- -
- 100%
- +
Часть I «Война умов»
Глава 1. Предательство
Машина остановилась в арке при въезде во двор, открылась дверца и Ваську выбросили на тротуар. Он пружинисто приземлился на все четыре лапы как это обычно делают представители семейства кошачьих и обернулся, поглядев на своих двуногих родителей выразительными голубыми глазами полными недоумения: «Что это? Новая игра?!»
Но дверца черного дорогого автомобиля уже захлопнулась. Машина рванула с места, обдав его облаком выхлопных газов. Растерянный Васька сел на тротуар. Сердце сжала ледяная рука страха. Что делать дальше? Как вообще такое произошло?! Он не мог поверить, что родители его бросили. Но почему? Чем он их обидел? Васька начал вспоминать. Его мама любила комнатные цветы. Все подоконники в квартире хозяев были заставлены разнообразными горшочками. А Васька считал своим долгом несколько раз в день выглянуть в окно, чтобы оценить обстановку во дворе. Как же иначе? Каждый кот обязан контролировать прилегающую территорию. При этом он частенько валил один или несколько горшков на пол. Не специально, просто так получалось. Ещё листья отдельных цветков были очень вкусными. На него потом кричали, хватали за шкирку, тыкали носом в землю и долго что-то выговаривали. Васька виновато прятал глаза, старался улизнуть или заползти под диван, искренне не понимая, что от него хотят. Чтобы показать хозяевам свое возмущение он делал свои кошачьи дела, которые надлежало делать в лоток с наполнителем для туалетов, под диваном или в тапочки, а один раз даже в постель под одеяло. Его действия не находили понимания у родителей. В конце концов Васька уяснил, что его родители-люди вообще не понимают намеков. Например, ему необходимо стачивать когти. Мама иногда стригла их, но чаще забывала и сильно возмущалась, когда замечала, что он стачивает когти о боковины кресла или косяки межкомнатных дверей. Ещё мама выкладывала на столе еду, а когда он запрыгивал туда проверить, что там так вкусно пахнет, его бесцеремонно спихивали вниз и кричали. Родителям не нравилось, что он ночью бегает по квартире и шумит, что лазает по шторам, что на рассвете просит есть или желает поиграть. Когда Васька был совсем маленьким котенком, ему все прощали и сюсюкали. Однако, по мере того как он рос, претензии со стороны родителей накапливались. И вот результат. Его выбросили.
Одиночество. Васька поднялся и с робкой надеждой двинулся в ту сторону, куда уехал автомобиль родителей, но затем шарахнулся назад, прижав маленькие аккуратные ушки, так как в арку вкатила громадная грузовая машина с дико ревущим двигателем. Махина заслонила свет, а её фары светились, как глаза какого-то сказочного чудовища. Звуки оглушали. Васька стремглав влетел во двор и побежал вдоль подъездов. Впереди на дорожке показалась ещё одна машина. По ушам ударил звук автомобильного клаксона. Васька метнулся вбок к подъездам и спрятался в густых зарослях на клумбе. Вокруг ощущался сильный цветочный аромат. В разноцветных бутонах деловито копошились насекомые: всякие мухи, жуки, сердито жужжали пчелы, а выше в воздухе порхали бабочки различных размеров и окрасок. Только Ваське сейчас было не до этого. Сердце билось в груди быстро – быстро. Он ещё никогда не чувствовал такого страха. Положение казалось безнадежным.
– Эй, чего ты здесь разлегся, разбойник! Все цветы мне истоптал! – раздался хриплый старушечий окрик из открывшегося сверху окна. Васька даже не успел взглянуть на владелицу голоса, как его окатили сверху потоком холодной воды. Новый шок! Просто ужас! Во всей его кошачьей жизни не случалось ничего подобного. Он стрелой сиганул из кустов и понесся вдоль стены дома, не чуя под собой земли. Миновал один подъезд, проскользнув буквально под самыми ногами упитанного мужчины с пакетами продуктов в руках, пробежал до следующего и только там остановился, весь дрожа, фыркая и отряхивая лапы. На мокрой, слипшейся шерсти висели сухие травинки, колючки и паутина. Озираясь вокруг испуганными расширенными глазами, Васька стал вылизывать шерсть. К языку тут же прицепился репей. Он выплюнул колючку, жалобно мяукнул, стараясь выразить этим, как несправедлива с ним судьба, всю глубину горя и лишений, затем чихнул. Слабый ветерок принес запах еды. Справа какая-то светловолосая девочка лет одиннадцати в легком голубом платье с белым поясом выкладывала в пенопластовый лоток из баночки молочную кашу. Она была чем-то похожа на его маму, даже немного запахом, только размером намного меньше. Васька не стал особо рассуждать, решив про себя: «Плохой человек кормить никого не станет. А раз человек хороший, то надо держаться к нему поближе». Он поспешил к лотку, понюхал кашу, но есть не стал, поднял вопрошающие глаза на девчушку и тоненько мяукнул в надежде, что у благодетельницы найдется для него кусочек ветчины или рыбки. Лучше вареное мясо. Молоко Васька любил, ещё лучше ряженку, но не кашу.
