.

Незнакомка так же, как и Нами, занималась с ней на стихийном занятии для тёмных. Невысокая, с достаточно большой грудью, рыжими волосами и веснушками на лице.

– Я… Я хотела спросить…

Нами огляделась и заметила, что на них поглядывают другие девчонки из тёмных. Это было достаточно странно, учитывая, что её старались обходить стороной и не общаться.

– Что?

– Мне нужна помощь, – выдавила та и, собравшись с духом, добавила: – Ко мне… Один парень из светлых очень настойчив, и я никак не могу от него отвязаться. Не могла бы ты попросить своего парня…

– Ари – мой, – отрезала Нами стальным тоном.

– Нет-нет… Я хотела попросить поносить мою нашивку. Хотя бы на время.

Бывшая рабыня опустила взгляд и обнаружила в руке девушке скомканную нашивку.

– Просто поносить нашивку?

– П-просто поносить. Хотя бы недельку.

Нами вздохнула и взяла кусочек ткани из её рук.

– Может, лучше с ним поговорить? – глядя на девушку, спросила она.

– Он из знатного рода и… Может затаить обиду. Лучше так.

Нами спрятала нашивку и задумчиво спросила:

– А почему он тебе не нравится? Всё же противоположная стихия. Закидоны благородных можно потерпеть.

– Те… Те девушки, что с ним были. Они говорят, что он… Ну, во время встреч он делает больно. Очень.

– Хм… А других вариантов…

Девушка смутилась и осторожно приподняла руку, продемонстрировав внутри рукава нашивку. Нами нагнула голову и с удивлением узнала в ней знак Снека.

– А почему в рукаве?

– Потому… потому что у него проблемы из-за нашего количества. На него уже наложили печать бесплодия. Мы стараемся не афишировать нашу связь.

Нами нахмурилась и обвела взглядом девчонок, которые поглядывали на них.

– Стесняюсь спросить, а сколько… сколько вас с такими нашивками?

– Среди тёмных – одиннадцать.

– То есть среди других факультетов…

– Да, но точное число я не знаю.

Нами удивлённо взглянула на девушку, а потом спросила:

– И он… успевает со всеми?

– Да. У него отлично получается, – покраснев, ответила рыженькая.

В этот момент в двери появился Снек. Он с улыбкой обвёл зал и махнул рукой.

– Легок на помине, – хмыкнула та.

Девушки переглянулись и направились к нему, однако он поднял руку и указал на горшки с растениями.

– Кто не закончил работу – остаётся!

Нами на такое самоуправство возмутилась и взглянула на преподавателя. Кельт наблюдал за разочарованными девушками с легкой улыбкой и наклонённой на бок головой и никоим образом не замечал, что вокруг Снека уже собралась группа девушек и, что-то весело шепча и хихикая, принялись прижиматься к нему.

– П-п-прости, – растерянно произнесла рыженькая и оглянулась на свой горшок. – Мне надо срочно закончить.

Проводив её взглядом, задумчивая Нами взглянула на свой цветок и произнесла:

– Нет, чисто физически… Как он успевает их всех…

Шари была особенной.

Да, грудь четвёртого размера, да четко выраженная талия и подтянутые ягодицы делали её достаточно приметной особой. Однако, особенность её была далеко не в этом.

Всё дело было в её требовательности. Девушка, несмотря на то, что пользовалась популярностью среди сокурсников, до сих пор не носила ни одной нашивки.

Шари из рода Хемс очень тщательно выбирала партнёра и основным критерием для нее был, как ни странно, не объем силы спутника. Девушка искренне считала, что её партнёр должен быть лучшим. Или, по крайней мере, стремиться быть лучшим.

Что происходило в голове у девушки, мало кто понимал. Да, ей предлагали нашивки члены знатных родов, да, шли на любые уступки в договоре, но несмотря ни на что, девушка отказывала, ища своего единственного спутника, которого, без сомнений, уже представляла как законного супруга.

Про Шари ходило много слухов. От «она предпочитает девочек» до «Она мужчина!». Однако все эти слухи не имели обоснования и зачастую распускались теми, кто получил отказ от пышногрудой блондинки.

