Виртуальные встречи. Ладога

6. Рюрик

Происхождение Рюрика до сих пор вызывает споры в среде историков. Современник Петра Великого и участник Полтавской битвы, определившей победу в Двадцатилетней войне в 1709 г., В. Н. Татищев был разносторонний ученый. Владея десятком иностранных языков, он имел возможность поработать в европейских библиотеках и утверждал происхождение Рюрика от варяжского князя и дочери Гостомысла. Вполне вероятно, что, называя себя «историописатель», Татищев вызвал сомнение в достоверности материалов о Рюрике. Замечательный историк, профессор Московского университета С. М. Соловьев выступил в защиту Татищева как историка и засвидетельствовал достоверность популярных Иоакимовской и Никоновской летописи, поскольку некоторые археологические данные подтверждают сведения, полученные из этих летописей. Спустя столетие Соловьева поддержал академик В. Л. Янин, специалист по берестяным грамотам и истории Новгорода: «…наличие в повести отдельных реалистических деталей, находящих археологическое подтверждение, позволяет считать, что ее возникновение в середине XV века опиралось на какую-то достаточно устойчивую древнюю традицию». Знаменитого ученого-практика поддержал историк О. М. Рапов, который, сопоставив сведения Никоновской летописи, датированной 6498 г. от сотворения мира, с данными дендрологии, утверждал, что сведения Иоакимовской летописи несомненны. Как и сам епископ Новгородский, патриарх Иоаким Корсунянин, скончавшийся в 1030 г., – современник Ярослава Мудрого.

Споры историков продолжаются. Так, археологии ставят под сомнение существование Новгорода в IX столетии, так как ранние известные постройки датируются 930-ми годами. Но здесь погрешность в датах уже исчисляется не миллионами лет, а всего лишь столетиями. Так, имя Гостомысла не обнаружено в древнерусских летописях, но упоминается в XV столетии как имя первого новгородского старейшины, а более поздний исторический источник, Воскресенская летопись XVI столетия, утверждает, что по совету Гостомысла призвали знаменитых варягов из Пруссии. А сам Гостомысл упомянут всего один раз в Никоновской летописи XVI века. Вероятно, историков ожидают новые открытия о Новгороде вслед за археологическими сенсациями академика-практика В. Янина, который в середине XX века обнаружил шкалу времени в виде деревянных мостовых древнего Новгорода, и открытиями карельских петроглифов.

Викинги в течение нескольких столетий держали в страхе почти всю Европу, опустошая целые государства. Тем не менее новгородцы оказывали им достойное сопротивление в студеных северных морях. Новгородская республика, существовавшая с 1136 по 1478 г. обладала речным и морским флотом.

Здесь особенно прославились ушкуйники – боевые отряды новгородцев на легких гребных судах. Одни из них осваивали новые территории, другие грабили морские и речные торговые караваны. Их называли морскими пиратами и разбойниками. Лодки-ушкуи в зависимости от цели путешествия были морские и речные, отличаясь по своей конструкции. Речные ушкуи вмещали до тридцати бесстрашных и дерзких воинов, а отправлялись они в путь многочисленными отрядами. Спустя три года после нападения на северные владения Новгородской республики в 1320 году ушкуйники совершили морской поход к берегам Норвегии, нанесли больший урон норвежцам, после чего правители Норвегии потребовали у римского папы объявить крестовый поход против русских. С 1360 по 1375 год новгородские ушкуйники совершили восемь больших походов на Волгу. В 1365—1366 гг. они совершили речной поход по Волге до Нижнего Новгорода на двухстах судах. Таким образом, северные моря, Балтийское море и реки Волга, Кама, Вятка были подвластны новгородскому флоту.

Многие из поселений на этих территориях с 1500 г. официально фигурируют в документах. В начале XVII века Россия утратила эти территории – они отошли к Швеции по Столбовскому договору, завершившему польско-шведскую интервенцию. Отвоеванные у шведов исконные русские земли и были основной целью Северной войны (1700—1721 гг.). Фактические данные по конкретному поселению или городу служат документальными свидетельствами реальных событий.