– Ой, откуда ты взялся? – восхитилась девочка, присела и осторожно погладила его по голове.
– Бедненький, весь мокрый…
Васька замурчал и прижался к руке девочки. Ну хоть кто-то его пожалел. Однако идиллию нарушило злое многоголосое ворчание. Васька резко обернулся и увидел четырех котов бандитского вида, решительно приближавшихся к лотку с разных сторон. По виду они походили на ветеранов уличных баталий. Один грязно-белый в черных пятнах с опухшей щекой, другой черный с оборванным ухом, а третий рыжий со злой мордой, покрытой шрамами и куцым хвостом. Их предводитель – огромный полосатый кот с одним глазом выглядел наиболее опасным. Во взгляде ясно читалось, что любой чужак, посягнувший на его территорию, будет немедленно разорван на клочки. Спина Васьки сама собой изогнулась, а уши прижались к голове. Он испуганно зашипел.
– Ну что это ещё такое? – Возмущенно спросила девочка. – Уже драться собрались!
Она подхватила Ваську на руки и, стараясь не испачкаться, понесла его в подъезд, приговаривая:
– Отмою тебя, а потом посмотрим, что с тобой делать.
Дворовые коты оторопело застыли на месте. Они не ожидали такого поворота. Довольный Васька выглянул из-за плеча девочки и презрительно зажмурился, ухмыляясь: «Что, съели?»
Он чувствовал себя под надежной защитой.
Глава 2. Неудачное знакомство
Девочка первым делом отнесла Ваську в ванну, преодолев отчаянное сопротивление и вопли, помыла с шампунем, затем вытерла полотенцем и отпустила на ковер. Он обиженно сел. Начал приводить в порядок вставшую дыбом шерсть, а его обидчица вернулась из кухни с несколькими кусочками колбасы и сыра. Васька хотел было гордо отказаться от угощенья, показать насколько он оскорблен, но не выдержал. Колбаса так маняще пахла. Все эти волнения заставили его почувствовать жуткий голод. В то время пока он уплетал колбасу, входная дверь в квартиру открылась и вошел высокий, строгого вида мужчина, в спортивном костюме с большой сумкой в руке.
– Добрый день, Саша, – бросил он девочке, разуваясь в коридоре. – Мама дома?
– Нет, папа, – покачала она головой и указала на Ваську, – тут вон какие обстоятельства образовались. Только не ругайся…
– Кто это? – изумился папа, разглядывая серого кота красивого рисунчатого окраса с голубыми глазами на полу, который замер с куском колбасы в зубах. Он отставил в сторону ботинки, нахмурился:
– Опять на улице подобрала?
Вопрос звучал, как констатация факта.
– Нет, нашла у подъезда, – ответила Саша торопливо. – Красивый! Видно, что домашний. Бросать на улице нельзя, его другие коты побьют.
– Ошейника нет, – папа присмотрелся, присел и протянул руку к коту, – на вид породистый. Убежал у кого-то.
Ваську папа напугал. Голос у того был громкий и строгий. – «Колбасу забрать хочет», – решил он. Не выпуская из зубов колбасы, Васька свирепо заурчал и ударил протянутую ладонь когтистой лапой. Папа отпрянул, схватившись за оцарапанную руку, а Саша ойкнула в изумлении.
– Те-е-е-кс, – зловеще протянул папа.
– Он просто, наверное, испугался незнакомой обстановки, – предположила Саша с колотящимся от волнения сердцем. Её голос дрогнул. Стараясь оправдать поступок кота, она судорожно придумывала ещё аргументы. Однако все тщетно. Сделанного не воротишь.