За два года обучения девушка так и не встретила того, кто подходил бы под её весьма смутные представления «спутника». Девушка продолжала обучение, стараясь не обращать внимание, что её резерв перестал расти, в отличие от её сокурсниц.

– Мисс, – раздался голос Гюша, от которого девушка, шедшая в сторону своей комнаты, шарахнулась в сторону. – Не бойтесь, мисс.

Из тени, выпрямив спину и расправив плечи, вышел маг теней.

– Что… кто вы и что вам от меня надо?

– Простите, – расплылся в улыбке маг. – Меня зовут Гюш. Я такой же студент, как и вы, только мой путь обучения лишь начался.

Шари одёрнула мантию, выпрямилась и слегка склонила голову.

– Рада с вами познакомиться. Шари из рода Хемс. Что вам понадобилось от меня?

– Дело в том, что мы поступили на обучение… довольно необычным путем, – хмыкнул маг теней. – И нас распределили в специализированную отдельную группу.

– Вы… вы из той спецгруппы?

– Да, но суть проблемы не в этом, – вздохнул Гюш. – Всё дело в том, что я наблюдаю за вами уже не первый день.

– С какой целью? – прищурилась Шали.

– Дело в том, что я знаком с техниками чтения мыслей… Не смотрите так. Всего лишь на поверхностном уровне, – признался профессиональный убийца. – Стоит вам сосредоточиться, и моих навыков уже не хватит, чтобы понять: злитесь вы или боитесь. Про мысли и речи нет.

Девушка хмыкнула и оглядела мага с ног до головы оценивающим взглядом. Гюш же преклонил колено, отвел правую руку назад, а левую с чёрной нашивкой протянул ей.

– Предлагаете мне стать вашей спутницей? – хмыкнула Шари. – Увы, я вынуждена вам отказать…

– Отказать лучшему убийце на континенте? – с улыбкой спросил Гюш. – Меня знают здесь под именем «Последняя тень» или «Дыхание смерти».

Девушка тут же переменилась в лице и по-новому взглянула на незнакомца.

– Вы и есть «Последняя тень»?

– Он самый.

– Но что тогда вы тут…

– Это очень долгая и запутанная история, – не меняя позы произнёс маг теней. – Я обязательно её вам расскажу, если на то будет ваша воля.

Девушка приняла нашивку и обнаружила, что на чёрном фоне, стоило ей прикоснуться к ней, открылось с десяток мелких глаз, которые тут же начали вращать зрачками, и спустя пару секунд сфокусировались на ней.

Шари глубоко вздохнула и подняла взгляд на Гюша.

– У меня с собой нет нашивки. Она у меня в комнате. Сопроводите меня?

– Конечно, – улыбнулся Гюш.

Девушка прошла по коридору, нарочно покачивая бёдрами, от которых первый десяток шагов маг теней не мог отвести взгляда. Дойдя до комнаты девушки, он чуть в неё не врезался.

– Моя комната, – открыла дверь Шари. – Прошу…

– Спасибо, – с улыбкой ответил Гюш и вошёл внутрь. – А у вас довольно мило…

Гюш оглядел большую двуспальную кровать, массивный шкаф, полки с книгами и прикроватную тумбу.

– Не имею привычки к роскоши, – послышался голос девушки, после чего раздался щелчок от замка на двери.

Гюш обернулся и тут же оказался прижат к стене пышной женской грудью. Девушка не сдерживалась и придавила мага теней со всей силы.

– Настоящий, лучший убийца на континенте… Это правда?

Гюш в один миг исчез в тени. Шари от неожиданности припала к стене лицом, но тут же почувствовала, что её сзади прижал Гюш.

– Самая чистая правда… – прошептала он ей на ухо.

Вспышка!

Девушка выдала импульс, выскользнула из захвата мага теней и метнулась к нему, но того уже и след простыл. Тень исчезла, а в следующий миг она почувствовала, что её кто-то дёрнул за руку в сторону постели.

Руди с сияющей улыбкой складывал стопками монеты. Казалось, он должен засветиться от счастья.

– Руди, об этом, конечно, не написано в уставе оплота, но… – начала Улья. – Нам может за это попасть.

– Опять в карцер? – хмыкнул воришка. – Я не против. Тем более, я так понял, тебе там понравилось.

– С чего это?!! – возмутилась Улья.