Для Новгородской республики постепенно стало традицией приглашать правителей со стороны. Таким образом, «Степенная книга» как обозрение всемирной истории в 1512 г. начала хронологию поколений, или «степеней», славян начиная с князя Рюрика, представителя варягов.

Серьезной политической силой в Новгороде обладали местные боярские роды, и Рюрика пригласили на правление в качестве третейского судьи – уравновешивать споры и интересы разных кланов. Вскоре Великий Новгород превратился не только в стольный град Рюрика, но и стал отцом русской государственности и родиной всей русской нации.

На западных границах Новгородской республики появлялись такие сильные и агрессивные государства, как Швеция, Ливония, Литва. Великий Новгород уступал часть своих колоний, если их защита наносила ущерб для собственного благосостояния и процветания. Но исконные новгородские земли были священны, и вопроса об их уступке иноземцам не поднималось. «Соседи Великого Новгорода это прекрасно понимали, и поэтому даже при удачных для них войнах чаще довольствовались откупом со стороны новгородцев, чем решались претендовать на земли республики», – писал историк С. М. Соловьев. Новгородский князь Юрий Данилович всю свою жизнь воевал и с тверскими князьями, и со шведами. В 1322—1323 гг. после его двух походов был заключен мирный договор со Швецией – Ореховецкий договор, по которому установлены границы по «меже» от реки Сестры на Карельском перешейке, которая впадает в Финский залив в 20 км от современного Петербурга. На протяжении одиннадцати лет Новгороду принадлежали город Ладога в устье Волхова и Ореховый остров в истоке Невы.

Нападение шведов на новгородцев в 1338 г., на ладожских купцов и христианское население Приозерска запустило новый виток противостояния и новых безуспешных переговоров. Необходимо отметить, что Обонежье – современный район Карелии Русского Севера – вмещает более 30 рек, 219 озер и множество болот. Здесь более 1100 петроглифов засвидетельствовали жизнь людей, а мезолитические стоянки с жилищами-полуземлянками шестого тысячелетия до нашей эры – быт северян, также здесь есть и поселения X—XI столетий. Шведы, начиная опустошать Обонежье, сожгли посад в Ладоге, не овладев при этом ладожской крепостью. Столкновения продолжились до 1338 г., когда новый договор не подтвердил правильность прежнего договора, заключенного на Ореховом острове с великим князем Юрием Даниловичем. Этот исторический период расшифровал академик Янин после изучения всего шести строк, найденных в новгородской берестяной грамоте. Удивительно, как ученый сумел восстановить те времена: «Перед нами встали поросшие соснами дали озерной Карелии, мшистые скалы Финляндии, свинцовые волны Ботнического залива – Каяня моря, пламя жарких схваток на далеких северных рубежах Новгорода, санные обозы шведских послов на снежных дорогах Новгородской земли, посольские ладьи новгородцев и два новгородских „данника“ Григорий и Дмитрий, о которых ни один человек в мире не знал ровным счетом ничего на протяжении последних пяти столетий, хотя им было что рассказать о своем времени».

Столкновения Великого Новгорода со Швецией продолжались из-за Финляндии: с древнейших времен племена сумь, емь и чудь зависели от Новгорода, платили ему дань. Взаимоотношения между новгородцами и финскими племенами носили мягкий характер, «благодаря чему на подчиненных Новгороду территориях не нарушался местный уклад жизни, в то время как шведская экспансия сопровождалась его ломкой». Войны за обладание Финляндией продолжались с XI по XIV век, и граница со Швецией для новгородцев считалась самым опасным рубежом обороны.

Агрессивные соседи регулярно, с интервалом в 30—50 лет предпринимали попытки отторжения у Великого Новгорода новых территорий. Ливонский орден, например, чаще всего действовал в союзе со Швецией и Литвой. Отражая постоянный натиск соседних государств, Новгород сосредотачивал силы для главного – выхода в Балтийское море, уступая второстепенные земли, например Финляндию.