– Таким разбойникам у нас дома не место, – отрезал папа, решительно шагнул к коту, ловко ухватил его за шкирку и выбросил за дверь, несмотря на протесты Саши. У девочки слезы стояли в глазах. Угодив на душную лестничную клетку, пахнущую моющим средством, бетоном и побелкой, Васька сел. Из-за двери слышались возбужденные голоса. Люди ссорились. Такие звуки не предвещали ничего хорошего. Он не знал куда идти, да вдобавок лишился колбасы, которая выпала в пылу борьбы. Да колбаса была хорошая. Лучше чем каша. Надо идти искать родителей – подумал Васька с тоской. Он уже очень скучал о папе с мамой, о своей прошлой жизни, о доме, однако надежды на благополучный исход этого предприятия не было. Дорогу к дому Васька не запомнил. Его в первый куда-то вывезли на машине. Было много впечатлений: движение в ревущем железном звере, вибрация, море запахов и звуки. С чего же начинать поиски? Ему пришли на память коты-бандиты, что поджидали его на улице. Выходить было опасно – разорвут.
Глава 3. Старичок с фальшивой улыбкой
Внезапно дверь в квартире напротив приоткрылась. Из проема выглянул невысокий, лысый, упитанный старичок, с седыми тонкими усиками и аккуратной бородкой. Одет мужчина был в белый халат поверх кремовой рубашки с бардовым галстуком, серые брюки и кожаные шлепанцы на ногах. Ваське старичок не понравился. За толстыми стеклами очков его глаза выглядели пугающе увеличенными, а от одежды пахло лекарствами. Люди, от которых пахло лекарствами, обычно делали ему уколы и много других неприятных вещей. Проживали эти люди в месте, которое называлось «Ветеринарная клиника».
– Кис-кис-кис, – позвал его старичок с фальшивой улыбкой, но глаза его не улыбались. Васька не сдвинулся с места. Тогда старичок шагнул к нему, отворив дверь полностью. Васька в страхе попятился, уперся спиной в противоположную стену и тоскливо глянул на лестницу вниз, прикидывая как лучше бежать. Старичок понял это и ретировался обратно в квартиру, а когда вернулся на лестничную клетку, то принес с собой блюдце с ряженкой. Васька понюхал воздух и облизнулся. Старичок поставил блюдце на пол и вновь позвал:
– Кис-кис, котик. Не бойся.
Васька помялся в нерешительности, переступая с лапы на лапу, потом осторожно приблизился к блюдцу и понюхал. Пахло обычной ряженкой. Очень приятный кисломолочный запах. Устоять было невозможно. От всех этих волнений у Васьки здорово разгулялся аппетит. Как только он начал лакать и увлекся, старичок опрометью бросился на него и схватил за шиворот.
– Ловушка! – Васька заорал на весь подъезд, стал неистово отбиваться и царапаться, однако силы были неравны. Злодей не обращал внимания на царапины. Через несколько секунд его бесцеремонно запихнули в клетку в полутемной пахнущей лекарствами комнате. Дверца с лязгом захлопнулась.
– Вот зараза! – выдохнул старичок с отразившейся на лице болезненной гримасой, трогая царапины, покрывавшие его руки. – Ничего, ничего! Сделаю прививку от бешенства, столбняка, антибиотики и все будет в порядке.
Он приблизил свое лицо к клетке и ласково обратился к коту, с включенным диктофоном в руках:
– Я назову тебя Барсик-26. Ты очень поможешь науке, если выживешь. Станешь очень умным. Умнее любого кота на Земле. Может даже умнее некоторых людей – тех, которые называли меня полоумным стариком, тех, которые уволили меня из лаборатории. Животных им, видите ли, жалко! Вот они попляшут у меня! Признаюсь тебе мой усатый друг – я в одном шаге от успеха! Все это увидят! Я им покажу…
Он распалялся все сильнее и сильнее, потом вдруг успокоился и произнес будничным тоном:
– Так, теперь проведем внешний осмотр…
Записав что-то, старичок отложил блокнот, достал бутылочку с прозрачной жидкостью и шприц. Плохие предчувствия Васьки оправдывались. Он попятился и заворчал.