– Ну, хотя бы с того, что за три дня в карцере мы занимались этим шесть раз. А за две недели прогулок ни разу.

– Там делать было нечего, – буркнула покрасневшая Улья.

– Да, таракан быстро смылся, – вздохнул Руди и тут же подскочил. – Слушай! Надо поймать бабочку в банку на всякий случай! Вдруг загремим?

– Почему бабочку?

– Ну, красиво, и не сбежит. Окон в карцере нет.

– Если она начнет летать с той же скоростью, что таракан, то смысла в этом никакого, – хмыкнула Улья. – И вообще, свиней ты жалел, а почему не жалеешь насекомых?

– Ну, если честно, я немного их недолюбливаю, – признался Руди. – Все эти вот ножки, усики… Брр-р-р-р.

– А кто-то свиней недолюбливает, – с прищуром произнесла девушка. – И вообще, почему насекомые? Почему не мышь или крыса? Может, ворону хотя бы возьмём.

Руди вздохнул и перевёл взгляд на горку монет.

– Нет. У них есть кровь и… как-то… мне не по себе… – Руди прикинул количество монет на столе и почесал голову. – Нет, тотализатор, в принципе, удался, но может ты и права. Нас за это могут прижать. Если узнают, конечно.

– А как ты столько заработал? – нахмурилась Улья. – Все поначалу ставили на Ари и Нами.

– Просто выставил коэффициент, – хмыкнул Руди. – Говорил всем, что на наших ставка один к десяти. Вот все и думали, что большинство ставит на этих двух выскочек.

– Это же ложь!

– Это хитрость, – улыбнулся воришка. – Но справедливости ради, пришлось выплатить почти половину самым настойчивым.

Руди расставил последнюю стопку и довольно потёр руки.

– Слушай, а что ты будешь делать с этими деньгами?

– Не знаю, – пожал плечами начинающий целитель. – Ещё не придумал. Часть раздам в нищих кварталах. Ещё может прикуплю тебе какое-нибудь шикарное платье.

– Мне не нужно платье, – смутилась Улья.

– Всем девушкам нужны платья! – безапелляционно заявил воришка и, немного подумав, добавил: – Кстати, надо будет заказать драконьего тысячелистника.

– Зачем?

– С ним твой шрам зарастёт намного быстрее, – пожал плечами парень.

– Тебе он так не нравится?

– Нет, мне на него плевать, – отмахнулся Руди. – Просто ты продолжаешь закрывать этот шрам волосами.

Улья несколько секунд молчала, после чего поправила чёлку, полностью открыв свое лицо.

– А если так.

– Так гораздо лучше, – кивнул воришка и вздохнул. – Жаль, что мы не в карцере.

– Почему?

– Ну, тогда можно было бы к тебе приставать, не опасаясь, что ты снова сбежишь, – усмехнулся Руди.

– Пошляк, – фыркнула начинающая некромантка. – И карцер тут ни причём.

– То есть можно приставать? – с хитрой улыбкой спросил воришка и подался вперед.

Не успела Улья ответить, как дверь раскрылась, и на пороге показался Гюш.

Маг теней был в порванной мантии, с взлохмаченной шевелюрой и огромными царапинами, перечёркивающими всё лицо. Он сделал несколько шагов в зал их небольшого уютного домика, при этом подволакивал правую ногу.

– Только не говори, что ты её изнасиловал, – улыбаясь до ушей, заинтересовался Руди.

– Я… я не уверен, – пробормотал Гюш и с офигевшими глазами взглянул на воришку. – По-моему, она меня…

– Итак, – вздохнул Главная рука оплота и обвёл взглядом собравшиеся Старшие руки. – Все понимают, зачем я вас сюда собрал?

– Судя по лицам собравшихся, подозрения есть только у нашей Старшей руки алхимии, – хмыкнула Маргарет.

– Для начала – разбор полётов, – вздохнул ректор и перевёл взгляд на Варуса. – Расскажите нам, пожалуйста, как так вышло, что вы умудрились прославиться со своей «светящейся колбой».

– Кхэм, – кашлянул зельевар и спокойным тоном ответил: – Во время внеурочной работы мой ученик изучал… Одно зелье. И получил неожиданный эффект. Тот же, что получил и я, когда испробовал это зелье.