Ливонский орден на протяжении столетий угрожал западным границам Руси, но через Ливонию проходили важные для русской торговли пути. Поэтому, не допуская рыцарей ордена на свою территорию силой оружия, Новгород применял искусство дипломатии для обеспечения русским купцам благоприятных условий в Ливонии.

Таким образом, самое большое в Европе, таинственное и строптивое Ладожское озеро вполне можно назвать колыбелью русской государственности, зарождением великокняжеской, а затем и царской династии, правившей на русской земле более семи веков (736 лет). Оно оставалось ключевой позицией для выхода в Балтийское море и в европейскую речную систему, связанную с Востоком и Азией торговыми путями.

7. Две столицы, выбор Рюрика и Петра

Иногда наши современники обвиняют Петра I в том, что он ошибочно построил город на болотах, в месте, непригодном для жизни. Испокон веков человек ставил свое жилище на высоком берегу реки, где ему не страшны весенние паводки, и с обзором на реку, чтобы издали замечать суда гостей-купцов или неприятеля. Да и сам крутой берег реки был надежной преградой для захватчиков.

Ранее территория современного Петербурга представляла собой болото на одну пятую часть, кроме самой реки Невы и ее многочисленных притоков. Местность была малонаселенной, но все-таки здесь проживало до 30—40 русских и православных карелов, ингерманландские финны-лютеране, стояли шведские хутора, мызы и деревни, где были продолжительные морозные зимы и ветреное лето с бесконечным дождем. Кроме осенних паводков, каждые десять или двадцать лет случались наводнения. Погода осложнялась противными ветрами с Ладожского озера. Неспроста название реки Невы в переводе с финского означает «грязь». Однако зимние морозы, сковывающие льдом воду болот и рек, позволяли перемещаться по этой сырой земле. Выбор русского царя места для строительства новой столицы на пути из Финского залива в Ладожское озеро до сих пор вызывает недоумение, но люди селились здесь всегда.

Если в мае 1703 г. только была заложена деревянно-земляная крепость в день апостолов Петра и Павла, то в 1710—1711 гг. в городе уже насчитывалось почти 800 дворов.

Русскому царю было известно, где проходил великий водный торговый путь по землям славян и его значение для Российского государства. Он планировал построить торговый флот, чтобы русские купцы могли сами торговать за границей. Уже в ноябре 1704 г. был заложен Адмиралтейский дом. Петр I последовательно воплощал мечту о морской торговле, и новый город превращался в город-порт, город-верфь. На Заячьем острове были построены первые портовые сооружения. Первым в 1703 г. в город прибыл торговый голландский флот, и сам царь Петр как лоцман провел его между мелей к пристани. Купцы доставили из Голландии вино и соль. Петр же старался привлечь иностранных купцов в свою новую столицу, а не в Архангельск, снижая торговые пошлины. Если в 1718 г. Петербург посетили 52 торговых судна, то в 1725 г. их было уже 450. Для защиты петербургского порта и верфи от шведов Петр велел рубить крепость в Финском заливе рядом с островом Котлин. После окончания Северной войны 7 октября 1723 г. Петр заложил Кронштадт – город-крепость.

Петр I основал новую столицу государства именно там, где начинал править призванный на княжение знаменитый викинг. Согласно летописи и хронографам, Рюрик (817—879) «прославился ранее как морской разбойник за свои разорительные вторжения в государства Северо-Западной Европы». При рождении он получил замечательное имя, которое в переводе с древнескандинавского означает «владеющий славой». Рюрик сумел не только оправдать данное ему имя, но и прославиться как отважный воин и стратег, обладающий талантом к дипломатии.

К этому времени Рюрик был на службе у лотарингского короля Лотаря II (835—869). На его счету были военные победы 845 г. во главе отряда в походе на Северную Францию, в 850 г. на Англию и нескольких набегов под его предводительством на Западную Европу. Король Лотарь II поддержал его морской поход на Данию. Этот воинственный варяг был призван посланцами славян, финно-угров и других народностей «княжить и владеть нами». Вместе с двумя братьями Рюрик принял приглашение. Правление Рюрика началось в Ладоге – небольшом городе на реке Волхов.