– Больно не будет, – лживо пообещал старичок, открывая клетку. Васька атаковал просунувшуюся руку с максимальной свирепостью, завывая и орудуя когтями направо и налево.
– Зараза! – вскрикнул его мучитель, отпрыгнул и захлопнул дверцу клетки. Рукав его халата висел на руке клочьями. Рубашка тоже была изорвана. Поразмыслив, старичок налил в блюдце немножко ряженки и незаметно вылил жидкость из шприца туда, а затем поставил блюдце в клетку, приговаривая медовым голосом:
– Пей Барсик! Пей! Больно не будет. Я, по крайней мере, надеюсь, что не будет…
Глава 4. В поисках кота
– Я только проверю как он там, в подъезде, – пообещала Саша, вытирая слезы. Никакие уговоры на папу не подействовали. Он строго-настрого запретил тащить кота-злюку в дом. Делать было нечего. Саша присела в прихожей, зашнуровывая кеды.
– Про список литературы на лето не забудь! – крикнул вдогонку папа из гостиной, где работал телевизор.
– Не забуду, – громко заверила она, толкнула дверь и вышла в лифтовой холл, оглядываясь кругом. Кота в холле не было. Она обыскала весь подъезд, даже лифт посмотрела. Потом вышла на улицу. У подъезда все ещё пировали дворовые коты. Новичок и здесь отсутствовал. Куда же он мог деться? Ей припомнился один момент, как их сосед Пётр Семёнович зачем-то подманивал котов во дворе испорченной селедкой. Но коты боялись его и не подходили. Да и селедка сильно воняла. Она спросила соседа, зачем он их подманивает, а Пётр Семёнович ответил, что хочет завести кота. Тогда она предложила ему взять котенка из соседнего двора. Пётр Семёнович отказался, сославшись на то, что ему нужен взрослый кот, а не котенок. Может это он забрал кота? Саша поднялась на свой этаж и позвонила в дверь соседу. Пётр Семёнович долго не открывал. Затем дверь все же отворилась. Упитанный лысоватый старичок, с аккуратной седой бородкой и тонкими подстриженными усами осторожно выглянул в щель между дверью и косяком. Одет он был в домашний халат, штаны и смешные остроносые тапки. Его выцветшие серые глаза напряженно уставились на неё и Пётр Семёнович спросил:
– Девочка, чего тебе, я очень занят?
– Здравствуйте. Я Саша, ваша соседка. Вы кота не видели? – спросила она. – У него голубые глаза, серенький такой, мордочка круглая, красивой полосатой окраски, а на лбу как будто буква м из полосочек. Наверное, британской породы.
– Шотландской, окрас табби, – поправил Пётр Семёнович. – Нет, не видел.
Не дав ей сказать больше ни слова, он захлопнул дверь.
Саша задумалась. Что-то тут было не так. В словах соседа чувствовалась ложь.
Глава 5. Васька в клетке
Васька сидел в клетке, но скучать ему не приходилось. Пётр Семёнович постоянно бегал вокруг клетки, то светил ему в глаза фонариком, то снимал на камеру, постоянно что-то бубнил, даже пытался измерить ему температуру с помощью градусника, но Васька не дался. Единственное время, когда ему удавалось отдохнуть – это поздно ночью или когда Пётр Семёнович уходил из квартиры. Через день Пётр Семёнович пододвинул к клетке телевизор, чтобы кот мог смотреть образовательные каналы. Васька сначала смотрел лишь время от времени, когда показывали еду, других животных или быстро двигающиеся подозрительные предметы, а затем понемногу стал втягиваться. К своему удивлению Васька начал понимать происходящее на экране, стал разбирать человеческую речь: отдельные слова, фразы. Дальше – больше. Свои знания он тщательно скрывал, так как не знал, как к этому отнесется Пётр Семёнович. А ну как укол сделает! Васька чувствовал, что от этого старичка можно ждать только неприятностей. Во время просмотра мультфильма Васька увидел, как попугай сам крылом открыл себе клетку, залез хозяину в холодильник, наелся всяких вкусностей, а затем вернулся назад в клетку. Вернувшийся хозяин побил пса за обнаруженный в холодильнике погром. Идея показалась Ваське крайне занимательной. Он попробовал лапкой. Крючок на клетке поддался, дверца распахнулась. Васька выбрался, погулял по квартире, подошел к холодильнику, но тут загремели ключи в замке входной двери. Он кинулся назад, забрался в клетку, захлопнул дверцу, только крючок закрыть не смог. Вот незадача! Этот момент он продумать не успел. Оставалось лишь ожидать дальнейшего развития событий, ибо сделать что-либо не представлялось возможным. Пётр Семёнович, отдуваясь вошел, кряхтя переобулся и с пакетами проследовал на кухню мимо открытой двери рабочего кабинета, который был также и его лабораторией. Васька опять в отчаянии попытался запереть клетку. Получилось лишь чудом в последний момент. Васька облегченно выдохнул. Следом в комнату вошел Пётр Семёнович с пластиковым подносом, на котором что-то стояло закрытое салфеткой. Он внимательно осмотрел Ваську, достал диктофон и стал надиктовывать свои наблюдения:
– Видимых изменений в поведении подопытного пока не наблюдается. Признаков повышения интеллектуальных способностей нет. Принимаю решения увеличить дозу препарата на десять миллиграммов.