– То есть колба была не одна? – с улыбкой до ушей поинтересовался Жагой.

– Нет. Колба… это моё решение проблемы. Вернее временное решение, чтобы достичь точки, где можно эту проблему решить, – смутившись, ответил алхимик.

– Я не против вашего обучения одного из спецгруппы зельеварению, – вздохнул Хорт. – Но надо решать проблему внутри стен оплота, а не выходить с колбой на… на… В общем, все побочные эффекты надо купировать в стенах оплота.

– Предлагаете мне везти проституток сюда? – вскинул брови Варус.

– Нет! Придумайте что-нибудь, антидот или ещё чего, – взмахнул рукой ректор. – Мне еще проституток в оплоте не хватало! У меня и так проблем выше крыши!

– А кого тогда прикажете… кхэм… Использовать.

– Руку! – рыкнул Хорт.

– Мне не двенадцать лет, чтобы…

– Вы лучший зельевар Драккара. Если вы умудрились получить такой побочный эффект и не можете его купировать – будьте добры исправляйте всё своими руками!

Варус насупился, а Главная рука перевёл взгляд на Кельта.

– Так. Теперь вы!

– Я своё достоинство сую только в физиологические отверстия, – с усмешкой ответил Старшая рука тьмы.

– Гюш. Я про этого мага теней.

– Жалоб на него не было, – хмыкнул Кельт. – Хотя да, своими наработками он делится неохотно.

– Я про жалобы от соседей одной известной нам ученицы. Шари из Хемсов завела моду приглашать к себе этого ученика и… – тут Хорт взглянул на Церебру. – Я даже не уверен, чем они там занимаются. Но грохот стоит такой, что всё общежитие стоит на ушах.

– У Шари появилась нашивка, – заметила старшая рука света. – И судя по тому, что её резерв начал резко расти, думаю, они там…

– Чтобы подобных жалоб я не слышал! – отрезал Хорт. – Пусть проводят свои «процедуры» в тренировочной комнате или на арене.

– Это публичное место, – возразила Церебра.

– Если они не смущаются от того, что всё общежитие стоит на ушах, то и прилюдных процедур на вряд ли станут смущаться, – отрезал ректор. – Делайте что хотите, но чтобы жалоб от студентов я не слышал.

Кельт с Цереброй переглянулись и неохотно кивнули.

– Так. Теперь я хочу поговорить об очередном происшествии, – начал массировать виски Главная рука. – Первое – кто устроил тотализатор на дуэли?

Преподаватели переглянулись и остановили взгляды на Эмиле.

– Что? – возмутился он. – Да, я участвовал. Да, выиграл, но я не организовывал!

– Я не сомневаюсь в том, что вам не пришло это в голову, – вздохнул Хорт. – Я имею в виду вашего ученика.

– Руди? – задумчиво уточнил Старшая рука жизни.

– Да. У меня пока нет доказательств, но если я их обнаружу, то потребую от вас соответствующего наказания.

– Как только появятся доказательство – тут же, – закивал головой целитель. – Это даже не обсуждается. Такое провернуть…

– И сам ведь участвовал, – фыркнул Старшая рука земли.

– Второе происшествие, – вздохнул Хорт и взглянул на Маргарет.

– Таракан, – кивнула Старшая рука смерти. – Это… не совсем проблема, но…

– Причем тут таракан? – спросил Старшая рука ветра.

– После тренировок на нём Руди и Ульи, этот мелкий пакостник перестал дохнуть, – пояснила Маргарет. – Его бесполезно травить, жечь, топить в кислоте и… мне кажется, он стал бессмертным.

– Что за чушь? – хмыкнул Кельт.

– Чушь или нет, но я не смогла его уничтожить. Более того, эта букашка стала всеядной и жутко наглой. Она спокойно разгуливает по оплоту и может легко залезть на кухонный стол во время обеда.

– Он размножается? – нахмурился Эмиль.

– Нет. Я проверила – половые железы у него атрофировались. Однако уже есть парочка жалоб от студентов на наглого таракана. Что делать с этой зверюшкой – ума не приложу. Вроде, не вредит, а с другой стороны… кто знает, чем это закончится?

– А поймать?

– Я так и не поняла, как он это делает, но он постоянно ускользает. Даже из рунической посуды.