По материнской линии он принадлежал к древней княжеской династии Великого Новгорода. Самая ранняя дата летописного свидетельства о самом Великом Новгороде относится к 859 г. Город возник в центре огромной речной системы, что позволило Новгороду в дальнейшем превратиться в богатейший из городов Европы. Летописец Нестор засвидетельствовал, что новгородцы по Неве ходили в Варяжское море, а там и до Рима. В Средние века в Константинополе существовала даже торговая лавка новгородцев на русской улице. В Новгороде находился немецкий торговый дом и торговая фактория Готланда, а на балтийском острове Готланд стоял гостиный двор новгородцев. Новгородцы имели современный морской флот: например, в 1311 г. по Неве корабли оказались в Балтийском море, продвинулись вдоль побережья на север, затем по рекам прошли по шведской территории. Славяне вернулись в Новгород с хорошей добычей.

С географической точки зрения выгоду расположения места истока Волхова из озера Ильмень нельзя недооценивать. Рюрик обосновался в Старой Ладоге, которая раскинулась на берегах реки Волхов и ее притока – небольшой речки Ладожки.

После рождения сына Игоря в 877 г. Рюрик подарил жене богатую Старую Ладогу со всеми прилегающими землями. Здесь Рюрик построил порт, и город превратился в военно-административный центр. Спустя два года Рюрик скончался.

На ладожские земли часто покушалась воинственная Швеция. Современные исследования свидетельствуют, что в VII—X вв. Старая Ладога превратилась в морской порт Северо-Западной Руси, куда могли проходить суда с большой осадкой. Но выше порогов на Волхове таким судам пройти было уже невозможно. Тем не менее в Старой Ладоге строились морские суда.

Старая Ладога, деревянная крепость, сменилась в XII в. каменными постройками. Оборонительные стены каменной крепости достигали семи метров в толщину и до двенадцати в высоту. В городе началось строительство храма в 1114—1116 гг. во имя великомученика Георгия Победоносца. Когда шведы осадили крепость в 1172 г., они не смогли ее взять и при отступлении к Ладожскому озеру были разбиты войском князя Святослава Ростиславича. Всего же в Старой Ладоге в это время было построено восемь каменных храмов, что тоже говорит о большом значении города. Одна из версий гласит, что строительство Георгиевской церкви связано с изгнанием шведов, другая – что перед знаменитой и решительной битвой в 1240 г. на реке Неве в ней молился молодой князь Александр, впоследствии названный Невским.

Когда в 1610 г. шведы захватили Старую Ладогу, город был полностью разорен, и жителей в нем почти не осталось. По знаменитому Столбовскому миру в 1617 г. шведы вернули Старую Ладогу России, тем не менее новая русско-шведская граница проходила вблизи этой древней столицы Руси.

Норманны на территории восточных славян появились в VII веке. Там, где речка Ладожка впадает в Волхов, возник город Альдейгюборг (Ладога), упоминаемый в скандинавских сагах. Археологические исследования указывают на то, что именно здесь проходили торговые караваны. Ладожские земли сохранили скандинавские памятники древности – фризские кувшины, датируемые примерно VIII веком н. э. Эти керамические тонкостенные кувшины были украшены оловянной, реже золотой фольгой. Подобные кувшины встречались при раскопках в крупных торговых центрах раннего Средневековья и были изготовлены где-то на территории Западной Европы. Подобные кувшины были найдены на территории Швеции, Норвегии, по руслу реки Рейн.

В кургане урочища Плакун близ Ладоги на правом берегу Волхова были найдены серебряные и стеклянные бусы, медные цепочки, послужившие свидетельством, что город был важным пунктом транзитной торговли. О пребывании норманнов в Старой Ладоге в 1034 г. упоминают и скандинавские саги. Многочисленные славянские племена были связаны между собой водными путями сообщения задолго до появления здесь Рюрика. Разнообразие водных дорог определялось и учитывалось техническими характеристиками суден.