После Пётр Семёнович снял с подноса салфетку, под которой оказался конфетный аппарат. Такой нажимаешь на кнопку и получаешь конфету, но этот вместо конфеты выдавал сухой кошачий корм в виде шариков. Пётр Семёнович демонстративно нажал на кнопку, шарик выкатился ему на руку и он отдал его Ваське. Васька съел, однако вкус корма ему не понравился. Пётр Семёнович поставил аппарат в клетку и указал пальцем на кнопку:
– Вот нажми и получишь еду. Ну, нажимай! Я специально изменил конструкцию, чтобы ты мог нажимать лапами.
Васька понюхал аппарат. Корм, несомненно, был внутри. Он понимал, как его достать, но подумал и решил, что ещё недостаточно проголодался, чтоб есть подобную дрянь. Судя по запахам из кухни, Пётр Семёнович купил рыбу. Рыба его интересовала больше. Васька посмотрел старичку в глаза и мяукнул.
– Ну, нажимай же на кнопку, – с отчаянием в голосе воскликнул Пётр Семёнович. Васька ещё раз осторожно мяукнул.
– Еда там, – старичок ткнул пальцем в коробку с кормом. Васька мяукнул более протяжно и требовательно. Пётр Семёнович вздохнул, включил диктофон и сказал:
– Попробую не кормить подопытное животное. Может голод заставит проявить его какие-то умственные способности.
Он ушел на кухню и вернулся с блюдцем ряженки. Придвинув блюдце к Ваське, он сказал в диктофон:
– Животное получило увеличенную дозу препарата.
Глава 6. Шрам на руке
Саша несколько дней искала кота. Но его нигде не было. Родители ругались и спрашивали, почему она так задерживается в школе. Пришлось признаться.
– Да он давно убежал куда-нибудь, а ты его ищешь, – заверил её папа.
– И у тебя вся одежда постоянно перепачкана, – добавила мама. – Ты, надеюсь, в подвал не спускалась?!
Саша отрицательно покачала головой, а мама добавила строго:
– В подвале опасно. Не вздумай туда ходить и на чердак.
В супермаркете, куда она направилась за хлебом, Саша встретила соседа. Пётр Семёнович выбирал корм для кошек.
– «Кошки у него нет, а зачем тогда корм покупать», – подумала она. И громко спросила:
– Здравствуйте, а вы для кого корм покупаете?
Пётр Семёнович, вздрогнул, словно его поймали на краже. Оглянулся и, держась за сердце, выдохнул:
– Уф, ну ты меня и напугала.
– У вас, что кот появился? – строго спросила Саша, буравя его взглядом.
– Да я просто смотрел. Нет у меня никакого кота, – Пётр Семёнович поставил банку с кошачьим кормом обратно на полку. Саша смерила его взглядом. По виноватому выражению лица старичка и его нервному поведению она поняла, что тот врет. Только что с этим делать? Она не может заставить его признаться. Нет никаких доказательств. Саша решила сделать вид, что уходит, а сама подождала соседа на кассе. Тот нес в корзинке пачку кошачьего корма. Вот он и попался! Когда кассир пробила кошачий корм, Саша подскочила к соседу со спины и спросила:
– Вы все-таки купили корм! Для кого? Вы же говорили, что у вас нет кошки.
Пётр Семёнович аж подпрыгнул на месте от неожиданности.