– Знаете, – с улыбкой произнесла Церебра. – Если у нашей Старшей руки смерти не получилось его убить, то возможно… И не стоит его убивать?

– А что вы предлагаете? – хмуро взглянул на неё Хорт.

– Я предлагаю дать имя этому таракану, выделить должность… «Бессмертной букашки оплота» и сделать своего рода талисманом. Пусть его пробуют убить студенты. Будет своего рода легенда оплота.

– А что, – хмыкнул Зик. – Мне нравится. Зачем бороться с тем, что не можешь уничтожить? Пусть будет легендой.

Главная рука оплота вздохнул, махнул рукой и достал письмо с гербом правящего рода Дракара.

– С тараканом разобрались. Теперь собственно причина, почему я вас собрал.

Ректор вытащил письмо и положил на стол перед остальными.

– Это указ нашего короля.

– Неужели он всё же решился? – вытянул шею Кельт.

– Да. Это указ о подготовке команды для участия в турнире «Сияющей звезды».

– Дерьмовая затея, – буркнула Маргарет. – Мы не участвовали в этом мероприятии больше двадцати лет. Я уверена, что и правила там изменят. Свадийцы не потерпят нашего присутствия.

– Как только они узнают о нашем участии, они по пути попытаются угробить команду, – кивнул Жагой.

– Приказы правителя Дракара не обсуждаются, – устало ответил Главная рука. – С каждого по участнику!

– Гош, я всё понимаю, но из двух раз мы оба раза занимались этим в лаборатории, – произнесла Зайра, входя вслед за паладином в дверь.

– Кхэм, – кашлянул тот. – Я вообще-то позвал тебя для подтверждения одного явления.

Зайра расстроено вздохнула и спросила:

– И какого же?

Гош прошел в лабораторию и, подойдя к шкафу, достал из него приготовленные травы.

– Когда я в прошлый раз готовил зелье, помнишь, еще мы…

– Такое забудешь. Он светился как королевский скипетр во время коронации, – хмыкнула девушка, усевшись на один из свободных столов.

– Да. Так вот. Я выполнял рецепт в точности. И получил… такой эффект. Я пытался его повторить много раз, но такого эффекта не было. Я так и не смог найти причину, поэтому пошёл с образцами зелья к Варусу.

Паладин поставил на огненную руну кастрюлю с водой и закинул туда травы.

– Он понял, где ты ошибся? – спросила Зайра, разглядывая приготовления паладина.

– Да, но поначалу нет, – хмыкнул паладин и отправился к шкафу, из которого достал минерал и кость. – Ни по вкусу, ни по цвету, ни по запаху они не отличались. Он был уверен, что рецептура выдержана полностью.

Гош аккуратно снял мантию и повесил ее на отдельный крючок, чтобы не испачкать. После этого он засыпал минерал в ступку и принялся его растирать.

– Получается, что ты не ошибся? – спросила девушка, разглядывая спину своего партнера в рубашке, под которой бугрились мышцы.

– Нет. Рецептура была точной, и технологию я выдержал, но Варус напомнил мне об основах. В наставлениях, еще с первых уроков, говорится, что варящий зелье с использованием магии должен находиться в душевном равновесии. Учитель назвал этот эффект «Отражением творящего».

Гош закончил с минералом и принялся растирать кость.

– Если варящий зелье разумом не спокоен и занят мыслями о другом, это может отразиться на зелье. Причем самым невоо… – тут Гош застыл, вспоминая незнакомое слово, но затем сплюнул и продолжил растирать кость. – В общем, любым образом.

Он засыпал минерал и кость в закипевший отвар и, подержав несколько минут, снял с огня.

– Вот я и решил попробовать повторить эффект.

– А чем же был занят твой разум?

Гош вздохнул и не оборачиваясь к Зайре налил в колбу зелье. Встряхнув его и взглянув на свет, он признался:

– Вообще-то мой разум был занят тобой.

Паладин обернулся и обнаружил перед собой обнажённую девушку, которая уже успела полностью раздеться и аккуратно сложить вещи на столе.

– Что? – спросила она, приподняв брови.

Девушка сложила руки за спиной, выгнула спину, отчего её грудь показалась еще выше, после чего сделала шаг вперед.