Из Варяжского моря по реке Неве купеческие караваны попадали в озеро Нево (Ладога). По реке Волхов – в озеро Ильмень, далее по реке Ловати к верховьям Днепра можно было добраться волоком. Здесь следует отметить, что для речного судоходства годились драккары викингов – боевые морские корабли с мощным килем, весельные, которые впоследствии стали парусными. «Драконьи корабли» можно было перетащить волоком. Торговые же корабли кнорры были шире, имели большую осадку и меньшую скорость, поэтому были малопригодны для речного мелководья, а вмещали они от 30 до 40 человек. Для речного плавания требовались сравнительно легкие, удобные для переоснащения суда, такими были славянские однодеревки и ладьи. Само название «однодеревки» говорило о том, лодки были выдолблены из одного ствола дерева. Узкие и легкие, они вмещали до 25 человек.

По реке Свирь, впадающей в Ладожское озеро, скандинавы направлялись к Онежскому озеру, а далее путь лежал к Белому морю. Даже название реки в переводе с финского языка свидетельствует, что река судоходная – «глубокая». Для викингов это был путь в северную богатую Биармию. Этот Ладожско-Ильменский район не только обеспечивал связи с местными племенами, платящими дань Новгороду (чудь, мери, веси, кривичи), но и торговые, международные, военные, посольские связи со странами Востока. По реке Волге можно было добраться до Каспийского моря и далее до Багдада. Новгородские ушкуйники добирались до Волжской Булгарии, Хазарского каганата и Арабского халифата.

Рюрик неспроста выбрал для себя стратегически важное место этого водного пути. Этот путь знакомил северных язычников с религиями Востока и Византийской империи. Христианство не только стало для них узнаваемым после посещения Константинополя, но оно само неизбежно продвигалось на север к славянским народам.

Византийская империя с момента основания Константином Великим 11 мая 330 г. просуществовала до 29 мая 1453 г., когда Константинополь захватил османский султан Мехмед II. Империя просуществовала 1123 года и 18 дней. Она стала жертвой Четвертого крестового похода, обнищала, ослабла. Византия была глубоко религиозным государством, где не существовало неграмотности, по крайней мере в среднем и высшем слоях общества, императоры славились своей ученостью. В соборе Софии священники продолжали вести богослужение до той минуты, пока не были убиты прямо у алтаря.

Именно в Византии в 989 г. состоялось бракосочетание русского князя и византийской принцессы, после которого началось массовое обращение в христианство русских городов и деревень. Русская православная церковь с самого начала была подчинена Константинопольскому патриархату.

В Европе в 1237 г. появился Ливонский орден, и с этого времени начались его походы на Русь. С Ливонским орденом сражался князь Александр в 1240 г. и разгромил немецких, шведских и датских рыцарей Тевтонского и Ливонского орденов на Неве. Спустя два года он одержал победу над рыцарями Ливонского ордена на Чудском озере – это сражение известно как Ледовое побоище.

Мирного и желанного объединения православной и католической церкви не произошло даже путем бракосочетания русского царя и Софьи Палеолог с благословения римского папы.

Вслед за появлением шведов, датчан и немцев на территориях, ранее освоенных славянами, возникли их притязания на города, основанные русскими князьями, как, например, Юрьев в 1030 г. на реке Омовже. Город несколько раз переходил под управление разных европейских государств и менял название на протяжении нескольких столетий: Юрьев, Дерпт, Тарту. В 1157—1300 гг. начались крестовые походы против язычников-финнов, в 1634 г. Финляндия полностью вошла в состав Шведского королевства. Крестовые походы – это серия религиозных военных походов из Западной Европы, за 1095—1270 гг. были предприняты восемь походов. Целью северных крестовых походов было усиление влияния католической церкви на Прибалтику и земли, граничащие с Германией, чьи жители оставались язычниками. В 1222 г. шведы появились в устье реки Ижоры и намеревались отправиться на Ладогу крестовым походом.