– Боже мой, да что это за допрос?! – завопил он жалобно. – Девочка, что тебе от меня надо?!
– Для кого вы купили корм? – с нажимом потребовала ответа Саша. Она не собиралась отступать.
– Не твое дело! Иди домой! Дети не должны приставать с расспросами к взрослым. Это не вежливо! Тебя родители не учили!? – Пётр Семёнович побагровел. Все в магазине смотрели на них с любопытством. Назревал скандал.
– Может он его сам ест, – задорно предположил кто-то в очереди на кассу. Послышались смешки. Другой, хмурый мужчина в кепке потребовал:
– Побыстрее там нельзя?
Пётр Семёнович старался не смотреть в сторону Саши. Кассир пропустила через сканер последнюю покупку. Он нервно побросал деньги, схватил пакет с покупками и рванул к выходу из магазина. Саша двинулась следом. Пётр Семёнович оглянулся, увидел её и прибавил ходу. У дома они почти бежали. Пётр Семёнович сдался первым. Он остановился, тяжело дыша и пригрозил:
– Если ты не отстанешь от меня девочка, то я пожалуюсь твоим родителям! И в школу пожалуюсь!
Глаза Саши сузились. Лишь сейчас она заметила царапины на руке соседа, которой он поддерживал пакет с покупками. Такие отметины легко могут оставить кошачьи когти. Саша вспомнила царапины на руке папы после неудачного знакомства с ее питомцем. А еще пришел на ум случай, как однажды она решила покормить грязного приблудного кота у гаражей. Тот жалобно мяукал и выглядел таким жалким и несчастным. Она бросила ему кусочек булки, которую ела, хотела погладить, а кот с шипением и рычанием оцарапал протянутую руку до крови, ещё пытался укусить. Шокированная Саша отшатнулась, посмотрела на глубокие царапины на коже. Из красных рваных борозд выступила кровь, мгновенно переполнила их, а затем капли поползли вниз по пальцам. Все в глазах Саши стало расплываться из-за слез. Она не помнила, как добралась до дома. Потом её заплаканную родители возили в больницу и делали уколы. Раны зажили, а шрам остался. Теперь она стала осторожнее с бродячими животными. Саша вновь взглянула на отметины на руке Петра Семёновича. Вот оно – доказательство! Праведный гнев вскипел обжигающей волной у неё в душе.
– А это, что?! – возопила Саша, указав на царапины. Пётр Семёнович едва не выронил покупки от испуга, глянул на свою руку, ожидая увидеть, что-то ужасное, потом немного расслабился, поняв, о чем речь.
– А царапины. Это… – он запнулся на мгновение, – это я упал. Поскользнулся и упал. Если не прекратишь ко мне приставать, то вызову полицию и тебя заберут и в детдом отправят.
Саша остановилась. Было понятно, что сосед не собирается сознаваться в своем чудовищном преступлении – похищении кота. Надо было придумать какой-то план, чтобы вывести котокрада на чистую воду.
Глава 7. Васька отлично проводит время
Этот день Васька провел замечательно. Как только дверь за Петром Семёновичем закрылась, Васька выбрался из клетки и важно прошествовал к холодильнику. Открыть агрегат оказалось очень непросто. Удалось это не с первого и не со второго раза. Васька ухватился когтями передних лап за край дверцы, а задними лапами уперся в корпус холодильника, напрягся изо всех сил раз, другой. И вдруг дверца резко открылась. От неожиданности он сорвался, упал, но тут же вскочил, завороженно наблюдая, как открывается освещённый портал в мир вкусных запахов и прохлады. Его взору открылись полки, заставленные съестным: кастрюля с супом, кусок сыра, бутылки с молоком, открытые рыбные консервы, селедка в целлофановом пакете, моток сосисок, соединенных оболочкой одна к другой, кусок вареной колбасы, ветчина во вскрытой упаковке, творог в пакете. Пока он раздумывал, холодильник начал противно пищать. Это сильно нервировало. Первым делом Васька попробовал консервы. Есть из банки было очень неудобно. В конце концов он опрокинул её прямо на кастрюлю с супом. Крышка на кастрюле приподнялась, банка проскользнула внутрь и, булькнув, погрузилась в суп. Васька и бровью не повел. Он уже попробовал ветчину. Потом потянул сосиски и упал вместе с ними с полки на пол.